Дело № 2-2386/2022
УИД - 41RS0001-01-2022-001717-77
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
г. Петропавловск-Камчатский 27 октября 2022 года
Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе: председательствующего судьи Тузовской Т.В.,
при секретаре Пестеревой А.А.,
с участием представителя истца ФИО3,
представителей ответчика: ФИО4, ФИО5,
третьего лица ФИО6,
представителя третьего лица Управления коммунального хозяйства и жилищного фонда администрации Петропавловск-Камчатского городского округа ФИО7,
по встречному исковому заявлению:
с участием представителей истца ФИО4, ФИО5,
представителя ответчика ФИО3,
третьего лица ФИО6,
представителя третьего лица Управления коммунального хозяйства и жилищного фонда администрации Петропавловск-Камчатского городского округа ФИО7,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО9 в лице законного представителя ФИО10 о признании утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, по встречному иску ФИО9 в лице законного представителя ФИО10 к ФИО8 об обязании не чинить препятствие в пользовании жилым помещением, о вселении в жилое помещение,
установил:
истец ФИО8 предъявил иск к ответчику ФИО9 в лице законного представителя ФИО10 о признании утратившим право пользования жилым помещением расположенным по адресу: <адрес>, снятии с регистрационного учета, ссылаясь на то, что он является нанимателем данного жилого помещения по договору социального найма жилого помещения № 99 от 2 сентября 2020 года, заключенному с Управлением коммунального хозяйства и жилищного фонда администрации Петропавловск-Камчатского городского округа. Договор был заключен, поскольку по ордеру УЖКХ Камчатрыбпрома от 20 февраля 1979 года № 862 отцу истца - ФИО12 указанная квартира была предоставлена квартира, с составом семьи: ФИО13 (жена), ФИО1 (сын), ФИО14 (дочь), ФИО15 (сын).
В период с 15 апреля 2002 года по 13 августа 2013 года в указанной квартире был зарегистрирован по месту жительства сын истца - ФИО16 В период с 2006 года по 2008 год сын состоял в неофициальных семейных отношениях с ФИО17, при этом в указанной квартире не проживал постоянно.
22 февраля 2007 года у ФИО11 и ФИО16 родился сын ФИО18 (свидетельство об установлении отцовства). Указал на то, что без его согласия, его сын ФИО16 13 марта 2007 года зарегистрировал в жилом помещении по месту жительства ФИО9, который проживал в указанной квартире полгода.
В 2008 году после прекращения семейных отношений между ФИО16 и ФИО11, последняя с сыном добровольно уехала проживать к своей матери, а в 2010 году выехала за пределы Камчатского края, затем вышла замуж, изменила фамилию на ФИО19, и уехала жить в Краснодарский край, где и проживала по ноябрь 2020 года.
ДД.ММ.ГГГГ его сын ФИО16 умер.
Обратил внимание на то, что с 2008 года истец с ФИО10 и ее сыном не виделся, родственные связи утрачены, отношения с ними не поддерживались, не общались, совместного хозяйства не вели, общего бюджета не имели, сведений о месте пребывания ФИО9 не имел.
Фактически после смерти ФИО16, ФИО9 перестал быть членом семьи нанимателя ФИО8, не ведет общего хозяйства, не проживает по месту регистрации, адрес фактического местонахождения не известен.
Кроме того, указал на то, что в собственности у ФИО9 имеются объекты недвижимости в г. Петропавловске-Камчатском и в г. Краснодар, а регистрация по адресу: <адрес>, имеет формальный характер.
Ответчик отсутствует по месту регистрации в связи с непрерывным проживанием по местам жительства своей матери ФИО20 и отсутствует в жилом помещении более 14 лет. Его выезд из жилого помещения носил вынужденный характер в связи с распадом отношений его родителей, но выезд носит постоянный характер, переезд в другой населенный пункт, мать вступала в новые браки и несовершеннолетний совместно с ней проживал с новой семьей в других жилых помещениях. Ответчик приобрел право пользования другими жилыми помещениями на праве собственности в новом месте жительства.
Отсутствие ответчика не носит временного характера, поскольку ФИО10 и ее сын, ФИО9, добровольно, забрав свои вещи, выехали на постоянное место жительство в Краснодарский край, проживали там до ноября 2020 года по адресу: <адрес> (в долевой собственности ФИО9), а в последствии вернулись в Камчатский край и проживают по адресу: <адрес> (в долевой собственности ФИО9), мать ответчика вступала в брак, проживала и проживает там вместе со своей семьей в другом жилом помещении.
