Приговор по делу № 1-37/2023 от 03.07.2023

Дело №

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

г. Челябинск 03 июля 2023 года

Центральный районный суд г. Челябинска в составе председательствующего А.Н. Акатышева при секретарях Т.Р. Байрангуловой, А.А. Красновой, с участием государственных обвинителей К.В. Паутова, М.И. Морозова, О.В. Солдатова, подсудимого ФИО7, его защитника адвоката Ф.В. Кузьмина,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, военнообязанного, с высшим образованием, женатого, имеющего на иждивении двоих малолетних детей, не судимого, зарегистрированного в качестве самозанятого, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в, г» ч. 7 ст. 204 УК РФ,

установил:

определением Арбитражного суда <адрес> по делу № А <данные изъяты> Б от ДД.ММ.ГГГГ АО «УРАЛТРУБМАШ» (ИНН/КПП <данные изъяты>) признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим Общества утвержден ФИО7 ФИО13 (ИНН <***>), член саморегулируемой организации «Дело», регистрационный номер в реестре арбитражных управляющих <данные изъяты>.

В соответствии с ч. 2 ст. 129 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ФИО7, являясь конкурсным управляющим АО «УРАЛТРУБМАШ» обязан:

- принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника;

- включить в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех рабочих дней с даты ее окончания;

- привлечь оценщика для оценки имущества должника в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

- принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц;

- принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника;

- уведомлять работников должника о предстоящем увольнении не позднее чем в течение месяца с даты введения конкурсного производства;

- предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом;

- заявлять в установленном порядке возражения относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику;

- вести реестр требований кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом;

- передавать на хранение документы должника, подлежащие обязательному хранению в соответствии с федеральными законами;

- заключать сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, только с согласия собрания кредиторов или комитета кредиторов;

- исполнять иные установленные настоящим Федеральным законом обязанности.

В соответствии с ч. 3 ст. 129 Закона о банкротстве, ФИО7, являясь конкурсным управляющим АО «УРАЛТРУБМАШ» имеет право:

- распоряжаться имуществом должника в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом;

- увольнять работников должника, в том числе руководителя должника, в порядке и на условиях, которые установлены федеральным законом;

- заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок;

- подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника;

- осуществлять иные права, связанные с исполнением возложенных на него обязанностей, установленных настоящим Федеральным законом.

Таким образом, ФИО7, будучи наделенным на постоянной основе вышеуказанными организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями, в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ являлся лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации - АО «УРАЛТРУБМАШ».

В соответствии с ч. 1 ст. 17 Закона о банкротстве комитет кредиторов представляет законные интересы конкурсных кредиторов, уполномоченных органов и осуществляет контроль за действиями арбитражного управляющего, а также реализует иные предоставленные собранием кредиторов полномочия в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

Комитет кредиторов для осуществления возложенных на него функций вправе требовать от арбитражного управляющего или руководителя должника предоставить информацию о финансовом состоянии должника и ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, обжаловать в арбитражный суд действия арбитражного управляющего (ч. 3 ст. 17 Закона о банкротстве).

В составе имущества должника отдельно учитывается и подлежит обязательной оценке имущество, являющееся предметом залога.

Конкурсный управляющий обязан использовать только один счет должника в банке или иной кредитной организации (основной счет должника), а при его отсутствии или невозможности осуществления операций по имеющимся счетам обязан открыть в ходе конкурсного производства такой счет.

На основной счет должника зачисляются денежные средства должника, поступающие в ходе конкурсного производства (чч. 1, 2 ст. 133 Закона о банкротстве).

В соответствии со ст. 143 Закона о банкротстве конкурсный управляющий представляет собранию кредиторов (комитету кредиторов) отчет о своей деятельности, информацию о финансовом состоянии должника и его имуществе на момент открытия конкурсного производства и в ходе конкурсного производства, а также иную информацию не реже чем один раз в три месяца, если собранием кредиторов не установлено иное.

В отчете конкурсного управляющего должны содержаться сведения:

- о сформированной конкурсной массе, в том числе о ходе и об итогах инвентаризации имущества должника, о ходе и результатах оценки имущества должника в случае привлечения оценщика для оценки такого имущества;

- о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений;

- о сумме текущих обязательств должника с указанием процедуры, применяемой в деле о банкротстве должника, в ходе которой они возникли, их назначения, основания их возникновения, размера обязательства и непогашенного остатка.

Конкурсный управляющий обязан по требованию арбитражного суда предоставлять арбитражному суду все сведения, касающиеся конкурсного производства, в том числе отчет о своей деятельности.

Отчет об использовании денежных средств должника конкурсный управляющий представляет в арбитражный суд, собранию кредиторов (комитету кредиторов) по требованию, но не чаще чем один раз в месяц (ст. 133 Закона о банкротстве).

В соответствии со ст. 130 Закона о банкротстве арбитражный управляющий привлекает оценщика для определения стоимости имущества должника и производит оплату его услуг за счет имущества должника в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Оценка имущества должника проводится оценщиком, который должен соответствовать требованиям, установленным законодательством Российской Федерации об оценочной деятельности, и не может являться заинтересованным лицом в отношении арбитражного управляющего, должника и его кредиторов.

Сведения об отчете об оценке имущества должника с приложением копии такого отчета об оценке в форме электронного документа подлежат включению арбитражным управляющим в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве в течение двух рабочих дней с даты поступления копии такого отчета об оценке в форме электронного документа.

В течение тридцати дней со дня получения отчета об оценке орган, уполномоченный на подготовку заключений по отчетам оценщиков, вправе направить арбитражному управляющему мотивированное заключение по этому отчету. Порядок подготовки указанного заключения устанавливается регулирующим органом. В случае получения по истечении установленного срока положительного заключения или отсутствия заключения собрание кредиторов или комитет кредиторов устанавливает начальную цену продажи предприятия, иного имущества должника на основании рыночной стоимости такого имущества, определенной в соответствии с отчетом об оценке.

Учредители (участники) должника или собственник имущества должника - унитарного предприятия, конкурсные кредиторы, уполномоченные органы вправе обжаловать результаты оценки имущества должника в порядке, установленном федеральным законом.

В соответствии со ст. 18.1 Закона о банкротстве должник вправе отчуждать имущество, являющееся предметом залога, передавать его в аренду или безвозмездное пользование другому лицу либо иным образом распоряжаться им или обременять предмет залога правами и притязаниями третьих лиц только с согласия кредитора, требования которого обеспечены залогом такого имущества, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором залога и не вытекает из существа залога.

