Дело №

УИД 50RS0№-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.ФИО3, Московской области 18 июня 2025 года

Чеховский городской суд Московской области в составе

председательствующего судьи Шайдовской Т.А.

с участием прокурора Ульчинова В.Э.

при секретаре Шкуратове Д.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОМВД России по городскому округу ФИО3 Московской области, Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с уточненными исковыми требованиями к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, Отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации по городскому округу ФИО3 о взыскании денежных средств в возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием в размере 414 800 руб., судебных расходов по оплате услуг независимой экспертизы в размере 6000 руб., юридических услуг в размере 60 000 руб., почтовых расходов в размере 1 764 руб., стоимости нотариальных действий по составлению доверенности в размере 2000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 15 870 руб., компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование своих исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> м., по вине водителя ФИО2, управлявшего транспортным средством «Лада Веста», государственный регистрационный знак №, принадлежащим на праве собственности ФКУ «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения ГУ МВД РФ по Московской области, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого причинены механические повреждения его автомобилю «Рено Дастер», государственный регистрационный знак №. ФИО2 на момент ДТП являлся действующим сотрудником полиции, старшим оперуполномоченным ОЭБ и ПК ОМВД России по г.о. <адрес>. Истец обратился в свою страховую компанию АО «Тинькофф Страхование», которая признав случай страховым выплатила ему страховое возмещение в размере 128 800 руб. доплатой в размере 182 300 руб., всего в размере 311 100 руб. Для ремонта транспортного средства данного страхового возмещения недостаточно. По экспертному заключению рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Рено Дастер», государственный регистрационный знак №, на момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ составляет 1 043 700 руб., при рыночной стоимости в 864 500 руб., в связи с чем, был сделан вывод о конструктивной гибели транспортного средства. Стоимость годных остатков составила 138 600 руб. Материальны ущерб составил 414 800 руб. При подготовке искового заявления истец понес судебные расходы, который просит так же взыскать с ответчиков. Поскольку истцу был причинен моральным вред повреждением его имущества и здоровья, просит взыскать компенсацию в размере 100 000 руб. Указанный размер ущерба, судебные расходы и компенсацию морального вреда просит взыскать с ОМВД России по г.о. ФИО3 Московской области, а в случае недостаточности у ОМВД России по г.о. ФИО3 Московской области собственных денежных средств, субсидиарно с Российской Федерации, как с собственника имущества ОМВД России по г.о. ФИО3, в лице главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействий) которых истцу причинен вред – Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.

Представитель истца ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме. Пояснил, что страховое возмещение было выплачено двумя платежами, по обращению истца за доплатой. При этом методика расчета размера ущерба у страховой компании иная, в связи с чем, стоимость ремонта и деталей ниже рыночных. При ДТП ФИО7 причинен вред имуществу и вред здоровью, ему проводилось медицинское освидетельствование в рамках производства по делу об административном происшествии, установлено, что обострились хронические заболевания. Поскольку виновник ДТП, ФИО2, на момент ДТП был действующим сотрудником полиции при исполнении, управлял служебным автомобилем, вред, причиненный его действиями, подлежит возмещению его прямым работодателем ОМВД России по г.о. <адрес>. Так как ОМВД является государственным учреждением, то способно отвечать по своим обязательствам, в том числе за обязательство по компенсации вреда, причиненного гражданину. В случае недостаточности имущества ОМВД по его обязательствам должна отвечать Российская Федерация, как собственник вверенного ОМВД имущества, в лице МВД РФ субсидиарно.

