Решение по делу № 2-3649/2025 от 11.07.2025 | Кировский районный суд г. Уфы (Республика Башкортостан)

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

<ФИО> обратилась в Кировский районный суд города Уфы с исками о защите прав потребителей к ООО «Екатеринбург Яблоко», указав, что <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

Из материалов дела следует и судом установлено, что 26.10.2022 г. на электронную почту <ФИО> lina.kadyrova.03@gmail.com от отправителя, определившегося как Золотое Яблоко (noreply@goldapple.ru) поступила реклама

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

Исследовав материалы дела, доводы иска и возражений на иск, суд приходит к следующим выводам. Относительно доказательственного значения решений УФАС по РБ суд исходит из того, что согласно абзацу 5 пункта 4 определения

Резолютивная частьитоговое решение суда

Исковые требования <ФИО> (№) к ООО «Екатеринбург Яблоко» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа удовлетворить частично.

Дело №2-3649/2025

УИД 03RS0003-01-2024-010537-04

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 июня 2025 года г. Уфа

Кировский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Казбулатова И.У.,

при помощнике судьи Шаиховой А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ООО «Екатеринбург Яблоко» о взыскании компенсации морального вреда, штрафа, судебных издержек

установил

ФИО2 обратилась в Кировский районный суд города Уфы с исками о защите прав потребителей к ООО «Екатеринбург Яблоко», указав, что ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ на электронную почту ФИО2 № от отправителя, определившегося как Золотое Яблоко (noreply@goldapple.ru) поступила реклама ответчика, рекламирующая косметические товары, при том, что согласие на направление ей рекламы по сетям электросвязи истец не давала. Требования о выплате ей компенсации морального вреда по каждому из фактов направления ей рекламы оставлены ответчиком без удовлетворения. По каждому исковому требования о рекламе, поступившей ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, истец просит суд взыскать с ООО «Екатеринбург Яблоко» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, присудить расходы по подготовке требований о компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей за каждое, а также судебных расходов на представителя в размере 25 000 руб. по каждому иску, с признанием права получения указанных расходов поверенным истца ФИО2 и взысканием их судом в его пользу.

Ответчик в письменных возражениях иски не признал, указав, что истец добровольно предоставил свои контактные данные при регистрации в личном кабинете на администрируемом ответчиком сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласившись при регистрации также получать рекламные сообщения на свой адрес lina.kadyrova.03@gmail.com, направляемые ему по сетям электросвязи, имел возможность отписаться от рассылок, но ею не воспользовался. Кроме того, по мнению ответчика, факт причинения морального вреда истцом не доказан.

Определением суда от 14.10.2024 г. дела №№ 2-10373/2024. 2-10368/2024, 2-10354/2024, 2-10370/2024, 2-10371/2024, 2-10372/2024, объединены в одно производство с присвоением общего номера № 2-10369/2024, после отмены заочного решения суда присвоен №2-3649/2025.

Истец ФИО2, извещенная надлежащим образом, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечила, просила рассмотреть дело без ее участия.

Третье лицо ФИО2, извещенный надлежащим образом, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, просил рассмотреть дело без его участия.

Суд на основании ст.167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствии истца и третьего лица.

Ответчик, ООО «Екатеринбург Яблоко», извещенный надлежащим образом, явку своего представителя в судебное заседание по адресу Кировского районного суда г.Уфы не обеспечил, с учетом отсутствия уважительности причин неявки суд на основании ст.167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, доводы иска и возражений на иск, суд приходит к следующим выводам.

По смыслу части 1 статьи 18 Федерального закона от 13 марта 2006 года N 38-ФЗ «О рекламе» (далее - Закон «О рекламе») отсутствие согласия абонента на получение рекламы, распространяемой по сетям электросвязи, не подлежит доказыванию истцом.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 26.10.2022 г. на электронную почту ФИО2 lina.kadyrova.03@gmail.com от отправителя, определившегося как Золотое Яблоко (noreply@goldapple.ru) поступила реклама ответчика, тема сообщения «Halloween до ?50% СКИДКИ на тысячи товаров!», содержащее баннеры, рекламирующие косметические товары. Решением комиссии ФИО1 антимонопольной службы по Республике Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ООО «Екатеринбург Яблоко» признано рекламораспространителем рекламы; признана ненадлежащей реклама, поступившая 26.10.2022 г. в 09:11 (время московское) на адрес почтового электронного ящика № с адреса noreply@goldapple.ru, тема письма «Halloween до ?50% СКИДКИ на тысячи товаров!», поскольку в ней нарушены требования части 1 статьи 18 федерального закона «О рекламе».

28.10.2022 г. на электронную почту ФИО2 № от отправителя, определившегося как Золотое Яблоко (noreply@goldapple.ru) поступила реклама ответчика, рекламирующая косметические товары, тема сообщения «Лови скидку ?15% Твой промокод здесь!», содержащее баннеры, рекламирующие косметические товары. Решением комиссии Башкортостанского Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан от 14.06.2024 г. по делу № ООО «Екатеринбург Яблоко» признано рекламораспространителем рекламы; признана ненадлежащей реклама, поступившая 28.10.2022 в 19:29 (время московское) на адрес почтового электронного ящика № с адреса noreply@goldapple.ru, тема письма «Лови скидку ?15% Твой промокод здесь!», поскольку в ней нарушены требования части 1 статьи 18 ФИО1 закона «О рекламе».