ФИО7, осуществляя полномочия конкурсного управляющего АО «УРАЛТРУБМАШ», в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ организовал проведение сплошной инвентаризации имущества, обязательств и имущественных прав АО «УРАЛТРУБМАШ», в ходе которой было установлено, что на балансе АО «УРАЛТРУБМАШ» находится имущество, часть которого в соответствии с договором залога оборудования от ДД.ММ.ГГГГ № и договором залога оборудования от ДД.ММ.ГГГГ № передано в залог ОАО «Российский сельскохозяйственный банк» (далее по тексту ОАО «Россельхозбанк»), а именно:

- установка контактного отжига, имеющая инвентарный номер «109»;

- линия для производства электросварных прецизионных ФИО11 для шпуль, имеющая инвентаризационный номер «84»;

- вертикальная установка газового карбонитрирования, имеющая инвентарный номер «158»;

- ванна азотная, имеющая инвентарный номер «134»;

- ванна меднения металлическая футерированная 110*1000*9500, имеющая инвентарный номер «135»;

- ванна металлическая футерированная стеклопластиком, имеющая инвентарный номер «140»;

- ванна обезжиривания 1100*1000*9500, имеющая инвентарный номер «137;

- ванна промывки 1100*1000*9500, имеющая инвентарный номер «138»;

- ванна травления металлическая футерированная 1100*1000*9500, имеющая инвентарный номер «136»;

- ванна травления металлическая футерированная 1100*1000*9500, имеющая инвентарный номер «139»;

- пресс для опрессовки РВД Finn rover с электроприводом, имеющий инвентарный номер «130»;

- пресс радиально-обжимной Р32 MS 400V, имеющий инвентарный номер «131»;

- стан трубосварочный 10-76, имеющий инвентарный номер «132»;

- косоволковая правильная машина, имеющая инвентарный номер «107»;

- машина правильная, имеющая инвентарный номер «108»;

- краны мостовые в количестве 4 штук, имеющие регистрационные номера 39189, 39187, 39188, 39190.

Из статьи 1 договора от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что залогодатель имеет право владеть и пользоваться оборудованием без права распоряжения им, включая в том числе, отчуждение оборудования или сдачу его в аренду третьим лицам, без согласия залогодержателя, т.е. ОАО «Российский сельскохозяйственный банк».

В соответствии с распоряжением Федерального агентства по управлению государственным имуществом, осуществляющим права акционера от имени Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-р наименование ОАО «Российский сельскохозяйственный банк» изменено на акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк», АО «Россельхозбанк» (далее по тексту АО «Россельхозбанк»).

АО «Россельхозбанк» является кредитором АО «УРАЛТРУБМАШ» по обязательствам, обеспеченным залогом имущества в соответствии с вышеуказанными договорами.

ДД.ММ.ГГГГ ООО «Лидер-Авто» в лице его директора ФИО20 и АО «ФИО8» в лице его директора ФИО21 заключили договор аренды недвижимого имущества №-А, в соответствии с которым АО «ФИО8» передал в аренду ООО «Лидер-Авто» нежилое помещение (производственный корпус) литера А4А6-А9, общей площадью 7743,66 кв.м и нежилое помещение общей площадью 1572,8 кв.м, расположенные по адресу: <адрес>, в которых располагалось имущество АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененное залогом.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ООО «Лидер-Авто» в лице его директора ФИО20 и ООО «ФИО8» в лице его директора Свидетель №1 заключили договор субаренды №, в соответствии с которым ООО «Лидер-Авто» передал в субаренду ООО «ФИО8» вышеуказанные нежилые помещения, расположенные по адресу: <адрес>, в которых располагалось имущество АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененное залогом.

Свидетель №1 на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ представляет интересы ООО «Лидер-Авто» и на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ представляет интересы ООО «ФИО8».

Таким образом, Свидетель №1, представляющий интересы ООО «Лидер- Авто» и ООО «ФИО8» был заинтересован в аренде имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененного залогом, расположенного в вышеуказанных производственных помещениях по адресу: <адрес>, в целях его эксплуатации и получения коммерческой выгоды, о чем не ранее ДД.ММ.ГГГГ, но не позднее ДД.ММ.ГГГГ, сообщил ранее ему знакомому ФИО7, вследствие чего, ФИО7, осведомленный о том, что на балансе АО «УРАЛТРУБМАШ» имеется имущество, в том числе и обремененное залогом, правом распоряжения которым он обладает в качестве лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой организации, достоверно осознавал, что Свидетель №1, действующий в интересах ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» заинтересован в аренде на длительный срок и эксплуатации вышеуказанного имущества с целью получения коммерческой выгоды.

Также ФИО7 осознавал, что в силу занимаемого им в АО «УРАЛТРУБМАШ» служебного положения, он располагает полномочиями для совершения в интересах представляемых Свидетель №1 ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» действий, как входящих в его служебные полномочия, так и незаконных действий (бездействие), в результате которых ФИО7 может обеспечить в интересах представляемых Свидетель №1 ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» передачу в аренду имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененного залогом.

В частности, ФИО7, осознавал, что в силу занимаемого им служебного положения конкурсного управляющего АО «УРАЛТРУБМАШ» в его полномочия входит совершение действий по распоряжению имуществом этого Общества, в том числе и обремененного залогом, а именно: оценка имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», передача в аренду третьим лицам указанного имущества, в том числе и обремененного залогом, составление и представление собранию кредиторов (комитету кредиторов) отчетов о деятельности конкурсного управляющего АО «УРАЛТРУБМАШ» и о результатах конкурсного производства, а также об использовании денежных средств должника.

Кроме того, ФИО7 осознавал, что в силу занимаемого им служебного положения конкурсного управляющего АО «УРАЛТРУБМАШ» располагает возможностью совершения незаконных действий (бездействие), а именно: непроведение оценки имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененного залогом, сокрытие от кредитора АО «Россельхозбанк» фактической передачи в аренду имущества АО «Уралтрубмаш», обремененного залогом, сокрытие от собрания кредиторов (комитета кредиторов) фактической передачи в аренду имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», что создаст условия для получения от Свидетель №1 коммерческого подкупа, а также условия для дальнейшего сокрытия своих незаконных действий (бездействия) от кредиторов АО «УРАЛТРУБМАШ».

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО7 из корыстных побуждений, возник единый преступный умысел, направленный на систематическое незаконное получение в качестве коммерческого подкупа денежных средств от Свидетель №1 за совершение им (Скороходом) вышеуказанных действий, как входящих в его (Скорохода) служебные полномочия, так и за незаконные действия (бездействие) в интересах представляемых Свидетель №1 ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8», в результате которых Свидетель №1 получит возможность эксплуатировать имущество АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененное залогом.

При этом, ФИО1 достоверно осознавал, что в результате совершения им вышеуказанных незаконных действий (бездействие) правам и охраняемым законом интересам кредиторов АО «УРАЛТРУБМАШ» будет причинен вред, выраженный в виде непоступления в конкурсную массу Общества денежных средств, несвоевременного удовлетворения их требований и лишения их права на обжалование действий конкурсного управляющего и результатов оценки имущества АО «УРАЛТРУБМАШ».

Кроме того, ФИО7 осознавал, что вышеуказанные действия, направленные на обеспечение передачи в аренду имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененного залогом, Свидетель №1, действующему в интересах ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» являются нарушением требований п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, ФИО7, с целью реализации единого продолжаемого корыстного умысла направленного на систематическое получение коммерческого подкупа в виде денег от Свидетель №1, с целью достижения соглашения с последним о получении от него денежных средств в качестве коммерческого подкупа, проводил переговоры с Свидетель №1, в ходе которых сформировал у Свидетель №1 убеждение, что в соответствии с имеющимися у него (Скорохода) служебными полномочиями он имеет возможность совершить и совершит все возможные действия, направленные на обеспечение передачи в аренду Свидетель №1, действующему в интересах ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененного залогом.

