Решение по делу № 2-46/2025 от 21.11.2025 - о взыскании компенсации морального вреда.

Дело №2-46/2025

УИД 28RS0013-01-2025-000057-41

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 ноября 2025 года с. Поярково

Михайловский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Чубукиной О.Е.,

при секретаре судебного заседания Левендеевой О.В.,

с участием: истца ФИО1 и ее представителя ФИО2., допущенного судом по устному ходатайству, занесенному в протокол судебного заседания, на основании ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» ФИО3 действующей на основании доверенности № № от ДД.ММ.ГГГГ года, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, врача – терапевта ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» ФИО4 - адвоката ФИО5., действующей на основании ордера №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, представившей удостоверение от ДД.ММ.ГГГГ года, представителя прокурора Михайловского района Амурской области – помощника прокурора Михайловского района Амурской области ФИО6., действующей на основании служебного удостоверения № №№ от ДД.ММ.ГГГГ года,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством видео-конференц-связи с Арбитражным судом Амурской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1. обратилась в Михайловский районный суд Амурской области с исковым заявлением к государственному автономному учреждению здравоохранения Амурской области «Михайловская районная больница» (далее по тексту - ГАУЗ АО «Михайловская районная больница») о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование которого указала, что в ДД.ММ.ГГГГ года её отец ФИО7., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был на приеме у врача-кардиолога ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» (далее по тексту - ГАУЗ АО «АОКБ»), после чего направлен по месту жительства в ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» с целью сдачи анализов и ряда обследований для дальнейшей госпитализации на плановую операцию (коронарографию) в ГАУЗ АО «АОКБ», запланированную на ДД.ММ.ГГГГ года. Однако в госпитализации в указанную дату ГАУЗ АО «АОКБ» ФИО7. было отказано по причине отсутствия ряда обследований, которые её отец должен был пройти в ГАУЗ АО «Михайловская районная больница», а именно: <данные изъяты>, а также получить заключение уролога. Её отцу пришлось возвращаться обратно по месту жительства для сдачи уже назначенных ранее обследований. ДД.ММ.ГГГГ года ФИО7. умер. Истец считает, что смерть её отца произошла вследствие халатного отношения должностных лиц ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» к своим должностным обязанностям.

В связи с чем, просила суд взыскать с ответчика в её пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) руб. (том 1 л.д. 8-14).

Определением Михайловского районного суда Амурской области от ДД.ММ.ГГГГ года к участию в деле в порядке ст. 45 ГПК РФ был привлечен для дачи заключения по существу иска прокурор Михайловского района Амурской области (том 1 л.д. 2-5).

Определением Михайловского районного суда Амурской области от ДД.ММ.ГГГГ года к участию в деле в порядке ст. 43 ГПК РФ была привлечена в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика: врач-терапевт ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» ФИО4 принимая во внимание предмет и основания исковых требований, а также доводы стороны истца, о том, что смерть ФИО7 наступила в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг со стороны ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» в лице участкового врача-терапевта ФИО4 (том 1 л.д. 97-99).

Истец ФИО1. и её представитель ФИО2 допущенный судом ДД.ММ.ГГГГ года по устному ходатайству в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, принимавшие участие в судебных заседаниях посредством ВКС, требования иска поддержали в полном объеме по доводам в нём изложенным. Полагают, что вся полнота ответственности за непрохождение отцом истца требуемых обследований лежит на ГАУЗ АО «Михайловская районная больница», не выдавшем ФИО7. все необходимые направления на анализы и обследования, именно бездействие ответчика привело к отказу в госпитализации отца истца на плановую операцию, повлекшее в дальнейшем наступление смерти последнего. Также полагают, что комиссионная судебно-медицинская экспертиза №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, выполненная экспертами КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Хабаровского края в отношении умершего ФИО7 не оценивала всю клиническую картину в отношении умершего, имеет противоречия, заключение не является полным, всесторонним и объективным. В заключении отсутствует общая оценка результатов исследования, ответы на поставленные вопросы не являются исчерпывающими, выводы исследованием не обоснованы и вызывают сомнения в достоверности, указанное заключение не может использоваться при принятии юридически значимых решений в качестве допустимого доказательства. Ненадлежащим оказанием медицинской помощи и в связи со смертью ФИО7 истец претерпела нравственные страдания в виде чувства негодования, возмущения, бессилия, боли от утраты близкого человека. В связи с чем, просят взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) руб. за некачественно оказанную медицинскую помощь и смерть пациента ФИО7

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - ГАУЗ АО «АОКБ» ФИО3. действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ года, принимавшая участие в судебном заседании посредством ВКС, поддержала ранее приведенные данным третьим лицом доводы, и из которых следовало, что ГАУЗ АО «АОКБ» возражает относительно исковых требований ФИО1 к ГАУЗ АО «Михайловская районная больница». ДД.ММ.ГГГГ года ФИО7 находился на консультации у врача-кардиолога ГАУЗ АО «АОКБ», по результатам которой пациенту была назначена плановая госпитализация на ДД.ММ.ГГГГ года в связи с необходимостью проведения коронарографии. Пациенту врачом был выдан полный перечень необходимых анализов и обследований, которые тот должен был пройти по месту жительства, предоставив разумный срок для их прохождения и получения. ДД.ММ.ГГГГ года в госпитализации ФИО7. со стороны ГАУЗ АО «АОКБ» было отказано по причине отсутствия ряда анализов и обследований, с назначением новой даты плановой госпитализации на ДД.ММ.ГГГГ года и указанием пациенту на необходимость сдачи всех без исключения анализов и прохождения обследований согласно выданному перечню. При этом оснований для экстренной госпитализации ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года со стороны ГАУЗ АО «АОКБ» усмотрено не было. Считают, что вся полнота ответственности за похождение требуемых обследований и сдачу анализов лежит исключительно на пациенте.