02.11.2022 г. на электронную почту ФИО2 № от отправителя, определившегося как Золотое Яблоко (noreply@goldapple.ru) поступила реклама ответчика, рекламирующая косметические товары, тема сообщения «Скидки до ?70% на BLACK FRIDAY Распродажа началась!», содержащее баннеры, рекламирующие косметические товары. Решением комиссии Башкортостанского Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан от 14.06.2024 г. по делу № ООО «Екатеринбург Яблоко» признано рекламораспространителем рекламы; признана ненадлежащей реклама, поступившая 02.11.2022 в 17:44 (время московское) на адрес почтового электронного ящика № с адреса noreply@goldapple.ru, тема письма «Скидки до ?70% на BLACK FRIDAY Распродажа началась!», поскольку в ней нарушены требования части 1 статьи 18 федерального закона «О рекламе».

03.11.2022 г. на электронную почту ФИО2 № от отправителя, определившегося как Золотое Яблоко (noreply@goldapple.ru) поступила реклама ответчика, рекламирующая косметические товары, тема сообщения «Декор до ?70% Хиты 3ina, Shik, Pupa, RAD, Note», содержащее баннеры, рекламирующие косметические товары. Решением комиссии Башкортостанского Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан от 14.06.2024 г. по делу № ООО «Екатеринбург Яблоко» признано рекламораспространителем рекламы; признана ненадлежащей реклама, поступившая 03.11.2022 в 18:14 (время московское) на адрес почтового электронного ящика № с адреса noreply@goldapple.ru, тема письма «Декор до ?70% Хиты 3ina, Shik, Pupa, RAD, Note», поскольку в ней нарушены требования части 1 статьи 18 федерального закона «О рекламе».

04.11.2022 г. на электронную почту ФИО2 lina.kadyrova.03@gmail.com от отправителя, определившегося как Золотое Яблоко (noreply@goldapple.ru) поступила реклама ответчика, рекламирующая косметические товары, тема сообщения «Дарим 2 000 ? на онлайн-заказ Только 4-10.11», содержащее баннеры, рекламирующие косметические товары. Решением комиссии Башкортостанского Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан от 14.06.2024 г. по делу № ООО «Екатеринбург Яблоко» признано рекламораспространителем рекламы; признана ненадлежащей реклама, поступившая 04.11.2022 в 14:30 (время московское) на адрес почтового электронного ящика № с адреса noreply@goldapple.ru, тема письма «Дарим 2 000 ? на онлайн-заказ Только 4-10.11», поскольку в ней нарушены требования части 1 статьи 18 федерального закона «О рекламе».

08.11.2022 г. на электронную почту ФИО2 lina.kadyrova.03@gmail.com от отправителя, определившегося как Золотое Яблоко (noreply@goldapple.ru) поступила реклама ответчика, рекламирующая косметические товары, тема сообщения «Уход за волосами до ?45% Только 8-9.11», содержащее баннеры, рекламирующие косметические товары. Решением комиссии Башкортостанского Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан от 14.06.2024 г. по делу № ООО «Екатеринбург Яблоко» признано рекламораспространителем рекламы; признана ненадлежащей реклама, поступившая 08.11.2022 в 15:01 (время московское) на адрес почтового электронного ящика № с адреса noreply@goldapple.ru, тема письма «Уход за волосами до ?45% Только 8-9.11», поскольку в ней нарушены требования части 1 статьи 18 федерального закона «О рекламе».

09.11.2022 г. на электронную почту ФИО2 lina.kadyrova.03@gmail.com от отправителя, определившегося как Золотое Яблоко (noreply@goldapple.ru) поступила реклама ответчика, рекламирующая косметические товары, тема сообщения «Подборка хитов до 1000 ? на Black Friday», содержащее баннеры, рекламирующие косметические товары. Решением комиссии Башкортостанского Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан от 14.06.2024 г. по делу № ООО «Екатеринбург ФИО4» признано рекламораспространителем рекламы; признана ненадлежащей реклама, поступившая ДД.ММ.ГГГГ в 17:09 (время московское) на адрес почтового электронного ящика № с адреса noreply@goldapple.ru, тема письма «Подборка хитов до 1000 ? на Black Friday», поскольку в ней нарушены требования части 1 статьи 18 федерального закона «О рекламе».

Данные решения комиссии Башкортостанского Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан (далее - УФАС по РБ) не отменены в судебном порядке и учитываются судом, как письменные доказательства вины ответчика ввиду следующего.

Факты вынесения имеющихся решений УФАС по РБ и их содержание в редакциях, представленных суду, сторонами не опровергается, об их обжаловании не заявлено.

Относительно доказательственного значения решений УФАС по РБ суд исходит из того, что согласно абзацу 5 пункта 4 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 07.07.2016 N 1422-О деятельность публичной власти в Российской Федерации основана на презумпции ее добросовестности. Также суд учитывает, что в силу пункта 1 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 N 331, Федеральная антимонопольная служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю за соблюдением законодательства в сфере рекламы.