Кроме того, в тот же период, ФИО7, из корыстных побуждений, реализуя свой единый преступный умысел, направленный на систематическое получение коммерческого подкупа от Свидетель №1 в виде денег, создавая себе условия для получения от Свидетель №1 коммерческого подкупа, используя свое служебное положение конкурсного управляющего АО «УРАЛТРУБМАШ», совершил входящие в его служебные полномочия действия, а именно: обеспечил беспрепятственный доступ Свидетель №1, действующего в интересах ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» к имуществу АО «УРАЛТРУБМАШ», не обремененному залогом, а также совершил незаконные действия (бездействие), а именно: не организовал поведение оценки имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененного залогом, в отсутствие предусмотренных законом оснований и условий обеспечил беспрепятственный доступ Свидетель №1 к имуществу АО «УРАЛТРУБМАШ», обремененному залогом; сокрыл это обстоятельство от АО «Россельхозбанк» путем неполучения его согласия на передачу в аренду Свидетель №1, действующему в интересах ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8», имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», обремененного залогом.

Таким образом, ФИО7 в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в отсутствие предусмотренных законом оснований и условий фактически передал Свидетель №1, действующему в интересах ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» в аренду имущество АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененное залогом, обеспечив возможность его эксплуатации и извлечения коммерческой выгоды.

После чего, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ не ранее 16 час. 00 мин и не позднее 21 час 00 мин., находясь в офисном помещении № по адресу: <адрес>, действуя из корыстных побуждений, реализуя свой преступный умысел на получение коммерческого подкупа, обратился к Свидетель №1 с незаконным требованием о передаче ему (Скороходу) денежных средств в качестве коммерческого подкупа, за совершение им в интересах представляемых Свидетель №1 ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» вышеуказанных действий.

Свидетель №1, осознавая, что действия ФИО7 по обеспечению передачи ему (Свидетель №1) в аренду имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененного залогом, повлекут для него возможность получения коммерческой выгоды от эксплуатации такого имущества, находясь в указанное время в указанном месте, согласился с незаконным требованием ФИО7 о передаче последнему в качестве коммерческого подкупа денежных средств за совершение Скороходом в интересах представляемых Свидетель №1 ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» действий, как входящих в служебные полномочия ФИО7, так и за незаконные действия (бездействие), а именно: передача в аренду Свидетель №1, действующему в интересах ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе обремененного залогом, непроведение оценки имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененного залогом, сокрытие от кредитора АО «Россельхозбанк» фактической передачи в аренду имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», обремененного залогом, сокрытие от собрания кредиторов (комитета кредиторов) фактической передачи в аренду имущества АО «УРАЛТРУБМАШ».

После чего, в то же время, Скороход и Свидетель №1, действуя в рамках вышеуказанной преступной договоренности достигли соглашения о сумме коммерческого подкупа и периоде его передачи. Согласно их договоренности, сумма коммерческого подкупа должна составить 50 000 рублей ежемесячно. Указанную сумму денежных средств Свидетель №1 обязался передавать лично ФИО7 наличными денежными средствами, ежемесячно, не позднее конца каждого текущего месяца, за весь срок аренды имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», то есть в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а всего в сумме 300 000 рублей. Таким образом, умыслом ФИО7 охватывалось получение от Свидетель №1 коммерческого подкупа в сумме 300 000 рублей, что является крупным размером.

Затем, Свидетель №1, находясь в указанное время в указанном месте, выполняя условия преступного соглашения с ФИО7 о передаче последнему в качестве коммерческого подкупа денежных средств, передал выполняющему управленческие функции в АО «УРАЛТРУБМАШ» ФИО7 наличные денежные средства в сумме 50 000 рублей, за совершенные ФИО7 в интересах представляемых им ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» вышеуказанных действий, как входящих в служебные полномочия ФИО1, так и за незаконные действия (бездействие) по обеспечению передачи ему (Свидетель №1) в аренду имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененного залогом.

В свою очередь, конкурсный управляющий АО «УРАЛТРУБМАШ» ФИО7, выполняющий управленческие функции в данной коммерческой организации, находясь в указанное время, в указанном месте, из корыстных побуждений, реализуя свой единый преступный умысел, направленный на систематическое получение коммерческого подкупа от Свидетель №1 в виде денег получил лично от Свидетель №1 в качестве коммерческого подкупа наличные денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, за совершение в интересах представляемых им ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» вышеуказанных действий.

Кроме того, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО7, реализуя свой единый преступный умысел, направленный на систематическое получение коммерческого подкупа от Свидетель №1 в виде денег, выполняя условия преступного соглашения с Свидетель №1, используя свое служебное положение конкурсного управляющего АО «УРАЛТРУБМАШ», в нарушение требований ст. 18.1, ч. 2 и 3 ст. 129, ст. 130, ч. 1 и 2 ст. 131, ч. 2 ст. 133, ст. 143 Закона о банкротстве совершил незаконные действия (бездействие), выразившееся в сокрытии от собрания кредиторов (комитета кредиторов) факта передачи в аренду имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе обремененного залогом, не включив в отчет конкурсного управляющего от ДД.ММ.ГГГГ информацию о фактической передаче в аренду вышеуказанного имущества, чем существенно нарушил права и охраняемые законом интересы кредиторов АО «УРАЛТРУБМАШ», предусмотренные ч. 3 ст. 17, ст. 130, ст. 133 Закона о банкротстве.

После чего, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с <данные изъяты>., Свидетель №1, находясь в офисном помещении №, <адрес>, выполняя условия преступного соглашения с ФИО1 о передаче последнему в качестве коммерческого подкупа денежных средств, передал выполняющему управленческие функции в АО «УРАЛТРУБМАШ» ФИО7 наличные денежные средства в сумме 50 000 рублей, за совершенные ФИО1 в интересах представляемых им ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» вышеуказанных действий, как входящих в служебные полномочия ФИО7, так и за незаконные действия (бездействие) по обеспечению передачи ему (Свидетель №1) в аренду имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененного залогом.

В свою очередь, конкурсный управляющий АО «УРАЛТРУБМАШ» ФИО7, выполняющий управленческие функции в данной коммерческой организации, находясь в указанное время, в указанном месте, из корыстных побуждений, реализуя свой единый преступный умысел, направленный на систематическое получение коммерческого подкупа от Свидетель №1 в виде денег получил лично от Свидетель №1 в качестве коммерческого подкупа наличные денежные средства в сумме 50 000 рублей, за совершение вышеуказанных действий.

Затем, ДД.ММ.ГГГГ не ранее <данные изъяты>., Свидетель №1, находясь в офисе №, <адрес>, выполняя условия вышеуказанного преступного соглашения с ФИО7, передал выполняющему управленческие функции в АО «УРАЛТРУБМАШ» ФИО1 наличные денежные средства в сумме 50 000 рублей, за совершенные Скороходом вышеуказанные действия, в свою очередь, ФИО7, реализуя вышеуказанный умысел получил лично от Свидетель №1 в качестве коммерческого подкупа наличные денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, за совершение в интересах представляемых им ООО «Лидер-Авто» и ООО «ФИО8» вышеуказанных действий, как входящих в его служебные полномочия, так и за незаконные действия (бездействие) по обеспечению передачи в аренду имущества АО «УРАЛТРУБМАШ», в том числе и обремененного залогом.

Полученными от Свидетель №1 в качестве коммерческого подкупа денежными средствами в сумме <данные изъяты> ФИО7 распорядился по своему усмотрению.

ДД.ММ.ГГГГ преступные действия ФИО7 были пресечены сотрудниками УЭБиПК ГУ МВД России по <адрес> в ходе производства оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент».

