Апелляционное определение по делу № 2-46/2023 от 11.07.2023

Судья Дяденко Н.А. по делу № 33-4727/2023

Судья-докладчик Васильева И.Л.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 июля 2023 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Васильевой И.Л.,

судей Алферьевской С.А., Алсыковой Т.Д.,

при секретаре Рец Д.М.,

с участием прокурора Нарижняк О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-46/2023 (УИД 38RS0001-01-2022-003019-29) по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении вреда

по апелляционному представлению прокурора г. Ангарска Иркутской области – Попова А.В.

на решение Ангарского городского суда Иркутской области от 9 февраля 2023 года

УСТАНОВИЛА:

в обоснование исковых требований истцом указано, что 17 мая 2019 г. на автодороге «Ангарск-Тальяны» произошло ДТП с участием автомобиля УАЗ 39099, государственный регистрационный номер "номер", под управлением ответчика, и автомобиля Honda CR-V, государственный регистрационный номер "номер", под управлением супруги истца ФИО3 В результате ДТП ФИО3 получила тяжкие телесные повреждения, повлекшие смерть, а транспортное средство Honda CR-V полностью утрачено. Вступившим в законную силу приговором Ангарского городского суда Иркутской области от 11 августа 2020 г. ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации. Действиями ответчика истцу причинены физические и нравственные страдания, повлекшие за собой изменение привычного уклада и образа жизни, причинение вреда здоровью истца. Истцом понесены расходы на погребение супруги. Также ответчик обязан возместить стоимость поврежденного и не подлежащего восстановлению автомобиля.

Истец, уточнив требования, просил суд взыскать с ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного смертью супруги, в размере 2 000 000 руб., расходы на погребение ФИО3 в размере 163 194,35 руб., материальный ущерб в виде стоимости поврежденного автомобиля в 252 500 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 14 400 руб.

Решением Ангарского городского суда Иркутской области от 9 февраля 2023 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

В его пользу с ФИО2 в счет возмещения вреда, причиненного преступлением, взыскана компенсация морального вреда размере 800 000 руб., а также взысканы расходы на погребение в размере 163 194,35 руб., стоимость поврежденного автомобиля в размере 252 500 руб., государственная пошлина в размере 7 357 руб.

В удовлетворении исковых требований в большем размере отказано.

В доход местного бюджета с ответчика взыскана государственная пошлина в размере 300 руб. Истцу из местного бюджета возвращена излишне уплаченная государственная пошлина в размере 7 043 руб.

В апелляционном представлении прокурор просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, указав в обоснование следующее.

Считает, что суд, определяя размер компенсации морального вреда, ограничился ссылкой на общие принципы деления размера, закрепленные в ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ (характер нравственных страданий, обстоятельства дела, требования разумности и справедливости), однако не применил их к спорным правоотношениям.

Полагает, что судом дана формальная оценка сведениям о материальном положении ответчика, на иждивении которого находятся двое лиц, в том числе несовершеннолетний, а его материальное положение, исходя из совокупного дохода семьи, оценено судом как «трудное». Суд не указал, каким образом на размере компенсации отразились сведения о позиции истца по делу, который в суд для дачи пояснений не явился, доказательств (кроме факта смерти его супруги), свидетельствующих о последствиях перенесенных им нравственных и физических страданий, не представил.

Указывает, что судом не учтено количество потерпевших лиц, обладающих правом на обращение с аналогичными требованиями, тогда как у потерпевшей было двое детей от совместного брака с истцом. Без определения круга лиц, обладающих правом на компенсацию морального вреда, решение о его выплате в размере 800 000 руб., в связи с совершением неосторожного преступления средней тяжести, нельзя признать обоснованным и справедливым.

Приводит довод о том, что судом не выяснен вопрос о реализации истцом права на получение компенсационной выплаты от РСА, поскольку смерть ФИО3 наступила вследствие дорожно-транспортного происшествия, виновным в котором является лицо, не застраховавшее свою гражданскую ответственность по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства.

Обращает внимание на то, что страховая выплата согласно ст. 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» составляет 475 000 руб. в счет возмещения расходов на погребение - лицам, понесшим такие расходы, то размер расходов на погребение, понесенных истцом при установлении факта получения компенсационной выплаты от РСА, должен быть уменьшен на сумму не более 25 000 руб., поскольку лишь в размере, не покрывающем страховыми выплатами, производится с виновного лица.