Поскольку презумпция добросовестности органа ФАС России при вынесении указанных решений не опровергнута, как не опровергнута и компетенция этого федерального органа исполнительной власти, в том числе в лице его территориального органа по правоотношениям в сфере рекламы, то решения УФАС по РБ должны признаваться законным и обоснованным, обладающим доказательственной силой.

Исследовав указанные решения УФАС по РБ по административным делам, суд считает установленным как факт поступления сообщения истцу, так и принадлежность адреса электронной почты ответчику (стр. 5 решений УФАС по РБ), в том числе потому, что сторонами в рамках процедуры судебного разрешения спора это не отрицается, как не отрицалось и при рассмотрении дела органом ФАС России.

Относительно характера сообщения как рекламного суд исходит из того, что ответчик не опровергает в суде заявления истца о том, что это была реклама, равно как не отрицал этого и при производстве по делу в антимонопольном органе.

Также суд принимает во внимание, что уполномоченным федеральным органом исполнительной власти рассматриваемое сообщение расценено как рекламное (стр. 4 решений УФАС по РБ). Согласно статье 3 Закона о рекламе реклама - информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке.

Под неопределенным кругом лиц понимаются те лица, которые не могут быть заранее определены в качестве получателя рекламной информации и конкретной стороны правоотношения, возникающего по поводу реализации объекта рекламирования. Такой признак рекламной информации, как предназначенность ее для неопределенного круга лиц, означает отсутствие в рекламе указания о некоем лице или лицах, для которых реклама создана и на восприятие которых реклама направлена.

Под объектом рекламирования понимают товар, средства индивидуализации юридического лица и (или) товара, изготовитель или продавец товара, результаты интеллектуальной деятельности либо мероприятие (в том числе спортивное соревнование, концерт, конкурс, фестиваль, основанные на риске игры, пари), на привлечение внимания к которым направлена реклама (статья 3 Закона о рекламе).

Товаром признается продукт деятельности (в том числе работа, услуга), предназначенный для продажи, обмена или иного введения в оборот (статья 3 Закона о рекламе).

Согласно пункту 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2012 N 58 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона "О рекламе" информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке, является рекламой и должна в связи с этим отвечать требованиям, предъявляемым Законом о рекламе.

Указанная выше информация полностью подпадает под определение, данное в статье 3 Закона о рекламе, поскольку направлена на привлечение вынимания к объекту рекламирования ООО «Ектеринбург Яблоко», формирование и поддержание интереса потребителей рекламы к ответчику, и к рекламируемым товарам.

Принадлежность адреса электронной почты noreply@goldapple.ru ООО «Ектеринбург Яблоко» ответчиком не оспаривается, как и содержание рассматриваемых сообщений.

Рекламный характер направленных ответчиком истцу сообщений ответчиком также не оспаривается, в связи с чем, суд считает, что рассматриваемые сообщения являются рекламой по смыслу статьи 3 Закона о рекламе.

Согласно заявлению истца, ею не давалось согласия на получение рекламных сообщений от ответчика на адрес своей электронной почты lina.kadyrova.03@gmail.com.

Согласно части 1 статьи 18 Закона о рекламе распространение рекламы по сетям электросвязи, в том числе посредством использования телефонной, факсимильной, подвижной радиотелефонной связи, допускается только при условии предварительного согласия абонента или адресата на получение рекламы. Рекламораспространитель, прежде чем направить какому-либо лицу рекламу по сетям электросвязи, должен удостовериться, что данное лицо выразило свое согласие на получение рекламы.

При этом в части 1 статьи 18 Закона о рекламе закрепляется презумпция отсутствия указанного согласия абонента или адресата, и именно на рекламораспространителя возложена обязанность доказывать, что такое согласие ему было дано. Обязанность по получению согласия абонента и по подтверждению наличия соответствующего согласия лежит на рекламораспространителе.

В соответствии с пунктом 15 постановления Пленума ВАС РФ от 08.10.2012 N 58 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона "О рекламе" Закон о рекламе не определяет порядок и форму получения предварительного согласия абонента на получение рекламы по сетям электросвязи. Следовательно, согласие абонента может быть выражено в любой форме, достаточной для его идентификации и подтверждения волеизъявления на получение рекламы от конкретного рекламораспространителя.

Таким образом, распространение рекламы по сетям электросвязи должно осуществляться только при наличии согласия абонента или адресата на получение рекламы.

Пунктами 5, 6, 7 статьи 3 Закона о рекламе предусмотрены понятия рекламодателя, рекламопроизводителя и рекламораспространителя. Рекламодатель - изготовитель или продавец товара либо иное определившее объект рекламирования и (или) содержание рекламы лицо; рекламопроизводитель - лицо, осуществляющее полностью или частично приведение информации в готовую для распространения в виде рекламы форму; рекламораспространитель - лицо, осуществляющее распространение рекламы любым способом, в любой форме и с использованием любых средств.

7 электронных сообщений, направленных ответчиком на электронный почтовый ящик истца, явившихся основанием для подачи иска, содержало рекламу.

Поэтому в указанных правоотношениях возникает публично-правовой элемент, выраженный в возложении на исполнителя обязанности по соблюдению требований законодательства Российской Федерации о рекламе.

