Решение по делу № 2А-3324/2023 от 31.07.2023 - о признании действий (бездействия) незаконными, признании нарушений условий содержания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания.

Дело №2а-3324/2023

11RS0005-01-2023-003875-74

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд в составе:

председательствующий судья Утянский В.И.,

при секретаре Евсевьевой Е.А.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании 31 июля 2023г. в г. Ухте дело по административному исковому заявлению Г.О. к ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, ФКЛПУБ-18 УФСИН России по Республике Коми, филиалу «медицинская часть №14» ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, фельдшеру ФИО1 о признании действий (бездействия) незаконными, признании нарушений условий содержания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

Административный истец обратился в суд с указанным административным исковым заявлением к ФКЛПУ Б-18 УФСИН России по РК, МЧ-14 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, указав в обоснование исковых требований, что с октября 2022г. отбывает уголовное наказание в ФКУ ИК-19 (г. Ухта). После карантина был распределен в отряд №1, где полтора месяца наблюдалась повышенная температура. При этом истца водворили в штрафной изолятор (ШИЗО), где содержали с повышенной температурой без теплых вещей в холодной камере. Сотрудники МЧ-14 вносили ложные сведения в медкарту и журналы осмотров, указав, что повышенная температуру была только 23 и 24 февраля 2023г. В результате у истца появились проблемы с артериальным давлением. 28.04.2023г. истца поместили в запираемое помещение – СУОН, где из-за нехватки воздуха наблюдалось повышенное давление. Приезжал врач-кардиолог, указавший сотрудникам медчасти №14 на необходимость срочной госпитализации истца и назначил лечение. Лечение результатов не дало, а сотрудники МЧ-14 обследование проводить не стали. В первых числах мая 2023г. истец находился в СУОН с повышенным давлением. 19 мая 2023г. был осмотрен фельдшером ФИО1, которая вела себя грубо, отказывалась показать данные артериального давления, внесла в постановление о водворении в ШИЗО и медкарту ложные сведения, о том показания 155/100, тогда как сам истец видел показания на шкале 190. Жалобы на состояние здоровья игнорировались. Вечером 19 мая 2023г. истцу вызвали скорую помощь, которые измерили давление, оказалось 170/100, что подтверждает фальсификацию со стороны ФИО1 Такая ситуация продолжалась 20-23 мая 2023г., когда вызывалась скорая помощь, но истца продолжали держать с повышенным давлением в ШИЗО Врачи скорой после приезда 23 мая 2023г. сказали, что состояние здоровья критическое и требуется госпитализация, на что истец согласился. Был вызван начальник ИК-19, который сказал, что если истец откажется от госпитализации, то он вызовет врача, истцу назначат постельный режим, а на следующий день вывезут в ФКЛПУБ-18. Врача так и не вызвали. В ночное время 23 мая 2023г. истца вывезли в ФКЛПУБ-18. После прибытия в ФКЛПУБ-18 был осмотрен дежурным врачом, давление составляло 180/100 и врач сказал, что с таким давлением нельзя этапировать осужденных. 24 мая 2023г. истец был осмотрен врачом-терапевтом, который дал таблетки, после приема которых через час истца стало плохо, кружилась голова. По непонятным причинам истца поместили в камеру №10 корпуса №7, он не мог самостоятельно обратиться к врачу, поэтому начал стучать и пояснил сотруднику, что ему плохо, на что получил ответ, что врачи отделения, за которым истец закреплен, не могут подойти. Испугавшись за свое здоровье истец 24.05.2023г. написал отказ от лечения. Причины отказа: непереносимость одного препаратов, который выдал ему врач без первичного обследования, содержание в камере в одиночестве, т.к. опасался, что не сможет вызвать врача. 26.05.2023г. во время утреннего обхода (проверки камер) истец обратился к сотруднику и попросил зафиксировать на видеорегистратор заявление на имя заместителя начальника учреждения о возобновлении лечения и обследования. Несмотря на состояние здоровья лечение истцу не проводилось, в течение всех дней вызывался дежурный фельдшер, который давал таблетки. 30 мая 2023г. истец был направлен в ИК-19. После прибытия в колонию не был осмотрен врачом и вновь помещен в СУОН. 31 мая 2023г. к истцу была вызвана бригада скорой помощи, зафиксировавшая давление 160/100. Полагает указанные действия (бездействие) незаконными. Истец просит признать действия (бездействие) ответчиков незаконными, признать нарушения условий содержания, взыскать компенсацию за нарушение условий содержания в размере 1 000 000 руб.

