Докладчик Андреева Л.А. Апелляционное дело № 22-1739/2023

Судья Хакимова Л.Р.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

3 августа 2023 года г. Чебоксары

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе: председательствующего Сумина О.С., судей Андреевой Л.А. и Дмитриева С.Г.

при ведении протокола помощником судьи Сергеевой Т.В.

с участием: прокурора отдела прокуратуры Чувашской Республики Вискова Д.А.,

осужденной ФИО1,

адвоката Емильева О.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной ФИО1 и апелляционному представлению и.о.прокурора Шемуршинского района Чувашской Республики Макеева П.И. на приговор Батыревского районного суда Чувашской Республики от 2 июня 2023 года в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, несудимой.

Заслушав доклад судьи Андреевой Л.А., выступление участников судебного процесса по доводам апелляционных жалобы и представления, судебная коллегия

установил а :

По обжалованному приговору от 2 июня 2023 года ФИО1 осуждена:

по ч.1 ст.292 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) к 1 году 6 исправительных работ с удержанием 10 % заработной платы в доход государства ежемесячно,

по ч.3 ст.159 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы,

на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно к 1 году 7 месяцам лишения свободы;

в соответствии со ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год с возложением обязанностей.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

Снят арест с двух транспортных средств.

ФИО1 осуждена:

за внесение должностным лицом (будучи заведующей МБДОУ «ДС») в официальные документы заведомо ложных сведений из корыстной и иной личной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления по ч.1 ст.292.1 УК РФ);

за мошенничество, то есть хищение чужого имущества МБДОУ «ДС» (денежных средств в сумме 24175 рублей) путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное с использованием своего служебного положения (заведующей детским садом).

Согласно приговору преступления совершены в сентябре 2022 года в <адрес> при изложенных в судебном решении обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО1 вину не признала.

В апелляционной жалобе осужденная считает приговор незаконным и необоснованным по мотивам несоответствия выводов суда установленным фактическим обстоятельствам дела и существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

По доводам жалобы,-

служебный подлог и мошенничество она не совершала, умышленно ложные сведения в официальные документы (в табель учета использования рабочего времени и отчет) не вносила, а не смогла в конце августа 2022 года своевременно оформить документальное увольнение своей дочери ФИО25 с должностей сторожа и дворника детского сада по объективной причине ввиду сбоя и ошибки программы «СБИС», посредством которой подавались сведения о работниках в Пенсионный фонд, при этом по данным должностям фактическую работу в сентябре выполняла сама; также умысла на хищение денежных средств детского сада не имела и деньги не похищала, поскольку заработную плату, перечисленную на имя дочери ФИО25 за сентябрь, с целью вернуть по назначению хранила в сейфе своего рабочего кабинета, что впоследствии в декабре 2022 года вернула в полном объеме в сумме 24175 рублей. При этом считает отраженную в приговоре сумму ущерба в таком размере неверной, поскольку после удержания подоходного налога была перечислена сумма в меньшем размере - 21032,25 рублей.

Считает ее доводы о выполнении ею самой обязанностей сторожа и дворника подтвержденными показаниями ряда свидетелей – работников детского сада ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 и других, прямо указавших на это, в том числе других работников (ФИО12, ФИО22, ФИО13 и ФИО14, чьи показания искажены в приговоре), ссылавшихся на фактическое осуществление в сентябре кем-то тех обязанностей, но не смогших указать кем именно лишь ввиду специфики графика своей работы, поскольку приходили позже и уходили раньше; также показаниями свидетеля защиты ФИО15 (хозяина соседнего с детским садом домовладения), чьим показаниям судом необоснованно дана критическая оценка.

Отмечает, что кроме того и сам суд признал частично данный факт, указав на эпизодическое выполнение ею работ. Считает, что тем самым тоже подтверждаются ее доводы о фактическом выполнении ею самой работ в сентябре по этим должностям, что судом оставлено без внимания.

Приводя анализ показаний свидетелей, считает свою виновность недоказанной, а приговор вынесенным с обвинительным уклоном на предположениях и домыслах, в том числе на недопустимых доказательствах – показаниях ряда свидетелей, допрошенных в нарушение норм уголовно-процессуального закона неполномочным лицом, не находившимся в тот период в штате следственного органа, что судом оставлено без надлежащего внимания и необоснованно в этой части дана критическая оценка показаниям тех свидетелей относительно обстоятельств их допроса посторонним лицом, не являвшимся следователем.

По доводам жалобы, при таком положении неустранимые сомнения должны были толковаться в пользу осужденной.

Кроме того, ссылается на процессуальное нарушение со стороны и.о. прокурора района, указывая на утверждение обвинительного заключения сверх предусмотренного законом (ч.1 ст.221 УПК РФ) десятисуточного срока.

