78RS0002-01-2021-005258-03

Изготовлено в окончательной форме 24 октября 2022 года

г. Санкт-Петербург

Дело № 2-388/2022 29 сентября 2022 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Выборгский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Кирсановой Е.В.,

при секретаре Гайворонской Ю.В.

с участием истца ФИО1, представителей ответчика

рассмотрев в отрытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании завещания недействительным, признания права собственности на жилое помещение и денежные средства, а также по иску ФИО3 к ФИО4 о признании завещания недействительным, признания права собственности на квартиры

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 с учетом уточнения исковых требований обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО4 (л.д.3-4, 74-75, 112 том1, л.д.29-30 том3) о признании завещания выданного ФИО2 на имя ФИО4 недействительным, признания за ней права собственности на квартиру, расположенную по адресу <адрес> и на денежные средства в сумме 104000 долларов США, 35000 евро, размещенных в индивидуальном банковском сейфе на основании договора пользования индивидуальным банковским сейфом совместного доступа № от 15.12.2020, заключённого с ПАО Банк ВТБ. В обоснование требований указывала на то, что с 1999 года совместно проживала с ФИО2 и состояла с ним в фактических брачных отношениях, в указанный период ими совместно было приобретено имущество, на протяжении всей совместной жизни ФИО2 страдал различными заболеваниями, имел вторую группу инвалидности в том числе и психическим, перенес два инфаркта, инсульт, она осуществляла за ним уход, после возбуждения наследственного дела выяснилось, что наследником первой очереди является его сын ФИО3, а также ФИО4 на основании завещания, составленного в 1999 г., считает, что на момент составления данного завещания наследодатель страдал психическим заболеванием, не мог отдавать отчет своим действиям.

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4, с учетом уточнения исковых требований (л.д.118-120,143) просил признать завещание, выданное ФИО2 на имя ФИО4 недействительным, а также признать за ним право собственности на имущество-квартиры, расположенные по адресу <адрес> и по адресу <адрес>, указывая на то, что на момент составления завещания 20.11.1999 г. ФИО2 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, так как страдал различными психическими заболеваниями, с 1989 г. по данному заболеванию ему была присвоена 2 группа инвалидности, в связи с чем настаивал на проведении судебной комплексной посмертной психолого-психиатрической экспертизы, вышеуказанные квартиры являются наследственным имуществом, а он единственный наследник.

В судебном заседании ФИО1 на удовлетворении своих требований учетом уточнения настаивала, поддержала доводы, изложенные в иске.

ФИО3 в суд не явился, доверил представлять интересы представителям, которые поддержали заявленные им требования, требования ФИО1 считали не обоснованными по доводам указанным в возражениях (л.д.65-69, 176-181, 209-213 том2)

ФИО4 извещалась надлежащим образом по адресу регистрации, получение судебной корреспонденции проигнорировала, ранее направляла в адрес суда возражения по заявленным требованиям.

Привлеченные в качестве 3 лиц нотариус ФИО5, ПАО Банк ВТБ, нотариус ФИО6 в суд не явились, представителей не направили, извещались надлежащим образом, просили рассматривать дело в их отсутствии (л.д. 109 том4, 33-34 том1)

При указанных обстоятельствах дело рассмотрено в отсутствии неявившихся лиц в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему:

ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д.120 том2) После его смерти было заведено наследственное дело №4/2021 нотариусом ФИО5 (л.д.116-195 том2)

С заявлением о принятии наследства в рамках вышеуказанного наследственного дела обратились ФИО3 – сын, наследник по закону (л.д.121 том2) и ФИО4- сестра наследодателя – наследник по завещанию от 20.11.1999 г. (л.д.122 том2).

В качестве наследственного имущества установлено: квартира №, расположенная по адресу <адрес>, (л.д.145-152 том2), квартира № в <адрес> (л.д.153-159 том2)

В рамках наследственного дела был установлено, что 20.11.1999 г. нотариусом ФИО6 было удостоверено завещание ФИО2 в пользу ФИО4 в отношении всего имущества, принадлежащего ему на день смерти, в том числе квартиры на <адрес> и <адрес> Факт совершения нотариального действия в виде удостоверения данного завещания нотариус подтвердила в судебном заседании, а также представила копию реестровой записи и копию завещания (л.д.224-229 том1) Сведений о том, что данное завещание было отменено или изменено не представлено.

Согласно ст. 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации, при нарушении положений Гражданского кодекса Российской Федерации, влекущем за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание ) или независимо от такого признания (ничтожное завещание ).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права и законные интересы которого нарушены этим завещанием. Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.