Подсудимый ФИО7 вину в совершении инкриминируемого ему деяния не признал, пояснил, что на предприятии АО «Уралтрубмаш» он был утвержден арбитражным управляющим решением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. С Свидетель №1 он знаком с 2017 года, ФИО14 являлся на тот момент директором ООО «Шатлас», которое имело имущественные претензии к АО «Уралтрубмаш» в размере <данные изъяты> 000 рублей. После этого в 2018 году ФИО14 прибыл к нему в офис, пояснил, что заинтересован, чтобы он (Скороход) стал арбитражным управляющим АО «Уралтрубмаш».

<данные изъяты> решением собрания кредиторов он (Скороход) был избран в качестве конкурсного управляющего, начал свою деятельность. Первое время они с Свидетель №1 искали инвесторов, кто бы мог взять в аренду имущественный комплекс предприятия целиком, осуществлять хозяйственную деятельность. Произвели предварительный расчет стоимости аренды, заказав его у оценщика, стоимость составляла <данные изъяты> рублей за весь производственный комплекс АО «Уралтрубмаш». Никто такие деньги платить не был готов, соответственно, было принято решение обеспечивать сохранность имущества.

<данные изъяты> он узнал, что ООО «ФИО8» взяло в аренду производственный комплекс АО «ФИО8», где было смонтировано оборудование, принадлежащее АО «Уралтрубмаш». Таким образом, фактически состоялась передача имущества Свидетель №1. В дальнейшем стали поступать жалобы от бывших менеджеров АО «Уралтрубмаш» о том, что Свидетель №1 незаконно используется имущество завода. К тому моменту с Свидетель №1 уже была достигнута договоренность о том, что пользование имуществом будет осуществляться на возмездной основе, пользование незалоговым имуществом будет осуществляться на основании договора аренды с установлением размера арендной платы <данные изъяты>, а также при условии обеспечения сохранности неиспользуемого имущества. В отношении залогового имущества им было составлено коммерческое предложение в ПАО «Россельхозбанк» также на условиях арендной платы <данные изъяты> рублей. Эта договоренность была достигнута в <данные изъяты>.

В общей сложности до момента задержания А,Н. Свидетель №1 ему передавал два раза по 50 000 рублей в счет оплаты по договору аренды. В момент задержания Свидетель №1 передал ему арендную плату за январь в размере 50 000 рублей. Эти деньги были переданы за пользование имуществом, не обремененным залогом. На момент передачи денежных средств Свидетель №1 договоры заключены не были, поскольку не была достигнута договоренность по объему передаваемого имущества, поэтому в договор был включен пункт, что перечень имущества согласуется отдельно. Договор начал составлять ФИО6, затем пришлось ему (Скороходу) составлять самому. ДД.ММ.ГГГГ, когда Свидетель №1 прибыл в офис, заканчивать пришлось уже при нем. Договоры на 50 и 100 тысяч рублей текстом не отличались, предполагалось, что там будут разные приложения, но на ДД.ММ.ГГГГ перечень имущества не был определен. Текст договоров создавался на основе договора, ранее заключенного ФИО6, у которого в практике имелась такая же ситуация.

На ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №1 уже использовал не залоговое имущество, об этом он сам (Свидетель №1) говорил. Он точно пользовался установкой контактного отжига ФИО11, точно не пользовался станом для сварки ФИО11, поскольку он (Скороход) при инвентаризации видел, что части деталей не хватает, стан давно уже находился в разукомплектованном состоянии. Ему (Скороходу) было известно, что договор аренды в любом случае должен быть заключен, чтобы определить ответственное лицо. Теоретическая возможность демонтажа данного имущества была, но это дорогостоящая процедура, при этом, имелся риск получить на выходе металлолом, а не работающее оборудование. На момент сдачи имущества в аренду согласия «Россельхозбанка» не было получено, поскольку, со слов банка, у них не было специалистов, которые могли бы в текущей ситуации провести оценку. Письмо в банк направлялось за подписью Свидетель №1 о том, что он имеет намерение и коммерческий интерес взять в аренду залоговое имущество по цене 50 000 рублей в месяц. Он (Скороход) получил от банка на электронную почту список критериев, которым потенциальный арендатор должен соответствовать, он (Скороход) понял, что ООО «Лидер-Авто» данным критериям не соответствует и, скорее всего, согласовано не будет. Срок аренды с Свидетель №1 не оговаривался, поскольку непонятно было, продолжит ли он (Скороход) быть конкурсным управляющим. Как правило, управляющий назначается на шесть месяцев, соответственно, из практики, договоры заключаются на шесть месяцев.

Из оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО22 (протокол допроса – т. 6 л.д. 3-6) следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ она осуществляла трудовую деятельность на АО «Уралтрубмаш» в должности главного бухгалтера. В ее должностные обязанности входила сдача налоговой отчетности, контроль бухгалтерского учета, управление коллективом бухгалтерии и т.д.

В период, когда она приступила к исполнению своих служебных обязанностей, бухгалтерия находилась в «плачевном» состоянии, в базу 1С не были внесены остатки по основным средствам, отсутствовала информация по покупателям (62 счет), по поставщикам (60 счет), прочим дебиторам – кредиторам (76 счет), кроме того, не хватало большого объема информации для того, чтобы привести бухгалтерию в порядок. Также от различных сотрудников она слышала, что предприятие имеет плохое финансовое состояние, скорее всего, оно обанкротится.

Насколько она помнит, с июля 2018 года в отношении АО «Уралтрубмаш» была введена процедура наблюдения, временным управляющим был утвержден ФИО10. За период процедуры наблюдения в адрес ФИО10 были переведены денежные средства в качестве заработной платы за весь период в размере 130 000 рублей.

С октября 2018 года по указанию руководителя ФИО44, финансового директора ФИО23, она выполняла денежные перечисления (выплата заработной платы, иные перечисления).

ДД.ММ.ГГГГ на территории АО «Уралтрубмаш» была изъята бухгалтерская документация сотрудниками ОЭБиПК ОП «Ленинский» УМВД России по <адрес>.

В июле 2019 года на АО «Уралтрубмаш» началась процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим был утвержден ФИО7. В период его прихода он выдал работникам уведомления об увольнении, работники, в свою очередь, предоставили ему уведомления о задолженности по заработной плате. В этот же период времени она стала поддерживать общение со Скороходом, который предложил ей осуществлять трудовую деятельность в качестве главного бухгалтера по договору на выполнение работ с физическим лицом, в соответствии с которым она должна была начислять заработную плату, рассчитывать компенсации, осуществлять выдачу сотрудникам при увольнении справки 2-НДФЛ, готовить документы по дебиторской – кредиторской задолженности, сверять данные по счетам бухгалтерского учета, составлять годовой баланс. Указанный договор она готовила сама, передала Скороходу, но до настоящего времени он со своей стороны его не подписал, по крайней мере, у нее подписанного экземпляра нет. Денежных средств от ФИО7 за выполненные работы она не получала, хотя осуществляла предоставление бухгалтерских услуг.

Как им образом с момента конкурсного управления учитывается поступление денежных средств, она ответить не может, так как вела бухгалтерию до момента наступления конкурсного производства. Отношения к текущим платежам и поступлениям она не имеет. При поступлении денежных средств ФИО7, как руководитель, должен выписать приходно-кассовый ордер, который изготавливается в программе «1С Предприятие», корешок отдается покупателю (арендатору), основной документа подшивается к приложению «Касса» (БСЧ/50»), фактически все поступления денежных средств, а также их расходы отражаются в программе «1С Предприятие». По вопросу внесения наличных денежных средств Скороход к ней не обращался, кто может осуществлять у него функции бухгалтера, ей неизвестно.

