Решение по делу № 2-2074/2025 от 05.09.2025 - об опровержении сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, компенсации морального вреда.

КОПИЯ

Дело № 2-2074/2025

24RS0017-01-2025-000457-87

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

8 июля 2025 года г. Красноярск

Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Алексеевой Л.В.

при секретаре Лукьяненко К.О.,

при участии:

- истца ФИО1,

- представителя ответчика ГУФСИН России по Красноярскому краю, третьего лица ФСИН России ФИО2,

- представителя ответчика ГУФСИН России по Красноярскому краю, третьего лица ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГУФСИН России по Красноярскому краю об опровержении сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГУФСИН России по Красноярскому краю об опровержении сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что решением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом апелляционного определения Красноярского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ и определения Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, признан незаконным приказ ГУФСИН России по Красноярскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде выговора за личную недисциплинированность, безответственность, неисполнение пунктов 20 и 22 должностной инструкции, неисполнение п. 716 Плана мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ г.г., утвержденного ДД.ММ.ГГГГ. При этом вышеуказанный приказ по поручению временно исполняющего обязанности начальника ГУФСИН России по Красноярскому краю был размещен в системе электронного документооборота ГУФСИН, в результате чего стал доступным для прочтения и ознакомления сотрудникам уголовно-исполнительной системы, имеющим к нему доступ. Кроме того, копия приказа ГУФСИН России по Красноярскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении истца к дисциплинарной ответственности была приобщена к его личному делу, текст приказа внесен в его послужной список, а также выдержка из незаконного приказа была указана в заключительной части представления к увольнению истца со службы, направленного в адрес ФСИН России в качестве характеризующих сведений в отношении ФИО1, а также в адрес ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю, где с указанными приказом были ознакомлены сотрудники учреждения. Данные обстоятельства привели к распространению сведений, не соответствующих действительности, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца. На основании изложенного, ФИО1 просит возложить на ответчика обязанность по опровержению сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца, содержащихся в приказе ГУФСИН России по Красноярскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении его к дисциплинарной ответственности, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ГУФСИН России по Красноярскому краю, третьего лица ФСИН Р.С. С.В. (по доверенности) в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление, согласно которым в исковом заявлении истец указывает на распространение сведений, порочащих честь и достоинство, выраженное в размещении приказа от ДД.ММ.ГГГГ № о наложении дисциплинарного взыскания в систему электронного документооборота ГУФСИН. Вместе с тем, решением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным определением Красноярского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ, установлен факт несоразмерности наложенного взыскания, а не отсутствие факта неисполнения плана мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ г.г. При этом сложившейся судебной практикой установлено, что не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Вместе с тем, факт нарушения плана мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ г.г. (факт совершения дисциплинарного проступка) истцом не оспаривался. Доводы истца о том, что в результате размещения в системе электронного документооборота ГУФСИН указанный приказ стал доступным для прочтения и ознакомления сотрудникам ГУФСИН, имеющим доступ к вкладке ОРД, является несостоятельным, поскольку опровергается Инструкцией по работе в информационной системе «Электронный документооборот уголовно-исполнительной системы» при организации делопроизводства в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, утвержденной приказом ФСИН России № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой Система электронного документооборота предусмотрена в системе ФСИН для оперативного документооборота. Пунктом 4 вышеуказанного приказа установлено, что сведения, содержащиеся в электронных копиях документов (электронных образцов документов), не подлежат разглашению. Передача документов, их копий, проектов в другие учреждения, органы и организации, не входящие в УИС, физическим лицам, а также публикация служебной переписки в средствах массовой информации допускается только с разрешения директора ФСИН России, начальника (руководителя) учреждения и органа УИС. В связи с чем, указание на врио начальника ГУФСИН генерал-майора внутренней службы ФИО4, как лицо допустившее распространение не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца, является недопустимым. При этом намерений распространить ложную информацию об истце, унизить честь, достоинство и деловую репутацию у ответчика не имелось, приказ издан в рамках рассмотрения исполнения Плана подготовки, данный приказ не был распространен в печати или иных средствах массовой информации. В связи с изложенным, указанные в иске обстоятельства не свидетельствуют о том, что в отношении истца распространены заведомо ложные сведения, позволяющие возложить на ответчика гражданско-правовую ответственность, предусмотренную статьей 152 ГК РФ. При таких обстоятельствах, полагает, что оснований для опровержения порочащих, по мнению истца, его честь, достоинство и деловую репутацию сведений, не имеется. Также полагает, что требования о компенсации морального вреда является производными от первоначально заявленного искового требования, в связи с чем, данные требования не подлежат удовлетворению.