В соответствии со ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. С учетом требований состязательности, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

ФИО3 просил признать вышеуказанное завещание от 20.11.1999 г. недействительным, указывая на то, что о данном завещании ему стало известно от нотариуса ФИО5 в последние дни истечения шестимесячного срока, в момент подписания данного завещания ФИО2 не мог понимать значение своих действий и отдавать им отчет, поскольку с 1987 г. отец страдал психическим заболеванием, состоял на учете в ПНД, в 1989 г. ему была определена 2 группа инвалидности, с 1990 г. признан нетрудоспособным, ежегодно до октября 2000 г. проходил медико-социальную экспертизу, летом 1999 г. перенес острый инфаркт миокарда.

В связи с данными доводами, по ходатайству, в том числе ФИО3, была проведена судебная посмертная судебная психиатрическая экспертиза.

Согласно заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов СПб ГКУЗ «ГПБ №6» №2962.1236.1 от 07.06.2022 г. (л.д.112-114 том4) следует, что ФИО2 на момент подписания завещания страдал психическим расстройством в форме параноидной шизофрении, <данные изъяты>, выраженным эмоционально-волевым дефектом (<данные изъяты>). Как следует из его анамнеза, материалов дела и медицинской документации, хроническое психическое расстройство у него манифестировало в 1987 году параноидной симптоматикой с идеями преследования, с последующим присоединением зрительных, а затем и слуховых галлюцинаций комментирующего характера на фоне выраженных аффективных расстройств, при лечении в НИИ им. ФИО13 в 1989г. у него диагностировалась параноидная шизофрения, критика своего состояния отсутствовала, течение шизофренического процесса приобрело непрерывно прогредиентное течение с нарастанием эмоционально-волевого дефекта. С 1990г. он был признан инвалидом 2-й группы по психическому заболеванию. При лечении в ГПБ №3 в 1994г. он уже обнаруживал грубый апато-абулический дефект, крайне формальную критику. На периоды, максимально приближенные к юридически значимому действию, при направлении на МСЭК 20.10.1998 и 30.09.1999 он также обнаруживал выраженный эмоционально-волевой дефект и стойкий параноидный синдром, его состояние было без какой-либо положительной динамики. Таким образом, в силу выраженности эмоционально волевых нарушений, стойкого параноидного (бредового) синдрома ФИО2 на момент подписания завещания 20.11.1999 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, хроническое психическое расстройство препятствовало осознанию им последствий от подписания завещания (ответы на вопросы №1; №2; №3). Вопрос №4 в части влияния психического заболевания ФИО2 на его повседневную жизнь без ответа, так как вопрос носит гипотетический характер и экспертной оценке не подлежит. Вопрос №4 о нуждаемости ФИО2 в опеке решается в рамках гражданского судопроизводства о признании гражданина недееспособным.

Разрешая спор по существу, с учетом фактических обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ собранные по делу доказательства в их совокупности, в том числе проведенную по делу судебную экспертизу, суд приходит к выводу об удовлетворении требований ФИО3 о признании завещания недействительным.

Оснований не доверять заключению судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку она проведена на основании предоставленных судом материалов настоящего гражданского дела, оригиналов исследуемых документов, истребованных судом из медицинских учреждений, эксперты перед проведением экспертизы предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения, оснований сомневаться в компетентности экспертов не имеется, они имеют соответствующую квалификацию, последними исследованы все представленные на исследование документы, даны аргументированные ответы на постановленные перед ними вопросы, в экспертном заключении полно и всесторонне описан ход и результаты исследования, выводы являются логическим следствием осуществленного исследования, заключение не содержит внутренних противоречий, а выводы достаточно мотивированы. Доказательств, отвечающих требованиям ст. ст. 59, 60 ГПК РФ, опровергающих или ставящих под сомнение заключение судебной экспертизы, сторонами не представлено.

В связи с тем, что завещание от 20.11.1999г. признано недействительным, единственным наследником по закону после смерти ФИО2 является его сын ФИО3

Помимо вышеуказанных наследников на квартиру по адресу <адрес> претендует ФИО1, которая утверждала что с 1999 г. состояла с наследодателем в фактических брачных отношениях, который на протяжении жизни страдал различными заболеваниями, она все это время осуществляла за ним уход, квартира была приобретена на ее денежные средства.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности. Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 ГПК Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

С момента обращения в суд (апрель 2021 г.) на протяжении более года со стороны ФИО1 не представлено доказательств, соответствующих положениям ст. 59,60 ГПК РФ подтверждающих ее доводы в указанной части, в том числе и на возражения ФИО3 (л.д.65-69 том2) и на ходатайство о применении срока исковой давности (л.д.29,32 том2)

Как следует из материалов дела, квартира по адресу <адрес> перешла в собственность ФИО2 25.07.2000 г. по договору мены с ФИО7 (обмен с квартирой расположенной по адресу <адрес> принадлежащей наследодателю на основании договора купли-продажи от 17.12.1999 г.). согласно п. 11 договора мена квартир произведена без доплат (л.д.145-146 том2)

Как следует из выписки ЕГПН в отношении квартиры расположенной по адресу <адрес>, то данная квартира находилась в собственности ФИО2, перешла в собственность ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 на основании договора мены от 08.10.1996 г., в дальнейшем к ФИО1 по договору купли-продажи от 01.06.1999 г. и опять к ФИО2 на основании договора купли-продажи от 20.12.1999 г. №236241.1 (л.д.75-77 том2). Данная сделка ФИО1 оспорена не была, доказательств того, что денежные средства по данному договору не передавались ей от ФИО2 не представлено.