Определениями суда к участию в деле в качестве административного ответчика привлечены ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, фельдшер МЧ-14 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России ФИО1, в качестве заинтересованных лиц привлечены ФКУ ИК-19 УФСИН России по РК и начальник ФКУ ИК-19 УФСИН России по РК ФИО2

Административный истец ФИО3 о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, своего представителя для участия в судебном процессе не направил

Ранее, будучи опрошенным в соответствии со ст. 142 КАС РФ с использованием системы видеоконференц-связи, на удовлетворении заявленных требований настаивал.

Представитель ФКУ ИК-19 УФСИН России по РК ФИО4, представляющая также на основании доверенности ФСИН России, полагает исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Другие участники процесса в судебное заседание не прибыли, извещались надлежащим образом.

Представитель ответчика ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России в письменном отзыве с заявленными требованиями не согласен.

Представитель ответчика ФКЛПУБ-18 УФСИН России по РК в письменном отзыве исковые требования не признал.

Согласно ч. 6 ст. 226 КАС РФ неявка в судебное заседание лиц участвующих в деле, их представителей, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению и разрешению административного дела.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 55 Конституции РФ определено, что в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина (ч. 2); права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3).

Такие ограничения, могут быть связаны, в частности, с применением в качестве меры государственного принуждения к лицам, совершившим преступления и осужденным за это по приговору суда, уголовного наказания в виде лишения свободы, особенность которого состоит в том, что при его исполнении на осужденного осуществляется специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении его прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей.

В силу ч. 2 ст. 10 УИК РФ, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН, каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно п. 1 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях, где действует определенный порядок исполнения и отбывания лишения свободы (режим). Осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказаний, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов, выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания (ст. 11 УИК РФ).

В соответствии с частью 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Исходя из положений ч. 1 ст. 101 УИК РФ лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.

Согласно Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений лечебно-профилактическая и санитарно- профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Федеральным законом от 21.11.2011г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации. В ИУ осуществляется:медицинское обследование и наблюдение осужденных в целях профилактики у них заболеваний, диспансерный учет, наблюдение и лечение, а также определение их трудоспособности.

В силу п. 101 раздела 4 приказа Министерства здравоохранения РФ и Министерства юстиции РФ от 17.10.2005г. №640/190 «Порядок организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу», больницы для подозреваемых, обвиняемых и осужденных являются лечебно-профилактическими учреждениями УИС, предназначенными для оказания квалифицированной медицинской помощи лицам, содержащимся в учреждениях. Они могут создаваться как самостоятельные учреждения УМС, так и в составе других учреждений УИС (ИК, ВК, СИЗО, ЛИУ).

Материалами дела установлено, что административный истец осужден к уголовному наказанию в виде лишения свободе приговором суда, отбывает уголовное наказание в ФКУ ИК-19 (г. Ухта).

Истец ссылается на ненадлежащее оказание медицинской помощи и лечение при водворении в штрафной изолятор и содержании в штрафном изоляторе в мае 2023г. и другие периоды и в других учреждениях (ФКЛПУБ-18).

Между тем, суд полагает указанные доводы подлежащими отклонению в силу следующего.

Согласно акта сотрудников ИК от 15.05.2023г. №924 при обходе спального помещения №1 отряда №5 СУОН установлено, что спальное место осужденного ФИО3 не было заправлено по установленному образцу.

Постановлением начальника ФКУ ИК-19 от 19.05.2023 г. на основании решения дисциплинарной комиссии ФКУ ИК-19, за указанное нарушение на истца наложено дисциплинарное взыскание в виде водворения в штрафной изолятор сроком на 7 суток.

Доводы заявителя о ненадлежащем оказании медицинской помощи, отсутствии лечения опровергаются доставленными сведениями.

Согласно ч. 4 ст. 117 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации перевод осужденных в помещения камерного типа, единые помещения камерного типа и одиночные камеры, а также водворение в штрафные и дисциплинарные изоляторы производится с указанием срока содержания после проведения медицинского осмотра и выдачи медицинского заключения о возможности нахождения в них по состоянию здоровья. Порядок проведения медицинского осмотра и выдачи указанного медицинского заключения определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.

Приказом Министерства Юстиции Российской Федерации от 9 августа 2011 года №282 утвержден Порядок проведения медицинского осмотра перед переводом осужденных в помещения камерного типа, единые помещения камерного типа, одиночные камеры, а также водворением в штрафные и дисциплинарные изоляторы и выдачи медицинского заключения о возможности нахождения в указанных помещениях по состоянию здоровья (далее - Порядок №282).