Названный правовой подход наиболее полно отвечает соблюдению баланса частных и публичных интересов, поскольку направлен на повышенную защиту от получения нежелательной рекламы граждан, как более слабой стороны в рассматриваемых правоотношениях, а также способствует усилению контроля за соблюдением законодательства со стороны всех лиц, принимающих участие в передаче соответствующих сообщений, на всех этапах их распространения.

Частью 1 статьи 18 Закона о рекламе предусмотрен повышенный контроль именно за распространением, а не за формированием содержания рекламы. Законодательно установленное определение распространителя рекламы не поставлено в зависимость от обязательной осведомленности относительно ее содержания.

Вместе с тем, суд считает, что обязанность получать предварительное согласие возложена в силу действующего законодательства на ответчика ООО «Екатеринбург Яблоко».

В соответствии с частью 6 статьи 38 Закона о рекламе, ответственность за нарушение требований, установленных частью 1 статьи 18 Закона о рекламе, несет рекламораспространитель.

Как видно из материалов дела и возражений ответчика, истец ФИО2 22.10.2022 г. зарегистрировалась на сайте goldapple.ru, принадлежащим и администрируемым ООО «Екатеринбург Яблоко», введя свои фамилию, имя и отчество, указав адрес своей электронной почты № и телефон №, вход был осуществлен по электронной почте с подтверждением, были получены персональные данные истца и согласие на их обработку, поскольку без предоставления персональных данных и согласия на их обработку дальнейшая регистрация на сайте невозможна, выдана карта лояльности 990009265293. Указанные обстоятельства истцом не оспариваются.

Ответчик утверждает, что им было получено согласие истца.

Изучив доводы ответчика и представленные им доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Из содержания рассматриваемых рекламных сообщений усматривается, что ООО «Екатеринбург Яблоко» является продавцом косметических товаров, осуществляющим их реализацию, в том числе физическим лицам, как через сеть магазинов, так и дистанционно (интернет торговля). Также общеизвестно, что ООО «Екатеринбург Яблоко» является оператором торговой сети магазинов косметики, известной под брендом «Золотое яблоко».

Согласно определению Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель - гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Таким образом, потребитель это также и тот, кто еще не совершил сделку, но может ее совершить.

Поскольку регистрация истца на сайте профессионального участника рынка розничных продаж косметических товаров и получение им карты лояльности ООО «Екатеринбург Яблоко» характеризует истца, как гражданина, имеющего намерение заказать или приобрести товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а направленная ему ответчиком реклама преследовала цель совершения сделок, постольку реклама, полученная истцом-физическим лицом, была предназначена для него как для потребителя.

В связи с чем, возникшие в результате регистрации истца на сайте ООО «Екатеринбург Яблоко» и направления ему рассматриваемых рекламных сообщений отношения суд считает подпадающими под регулирование Закона РФ «О защите прав потребителей».

Пункт 3 статьи 307 ГК РФ запрещает стороне вести дела так, чтобы ее партнер оказывался лишенным права.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановление КС РФ от 23.02.1999 № 4-П указал на то, что противопоставляемый профессиональному участнику оборота гражданин, являясь экономически более слабым, нуждается в особой защите своих прав, требующей ограничения гражданско-правовой свободы контрагента.

Возможность же отказаться от вступления в гражданско-правовые отношения не может считаться реализацией автономии гражданина, когда ему приходится соглашаться на фактически диктуемые ему условия

Регистрационные действия пользователей в разного рода личных кабинетах суд считает имеющими сделочную природу (действие, направленное на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, понимая под этими правами и обязанностями содержание возникающих между потребителем и коммерческим агентом отношений по результатам регистрации).

При таком понимании суд находит допустимым адресоваться как к аналогии правил толкования договора, так и к аналогии правовых институтов публичного договора и договора присоединения.

Определяя стандарт отношений коммерческого агента и потребителя суд считает возможным адресоваться к существу правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении его Пленума № 49 от 25.12.2018 N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Постановление Пленума № 49) где разъяснено, что условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из её незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Значение условия договора устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ).

Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учётом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учётом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (абзацы третий - пятый пункта 43).

По смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.) (пункт 45).

Согласно пункту 1 статьи 1 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон «О защите прав потребителей») отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, указанным Законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно пунктам 1 и 4 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иным правовым актом. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (пункт 1 статьи 422 ГК РФ).

Пунктом 15 Постановления Пленума № 49 разъяснено, что публичным признается договор, который заключается лицом, обязанным по характеру деятельности продавать товары, выполнять работы, оказывать услуги общего пользования, оказания услуг связи, энергоснабжения, медицинского, гостиничного обслуживания (пункт 1 статьи 426 ГК РФ).

Пунктом 16 этого же Постановления подчеркнуто, что к лицам, обязанным заключить публичный договор, исходя из положений пункта 1 статьи 426 ГК РФ относятся коммерческая организация, некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, а равно индивидуальный предприниматель, которые по характеру своей деятельности обязаны продавать товары, выполнять работы и/или оказывать услуги в отношении каждого, кто к ним обратится (потребителя).