В настоящее время ответчик спорным жилым помещением не интересуются, однако с регистрационного учета не снялся. Совместное хозяйство, как и общего бюджета, с истцом не имеют, при этом, связь не поддерживают, обязанность по оплате коммунальных услуг не исполняют. Препятствий в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, ответчикам не чинились.
Полагал, что ответчик приобрел право пользования другим жилым помещением на новом месте жительства, а в связи с длительным не проживанием ответчика и отсутствием у него заинтересованности в сохранении за собой права пользования жилым помещением, договор социального найма подлежит с ним расторжению.
На основании изложенного, истец просит признать ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, со снятием с регистрационного учета.
Ответчик ФИО9 в лице законного представителя ФИО10 обратился в суд со встречным исковым заявлением к ФИО8, в котором указал на то, что на основании ордера № 862 от 20 февраля 1979 года жилое помещение, расположенное по <адрес> предоставлено для проживания ФИО12 на состав семьи: ФИО13 (жена), ФИО1 (сын), ФИО25 М.Г. (дочь), ФИО15 (сын).
В спорном жилом помещении проживал и был зарегистрированным сын ответчика - ФИО16, который состоял в семейных отношениях с ФИО10, у которых родился сын ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Несовершеннолетний ребенок проживал с родителями в спорном жилом помещении с момента рождения, который также зарегистрирован в квартире с 13 марта 2007 года по настоящее время. В 2008 году семейные отношения между родителями несовершеннолетнего прекращены по причине ведения отцом ребенка аморального образа жизни, что не позволило семье проживать в одном помещении совместно, и ФИО10 с ребенком была вынуждена выехать из квартиры.
Обратил внимание суда, что факт того, что в действиях несовершеннолетнего и его матери, как законного представителя, отсутствовал факт добровольности выезда из спорного жилого помещения, установлен судебными решениями по аналогичному спору, между теми же сторонами по делам № 2-5520/2017, № 2-4238/2019 и доказыванию не подлежит.
На протяжении всего времени, начиная с января 2014 года, ответчик препятствует несовершеннолетнему ФИО9 проживать и пользоваться спорным жилым помещением, чем грубо нарушает его право на жилище. Законным представителем несовершеннолетнего неоднократно предпринималась попытки вселиться в спорное жилое помещение, однако ответчик всячески препятствует этому.
2 сентября 2020 года Управлением коммунального хозяйства и жилищного фонда администрации ПКГО с ответчиком заключен договор социального найма жилого помещения № 99, где в качестве члена семьи нанимателя указан истец - несовершеннолетний ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Данный договор действующий, не признан судом недействительным, истец в силу закона имеет право пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему на основании договора жилым помещением. Вместе с тем, ответчик лишает истца данного права без указания причин. Умерший отец истца приходился ответчику сыном и в силу прямого указания закона являлся членом семьи нанимателя. В установленном законом порядке отец истца не признан судом бывшим членом семьи нанимателя (ответчика), следовательно, поскольку истец является родственником умершего члена семьи нанимателя, то имеет право пользоваться и распоряжаться спорным жилым помещением.
На основании изложенного, истец просит обязать ФИО8 не чинить препятствие несовершеннолетнему ФИО9 в лице законного представителя ФИО10 в пользовании жилым помещением, расположенным по <адрес> г. Петропавловске - Камчатском.
Вселить несовершеннолетнего ФИО9 в лице законного представителя ФИО10 в жилое помещение, расположенное по <адрес>.
Истец, ответчик (по встречному исковому заявлению) ФИО8 о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в суд не явился, направил в суд представителя. В поступившем в суд отзыве на встречный иск дополнительно указал на то, что истец заявляет требование на вселение в перенаселенную квартиру, при этом имеет в собственности несколько жилищных площадей и является несовершеннолетним лицом (возраст 15 лет).
Также обратил внимание, что истец (по встречному исковому заявлению) и его законный представитель ФИО10 сознательно путем иска о вселении в муниципальное жилое помещение, ухудшит свои жилищные условия и ущемит права уже проживающих в жилом помещении в части нормативных квадратных метров на число проживающих.
Законный представитель истца (по встречному исковому заявлению) ФИО10 просит вселить несовершеннолетнего ФИО9 в лице ФИО10 в жилое помещение, расположенное указанному выше по адресу, при этом у ФИО10 имеются на иждивении и проживают с ней еще два малолетних ребенка кроме истца, что нарушает права и законные интересы ответчика и членов семьи нанимателя, являющимися по отношению к ФИО9 и ФИО10 с ее двумя детьми чужими людьми.
