РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
16 декабря 2022 года г. Усть-Илимск Иркутская область
Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе:
председательствующего судьи Куреновой А.В.,
при секретаре судебного заседания Демидовой А.В.,
с участием помощника Усть-Илимского межрайонного прокурора Дмитриевой С.Н.,
представителя ответчика ФИО2 ФИО3, действующей на основании доверенности от 08.04.2022, с полным объемом процессуальных прав, сроком действия до 31.12.2022,
в отсутствие истца
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2567/2022 по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
В обоснование исковых требований истец ФИО1 указала, что состояла в браке с ФИО3, который был заключен 27.12.1985. ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения умер 21.12.2020 при выполнении трудовых обязанностей. Смерть наступила в результате несчастного случая в котельной, расположенной на территории цеха лесопиления № в <адрес> в <адрес>, промплощадка УИ ЛПК. Погибший ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ФИО2, приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ принят на должность машиниста котельных установок. Трудовые отношения определения трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ. В результате смерти ФИО3 истцу был причинен моральный вред, который заключается в нравственных страданиях: утрата мужа, соответственно невосполнима, вся семья перенесла большое человеческое горе, огромный стресс, связанный с уходом из жизни близкого человека. Отец всегда был главой и опорой семьи. С уходом мужа жизнь перестала быть красочной, она до сих пор скорбит по трагически погибшему любимому мужу. Потерю не выразить словами, осталась только одна боль, которая не утихает. Просит суд взыскать с ФИО2 в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 5000000 рублей, судебные расходы по изготовлению доверенности в размере 1700 рублей, расходов на представителя 50000 рублей.
Истец ФИО1, ее представитель ФИО4 в судебное заседание не явились. О времени и месте проведения судебного заседания извещались надлежащим образом, согласно заявлению от ДД.ММ.ГГГГ, телефонограмме от ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, просили о рассмотрении дела в их отсутствие.
Представитель ответчика ФИО2 ФИО3 в судебном заседании поддержала позицию изложенную в возражениях, согласно которым указала, что считает размер морального вреда чрезмерно завышенным и не подлежащим удовлетворению свыше суммы морального вреда взысканной по аналогичному делу с участием дочери погибшего. В части требования о взыскании расходов по оформлению нотариальной доверенности в сумме 1700 рублей просила отказать в полном объеме, поскольку из доверенности не следует, что она выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу. Требование о возмещении расходов на услуги представителя ФИО4 в указанном размере в сумме 50000 рублей не признает, поскольку считает их явно завышенными и не относящимися к рассматриваемому делу и оставляет вопрос о возмещении расходов на оплату услуг представителя на усмотрение суда.
Заслушав пояснения представителя ответчика, исследовав и оценив с учетом положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) представленные сторонами доказательства, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.
Разрешая требования о компенсации морального вреда, наступившего в результате несчастного случая на производстве, суд исходит из следующего.
В силу статьи 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью.
В силу статей 20, 41 Конституции РФ, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.
Согласно части 2 статьи 7 Конституции РФ в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в части 2 статьи 37 Конституции РФ. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (ст. 212 ТК РФ).
В силу статьи 220 Трудового кодекса РФ (далее ТК РФ), в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.
В силу статьи 237 ТК РФ работник вправе требовать компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.
Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, на обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 ТК РФ).
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 1 статьи 212 ТК РФ, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Согласно части 1 статьи 219 ТК РФ, каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24.07.1998 N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Понятие несчастного случая на производстве содержится в статье 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболевании» под которым понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред, физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
По смыслу части 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.
Согласно части 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
В силу пункта 1 статьи 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей истца.
Общими условиями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.
В соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. В свою очередь, на потерпевшем лежит обязанность представить доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Согласно статье 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Процессуальным законом в качестве общего правила закреплена процессуальная обязанность каждой из сторон доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений если иное не предусмотрено законом (часть 1 статьи 56 ГПК РФ).
Доказательственная деятельность в первую очередь связана с поведением участников процесса, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. ст. 56, 59, 60, 67 ГПК РФ).