ДД.ММ.ГГГГ года врачом ГАУ АО «Михайловская районная больница» ФИО7. было выдано направление в консультативную поликлинику ГАУЗ АО «АОКБ», где он был обследован. ДД.ММ.ГГГГ года врачом – кардиологом было дано заключение о госпитализации в кардиологическое отделение ГАУЗ АО «АОКБ» с целью проведения плановой КАГ (коронарной ангиографии) на ДД.ММ.ГГГГ года. Поскольку у ФИО7 отсутствовал ряд обследований, то ДД.ММ.ГГГГ года ему в госпитализации было отказано. Запись на госпитализацию в кардиологическое отделение АОБК была перенесена на ДД.ММ.ГГГГ года (том 1 л.д. 55). \

Представитель третьего лица - врача-терапевта ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» ФИО4. – адвокат ФИО5 действующая на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ года в судебном заседании возражала против заявленных требований, просила суд в удовлетворении иска отказать, в возражениях относительно заявленных исковых требований указал, что основополагающее значение для рассмотрения дела имеет установление дефектов оказания медицинской помощи, состоящих в причинной связи со смертью ФИО7 Согласно заключению №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, выполненному экспертами КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Хабаровского края дефектов оказания медицинской помощи, повлиявших на исход заболевания ФИО7, не выявлено. Указанная экспертиза проводилась в государственном учреждении, имеющем лицензию на осуществление медицинской деятельности, в соответствии с требованиями действующего законодательства, эксперты предупреждены о привлечении к ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, в проведении экспертизы принимали участие врачи судебно-медицинские эксперты, имеющие соответствующее высшее образование, сертификаты. Также не представлено доказательств неоказания ответчиком медицинской помощи ФИО7 либо предоставления услуг ненадлежащего качества, отсутствуют доказательства, что смерть ФИО7 находится в прямой причинной связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи ответчиком. Просит в удовлетворении заявленных исковых требований отказать, поскольку не установлена совокупность предусмотренных законом оснований и условий применения к ответчику меры гражданско-правовой компенсации морального вреда.