Согласно договору социального найма № 99 от 2 сентября 2020 года, ответчику передана муниципальная квартира общей площадью 47,9 кв.м и жилой площадью 32.6 кв.м, состоит из двух смежных жилых комнат (15 кв.м и 17,4 кв.м), коридора (5,8 кв.м), кухни (5,7 кв.м), санузла (1 кв.м и 2,1 кв.м). В спорном жилом помещении проживают ответчик и члены его семьи (3 человека) за исключением ФИО9
Истец фактически в квартире никогда не проживал (за исключением первых полгода своей жизни) и в настоящее время не проживает. Выезд ФИО9 на новое место жительства носил добровольный и постоянный характер в связи с выездом его законного представителя ФИО10, которая в последствии неоднократно вступала в браки, проживала длительное время в других регионах РФ (Краснодарский край с 2011 г. по 2020 г.).
Препятствий в пользовании жилым помещением, где в настоящий момент проживает ответчик, несовершеннолетнему сыну ФИО10 не чинились, за указанное время с 2008 по 2022 годы попытки вселиться они не предпринимали, личных вещей в спорной квартире не имеется, оплату жилищно-коммунальных услуг на протяжении периода своего отсутствия не осуществляют.
В квартире истец (по встречному исковому заявлению) не проживает с 2007 года, своих вещей в квартире не имеет, законный представитель истца ФИО10 состояла в других браках и преимущественно проживает по адресу своей регистрации: г. <адрес>, имеет на праве собственности иные жилые помещения, тогда как для ответчика (по встречному исковому заявлению) и его сонанимателей спорное жилое помещение является единственным местом проживания, квартира с жилой площадью 32,6 кв.м, с 1979 года, и сложившиеся между сторонами взаимоотношения исключает реальную возможность совместного пользования квартирой.
Доказательств того, что истец (по встречному исковому заявлению) нуждается в спорном помещении, в том числе и для проживания в нем, несет расходы по его содержанию, между сторонами сложился определенный порядок пользования помещением, материалы дела не содержат.
Кроме того, вселение истца (по встречному исковому заявлению) и его законного представителя ФИО10 приведет к уменьшению учетной нормы предоставления площади жилого помещения по договорам социального найма, которая в настоящее время с учетом проживания 4-х нанимателей составляет менее 12 кв.м на одного человека (11,97 кв.м при нормативе 15 кв.м), также приведет к неблагоприятной социальной обстановке с вселением посторонних, не являющихся родственниками людей.
В судебном заседании представитель истца, представитель ответчика (по встречному исковому заявлению) ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования, отзыв на встречное исковое заявление поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в них.
Ответчик, истец (по встречному исковому заявлению) ФИО9 в лице законного представителя ФИО10 в судебном заседании участия не принимал, извещен.
Представитель ответчика, представитель истца (по встречному исковому заявлению) ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился. Суду пояснил, что с января 2014 года ФИО8 препятствует вселению несовершеннолетнему ФИО9 Законный представитель истца – ФИО10 обращалась к ФИО8 для мирного разрешения вопроса о вселении, о порядке оплаты жилищно-коммунальных услуг, оплаты ремонта квартиры. Когда ответчик со своей мамой находились в городе, пытались мирно урегулировать вопрос о вселении. Ответчик оплату за квартиру не производил, обращался письменно к ФИО8 с предложением разделить лицевые счета. Полагал, что выезд несовершеннолетнего и его матери из спорного жилого помещения носил вынужденный характер из-за конфликтных ситуаций с отцом ФИО9
Представитель ответчика, представитель истца (по встречному исковому заявлению) ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании суду пояснил, что ФИО9 (его внук) своего собственного жилья не имеет, в спорной квартире он прописан по желанию своего отца. В спорном помещении он проживал после рождения еще два года. Дочь его с сыном ушли из квартиры, потому что было невозможно проживать и затем ФИО10 переехала к ним (родителям). Позже она с сыном переехала в г. Краснодар. После смерти ФИО16 пытались разговаривать с ФИО8, мирно урегулировать вопрос по вселению. В спорной квартире при выезде матери с сыном остались личные вещи, поскольку дочь надеялась вернуться в квартиру.
Третье лицо ФИО6 в судебном заседании пояснила, что она приходится ФИО8 сестрой. По обстоятельствам дела суду пояснила, что спорная квартира была предоставлена ее отцу и отцу ФИО8 на всю семью. В 1981 году она выписалась и уехала. В данной квартире был прописан только ее брат, далее он женился и родился сын Павел. У Павла с ФИО10 появился сын Андрей. Жениться Павел не планировал, но ФИО10 сказала, что достаточно будет того, что он пропишет в жилом помещении ребенка. Ребенок жил в квартире с матерью несколько месяцев. В 2008 году отношения между ними испортились, она не давала видеться с ребенком. В 2009 году она подала на выплату алиментов. До 2013 года ФИО16 не общался с ней. Она в 2010 году уехала в г. Краснодар. После смерти ФИО16, она приехала, вступила в наследство, оформила пособия по потере кормильца и уехала. В 2016 году ей стала известно о проблеме брата, и она стала там проживать и помогать ему, платить по счетам, частично сделала ремонт, до сих пор проживает в спорной квартире.