Фактически за 2019 год налоговую отчетность готовила она, информация о каких-либо поступления в адрес предприятия от Скорохода ей не поступала. Она передавала отчетность Скороходу, он, в свою очередь, должен был отправить ее в налоговые органы. Она передала ему отчетность в апреле 2020 года. Кто еще может вести бухгалтерию, ей неизвестно, возможно, это может делать сам Скороход.

ФИО24 <данные изъяты> чьи показания (протокол допроса - т. 6 л.д. 34-37) были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в связи с неявкой, будучи допрошенным в ходе предварительного расследования пояснял, что являлся консультантом ООО ЧОО «Олимп», курировал его деятельность, в том числе и вопросы финансово-хозяйственной деятельности и действовал в интересах данной организации. Директором ООО ЧОО «Олимп» являлся ФИО2.

В соответствии с договором № О-1906-01 от ДД.ММ.ГГГГ «Олимп» представляет охранные услуги АО «Уралтрубмаш». Указанным договором предусмотрен расчет путем перечисления на расчетный счет ООО ЧОО «Олимп». Наличными деньгами расчет в «Олимпе» не ведется.

Ему известно о том, что АО «Уратрубмаш» находится в состоянии банкротства и конкурсным управляющим данной организации является ФИО7. Ему знаком Скороход лично, поскольку после того, как он был назначен конкурсным управляющим, он пришел в «Олимп», интересовался услугами охраны в интересах АО «Уралтрубмаш».

С момента заключения договора и по настоящее время, ФИО7 услуги охраны в соответствии с вышеуказанным договором не оплачивал, в связи с чем, образовалась дебиторская задолженность на сумму более 1 500 000 рублей. В августе-сентябре 2020 года от АО «Уралтрубмаш» поступило одно перечисление на расчетный счет, на незначительную сумму по основанию «оплата по договору № О-1906-01 от 01.06.2019».

В ноябре и декабре 2019 года, также как и в январе 2020 года ФИО7 услуг по указанному договору не оплачивал, не переводил никаких денег на счет ООО ЧОО «Олимп», а также не передавал ни ему (ФИО15) лично, ни иным работникам ООО ЧОО «Олимп» денежные средства. При этом, услуги охраны для АО «Уралтрубмаш» продолжали осуществляться примерно до ноября – декабря 2019 года.

Из сотрудников ООО ЧОО «Олимп» принять от ФИО7 денежные средства никто не мог, поскольку все расчеты в организации ведутся по расчетному счету.

В декабре 2019 года, также как и в иные месяцы 2019 и 2020 года ФИО7 ему наличных денег, не передавал. Соответственно, никаких расписок в получении денег он (ФИО15) ему не писал и не мог написать. Считает, что Скороход, давая такие показания, пытается «выкрутиться», т.е. избежать ответственности.

Из оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в связи с неявкой показаний ФИО25 (т. 4 л.д. 261-264) следует, что он является специалистом в области компьютерных технологий. В соответствии с имеющимися у меня специальными познаниями, может дать пояснения относительно создания в памяти изъятого в ходе обыска ДД.ММ.ГГГГ сервера текстового документа.

Ему известно о том, что ДД.ММ.ГГГГ в офисе, расположенном по адресу: Энтузиастов, 28 «а» в <адрес> произведен обыск, в ходе которого изъят сервер, имеющий серийный №В01476.

Указанный сервер является электронным устройством, предназначенным для хранения, накопления и обработки информации, в том числе и текстовых файлов. Кроме того, указанный сервер обеспечивает возможность дистанционного доступа к своей памяти иным устройствам посредством использования сети «wi-fi». При изъятии этого сервера было установлено, что доступ к его памяти имеет как минимум одно устройство.

В ходе осмотра этого сервера установлено, что вход в его память осуществляется при введении пароля, который ему неизвестен. Вместе с тем, данное обстоятельство не является препятствием для осмотра, поскольку имеется техническая возможность снять с сервера имеющего серийный номер <данные изъяты> – жестокий диск, произвести его подключение к другому устройству и обозреть память. Эти действия произведены в ходе осмотра.

Неизменяемой функцией программного обеспечения сервера является фиксация манипуляций с информацией на данном устройстве. Т.е. при создании, изменении и удалении документов, в частности, текстовых файлов, программа самостоятельно, без участия пользователя фиксирует дату и время таких манипуляций.

При присвоении даты и времени программа ориентируется на программные настройки даты и времени, «вшитые» в программное обеспечение, т.е. присваивает дату и время любой манипуляции с информацией в соответствии с этими настройками.

В ходе осмотра установлено, что в памяти жесткого диска, установленного на сервере, имеющем серийный номер <данные изъяты>, в папке, поименованной «отчеты» имеется тестовый файл формата «word» под названием: «отчет о деятельности конкурсного управляющего – в прокуратуру». В файле содержится документ на 22 л., включающий в себя таблицы и поименованный «отчет о деятельности конкурсного управляющего АО «Уралтрубмаш» от ДД.ММ.ГГГГ.

Путем просмотра сведений о данном файле во вкладке «Свойства» установлено, что файл был создан на осматриваемом устройстве ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>. В тот же день, ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты>

При расширенном просмотре свойств данного файла с целью установления пользователя его создавшего просмотрена вкладка «свойства» с расширенным доступом информации о создании, изменении файла.

Так, в ходе осмотра установлено, что данный файл создан ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 13 минут пользователем «ФИО9». При таком осмотре невозможно установить, на каком устройстве был создан файл ДД.ММ.ГГГГ. Далее, ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> файл изменен.

Эти сведения в совокупности означают следующее. Лицо, имеющее доступ к серверу под именем пользователя «ФИО9», ДД.ММ.ГГГГ создало на каком-либо устройстве, в том числе, возможно и на данном сервере, некий текстовый файл. Файл, созданный ДД.ММ.ГГГГ, послужил основой для создания файла ДД.ММ.ГГГГ, с внесенными изменениями.

ДД.ММ.ГГГГ, вероятно, при помощи функции «сохранить как» файл с изменениями был сохранен в памяти сервера под вышеуказанным именем «отчет о деятельности конкурсного управляющего – в прокуратуру». Соответственно, файл под именем «отчет о деятельности конкурсного управляющего – в прокуратуру» был создан ДД.ММ.ГГГГ на основании шаблона (основы), созданной ДД.ММ.ГГГГ. Все изменения, которые были внесены в шаблон, созданный ДД.ММ.ГГГГ, в настоящее время сохранены под именем «отчет о деятельности конкурсного управляющего – в прокуратуру».

О сохранении ДД.ММ.ГГГГ файла, созданного на основании шаблона, созданного ДД.ММ.ГГГГ под именем «отчет о деятельности конкурсного управляющего – в прокуратуру» свидетельствует наличие в свойствах измененного файла под именем «отчет о деятельности конкурсного управляющего – в прокуратуру» даты его создания – ДД.ММ.ГГГГ.

В данном случае, дата изменения и дата создания обозначают одно и то же, т.е. говорят об одних и тех же манипуляциях: внесении изменений в шаблон от ДД.ММ.ГГГГ и сохранении изменений под именем «отчет о деятельности конкурсного управляющего – в прокуратуру».