В письменных возражениях на апелляционное представление представитель истца ФИО1 – ФИО4 просит решение суда оставить без изменения.

В письменном отзыве ответчик ФИО2 просит апелляционное представление удовлетворить, решение суда отменить и принять по делу новое решение.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 5 июня 2023 г. осуществлен переход рассмотрения дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, в качестве соответчика привлечен Российский Союз Автостраховщиков.

В отзыве на исковое заявления представитель Российского Союза Автостраховщиков просила требования к РСА оставить без рассмотрения, рассмотреть дело в их отсутствие.

В заседание суда апелляционной инстанции не явились истец ФИО1, ответчик ФИО2, представитель третьего лица ПАО Страховой Компании «Росгосстрах», о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах своей неявки в судебное заседание не известили, об отложении дела не просили.

Судебная коллегия в порядке ч. 3, ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав доклад судьи Васильевой И.Л., объяснения представителя ответчика ФИО5, прокурора Нарижняк О.Н., поддержавших доводы апелляционного представления, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене в соответствии с п. п. 1, 4 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Из положений статей 56, 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», следует, что выводы суда об установленных им фактах должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. При этом бремя доказывания юридически значимых обстоятельств между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также требований и возражений сторон.

Согласно части 4 статьи 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом первой инстанции установлено, что истец ФИО1 являлся супругом ФИО3.

Приговором Ангарского городского суда Иркутской области от 11 августа 2020 г. установлено, что ФИО2, управляя в качестве водителя технически исправным автомобилем УАЗ 39099 (г/н "номер"), следуя по автодороге «г. Ангарск - п. Тальяны» со стороны г. Ангарска в сторону п. Тальяны, допустил выезд со своей полосы на полосу встречного движения, тем самым совершил нарушение Правил дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть потерпевшей ФИО3

Приговором установлено, что по заключениям судебно-медицинских экспертиз № 888 от 5 июня 2019 г., № 1664 от 20 ноября 2019 г. ФИО6 причинены телесные повреждения в виде: (данные изъяты), составляющие единый комплекс и относящиеся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. От полученных телесных повреждений ФИО3 скончалась на месте происшествия. Между полученными телесными повреждениями и наступлением смерти ФИО3 имеется прямая причинно-следственная связь.

Приговором суда от 11 августа 2020 г. ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Согласно карточкам учета транспортных средств, в момент дорожно-транспортного происшествия законным владельцем автомобиля УАЗ 39099 (г/н "номер") являлся ФИО2, автомобиля Honda CR-V (г/н "номер") – ФИО3

Гражданская ответственность ФИО2 на момент ДТП 17 мая 2019 г. застрахована не была.

Согласно Свидетельству о праве на наследство по закону "номер" № "номер" ФИО1 унаследовал автомобиль Honda CR-V (г/н "номер") после смерти супруги.

Материалами дела подтверждается, что в результате ДТП 17 мая 2019 г. транспортное средство Honda CR-V (г/н "номер") утрачено.

Заключением эксперта ООО «ЭКСПЕРТ ПРОФИ» № 13-12-10 от 9 января 2023 г. установлено, что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Honda CR-V (р/н "номер"), получившего повреждения в результате ДТП, произошедшего 17 мая 2019 г., без учета износа частей, узлов, агрегатов и деталей, используемых при восстановительных работах, составила 804 700 руб., его рыночная стоимость – 280 100 руб., стоимость его годных остатков - 27 600 руб.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. ст. 150, 151, 1064, 1079, 1083, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства, признал установленным, что в результате ДТП, имевшего место 17 мая 2019 г., в результате воздействия источника повышенной опасности под управлением ответчика ФИО2, супруге истца причинены телесные повреждения, квалифицированные, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, повлекшие смерть потерпевшей на месте происшествия; возложил на ответчика ФИО2, владельца источника повышенной опасности, обязанность по выплате истцу компенсации морального вреда, вследствие нарушения его личных неимущественных прав, причинения ему моральных и нравственных страданий в связи со смертью супруги, определив ко взысканию компенсацию морального вреда в сумме 800 000 руб.

Кроме того, руководствуясь ст. ст. 1064, 1094,1174 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", оценив представленные истцом доказательства в подтверждение расходов на погребение, пришел к выводу об удовлетворении требований истца, взыскав в ответчика в пользу истца заявленные к взысканию истцом расходы на погребение в размере 163 194,35 руб., стоимость поврежденного автомобиля в размере 252 500 руб.