Судом установлено, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ФИО2 в должности машиниста котельной установки, что подтверждается трудовой книжкой на имя ФИО3 Трудовой договор прекращен по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, в связи со смертью работника, пункту 6 части 1 статьи 83 ТК РФ.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер, что подтверждается свидетельством о смерти <...> от 29.12.2020.
Истец ФИО1 является супругой погибшего ФИО3, что подтверждается свидетельством о заключении брака от 27.12.1985 <...>.
Согласно Акту формы Н-1 № 2-20 о несчастном случае на производстве от 18.03.2021, составленного в отношении несчастного случая, произошедшего с ФИО3 21.12.2020 в 06.20 часов обстоятельства несчастного случая были следующими: 20.12.2020 в смену с 20.00 часов до 08.00 часов машинисты котельной установки ФИО9, ФИО3, ФИО9 выполняли работу в котельной, расположенной на территории цеха лесопиления № в <адрес>, промплощадка ЛПК. Подача топлива в бункер механизированная, осуществляется с помощью специальной техники (фронтальный погрузчик), в эту смену машинист-крановщик ФИО5 подавал топливо (смесь опилок и коры) в бункер более 5 раз. В связи с тем, что порядок взаимодействия с машинистом котельной установки не определен, водитель фронтального погрузчика визуально определяет необходимость подачи топлива в бункер. Со слов машиниста ФИО9, он выполнял работу со ФИО9 наверху на загрузке топлива в котлы. 21.12.2020 в 06.15 часов, во время загрузки, топливо перестало поступать на ленту. ФИО9 спустился сверху с котлов посмотреть, в чем дело, затем, поднялся наверх и сказал, что ФИО3 нигде нет, потом опять спустился вниз и обнаружил, что под бункером на выходе торчит нога. ФИО9 сразу позвонил главному энергетику, затем в МЧС и в скорую помощь. Через некоторое время приехали сотрудники полиции и достали тело ФИО3 из бункера для приема топлива. Со слов ФИО9, ФИО9 и ФИО3 во время работы выпивали спиртные напитки. Согласно выписке из заключения судебно-медицинской экспертизы о характере телесных повреждений, явившихся причиной смерти, а также о наличии (отсутствии) алкогольного, наркотического или токсического опьянения установлена причина смерти: асфиксия, угроза дыханию в результате засыпания сыпучими веществами, обвалившейся землей. При судебно-химическом исследовании крови трупа ФИО3 обнаружен этиловый алкоголь в количестве 1,6 промилле.
Причинами несчастного случая явились: Основная причина-нарушение работником дисциплины труда, а именно нахождение на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения; Сопутствующая - неудовлетворительная организация производства работы, выразившаяся в отсутствии инструкции по охране труда, не обеспечение площадки обслуживания бункера ограждением, недостаточный контроль со стороны должностных лиц за соблюдением трудовой дисциплины.
Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: машинист котельной установки ФИО3, находился на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, чем нарушил п. 29. Трудового договора от 05.08.2020. В действиях ФИО3 установлен факт грубой неосторожности и установлен процент степени вины пострадавшего в размере 10%; Генеральный директор ЗАО «Ката» ФИО6, не обеспечил разработку инструкцию по охране труда, площадку обслуживания бункера ограждением; Зам. генерального директора ФИО7, осуществил ненадлежащий контроль за соблюдением работниками трудовой и производственной дисциплины, Правил и норм охраны труда.
С указанными результатами расследования несчастного случая ФИО6 не согласился и подал жалобу, которая была удовлетворена, принято решение о проведении дополнительного расследования смертельного несчастного случая, что подтверждается решением Государственной инспекции труда в Иркутской области от 19.08.2021, распоряжением от 19.08.2021.
Согласно заключению государственного инспектора труда ФИО8 от 16.09.2021, по результатам дополнительного расследования несчастного случая, произошедшего с ФИО3 21.12.2020 установлена иная причина несчастного случая: нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившаяся в несоблюдении водителем фронтального погрузчика производственной инструкции водителя фронтального погрузчика.