Далее, при снятии пароля с сервера было установлено, что системная дата и время, «вшитые» в «bios», т.е. настройка даты и времени, на которые ориентируется устройство при обозначении времени и даты создания файла, соответствуют реальному времени и дате.

Соответственно, дата создания файла ДД.ММ.ГГГГ, применительно к файлу «отчет о деятельности конкурсного управляющего – в прокуратуру», является действительной, файл действительно был создан в эту дату.

Эти же пояснения применимы и к файлу под названием «отчет об использовании денежных средств должника - в прокуратуру». Т.е. указанный файл был также создан ДД.ММ.ГГГГ.

Свидетель ФИО2, чьи показания (протокол допроса – т. 6 л.д. 38-41) были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ в связи с неявкой, будучи допрошенным в ходе предварительного расследования, пояснял, что явлется директором ООО ЧОО «Олимп», осуществляет общее руководство и организацию деятельности данной организации.

ДД.ММ.ГГГГ между ООО ЧОО «Олимп» в моем лице и АО «Уралтрубмаш» в лице его директора ФИО26 заключен договор № О-1906-01 от ДД.ММ.ГГГГ на оказание охранных услуг. В соответствии с указанным договором оплата услуг осуществляется АО «Уралтрубмаш» на расчетный счет ООО ЧОО «Олимп». Наличными деньгами расчет в «Олимпе» не ведется.

Ему известно о том, что АО «Уратрубмаш» находится в состоянии банкротства и конкурсным управляющим данной организации является ФИО7. Ему знаком ФИО7 лично, поскольку они с ним обсуждали вопросы охраны АО «Уралтрубмаш» по указному договору.

Услуги по указанному договору ФИО1 не оплачивал, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ составлено соглашение о расторжении указанного договора, подписанное ФИО1 от лица «Уралтрубмаш». В соглашении о расторжении договора ФИО7 признал задолженность перед ООО ЧОО «Олимп» в сумме 1 739 400 рублей, что свидетельствует о том, что ФИО7 не оплачивал услуги ООО ЧОО «Олимп» и знает об этом.

ДД.ММ.ГГГГ указанная задолженность была в части погашена путем перечисления на расчетный счет ООО ЧОО «Олимп» денег в сумме <данные изъяты>. Иных денежных средств от Скорохода за оплату охранных услуг по договору № О-1906-01 от ДД.ММ.ГГГГ не поступало.

Ему лично ФИО1 не передавал никаких наличных денежных средств в оплату услуг ООО ЧОО «Олимп» по договору № О-1906-01 от ДД.ММ.ГГГГ. Скороход не мог ни с кем вести переговоры насчет охраны и оплаты за нее, кроме него (ФИО2) и ФИО27. В 2019 году охрану АО «Уралтрубмаш» осуществляло только ООО ЧОО «Олимп».

Из оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО5 (протокол допроса – т. 6 л.д. 189-192) следует, что в 2019 году, по просьбе конкурсного управляющего ФИО7 он выполнял для АО «Уралтрубмаш» по договору подряда от ДД.ММ.ГГГГ работы по сливу, продуву и откачиванию воды. Работы по данному договору были завершены ДД.ММ.ГГГГ. Стоимость выполнены работ составила 7 200 рублей, которые он получил ДД.ММ.ГГГГ от Скорохода лично, наличными. Более в 2019 году он никаких договоров с ФИО7 не заключал и никаких работ для него не выполнял и денег от него не получал.

Кроме того, весной 2020 года он также выполнил ряд работ по договорам подряда с ФИО7, в частности: восстановление освещения в ряде подразделений, ликвидировали последствия прорыва водопровода в производственных помещениях АО «Уралтрубмаш». Эти его услуги также были оплачены наличными Скороходом, но в какой сумме, он уже не помнит. Вероятно, эти договоры сохранились у ФИО7.

Он является кредитором АО «Уралтрубмаш» в связи с невыплатой заработной платы, состоит в очереди кредиторов. Задолженность перед ним в настоящее время составляет около <данные изъяты> рублей.

В декабре 2019 года, в ходе расследования уголовного дела по факту невыплаты заработной платы работникам АО «Уралтрубмаш» при участии сотрудников следственного комитета, бенефициаром АО «Уралтрубмаш» ФИО16 ему была возмещена часть задолженности на сумму 70 000 рублей. До этого и после этого задолженность по заработной плате перед ним не погашалась. По инициативе конкурсного управляющего ФИО7 ему никакие деньги в счет заработной платы не выплачивались. Скороход невыплаты заработной платы ему лично объясняет отсутствием денег на предприятии, и сообщает, что задолженность по заработной плате будет погашена, когда имущество АО «Уралтрубмаш» будет реализовано.

Ему достоверно ничего не известно о том, что ФИО7 сдавал в аренду имущество АО «Уралтрубмаш». Вместе с тем, в период конкурсного производства он от ФИО7 денег по задолженности по заработной плате не получал.

ФИО28 <данные изъяты>, чьи показания (протокол допроса – т. 6 л.д. 204-206) были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, будучи допрошенным в ходе предварительного расследования, пояснял, что с ДД.ММ.ГГГГ по февраль 2019 он и его знакомый ФИО3 выполняли на основании договоров подряда работы по обслуживанию электрооборудования на предприятии АО «УралТрубМаш». Далее, в период банкротства предприятия, им перестали выплачивать деньги за выполненные ими работы, соответственно, выполнять какие – либо работы на данном предприятии они перестали.

<данные изъяты> году конкурсный управляющий ФИО7 привлек его и ФИО29 по договору подряда к выполнению таких же работ, т.е. работ по обслуживанию электрооборудования, которые состояли в ремонте высоковольтных ячеек, ремонте крана. Это была не постоянная работа, а одноразовая. Такие работы они с ФИО56 выполняли один или два раза.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 рассчитался с ним за выполнение подрядных работ, передав ему наличные деньги в сумме 2500 рублей, которые он потратил на личные нужды. Вероятно, это был последний раз, когда он выполнял какие-либо подрядные работы по договору подряда с ФИО1, поскольку он не помнит, чтобы выполнял работы позже ДД.ММ.ГГГГ.

Аналогичные по существу показания дал и свидетель ФИО29, чьи показания (т. 6 л.д. 207-209) были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в связи с неявкой.

Из оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО30 (протокол допроса – т. 6 л.д. 210-212) следует, что до 2016 года он работал на АО «УралТрубМаш», выполнял сантехничекие работы, поскольку является сантехником.

В ноябре 2019 года конкурсный управляющий АО «УралТрубМаш» ФИО7 привлек его по договору подряда к выполнению таких же работ. Договор подряда был заключен между ним и Скороходом ДД.ММ.ГГГГ. Работы он выполнял несколько дней (сливал воду из ФИО11), по окончании работ ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт приемки-сдачи выполненных работ. Скороход с ним рассчитался в этот же день, передав ему наличными 7200 рублей, которые он потратил по своему усмотрению. Откуда ФИО7 взял эти деньги, ему неизвестно. После ДД.ММ.ГГГГ он никаких работ для ФИО7 не выполнял и денег от него не получал.

Аналогичные по существу показания дали и свидетели ФИО31, ФИО32, чьи показания были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ (протоколы допроса – т. 6 л.д. 213-216, 217-220).

ФИО33, допрошенная в судебном заседании в качестве специалиста, пояснила, что готовила правовое заключение в период работы в Управлении Росреестра по <адрес>. Какие именно отчеты предоставлялись Скороходом, не помнит, как не помнит и название организации. Помнит, что к ней поступили отчеты о ходе конкурсного производства и отчеты об использовании денежных средств.