Для целей применения статьи 426 ГК РФ потребителями признаются физические лица, на которых распространяется действие законодательства о защите прав потребителей, а также индивидуальные предприниматели, юридические лица различных организационно-правовых форм, например, потребителями по договору оказания услуг универсальной связи являются как физические, так и юридические лица (подпункт 30 статьи 2, статья 44 Федерального закона от 7 июля 2003 года N 126-ФЗ «О связи»).

При этом пункт 18 постановления Пленума № 49 обращает внимание на то, что условия публичного договора, не соответствующие требованиям, установленным пунктом 2 статьи 426 ГК РФ, а также действующим в момент заключения публичного договора обязательным правилам, утвержденным Правительством Российской Федерации или уполномоченными им федеральными органами исполнительной власти, являются ничтожными в части, ухудшающей положение потребителей (пункты 4, 5 статьи 426 ГК РФ).

Договором присоединения является договор, условия которого могут быть приняты только путем присоединения к предложенному договору в целом (часть 1 статьи 428 ГК РФ).

Поскольку подпадающая под параметры пункта 1 статьи 428 ГК РФ правовая связь лишает присоединяющуюся сторону возможности изменить (исключить) то или иное ее условие, постольку вступление в нее гражданина не может служить свидетельством свободного и в своем интересе выражения диктуемой ему воли.

Факт вступления в навязываемое согласие не выражает навязываемого согласия.

Иное означало бы что гражданин, от которого сильная сторона безальтернативно требует подчиниться ее воле, может защитить свое личное пространство только отказавшись от вступления в отношения.

Однако это приводило бы к тому, что гражданин лишался бы свободы учреждения правовой связи на условиях, достаточно необходимых для этого в силу закона, что лишало бы его гарантий, предоставленных статьей 1 ГК РФ (равенство участников гражданскоправовых отношений; свобода договора; недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела; необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав; приобретение и осуществление гражданских прав своей волей и в своем интересе; свобода в установлении гражданами своих прав и обязанностей на основе договора).

Специфика же отношений по защите прав потребителей в целом проявлена пунктом 11 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей (утверждено Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.10.2020), показывающим, что все, прямо не закрепленное законом в качестве элемента правового статуса потребителя, не может быть обращено против него.

Конституционным Судом Российской Федерации в его Постановлении от 27.10.2015 N 28-П обращено внимание на то, что условия договоров присоединения определяются профессиональной стороной в стандартных формах. При этом гражданин не имеет реальной возможности изменить содержание предлагаемого сильной стороной набора документов.

В таких обстоятельствах требования определенности правового статуса потребителя приобретают особое значение, так как для непрофессионала неочевиден правовой эффект произведенных им действий по меньшей мере до того момента, покуда коммерческий агент ему однозначно на это не ответил.

Поскольку же гарантированность правомерных ожиданий образует основы конституционно-правового статуса личности, а также, поскольку в Российской Федерации должна обеспечиваться правовая определенность, стабильность и предсказуемость в сфере гражданского оборота, а также поддержание как можно более высокого уровня взаимного доверия между субъектами экономической деятельности, то сформированные при непосредственном активном участии коммерческого агента ожидания гражданина должны уважаться (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2023 N 21-П).

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 этого же кодекса действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) не допускаются. Конституционным Судом Российской Федерации в его Постановлении от 03.04.2023 N 14-П подчеркнуто:

Предприниматель же, профессионально занимающийся продажами, регулярно, на постоянной основе взаимодействует с разными контрагентами (включая потребителей) и потому потенциально обладает навыками ведения переговоров, оказания влияния на покупателя с целью реализации товара на наиболее выгодных для себя условиях. Он также не лишен возможности создать видимость обеспечения покупателя нужным объемом информации, а даже действительно обеспечив его таковой - манипулировать ею так, чтобы покупатель обошел вниманием проблемные элементы в ее содержании. В связи с этим, предлагая условия договора, предприниматель не может не осознавать свое превосходство (экономическую силу) над потребителем. У покупателя же, возможно, не будет оснований в ходе, например, судебного разбирательства отрицать, что продавец его информировал. При таких условиях даже выравнивание процессуального положения сторон посредством деятельности суда по перераспределению бремени доказывания от покупателя к продавцу может и не дать полезного эффекта.

Единственно приемлемым с точки зрения конституционных принципов пониманием рассматриваемых норм была бы констатация того, что при наличии определенного комплекса несомненно неблагоприятных для покупателя обстоятельств есть основания исходить из наличия и явного неравенства переговорных возможностей, существенно затруднившего согласование иного содержания отдельных условий договора.

В свете изложенного в случае невозможности установить действительную общую волю сторон, но с учётом характера учрежденных ими отношений должно применяться contra proferentem толкование, наиболее благоприятное для потребителя.

Суд, учитывая, что положение, в котором оказался истец, сформировалось в результате действий ответчика, программное обеспечение находились в распоряжении последнего, форма и контекст выражения рассматриваемого согласия были заданы ответчиком, никаких разъяснений потребителю со стороны ответчика не предлагалось, возможность выбора выражения или невыражения согласия на получение рекламы по сетям электросвязи не предоставлялась, считает, что приоритет должен быть отдан позиции истца как лица, противопоставленного профессионалу, который мог и должен был озаботиться не только понятностью механизма его работы потребителю, но и прозрачностью ее организационного обеспечения, достаточного не только для независимого выражения воли потребителя в вопросе получения рекламы, но и для независимого установления как подлинной ее направленности, так и обстоятельств ее формирования.