В судебном заседании представитель третьего лица Управления коммунального хозяйства и жилищного фонда администрации Петропавловск-Камчатского городского округа ФИО7, действующая на основании доверенности, считает, что должен быть доказан факт добровольного выезда из жилого помещения, факт постоянного не проживания в нем, а также факт не препятствия в пользовании жилым помещением. Указала, что данные обстоятельства не были доказаны. Добровольный выезд не установлен. Выезд являлся временным, так как несовершеннолетний ребенок не может проживать без законного представителя, а ФИО10 вправе жить там, где она хочет. Доля в квартирах не имеет правового значения для признания ФИО9 утратившим права пользования.
Третьи лица Ко К.Д., ФИО23 о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом, в суд не явились.
Свидетель ФИО21, предупрежденная об уголовной ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний, а также за дачу заведомо ложных показаний по ст.ст. 307, 308 УК РФ, в судебном заседании по обстоятельствам дела пояснила, что она приходится матерью ФИО10, бабушкой ФИО9 В 2004 году ее дочь с ФИО16 стали проживать по <адрес>. После рождения внука, через 5 месяцев дочь уехала. Где-то через год - полтора она с сыном уехала окончательно. Ее внук ФИО9 был прописан в указанном жилом помещении отцом с рождения. В 2011 году ФИО10 уехала в г. Пермь, а в июле 2012 года уехала в г. Краснодар. Периодически возвращалась и проживала на Камчатке, жила у родителей, писала письма ФИО8, при встрече она каждый раз пыталась договориться с ФИО8 о проживании в жилом помещении, ее просьбы игнорировались. ФИО10 с сыном выехали из квартиры, потому что было невозможно проживать. Когда она выехала, часть вещей осталась в квартире, все сразу не смогла забрать.
Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся сторон, извещенных о времени и месте судебного заседания.
Выслушав участников процесса, пояснения свидетеля, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 4 ст. 3 ЖК РФ, никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены законом.
В силу ч. 2 ст. 1 ЖК РФ граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.
Пунктом 1 части 1 статьи 67 ЖК РФ предусмотрено право нанимателя жилого помещения по договору социального найма в установленном порядке вселять в занимаемое жилое помещение иных лиц.
В соответствии с ч. 1 ст. 69 ЖК РФ к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.
Вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя (ч. 2 ст. 70 ЖК РФ).
На основании ст. 71 ЖК РФ временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.
Как разъяснено в пунктах 25 и 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», разрешая споры, связанные с признанием лица членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, судам необходимо учитывать, что круг лиц, являющихся членами семьи нанимателя, определен ч. 1 ст. 69 ЖК РФ. К ним относятся, в частности другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. К другим родственникам при этом могут быть отнесены любые родственники, как самого нанимателя, так и членов его семьи, независимо от степени родства как по восходящей, так и нисходящей линии.
Как усматривается из материалов дела, сведения о зарегистрированных правах на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, в выписке из ЕГРН отсутствуют (л.д. 165).
В судебном заседании установлено, что жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, на основании ордера № 862 от 20 февраля 1979 года было предоставлено ФИО12, с учетом следующих членов семьи: жена – ФИО13, сын – ФИО1, дочь – ФИО25 (после заключения брака - ФИО27) М.Г. и сын – ФИО15 (л.д. 11).
ФИО16 приходится сыном ФИО8
ФИО16 с 5 апреля 2002 года по 27 августа 2013 года зарегистрирован в жилом помещении, расположенном по адресу: <адрес>.
ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО16 и ФИО11, что подтверждается копией свидетельства о рождении, записью акта о рождении № 287 от 22 февраля 2007 года (л.д. 22, 24, 58).
Согласно исковому заявлению и пояснениям сторон, 13 марта 2007 года ФИО16 зарегистрировал в спорном жилом помещении своего сына ФИО9
ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 умер (л.д. 23, 60).
3 июля 2015 года при заключении брака, ФИО22 сменила фамилию на «Кирьянова», что подтверждается копией свидетельства о заключении брака (л.д. 26).
