УИД 77RS0019-02-2025-001674-96

№ 2-2568/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 мая 2025 года город Москва

Останкинский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Сырчиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Озубековой Н.Э., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2568/2025 по иску ФИО1 к ООО «Астон» о признании недействительными ученического договора, соглашения об окончании обучения, соглашения о выплате компенсации за обучение, признании недействительным пункта соглашения о выплате компенсации за обучение в части размера денежных средств, подлежащих выплате работником работодателю, признании отсутствующем обязательства истца о выплате компенсации, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Астон», уточненным в порядке ст. 39 ГК РФ, просит признать недействительным ученический договор от 25.10.2023 № 25/10-7-УД, дополнительное соглашение от 16 февраля 2024 года к ученическому договору, соглашение об окончании обучения от 22 апреля 2024 года, заключенные между сторонами; признать недействительным соглашение о выплате компенсации за обучение от 29 октября 2024 года по ученическому договору от 25 октября 2023 года № 25/10-7-УД, дополнительное соглашение от 05 ноября 2024 года № 1 к соглашению о выплате компенсации за обучение от 29 октября 2024 года, заключенные между сторонами; признать недействительным п.2 соглашения о выплате компенсации за обучение от 29 октября 2024 года; признать отсутствующим обязательство истца по выплате ответчику компенсации в размере сумма; взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате юридических услуг в размере сумма, транспортные расходы представителя по покупке авиабилетов в размере сумма, расходы по оплате проживания представителя в гостинице в размере сумма, мотивируя заявленные требования тем, что 25 октября 2023 года между сторонами был заключен трудовой договор № 25/10-8-ТД с дистанционным работником. В тот же день, 25.102023 между сторонами был заключен ученический договор № 25/10-7-УД на прохождение обучения в объеме обеспечивающим освоение программы (курса) «iOS», впоследствии дополнительным соглашением от 16 февраля 2024 года программа курса изменена на «SA». Согласно п. 1.3 ученического договора, стоимость средств, затрачиваемых работодателем на обучение работника составляет сумма В силу п.3.2 ученического договора, работник обязан проработать у работодателя 18 месяцев. По завершению обучения, 17 апреля 2024 истцу выдали лист бумаги с надписью «Сертификат», якобы подтверждающий прохождение обучения по программе (курса) «iOS», а не по программе «SA». При этом, данный «Сертификат» не содержит необходимых реквизитов, подтверждающих прохождение обучения и не принимается иными работодателями. Находясь в зависимости от работодателя, истец подписал соглашение об окончании обучения от 22 апреля 2024 года. После обучения, истец проработал у ответчика 6 месяцев - по 05 ноября 2024 года. Перед увольнением, под давлением работодателя 29 октября 2024 года между сторонами было подписано соглашение о выплате компенсации за обучение по ученическому договору. Приказом от 05 ноября 2024 № 443 истец уволен с работы на основании п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ. Истец полагает, что ученический договор, заключенный между сторонами, не соответствует обязательным требованиям, предъявляемым к содержанию ученического договора, закрепленным в ст.199 ТК РФ, а именно: срок ученичества и размер оплаты в период ученичества. Стипендия истцу не выплачивалась. Пунктами 1.2 и 1.6 ученического договора предусмотрено, что работодатель гарантирует оказание услуг по обучению силами третьего лица, имеющего право оказывать образовательные услуги. Обучение происходило посредством представления информации, в виде ссылок на определенные сайты в сети Интернет, для самостоятельного изучения информационных сайтов. Обучение как таковое отсутствовало. По окончании обучения, новая специальность или профессии, квалификация истцу не присваивалась. Поскольку ученический договор не был направлен на обучение истца новой профессии, специальности или присвоения новой квалификации, истец считает, что в данном случае имело место повышение профессиональных навыков истца, что в силу ст.197 ТК РФ, оплачивается за счет работодателя, в связи с чем, заключение ученического договора и соглашения о выплате компенсации за обучение являются незаконными. Истцом в досудебном порядке направлялось ответчику соглашение о расторжении соглашения о выплате компенсации за обучение от 26 ноября 2024 года, которое ответчиком оставлено без удовлетворения. Истец полагает, что действиями ответчика нарушаются его права.