Представитель ответчика ГУФСИН России по Красноярскому краю, третьего лица ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО3 (по доверенности) в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление, согласно которым, полагает, что при вынесении Железнодорожным районным судом г. Красноярска решения от ДД.ММ.ГГГГ факт отсутствия вины истца в совершении дисциплинарного проступка не был установлен, в связи с чем сведения, указанные в приказе ГУФСИН России по Красноярскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № соответствовали действительности. Также полагают, что отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда.

Суд, выслушав пояснения истца, представителей ответчика и третьих лиц, исследовав материалы дела и представленные по делу доказательства в своей совокупности и взаимосвязи, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ, приходит к следующим выводам.

Частью 1 статьи 23 Конституции РФ предусмотрено, что каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

В силу п.п. 1, 9 ст. 152 РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Положениями п. 1 ст. 1099 ГК РФ, статьей 1100 ГК РФ предусмотрено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в п.п. 7, 9 Постановления от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» дано разъяснение о том, что под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 ГК РФ сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном ТК РФ).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу п. 1 ст. 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Как следует из материалов дела и установлено судом, решением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от ДД.ММ.ГГГГ признан незаконным приказ ГУФСИН РФ по Красноярскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности, с ГУФСИН РФ по Красноярскому краю в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 5 000 руб., с ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю в пользу ФИО1 взыскана денежная сумма в размере 19 000 руб., компенсация морального вреда в сумме 5 000 руб., а всего 24 000 руб. В доход местного бюджета с ГУФСИН России по Красноярскому краю взыскана госпошлина в размере 600 руб., с ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю в размере 1 060 руб.

Апелляционным определением Красноярского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Железнодорожного районного суда г. Красноярска от ДД.ММ.ГГГГ отменено в части взыскания в доход местного бюджета госпошлины с ГУФСИН России по Красноярскому краю в размере 600 руб., с ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю в размере 1 060 руб. В остальной части это же решение суда оставлено без изменения, апелляционные жалобы представителя ответчика ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО5, представителя ответчика ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю ФИО3 - без удовлетворения.

Определением Восьмого кассационного суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Железнодорожного районного суда г. Красноярска от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ оставлены без изменения, кассационные жалобы ГУФСИН по Красноярскому краю, ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю – без удовлетворения.

Таким образом, вышеуказанное решение Железнодорожного районного суда г. Красноярска вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Указанным решением суда от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ФИО1 проходил службу в уголовно-исполнительной системе с ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ в должности заместителя начальника учреждения ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю, согласно выписке из Приказа от ДД.ММ.ГГГГ №, контракту о службе в уголовно-исполнительной системе от ДД.ММ.ГГГГ №.

Приказом врио начальника ГУФСИН России по Красноярскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № истец ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за личную недисциплинированность, безответственность, неисполнение пунктов 20 и 22 должностной инструкции, неисполнение п. 716 Плана мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ г.г., утвержденного ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из приказа, в ходе рассмотрения вопроса «О ходе подготовки объектов учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ г.г. и проблемных вопросах реализации Плана мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ г.г. было установлено, что в ЛИУ-32 в нарушение п. 716 Плана мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ г.г. в срок до ДД.ММ.ГГГГ не были подготовлены овощехранилища к приемке продукции (просушка, ремонт полов, побелка, ревизия вентиляции и пушек, а также восстановление теплового контура после закладки продуктов).

Разрешая требования истца о признании незаконным приказа от ДД.ММ.ГГГГ от № о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что материалы дела не содержат доказательств ознакомления истца с Планом мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ, невыполнение пункта 716 которого в срок, определено ответчиком в качестве проступка истца; при этом ФИО1 не был включен в список лиц, ответственных за выполнение п. 716 вышеуказанного плана; а также при наложении дисциплинарного взыскания работодателем не были учтены наличие и характер вредных последствий либо их отсутствие, соответствие дисциплинарного взыскания тяжести совершенного проступка и степени вены, не приняты во внимание: характер проступка; обстоятельства при которых он был совершен; признание совершившим проступок сотрудником своей вины; его отношения к службе, знание правил ее несения.