Интересы ответчиков в судебном заседании представляла ФИО6, действующая от ответчика Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. 188), и от ответчика ОМВД России по г.о. ФИО3 Московской области на основании доверенности от 17 января 2024 года сроком действия до 31 декабря 2026 года (том 1 л.д.187). Подтвердила, что виновник ДТП – ФИО4, на момент ДТП являлся действующим сотрудником ОМВД России по г.о. ФИО3 Московской области. Исковые требования не признала, просила в удовлетворении требований отказать. В представленных суду возражениях ответчиков (л.д. 199-207, 208-219) и в судебном заседании пояснила, что истцом был нарушен срок подачи заявления о выплате страхового возмещения, осмотр транспортного средства проводился по истечению шести месяцев с даты ДТП, истец намеренно отказался от восстановительного ремонта транспортного средства. Страховое возмещение страховой компанией выплачено не в полном размере. При этом страховой компанией конструктивная гибель транспортного средства не установлена, доказательств наступления конструктивной гибели транспортного средства истцом не представлено. От назначения экспертизы ответчики отказываются. Возражала против требования истца о компенсации морального вреда по тем основаниям, что производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 по факту причинения вреда здоровью ФИО7 по ст.12.24 КоАП РФ было прекращено за отсутствием в его действиях состава правонарушения. Установленное СМЭ обострение хронических заболеваний не рассматривается как причинение вреда здоровью. Доказательств подтверждения нравственных и физических страданий, расчета компенсации морального вреда истцом не представлено. Заявленные ко взысканию судебные расходы по оплате юридической помощи считает завышенными, Требования о взыскании расходов по оплате государственной пошлины считает не подлежащими удовлетворению, т.к. ответчики освобождены от уплаты государственной пошлины.

Истец ФИО7, надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, ФИО2, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, направил в суд заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. Разрешение исковых требований оставил на усмотрение суда (л.д.196).

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФКУ «ЦХи СО ГУ МВД РФ», надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, заявлений об отложении рассмотрения дела, о рассмотрении дела в его отсутствие в адрес суда не направил.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, АО «Тинькофф Страхование», надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, заявлений об отложении рассмотрения дела, о рассмотрении дела в его отсутствие в адрес суда не направил. Представил суду копию выплатного дела.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, УФК по Московской области, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, заявлений об отложении рассмотрения дела, о рассмотрении дела в его отсутствие в адрес суда не направил.

При таких обстоятельствах, суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.

В заключении по делу помощник Чеховского городского прокурора ФИО8 полагал, что в удовлетворении исковых требований следует отказать.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Рассмотрев и исследовав письменные материалы гражданского дела, оценив собранные по делу доказательства, в их совокупности и в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, суд находит заявленные требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, и из представленной копии материала по ДТП следует, что ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> м., произошло дорожно-транспортное происшествие с участием водителя ФИО2, управлявшего транспортным средством «Лада Веста», государственный регистрационный знак № принадлежащим на праве собственности ФКУ «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения ГУ МВД РФ по <адрес>», и водителя ФИО9, управлявшего автомобилем «Рено Дастер», государственный регистрационный знак №, принадлежащим ему на праве собственности.

В результате дорожно-транспортного происшествия транспортному средству истца причинены механические повреждения.

Из постановления № от ДД.ММ.ГГГГ ОГИБДД МУ МВД России «Серпуховское» Московской области следует, что виновник ДТП ФИО2 нарушил п.13.4 ПДД РФ, чем совершил правонарушение, предусмотренное ч.2 ст.12.13 КоАП РФ.

Как следует из выплатного дела, страховая компания АО «Тинькофф Страхование», застраховавшая гражданскую ответственность водителя ФИО7 по договору ОСАГО (полис ХХХ №), признав заявленное событие страховым случаем по договору ОСАГО, произвело истцу выплату страхового возмещения в размере 311 100 рублей (платежное поручение от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 128 800 руб. 00 коп., платежное поручение от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 182300 руб. 00 коп. (том 1 л.д. 165-180).

По экспертному заключению № рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Рено Дастер», государственный регистрационный знак № на момент ДТП, ДД.ММ.ГГГГ, составляет 1 043 700 руб., при рыночной стоимости в 864 500 руб. В связи с чем экспертом был сделан вывод о конструктивной гибели транспортного средства. Стоимость годных остатков составила 138 600 руб. (том 1 л.д.30-112).

В случае установления конструктивной гибели транспортного средства и отсутствии целесообразности его восстановления, на причинителя вреда возлагается обязанность возместить материальный ущерб в виде разницы между стоимостью транспортного средства, годных остатков и выплаченной суммой страхового возмещения.

Таким образом, судом установлено, что ФИО7 причинен материальный ущерб на сумму 414 800 руб., исходя из следующего расчета:

864 500,00 (рыночная стоимость ТС на момент ДТП) – 138 600,00 (стоимость годных остатков) – 311 100,00 руб. (страховое возмещение) = 414 800,00 руб.

С данным расчетом суд соглашается, отмечая, что со стороны ответчиков при оспаривании размера ущерба, доказательств иного размера ущерба, суду не представлено. От проведения судебной автотехнической экспертизы представитель ответчиков отказалась.