Суду также представлены выписки из ЕГРП о том, что ФИО2 11.05.1999 г. была продана квартира, расположенная по адресу <адрес> принадлежащая последнему с 12.10.1998 г. и 30.12.1999 г. квартира по адресу <адрес>, принадлежащая последнему с 11.05.1999 г. на основании договора купли-продажи (л.д.78-80 том2)

Таким образом, суд соглашается с позицией ФИО3, что ФИО1 считая что находится с ФИО2 в фактически брачных отношениях (доказательств данным обстоятельствам не представлено) и считая, что имела право на спорное имущество, оформленное на имя только ФИО2, но приобретённое за счет ее денежных средств (доказательств также не представлено) не лишена была права обращения с самостоятельными требованиями к ФИО2 при жизни для решения вопроса перехода права собственности на ее имя или для определения долей в праве собственности на данную квартиру. Она не могла не понимать, что в случае смерти последнего имущество перейдет к его наследникам, к которым она не относится.

Обратившись с требованиями о признании права собственности на квартиру после смерти последнего, ФИО1 пропустила срок исковой давности в соответствии со ст. 196 ГК РФ. Документы, оформленные надлежащим образом в соответствии с требованиями действующего законодательства, о том, что между ФИО2 и ФИО1 были какие-либо договоренности в отношении спорного недвижимого имущества или что ФИО2 распорядился имеющимся у него имуществом не представлено. Регистрация ФИО1 в квартире на ФИО14, равно как и фактическое в ней проживание, не свидетельствует о ее правах на данное имущество.

ФИО1 также просила признать за ней право собственности на денежные средства в размер 104000 долларов США, 35000 евро, размещенных в индивидуальном банковском сейфе Банка ВТБ (ПАО), указывала на то, что она совместно с ФИО3 заключила договор пользования индивидуальным банковским сейфом совместного доступа №, куда положила денежные средства принадлежащие ей лично. Однако, со стороны ФИО1 не представлено документов, соответствующих положениям ст. 59,60 ГПК РФ о том, что денежные средства, на которые она просит признать право собственности, являются ее личной собственностью и находятся в банковской ячейке Банка ВТБ (ПАО) в указанном количестве. Данные требования были заявлены в первоначальном иске, в ходе рассмотрения дела ФИО1 принимала участие во всех судебных заседаниях, в том числе с участием представителя, была ознакомлена с возражениями ФИО3, однако никаких дополнительных документов в обоснование своей позиции, кроме самого договора пользования индивидуальной банковской ячейкой приложенного к первоначальному иску, не представила.

В силу ст. 35 ГПК РФ стороны должны добросовестно пользоваться процессуальным правами.

Совокупность представленных доказательств в ходе рассмотрения дела свидетельствует о том, что исковые требования ФИО3 подлежат удовлетворению в полном объеме, что касается требований ФИО1 то оснований для их удовлетворения не имеется как в отношении ФИО3, так и к ФИО12 По требованию об оспаривании завещания она является не надлежащим истом, так как своего права на квартиру по адресу <адрес> она не доказала.

Принимая во внимание, что в ходе рассмотрения дела со стороны ФИО3 были заявлены требования о признании за ним права на имущество – квартиры, расположенные по адресу <адрес> и <адрес>, однако государственная пошлина по данным требованиям не оплачена, суд считает возможным взыскать с последнего в доход государства государственную пошлину в размере 60000 руб. исходя из кадастровой стоимости данного имущества.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании права собственности на жилое помещение и денежные средства, а также к ФИО4 о признании завещания недействительным, признании права собственности на квартиру отказать

Исковые требования ФИО3 к ФИО4 удовлетворить.

Признать завещание от имени ФИО2 в пользу ФИО4, удостоверенное нотариусом ФИО6 20.11.1999 г. недействительным.

Признать за ФИО3, <данные изъяты> право собственности на квартиру расположенную по адресу <адрес>, кадастровый номер № и по адресу <адрес>, кадастровый №. Взыскать с ФИО3 в доход государства государственную пошлину в размере 60000 (шестьдесят тысяч) рублей

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы

Судья Кирсанова Е.В.