По субъекту нарушения суд исходит из того, что пунктами 5, 6, 7 статьи 3 Закона «О рекламе» раскрыто содержание понятий: рекламодатель, рекламопроизводитель и рекламораспространитель. Рекламодатель – изготовитель или продавец товара либо иное определившее объект рекламирования и (или) содержание рекламы лицо; рекламопроизводитель – лицо, осуществляющее полностью или частично приведение информации в готовую для распространения в виде рекламы форму; рекламораспространитель – лицо, осуществляющее распространение рекламы любым способом, в любой форме и с использованием любых средств. В силу пункта 7 статьи 38 Закона «О рекламе» ответственность за нарушение требований его статьи 18 несет рекламораспространитель.

Решениями УФАС по РБ установлены факты распространения рекламы ООО «Екатеринбург Яблоко» (стр. 7 рассматриваемых решений УФАС по РБ), основания не согласиться с чем у суда отсутствуют как в силу изучения им указанных решений, так и в силу незаявления ответчиком ни несогласия с определением УФАС, ни с позицией истца, предъявившего иск именно к нему.

Конституцией Российской Федерации к основным правам человека и гражданина отнесены достоинство личности (часть 1 статьи 21), а также неприкосновенность частной жизни (часть 1 статьи 23). Согласно статье 150 ГК РФ достоинство личности и неприкосновенность частной жизни относятся к нематериальным благам, нарушение которых действиями, причиняющими физические или нравственные страдания, в силу статьи 151 названного кодекса является основанием для компенсации морального вреда.

По общим правилам ответственности за причинение вреда лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Причинение вреда вследствие ошибки либо по поручению другого лица само по себе не освобождает причинителя от ответственности.

Суд находит, что направление рекламы без свободно выраженного согласия на это посягает на достоинство человека.

Согласно определению Закона «О защите прав потребителей» потребитель – гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Таким образом, потребитель это также и тот, кто еще не совершил сделку, но может ее совершить в будущем.

Доводом в пользу потребительского характера правовой связи сторон является и то, что выдавая истцу как физическому лицу карту лояльности, сам ответчик воспринимает регистрирующихся на его ресурсе граждан в качестве потребителей реализуемых им товаров.

В силу статьи 15 Закона «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем при наличии его вины.

Пунктом 2 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.10.2018 разъяснено, что по смыслу Закона «О защите прав потребителей» сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.

Аналогичный вывод содержится в абзаце 2 пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 33 от 15.11.2022 г.).

Кроме того, суд обращает внимание на то, что Постановлением Пленума ВС РФ N33 от 15.11.2022 г., в частности его пунктом 12 подчеркнуто, что компенсация морального вреда является мерой гражданско-правовой ответственности. К выводу о том, что причинение морального вреда происходит по факту совершения деликта, приходит и Конституционный Суд Российской Федерации (Постановления от 26.10.2021 N 45-П и от 02.03.2023 N 7-П).

Тем самым исключение обязанности компенсировать моральный вред по мотивам недоказанности его размера или увязка этой обязанности исключительно с одной только мерой страдания жертвы нарушало бы принципы справедливости и ответственности деликвента за свои действия.

В целом же суд исходит из того, что ответственность должна быть ощутимой, без чего ее цели достигнуты быть не могут. Тем самым суд ориентируется на разъяснение Постановления Пленума ВС РФ №33 от 15.11.2022 г. о недопустимости присуждения чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы (абзац 3 пункта 30) и на правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации о неприемлемости присуждения символических сумм морального вреда, свидетельствующих о пренебрежении к правам потерпевшего (имитационность правосудия) (определения №№ 56-КГ21-41-К9 и 45-КГ20-25-К7 и проч.).

Как следует из пункта 25 Постановления Пленума ВС РФ №33 от 15.11.2022 г. суд при разрешении спора о компенсации морального вреда учитывает фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

С учетом изложенного суд, при учете фактических обстоятельств дела, а также требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, считает необходимым взыскать с ООО «Екатеринбург Яблоко» в пользу истца компенсацию морального вреда по 5 000 рублей за каждый установленный в настоящем деле факт направления несогласованного рекламного сообщения, а совокупно по рассмотренным исковым требованиям компенсации морального вреда 35 000 рублей = (5 000 рублей (размере компенсации морального вреда) х 7 (количество гражданских правонарушений ответчика)).

В силу пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

С ответчика подлежит взысканию в пользу истца штрафы в размере по 2 500 руб. за каждый из семи фактов несоблюдения в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя = (5 000 руб. (компенсация морального вреда) х 50%), а совокупно по рассмотренным семи требованиям компенсации морального вреда штрафы в общей сумме 17 500 рублей = (2 500 рублей) х 7).

Относительно заявлений о взыскании расходов на подготовку досудебных требований к ответчику о компенсации морального вреда, судебных расходов на представителя и их размеров, суд, изучив материалы дела в указанной части исходит из следующего.