Просит отменить обвинительный и вынести оправдательный приговор.

В апелляционном представлении и.о. прокурора Шемуршинского района Макеев П.И. находит приговор подлежащим изменению с уточнением в части описания преступных деяний по ч.3 ст.159, ч.1 ст.292 УК РФ. Отмечает, что при описании преступных деяний по обоим составам допущено излишнее указание на наступление негативных последствий, в том числе в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, также в виде причинения существенного вреда по ч.3 ст.159 УК РФ, что не являлось составообразующим признаком этих преступлений, в связи с чем они подлежат исключению, что влечет уменьшение объема обвинения.

Кроме того, приводит доводы о неверном указании по эпизоду мошенничества адреса банка по месту открытия лицевого счета ФИО25 (как по адресу <адрес>, тогда как лицевой счет был открыт по другому адресу – <адрес>).

Просит приговор изменить:

уточнить описательно-мотивировочную часть указанием в части описания преступного деяния по ч.3 ст.159 УК РФ о перечислении денежных средств в размере 21033 рублей на лицевой счет ФИО25, открытый в ПАО «Сбербанк России» по адресу <адрес>;

исключить из описания преступных деяний по обоим составам указание о причинении действиями осужденной существенного вреда правам и охраняемым законом интересам МБДОУ «ДС», общества и государства и смягчить назначенное наказание.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст.389.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке помимо прочего являются: несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение уголовного закона, существенное нарушение уголовно-процессуального закона и несправедливость приговора.

В данном случае таких оснований не имеется.

Уголовное дело рассмотрено в соответствии с требованиями действующего уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Выводы суда о виновности осужденной основаны на тщательно исследованных в судебном заседании допустимых и относимых доказательствах, достаточных для правильного разрешения дела по существу, которым дана надлежащая оценка.

С доводами жалобы ФИО1 о необоснованном осуждении нельзя согласиться, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных доказательств – показаниями представителя потерпевших ФИО17, свидетелей – работников детского сада ФИО12, ФИО10, ФИО18, ФИО22, ФИО11 и других, иных – ФИО19 (бухгалтера <данные изъяты>), ФИО20 (экономиста <данные изъяты>), ФИО21 и ФИО22 (работников клиентской службы), ФИО23 (работника администрации <адрес>), ФИО24 (работника отдела образования и молодежной политики администрации района), протоколами следственных действий и иными документами.

Доводы жалобы сводятся к тому, что осужденной инкриминируемые преступления не совершены, поскольку такого умысла она не имела, а оформила недостоверные документы об осуществлении дочерью ФИО1 трудовых обязанностей сторожа и дворника в детском саду в сентябре 2022 года без умысла на хищение денежных средств, а только по объективным причинам – ввиду сбоя и ошибки в программе «СБИС», через которую передавались сведения на работника в Пенсионный фонд; из-за этого она не смогла своевременно оформить по приказу увольнение дочери в конце августа, считая необходимым сначала исправить ошибку в программе «СБИС», при этом зачисленные на счет дочери денежные средства с намерением вернуть по назначению хранила в сейфе в своем рабочем кабинете, которые впоследствии в сумме 24175 рублей вернула.

Такие доводы выдвигались стороной защиты и в ходе судебного разбирательства первой инстанции, которые после тщательной проверки обоснованно были отвергнуты как несостоятельные, с чем следует согласиться. В обоснование выводов о виновности осужденной в приговоре приведено достаточно доказательств.

В частности, исходя из анализа показаний многочисленных свидетелей – работников детского сада дочь осужденной ФИО25 проработала в детском саду «ДС» сторожем и дворником в июле и августе 2022 года, а в сентябре такие обязанности не выполняла, поскольку уехала на учебу в <адрес>, что не отрицала и сама осужденная.

Тем не менее согласно изученным бухгалтерским документам (табелю учета использованного рабочего времени, приказу об увольнении ФИО25 от 3 октября 2022 года, справок и т.д.) осужденной, занимавшей в тот период должность заведующей этого детского сада, оформлена на свою дочь официальная документация о выполнении последней в сентябре трудовых обязанностей сторожа и дворника (табель учета использования рабочего времени), о чем сведения представлены в бухгалтерию района и в Пенсионный фонд, при этом на основании таких сведений ФИО25 начислена заработная плата сторожа и дворника за сентябрь 2022 года всего в сумме 24175 рублей и перечислены на ее лицевой счет через Сбербанк денежные средства в сумме 21033 рубля (за вычетом налога).