Также судами было установлено, что протокол ежедневного планерного совещания при начальнике учреждения ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № (п. 7) не подтверждает факт того, что ФИО1 был ознакомлен с Планом мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимний период ДД.ММ.ГГГГ года. При этом данным Планом мероприятий определен срок выполнения пункта 716 – ДД.ММ.ГГГГ, тогда как ФИО1 вступил в должность заместителя начальника учреждения только ДД.ММ.ГГГГ, при этом в материалах дела отсутствуют доказательства наличия выявленных недостатков при выполнении п. 716 Плана мероприятий.

Кассационный суд также согласился с вышеприведенными выводами судов первой и апелляционной инстанций, указав в своем определении от ДД.ММ.ГГГГ, что убедительных доказательств неисполнения пунктов 20 и 22 должностной инструкции и п. 716 вышеуказанного Плана мероприятий ФИО6 материалы дела не содержат.

На основании Приказа ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 уволен со службы в уголовно-исполнительной системе, контакт с ним расторгнут.

Из материалов дела также следует, что в Послужной список ФИО1 (л/н №) была внесена запись о привлечении его на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № к дисциплинарной ответственности в виде выговора за личную недисциплинированность, безответственность, неисполнение пунктов 20 и 22 должностной инструкции, неисполнение п. 716 Плана мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ г.г., утвержденного ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, выдержка из приказа от ДД.ММ.ГГГГ № в указанной части была включена в заключительной части представления к увольнению истца со службы от ДД.ММ.ГГГГ.

Обращаясь с настоящими исковыми требованиями, истец ссылается на то, что вышеуказанное Представление к увольнению, содержащее выдержку из приказа от ДД.ММ.ГГГГ №, признанного незаконным решением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом апелляционного определения от ДД.ММ.ГГГГ и кассационного определения от ДД.ММ.ГГГГ, было направлено в адрес ФСИН России в качестве характеризующих сведений в отношении ФИО1, а также в адрес ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю посредством электронного документообота, где с указанным приказом были ознакомлены сотрудники данного учреждения. Данные обстоятельства, по мнению истца, привели к распространению сведений, не соответствующих действительности, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца.

Разрешая заявленные исковые требования, суд приходит к следующему.

Конституция РФ признает человека, его права и свободы высшей ценностью и возлагает на Россию как демократическое правовое государство обязанность признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, в том числе права каждого на охрану достоинства, на защиту своей чести и доброго имени, а также гарантировать их согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ (ст. 1 и 2; ст. 17, ч. 1; ст. 21, ч. 1; ст. 23, ч. 1).

Будучи непосредственно действующими, указанные права человека определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции РФ).

Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, и каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод (ст. 45, ч. 2; ст. 46, ч. 1, Конституции РФ).

В силу ст. 29 (ч. 1 и 4) Конституции РФ каждому гарантируется свобода мысли и слова, право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Право на свободное выражение своего мнения, включая свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию, идеи независимо от государственных границ, устно, письменно, посредством печати и иными способами по своему выбору, закреплено Международным пактом о гражданских и политических правах, в котором подчеркивается, что пользование соответствующими правами налагает особые обязанности и особую ответственность и что их ограничения могут быть установлены законом, в том числе когда это нужно для уважения прав и репутации других лиц (п.п. 2 и 3 ст. 19).

В силу этих конституционных положений субъект (юридическое либо физическое лицо), выступающий в качестве работодателя, наделяется полномочиями, позволяющими ему самостоятельно и под свою ответственность принимать кадровые решения, поддерживать дисциплину труда, в частности путем распространения адресованных трудовому коллективу сведений о привлечении работников к дисциплинарной ответственности.