Истец в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, направил в суд представителя ФИО2, который в судебном заседание заявленные истцом требования поддержал, просил иск удовлетворить в полном объеме по доводам, указанным в исковом заявлении, уточнениях к нему и письменных пояснениях.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения заявленных истцом требований возражала, просила в иске отказать по доводам, указанным в представленных суду возражениях и дополнениях к ним.

Суд, выслушав доводы представителей сторон, исследовав и оценив письменные материалы дела, приходит к следующему.

К числу основных прав работника в трудовых отношениях, согласно абз.8 ч.1 ст.21 ТК РФ относится его право на подготовку и дополнительное профессиональное образование в порядке, установленном названным кодексом, иными федеральными законами.

В силу ч.ч.1 и 2 ст.196 ТК РФ необходимость подготовки работников (профессиональное образование и профессиональное обучение) и дополнительного профессионального образования, а также направления работников на прохождение независимой оценки квалификации для собственных нужд определяет работодатель. Подготовка работников и дополнительное профессиональное образование работников, направление работников (с их письменного согласия) на прохождение независимой оценки квалификации осуществляются работодателем на условиях и в порядке, которые определяются коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

В силу ст.65 ТК РФ, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, при заключении трудового договора лицо, поступающее на работу, предъявляет работодателю документ об образовании и (или) о квалификации или наличии специальных знаний - при поступлении на работу, требующую специальных знаний или специальной подготовки.

Статьей 197 ТК РФ определено, что работники имеют право на подготовку, дополнительное профессиональное образование, а также на прохождение независимой оценки квалификации. Указанное право реализуется путем заключения договора между работником и работодателем.

В ст.76 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» указано, что дополнительное профессиональное образование осуществляется посредством реализации дополнительных профессиональных программ (программ повышения квалификации и программ профессиональной переподготовки). Программа повышения квалификации направлена на совершенствование и (или) получение новой компетенции, необходимой для профессиональной деятельности, и (или) повышение профессионального уровня в рамках имеющейся квалификации. Программа профессиональной переподготовки направлена на получение компетенции, необходимой для выполнения нового вида профессиональной деятельности, приобретение новой квалификации. Лицам, успешно освоившим соответствующую дополнительную профессиональную программу и прошедшим итоговую аттестацию, выдаются удостоверение о повышении квалификации и (или) диплом о профессиональной переподготовке.

Согласно ст.198 ТК РФ, работодатель - юридическое лицо (организация) имеет право заключать с лицом, ищущим работу, или с работником данной организации ученический договор на получение образования без отрыва или с отрывом от работы. Ученический договор с работником данной организации является дополнительным к трудовому договору.

Обязательные требования к содержанию ученического договора закреплены в ст.199 ТК РФ, согласно части первой которой ученический договор должен содержать: наименование сторон; указание на конкретную квалификацию, приобретаемую учеником; обязанность работодателя обеспечить работнику возможность обучения в соответствии с ученическим договором; обязанность работника пройти обучение и в соответствии с полученной квалификацией проработать по трудовому договору с работодателем в течение срока, установленного в ученическом договоре; срок ученичества; размер оплаты в период ученичества.

Ученический договор заключается на срок, необходимый для получения данной квалификации (ч.1 ст.200 ТК РФ).

В соответствии с ч.2 ст.207 ТК РФ в случае, если ученик по окончании ученичества без уважительных причин не выполняет свои обязательства по договору, в том числе не приступает к работе, он по требованию работодателя возвращает ему полученную за время ученичества стипендию, а также возмещает другие понесенные работодателем расходы в связи с ученичеством.

Согласно ст. 249 ТК РФ, в случае увольнения без уважительных причин до истечения срока, обусловленного трудовым договором или соглашением об обучении за счет средств работодателя, работник обязан возместить затраты, понесенные работодателем на его обучение, исчисленные пропорционально фактически не отработанному после окончания обучения времени, если иное не предусмотрено трудовым договором или соглашением об обучении.