Согласно п. 2 Порядка №282 перевод осужденных в помещения камерного типа, единые помещения камерного типа и одиночные камеры, а также водворение в штрафные и дисциплинарные изоляторы производится только после проведения медицинского осмотра осужденного и выдачи врачом, а при его отсутствии фельдшером медицинского заключения.

При проведении медицинского осмотра изучаются жалобы осужденного, медицинская карта, проводится медицинский осмотр и при необходимости - дополнительные методы исследований. Полученные результаты в установленном порядке фиксируются в медицинской карте и сообщаются осужденному. В медицинскую карту осужденного вносится запись об основании проведения медицинского осмотра, диагноз выявленных заболеваний и формулируется заключение о возможности или невозможности по состоянию здоровья нахождения осужденного в помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа, одиночных камерах, штрафных и дисциплинарных изоляторах. Соответствующие записи также вносятся в журнал регистрации амбулаторных больных (п. 10 Порядка).

Пункт 12 Порядка №282 устанавливает, что после завершения процедур, непосредственно связанных с медицинским осмотром и оформлением медицинской документации, медицинский работник, проводивший осмотр осужденного, на постановлении о применении к осужденному взыскания выносит медицинское заключение, оформляемое собственноручно, с указанием времени и даты проведенного медицинского осмотра.

Медицинское заключение выносится в одной из следующих форм: «На момент осмотра осужденный (указывается Ф.И.О.) по состоянию здоровья может находиться в помещении камерного типа (едином помещении камерного типа, одиночной камере, штрафном или дисциплинарном изоляторе)»; «На момент осмотра осужденный (указывается Ф.И.О.) по состоянию здоровья не может находиться в помещении камерного типа (едином помещении камерного типа, одиночной камере, штрафном или дисциплинарном изоляторе)» (п. 13 Порядка).

Согласно п. 14 Порядка №282 основанием для вынесения медицинского заключения о невозможности нахождения осужденного в помещении камерного типа, едином помещении камерного типа, одиночной камере, штрафном или дисциплинарном изоляторе является заболевание, травма либо иное состояние, требующее оказания неотложной помощи, лечения либо наблюдения в стационарных условиях, в том числе в медицинской части.

По данным медицинской документации истец 19.05.2023г. был на приеме фельдшера медицинской части №14, требовал направить в больницу, жаловался, что он гипертоник, диагноз: ГБ 2 ст. риск 2, получает гипотензивный препарат (личный) по назначению терапевта: престариум; лечение по назначению терапевта, получил препарат на 17, 18 и 19.05.2023г., уверяет, что таблеток нет; принимать моксарел 200 мг. 1 таб. отказался.

Из медицинского заключения от 19.05.2023г., подготовленного фельдшером медицинской части №14 ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, следует, что осужденный осмотрен в 08.42, особых жалобы не предъявлял, эмоционально лабилен, данные объективного осмотра – температура 36,4?, АД 155/90, на момент осмотра по состоянию здоровья может содержаться в ШИЗО/ПКТ.

Медицинское заключение было вынесено до помещения осужденного в штрафной изолятор.

Также в медицинской карте имеется запись от 19.05.2023г., согласно которой проведен осмотр перед водворением в ШИЗО, жалоб особых не предъявляет, эмоционально лабилен, повышает голос, фельдшера называет ветеринаром, требует постельного режима, принимать препарата престариум, моксонидин отказывается, намерен писать жалобу прокурору, даны разъяснения, от дальнейшего лечения, наблюдения отказался.

Доводы истца о наличии заболеваний, препятствующих содержанию в ШИЗО, подлежат отклонению.

Заключение о возможности содержания по состоянию здоровья в помещении камерного типа может быть дано, в том числе на основании инструментальных измерений и визуального осмотра медицинским работником, поскольку препятствий к этому не имеется, прямых ограничений в соответствующих нормативных документах не закреплено.

Суд обращает внимание также на то обстоятельство, что заключение подготовлено компетентным специалистом-медиком, сомнений в его достоверности не вызывает. При этом, согласно медицинской справке осужденный регулярно обращался на прием к медицинским работникам медицинской части №14, следовательно, последним было хорошо известно о состоянии его здоровья, имеющихся диагностированных заболеваниях.

Учитывая, что имеющиеся у истца заболевания получены им не в период нахождения в штрафном изоляторе, не входят в Перечень медицинских противопоказаний к отбыванию наказания в отдельных местностях РФ осужденными к лишению свободы и в Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей, они, по мнению суда, не препятствовали его нахождению в штрафном изоляторе.