Вместе с тем реализация данных прав и свобод предполагает следование конституционным установлениям, гарантирующим охрану достоинства личности, чести и доброго имени, уважения человека труда, а также недопустимость при осуществлении прав и свобод нарушений прав и свобод других лиц как одно из основополагающих условий соблюдения баланса общественных и частных интересов, прав и законных интересов участников правоотношений, объектом которых выступает информация (ст. 17, ч. 3; ст. 21; ст. 23, ч. 1; ст. 75.1 Конституции РФ).

Из приведенных конституционных положений вытекает, что государство должно создать правовые механизмы, которые обеспечивали бы защиту достоинства, чести и доброго имени гражданина и в тех случаях, когда в результате реализации работодателем права на распространение информации в целях поддержания дисциплины труда умаляются честь, достоинство и доброе имя гражданина, в отношении которого распространена эта информация, в том числе обеспечить реальную возможность судебной защиты прав и законных интересов данного лица и их эффективного восстановления на основании судебного решения.

Конституционные ценности чести, достоинства и доброго имени получают дополнительную охрану через закрепление специальных способов их защиты в ГК РФ.

Статья 152 ГК РФ предоставляет гражданину право требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности, причем опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом (п. 1). Данная статья предусматривает различный порядок опровержения таких сведений в зависимости от особенностей их распространения (п.п. 2 - 5), в частности, если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, содержатся в документе, исходящем от организации, то этот документ подлежит замене или отзыву (п. 3).

При этом п.9 ст. 152 ГК РФ гарантирует гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, право требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

В исключение из общего правила, предполагающего вину причинителя вреда, закон предусматривает безвиновную ответственность распространителя порочащих сведений (ст. 1064 и 1100 ГК РФ). Это - в совокупности с распределением бремени доказывания таких обстоятельств, как достоверность порочащих сведений, - повышает вероятность компенсации и потому укрепляет охрану чести, достоинства и деловой репутации. Сопутствующим результатом законодательного закрепления экономических стимулов воздерживаться от поведения, способного нанести ущерб этим конституционным ценностям, является и повышение стандарта добросовестности, если осуществление права или исполнение обязанности связано с риском умаления чести, достоинства или деловой репутации иного лица.

В пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что судам следует принимать во внимание содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании, способ и длительность их распространения, степень их влияния на формирование негативного мнения о лице, которому причинен вред, то, насколько его достоинство, социальное положение или деловая репутация были затронуты, его нравственные и физические страдания и другие отрицательные для него последствия, его личность, общественное положение, должность, индивидуальные особенности.

Как разъяснил Конституционный Суд РФ в постановлении от 21.07.2023 № 44-П к порочащим честь, достоинство или деловую репутацию можно отнести сведения о любом нарушении лицом правил поведения, принятых в соответствующем сообществе, особенно если такое нарушение сопровождалось негативной оценкой (порицанием) в форме привлечения нарушителя к ответственности. Восприятие сведений как достоверных и их влияние на оценку третьими лицами степени порочности поведения может усиливаться, если сведения исходят от лица, обладающего властью и авторитетом, например от работодателя или его уполномоченного представителя. Порочащими могут быть признаны сообщенные от имени работодателя сведения о дисциплинарном проступке и о последовавшем за ним применении к работнику дисциплинарного взыскания.

В постановлениях от 28.12.2022 № 59-П и от 07.02.2023 № 6-П Конституционный Суд РФ отметил, что требование о добросовестном поведении, с учетом положений статьи 75.1 Конституции РФ, в силу своей универсальности распространяется на любое взаимодействие между субъектами права во всех сферах. Требование поступать добросовестно вполне применимо и к случаям распространения информации, затрагивающей честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, в том числе при осуществлении им своего права на труд. Реализуя право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также право самостоятельно избирать методы организации коллективного труда, работодатель вправе различным образом реагировать на нарушения трудовой дисциплины: он может как привлекать сотрудника к дисциплинарной ответственности, так и воздерживаться от этого, ограничиваясь, например, устными разъяснениями. Соблюдению интересов работника, включая охрану его чести, достоинства и деловой репутации, в случае привлечения его к дисциплинарной ответственности служит установленное законом требование о соблюдении определенной процедуры: условия о получении от предполагаемого нарушителя объяснения, о сроках применения дисциплинарного взыскания и пр. (статьи 192 - 195 Трудового кодекса Российской Федерации).