Ранее в судебном заседании третье лицо врач-терапевт ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» ФИО4 выражая несогласие с требованиями ФИО1., пояснила, что ФИО7. состоял у неё на учете с ДД.ММ.ГГГГ года с диагнозом: <данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО7 проведены коронарография и стентирование. Даны рекомендации по ограничению физических и психоэмоциональных нагрузок, ограничения в питании, отказ от алкоголя, отказ от езды на велосипеде. ФИО7 назначено лечение и выписывались регулярно льготные рецепты согласно заболеванию: <данные изъяты> В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО7 стал являться на прием к ней по назначению нерегулярно либо с опозданием, при этом в приеме пациенту никогда не отказывалось. ФИО7 объяснял это забывчивостью, а также тем, что у него изменился режим дня, а именно, ночью тот бодрствовал, а днем спал. Данные изменения с ним произошли из-за психоорганического синдрома, возникшего в связи с участившимися переживаниями, стрессовыми ситуациями. ФИО7 были рекомендованы консультации невропатолога и психотерапевта, назначена сосудистая терапия. Поскольку ЭКГ от ДД.ММ.ГГГГ года показало наличие у ФИО7 ишемии передней перегородочной области, ему было назначено соответствующее лечение с добавлением нитратов, а также назначен прием седативных препаратов от стресса и болевого синдрома. В отсутствие в штате Михайловской районной больницы врача-кардиолога в связи с изменениями у ФИО7 в показателях ЭКГ в ДД.ММ.ГГГГ года было дано направление на консультацию к кардиологу в АОКБ для обследования и дальнейшего решения лечения. ДД.ММ.ГГГГ года ФИО7 явился к ней с выпиской врача-кардиолога, который после дополнительно проведенного данному пациенту обследования подтвердил ранее поставленный тому диагноз, скорректировав лишь план лечения, а именно добавив к медикаментозному лечению препарат Форсига, указав, что прием нитратов необходимо ФИО7. осуществлять при возникновении болевого синдрома в области сердца. Кроме того, кардиологом ФИО7 было выдано направление на плановую коронарографию с перечнем необходимых анализов и обследований. ДД.ММ.ГГГГ года у неё на приеме пациенту были выписаны и выданы все необходимые направления на сдачу анализов и прохождение требуемых обследований с подробным разъяснением порядка записи на них (где проходить) и непосредственной сдачи (как сдавать и в какой период до поездки на операцию), а также, что после сдачи всех анализов и прохождения обследований ему нужно явиться вновь к ней (ФИО4 на прием. В связи с имеющимися у ФИО7 проблемами с памятью и его забывчивостью (неоднократно не мог вспомнить, какие препараты и как регулярно принимает) с её стороны пациенту предлагалось прийти к ней на прием с кем-либо из близких родственников, однако ФИО7 каждый раз от этого отказывался, при этом не отрицал, что назначенные препараты в дневное время на регулярной основе не принимает, поскольку днем спит, а также не соблюдает ранее данные рекомендации относительно ограничения физических нагрузок, обосновывая это проживанием в частном доме. В период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года ФИО7 проходил стационарное лечение в хирургическом отделении Михайловской больницы с диагнозом - <данные изъяты> В дальнейшем ФИО7 находился у неё на приеме только ДД.ММ.ГГГГ года, не имея при этом при себе всех результатов анализов и пройдённых обследований. На руках у пациента были только результаты ЭКГ и неинформативное УЗИ брюшной полости. ЭКГ подтверждало наличие у ФИО7 ишемии тех же областей сердца. Ею была проведена коррекция лечения, добавлен прием нитратов по 1 таб. в день независимо от сердечных болей, вновь указано на необходимость соблюдения режима приема лекарственных препаратов и ранее данных рекомендаций. Кроме того, ФИО7 было указано на необходимость явки на следующий день (то есть ДД.ММ.ГГГГ года) к ней на прием с результатами всех пройденных обследований и сданных анализов, необходимых для коронарографии. Однако пациент явился к ней на прием только ДД.ММ.ГГГГ года, не имея на руках результатов ФГДС, УЗИ брюшной полости, анализов крови на гепатит и заключения уролога. В штате Михайловской больницы врач-уролог также отсутствует, ФИО7. через регистратуру поликлиники должен был записаться в АОКБ на консультацию к данному специалисту. Несмотря на указанные обстоятельства, она выдала ФИО7 направление на консультацию ДД.ММ.ГГГГ года к кардиологу в АОКБ, в том числе на фоне последних результатов ЭКГ для определения дальнейшего лечения, возможного дообследования пациента и его госпитализации на коронарографию. ДД.ММ.ГГГГ года к ней на приём явилась дочь ФИО7 указав, что отец не был госпитализирован ДД.ММ.ГГГГ года в АОКБ, повторно записан на коронарографию на ДД.ММ.ГГГГ года. Дочери ФИО7 в тот же день были выданы все направления на анализы и обследования, а также даны разъяснения о необходимости осуществления контроля за приемом тем на регулярной основе назначенных препаратов, сдачей требуемых анализов и обследований. Дочери также было сообщено о необходимости явки непосредственно ФИО7. к ней (ФИО4.) на прием в ближайшие дни, но более пациент к ней на прием так и не явился.

Данные обстоятельства подтвердила допрошенная по ходатайству третьего лица ФИО4 в судебном заседании свидетель ФИО8 которая суду показала, что она около 30-40 лет работает медсестрой у участкового врача-терапевта ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» ФИО4., оценивает ее работу в сфере медицины только с положительной стороны, считает, что со стороны врача-терапевта ФИО4 не имеется недостатков в оказании пациенту ФИО7. медицинской помощи.

Участвовавший в судебном заседании представитель прокурора Михайловского района Амурской области – помощник прокурора Михайловского района Амурской области ФИО6 действующая на основании служебного удостоверения от ДД.ММ.ГГГГ года выразила мнение, что иск не подлежит удовлетворению, поскольку согласно заключению №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, выполненному экспертами КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Хабаровского края дефектов оказания медицинской помощи, повлиявших на исход заболевания ФИО7., не выявлено, что не подтверждает изложенные в исковом заявлении ФИО1 обстоятельства, нарушений в действиях ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» не усматривается.

В судебное заседание не явились: ответчик - ГАУЗ АО «Михайловская районная больница», о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, явку представителя не обеспечили, ходатайств об отложении дела слушанием не поступило, представили письменное ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя ответчика, исковые требования ФИО1. ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» не признает (том 2 л.д. 56); третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика - врач-терапевт ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» ФИО4 о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, обеспечила явку своего представителя - адвоката ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года представила письменное ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие в связи с занятостью на работе (том 2 л.д. 52).

