Апелляционное определение по делу № 2-11/2023 от 21.07.2023

УИД 29RS0004-01-2022-000631-81

Строка 2.204, г/п 3 000 руб.

Судья Мой А.И.

Докладчик Зайнулин А.В. Дело № 33-4273/2023 21 июля 2023 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе

председательствующего Кучьяновой Е.В.,

судей Костылевой Е.С., Зайнулина А.В.,

с участием прокурора Мошниковой З.Н.,

при секретаре судебного заседания Паламар А.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело № 2-11/2023 по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Виноградовская центральная районная больница», министерству здравоохранения Архангельской области о взыскании компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Виноградовская центральная районная больница» на решение Виноградовского районного суда Архангельской области от 14 апреля 2023 г.

Заслушав доклад судьи Зайнулина А.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Виноградовская центральная районная больница» (далее – ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ») о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указала, что является дочерью Н., который умер в результате ненадлежащего оказания ему медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ». Указанные обстоятельства повлекли причинение истцу нравственных страданий, которые должны быть компенсированы ответчиком. На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей.

Истец ФИО1, извещенная о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд первой инстанции не явилась, ее представитель ФИО2 поддержал заявленные требования по доводам, изложенным в иске.

Ответчик ГБУЗ АО «Виноградовская центральная районная больница» о рассмотрении дела в суде первой инстанции извещен надлежащим образом, в судебное заседание своего представителя не направил.

Решением Виноградовского районного суда Архангельской области от 14 апреля 2023 г. исковые требования ФИО1 к ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены.

С ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» в пользу ФИО1 взысканы компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В удовлетворении требований о взыскании судебных расходов по оплате юридических услуг в размере 50 000 рублей отказано.

С указанным решением не согласилось ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ», в апелляционной жалобе исполняющий обязанности главного врача учреждения просит решение суда изменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить частично, взыскав с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

В апелляционной жалобе ответчик ссылается на то, что истец в обоснование заявленных требований указал на смерть отца, наступившую в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи сотрудниками больницы. Однако, согласно результатам проведенной по делу экспертизы, установленные имеющиеся дефекты оказания медицинской помощи Н. не состоят в причинно-следственной связи с его смертью.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в данном случае юридическое значение имеет косвенная (опосредованная) причинная связь, поскольку дефекты (недостатки) оказания работниками ответчика медицинской помощи Н. могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и привести к неблагоприятному для него исходу, то есть смерти.

Ответчик обращает внимание на то, что указанный вывод о наступлении смерти Н., в том числе в связи с дефектами лечения носит предположительный характер, следует из оспариваемого решения, в экспертном заключении данный вывод не содержится.

Ответчик полагает, что взысканная сумма компенсации морального вреда не является соразмерной нарушенному праву, а также требованиям разумности и справедливости, поскольку между допущенными дефектами оказания медицинской помощи при амбулаторном лечении Н. и наступившим неблагоприятным исходом – смерти последнего причинно-следственной связи не имеется.

Также ответчик отмечает, что в связи с установленными дефектами лечения имело место ухудшение состояния здоровья пациента, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда, размер которого не может превышать 20 000 рублей, иначе приведет к нарушению баланса интересов сторон.

Представитель истца ФИО2 в возражениях на апелляционную жалобу полагает решение суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Установив нарушение судом первой инстанции процессуальных норм, выразившихся в принятии решения о правах и обязанностях министерства здравоохранения Архангельской области, не привлеченного к участию в деле в качестве ответчика, суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Архангельского областного суда от 12 июля 2023 г. к участию в деле в качестве ответчика привлечено министерство здравоохранения Архангельской области.

Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились. Судебная коллегия по гражданским делам, руководствуясь положениями части 3 и 4 статьи 167, части 1 статьи 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Рассмотрев дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и поступивших возражений, выслушав пояснения представителя истца ФИО2, заслушав заключение прокурора Мошниковой З.Н., судебная коллегия приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан – это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены в главе 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса РФ (статьи 1064 - 1101).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В статье 38 Конституции Российской Федерации и в статье 1 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса РФ).

Как определено пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

В статье 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно пунктам 1 и 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Из изложенного следует, что в случае причинения работником медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинского учреждения за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинского учреждения (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса РФ. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь. Характер причинной связи может влиять на размер подлежащего возмещению вреда.

Из материалов дела следует, что 20 июля 2021 г. в 1 час 40 минут, находясь в ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ», скончался Н., который являлся отцом истца ФИО1

В период с 6 июля 2021 г. по 11 июля 2021 г. медицинская помощь сотрудниками ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» оказывалась Н. в амбулаторном порядке, в период с 11 июля 2021 г. по 20 июля 2021 г. – стационарное лечение в ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ».

Причиной смерти Н. явилась коронавирусная инфекция, вызванная вирусом «COVID-19».