Также установлены иные лица, допустившие нарушение требований охраны труда: водитель фронтального погрузчика ФИО5, в нарушение требований п. 2.10 инструкции, во время погрузки опилок в бункер не убедился в отсутствии людей в бункере и произвел неоднократно погрузку бункера при нахождении в нем ФИО3; начальник деревообрабатывающего цеха № ЗАО «Ката» ФИО8, в нарушение п. 7 должностной инструкции, п. 26 раздела IV Обеспечения функционирования СОУТ, не обеспечила надлежащий контроль за соблюдением инструкции водителем фронтального погрузчика ФИО5; главный энергетик ФИО10, в нарушение требований п. 2.9 должностной инструкции, не обеспечил надлежащий контроль за соблюдением ФИО3 безопасных условий труда и трудовой дисциплины. Вины ФИО3 – не установлено.
Выводы инспектора: данный несчастный случай квалифицирован как несчастный случай, связанный с производством, подлежащий оформлению актом формы Н-1, учету и регистрации ФИО2
По результатам данного заключения инспектора по труду, ФИО2 17.09.2021 составлен Акт Формы Н-1 о несчастном случае на производстве, утвержденный директором ФИО2 ФИО6, который имеет аналогичные, с заключением инспектора от 16.09.2021, выводы.
Таким образом, вины пострадавшего в несчастном случае ФИО3 актом формы Н-1, не установлено.
Вместе с тем, суд учитывает, что в крови от трупа ФИО3 обнаружен этиловый алкоголь в количестве 1,6 промилле, что позволяет прийти к выводу о нахождении ФИО3 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения.
Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что 21.12.2020 ФИО3, находясь в трудовых отношениях с ФИО2 и, исполняя в этот день свои должностные обязанности машиниста котельной установки, в результате несчастного случая, погиб. Действия ФИО3 и его работодателя АО «Ката» находятся в причинно-следственной связи с наступившими для ФИО3 последствиями в виде смерти последнего. Вред причинен жизни ФИО3 при исполнении им своих должностных обязанностей, в том числе, вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда.
При таких обстоятельствах, имеются основания для компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве.
Компенсацию морального вреда истец связывает со смертью погибшего близкого ей человека, супруга. Суд полагает, что факт потери родного человека не может не причинить нравственные страдания. Истец пережила и переживает нравственные страдания в связи с потерей родного человека, с которым она прожила в браке 35 лет, и гибель мужа привела к разрыву семейной связи. Смерть мужа для истца стала большим горем, боль утраты родного человека неизгладима и не может быть восполнена.
Суд приходит к выводу о том, что требования истца о компенсации морального вреда основаны на законе, по смыслу статьи 1083 ГК РФ, при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает следующее. Действующим законодательством компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины, если вред причинен источником повышенной опасности, вред причинен при исполнении должностных обязанностей. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, но может быть уменьшен исходя из вины потерпевшего. Умысла ФИО3 в причинении вреда своему здоровью и жизни, не установлено. При этом суд полагает необходимым согласиться с доводами представителя ответчика о том, что несоблюдение пострадавшим ФИО3 норм трудового законодательства, запрещающего нахождение работника на рабочем месте в состоянии опьянения, что способствовало причинению вреда жизни и здоровью. Данный факт установлен судом и не оспаривается истцом. Нарушение ФИО3 требований трудового законодательства суд расценивает как грубую неосторожность, но не как умысел на причинение вреда своему здоровью и жизни. При грубой неосторожности потерпевшего размер возмещения вреда может быть уменьшен.
Факт претерпевания истцом нравственных страданий у суда сомнений не вызывает. Сама по себе потеря близкого человека, несомненно является психотравмирующей ситуацией, влекущей для истца внутренние стрессы, волнения, душевный дискомфорт, страхи, переживания.
Оценивая изложенные выше доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что в результате несчастного случая на производстве со смертельным исходом, истец испытал и продолжает длительный период времени испытывать чувство душевной боли от утраты близкого человека, в результате несчастного случая изменен привычный образ жизни истца, нарушена семейная связь супругов, причиненный вред является необратимым.