Судом установлено, что между истцом ФИО2 и ее представителем ФИО2 заключены следующие 7 договоров уступки прав требования расходов по подготовке досудебных претензий о компенсации морального вреда.

Договор уступки права требования (заключен 01 августа 2024 года), в соответствии с которым ФИО2 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) условились о том, что (1) Цедент уступает Цессионарию право требования с кого следует расходов по подготовке досудебной претензии о компенсации морального вреда по факту направления 26.10.2022 ООО «Екатеринбург Яблоко» ФИО2 рекламы; (2) Право требования уступается в качестве ценности, передаваемой Цедентом Цессионарию за оказание последним первому юридической помощи по предмету приложения труда, образующего материальную ценность Права требования; (6) Право требования переходит от Цедента к Цессионарию в момент заключения настоящего договора как будущее право, реализуемое по его вызревании применительно к материальным (и) процессуальным основаниям истребования Расходов; (8) Право требования переходит от Цедента к Цессионарию без передачи каких-либо документальных свидетельств его наличия, поскольку свидетельством его является сама по себе документальная объективация приложения соответствующего труда; (9)Поскольку Цедент уступает Цессионарию Право требования, образованное приложением труда второго по предмету, указанному в пункте 1 настоящего договора, постольку Право требования оценивается в сумме равной оценке соответствующего труда, а именно в размере 5 000 рублей; (10) Подписание настоящего договора свидетельствует факт приложения Цессионарием труда по подготовке соответствующей претензии.

Поскольку условия всех представленных суду 7 договоров тождественны, за исключением пунктов 1, устанавливающих предмет договора, суд полагает возможным ограничиться изложением предметов указанных договоров.

Договор уступки права требования (заключен 01 августа 2024 года), в соответствии с которым ФИО2 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) условились о том, что (п.1) Цедент уступает Цессионарию право требования с кого следует расходов по подготовке досудебной претензии о компенсации морального вреда по факту направления 28.10.2022 ООО «Екатеринбург ФИО4» ФИО2 рекламы.

Договор уступки права требования (заключен 01 августа 2024 года), в соответствии с которым ФИО2 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) условились о том, что (п.1) Цедент уступает Цессионарию право требования с кого следует расходов по подготовке досудебной претензии о компенсации морального вреда по факту направления 02.11.2022 ООО «Екатеринбург ФИО4» ФИО2 рекламы.

Договор уступки права требования (заключен 01 августа 2024 года), в соответствии с которым ФИО2 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) условились о том, что (п.1) Цедент уступает Цессионарию право требования с кого следует расходов по подготовке досудебной претензии о компенсации морального вреда по факту направления 03.11.2022 ООО «Екатеринбург ФИО4» ФИО2 рекламы.

Договор уступки права требования (заключен 01 августа 2024 года), в соответствии с которым ФИО2 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) условились о том, что (п.1) Цедент уступает Цессионарию право требования с кого следует расходов по подготовке досудебной претензии о компенсации морального вреда по факту направления 04.11.2022 ООО «Екатеринбург ФИО4» ФИО2 рекламы.

Договор уступки права требования (заключен 01 августа 2024 года), в соответствии с которым ФИО2 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) условились о том, что (п.1) Цедент уступает Цессионарию право требования с кого следует расходов по подготовке досудебной претензии о компенсации морального вреда по факту направления 08.11.2022 ООО «Екатеринбург ФИО4» ФИО2 рекламы.

Договор уступки права требования (заключен 01 августа 2024 года), в соответствии с которым ФИО2 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) условились о том, что (п.1) Цедент уступает Цессионарию право требования с кого следует расходов по подготовке досудебной претензии о компенсации морального вреда по факту направления 09.10.2022 ООО «Екатеринбург ФИО4» ФИО2 рекламы.

Факты подготовки досудебных претензий в рамках указанных договоров подтверждаются копиями имеющихся в деле претензий по каждому факту получения рекламы, рассматриваемых в настоящем деле. Факты направления претензий в адрес ответчика подтверждаются представленными истцом соответствующими отчетами сервиса «Электронные заказные письма» Почты России. Кроме того, указанные обстоятельства ответчиком не оспорены. С учетом содержания пунктов 10 вышеуказанных договоров, суд считает установленными факты приложения Цессионарием юридического труда по подготовке вышеозначенных 7 досудебных претензий.

Также судом установлено, что между истцом ФИО2 и ее представителем ФИО2 были заключены 7 договоров уступки прав требования судебных расходов по искам о компенсации морального вреда.