Согласно экспертному заключению ЧЭУ «<данные изъяты>» от 27 февраля 2023 г. № А000927, анализируемый клинический случай должен был рассматриваться как «подозрительный на COVID-19 случай».

Также эксперты отмечают, что в период с 6 июля 2021 г. по 11 июля 2021 г. допущены следующие дефекты оказания медицинской помощи Н. в ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» на амбулаторном этапе лечения:

- <данные изъяты>

<данные изъяты>

На этапе стационарного лечения Н. в ГБУЗ АО «Виноградовская ЦПРБ» в период с 8 часов 00 минут до 12 часов 00 минут 11 июля 2021 г. <данные изъяты>

Указанные дефекты привели к несвоевременному диагностированию новой коронавирусной инфекции «COVID-19», несвоевременной госпитализации в стационар, прогрессированию заболевания новая коронавирусная инфекция «COVID-19» и развитию осложнения в виде <данные изъяты>.

Эксперты пришли к выводу, что между допущенными дефектами оказания Н. в ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» медицинской помощи на амбулаторном этапе в период с 6 июля 2021 г. по 11 июля 2021 г. и наступлением его смерти 20 июля 2021 г. прямая причинно-следственная связь отсутствует, так как смерть пациента наступила от <данные изъяты>, вызванной совместным влиянием (взаимным отягощением) имевшихся у Н. заболеваний <данные изъяты> - новой коронавирусной инфекции «COVID-19», осложнившейся <данные изъяты>; <данные изъяты>, а также совместным влиянием (взаимным отягощением) осложнений указанных заболеваний.

Оценивая содержание экспертного заключения от 27 февраля 2023 г. № А000927 ЧЭУ «<данные изъяты>», включающего, в том числе анализ экспертных заключений №№000771/1, 000771/2, 000641/1, 000811/1, составленных Архангельским филиалом АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД» по результатам оценки качества медицинской помощи, оказанной Н. ответчиком, судебная коллегия приходит к выводу, что ненадлежащее оказание ответчиком медицинской помощи Н. нашло свое подтверждение в ходе рассмотрения дела.

При этом ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в установленных дефектах оказания медицинской помощи, повлекших ненадлежащее и несвоевременное оказание Н. требуемого лечения исходя из его состояния здоровья.

Принимая указанное экспертное заключение в качестве надлежащего доказательства, судебная коллегия учитывает, что оно полностью соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, статьи 25 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Выводы указанного заключения экспертов последовательны, непротиворечивы, позиционируются на медицинской документации умершего, основаны на профессиональных знаниях и длительной практике лиц, проводивших комиссионную экспертизу, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса РФ, основания сомневаться в его правильности отсутствуют. В заключении даны исчерпывающие мотивированные ответы на поставленные вопросы с учетом доводов истца. Суждения экспертов по поставленным судом вопросам основаны на анализе проведенных исследований, представленных документов, материалов и фактических обстоятельств дела.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает, что заключение экспертов ЧЭУ «<данные изъяты>» отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела установлено, что истцу в связи со смертью близкого родственника причинен моральный вред в виде нравственных страданий.

Тот факт, что при заболевании и смерти близкого родственника каждый человек испытывает нравственные страдания, является общеизвестным; в результате смерти пациента нарушается и неимущественное право членов семьи на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь.

При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия принимает во внимание, что ФИО3 потеряла близкого человека, связь с которым характеризовалась постоянным общением и заботой; она несомненно испытывала переживания за физическое состояние отца, которое ухудшалось на фоне проводимого лечения, а также переживания по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, обусловленные наблюдением за его страданиями, причиняли истцу моральный вред. С учетом указанных обстоятельств, а также степени вины причинителя вреда, характера и существа дефектов оказания медицинской помощи, допущенных ответчиком ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ», объема и значимости недостатков оказания ответчиком медицинской помощи Н., выявленных при проведении экспертиз, отсутствие прямой причинно-следственной связи между этими дефектами и смертью пациента, судебная коллегия полагает возможным определить компенсацию морального вреда, подлежащего взысканию с ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» в пользу истца в размере 100 000 рублей, что соответствует степени нравственных страданий истца и согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

При этом Федеральный закон от 12 января 1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» регламентирует особенности правового статуса бюджетного учреждения, имеющего специальную правоспособность, обладающего имущественными правами для решения задач, которые ставит перед ним учредитель – публичный собственник, участвует в гражданском обороте в очерченных законом границах и сообразно целям своей деятельности, выступая в гражданских правоотношениях от своего имени и неся, по общему правилу, самостоятельную имущественную ответственность по своим обязательствам.

В абзаце 1 пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения (абзац 2 пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 40 ГПК РФ.

При этом необходимо учитывать, что в соответствии с подпунктом 3 части 3 статьи 158, части 4 статьи 242.2 Бюджетного кодекса РФ и разъяснениями, данными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетной системы Российской Федерации», к участию в деле необходимо привлекать также главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности.