2 сентября 2020 года между Управлением коммунального хозяйства и жилищного фонда администрации Петропавловск-Камчатского городского округа (наймодатель) и ФИО8 (наниматель) заключен договор социального найма жилого помещения № 99, согласно которому на основании решения о предоставлении жилого помещения – ордера на жилое помещение от 20 февраля 1979 года № 862 наймодатель передает нанимателю и членам его семьи в бессрочное владение и пользование жилое помещение, находящееся в муниципальной собственности, расположенное по адресу: <адрес>. Совместно с нанимателем в жилое помещение вселяются члены семьи: ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (п. 3 договора) (л.д. 18-20).
Дополнительным соглашением № 1 к указанному выше договору социального найма жилого помещения от 21 октября 2020 года в договор социального найма жилого помещения от 2 сентября 2020 года № 99 внесено изменение, изложив пункт 3 раздела 1 «Предмет договора» в следующей редакции: «3. Совместно с нанимателем в жилое помещение вселяются следующие члены семьи: ФИО6, ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения». Данное дополнительное соглашение № 1 подписано ФИО8 (л.д. 21).
Из копий поквартирных карточек, сообщения ОАСР УВМ УМВД России по Камчатскому краю усматривается, что ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с 13 марта 2007 года зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес>, с 1 октября 2021 года по 29 сентября 2024 года зарегистрирован по месту пребывания по адресу: <адрес>. ФИО10 с 18 ноября 2020 года зарегистрирована по месту жительства по адресу: <адрес>.
Кроме того, в спорном жилом помещении зарегистрированными значатся: ФИО8 (с 9 сентября 1980 года), ФИО6 (с 25 декабря 2020 года), Ко К.Д. (с 3 июня 2021 года), ФИО23 (с 21 июля 2021 года) (л.д. 13-16, 52, 55, 56, 67, 68).
Также нашло свое подтверждение, что у несовершеннолетнего ФИО9 имеются доли в собственности на объекты недвижимости, расположенные в <адрес>, и <адрес>.
Данные обстоятельства представителями сторон в судебном заседании не оспорены.
Согласно исковому заявлению, а также пояснениям представителя истца в судебном заседании, ответчик ФИО9 по настоящее время в спорном жилом помещении не проживает, совместного хозяйства не ведет, оплату по коммунальным платежам не производил, добровольно отказался от своих прав и обязанностей, предусмотренных договором социального найма, членом семьи нанимателя не является. Кроме того, ответчик имеет в собственности иные жилые помещения, в связи с чем обратился в суд с настоящим исковым заявлением.
Решением суда от 27 сентября 2017 года по делу № 2-5520/2017 по иску ФИО8 к ФИО24 в интересах несовершеннолетнего ФИО9 о прекращении права пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, исковые требования ФИО8 удовлетворены. Постановлено: «Прекратить несовершеннолетнему ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в лице законного представителя ФИО26 (ФИО28) Юлии Олеговны, право пользования жилым помещением квартирой № 42, расположенным по адресу: <адрес>, сняв его с регистрационного учета по указанному жилому помещению» (л.д. 74-78).
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 25 января 2018 года решение суда от 27 сентября 2017 года отменено, в удовлетворении исковых требований ФИО8 о прекращении несовершеннолетнему ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, права пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, снятии с регистрационного учета по указанному жилому помещению отказано.
Согласно апелляционному определению от 25 января 2018 года, судебной коллегией установлено, что в период с 5 апреля 2002 года по 27 августа 2013 года в <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, был зарегистрирован по месту жительства сын истца и отец ФИО9 – ФИО16, умерший ДД.ММ.ГГГГ.
Несовершеннолетний ФИО9 был вселен в спорное жилое помещение и зарегистрирован по месту жительства в установленном законом порядке своим отцом, при жизни которого истец никаких претензий относительно регистрации и проживания ребенка в квартире не выражал. В период с рождения и до 2008 года ФИО9 проживал вместе с родителями в спорной квартире, соответственно, приобрел право пользования спорным жилым помещением, которое произвольно прекращено быть не может.
Несовершеннолетний ФИО9 наделен правом пользования жилым помещением по адресу: <адрес> лишь с волеизъявления матери, при этом в силу малолетнего возраста лишен возможности самостоятельно реализовать свое право на проживание в спорном помещении, в связи с чем, его фактическое проживание в другом жилом помещении с матерью, не может быть признано достаточным основанием для применений тех последствий, на которых настаивает истец.
Судебной коллегией также указано, что доводы ФИО8 о том, что регистрацией несовершеннолетнего ФИО9 в спорной квартире нарушаются его права, как нанимателя квартиры, в том числе связанные с неуплатой его матерью за него жилищно-коммунальных услуг, не являются юридически значимыми в рамках данного спора.