Судебная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции сделаны с существенным нарушением норм материального права.

В п. 1 ст. 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Пунктом 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

Согласно ст. 1072 ГК РФ лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Законом об ОСАГО в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами, на владельцев этих транспортных средств возложена обязанность по страхованию риска своей гражданской ответственности путем заключения договора обязательного страхования со страховой организацией.

Договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств является договором, по которому страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить причиненный вследствие этого события вред жизни, здоровью или имуществу потерпевшего (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (суммы страхового возмещения). Договор обязательного страхования является публичным (ст. 1 Закона об ОСАГО).

В п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

В соответствии со ст. 18 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" компенсационная выплата в счет возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, осуществляется в случаях, если страховое возмещение по обязательному страхованию не может быть осуществлено.

Одним из оснований для осуществления компенсационной выплаты в счет возмещения вреда жизни или здоровью является отсутствие договора обязательного страхования, по которому застрахована гражданская ответственность причинившего вред лица, из-за неисполнения им установленной названным законом обязанности по страхованию (подп. «г» п. 1 ст. 18 Закона об ОСАГО).

В п. 1 ст. 19 указанного закона предусмотрено, что компенсационные выплаты осуществляются профессиональным объединением страховщиков, действующим на основании устава и в соответствии с настоящим Федеральным законом, по требованиям лиц, имеющих право на их получение.

Как установлено судом гражданская ответственность причинителя вреда ФИО2 на момент ДТП застрахована не была.

Абзацем 2 ч. 7 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" лимит страховой выплаты в счет возмещения расходов на погребение установлен в размере не более 25 тысяч рублей - лицам, понесшим такие расходы.

В настоящем случае для правильного разрешения спора с учетом приведенных выше положений закона суду надлежало установить, обращался ли истец в Российский союз автостраховщиков за компенсационной выплатой, в том числе и за выплатой на погребение.

Согласно отзыва представителя РСА, истец с заявлением о компенсационной выплате, выплате расходов на погребение не обращался.

Обращаясь в суд с иском о взыскании с ответчика расходов на погребение своей супруги, ФИО1 просил взыскать расходы на погребение, в том числе, расходы на поминальный обед при погребении 26 735 руб. (счет от 21 мая 2019 г. л.д. 230 т. 1); расходы на ритуальные услуги в размере 41 440 руб., приобретение венка, амфоры – 2 300 руб., оформление портрета – 1 780 руб., оформление могилы – 65 000 руб., крест, услуги отпевания 14 100 руб., оформление надгробия – 5 230 руб.

Проверяя обоснованность заявленных ФИО1 требований о взыскании расходов на погребение супруги, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 12 января 1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям, которое может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Согласно п. 6.1 Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованных протоколом НТС Госстроя России от 25 декабря 2001 г. № 01-НС-22/1 (далее - Рекомендации), в церемонию похорон входят, как правило, обряды: омовения и подготовки к похоронам; траурного кортежа (похоронного поезда); прощания и панихиды (траурного митинга); переноса останков к месту погребения; захоронения останков (праха после кремации); поминовения. Подготовка к погребению включает в себя: получение медицинского свидетельства о смерти; получение государственного свидетельства о смерти в органах ЗАГС; перевозку умершего в патологоанатомическое отделение (если для этого есть основания); приобретение и доставку похоронных принадлежностей; оформление счета-заказа на проведение погребения; омовение, пастижерные операции и облачение с последующим уложением умершего в гроб; приобретение продуктов для поминальной трапезы или заказ на нее. При необходимости в этот перечень включается перевозка умершего с места смерти к месту погребения в другой населенный пункт (п. 6.49 Рекомендаций).

В силу положений указанного Федерального закона от 12 января 1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» проведение поминальных обедов на девятый и сороковой дни, шесть месяцев, год после смерти выходит за пределы действий по непосредственному погребению тела, в связи с чем, расходы на проведение поминальных обедов не в день похорон, не относятся к расходам на погребение.

Из материалов дела следует, что расходы, связанные с погребением ФИО3, были понесены её супругом, который имеет право на возмещение расходов, связанных с поминальным обедом, ритуальными услугами на сумму 156 585 руб.

Абзацем 2 ч. 7 ст. 12 Закона об ОСАГО лимит страховой выплаты в счет возмещения расходов на погребение установлен в размере не более 25 тысяч рублей - лицам, понесшим такие расходы.

Таким образом, с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы на погребение ФИО3 в размере 131 585 руб. (156 585 – 25000).

Правовых оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании расходов, понесенных на сумму 6 609,35 руб. не имеется, так как указанные расходы не относятся к расходам на погребение.

В силу пункта 1 статьи 209, пункта 1 статьи 15 ГК РФ собственник вправе требовать возмещения убытков, причиненных его транспортному средству.

Согласно свидетельству о праве на наследство по закону "номер" № "номер" ФИО1 унаследовал автомобиль Honda CR-V (г/н "номер") после смерти супруги.

Заключением эксперта подтверждена стоимость восстановительного ремонта автомашины, которая составила 804 700 руб., его рыночная стоимость – 280 100 руб., стоимость годных остатков - 27 600 руб.

В связи с чем с ответчика подлежат взысканию в пользу истца убытки в размер 252 500 руб. (280 100 руб. – 27 600 руб.).

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности. Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда членам семьи потерпевшего в случае его смерти необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных именно этим лицам физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. Размер возмещения вреда также может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда (гражданина). При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в ст. 41 Конституции Российской Федерации, согласно которой право на охрану здоровья отнесено к числу основных прав человека. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах, а также то, смерть близкого, родного человека - супруга (отца) является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье, самочувствие и настроение.

При определении размера компенсации морального вреда судебная коллегия учитывает обстоятельства конкретного дела (невиновное поведение погибшей в ДТП), глубокие нравственные переживания истца в результате потери близкого человека - супруги, нарушения родственных связей, утрату возможности получать любовь, заботу супруги, необходимость адаптации истца к новым жизненным обстоятельствам, невосполнимость утраты, отсутствие в будущем помощи супруги при ведении быта, воспитании двоих детей.

При этом, судебная коллегия также учитывает материальное положение ответчика, наличие у него на иждивении двоих детей, один из которых несовершеннолетний, второй является студентом очного отделения, обучающийся на коммерческой основе, небольшую заработную плату по месту работы.

Судебная коллегия учитывает, что в семье погибшей есть двое детей, которые также в силу закона вправе обратиться в суд за компенсацией морального вреда в связи с гибелью матери, также следует учесть, что сам истец не представил никаких доказательств нравственных и физических страданий, в судебных заседаниях в суде первой инстанции и в апелляционной инстанции истец участия ни разу не принимал, а исковые требования основаны лишь на факте родственных отношений с погибшей.

Принимая во внимание, что взыскание определенного размера компенсации морального вреда не может компенсировать вред в полном объеме, а направлен лишь на сглаживание последствий, с учетом всех конкретных обстоятельств рассматриваемого дела, норм действующего законодательства, судебная коллегия считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

Согласно статье 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В связи с удовлетворением иска с ФИО2 в соответствии с нормами пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в доход соответствующего бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 615 руб.

Согласно чеку-ордеру от 17 июня 2022 г. при подаче иска ФИО7 оплатил государственную пошлину в размере 14 400 руб.

В ходе рассмотрения дела истец уменьшил размер исковых требований, что в соответствии с подпунктом 10 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса РФ влечет возврат государственной пошлины из бюджета как излишне уплаченной в размере 8 675 руб.

Подлежащая уплате по материальному требованию государственная пошлина в размере 5 725 руб. и уплаченная истцом, подлежит взысканию с ответчика в пользу истца в соответствии с нормами статьи 98 ГПК РФ.

Руководствуясь п. 2 ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Ангарского городского суда Иркутской области от 9 февраля 2023 года по данному делу отменить полностью, принять новое решение.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении вреда, компенсации морального вреда, расходов на погребение, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 ( ИНН "номер") в пользу ФИО1 ( ИНН "номер") в счет компенсации морального вреда 500 000 руб., расходы на погребение в размере 131 585 руб., стоимость поврежденного автомобиля 252 500 руб., государственную пошлину 5725 руб.

Взыскать с ФИО2 ( ИНН "номер" ) в доход соответствующего бюджета государственную пошлину в размере 1615 руб.

Возвратить ФИО1 из местного бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в размере 8675 руб.

Исковые требования ФИО1 к Российскому союзу Автостраховщиков оставить без рассмотрения.

Судья-председательствующий И.Л. Васильева

Судьи С.А. Алферьевская

Т.Д. Алсыкова

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 25 июля 2023 г.