В предыдущих судебных заседаниях представитель ответчика - ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» ФИО9 действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ года, возражавший относительно требований иска, подержав доводы письменных возражений, указал, что ФИО7 при жизни действительно наблюдался и проходил необходимое лечение у участкового врача-терапевта ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» ФИО4. при наличии сердечнососудистых заболеваний, атеросклероза и гипертонической болезни. В ДД.ММ.ГГГГ года ФИО7 терапевтом был направлен на консультацию к кардиологу в ГАУЗ АО «АОКБ», где ДД.ММ.ГГГГ года после осмотра кардиологом последнему даны рекомендации на плановую госпитализацию в ГАУЗ АО «АОКБ» с целью проведения ДД.ММ.ГГГГ года коронарографии (КАГ). ДД.ММ.ГГГГ года на приеме участковым врачом-терапевтом ФИО7. были даны направления на сдачу требуемых анализов и прохождение обследований согласно перечню. Дальнейшая полнота ответственности за прохождение ФИО7. требуемых обследований и сдачу соответствующих анализов лежала исключительно на пациенте, который этим пренебрёг, не пройдя ряд обследований. Родственники ФИО7 и, в частности истец, зная, что последний страдает атеросклерозом, также не позаботились о сдаче тем всех требуемых анализов, на которые последнему было отведено 2 месяца. За несколько дней до госпитализации ФИО7. явился на прием к участковому врачу-терапевту, который лишь тогда обнаружила отсутствие у пациента отдельных анализов (обследований). Вместе с тем, ФИО7 всё равно было выдано направление на ДД.ММ.ГГГГ года на консультацию к врачу-кардиологу ГАУЗ АО «АОКБ» для целей возможной экстренной госпитализации. Поэтому считает, что в действиях ответчика отсутствует вина в непрохождении ФИО7 всего необходимого перечня обследований и сдачи анализов, назначенных медицинской организацией, и непринятии ГАУЗ АО «АОКБ» ФИО7. ДД.ММ.ГГГГ года на плановую госпитализацию. Также считает, что смерть ФИО7 наступившая вследствие внутрисердечного тромбоза; коронарной хронической недостаточности; легочной эмболии, угнетения дыхания, не связана с какими-либо действиями (бездействием) ГАУЗ АО «Михайловская районная больница», и нарушением ответчиком правил (стандартов) оказания медицинской помощи, настаивая на том, что медицинская помощь пациенту оказывалась в соответствии с выставленным диагнозом качественно, своевременно и в полном объеме.

Полный текст письменных возражений стороны ответчика - ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» на иск ФИО1. приобщен к материалам дела (том 1 л.д.70-71).

В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), суд счет возможным рассмотреть дело при данной явке, в отсутствие неявившегося представителя ответчика - ГАУЗ АО «Михайловская районная больница», заблаговременно и надлежащим образом извещенного судом о дате, времени и месте судебного разбирательства, просившего о рассмотрении дела в свое отсутствие, третьего лица - врача-терапевта ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» ФИО4., заблаговременно и надлежащим образом извещенной судом о дате, времени и месте судебного разбирательства, просившей о рассмотрении дела в свое отсутствие, обеспечившей явку в суд своего представителя - адвоката.

Выслушав доводы участвующих в деле лиц, заключение прокурора, полагавшего, что вина ответчика по оказанию ненадлежащей медицинской помощи материалами дела не установлена, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, исследовав материалы дела, в том числе медицинскую документацию на имя пациента ФИО7., допросив свидетеля ФИО8 суд приходит к следующим выводам.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. ст. 151, 1100 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 14, 48, 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Из норм Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Рассматривая заявленные исковые требования и доводы стороны истца о том, что медицинские услуги ФИО7 оказаны несвоевременно, ненадлежащего качества, с нарушением порядка оказания медицинской помощи, что способствовало наступлению смерти ФИО7., суд исходит из следующего.

Как следует из материалов дела., в том числе свидетельства о рождении серии № №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, истец ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью ФИО7., ДД.ММ.ГГГГ года рождения (том 1 л.д. 15).

Согласно представленной в материалы дела стороной истца копии свидетельства о смерти серии № №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ года в <данные изъяты>, в возрасте 67 лет (том 1 л.д. 23).

Согласно справке о смерти №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, медицинскому свидетельству о смерти серии № №№ от ДД.ММ.ГГГГ года причиной смерти ФИО7., констатированной ДД.ММ.ГГГГ года явились: <данные изъяты> (том 1 л.д. 22, 59, 60).

В соответствии со ст. 12 ГПК РФ правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Стороне ответчика - ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» разъяснялось судом право представить в материалы дела допустимые доказательства отсутствия вины в причинении морального вреда истцу в связи со смертью её отца ФИО7. вследствие, по мнению стороны истца, оказания последнему ненадлежащей медицинской помощи, в свете отказа тому в госпитализации в кардиологическое отделение ГАУЗ АО «АОКБ» ДД.ММ.ГГГГ года по причине не проведения в полном объеме требуемого обследования медицинской организацией по месту жительства ФИО7

Согласно представленного по запросу суда ГАУЗ АО «АОКБ» Заключению эксперта ГБУЗ АО «Амурское бюро судебно-медицинской экспертизы» (судебно-медицинская экспертиза трупа) №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, патологоанатомический диагноз ФИО7.: Основное заболевание - <данные изъяты>). Осложнение основного заболевания – <данные изъяты> Сопутствующие состояния - <данные изъяты>. Согласно выводам судебно – медицинского эксперта: на основании медицинского исследования трупа и данных дополнительного исследования, в соответствии с вопросами указанными в постановлении, проходит к выводам: 1.8. Смерть ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, от заболевания – <данные изъяты>, которая т явилась непосредственной причиной смерти. 2. С момента смерти до момента исследования трупа прошло не более 48 часов. 3, 4, 5, 5. При медицинском исследовании трупа какх-либо телесных повреждений не обнаружено. 7. В заключении эксперта №№ судебно-химического исследования от ДД.ММ.ГГГГ года указано, что в крови из трупа ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обнаружен этиловый спирт в количестве 1, 90%, в моче - 3, 47%. Данная концентрация этилового спирта в крови у живых лиц с обычной толерантностью к алкоголю квалифицируется как состояние средней степени алкогольного опьянения (том 1 л.д. 91-94).