Рассматривая требование истца о взыскании материального ущерба и судебных расходов с ОМВД России по г.о. ФИО3 Московской области, а в случае недостаточности у ОМВД России по г.о. ФИО3 Московской области собственных денежных средств, субсидиарно с Российской Федерации, как с собственника имущества ОМВД России по г.о. ФИО3, в лице главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействий) которых истцу причинен вред – Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ определено, что владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ определено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

В соответствии с пунктом 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из приведенных норм материального права с учетом их разъяснения Пленумом Верховного Суда Российской Федерации следует, что работник, управлявший источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником этого источника повышенной опасности, не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 ГК РФ и ответственность в таком случае возлагается на работодателя, являющегося владельцем источника повышенной опасности.

Из представленной суду копии выписки из Приказа № л/с от ДД.ММ.ГГГГ начальника ОМВД России по г.о. ФИО3 ФИО12 следует, что виновник дорожно-транспортного происшествия ФИО2, назначен на должность оперуполномоченного отдела экономической безопасности и противодействия коррупции (л.д.142).

Приказом №л/с от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 назначен на должность старшего оперуполномоченного отдела экономической безопасности и противодействия коррупции ОМВД России по г.о. ФИО3 Московской области (л.д.143).

ДД.ММ.ГГГГ на основании Приказа № л/с ФИО2 уволен из органов внутренних дел на основании по п.2 ч.2 ст.82 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации», по инициативе сотрудника (л.д.144).

Из п.42.4 должностной инструкции старшего оперуполномоченного отдела экономической безопасности и противодействия коррупции ОМВД России по г.о. ФИО3 Московской области ФИО2, следует, что он несет персональную ответственность за причинение материального ущерба, в пределах, определенных действующим трудовым и гражданским законодательством Российской Федерации и нормативными правовыми актами МВД России (л.д. 148-152).

Таким образом, в судебном заседании установлено, что имущественный вред ФИО7 причинен ФИО2 при исполнении должностных обязанностей в момент управления служебным транспортным средством.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что обязанность по возмещению истцу материального ущерба лежит на ответчике ОМВД России по г.о. ФИО3 Московской области.

Требования истца в части взыскания материального ущерба при недостаточности средств у ОМВД России по г.о. ФИО3 Московской области субсидиарном порядке с Российской Федерации, как с собственника имущества ОМВД России по г.о. ФИО3, в лице главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействий) которых истцу причинен вред – Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации, суд находит не подлежащим удовлетворению по следующему основаниям.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В гражданском законодательстве данное правило детализируется, в том числе, в статье 1069 ГК РФ.

Согласно статье 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Таким образом, статья 1069 ГК РФ устанавливает ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами, и в системной связи с иными нормами главы 59 ГК РФ закрепляет гарантии для защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти, направлена на реализацию требований статей 52 и 53 Конституции Российской Федерации и не препятствует возмещению вреда, в том числе морального, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, при наличии общих и специальных условий, необходимых для наступления деликтной ответственности данного вида.

Особенности данного вида обязательств обусловлены особыми субъектами ответственности - ими являются органы публичной власти или обладающие властными полномочиями должностные лица этих органов.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации" разъяснено, что субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

Таким образом, по смыслу статьи 1069 ГК РФ, специальный состав условий гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный публичной властью, отличается от конструкции генерального деликта. Противоправность выражается в незаконности акта или иного проявления власти. Под действием органов власти понимаются правовые акты, постановления, приказы и т.д., бездействие выражается в неисполнении органами и должностными лицами возложенных на них обязанностей. Именно публичный характер действий органов власти определяет индивидуальный подход законодателя к регулированию условий и порядка ответственности.

Поскольку предъявленные истцом требования к ответчикам возникли из деликтных правоотношений, отвечающих признакам генерального деликта, которые нашли свое подтверждение в судебном заседании, а именно: наличие вреда у потерпевшего; противоправность поведения причинителя вреда; наличие юридически значимой причинной связи между вредом и противоправным поведением; вина причинителя вреда, оснований для взыскания материального ущерба в субсидиарном порядке с Российской Федерации, как с собственника имущества ОМВД России по г.о. ФИО3, в лице главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействий) которых истцу причинен вред – Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации, не имеется.