Имея целью укрепить дисциплину труда в коллективе, работодатель может не только по-разному реагировать на поведение работника, отклоняющееся от ожидаемого, но и разными способами информировать других работников, например, о своем отношении к лицам, пренебрегающим трудовыми обязанностями, о недопустимости такого поведения, о мерах, которые могут быть применены к нарушителям. Выбирая способы сообщения информации по вопросам трудовой дисциплины для целей организации труда, работодатель должен оценивать как минимум степень ее достоверности, вероятность отмены судом акта, отражающего выводы о неисполнении или ненадлежащем исполнении трудовых обязанностей, и определять целесообразность распространения сведений о лице, привлеченном к дисциплинарной ответственности, меру конкретизации обстоятельств допущенного работником нарушения. Содержание информации должно соответствовать цели ее распространения, должно быть очевидно с ней связанным. Иначе - причем независимо от достоверности распространяемой информации - работодатель нарушает требование о добросовестном поведении в том, что касается чести, достоинства и деловой репутации работника.

В отличие от ознакомления самого работника (а если нужно - ограниченного числа сотрудников, непосредственно с ним связанных) с приказом (распоряжением) о применении дисциплинарного взыскания, размещение такого документа или сведений о нем в местах, доступных многим, способно привлечь к этой информации, негативно характеризующей работника, повышенное внимание. При этом нельзя не учитывать предоставляемых современными мобильными устройствами с функцией фотофиксации, которые имеются почти у каждого, возможностей для обмена данными, позволяющих обеспечить широкому кругу лиц доступ к такой информации почти одновременно, тем более что она отлична от обыденной и потому вызывает особый интерес. Такая - в некоторой мере публичная - форма распространения сведений, избранная работодателем, в случае признания в последующем порочащих сведений недостоверными целиком или в части потенциально может причинить больший вред чести, достоинству и деловой репутации работника. Это обстоятельство следует принимать во внимание при определении мер, направленных, ввиду наличия такой необходимости, на опровержение подобных сведений.

Признание незаконным (недействительным) приказа (распоряжения) работодателя о применении к работнику дисциплинарного взыскания не может отменить состоявшегося ранее факта его издания, информация о котором в этом смысле является достоверной. В то же время отмена такого приказа (распоряжения) судом может констатировать несостоятельность оснований для его принятия работодателем (т.е. необоснованность вывода о порочащем работника поведении, о совершении им дисциплинарного проступка) и (или) свидетельствовать о несоблюдении необходимой в подобных случаях процедуры, что, однако, также может опровергать, пусть и по формальным основаниям, связанным с ненадлежащими сбором и фиксацией данных о поведении работника, доказанность вывода о совершении работником дисциплинарного проступка.

Соответственно, несмотря на достоверность сведений об издании приказа (распоряжения), содержащаяся в нем информация о совершении работником дисциплинарного проступка в связи со вступлением в силу судебного решения о его отмене ввиду недоказанности факта дисциплинарного проступка не может считаться достоверной. При этом именно она, а не сам факт издания приказа (распоряжения), негативно воздействует на честь, достоинство и деловую репутацию работника, к которому она относится. Поэтому для целей защиты прав и законных интересов работника необходимо исходить из того, что свойство достоверности соответствующая информация утрачивает не с момента вступления в силу соответствующего судебного решения, а с момента издания работодателем приказа (распоряжения) о привлечении работника к дисциплинарной ответственности, что согласуется и с тем, что отмена приказа (распоряжения) работодателя как незаконного подразумевает его незаконность с момента издания.

Для оценки поведения работника, привлеченного к дисциплинарной ответственности, коллегами и иными лицами, получившими от работодателя негативно характеризующую работника информацию, может быть значимо то, что приказ (распоряжение) о привлечении работника к дисциплинарной ответственности был отменен на основании решения суда, тем более в связи с недоказанностью дисциплинарного проступка. В связи с этим едва ли можно признать достаточным для опровержения распространенных сведений одно лишь удаление такого приказа (распоряжения) с мест его предшествующего размещения без сообщения причин, побудивших к тому работодателя, включая факт признания судом приказа (распоряжения) незаконным (недействительным).