Как следует из материалов дела, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ года помощник прокурора Михайловского района ФИО10 заявила ходатайство о назначении по делу экспертизы качества оказанной ФИО7 со стороны ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» и ГАУЗ АО «АОКБ» медицинской помощи (услуг) в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года, для установления обстоятельств наличия/отсутствия в действиях ответчика дефектов оказания в указанный период медицинской помощи ФИО7. по соответствующему медицинскому профилю, производство которой просила поручить АО СК «СОГАЗ-Мед». При этом, как следует из протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ года, представитель ФИО1 - ФИО2 просил суд при определении круга вопросов на разрешение эксперта поставить вопрос о наличии причинно-следственной связи между качеством оказанной ФИО7. медицинской помощью с наступившими последствиями в виде смерти последнего. У иных явившихся участников процесса замечаний, предложений по перечню экспертных вопросов не имелось и экспертной организаций не имелось (том 1 л.д. 126-127).

С целью выяснения вопросов по качеству оказанной медицинской помощи ФИО1 как со стороны ГАУЗ АО «Михайловская районная больница», так и ГАУЗ АО «АОКБ» в период, предшествующий наступлению смерти последнего, и установления наличия либо отсутствия причинно-следственной связи между качеством оказания медицинской помощи и наступившими последствиями в виде смерти указанного лица, судом была назначена по делу экспертиза качества оказания медицинской помощи, проведение которой поручено страховой организации - Амурскому филиалу «Страховой компании «СОГАЗ-Мед», с привлечением тем к её производству эксперта(ов), включенных в реестр экспертов качества медицинской помощи (том 1 л.д. 138-130).

Согласно заключению по результатам ЭКМП №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, экспертному заключению к заключению №№ от ДД.ММ.ГГГГ года – по результатам экспертизы предоставленной первичной медицинской документации нарушений не установлено (том 1 л.д. 143-144).

Согласно заключению по результатам ЭКМП №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, экспертному заключению к заключению №№ от ДД.ММ.ГГГГ года – по результатам экспертизы предоставленной первичной медицинской документации установлено отсутствие результатов диагностических обследований, осмотров, динамики состояния здоровья на фоне получаемого лечения, коррекции проводимого лечения, что затрудняет оценку необходимого и предоставленного объема медицинской помощи и соответственно оценку качества медицинской помощи (том 1 л.дю. 145-146).

Согласно заключению по результатам ЭКМП №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, экспертному заключению к заключению №№ от ДД.ММ.ГГГГ года – нарушений при оказании медицинской помощи ФИО7. не выявлено (том 1 л.д. 147-148).

Согласно заключению по результатам ЭКМП №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, экспертному заключению к заключению №№ от ДД.ММ.ГГГГ года – нарушений не выявлено. Вопросы суда: соответствует ли качество медицинской помощи, оказанной в амбулаторных условиях ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» пациенту ФИО7., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ДД.ММ.ГГГГ года при осмотре врачом-кардиологом, порядку оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям, стандартам медицинской помощи по соответствующему медицинскому профилю при диагностированных у данного лица сердечно-сосудистых заболеваниях? Ответ: качество медицинской помощи, оказанной в амбулаторных условиях ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» пациенту ФИО7., ДД.ММ.ГГГГ года при осмотре врачом-кардиологом соответствует порядку оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям, стандартам медицинской помощи по соответствующему медицинскому профилю при диагностированных у данного лица сердечно-сосудистых заболеваниях. Вопрос суда: имеется ли нарушение прав застрахованного по ОМС пациента ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» ДД.ММ.ГГГГ года при диагностированных у данного лица сердечно-сосудистых заболеваниях? Ответ: нарушений прав застрахованного по ОМС пациента ФИО7., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» ДД.ММ.ГГГГ года, при диагностировании у данного лица сердечно-сосудистых заболеваниях нет (том 1 л.д. 149-150).

Как следует из материалов дела, в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ года представитель ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» заявил ходатайство о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы, полагая, что имеющиеся в выводах экспертов АО «СК «СОГАЗ-Мед» суждения об имеющихся дефектах оказания ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» ФИО7 в амбулаторных условиях медицинской помощи являются противоречивыми, не соответствующими медицинским записям амбулаторной карты пациента и пояснениями участкового врача-терапевта ФИО4 данных той в судебном заседании. Истец ФИО1 и её представитель, третьи лица ФИО4., представитель ГАУЗ АО «АОКБ» ФИО11 помощник прокурора ФИО10 не возражали относительно производства по делу судебно-медицинской экспертизы.

В связи с чем судом при рассмотрении дела по ходатайству ответчика назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Хабаровского края (680042, <...>), с привлечением к её производству в качестве внештатного эксперта заведующего кафедрой факультетской и поликлинической терапии ФГБОУ ВО ДВГМУ Минздрава России, доктора медицинских наук, доцента ФИО12 (том 1 л.д. 198-201).