При разрешении судом исковых требований о взыскании денежных средств с бюджетного учреждения, вопрос о необходимости возложения субсидиарной ответственности на собственника имущества бюджетного учреждения должен учитываться в силу прямого указания закона.

Федеральный закон от 12 января 1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» регламентирует особенности правового статуса бюджетного учреждения, имеющего специальную правоспособность, обладающего имущественными правами для решения задач, которые ставит перед ним учредитель – публичный собственник, участвует в гражданском обороте в очерченных законом границах и сообразно целям своей деятельности, выступая в гражданских правоотношениях от своего имени и неся, по общему правилу, самостоятельную имущественную ответственность по своим обязательствам.

Данные положения закона и разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом первой инстанции не приняты во внимание.

Из пунктов 1.1, 5.1, 5.5 устава ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ», утвержденного распоряжением министерства здравоохранения Архангельской области от 27 июня 2013 г. № 116-ро, следует, что на основании распоряжения Правительства Архангельской области от 22 ноября 2011 г. № 735-рп учреждение здравоохранения безвозмездно передано как имущественный комплекс, находящийся в собственности муниципального образования «Виноградовский муниципальный район», в государственную собственность Архангельской области. Имущество учреждения является государственной собственностью Архангельской области и находится у него на праве оперативного управления.

В соответствии с пунктом 1.3 устава ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» учредителем данного учреждения является Архангельская область в лице министерства здравоохранения Архангельской области.

Согласно Положению о министерстве здравоохранения Архангельской области, утвержденному постановлением Правительства Архангельской области от 27 марта 2012 г. № 119-пп, министерство здравоохранения Архангельской области является уполномоченным исполнительным органом государственной власти Архангельской области в сфере охраны здоровья. Министерство здравоохранения Архангельской области осуществляет функции и полномочия учредителя, а также осуществляет бюджетные полномочия главного администратора дохода областного бюджета в сфере здравоохранения, главного распорядителя и получателя средств областного бюджета, а именно: составляет, утверждает и ведет бюджетную роспись; распределяет бюджетные ассигнования, лимиты бюджетных обязательств по подведомственным распорядителям и получателям бюджетных средств и исполняет соответствующую часть бюджета.

Поскольку на министерство здравоохранения Архангельской области возложены полномочия главного администратора доходов областного бюджета, главного распорядителя и получателя бюджетных средств областного бюджета в сфере здравоохранения, в рассматриваемом споре министерство здравоохранения Архангельской области отвечает соответственно от имени Архангельской области по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств, в связи с чем на министерство здравоохранения Архангельской области возлагается субсидиарная ответственность по обязательствам ГБУЗ Архангельской области «Виноградовская ЦРБ» при недостаточности имущества у учреждения.

В соответствии с положениями статей 88, 98 ГПК РФ с ответчика ГБУЗ Архангельской области «Виноградовская ЦРБ» в пользу истца подлежит взысканию уплаченная им при подаче иска государственная пошлина в размере 300 рублей.

Разрешая требование ФИО1 о взыскании судебных расходов на оплату юридических услуг в размере 50 000 рублей, судебная коллегия приходит к следующему.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В целях выяснения юридически значимых обстоятельств по делу, судебной коллегией предложено истцу предоставить доказательства несения судебных расходов на оплату услуг представителя, однако таких доказательств суду апелляционной инстанции не представлено.

Таким образом, в отсутствие доказательств того, что истцом в действительности понесены расходы на оплату услуг представителя в связи с рассмотрением настоящего дела, оснований для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании расходов на оплату юридических услуг не имеется.

Поскольку судом первой инстанции допущено нарушение процессуальных норм, выразившееся в принятии решения о правах и об обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, что в силу части 4 статьи 330 ГПК РФ является безусловным основанием для отмены решения суда в апелляционном порядке, судебная коллегия в независимости от результатов принимаемого решения по существу заявленного спора, отменяет решение суда первой инстанции и принимает новое решение об удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» о взыскании компенсации морального вреда и отказе в удовлетворении требований о взыскании судебных расходов.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Виноградовского районного суда Архангельской области от 14 апреля 2023 г. отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 (<данные изъяты>) к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Виноградовская центральная районная больница» (ИНН <***>), министерству здравоохранения Архангельской области (ИНН <***>) о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Виноградовская центральная районная больница», а при недостаточности имущества у учреждения – в порядке субсидиарной ответственности с министерства здравоохранения Архангельской области, в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей 00 копеек.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Виноградовская центральная районная больница» в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей 00 копеек.

В удовлетворении требований ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Виноградовская центральная районная больница», министерству здравоохранения Архангельской области о взыскании судебных расходов отказать.

Председательствующий

Е.В. Кучьянова

Судьи

Е.С. Костылева

А.В. Зайнулин