Согласно сведениям, содержащихся в медицинских документах, истец регулярно наблюдался медицинскими работниками в период содержания в штрафном изоляторе:

- 20.05.2023г., прием фельдшера, осмотр в ШИЗО, запись на видеорегистратор №29, АД 155/90, Чсс 72, эмоционально лабилен, напряжен, принимать таблетки отказывается, обвиняет медработника в предвзятом отношении, ведет себя вызывающе, принял таблетку периндоприла 5 мг.;

- 20.05.2023г., прием фельдшера, контрольное измерение АД 140/90, жалобы на заложенность ушей, в постельном режиме не нуждается, диагноз: ГБ 2 степени риск 2, лечение по назначению терапевта, контроль АД;

- 20.05.2023г., прием фельдшера, 15.50, жалобы на чувство онемения пальцев левой руки, АД 150/90, дан каптоприл 25 мг. п/я, 16.01 – АД 130/90;

22.05.2023г., прием врача-терапевта, АД 155/75, ЧСС 72, диагноз: ГБ 2 степени риск 2, ХСН 0, ситуационный невроз, от приема амитриптиллина отказался;

23.05.2023г., прием фельдшера, по обходу 10.00, АД 170/115, выпил таблетку каптоприла, валидол, в 17.00 АД 145/80, выдана 1 таб. каптоприла;

23.05.2023г., прием фельдшера, вызов в ШИЗО в 14.10, раздражен, эмоционально лабилен, жалобы на здоровье: у меня давление, отказался от медицинской помощи фельдшером ФИО1, со слов: «Я Вам не доверяю», согласился принять 25 мг. каптоприла, от наблюдения, контрольного измерения АД, коррекции назначения гипотензивной терапии отказался, ушел в камеру;

31.05.2023г., приме фельдшера, жалобы на головную боль, диагноз: АГ, выдана 1 таб. каптоприла, назначено лечение.

Также истец регулярно осматривался медработниками в иные периоды, в том числе во время содержания в СУС:

- 01.06.2023г., вызов в СУС, выходить на прием, измерять АД отказался, выписано медзаключение;

- 02.06.2023г., при обходе АД 140/80, 20.06.2023г.;

- 20.06.2023г., прием фельдшера, жалоб не предъявляет.

В период содержания истца в штрафном изоляторе к нему при наличии необходимости вызывалась бригада скорой медицинской помощи:

- 19.05.2023г., вызов БСМП, 18.56, АД 160/90, после терапии 140/90, ЧСС 72, температура 36,6;

- 20.05.2023г., вызов БСМП, 18.56, АД 220/120, после терапии 150/80, ЧСС 80, температура 36,5;

- 21.05.2023г., вызов БСМП, 19.11, АД 180/90, после терапии 140/90, ЧСС 62, температура 36,6;

- 22.05.2023г., вызов БСМП, 19.16, АД 170/90, после терапии 130/80, ЧСС 65, температура 36,6;

- 23.05.2023г., вызов БСМП около 07.00, при осмотре АД 160/90, выдана 1 таб.к аптоприла, сделана ЭКГ, данных за ОКС нет;

- 23.05.2023г. повторный вызов БСМП около 21.00, при осмотре АД 160/90, ЧСС 80, сделана в/м MgSo4 №1, сделана ЭКГ, данных за ОКС нет.

Истец 23.05.2023г. был направлен для проведения обследования в терапевтическое отделение филиала «Больница» ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России.

Из выписного эпикриза следует, что осужденный Г.О. прибыл 23.05.2023г., диагноз – артериальная гипертензия 3 степень, риск 2, дополнительные сведения – в беседе навязчив, агрессивен, имеет установочное поведение на пребывание стационаре, угрожает написанием жалоб, состояние при поступлении: общее состояние удовлетворительное, температура 36,4, АД 170/100 – 180/90, ЧСС 88. Больной от лечения отказался (имеется письменный отказ от 24.05.2023г.).

Тем самым, доводы иска о не оказании медицинской помощи, отсутствии лечения опровергаются медицинскими данными.

Осужденному оказывалась медицинская помощь в достаточном объеме, необходимое лечение и обследование получал согласно рекомендаций врачей-специалистов, осматривался специалистами, при необходимости проводилось стационарное обследование и лечение.

Вышеизложенные обстоятельства и представленные доказательства опровергает доводы иска о неполучении лечения и не проведении обследований. Следует учесть, что имеются сведения о неоднократных отказах истца от лечения, приема медицинских препаратов, измерения артериального давления и т.п. Тем самым, данное обстоятельство опровергает его же доводы о неполучении лечения. Тот факт, что, по мнению заявителя, подобные методы лечения не дали положительного эффекта, не свидетельствует о незаконном бездействии со стороны административных ответчиков.

О назначении судебных экспертиз по делу истец не ходатайствовал, от заявления подобных ходатайств административный истец уклонился. К тому же, истцом не оспаривается правильность установленных диагнозов, методы лечения, а оспаривается незаконное бездействие со стороны медработников, что с учетом характера заявленного спора не свидетельствует о наличии процессуальной необходимости назначения по делу специального исследования в виде судебной экспертизы.

Доводы заявителя о невозможности содержания в штрафном изоляторе в связи с наличием указанных им заболеваний являются абсолютно надуманными. Как было отмечено ранее, в каждом случае вывод о возможности помещения осужденного в штрафной изолятор решается медицинским работником на основании данных объективного осмотра, с учетом состояния здоровья, наличия имеющихся заболеваний и болезненных состояний и иных факторов. При этом, ссылаясь на невозможность содержания по состоянию здоровья в штрафном изоляторе, истец упускает то обстоятельство, что его поведение в местах лишения свободы не свидетельствует о намерении достичь цели исправления и перевоспитания. Истец является злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, имеет большое количество дисциплинарных взысканий. Ссылаясь на бездействие медработников, истец между тем сам ненадлежащим образом выполняет рекомендации врачей, что подтверждается медицинским документами.

Суд отмечает, что на сотрудников уголовно-исполнительной системы, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих.

Положения Конституции Российской Федерации презюмируют добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций.

Доказательств, свидетельствующих о нарушении сотрудниками учреждения и медицинскими работниками должностных обязанностей или превышение ими полномочий, административным истцом не представлено и судом в ходе судебного разбирательства не установлено. Сотрудники исправительного учреждения и медицинской части являются государственными служащими, которые выполняют должностные обязанности, установленные законом и ведомственными приказами.

Оснований сомневаться в составленных сотрудниками документов у суда не имеется.

Суд приходит к выводу о том, что стороной истца не доказано обстоятельств, в виду которых на ответчика может быть возложена обязанность по компенсации, поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих перенесение им нравственных и физических страданий в причинно-следственной связи с неправомерными действиями либо бездействиями ответчика, равно как и отсутствием надлежащей медицинской помощи и лечения в условиях уголовно-исполнительной системы.

В соответствии с п. 1 ст. 227 КАС РФ решение об удовлетворении требования о признании оспариваемого решения, действия (бездействия) незаконным принимается при установлении двух условий одновременно: решение, действие (бездействие) не соответствует нормативным правовым актам и нарушает права, свободы и законные интересы административного истца.

Следовательно, признание незаконным действий (бездействия) и решений органов и должностных лиц возможно при несоответствии их нормам действующего законодательства одновременно с нарушением права, свобод и законных интересов административного истца.

Из материалов дела установлено, что установленные законом нормы при содержании административного истца соблюдались.

С учетом изложенного, отсутствуют правовые основания для вывода о том, что приведенные выше обстоятельства унижали достоинство заявителя и причиняли ему расстройства и неудобства, степень которых превышала неизбежный уровень страдания, неотъемлемый для содержания в исправительных учреждениях с учетом режима места принудительного содержания, и являются основанием для компенсации за ненадлежащие условия содержания.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Следовательно, вышеперечисленные в исковом заявлении условия содержания не достигли той степени «суровости» и не причиняли истцу таких нравственных страданий, которые позволили бы вести речь о взыскании компенсации в размере, указанном самим заявителем в иске.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам КАС РФ, руководствуясь нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, достоверно установив то обстоятельство, что материально-бытовое обеспечение истца соответствовало предъявляемым требованиям, что не противоречит установленным законом требованиям, суд полагает заявленные им требования о компенсации не обоснованными.

Как отметил Верховный Суд Россйской Федерации в определении от 14.11.2017г. №84-КГ17-6 процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

При этом Верховный Суд Российской Федерации указал, что содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №5 от 10.10.2003г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Претерпевание осужденным, отбывающим наказание в исправительных учреждениях, либо лицом, заключенным под стражу, определенных нравственных и физических страданий, учитывая факт нахождения под стражей и наличие неизбежного элемента страдания и унижения, связанного с применением данной формы правомерного обращения, является неизбежным следствием исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы и не может служить основанием применения положений ст. 1100 ГК РФ, определяющей основания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя.

При изложенных обстоятельствах основания удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ,

решил:

В удовлетворении административных исковых требований Г.О. к ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, ФКЛПУБ-18 УФСИН России по Республике Коми, филиалу «медицинская часть №14» ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, фельдшеру ФИО1 о признании действий (бездействия) незаконными, признании нарушений условий содержания, взыскании компенсации за нарушение условий содержания - отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста (мотивированное решение – 4 августа 2023г.).

Судья В.И. Утянский