При этом доводы осужденной о вынужденном оформлении таких документов о выполнении трудовых обязанностей дочерью в сентябре 2022 года без преступного умысла со ссылкой на объективные причины (сбои и ошибку в программе «СБИС», которые удалось устранить лишь по истечении длительного времени после середины сентября) не влияли на выводы суда и не исключали преступность ее деяний в части совершения служебного подлога, поскольку исследованными доказательствами (в частности, показаниями упомянутых соответствующих специалистов района) достоверно установлено, что сведения о работниках в Пенсионный фонд передаются только после издания приказа об увольнении, а не наоборот, и что качество работы программы никак не связано с возможностью издания приказа об увольнении. Более того, исходя из показаний тех же свидетелей у осужденной даже в случае сбоя программы имелась реальная беспрепятственная возможность довести до Пенсионного фонда сведения о работнике не электронно, а иным способом в бумажном варианте - через почту России либо нарочно. Также следует отметить, что <адрес> (где расположен детский сад «ДС») является по сути небольшим населенным пунктом и потому тем более у осужденной имелась реальная возможность своевременно довести до Пенсионного фонда необходимые сведения на работников, в том числе и на дочь ФИО25. Кроме того, имея большой стаж работы в должности заведующей детским садом (порядка 15 лет), ФИО1 безусловно обладала достаточным опытом, при этом не была лишена консультации со стороны соответствующих специалистов района, также и Пенсионного фонда, в случае возникновения непредвиденных ситуаций, в том числе подобных приведенных ею в качестве своей версии. Между тем в рассматриваемом случае, как установлено по делу, за такой консультацией она к соответствующим специалистам Пенсионного фонда по району не обращалась, так и в Централизованную бухгалтерию района, с кем по работе постоянно контактировала, тоже своевременно не обращалась, а обратилась лишь после заведения в отношении нее сотрудниками полиции материалов проверки с вопросом о порядке возмещения имущественного ущерба путем возврата незаконно перечисленной дочери заработной платы. Следовательно, с учетом совокупности изложенных обстоятельств доводы осужденной об оформлении недостоверных документов на свою дочь по объективным причинам без умысла на совершение преступных действий нельзя признать состоятельными, тем более что она, обладая многолетним опытом практической работы руководителя детского образовательного учреждения, не могла не осознавать незаконность своих действий при оформлении тех официальных документов с недостоверными сведениями и совершение тем самым как служебного подлога, так и хищение чужого имущества.

Что касается доводов жалобы осужденной о фактическом выполнении ею самой за дочь в сентябре 2022 года трудовых обязанностей сторожа и дворника, то оснований признавать их убедительными тоже не имеется. Согласно показаниям многочисленных свидетелей – работников названного детского сада в сентябре в учреждении сторожа и дворника не было, при этом никто из допрошенных свидетелей не утверждал о том, что при этом сама заведующая ФИО1 постоянно и ежедневно целый месяц выполняла трудовые обязанности на данных должностях. Напротив, согласно показаниям работников детского сада в сентябре сторожа не было и его рабочее место пустовало, при этом среди работников детского сада было организовано поочередное дежурство, также не было и дворника, потому по указанию заведующей ФИО1 (осужденной) неоднократно организовывались субботники по уборке общей территории, не поделенной между группами, в ходе чего и осуществлялась уборка территории, входящей в обязанности уборки дворника, при этом сама ФИО1 непосредственное участие в этих субботниках не принимала.

В этой связи противоположные показания свидетеля стороны защиты ФИО15 (о ежедневном выполнении таких обязанностей самой осужденной) обоснованно подлежали критической оценке. При этом следует отметить, что некоторые разовые единичные выполнения осужденной таких обязанностей обоснованно судом не могло быть оценено как действительное надлежащее выполнение ею трудовых обязанностей сторожа и дворника за целый месяц, дающих право на получение за которые полной заработной платы за весь сентябрь месяц. К тому же, по делу установлено, что с 25 сентября сама осужденная вовсе находилась в отпуске с выездом в другой регион и по показаниям исполнявшей в тот период обязанность заведующей ФИО11 ФИО1 не поручала ей выполнять обязанности дворника начиная с 25 сентября и до конца месяца.

Также и аргументы осужденной об отсутствии у нее намерения похитить денежные средства в виде сентябрьского заработка сторожа и дворника и хранении той денежной суммы в своем рабочем сейфе с целью возврата по назначению являются неубедительными, поскольку достоверно установлено, что те денежные средства были возвращены ею вынужденно лишь в декабре 2022 года и только после выявленного факта совершения незаконных действий и в ходе процессуальной проверки в отношении нее, при этом до этого каких-либо обращений с ее стороны по вопросу возврата денежных средств в адрес работников Централизованной бухгалтерии не имело место быть. Данные обстоятельства очевидно опровергают выдвинутые доводы осужденной в этой части и свидетельствуют о ее намерении похитить чужое имущество путем мошенничества, используя свое служебное положение, ибо возврат денежных средств по сути был не на добровольной основе, а вынужденный под давлением улик и негативных для нее факторов, связанных с заведением в отношении нее проверочного материала.