Из заключения комиссионной судебной медицинской экспертизы №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, выполненной экспертами КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Хабаровского края (том 2 л.д. 3-24) следует, по вопросу №1: имелись ли дефекты или недостатки в оказании медицинской помощи ФИО7., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...>, за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года в ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» (по терапевтическому и профилю кардиология) и повлияло ли качество лечения (оказанных медицинских услуг) на причину его смерти, констатированной ДД.ММ.ГГГГ года?

Ответ: Анализ представленной на экспертизу медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №№ ГАУЗ АО «Михайловская участковая больница» на имя ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, показал, что ДД.ММ.ГГГГ года ФИО7 был осмотрен кардиологом ГАУЗ АО «АОКБ», назначено лечение соответствующее современным клиническим рекомендациям: <данные изъяты>, Валсартан+сакубитрил, дапаглифлозин, изосорбида мононитрат. На приеме ДД.ММ.ГГГГ года в осмотре врача-терапевта участкового в лечении указаны не все, обозначенные кардиологом препараты: отсутствует эплеренон, валсартан+сакубитрил заменен на валсартан 50 мг (доза валсартана указана неверно, имеются дозировки 40, 80, 160 или 320 мг). В остальном лист визита содержит всю необходимую информацию о планируемом обследовании и госпитализации. Препараты сакубитрил и эплеренон обладают мочегонным эффектом и используются в лечении хронической сердечной недостаточности (ХСН) для уменьшения одышки. Все назначенные препараты терапевтом участковым показали свою значимость и целесообразность в отношении продления жизни у кардиологических больных (Клинические рекомендации. Стабильная ишемическая болезнь сердца. 2020. С. 43.). В амбулаторной карте подклеены результаты неполного лабораторно-инструментального обследования, рекомендованного врачом-терапевтом участковым ДД.ММ.ГГГГ года датированные 3, 10 и 12 декабрем. Осмотр ДД.ММ.ГГГГ года - без динамики от ДД.ММ.ГГГГ года, назначена ЭКГ, результат без динамики от ЭКГ за ДД.ММ.ГГГГ года. ДД.ММ.ГГГГ года имеется запись о проведенной беседе, где актуализирована дата госпитализации и необходимость дообследования до ДД.ММ.ГГГГ года. ДД.ММ.ГГГГ года осмотр врача-терапевта участкового: жалобы, объективный статус, диагноз, лечение - без динамики. Имеется запись о низкой приверженности к лечению в связи с забывчивостью и сонливостью, опоздании на прием в этот день и неполном обследовании перед плановой госпитализацией, указание на необходимость явиться ДД.ММ.ГГГГ года к кардиологу для согласования тактики дальнейшего лечения и обследования больного в связи с неполным предоперационным обследованием. Таким образом, выявлен дефект оформления медицинской документации. Дефектов и недостатков оказания медицинской помощи ФИО7 за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года в ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» не зафиксировано. Лечение содержало стандартный набор препаратов с доказанной эффективностью для лечения пациентов с хроническими сердечно-сосудистыми заболеваниями: <данные изъяты>. Смерть, согласно представленной судебно-медицинской экспертизе, наступила от остро развившегося осложнения - острая левожелудочковая недостаточность, отек легких, отек головного мозга, и не связана с оказанной с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года медицинской помощью и лечением.

По вопросу №2: Имелись ли дефекты или недостатки в оказании медицинской помощи ФИО7 находившегося ДД.ММ.ГГГГ года и ДД.ММ.ГГГГ года на приеме врача-кардиолога в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» (АОКБ), и повлияло ли качество лечения (оказанных медицинских услуг) на причину его смерти?

Ответ: Анализ представленной на экспертизу медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №№ ГАУЗ АО «АОКБ» на имя ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, показал следующее: Осмотр врача-кардиолога ГАУЗ АО АОКБ от ДД.ММ.ГГГГ года содержит всю необходимую информацию с указанием на невозможность пациентом вспомнить названия принимаемых лекарственных препаратов. Это важно, т.к. для объективной оценки состояния больного (наличие ухудшения, прогрессирования симптомов, отсутствие динамики и т.д.), понимания лечащим врачом динамики состояния больного и, исходя из этого, необходимости коррекции схемы лечения, надо четко понимать, принимает ли пациент прописанное лечение, дозы препаратов и их кратность. В данном случае на основании опроса больного врач не мог сделать заключение о динамике болезни, и в этот же день были выполнены обследования: ЭКГ, ультразвуковое исследование сердца, которые позволили сделать объективное заключение о состоянии функционирования сердечно-сосудистой системы и сформулировать развернутый диагноз. Диагноз составлен по действующим на тот момент клиническим рекомендациям по хронической сердечной недостаточности в редакции ДД.ММ.ГГГГ года. Рекомендации, данные пациенту, носят исчерпывающий характер. Для уточнения состояния сосудов сердца назначено обследование - коронарная ангиография, запланированная на ДД.ММ.ГГГГ года. Осмотр врача-кардиолога ГАУЗ АО АОКБ от ДД.ММ.ГГГГ года содержит полную информацию о состоянии больного. Имеются указания на отсутствие ряда важных результатов обследования перед проведением плановой КАГ, которые были назначены в октябре. Отсутствие этих обследований не позволяет исключить сопутствующие заболевания и состояния, а также оценить работу внутренних органов, для безопасного проведения процедуры КАГ. Далее следует описание статуса больного, в котором описывается стабильное удовлетворительное состояние, не требующее проведения экстренной КАГ. Рекомендации содержат исчерпывающий перечень медикаментов с доказанной эффективностью для лечения хронических сердечно-сосудистых заболеваний у конкретного пациента, а также полную информацию о необходимом обследовании для проведения плановой операции КАГ, дата которой назначена на ДД.ММ.ГГГГ года. Таким образом, ДД.ММ.ГГГГ года и ДД.ММ.ГГГГ года не выявлено дефектов или недостатков в оказании медицинской помощи ФИО7 находившемуся на приеме врача- кардиолога в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница». Пациенту было оказано качественное лечение (оказанных медицинских услуг) согласно действующим клиническим рекомендациям. Назначенные тактика ведения и лечение не повлияли на причину смерти ФИО7.

По вопросу №3: Повлияло употребление ФИО7 алкоголя на прогрессирование и (или) исход диагностированного у него заболевания, явившегося непосредственной причиной его смерти?

Ответ: Непосредственная причина смерти, указанная в заключении эксперта №№ судебно- медицинской экспертизы трупа: Основное заболевание: <данные изъяты>. Осложнение основного заболевания: <данные изъяты>. <данные изъяты>. Сопутствующие заболевания: <данные изъяты>. Сопутствующее состояние: <данные изъяты>. <данные изъяты>. Кардиологический стент в просвете передней межжелудочковой ветви левой коронарной артерии. Одной из наиболее значимых причин дилатационной кардиомиопатии (ДКМП) в мире является хроническая алкогольная интоксикация (6,9% случаев, у мужчин - 8,9%, у женщин - 2,9%) (Клинические рекомендации по ДКМП 2024 г., С. 13.). Она развивается чаще у мужчин, длительно употребляющих алкоголь. Острое и хроническое употребление алкоголя повреждает тяжелые цепи миозина и снижает сократимость миокарда в целом (Piano M.R., 2014), а также способствует воспалительной инфильтрации миокарда (Waszkiewich N., 2013). Ацетальдегид, метаболит этанола, нарушает клеточный метаболизм кальция, магния и фосфора, повреждая митохондриальное дыхание (Hantson Р., 2019). Острая левожелудочковая недостаточность с отеком легких и головного мозга, ставшие непосредственной причиной смерти, развиваются стремительно и для предотвращения смерти, требуют быстрых неотложных мер, выполненных квалифицированным специалистом. В состоянии алкогольного опьянения, в котором находился ФИО7. в момент смерти, на основании результатов вскрытия, обнаруженная концентрация этилового спирта квалифицируется как состояние средней степени алкогольного опьянения, не позволило критически оценить ситуацию и обратиться за медицинской помощью (вызвать бригаду скорой медицинской помощи). Кроме того употребление алкоголя, за счет прямого действия на миокард, могло вызвать декомпенсацию имеющейся патологии - ДКМП. На хроническое употребление алкоголя указывает наличие сопутствующего диффузного жирового гепатоза, одной из причин, кроме избыточного веса является хроническое употребление алкоголя (клинические рекомендации: Неалкогольная жировая болезнь печени, 2024, С. 12., Алкогольная болезнь печени, 2024 г., С.Ю.). Таким образом, употребление алкоголя ФИО7., в том числе зафиксированное в день смерти, могло повлиять на прогрессирование и исход диагностированного у него заболевания, явившегося непосредственной причиной смерти.

По вопросу №4: Мог ли повлиять на ухудшение состояния и смерть ФИО7 нерегулярный прием назначенных ему ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» и ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ лекарственных препаратов?

Ответ: Лекарственные препараты, назначенные ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года и ДД.ММ.ГГГГ года в ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» и ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» обозначены в клинических рекомендациях по хронической сердечной недостаточности, которая имелась у больного, как доказавшие свою эффективность и значимое положительное влияние на продолжительность жизни в крупных клинических и эпидемиологических исследованиях (Клинические рекомендации ХСН ДД.ММ.ГГГГ г., С.62.). Учитывая изложенное, судебно-медицинская экспертная комиссия считает, что нерегулярный прием ФИО7 назначенных ему ГАУЗ АО «Михайловская участковая, больница» и ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ года мог повлиять на ухудшение его состояния по основному заболеванию и наступлению неблагоприятного исхода.

Таким образом, заключением проведенной по делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, выполненной экспертами КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Хабаровского края было установлено, что при оказании медицинской помощи пациенту ФИО7 за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года в ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» (по терапевтическому и профилю кардиология), а также при оказании медицинской помощи пациенту ФИО7 находившемуся ДД.ММ.ГГГГ года и ДД.ММ.ГГГГ года на приеме у врача-кардиолога в ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница», дефектов оказания медицинской помощи, повлиявших на исход заболевания, не выявлено, также каких-либо нарушений действовавших инструктивно-методических рекомендаций и сложившейся медицинской практики не было, в связи с чем установить какую-либо связь с проводимыми диагностическими и лечебными мероприятиями и наступлением смерти ФИО7 не представляется возможным.