Верховный Суд Российской Федерации в пункте 27 Постановления Пленума "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда" N 33 от 15.11.2022 разъяснил, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Учитывая обстоятельства несчастного случая, причины которого взаимосвязаны с неосторожными действиями истца и действиями работодателя, не обеспечивавшего безопасность условий труда, отсутствие добровольного возмещения ответчиком компенсации морального вреда в достойном размере, индивидуальные особенности истца, а также то, что ответчик является юридическим лицом, ведущим деятельность по лесозаготовке с 1993 года и имеет стабильную финансовую прибыль и возможность компенсировать вред, причиненный в результате несчастного случая на производстве и приведший к смерти потерпевшего в размере, отвечающем целям и задачам компенсации физических и нравственных страданий, на которые истец вправе рассчитывать для восстановления своего нарушенного права, суд приходит к выводу о соразмерности степени и характеру причиненных истцу физических и нравственных страданий компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей, подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца. Требования о компенсации морального вреда в большем размере удовлетворению не подлежат.
Суд не принимает во внимание доводы ответчика о тяжелом финансовом положении в связи с введенными санкциями недружественных стран, что отразилось на производственной деятельности и необходимостью установления в обществе режима неполного рабочего времени, что следует из приказа № 136 от 29.07.2022, поскольку материальное положение ответчиком надлежащими доказательствами не подтверждено. Каких-либо выписок из финансовых органов о наличии или отсутствии денежных средств на счетах, их размере, расходах и доходах суду не представлено.
Доводы о том, что ответчик передал истцу денежные средства в размере 70000 рублей для организации похорон, суд во внимание не принимает, поскольку данные денежные средства не связаны с компенсацией морального вреда, предназначение выплаченных денежных средств является иным.
Истцом заявлены судебные расходы в размере 1700 рублей за оформление доверенности и 50000 рублей за юридические услуги.
В соответствии со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 ГПК РФ.
Частью 1 статьи 100 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Согласно копии договора на оказание юридических услуг от 28.05.2022 ФИО4 приняла на себя обязательства по оказанию помощи ФИО1 в сборе необходимых документов, анализ представленных документов, представительство в суде первой инстанции, составление исковых заявлений, ходатайств, запросов. Общая стоимость услуг составляет 50000 рублей.
Из копии расписки от 28.08.2021 следует, что ФИО4 получила от ФИО11 50000 рублей по договору от 28.08.2021.
В судебном заседании представителю истца разъяснялось на необходимость представления договора на оказание юридических услуг в подлиннике, расписки о получении денежных средств от ФИО11
Кроме того, в определении от 03.10.2022 указывалось на необходимость представления суду подлинных документов.
Поскольку истцом не представлен подлинный договор на оказание консультативных (юридических) услуг от 28.05.2022, не подтверждён факт получения ФИО4 от ФИО1 по договору суммы 50000 рублей, требование о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя удовлетворению не подлежат.
Абзацем 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" предусмотрено, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.
Нотариально удостоверенная доверенность от 28.05.2021 выдана ФИО11 представителю ФИО4 на представление интересов ФИО11 во всех судебных, административных и правоохранительных органах, органах дознания, прокуратуре, и иных правоохранительных органах, в том числе во всех судах судебной системы РФ. Поскольку содержание доверенности указывает, что истец уполномочил представителя на представление всех его интересов, а не по данному делу, суд полагает, что расходы истца на оформление доверенности возмещению ответчиком не подлежат. При этом суд также учитывает, что данная доверенность выдана 17.05.2022, то есть задолго до предъявления настоящего иска в суд 29.09.2022, что позволяет прийти к выводу о ее выдаче не только для защиты интересов истца в рамках указанного спора. Кроме того, подлинная доверенность к материалам дела не приобщалась.
Таким образом, заявленные ко взысканию расходы на оформление указанной доверенности представителя в размере 1700 рублей не подлежат возмещению как судебные издержки по данному делу.
На основании положений статьи 103 ГПК РФ с ответчика в доход муниципального образования город Усть-Илимск подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей за заявленное истцом, освобожденным от уплаты государственной пошлины, требование неимущественного характера.
Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.
Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования город Усть-Илимск в размере 300 рублей.
В удовлетворении исковых требований ФИО1 акционерному обществу «Ката» о компенсации морального вреда в большем размере, судебных расходов отказать.
На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Усть-Илимский городской суд в течение месяца с момента вынесении решения в окончательной форме.
Председательствующий судья А.В. Куренова
Решение в мотивированной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