Доводы жалобы о вынесении приговора на недопустимых доказательствах по приведенным в ней мотивам допроса ряда свидетелей неполномочным лицом являлись предметом проверки и обсуждения суда первой инстанции, которые не нашли достаточного подтверждения, с чем следует согласиться. В этой связи и доводы жалобы о постановлении приговора с обвинительным уклоном на предположениях и домыслах являются несостоятельными. Перечисленные в приговоре письменные доказательства вкупе с показаниями многочисленных свидетелей сомнений в достоверности не вызывали, поскольку у последних не имелось оснований для оговора ФИО1. При этом довод жалобы об искажении показаний ряда свидетелей не находит достаточного подтверждения, поскольку в них нет противоречий, существенно влияющих на выводы суда и соответственно итоговое судебное решение.

Таким образом, с учетом приведенных обстоятельств доводы жалобы нельзя признать обоснованными. В этой связи и показания некоторых свидетелей о единичном выполнении осужденной обязанностей сторожа и дворника не могли кардинально повлиять на выводы суда и исключить составы инкриминированных ей преступлений.

Проанализировав исследованные доказательства в совокупности, согласующиеся между собой и дополняющие друг друга в деталях, полученные с соблюдением требований закона, и оценив их по правилам ч.1 ст.88 УПК РФ, судом вопреки аргументации осужденной правильно установлены фактические обстоятельства дела и сделан обоснованный вывод о виновности ФИО1, преступным действиям которой дана надлежащая юридическая квалификация.

При этом довод жалобы о неверном отражении в приговоре суммы ущерба в размере 24175 рублей (вместо 21033 рублей) судебная коллегия находит необоснованным, поскольку дочери осужденной незаконно была начислена заработная плата на эту сумму и соответственно общий ущерб в таком размере и причинен детскому саду «<данные изъяты>», на что в данном случае не влияло само по себе перечисление реальной заработной платы с удержанием подоходного налога менее данной суммы (в размере 21033 рублей), что было получено осужденной.

Между тем следует согласиться с доводами представления относительно излишнего указания при описании преступных деяний по обоим составам на наступление негативных последствий, в том числе в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства, также в виде причинения существенного вреда по ч.3 ст.159 УК РФ, поскольку данные признаки не являются составообразующими признаками этих преступлений, в связи с чем подлежат исключению из описательно-мотивировочной части приговора. Однако данное обстоятельство вопреки доводам представления не влечет смягчение наказания, поскольку не относится к юридической оценке противоправных действий и не влияет на саму квалификацию содеянного.

Кроме того, как обоснованно отмечено прокурором, по эпизоду мошенничества возникает необходимость уточнения адреса банка по месту открытия лицевого счета ФИО25 – вместо ошибочно указанного адреса «<адрес>» следует отразить адрес – <адрес>.

В остальной части приговор соответствует предъявляемым требованиям.

При назначении наказания суд руководствовался требованиями ст.ст.6,60 УК РФ, учитывая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновной, смягчающие наказание и иные заслуживающие внимание обстоятельства.

Наказание назначено с учетом всех требований уголовного закона, окончательно по правилам ч.3 ст.69 УК РФ с применением наиболее благоприятного принципа - путем частичного сложения наказаний и ст.73 УК РФ.

Нарушений норм закона при назначении наказания не допущено. Соответственно, назначенное наказание является справедливым, соразмерным тяжести совершенных преступлений и личности осужденной.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства полно, всесторонне и объективно.

По делу нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, не допущено.

При этом довод жалобы о процессуальном нарушении и.о. прокурора района срока утверждения обвинительного заключения сам по себе в данном случае не влечет назаконность обжалуемого приговора, поскольку тем самым не затрагиваются вопросы относительно составления обвинительных документов и существа уголовного дела.

Следовательно, оснований для отмены приговора по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

определил :

Приговор Батыревского районного суда Чувашской Республики от 2 июня 2023 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описания преступных деяний по ч.1 ст.292, ч.3 ст.159 УК РФ указание о причинении действиями осужденной существенного вреда правам и охраняемым законом интересам МБДОУ «ДС», общества и государства;

уточнить описательно-мотивировочную часть указанием в части описания преступного деяния по ч.3 ст.159 УК РФ о перечислении денежных средств на лицевой счет ФИО25, открытый в ПАО «Сбербанк России» по адресу <адрес>.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобу и представление – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции Российской Федерации в порядке главы 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

В случае обжалования судебных решений осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи