66RS0007-01-2021-006936-48 <данные изъяты>
Дело № 2-5204/2022 Мотивированное решение изготовлено 16 сентября 2022 г.
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
09 сентября 2022 г. г. Екатеринбург
Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Грязных Е.Н., при секретаре судебного заседания Лапшине В.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федерального государственного унитарного предприятия «Главный центр специальной связи» к ФИО1 о возмещении ущерба,
УСТАНОВИЛ:
Федеральное государственное унитарное предприятие «Главный центр специальной связи» (далее - ФГУП ГЦСС) обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании в порядке регресса материального ущерба.
В обоснование иска указано, что 24 сентября 2012 г. на основании заключенного между истцом и ответчиком трудового договора, последний был принят на должность советника Управления специальной связи по Свердловской области. 29 января 2015 г. стороны подписали дополнительное соглашение, в соответствии с которым ответчик вступил в должность первого заместителя начальника Управления специальной связи по Свердловской области. 09 февраля 2016 г. стороны заключили дополнительное соглашение, на основании которого ответчик переведен на должность начальника Управления специальной связи по Пермскому краю. Пунктом 1.7 данного дополнительного соглашения на ответчика возложена полная материальная ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный предприятию. В результате произошедшего 19 марта 2018 г. дорожно-транспортного происшествия с участием водителя ФИО1, управлявшего транспортным средством – автомобилем Hyundai Solaris, г/н №, принадлежащем ФГУП ГЦСС, и водителя В, управлявшей автомобилем марки Kia Rio, г/н №, последней причинены телесные повреждения, не совместимые с жизнью. Пассажиру данного автомобиля Г причинены тяжкие телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а также малолетнему А причинены телесные повреждения, квалифицированные как легкий вред здоровью, по признаку временного нарушения функции органов или систем, продолжительностью до трех недель (кратковременное расстройство здоровья).
Приговором Суксунского районного суда Пермского края ответчик признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации. В рамках уголовного дела ФГУП ГЦСС привлечено к участию в качестве гражданского ответчика. По результатам рассмотрения уголовного дела, с учреждения взыскана компенсация морального вреда, связанного с гибелью В, в пользу Г в размере 1 300 000 руб., в пользу А - 1 300 000 руб., в пользу Б – 1 000 000 руб.
Кроме того, решением Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № с ФГУП ГЦСС в пользу Г, А взыскано по 250 000 руб.
Со стороны истца требования названных судебных постановлений исполнены, что является основанием для взыскания с ответчика в пользу истца материального ущерба в порядке регресса.
На основании изложенного ФГУП ГЦСС просит взыскать с ФИО1 материальный ущерб в размере 4 100 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 28 700 руб.
В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности, подтвердив обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, на удовлетворении исковых требований настаивала, считая их законными и обоснованными. Дополнительно суду пояснила, что срок исковой давности необходимо исчислять именно с даты вступления в силу приговора суда, которым установлена вина ответчика в ДТП. В случае, если суд посчитает, что срок пропущен, просила восстановить данный срок для обращения в суд.
Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен в срок и надлежащим образом, воспользовался правом ведения дела через представителя.
Представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности, представила письменный отзыв на исковое заявление, в судебном заседании исковые требования не признала, указав, что истцом пропущен годичный срок обращения в суд, который исчисляется с даты выплаты суммы ущерба потерпевшим. Просит в удовлетворении иска отказать. В случае удовлетворения иска, просит применить положения ст. 250 Трудового кодекса Российской Федерации, уменьшив размер ущерба до размера заработной платы ответчика, учитывая его материальное положение, связанное с нахождением на иждивении несовершеннолетних детей, наличием ипотечного кредита, а также факта наличия у ответчика статуса инвалида.
Также о времени и месте рассмотрения дела лица, участвующие в деле, извещались публично путем заблаговременного размещения в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информации на интернет-сайте Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга.
При указанных обстоятельствах, на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть при имеющейся явке.
Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина либо под его контролем за безопасным ведением работ.
В соответствии с п. 1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.
Согласно ч. 1 ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
В силу ч. ч. 1, 2 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
Согласно ст. 241, ч. 2 ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работника за ущерб, причиненный работодателю» под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.