Указанная позиция суда соотносится с позицией Первого кассационного суда общей юрисдикции, отраженной в Определении от 16 января 2025 года N 88-1452/2025.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в абз.1 п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ" при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

При этом, в абз.2 п.13 того же Постановления отмечено, что если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Как следует из Постановления Конституционного Суда РФ от 10 марта 2017 г. N 6-П "По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, Б. и других", полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права; при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) (п. 5).

В силу ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Таким образом, определение размера ущерба на основании стоимости новых деталей автомобиля не является неосновательным обогащением потерпевшего за счет причинителя вреда, поскольку направлено не на улучшение транспортного средства, а на восстановление его работоспособности, функциональных и эксплуатационных характеристик.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей по тем основания, что ему причинен материальный ущерб, вред здоровью, а также физические и нравственные страдания.

Статья 151 ГК РФ, которая предусматривает возможность возмещения морального вреда в случаях нарушения личных неимущественных прав или принадлежащих гражданину нематериальных благ, а также в других случаях, предусмотренных законом, не содержит возможности возмещения морального вреда при нарушении имущественных прав от повреждения транспортного средства.

Повреждением имущества в виде транспортного средства в ДТП не нарушены личные и неимущественные права или материальные блага истца, поэтому нормы ст. 151 ГК РФ не применяются к данным правоотношениям.

В силу п. 3 ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях предусмотренных законом.

Действующим законодательством не предусмотрено возмещение морального вреда при причинении вреда имуществу гражданина. Возмещение ущерба от повреждения имущества, принадлежащего на праве собственности, не относится к личным неимущественным правам или нематериальным благам.

Из представленного суду административного материала по ДТП следует, что ФИО10 в рамках расследования проводилась судебно-медицинская экспертиза для определения тяжести телесных повреждений, установленных у истца, а также наличие связи между полученными повреждениями и ДТП.

Согласно заключению эксперта №333 от 27 октября 2023 года после дорожно-транспортного происшествия ФИО10 были выставлены диагнозы: «растяжение связок шейного отдела позвоночника», «повреждение связок в шейном отделе позвоночника», «растяжение перенапряжение связок шейного отдела позвоночника». Данные диагнозы судебно-медицинской экспертной оценке не подлежат, так как не подтверждены данными лучевых методов исследования (данными компьютерной томографии и данными магнитно-резонансной томографии). Каких-либо наружных повреждений мягких тканей в области шеи в медицинских документах не описано. При компьютерно-томографическом и магнитно-резонансном исследованиях шейного отдела позвоночника костно-травматических изменений костей, признаков повреждения связок не обнаружено. Перечисленные в представленной медицинской документации диагнозы «Дегенеративно-дистрофические изменения шейного отдела позвоночника, остеохондроз, спондилез. Грыжа диска между 5 и 6 шейными позвонками», «Остеохондроз шейного отдела позвоночника. Грыжи 4-5 шейных позвонков», «радикулопатия в проекции 5-6 шейных позвонков. Грыжа диска между 5 и 6 шейными позвонками» являются хроническими заболеваниями позвоночника и подтверждены результатами высокоинформативных лучевых методов исследования (КТ и МРТ исследованиями). Обострение хронических заболеваний, согласно п.24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» утвержденных приказом М,3 и СР РФ от 24.04.2008г №194н, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

Производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2, привлекаемого к административной ответственности по ч.1 ст.12.24 КоАП РФ было прекращено за отсутствием в его действиях состава административного правонарушения (л.д.23-24).

Таким образом, доказательств причинения вреда здоровью ФИО7, суду не представлено, в связи с чем требования о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью удовлетворению не подлежат.

Из п.21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Для оказания юридических услуг истцом с ООО «РЕАЛ ЭКСПЕРТ» заключено соглашение об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ. К договору представлен чек об оплате услуг от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 60 000 руб.

Форма договора отвечает требованиям ГК РФ, действительность договора не оспаривалась, условия договора сторонами были соблюдены – деньги в размере 60 000 руб. получены, что подтверждается платежным документами. В соответствии со ст.ст. 421, 424 ГК РФ условия договора, в том числе цена определяется соглашением сторон. Суд не вправе вмешиваться в сферу договорных отношений, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет её чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств дела, используя критерии разумности. В силу п.3 ст.10 ГК РФ разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.

