УИД 78RS0008-01-2024-013118-15

Дело № 2-2689/2025 23 октября 2025 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Малышевой О.С.,

при секретаре Шуняеве К.С.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Банк ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, обязании направить информацию в бюро кредитных историй, налоговый орган, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском к Банку ВТБ (ПАО), в котором просил признать кредитный договор № V625/0006-0231146 от 05.10.2023, заключенный между сторонами недействительным, применить последствия недействительности сделки, обязать ответчика направить сведения о недействительности оспариваемого кредитного договора в бюро кредитных историй, налоговый орган по месту жительства истца, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что истцу на мобильный телефон поступил звонок от неизвестного лица, который представился сотрудником оператора мобильной связи и получил доступ к персональным данным истца, впоследствии в режиме удаленного доступа, от имени истца был заключен оспариваемый кредитный договор.

Истец ФИО1 в судебное заседание явился со своим представителем – адвокатом Долженко Л.А., заявленные исковые требования поддержал, просил удовлетворить иск.

Ответчик Банк ВТБ (ПАО) направил в суд своего представителя - ФИО3, действующую на оснвоании довренности, которая требования заявленного иска не признала, поддержала доводы представленных отзывов на исковое завление.

Выслушав лиц, участвующих в деле, и оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует и не оспаривалось сторонами, что 18.05.2020 между истцом ФИО1 и Банк ВТБ (ПАО) был заключен договор комплексного банковского обслуживания физических лиц путем присоединения в порядке, предусмотренном ст. 428 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в действующей редакции Правил комплексного обслуживания физических лиц в ПАО "Банк ВТБ", Правил дистанционного банковского обслуживания физических лиц в ПАО "Банк ВТБ", Условий обслуживания физических лиц в системе ВТБ-Онлайн. Истец имеет доступ к ВТБ-Онлайн.

В соответствии с п. 6.4.1 Условий обслуживания физических лиц клиент может оформить заявление на получение кредита в ВТБ-Онлайн. Заявление на получение кредита/иные электронные документы клиент подписывает ПЭП (простая электронная подпись) способом, определенным в п. 8.3 данных правил (sms-код - в случае использования интернет-банка, sms-KOA/Passcode - в случае использования мобильного приложения).

Банк информирует клиента о принятом решении посредством направления SMS/Push-сообщения. В случае принятия банком решения о предоставлении кредита клиенту предоставляются для ознакомления индивидуальные условия/иные электронные документы, которые клиент может сохранить на своем мобильном устройстве.

В случае согласия с индивидуальными условиями/иными электронными документами клиент подписывает их ПЭП способом, определенным в п. 8.3 правил. До подписания электронных документов клиент должен предварительно ознакомиться с их содержанием. Для получения копии кредитного договора/иных электронных документов на бумажном носителе клиент может обратиться в офис банка.

05.10.2023 от имени ФИО1 с использованием ВТБ-Онлайн подана заявка на получение кредита.

Также 05.10.2023 от имени истца подписан кредитный договор № V625/0006-0231146, по условия которого Банком ВТБ (ПАО) предоставлен кредит на сумму 1 217 726,50 рублей на срок 60 месяцев под 7,10 % годовых.

Обязанность по предоставлению денежных средств Банк ВТБ (ПАО) исполнил.

05.11.2023 истец подал заявление о совершении в отношении него преступления и возбуждении уголовного дела по факту мошенничества.

09.11.2023 по заявлению ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по которому истец признан потерпевшим.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

В ст. 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

В силу п. 1 ст. 435 ГК РФ офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора.

В соответствии со ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Согласно п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В силу п. 1 ст. 8 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-I "О защите прав потребителей" потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах).

В ст. 10 этого закона предусмотрена обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора.

В ст. 5 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ "О потребительском кредите" (далее - Закон о потребительском кредите) подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита в соответствии с п. 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

В п. 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите установлено, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с этим федеральным законом (п. 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите).

В ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 06.04.2011 N 63-ФЗ "Об электронной подписи" определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

В ч. 2 ст. 6 указанного закона закреплено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям ст. 9 данного закона.

Электронный документ согласно ст. 9 названного закона считается подписанным простой электронной подписью при выполнении, в том числе одного из следующих условий: простая электронная подпись содержится в самом электронном документе; ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

В ч. 2 этой же статьи указано, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности: правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи; обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

Как разъяснено Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 13.10.2022 N 2669-О, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, при заключении договора потребительского кредита, в том числе с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать, в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Судом установлено и подтверждается материалами настоящего гражданского дела, что все действия по оформлению заявки, заключению договора потребительского кредита и переводу денежных средств со счета истца на свой кредитный счет в Банк ВТБ (ПАО) и дальнейшие действия по приобретению товаров и услуг со стороны заемщика выполнены дистационно путем набора цифрового кода-подтверждения.

Согласно позиции Банка России, изложенной в информационном письме от 03.02.2022 N ИН-02-59/6 "О порядке согласования с заемщиками индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа)", индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) подлежат отражению в табличной форме и подписанию заемщиком. При этом ч. 14 ст. 7 Закона о потребительском кредите установлена возможность подписания заемщиком индивидуальных условий договора потребительского кредита (займа) также с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность заемщику в соответствии с требованиями федеральных законов.

Банком России выявлено использование кредиторами практик заключения договора потребительского кредита (займа), при которых согласие заемщика выражается посредством совершения действий, свидетельствующих о его согласии с предлагаемыми кредитором индивидуальными условиями (конклюдентные действия), либо телефонного звонка в адрес кредитора с информированием последнего о согласии на получение потребительского кредита (займа) на предложенных индивидуальных условиях. Как в первом, так и во втором случае, по мнению Банка России, устанавливающего правила проведения банковских операций, заемщиком индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) не подписываются ни собственноручной подписью, ни ее аналогом.

Таким образом, по мнению Банка России, подобные практики не могут быть признаны надлежащими и соответствующими требованиям Закона о потребительском кредите.

В ходе рассмотрения настоящего спора, ответчиком Банк ВТБ (ПАО) не представлено надлежащих доказательств того, что совершенные указанные выше действия могут рассматриваться как надлежащие проставление истцом ФИО1 простой электронной подписи от имени заемщика, а также того, что она является аналогом его собственноручной подписи в соответствии с требованиями Закона об электронной подписи, формальное соответствие действий истца внутренним правилам Банка, не могут рассматриваться как достаточные в своей совокупности для установления того, что волеизъявление на заключение оспариваемого кредитного договора исходит непосредственно от самого гражданина-заемщика.

При рассмотрении дела стороной истца даны объяснения относительно того, что им не совершались действия по заключению кредитного договора с Банк ВТБ (ПАО), они были совершены иными лицами, на момент оформления кредитных обязательств истец, находился на рабочем месте и исполнял свои трудовые обязанности, что подтверждается соответствующей справкой работодателя.

Кроме того, обстоятельства того, что кредитный договор от имени истца был заключен третьими лицами без его ведома и согласия путем мошеннических действий, подтверждаются материалами возбужденного и расследуемого уголовного дела, что исключает возможность личного участия истца в данной сделке.

При этом, Банк ВТБ (ПАО), используя дистанционный канал обслуживания, не выполнил надлежащим образом обязанность по установлению личности заемщика и проверки подлинности его волеизъявления, чем грубо нарушил требования осмотрительности, предъявляемые к профессиональному участнику финансового рынка. Данные действия (бездействие) Банка нарушают принципы добросовестности и разумности (ст. 10 ГК РФ) и освобождают истца от кредитной ответственности по рассматриваемому кредитному обязательству, так как не может считаться заключенным в соответствии положениями ГК РФ кредитный договор, при совершении которого волеизъявление сторон осуществляется третьему лицу, которое в отношениях с Банком выступает от имени заемщика, а в отношениях с заемщиком - от имени Банка, не имея при этом соответствующих полномочий.