Судом установлено и следует из материалов дела, 25 октября 2023 года между ООО «Астон» и ФИО1 был заключен трудовой договор № 25/10-8-ТД, по условиям которого истец с 25 октября 2023 принят на дистанционную работу на должность младшего разработчика.

Также 25 октября 2023 года между сторонами был заключен ученический договор № 25/10-7-УД, в соответствии с условиями которого работодатель обязуется обеспечить работнику прохождение обучения в объеме, обеспечивающем освоение программы (курса) «iOS», в целях последующего исполнения своих обязанностей у работодателя.

Согласно п.1.3 ученического договора, стоимость средств, затрачиваемых работодателем на обучение работника, составляет сумму в российских рублях в размере, эквивалентном сумма

В п.1.6 ученического договора указано, что услуги будут оказываться за счет работодателя силами третьего лица, имеющего право оказывать образовательные услуги.

В силу п.3.2 ученического договора, работник обязан проработать у работодателя 18 месяцев.

Согласно п.п. 2.2, 4.3 ученического договора, работник возмещает работодателю денежные средства, затраченные работодателем на обучение, в случае его увольнения по собственному желанию.

16 февраля 2024 года между сторонами был заключено дополнительное соглашение к ученическому договору от 25 октября 2023 года № 25/10-7-УД, условиям которого пункт 1.1 ученического договора изложен в следующей редакции: работодатель обязуется обеспечить работнику прохождение обучения в объеме, обеспечивающем освоение программы (курса) «SA», в целях последующего исполнения своих обязанностей у работодателя.

По окончания обучения, истцу выдан Сертификат от 17.04.2024 АК 240130, в котором указано, что данный сертификат подтверждает, что ФИО1 успешно завершил курс «iOS», продолжительность обучения - 240 академических часов.

22 апреля 2024 года сторонами было подписано соглашение об окончании обучения по ученическому договору от 25 октября 2023 № 25/10-7-УД, согласно которого работник согласился, что прошел обучение в объеме и по теме, обозначенной в п.1.1 договора.

29 октября 2024 года между сторонами заключено соглашение о выплате компенсации за обучение, по условиям которого работник, в связи с его увольнением по собственному желанию, обязуется выплатить работодателю компенсацию за проведенное обучение в размере сумма

05 ноября 2024 года на основании заявления истца от 02 ноября 2024 года, трудовой договор расторгнут по инициативе работника по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (приказ о прекращении трудового договора и увольнении от 05.11.2024 № 443).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч.3 ст.67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Исходя из положений п.п.4, 5 ст.12 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», программы повышения квалификации, программы профессиональной переподготовки относятся к дополнительным профессиональным программам. Образовательные программы самостоятельно разрабатываются и утверждаются организацией, осуществляющей образовательную деятельность, если настоящим Федеральным законом не установлено иное.

В соответствии с ч.1 ст.91 Федерального закона 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» образовательная деятельность подлежит лицензированию.

Повышение или присвоение квалификации по результатам дополнительного профессионального образования подтверждается удостоверением о повышении квалификации или дипломом о профессиональной переподготовке (ч.10 ст.60, ч.5 ст.76 Федерального закона от 29.12.2012 № 273-ФЗ).

Из представленных в материалы дела документов усматривается, что обучающиеся услуги в виде самостоятельного изучения материалов в сети интернет, прохождения проверок знаний, посредством тестов, выполнение обучающих задач, полученные истцом в соответствии с заключенными ученическим договором от 25 октября 2023 № 25/10-7-УД, дополнительным соглашением от 16 февраля 2024 к нему, оказаны ТОО «Астон Казахстан», которая организацией, осуществляющей образовательную деятельность, не является; результатом получения истцом указанных услуг не явились выданные в установленном законом порядке удостоверения о повышении квалификации или дипломы о профессиональной переподготовке. Кроме того, по результатам получения истцом указанных услуг какая-либо новая специальность или профессия, квалификация ему не присваивались.