При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.
Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 работал в ФГУП ГЦСС с 24 сентября 2012 г. на основании заключенного между истцом и ответчиком трудового договора, в соответствии с которым последний был принят на должность советника Управления специальной связи по Свердловской области.
29 января 2015 г. стороны подписали дополнительное соглашение, в соответствии с которым ответчик вступил в должность первого заместителя начальника Управления специальной связи по Свердловской области.
09 февраля 2016 г. стороны заключили дополнительное соглашение, на основании которого ответчик переведен на должность начальника Управления специальной связи по Пермскому краю. Пунктом 1.7 данного дополнительного соглашения на ответчика возложена полная материальная ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный предприятию.
Как усматривается из материалов дела, приговором Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что 19 марта 2018 г. около 11:40 ФИО1, управляя транспортным средством – автомобилем Hyundai Solaris, г/н №, принадлежащем ФГУП ГЦСС, двигался по автодороге, сообщением г. Екатеринбург – г. Пермь. На 130 км данной автодороги ФИО1, проявляя преступную небрежность и легкомыслие, в нарушение требований пунктов 10.1 и 10.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, вел автомобиль со скоростью не менее 96,4 км/ч, превышающую установленные ограничения, не обеспечивающую безопасность дорожного движения и постоянного контроля над движением автомобиля, в нарушение п. 1.4 Правил дорожного движения Российской Федерации допустил столкновение передней частью кузова своего автомобиля с передней частью кузова автомобиля марки Kia Rio, г/н №, двигавшегося по своей правой полосе проезжей части, в направлении г. Екатеринбург.
В результате данного ДТП водителю автомобиля марки Kia Rio, г/н № В причинены телесные повреждения, не совместимые с жизнью. Пассажиру данного автомобиля Г причинены тяжкие телесные повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а также малолетнему А причинены телесные повреждения, квалифицированные как легкий вред здоровью, по признаку временного нарушения функции органов или систем, продолжительностью до трех недель (кратковременное расстройство здоровья).
ФИО1 приговором Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации. Этим же судебным постановлением с ФГУП ГЦСС, привлеченного к участию в уголовном деле в качестве гражданского ответчика, взыскана компенсация морального вреда, связанного с гибелью В, в пользу Г в размере 1 300 000 руб., в пользу А - 1 300 000 руб., в пользу Б – 1 000 000 руб.
Апелляционным постановлением Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ названный приговор изменен в части назначенного ФИО1 уголовного наказания. Кроме того, судебное решение в части взыскания с ФИО1 в пользу потерпевших Г, А отменено, дело в этой части направлено на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. В остальной части приговор оставлен без изменения.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, приговор Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменены, материалы уголовного дела направлены в тот же суд первой инстанции, но в ином составе суда, со стадии назначения дела к судебному разбирательству.
Из материалов дела следует и судом установлено, что истцом исполнен гражданский иск, удовлетворенный приговором Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается представленными в материалы дела копиями платежных поручений от ДД.ММ.ГГГГ № на сумму 1 300 000 руб., № на сумму 1 300 000 руб. и № на сумму 1 000 000 руб.
Приговором Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Названным приговором удовлетворен гражданский иск Г, А, Б к ФГУП ГЦСС о компенсации морального вреда. С ФГУП ГЦСС в счет компенсации морального вреда, причиненного смертью В, в пользу Г в размере 1 300 000 руб., в пользу А - 1 300 000 руб., в пользу Б – 1 000 000 руб. Постановлено приговор в данной части считать исполненным.
Апелляционным постановлением Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, приговор Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Пермского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ изменены в части назначенного ФИО1 уголовного наказания. В остальной части данные судебные решения оставлены без изменения.
В силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», в силу ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.
Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.
Из материалов дела следует, что решением Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № с ФГУП ГЦСС в пользу Г, А взыскано по 250 000 руб. Судом принят во внимание, в том числе, факт добровольной выплаты ФИО1 компенсации морального вреда в размере 350 000 руб.
Согласно ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.
Названное решение Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ фактически исполнено истцом ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается платежным поручением №.
Разрешая заявленные требования о взыскании с ответчика в пользу истца ущерба в порядке регресса, суд, установив, что вред причинен ответчиком при выполнении трудовых обязанностей, его вина в совершении дорожно-транспортного происшествия и причинении вреда установлена вступившим в законную силу приговором суда, приходит к выводу о том, что факт причинения ответчиком по его вине прямого действительного ущерба работодателю в сумме 4 100 000 руб. нашел подтверждение в ходе судебного разбирательства.
Стороной ответчика заявлено о применении положений ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.
В соответствии с ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.
Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в абз. 2 п. 3 Постановления от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», следует, что если работодатель пропустил срок для обращения в суд, суд вправе применить последствия пропуска срока (отказать в иске), если о пропуске срока до вынесения судом решения заявлено ответчиком и истцом не будут представлены доказательства уважительности причин пропуска срока, которые могут служить основанием для его восстановления (ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К уважительным причинам пропуска срока могут быть отнесены исключительные обстоятельства, не зависящие от воли работодателя, препятствовавшие подаче искового заявления.
По смыслу ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации днем обнаружения ущерба следует считать день, когда работодателю стало известно о наличии ущерба, причиненного работником.
В силу ч. 4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации и ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации уважительность причин пропуска срока на обращение в суд доказывается истцом - работодателем.
Статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено Кодексом или иными федеральными законами.
Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом или иными федеральными законами (часть 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно части 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.
В абзацах втором и третьем пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. Работодатель вправе предъявить иск к работнику о взыскании сумм, выплаченных в счет возмещения ущерба третьим лицам, в течение одного года с момента выплаты работодателем данных сумм.
Из приведенных положений части 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что срок на обращение в суд работодателя за разрешением спора о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, составляет один год. Начало течения этого срока начинается с момента, когда работодателем осуществлены выплаты третьим лицам сумм в счет возмещения причиненного работником ущерба. Иной порядок исчисления срока обращения работодателя в суд с регрессным требованием к работнику трудовым законодательством не предусмотрен.
Как следует из материалов дела и пояснений представителя истца, исполнение гражданского иска в сумме 3 600 000 руб., принятого приговором Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, фактически состоялось ДД.ММ.ГГГГ
Также требование по решению Суксунского районного суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 500 000 руб. исполнено ДД.ММ.ГГГГ
Срок предъявления исковых требований в суд в заявленных истцом размерах истек ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ соответственно. Однако настоящее исковое заявление направлено в суд ДД.ММ.ГГГГ
Ходатайство истца о восстановлении пропущенного срока на подачу искового заявления в суд отклоняется судом по следующим основаниям.
Как выше указано судом, момент возникновения у работодателя права на регрессное требование возникает именно с даты выплаты работодателем суммы ущерба третьим лицам. Иного толкования закон не допускает.
Факт отмены приговора суда в отношении ФИО1 и направления уголовного дела на повторное рассмотрение не препятствовал истцу обратиться в суд с исковыми требованиями о взыскании материального ущерба, причиненного работником работодателю.
Также суд обращает внимание на тот факт, что в рамках уголовного дела устанавливалась вина ФИО1 в совершении уголовного деяния, а в рамках гражданского дела о возмещении ущерба установлению подлежит вина работника в причинении ущерба работодателю.
При этом истец имел право заявить ходатайство о приостановлении производства по делу до рассмотрения уголовного дела.
Кроме того, с даты вступления в силу приговора суда в отношении ФИО1, то есть с 01 сентября 2020 г., у ФГУП ГЦСС имелось достаточно времени для обращения в суд с настоящим иском до истечения годичного срока для обращения в суд, а именно более трех месяцев в отношении суммы 3 600 000 руб., и более четырех месяцев в отношении суммы 500 000 руб. Однако, истцом исковое заявление подано в последний день истечения одного года с момента вступления в силу приговора суда, что не свидетельствует о добросовестном поведении истца.
В связи с изложенным суд приходит к выводу, что истцом пропущен годичный срок для обращения в суд с заявленными исковыми требованиями и отказывает в удовлетворении исковых требований о взыскании материального ущерба в порядке регресса в сумме 4 100 000 руб. и судебных расходов.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Федерального государственного унитарного предприятия «Главный центр специальной связи» к ФИО1 о возмещении ущерба – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Судья Е.Н. Грязных