Были выявлены несоответствия в поступлении денежных средств, не хватало документов, чтобы выяснить, куда они были израсходованы. Невозможно было идентифицировать, на что были потрачены деньги, так как не было части документов. Также было нарушение норм отчетности по погашению заработной платы, поскольку много сотрудников было уволено, а выплачена заработная плата не всем.

Более подробно пояснить не может, так как прошло много времени, запомнилось только то, что не хватало документов для того, чтобы определить движение денежных средств.

В судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания ФИО33, данные ею в ходе предварительного расследования (т. 4 л.д. 150-155), из которых следует, что ей предъявлены для обозрения отчеты арбитражного управляющего ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Ей известно, что отчеты от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ представлены ФИО7 в комитет кредиторов и в Арбитражный суд <адрес>, а отчет от ДД.ММ.ГГГГ не предоставлен не в комитет кредиторов, ни в суд.При желании конкурсный управляющий может составлять отчеты по мере необходимости, запретов на это нет. Но непредоставление в комитет кредиторов и в суд отчета свидетельствует о том, что кредиторы лишены возможности оценить деятельность конкурсного управляющего ФИО7, источник и размер дохода банкротной организации, а самое главное – расходы конкурсного управляющего, что нарушает их права.

Так, сравнительным анализом указанных отчетов установлено следующее.

Из отчета от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО7 привлечен ФИО34., действующий по договору возмездного оказания юридических услуг. Источником оплаты услуг ФИО34 указана конкурсная масса. Из того же отчета следует, что поступлений денежных средств на счета, в кассу предприятия до ДД.ММ.ГГГГ не было, а в конкурсную массу имущество, представляющее какую-либо ценность включено не было, а услуги ФИО34 не оплачены. В данном отчете ФИО7 не указывает о том, что им были понесены какие-либо расходы в ходе конкурсного производства, и, соответственно, не включает себя ни в одну очередей кредиторов, чьи требования по оплате подлежали бы удовлетворению. Т.е. в данном отчете Скороход фактически указывает, что он не понес за период до ДД.ММ.ГГГГ никаких расходов, в том числе и личных, возмещения которых он мог бы требовать за счет должника.

Из отчета от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО7 привлечен ФИО34, действующий по договору возмездного оказания юридических услуг. Источником оплаты услуг ФИО17 указана конкурсная масса. Из того же отчета следует, что поступлений денежных средств на счета, в кассу предприятия до ДД.ММ.ГГГГ не было, в конкурсную массу имущество, представляющее какую-либо ценность включено не было, а услуги ФИО34 не оплачены. По этой причине (неоплата услуг) ФИО7 включает ФИО34 в третью очередь кредиторов (требования об отплате деятельности лиц, привлеченных арбитражных управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе о взыскании задолженности по оплате деятельности этих лиц, за исключением указанных в абзаце втором п. 2 ст. 134 Федерального закона о банкротстве). Это означает, что ФИО34 не оплачены его текущие услуги, и он имеет право требовать их оплаты после удовлетворения требований кредиторов 1 и 2 очереди. В ту же очередь Скороход включает себя, как лицо, имеющее право требовать возмещения понесенных расходов в ходе конкурсного производства за оплату подрядных работ по договорам подряда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 83 600 рублей.

Т.е. фактически данным отчетом ФИО7 утверждает, что он в период до ДД.ММ.ГГГГ понес лично расходы на сумму 83 600 рублей, путем оплаты деятельности лиц, привлеченных арбитражных управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе о взыскании задолженности по оплате деятельности этих лиц, за исключением указанных в абзаце втором п. 2 ст. 134 Федерального закона о банкротстве и имеет право требовать их возмещения в третью очередь, после удовлетворения требований кредиторов 1 и 2 очереди. Считает, что расходы на оплату договора подряда правомерно включены ФИО7 в 3 очередь, хотя в соответствии со ст. 134 ФЗ «О банкротстве» они могли были быть включены и в 4 очередь, как расходы на эксплуатационные платежи, коммунальные платежи и иные аналогичные платежи. Вместе с тем, как следует из этого же отчета, ФИО7 понес расходы на оплату договоров подряда от ДД.ММ.ГГГГ. Эти расходы относятся к первому отчетному периоду и должны быть отражены в отчете от ДД.ММ.ГГГГ, чего Скороход не сделал по неизвестным ей причинам, и тем самым лишил кредиторов и суд возможности оценить, куда расходуются денежные средства предприятия.

Из отчета от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он составлен через три дня после отчета от ДД.ММ.ГГГГ. Отчет от ДД.ММ.ГГГГ не представлен на комитет кредиторов и в суд. Ей известно, что этот отчет представлен только в правоохранительные органы.

Из этого отчета следует, что ФИО7 привлечен ФИО34, действующий по договору возмездного оказания юридических услуг. Источником оплаты услуг ФИО34 указана конкурсная масса. ФИО17 включен в 3 текущую очередь кредиторов и, как следует из отчета, денег в оплату своих услуг не получил.

Кроме того, из данного отчета следует, что ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ получил как конкурсный управляющий доход в размере 100 000 рублей в качестве оплаты за фактическое пользование имуществом от ООО «Лидер-Авто». Далее, как следует из отчета, Скороход, как кредитор первой очереди, получил возмещение понесенных им в ходе конкурсного производства расходов на общую сумму 140 535 рублей 90 копеек, т.е. фактически получил из кассы предприятия либо его конкурсной массы деньги в сумме 140 535 рублей 90 копеек. При этом, в качестве обоснования понесенных им расходов, ФИО7, в числе прочего, указывает оплату договоров подряда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 83 600 рублей. Эти требования ФИО7 в отчете от ДД.ММ.ГГГГ указывал в третьей очереди требований кредиторов.

Сведения, которые указывает Скороход в отчете от ДД.ММ.ГГГГ свидетельствуют о том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в кассу либо на счет предприятия поступили деньги в размере не менее 100 000 рублей. Не менее, поскольку он возмещает себе расходы на сумму 140 535 рублей 90 копеек, а в кассу предприятия поступили только 100 000 рублей. В отчете не указано, откуда Скороход получил деньги в сумме 40 535 рублей 90 копеек, которыми возместил понесенные им расходы.

Указанное ФИО7 обоснование понесенных им расходов в виде договоров подряда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 83 600 рублей не подлежит включению в первую очередь требований и не должно возмещаться в первую очередь. В соответствии со ст. 134 ФЗ «О банкротстве» данные требования возмещаются в третью очередь или в четвертую.

Из отчета от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО7 не организовал ФИО34, включенному им в третью очередь кредиторов, никаких выплаты. Соответственно, ФИО34 никаких денег в ходе конкурсного производства не получал. Задолженность перед ФИО17 на ДД.ММ.ГГГГ составляет 330 000 рублей.

Из представленных ФИО7 отчетов следует, что ФИО4 не оказывает ему никаких услуг в связи с деятельностью АО «УралТрубМаш», т.к. она не включена в отчеты как привлеченный арбитражным управляющим специалист. Также Скороход не предоставляет в суд или куда-либо еще каких-либо сведений о том, что ФИО4 оказывает ему какие-либо услуги. Т.е., она не имеет право на получение каких-либо денег предприятия – должника.