Представленный истцом в материалы дела сертификат от 17.04.2024 АК 240130, в котором указано, что данный сертификат подтверждает, что ФИО1 успешно завершил курс «iOS», продолжительность обучения - 240 академических часов, а также представленный ответчиком в материалы дела сертификат от 17.04.2024 АК 240130, в котором указано, что данный сертификат подтверждает, что ФИО1 успешно завершил курс «Sestem Analyst», продолжительность обучения - 180 академических часов, с указанием на то, что первоначально выданный сертификат имеет ошибку в части указания наименования курса обучения, не содержат сведений о получении истцом новой профессии, специальности или присвоения ему новой квалификации.

Суд учитывает, что в отличие от профессионального обучения и переобучения, повышение квалификации определяется как обучение той же профессии, без перемены этим работником трудовой деятельности, направлено на совершенствование профессиональных знаний, умений и навыков, обновление теоретических и практических знаний специалистов.

При этом, повышение квалификации работника оплачивается за счет работодателя, и по смыслу ст.ст. 196 и 198 ТК РФ не может служить предметом ученического договора.

Доводы ответчика не могут быть приняты во внимание, поскольку сводятся к собственной оценке доказательств и установленных обстоятельств, ошибочному толкованию норм материального права.

Таким образом, суд, руководствуясь вышеизложенными нормами права, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, исходя из того, что к числу существенных условий ученического договора относятся квалификация, приобретаемая учеником, обязательство работника пройти обучение и в соответствии с полученной квалификацией проработать по трудовому договору у работодателя в течение срока, установленного в ученическом договоре, а также срок обучения и размер оплаты в период ученичества, учитывая то, что ответчиком не доказаны юридически значимые обстоятельства определяющие, что действительно после прохождения обучения истец получил новую специальность или профессию, по которым в дальнейшем исполнял свои трудовые обязанности по заключенному между сторонами трудовому договору, приходит к выводу, что оспариваемые ученический договор и дополнительное соглашение к нему, по своей сути не являются ученическим договором, поскольку они не были направлены на обучение истца новой профессии, специальности или на присвоение ему новой квалификации, обратного суду не представлено. В данном случае имело место повышение профессиональных навыков работника, которое оплачивается за счет работодателя и является необходимым условием при осуществлении профессиональной деятельности.

В связи с изложенным, поскольку ученический договор от 25 октября 2023 года № 25/10-7-УД, дополнительное соглашение от 16 февраля 2023 года к ученическому договору от 25 октября 2023 № 25/10-7-УД, заключенные между сторонами, не соответствуют нормам ТК РФ, нарушают права и законные интересы работника, и в соответствии со ст.ст.8, 9 ТК РФ, условия об обязанности ответчика отработать у истца не менее 18 месяцев и в случае досрочного увольнения возместить истцу расходы на обучение применению не подлежат, в связи с чем, суд удовлетворяет требования истца о признании недействительными ученического договора от 25 октября 2023 № 25/10-7-УД, дополнительного соглашения от 16 февраля 2023 года к ученическому договору от 25 октября 2023 года № 25/10-7-УД, соглашения об окончании обучения от 22 апреля 2024 по ученическому договору от 25 октября 2023 № 25/10-7-УД; соглашения о выплате компенсации за обучение от 29 октября 2024 (ученический договор от 25.10.2023 № 25/10-7-УД); дополнительного соглашения от 05 ноября 2024 № 1 к соглашению о выплате компенсации за обучение (ученический договор от 25 октября 2023 № 25/10-7-УД) от 29 октября 2024 года.

Поскольку судом удовлетворены требования истца о признании недействительным соглашения о выплате компенсации за обучение от 29 октября 2024 года, суд не усматривает оснований для удовлетворения требований истца о признании недействительным п.2 соглашения о выплате компенсации за обучение от 29 октября 2024, а также требований истца о признании отсутствующим обязательства истца по выплате ответчику компенсации в размере сумма, как части условий и обязательств указанного соглашения.