Договор уступки права требования (заключен 01 августа 2024 года) в соответствии с которым ФИО2 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) условились о том, что (1)Цедент уступает Цессионарию право требования с кого следует судебных расходов по передаваемому на рассмотрение Кировского районного суда города Уфы иску ФИО2 о компенсации морального вреда по факту направления 26.10.2022 ООО «Екатеринбург ФИО4» ФИО2 рекламы (далее – Право требования). Примечание 1: передается Право требования, отвечающее объему труда по подготовке иска, истребованию судебных расходов и безлимитному количеству заседаний в суде первой инстанции при рассмотрении соответствующего дела «по первому кругу», если иное не установлено настоящим договором. Примечание 2: если судебные расходы будут присуждены в размере, равном установленной настоящим договором цене Права требования, то Право требования в его измерении относительно количества судебных заседаний не считается перешедшим от Цедента к Цессионарию в части, превышающей относимую более чем на два судебные заседания. (2) Право требования уступается в качестве ценности, передаваемой Цедентом Цессионарию за оказание последним (здесь и далее – в том числе опосредованно через лицо, действующее в силу передоверия Цессионарием уполномочия его Цедентом) первому юридической помощи по предмету приложения труда, образующего материальную ценность Права требования. (3) Экономическое содержание Права требования образует объективная стоимость необходимо вложенного в состязательный процесс труда. (4) Понесенностью ассоциируемых со стороной затрат является обеспеченное Цедентом через привлечение Цессионария вложение имеющего объективную стоимость необходимого для состязательного процесса труда, противопоставимого процессуальному оппоненту стороны. (5) Взаимные предоставления по настоящему договору и по факту оказания Цессионарием Цеденту юридической помощи по предмету приложения труда, образующего материальную ценность Права требования, признаются равными. (6) Право требования переходит от Цедента к Цессионарию в момент заключения настоящего договора как будущее право, реализуемое по его вызревании применительно к процессуальным основаниям истребования судебных расходов сообразных содержанию пункта 1 настоящего договора. (6) Риски невызревания права по основанию неактивности Цедента в заявлении и поддержании требования о признании права его стороны на возмещение судебных расходов относятся на Цедента, а риски по основанию невыигрыша соответствующего процесса – на Цессионария. (7) Право требования переходит от Цедента к Цессионарию без передачи каких-либо документальных свидетельств его наличия, поскольку свидетельством его является сама по себе судебная объективация приложения соответствующего труда. (8) Поскольку Цедент уступает Цессионарию Право требования, образованное приложением труда второго по предмету, указанному в пункте 1 настоящего договора, постольку Право требования оценивается в сумме равной оценке соответствующего труда (подготовка заявления, судебное представительство, взыскание судебных расходов), а именно в размере 25 000 рублей. (9) Подписание настоящего договора свидетельствует факт приложения Цессионарием труда по подготовке соответствующего обращения в суд. (10) Факт приложения труда Цессионария по судебному представительству свидетельствуется протоколами соответствующих судебных заседаний.

Основания и порядок перехода прав кредитора к другому лицу установлены статьей 382 ГК РФ, согласно которой право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В силу статьи 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основания закона и наступления указанных в нем обстоятельств: - в результате универсального правопреемства в правах кредитора; - по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, когда возможность такого перевода предусмотрена законом; - вследствие исполнения обязательства должника его поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству; - при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая; - в других случаях, предусмотренных законом.

В силу ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования. По смыслу приведенных норм, уступлено может быть только реально существующее и документально подтвержденное право.

Несуществующие требования не могут быть предметом цессии. Частью 2 статьи 389.1 ГК РФ предусмотрено, что требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное. Следовательно, замена выбывшей стороны ее правопреемником в гражданском судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении, что должно быть подтверждено в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами.

В настоящем деле переход прав требований взысканных по данному делу в пользу истца судебных расходов в сумме 5 000 руб. и 25 000 руб. по каждому факту направления несогласованной рекламы подтверждается договорами уступки права требования (цессии) от 01.08.2024.

Руководствуясь ст. 100 ГПК РФ, суд с учетом конкретных обстоятельств дела, длительности рассмотрения дела, его категории, полагает разумным и справедливым размер расходов по оплате услуг представителя в размере по 1 000 рублей за подготовку каждой из семи претензий, а совокупно 7 000 рублей = (1 000 руб. х 7 (количество претензий), и по 10 000 рублей судебных расходов за каждый подготовленный предъявленный иск, а совокупно 70 000 рублей (10 000 руб. х 7 (количество исков), сумму чего взыскивает с ответчика в пользу истца.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, то в силу требований ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина с ответчика в размере 2 100 руб. = (300 руб. х 7 (количество рассмотренных исков)) за удовлетворенные требования неимущественного характера.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО2 (№) к ООО «Екатеринбург Яблоко» (ОГРН <***>) о взыскании компенсации морального вреда, штрафа удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Екатеринбург Яблоко» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 35 000 рублей, штраф за неудовлетворение требования потребителя в добровольном порядке в размере 17 500 рублей.

Произвести процессуальную замену ФИО2 на ФИО3 (ОГРНИП №) по требованию о присуждении расходов, взыскиваемых с ООО «Екатеринбург Яблоко» по настоящему решению Кировского районного суда города Уфы.

Взыскать в пользу ФИО3 с ООО «Екатеринбург Яблоко» расходы по подготовке досудебных претензий в размере 7 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя истца в размере 70 000 рублей.

Взыскать с ООО «Екатеринбург Яблоко» в доход местного бюджета городского округа гор.Уфы государственную пошлину в размере 2 100 руб.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме через Кировский районный суд города Уфы Республики Башкортостан.

Председательствующий: Казбулатов И.У.

Мотивированное решение суда изготовлено в окончательной форме 11 июля 2025 г.