Одновременно, суд учитывает, что ответчик впоследствии действительно осуществлял звонки на номер мобильного телефона клиента, однако данные звонки были направлены исключительно на подтверждение конкретных расходных операций по уже выданному кредиту. Факт совершения данных звонков после заключения кредитного договора не отменяет того обстоятельства, что Банк не использовал данный канал связи для первоначальной и критически важной идентификации клиента и проверки его подлинного волеизъявления в момент совершения сделки.

Таким образом, предоставленные доказательства подтверждают, что у Банка имелась техническая возможность для дополнительной верификации клиента на ключевом этапе – принятия оферты и подтверждении личности заемщика, однако она была применена не для предотвращения мошенничества, хотя объективная необходимость в этом имелась, учитывая повышенный риск мошенничества при дистанционном оформлении кредитных обязательств.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что кредитный договор № V625/0006-0231146 от 05.10.2023, заключенный между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 следует признать недействительной сделкой, а кредитные обязательства истца по данному договору отсутствующими.

Доводы стороны ответчика о пропуске срока исковой давности по заявленным требования, суд признает необоснованными, поскольку оспариваемый кредитный договор № V625/0006-0231146 заключен 05.10.2023, соответственно, на момент обращения истца в суд с настоящим иском – 03.10.2024, что подтверждается штампом на почтовом отправлении, годичный срок исковой давности для признания кредитного договора недействительным, предусмотренный ст. 181 ГК РФ, истцом не пропущен.

Обязанность кредитной организации направить информацию об исполнении (аннулировании) кредитного обязательства в бюро кредитных историй прямо предусмотрена Федеральным законом от 30.12.2004 года N 218-ФЗ "О кредитных историях", данная обязанность возникает у Банка автоматически с момента исполнения сторонами последствий недействительности сделки и не требует специального судебного предписания. Аналогичным образом, правовая обязанность по отражению в налоговом учете операций, связанных с прекращением обязательств по недействительной сделки, возникает у Банка в силу требований налогового законодательства РФ, контроль за ее исполнением относится к компетенции налогового органа, а не суда в рамках рассмотрения настоящего гражданского спора.

Таким образом, поскольку совершение указанных истцом действий является законной обязанностью ответчика, вытекающей из самого факта признания договора недействительным и применения последствий его недействительности, в специальном обязывании Банка к их исполнению не имеет правовой необходимости, в связи с чем суд не усматривает оснований для удовлетворения данных требований истца.

Признание оспариваемой сделки недействительной само по себе, по смыслу ст. ст. 151, 1099 ГК РФ, не является безусловным основанием для взыскания компенсации морального вреда, для удовлетворения данного требования необходимо установить факт причинения истцу физических и нравственных страданий именно в результате нарушения его личных неимущественных прав или посягательств на принадлежащие ему нематериальные блага со стороны ответчика.

Вместе с тем, предоставленные в материалы настоящего дела доказательства, не свидетельствуют о нарушении имущественных прав истца, и не подтверждают виновных действий Банк ВТБ (ПАО), которые были бы непосредственно направлены на умаление чести, достоинства, деловой репутации или иных нематериальных благ истца, в связи с чем суд не находит правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда в данном случае.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать недействительной сделкой кредитный договор № V625/0006-0231146 от 05.10.2023, заключенный между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1.

Признать обязательства ФИО1 по кредитному договору №V625/0006-0231146 от 05.10.2023 отсутствующими.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с Банк ВТБ (ПАО) (ОГРН: <№>, Дата присвоения ОГРН: 22.11.2002, ИНН: <№>) в доход государства государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья Малышева О.С.

Мотивированное решение изготовлено 07.11.2025