То обстоятельство, что несовершеннолетнему ФИО9 принадлежит доля в праве собственности на другое жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, а также то, что у истца с внуком не поддерживаются семейные отношения, не является поводом для удовлетворения иска по вышеизложенным основаниям (л.д. 79-84).
Согласно решению суда от 30 октября 2019 года, вступившему в законную силу, по делу № 2-4238/2019 по иску ФИО8 к Управлению коммунального хозяйства и жилищного фонда администрации Петропавловск-Камчатского городского округа о возложении обязанности заключить договор социального найма с ФИО8 без включения в договор социального найма в качестве члена семьи несовершеннолетнего ФИО9, в удовлетворении исковых требований ФИО8 отказано (л.д. 85-90).
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 6 февраля 2020 года решение суда от 30 октября 2019 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.
В указанных судебных актах судами первой и апелляционной инстанции установлено, что ФИО9 приобрел право пользования спорной квартирой в соответствии с законом, по соглашению его родителей, которыми было определено место жительства несовершеннолетнего - по месту жительства отца ФИО16, при этом то обстоятельство, что с 2008 года ребенок фактически проживает в другом жилом помещении, не влечет таких юридических последствий как наличие оснований для не включения ребенка в договор социального найма спорного жилья, поскольку в силу несовершеннолетнего возраста ФИО9 не может самостоятельно осуществлять свои жилищные права, а равно нести обязанности.
Судом апелляционной инстанции также указано, что ФИО9 был вселен в спорное жилое помещение и зарегистрирован в нем без получения на это согласия нанимателя, не является основанием к отмене обжалуемого решения суда, поскольку в силу ст. 54 СК РФ и ч. 70 ЖК РФ не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и наймодателя для вселения к родителям их несовершеннолетних детей (это могут быть дети как самого нанимателя, так и других членов его семьи, проживающих в жилом помещении).
Как указывалось судебной коллегией, несовершеннолетний ФИО9 был вселен в спорное жилое помещение и зарегистрирован в нем как ребенок члена семьи нанимателя ФИО8 - своего отца ФИО16, проживающего в нем, а потому согласия истца на вселение внука не требовалось в силу прямого указания Закона.
Фактически существо настоящего иска, как и доводы жалобы, сводятся к тому, что несовершеннолетний ФИО9, не являясь членом семьи нанимателя и не проживая в спорном жилом помещении, утратил право пользования таковым, однако вступившим в законную силу апелляционным определением Камчатского краевого суда от 25 января 2018 года ФИО8 было отказано в удовлетворении иска о прекращении несовершеннолетнему ФИО9 право пользования спорной квартирой. Отказывая в иске, суд указал, что несовершеннолетний ФИО9 в силу возраста лишен возможности самостоятельно реализовать свое право на проживание в спорном жилом помещении, в связи с чем, его фактическое проживание в другом жилом помещении с матерью, не может быть признано достаточным основанием для применения тех последствий, на которых настаивает истец.
Таким образом, у ответчика не имелось законных оснований для заключения с истцом договора социального найма без учета интересов несовершеннолетнего ФИО9, в этой связи суд первой инстанции обоснованно отказал истцу ФИО8 в удовлетворения настоящего иска (л.д. 91-96).
Разрешая заявленные исковые требования по настоящему делу, суд учитывает следующее.
В соответствии с п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» в силу ч. 4 ст. 69 ЖК РФ, если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма (например, в связи с расторжением брака, прекращением ведения общего хозяйства), но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи, в том числе: право бессрочно пользоваться жилым помещением (ч. 2 ст. 60 ЖК РФ) и сохранять право пользования жилым помещением в случае временного отсутствия (ст. 71 ЖК РФ).
В пункте 32 указанного Постановления разъяснено, что при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (ст. 71 ЖК РФ). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании ч. 3 ст. 83 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма.
Разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.
В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
В силу положений ст.ст. 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.
Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства, в том числе заключение экспертизы, не имеют для суда заранее установленной силы.
На основании ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.
Оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.
Частью 2 статьи 13 ГПК РФ предусмотрено, что вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.
В силу требований ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Согласно ч. 2 ст. 209 ГПК РФ после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.
Приведенные положения процессуального закона направлены на обеспечение обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений и обеспечение законности выносимых судом постановлений в условиях действия принципа состязательности.
При этом правовое значение для применения указанной нормы процессуального права имеет субъектный состав гражданского дела, а не основания заявленных истцом исковых требований и состав имеющихся в материалах дела доказательств.
Согласно разъяснениям, данным в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 "О судебном решении", согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Под судебным постановлением, указанным в ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, понимается любое судебное постановление, которое согласно ч. 1 ст. 13 ГПК РФ принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда).