Как указано выше, решением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом апелляционного определения Красноярского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ и определения Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, приказ ГУФСИН России по Красноярскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении истца ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора за личную недисциплинированность, безответственность, неисполнение пунктов 20 и 22 должностной инструкции, неисполнение п. 716 Плана мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ г.г., утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, признан незаконным, в связи с недоказанностью факта дисциплинарного поступка последнего.

В этой связи, факт совершения ФИО1 указанного дисциплинарного поступка не был подтвержден в ходе рассмотрения дела, в связи с чем, Железнодорожным районным судом было постановлено вышеприведенное решение от ДД.ММ.ГГГГ.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что сведения, отраженные в приказе ГУФСИН России по Красноярскому краю от ДД.ММ.ГГГГ № в отношении ФИО1 не соответствуют действительности.

При этом, в силу приведенных выше положений законодательства и разъяснений Конституционного суда Российской Федерации к порочащим честь, достоинство или деловую репутацию можно отнести сведения о любом нарушении лицом правил поведения, принятых в соответствующем сообществе, особенно если такое нарушение сопровождалось негативной оценкой (порицанием) в форме привлечения нарушителя к ответственности.

В частности, к порочащим могут быть отнесены сообщенные от имени работодателя сведения о дисциплинарном проступке и о последовавшем за ним применении к работнику дисциплинарного взыскания.

В ходе рассмотрения дела также установлено и не оспаривалось стороной ответчика, что приказ от ДД.ММ.ГГГГ № в отношении ФИО1 был доведен ответчиком ГУФСИН России по Красноярскому краю до сведения ФСИН России и ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю путем электронного документооборота. Доказательств иного материалы дела не содержат, суду не представлено.

При этом, как указал Конституционный Суд РФ в постановлении от 21.07.2023 № 44-П, выбирая способы сообщения информации по вопросам трудовой дисциплины для целей организации труда, работодатель должен оценивать как минимум степень ее достоверности, вероятность отмены судом акта, отражающего выводы о неисполнении или ненадлежащем исполнении трудовых обязанностей, и определять целесообразность распространения сведений о лице, привлеченном к дисциплинарной ответственности, меру конкретизации обстоятельств допущенного работником нарушения. В отличие от ознакомления самого работника (а если нужно - ограниченного числа сотрудников, непосредственно с ним связанных) с приказом (распоряжением) о применении дисциплинарного взыскания, размещение такого документа или сведений о нем в местах, доступных многим, способно привлечь к этой информации, негативно характеризующей работника, повышенное внимание.

Таким образом, доведение ответчиком ГУФСИН России по Красноярскому краю до сведения ФСИН России и ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю положений приказа от ДД.ММ.ГГГГ № в отношении ФИО1, признанного незаконным вышеуказанным решением Железнодорожного районного суда г. Красноярска от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу, свидетельствует о том, что при выборе такого способа сообщения информации по вопросам трудовой дисциплины ответчик не оценил степень ее достоверности, а также вероятность отмены судом акта (приказа), отражающего выводы о неисполнении или ненадлежащем исполнении трудовых обязанностей ФИО1, и не определил целесообразность распространения сведений о лице, привлеченном к дисциплинарной ответственности, что привело к распространению сведений, негативно характеризующих истца.

При этом из приведенных выше разъяснений Конституционного Суда РФ в постановлении от 21.07.2023 № 44-П также следует, что отмена такого приказа (распоряжения) судом фактически констатирует несостоятельность оснований для его принятия работодателем (т.е. необоснованность вывода о порочащем работника поведении, о совершении им дисциплинарного проступка).

Соответственно, несмотря на достоверность сведений об издании приказа (распоряжения), содержащаяся в нем информация о совершении работником дисциплинарного проступка в связи со вступлением в силу судебного решения о его отмене ввиду недоказанности факта дисциплинарного проступка не может считаться достоверной. При этом именно она, а не сам факт издания приказа (распоряжения), негативно воздействует на честь, достоинство и деловую репутацию работника, к которому она относится.

Таким образом, не смотря на то, что на момент издания соответствующего приказа у работодателя отсутствовали сведения о достоверности либо недостоверности изложенных в нем сведений, отмена в последующем судом данного приказа (распоряжения) работодателя как незаконного подразумевает его незаконность с момента издания.