Как разъяснено в пунктах 10 и 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек. Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Таким образом, вопрос о компенсации расходов, понесенных стороной по делу в связи с оплатой услуг представителя, регулируется отдельной статьей, и основным критерием при его разрешении является принцип разумности.

Из анализа указанной нормы закона следует, что разумность пределов расходов на оплату услуг представителя является оценочной категорией и определяется судом, исходя из сложности дела и характера спора, соразмерности платы за оказанные услуги и с учетом сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг представителей по представлению интересов доверителей в гражданском процессе, общей продолжительности рассмотрения дела, количества судебных заседаний, а так же объема доказательной базы и других факторов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования части 3 ст.17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Как указано в п.13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Таким образом, значимыми критериями оценки (при решении вопроса о судебных расходах) выступают объем и сложность выполненных работ (услуг) по подготовке процессуальных документов, представлению доказательств, участию в судебных заседаниях с учетом предмета и основания иска.

Определяя размер подлежащей взысканию денежной суммы за оказание юридических услуг, суд учитывает «Методические рекомендации по минимальным размерам оплаты юридической помощи, оказываемой адвокатами и юридическими лицами» (утвержденные Решением Совета АПМО от 27 марта 2024 года), конкретные обстоятельства, степень сложности гражданского дела, объем заявленных требований, цену иска, участие представителя в судебных заседаниях, время, затраченное на участие, соразмерности и обоснованности заявленных требований, суд считает требование истца о взыскании расходов по оказанию юридических услуг подлежащим удовлетворению в размере 60 000 руб.

В связи с удовлетворением исковых требований в части возмещения материального ущерба, с ответчика по правилам ст.98 ГПК РФ в пользу истца подлежат взысканию 6000 руб. в счет возмещения расходов по оплате услуг эксперта, поскольку указанные расходы непосредственно связаны с рассмотрением настоящего гражданского дела, были необходимы, подтверждены документально, следовательно, относятся к судебным издержкам.

Истцом заявлено также требование о взыскании расходов по оформлению доверенности в размере 2000 руб.

Из разъяснений, содержащихся в абз. 3 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" следует, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Как видно из текста доверенности (л.д.197), истец уполномочивают ФИО11 представлять его интересы по вопросам, связанным с возмещением ущерба в связи с дорожно-транспортным происшествием, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ и повлекшим повреждение транспортного средства Reno Duster. Указанное свидетельствует о том, что доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчиков расходов по оплате государственной пошлины в размере 15 870 руб., которая состоит из государственной пошлины в размере 12 870 руб. имущественное требование и 3000 руб. за неимущественное требование.

Согласно подп. 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются государственные органы, органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, в качестве истцов (административных истцов) или ответчиков (административных ответчиков).

Поскольку ОМВД России по г.о. ФИО3 является территориальным федеральным органом исполнительной власти, оснований для взыскания государственной пошлины с ответчика в размере 15 870 руб. в доход местного бюджета с ответчика не имеется.

Государственная пошлина, уплаченная истцом по квитанции от 22 января 2025 года за требование имущественного характера, подлежит возврату в размере 12 570 руб., исходя из удовлетворения требования истца о возмещении материального ущерба и отказа во взыскании компенсации материального вреда.

Суд также принимает во внимание то, что иных доказательств суду не представлено и в соответствии с требованиями ст. 195 ГПК РФ основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ОМВД России по городскому округу ФИО3 Московской области, Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП – удовлетворить частично.

Взыскать с ОМВД России по городскому округу ФИО3 Московской области, ИНН №, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт <...>:

- денежные средства в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 414 800 руб. 00 коп.;

- расходы по оплате услуг независимой экспертизы в размере 6 000 руб. 00 коп.;

- расходы по оплате юридических услуг в размере 60 000 руб.;

- расходы по оформлению нотариальной доверенности в размере 2000 руб. 00 коп.;

- почтовые расходы в размере 1 764 руб.

Всего взыскать 484 564 руб. 00 коп.

В удовлетворении исковых требований в большем размере и исковых требований к Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств - Министерства внутренних дел Российской Федерации - отказать.

Возвратить ФИО1 сумму уплаченной государственной пошлины в размере 15 870 руб. по квитанции от 22 января 2025 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Чеховский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 30 июня 2025 года.

Председательствующий подпись Шайдовская Т.А.