Так, судебной коллегией по гражданским делам Камчатского краевого суда в апелляционных определениях от 25 января 2018 года, 6 февраля 2020 года установлено, что несовершеннолетний ФИО9 был вселен в спорное жилое помещение и зарегистрирован по месту жительства в установленном законом порядке своим отцом, при жизни которого ФИО8 никаких претензий относительно регистрации и проживания ребенка в квартире не выражал. В период с рождения и до 2008 года ФИО9 проживал вместе с родителями в спорной квартире, соответственно, приобрел право пользования указанным жилым помещением.
Следовательно, обстоятельства, установленные апелляционными определениями судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 25 января 2018 года, 6 февраля 2020 года по гражданским делам №№ 2-5520/2017, 2-4238/2019, обязательны для суда при рассмотрении настоящего дела, а также не доказываются вновь и не подлежат оспариванию сторонами по делу.
Оценив в совокупности все представленные в материалы настоящего дела доказательства, с учетом установленных при рассмотрении дела обстоятельств, суд приходит к выводу, что оснований для переоценки указанных в названных выше апелляционных определениях обстоятельств дела не имеется, поскольку иное явилось бы скрытой формой пересмотра вступившего в законную силу решения суда, что недопустимо в силу положений действующего процессуального законодательства.
Приведенные в исковом заявлении и судебном заседании доводы стороны истца (по первоначальному иску) повторяют правовую позицию заявителей, ранее изложенных в ходе рассмотрения дел №№ 2-5520/2017, 2-4238/2019 судами первой и апелляционной инстанций, были предметом надлежащей проверки и оценки судов первой и апелляционной инстанций, правомерно отвергнуты, как несостоятельные, основанные на субъективном толковании норм материального права.
Кроме того, как следует из пояснений представителя ответчика (по первоначальному иску) ФИО4 в судебном заседании мать несовершеннолетнего ФИО9 – ФИО10 пыталась решить вопрос по пользованию спорным жилым помещением мирным путем, пыталась урегулировать вопрос оплаты жилищно-коммунальных услуг путем раздела лицевых счетов, погашении задолженности по коммунальным услугам по жилому помещению, ремонта жилого помещения (л.д. 108, 111-114), ответчик (по первоначальному иску) предпринимал попытки вселения, выезд из <адрес> носил вынужденный характер из-за конфликтных отношений с ФИО16 При этом, ответчик от прав пользования данным жилым помещением не отказывался.
Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что доводы ФИО8 о том, что ответчик (по первоначальному иску) добровольно выехал из спорного жилого помещения, тем самым отказавшись от своих прав и обязанностей, предусмотренных договором социального найма, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.
Напротив исследованными в ходе судебного заседания доказательствами, пояснениями свидетеля в судебном заседании, подтверждается, что ответчик ФИО9 какое-то время проживал в спорном жилом помещении вместе с отцом, который как член нанимателя зарегистрировал своего сына ФИО9 в спорном жилом помещении. Выезд ребенка вместе с матерью на другое место жительства носил вынужденный характер из-за сложившихся конфликтных отношений с сыном ФИО8, от своих прав на <адрес> ФИО9 не отказывался, мать несовершеннолетнего ФИО10 пыталась урегулировать вопрос об оплате жилищно-коммунальных услуг, ремонта жилого помещения.
Вышеуказанные обстоятельства подтверждают факт того, что несовершеннолетний ФИО9 в лице законного представителя ФИО10 добровольно не отказывался от прав на спорное жилое помещение.
Кроме того, проживание несовершеннолетнего ответчика (по первоначальному иску) в другом жилом помещении само по себе не может служить основанием для признания ФИО9 утратившим право пользования спорным жилым помещением, в котором право на жилую площадь имел один из его родителей (отец), так как фактического вселения ребенка в спорную квартиру в данном случае в силу его несовершеннолетнего возраста не требуется.
Наличие долей в праве общей долевой собственности на иные жилые помещения у несовершеннолетнего ФИО9, не свидетельствует о приобретении ответчиком (по первоначальному иску) самостоятельного права собственности на указанное жилое помещение в силу своего несовершеннолетнего возраста.
При рассмотрении дела нашло свое подтверждение, что ФИО9, будучи несовершеннолетним, был вселен в <адрес> установленном законом порядке с волеизъявления своего родителя – отца ФИО16 (сына истца ФИО8), который на момент регистрации ответчика (по первоначальному иску) в указанной квартире, также был в ней зарегистрирован и имел право пользования указанным жилым помещением, не возражал против регистрации и проживания ребенка на спорной жилой площади, то есть родители ответчика (по первоначальному иску) по соглашению определили местожительство несовершеннолетнего ребенка в квартире по месту жительства отца по спорному адресу, следовательно, ответчик (по первоначальному иску) приобрел права и обязанности, предусмотренные положениями ч. 2 ст. 69 ЖК РФ.