Доводы представителя истца о том, что комиссионная судебно-медицинская экспертиза №№ от ДД.ММ.ГГГГ года, выполненная экспертами КГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Хабаровского края не оценивала всю клиническую картину в отношении умершего ФИО7 имеет противоречия, заключение не является полным, всесторонним и объективным, в заключении отсутствует общая оценка результатов исследования, ответы на поставленные вопросы не являются исчерпывающими, выводы исследованием не обоснованы и вызывают сомнения в достоверности, указанное заключение не может использоваться при принятии юридически значимых решений в качестве допустимого доказательства, суд находит необоснованными.

Комиссионная судебно-медицинская экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение экспертизы выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, суд не усматривает в данном случае оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку она проведена комиссией компетентных экспертов, имеющих значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о проведении экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В распоряжение экспертов были предоставлены: амбулаторная медицинская карта № № из ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» на имя ФИО7 копия выписки из амбулаторной карты №№, амбулаторная медицинская карта №№ из ГАУЗ АО «АОКБ» на имя ФИО7 копия заключения судебной-медицинской экспертизы трупа ФИО7. ГБУЗ АО «Амурское БСМЭ» №№ от ДД.ММ.ГГГГ, копия списка обследований перед проведением коронарографии, выданного ФИО7. ДД.ММ.ГГГГ года в ГАУЗ АО «АОКБ», копии материалов из гражданского дела №№.

При таких обстоятельствах суд считает, что заключение комиссионной судебной экспертизы №№ от ДД.ММ.ГГГГ года отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в ее правильности отсутствуют.

При этом, экспертное заключение №№ от ДД.ММ.ГГГГ года оценивается судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации наравне с иными, имеющимися в материалах дела доказательствами.

Суд полагает, что представленное в материалы дела заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы №№ от ДД.ММ.ГГГГ года не противоречит иным представленным в материалы дела доказательствам.

При этом в выводах экспертов АО «СК «СОГАЗ-Мед» суждения о том, что по результатам экспертизы предоставленной первичной медицинской документации установлено отсутствие результатов диагностических обследований, осмотров, динамики состояния здоровья на фоне получаемого лечения, коррекции проводимого лечения, что затрудняет оценку необходимого и предоставленного объема медицинской помощи и соответственно оценку качества медицинской помощи, не могут быть приняты во внимание судом, поскольку в них отсутствуют выводы о наличии взаимосвязи выявленных нарушений со смертью пациента, какая-либо причинно-следственная связь выявленных нарушений с наступившими негативными последствиями не установлена, что соответствует выводам комиссионной судебно-медицинской экспертизы. При этом, заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы составлено экспертами, имеющими необходимую квалификацию, длительный опыт работы, ученые степени. Тогда как факт наличия дефекта оформления медицинской документации при оказании ответчиком ФИО7. медицинских услуг, не повлиял на прогноз и исход заболевания, послужившего причиной наступления смерти.

Рассматривая доводы представителя истца о том, что сотрудниками медицинских учреждений не были предприняты все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, для своевременного и квалифицированного обследования пациента по указанным им жалобам и в целях установления правильного диагноза, определению и установлению симптомов, имевшимся у пациента, суд приходит к следующему.

Суд учитывает, что для рассмотрения настоящего гражданского дела, с учетом того, что исковые требования предъявлены родственником (дочерью) пациента, правовое значение имеют ответы на вопросы не только о наличии дефектов оказания медицинской помощи, но и о наличии причинно-следственной связи между оказанием медицинской помощи и наступившими последствиями в виде смерти пациента.

Тогда как экспертами при проведении комиссионной судебно-медицинской экспертизы в совокупности исследовались помимо медицинской документации, материалы настоящего гражданского дела, содержащие вышепоименованные акты экспертизы качества медицинской помощи и экспертные заключения, и сделан вывод об отсутствии дефектов оказания медицинской помощи и поскольку каких-либо нарушений действовавших инструктивно-методических рекомендаций и сложившейся медицинской практики не было, то установить какую-либо связь с проводимыми диагностическими и лечебными мероприятиями и наступлением смерти ФИО7 не представляется возможным.

Стороной истца в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлены доказательства того, что ухудшение состояния здоровья и наступление смерти ФИО7 обусловлено дефектами оказания ему медицинской помощи работниками ГАУЗ АО «Михайловская районная больница»; как и не представлены доказательства наличия причинно-следственная связи между недостатками оказания медицинской помощи и смертью ФИО7

Таким образом, поскольку из совокупности представленных в материалы дела доказательств, соответствующих признакам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, усматривается, что при нахождении ФИО7 в медицинских учреждениях дефектов оказания медицинской помощи не имеется, оказанная медицинская помощь не находится в какой-либо причинно-следственной связи с наступившими негативными последствиями, что свидетельствует о правомерности действий и отсутствии вины медицинского учреждения, в связи с чем, суд приходит к выводу, что заявленные истцом исковые требования о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному автономному учреждению здравоохранения Амурской области «Михайловская районная больница» (ГАУЗ АО «Михайловская районная больница» (ОГРН №) о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Михайловский районный суд Амурской области в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий судья О.Е. Чубукина

Решение в окончательной форме изготовлено 21 ноября 2025 года.