Вместе с тем, распространение недостоверных сведений, изложенных в приказе от ДД.ММ.ГГГГ № в отношении ФИО1 могло оказать существенное влияние на формирование негативного мнения о нем среди его коллег, а также иных лиц, повлечь отрицательные для него последствия, его личности, общественному положению, должности, индивидуальным особенностям.

При таких обстоятельствах, судом в ходе рассмотрения дела установлен факт распространения ответчиком ГУФСИН России по Красноярскому краю недостоверных сведений, порочащих честь и достоинство, а также деловую репутацию истца ФИО1, содержащихся в приказе от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении последнего к дисциплинарной ответственности.

Согласно ч. 1 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, содержатся в документе, исходящем от организации, такой документ подлежит замене или отзыву (ч.2 ст. 152 ГК РФ).

Порядок опровержения сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, в иных случаях, кроме указанных в пунктах 2 - 5 настоящей статьи, устанавливается судом (ч. 6 ст. 152 ГК РФ).

При этом, как указал Конституционный Суд РФ в постановлении от 21.07.2023 № 44-П, обязанность принять меры для восстановления чести, достоинства или деловой репутации обычно возникает по требованию самого потерпевшего, что отвечает принципу осуществления гражданских прав по воле и в интересах участников гражданско-правовых отношений (пункт 2 статьи 1 ГК Российской Федерации).

В трудовых же правоотношениях, учитывая фактическое неравенство работодателя и работника, который является здесь слабой стороной и не всегда может заявить работодателю свои требования, обязанность распространить сведения о признании судом приказа (распоряжения) о применении к работнику дисциплинарного взыскания незаконным (недействительным) возникает независимо от инициативы работника, но в любом случае при условии предварительного с ним согласования. Такой стандарт добросовестного поведения работодателя обусловлен состоянием - обычным в большинстве сфер деятельности - зависимости работника от работодателя и опасением вызвать у работодателя неудовольствие работником, настойчиво защищающим свои права, создать восприятие работника как неудобного и конфликтного и тем самым - почву для предвзятого к нему отношения. Тем более что добросовестный работодатель - пользующийся своею управленческой властью в рамках, соответствующих ее предназначению, и проявляющий заботу о чести, достоинстве и деловой репутации работника, особенно когда на формирование представлений о таковых повлияли действия самого работодателя, - обязан распространить сведения о признании умаляющего честь, достоинство и деловую репутацию работника акта незаконным (недействительным) по своей инициативе, если это не противоречит разумно понимаемым интересам работника и сам работник в ходе предварительного согласования с ним таких действий не высказался против их совершения.

Обязанность работодателя распространить сведения о признании судом приказа (распоряжения) о применении к работнику дисциплинарного взыскания незаконным (недействительным) тем более не может отрицаться тогда, когда сам работник этого требует.

При этом возложение на лицо, которое имеет возможность без ущерба для своих прав и законных интересов удалить сведения, признанные судом не соответствующими действительности, обязанности выполнить, как только ему об этом стало известно, необходимые действия (состоящие, по сути, в исполнении вступившего в законную силу судебного решения) не может рассматриваться ни как чрезмерное обременение, ни как несоразмерное ограничение его прав (Постановление от ДД.ММ.ГГГГ №

Соответственно, на лицо, реализовавшее свое право распространять информацию о правоприменительном акте, хотя и порочащую другое лицо, но предположительно достоверную - до признания такого акта судом незаконным (недействительным), суд может возложить обязанность опровергнуть данную информацию путем сообщения лицам, осведомленным о таком акте, сведений о состоявшемся судебном решении, об основаниях его принятия, о других обстоятельствах, знание о которых в совокупности может восстановить состояние чести, достоинства и деловой репутации лица, в чьем отношении распространены порочащие сведения. Такая обязанность представляет собой не меру ответственности за виновное правонарушение, а способ защиты права, что предполагает возможность обращения потерпевшего в суд за защитой нарушенного права, если эта обязанность не будет исполнена работодателем в добровольном порядке.