Доводы истца (по первоначальному исковому заявлению) о том, что ответчик ФИО9 добровольно выехал из спорной квартиры и, имея возможность пользоваться жилым помещением, своим правом не воспользовался, прекратил выполнять обязательства по договору социального найма, не состоятельны, поскольку основаны на субъективной оценке установленных по делу обстоятельств и применении к ним норм права, а поэтому подлежат отклонению.
Из материалов дела также следует, что уже после смерти ФИО16 (отца ФИО9), истец ФИО8 (наниматель) заключил 21 октября 2020 года с Управлением коммунального хозяйства и жилищного фонда администрации Петропавловск-Камчатского городского округа (наймодатель) дополнительное соглашение № 1 к договору социального найма жилого помещения № 99 от 2 сентября 2020 года, согласно которому внес ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в список членов своей семьи.
Данное дополнительное соглашение заключено 21 октября 2020 года на основании заявления самого ФИО8, которое подписано им, в установленном законом порядке заинтересованными лицами оспорено не было, недействительным не признано.
Исследовав все представленные в материалы дела доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что при рассмотрении дела вопреки доводам истца (по первоначальному иску) и его представителя, оснований для удовлетворения требований о признании ответчика ФИО9 утратившим право пользования жилым помещением, снятии его с регистрационного учета, не имеется.
Рассматривая встречные исковые требования, суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку как установлено в ходе судебного разбирательства ФИО9, будучи несовершеннолетним, был вселен в <адрес> установленном законом порядке с волеизъявления своего родителя – отца ФИО16 (сына истца ФИО8), который на момент регистрации ответчика (по первоначальному иску) в указанной квартире, также был в ней зарегистрирован и имел право пользования указанным жилым помещением, тем самым несовершеннолетний ФИО9 приобрел право пользования квартирой по договору социального найма в соответствии с законом.
Доказательств наличия препятствий ФИО9 со стороны ответчика (по встречному исковому заявлению) в пользовании спорной квартирой, ФИО9 в лице законного представителя ФИО10, также как и доказательства того, что законный представитель несовершеннолетнего ФИО9 предпринимала какие либо меры для пользования спорным жилым помещением либо вселение ФИО9 в данное жилое помещение, суду не представлено, материалы дела таковых доказательств не содержит.
Довод истца (по встречному исковому заявлению) о том, что на протяжении всего времени, начиная с января 2014 года, ФИО8 препятствует несовершеннолетнему ФИО9 проживать и пользоваться спорным жилым помещением, является голословным, документально ничем не подтвержденным. При этом, доказательств обращения в правоохранительные органы с жалобой на незаконные действия ФИО8, ФИО10 как законным представителем ФИО9, суду не представлено.
Обращение истца ФИО9 в лице законного представителя ФИО10 со встречным исковым заявлением к ответчику с данными требованиями, само по себе не является безусловным основанием для его удовлетворения, поскольку истцом (по встречному исковому заявлению) не представлено доказательств того, что заявленные требования являются обоснованными.
При этом, с учетом требований ст. 56 ГПК РФ именно на истца (по встречному исковому заявлению) возложена обязанность доказывать, что его право нарушено.
Оценив в совокупности все исследованные по делу доказательства, учитывая установленные в ходе судебного заседания обстоятельства, нормы материального права, суд, вопреки доводам сторон, не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований по первоначальному и встречному иску, поскольку само по себе обращение в суд с данными исковыми (встречными исковыми) заявлениями, не является безусловным основанием для удовлетворения исковых требований сторон.
Доводы сторон об обратном, основаны на неправильном толковании закона, в связи с чем, судом не принимаются во внимание.
Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд
Решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО8 к ФИО9 о признании утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, снятии с регистрационного учета по указанному адресу, отказать.
В удовлетворении встречных исковых требований ФИО9 в лице законного представителя ФИО10 к ФИО8 об обязании не чинить препятствие несовершеннолетнему ФИО9 в пользовании жилым помещением расположенным в <адрес>, вселении в данное жилое помещение, отказать.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд в течение месяца, со дня принятия решения в окончательной форме.
Решение в окончательной форме изготовлено 3 ноября 2022 года.
Председательствующий подпись
Подлинник решения находится в материалах дела № 2-2386/2022
верно:
Судья Т.В. Тузовская