Согласно ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ст.94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя, расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд.

В соответствии с п.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ст.96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах.

Принимая во внимание сложность гражданского дела, количество судебных заседаний, проведенных по делу, количества подготовленных от имени истца процессуальных документов; времени, фактически затраченного на составление документов, участия представителя в судебных заседаниях, исходя из принципа соразмерной компенсации, обеспечивающей баланс интересов сторон, а также принимая во внимание требования гражданского процессуального закона о разумности подлежащих взысканию расходов, суд полагает требования истца о взыскании в его пользу расходов по оплате юридических услуг подлежащими частичному удовлетворению в размере сумма

Из разъяснений, изложенных в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», транспортные расходы и расходы на проживание представителя стороны возмещаются другой стороной спора в разумных пределах исходя из цен, которые обычно устанавливаются за транспортные услуги, а также цен на услуги, связанные с обеспечением проживания, в месте (регионе), в котором они фактически оказаны (ст.ст.94, 100 ГПК РФ, ст.ст.106, 112 КАС РФ, ст.106, ч.2 ст.110 АПК РФ).

Согласно п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В материалы дела истцом представлены электронные авиабилеты на имя ФИО2 по направлению Волгоград - Москва, Москва - Волгоград на 27 февраля 2025 года, чек по операции об оплате от 15 февраля 2025 на сумму сумма, а также электронные авиабилеты на имя ФИО2 по направлению Волгоград - Москва на 26 марта 2025 года, Москва - Волгоград – 27 марта 2025 года, чек по операции об оплате от 11 марта 2025 на сумму сумма, бронирование гостиницы и оплата номера в размере сумма

Также представлены квитанции по возмещению истцом представителю ФИО2 расходов на проезд и проживание от 15 февраля 2025 на сумму сумма, от 11 марта 2025 на сумму сумма

Принимая во внимание, что истцом понесены расходы для поездки представителя и проживания с целью его участия в судебных заседаниях 27 февраля 2025 и 27 марта 2025, даты авиабилетов и даты бронирования гостиницы соответствуют дате состоявшихся судебных заседаний, учитывая, что представитель истца ФИО2 принимал участие в суде первой инстанции при подготовке дела к судебному заседании и 27 марта 2025 в судебном заседание, учитывая то, что несение расходов на проезд и проживание представителя подтверждено относимыми, допустимыми, достаточными и надлежащими доказательствами, данные расходы являются разумными, суд приходит к выводу о взыскании ответчика в пользу истца транспортных расходов представителя в размере сумма, расходов на проживание представителя в размере сумма

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, ст.333.19 НК РФ, поскольку истец был освобожден от оплаты государственной пошлины при подаче иска, суд возлагает на ответчика обязанность по оплате государственной пошлины в доход бюджета города Москвы в размере сумма

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать ученический договор № 25/10-7-УД от 25 октября 2023 года, заключенный между ООО «Астон» (ИНН <***>) и ФИО1 (паспортные данные......) недействительным, также признать недействительными: Дополнительное соглашение от 16 февраля 2024 года к ученическому договору № 25/10-7-УД от 25 октября 2023 года; Соглашение об окончании обучения от 22 апреля 2024 года по ученическому Договору № 25/10-7-УД от 25 октября 2023 года; соглашение о выплат компенсации от 29 октября 2024 года за обучение (ученический договор № 25/10-7-УД от 25 октября 2023 года); дополнительное соглашение № 1 от 5 ноября 2024 года к Соглашению о выплате компенсации за обучение (ученический договор № 25/10-7-УД от 25 октября 2023 года) от 29 октября 2024 года.

Взыскать с ответчика ООО «Астон» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспортные данные......) расходы на оплату юридических услуг в общем размере сумма, транспортные расходы представителя сумма, расходы на проживание представителя сумма

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ООО «Астон» (ИНН <***>) в доход бюджета города Москвы расходы по оплате государственной пошлины сумма

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Останкинский районный суд г. Москвы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Сырчина Е.В.

Решение в окончательной форме принято 2 июня 2025 года.