При таких обстоятельствах, с учетом вышеприведенных положений законодательства и разъяснений Конституционный Суд Российской Федерации, в целях защиты и восстановления чести, достоинства или деловой репутации истца ФИО1 суд считает необходимым возложить обязанность на ответчика ГУФСИН России по Красноярскому краю опровергнуть сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца, указанные в приказе от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении ФИО1 к дисциплинарному взысканию в части указания на неисполнение последним пунктов 20 и 22 должностной инструкции, неисполнение п. 716 Плана мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ г.г., утвержденного ДД.ММ.ГГГГ.

Разрешая требования истца о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ компенсация морального вреда возлагается судом на нарушителя в случае, если его действиями нарушаются личные неимущественные права гражданина, либо в других случаях, предусмотренных законом.

Согласно ч. 9 ст. 152 ГК РФ, гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

В силу п. 50 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" право на компенсацию морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, на основании статьи 152 ГК РФ возникает в случае распространения о гражданине любых таких сведений, в том числе сведений о его частной жизни. Истец по делу о компенсации морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений, а ответчик - соответствие действительности распространенных сведений (пункт 1 статьи 152 ГК РФ).

При причинении вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, наличие морального вреда предполагается. В указанных случаях компенсация морального вреда взыскивается судом независимо от вины причинителя вреда (абзац четвертый статьи 1100 ГК РФ).

При рассмотрении дел по спорам о компенсации морального вреда, причиненного в связи с распространением о гражданине сведений, порочащих его честь, достоинство, деловую репутацию, или иных сведений, распространение которых может причинить моральный вред, судам надлежит обеспечивать баланс между такими гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами, как право граждан на защиту чести, достоинства, деловой репутации, свобода мысли, слова, массовой информации, право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации).

Согласно п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации гражданина судам следует принимать во внимание, в частности, содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании, способ и длительность распространения недостоверных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения о лице, которому причинен вред, то, насколько его достоинство, социальное положение или деловая репутация при этом были затронуты, нравственные и физические страдания истца, другие отрицательные для него последствия, личность истца, его общественное положение, занимаемую должность, индивидуальные особенности (например, состояние здоровья).

В силу п. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" компенсация морального вреда определяется судом при вынесении решения в денежном выражении. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание обстоятельства, указанные в части 2 статьи 151 и пункте 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Если не соответствующие действительности порочащие сведения распространены в средствах массовой информации, суд, определяя размер компенсации морального вреда, должен учесть характер и содержание публикации, а также степень распространения недостоверных сведений. При этом подлежащая взысканию сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерна причиненному вреду и не вести к ущемлению свободы массовой информации.

Суд учитывает, что факт нарушения ответчиком прав истца, выразившихся в распространении не соответствующих действительности сведений об истце ФИО1, порочащих его честь, достоинство, деловую репутацию, достоверно установлен в судебном заседании, следовательно, истец имеет право на компенсацию морального вреда.

Учитывая характер и степень нравственных страданий истца, субъективные особенности его личности и отношение к нарушению прав ответчиком, принципы разумности и справедливости, а также принимая во внимание содержание указанных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения о лице, которому причинен вред, то, насколько его достоинство, деловая репутация при этом были затронуты, нравственные и физические страдания истца, личность истца, суд полагает необходимым взыскать с ГУФСИН России по Красноярскому краю в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., что является соразмерным и объективным.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

На ГУФСИН России по Красноярскому краю (ИНН <***>) возложить обязанность опровергнуть сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, паспорт гражданина РФ: №), указанные в приказе от ДД.ММ.ГГГГ № о привлечении ФИО1 к дисциплинарному взысканию в части указания на неисполнение последним пунктов 20 и 22 должностной инструкции, неисполнение п. 716 Плана мероприятий по подготовке учреждений ГУФСИН России по Красноярскому краю к работе в осенне-зимнем периоде ДД.ММ.ГГГГ г.г., утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, путем направления сведений о признании данного приказа незаконным в адрес ФСИН России и ФКУ ЛИУ-32 ГУФСИН России по Красноярскому краю через электронный документооборот.

Взыскать с ГУФСИН России по Красноярскому краю (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, паспорт гражданина РФ: №) компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца с момента его изготовления в полном объеме, путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Красноярска.

Председательствующий Л.В. Алексеева

Решение изготовлено в полном объеме 05.09.2025.

Копия верна:

Судья Л.В. Алексеева