Таким образом, ФИО7 фактически включает свои требования по возмещению расходов в первую очередь требований для того, чтобы придать видимость правомерности своим действиям по возмещению себе понесенных им расходов на сумму не менее <данные изъяты>. Остальные расходы он имеет право возмещать себе в первую очередь. Скороход не должен был возмещать себе понесенные им расходы на указанную сумму, это противоречит ФЗ «О банкротстве», целям и принципам деятельности конкурсного управляющего. Возместив себе эти расходы, ФИО7 нарушил права кредиторов 2 очереди и третьей. Очередниками второй очереди являются работники предприятия, имеющие задолженность по выплатам заработной платы. Т.е., совершая выплаты себе в первую очередь, под очевидно незаконным предлогом, Скороход нарушает в первую очередь их права, также право ФИО34 на получение вознаграждения.

Из проанализированных отчетов следует, что ФИО7 незаконно возмещает якобы понесенные им в ходе конкурсного производства расходы. Обоснования понесенных им расходов ФИО7 в полном объеме не предоставляет. Из представленных им документов, Скороходом в полном объеме подтверждены расходы только на сумму <данные изъяты>.

Включая в отчеты противоречивые сведения, ФИО7 укрывает от кредиторов и суда поступления денежных средств в конкурсную массу организации и свои фактические расходы, что дает ему возможность бесконтрольно распоряжаться денежными средствами, полученными им в ходе конкурсного производства.

Очевидным примером противоправных действий ФИО7 является то, что он указал в отчете от ДД.ММ.ГГГГ сумму в размере <данные изъяты> копеек, как возмещенную себе лично, в качестве возмещения понесенных им расходов, на что не имел права. При этом, учитывая, что в отчете от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 включил себя в третью очередь кредиторов, а в отчете от ДД.ММ.ГГГГ в первую, свидетельствует о том, что ему было необходимо легализовать получение им лично денежных средств в размере <данные изъяты> копеек. В совокупности с имеющимися сведениями о том, что ФИО1 данный отчет предоставил только в правоохранительные органы, но не предоставил в суд и в комитет кредиторов, можно сделать вывод о том, что сведения, указанные Скороходом в данном отчете внесены с целью введения в заблуждение сотрудников правоохранительных органов. Наличие этих сведений в последующих отчетах не опровергает данный вывод, поскольку, обозначив получение им денег, ФИО7 и далее вынужден указывать данные сведения. Включать себя в очередники 3 и 4 по выплатам с теми же основаниями Скороход не может, поскольку он уже получил эти деньги.

Для того, чтобы иметь право возместить себе такие расходы, как Скороход указывает в проанализированных отчетах, он должен был:

1.Обосновать документально свои расходы в том объеме, в котором требует их возмещения;

2.Включить свои требования в 3 или 4 очередь кредиторов (в случае расходов на оплату по договорам подряда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ);

3. Ждать очередности и не возмещать себе понесенные расходы в обход очередников 2 либо 3 очереди.

После оглашения показаний ФИО33 их подтвердила, указав, что детально все не помнит, поскольку прошло много времени. Нарушения, допущенные Скороходом, можно условно разбить на группы: нарушение форм составления отчетов, нарушения погашения текущих обязательств должника. В каждой из этих групп несколько нарушений. Отчет о ходе конкурсного производства и отчет об использовании денежных средств должны друг из друга вытекать, и указанные в них цифры должны совпадать. Документы, которые обосновываются об использовании денежных средств, должны быть приложены конкурсным управляющим, однако, их представлено не было.

Непредоставление отчетов свидетельствует о нарушении прав кредиторов, в том числе, работников. Представитель работников может ознакомиться в суде с документами, в том числе, с отчетом конкурсного управляющего, участвовать в суде.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО35 пояснил, что работает оценщиком ООО «Центр Судебной Экспертизы». С ФИО7 он познакомился в конце 2019 года через ФИО6, который ранее обращался за оценкой. У Скорохода была заявка на оценку рыночной стоимости арендной платы завода «Уралтрубмаш». Что был за имущественный комплекс не помнит, но там были земельные участки, движимое и недвижимое имущество. Какие документы предоставлялись на оценку, он не помнит. Для чего требовалась оценка, не знает, наверное, хотели сдавать завод аренду, стоимость оценки составила 475 000 рублей.

Был заключен договор, оценка произведена, оплата проведена не сразу, оплата была частями. Кому сдавался имущественный комплекс в аренду, он не знает, как в дальнейшем были использованы результаты оценки, ему также неизвестно.

Скороход за оценкой обращался два раза, первый раз – в конце 2019 года, была проведена оценка арендной платы имущества, которое находилось где-то на «Меридиане», на территории какого-то завода. За первую оценку оплата произведена полностью, за вторую – оплаты еще не было.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ в связи с наличием существенных противоречий были оглашены показания ФИО35, данные им в ходе предварительного расследования (протокол допроса – т. 6 л.д. 63-66), из которых следует, что он является директором ООО «Центр судебной экспертизы» с апреля 2019 года. Указанная организация производит оценку объектов по всем направлениям: движимого и недвижимого имущества, бизнеса. В числе прочего, оценка стоимости права аренды.

Летом 2019 года к нему обратился ФИО6 с частной просьбой об оценке собственного имущества. В ходе знакомства выяснилось, что ФИО6 - арбитражный управляющий. ФИО6 предложил ООО «Центр судебной экспертизы» пройти аккредитацию в СРО «Дело», что он (ФИО19) и сделал. Аккредитация в СРО «Дело» для ООО «Центр судебной экспертизы» означает, что арбитражные управляющие, состоящие в данном СРО, имеют право обращаться для оценки только в аккредитованную организацию.

Осенью 2019 года ФИО6 познакомил его со своим приятелем ФИО7, который также является арбитражным управляющим. ФИО7 тогда же, осенью 2019 года попросил его оценить стоимость права аренды производственного комплекса АО «Уралтрубмаш», включающего земельный участок, производственное помещение, оборудование. При этом, Скороход предоставил отчет оценщика, к которому прилагалась часть документов на оцениваемые объекты. Он (ФИО19) произвел предварительные расчеты стоимости аренды, которые направил ФИО7 в электронном виде. Потом, Скороход сообщил ему, что клиент, который хотел взять в аренду производственный комплекс, отказался от оценки, отчет и результаты оценки не понадобились. В связи с этими взаимоотношениями они со Скороходом не заключали никаких договоров, не подписывали никаких документов и не составляли никаких отчетов и заключений. Результаты оценки производственного комплекса АО «Уралтрубмаш» сохранились у него (ФИО19) в электронном виде.

Далее, весной 2020 года он от имени ООО «Центр судебной экспертизы» и ФИО7 от имени АО «Уралтрубмаш» заключили два договора, в соответствии с которыми ООО «Центр судебной экспертизы» произвело оценку рыночной стоимости оборудования, недвижимости, производственных помещений, транспортных средств. По результатам оценки, в соответствии с заключенными двумя договорами составлены четыре отчета, которые направлены ФИО7 в электронном виде, а также размещены на федеральном ресурсе «Единый федеральный ресурс сведений о банкротстве».

Работу по этим договорам ФИО7 не оплатил, стоимость работы составила <данные изъяты> рублей.

При оценке права аренды производственного комплекса применяются три подхода:

- сравнительный подход, при котором производится сравнение предложений по аренде, имеющихся на рынке, применяются определенные коэффициенты, рассчитывается стоимость.

- затратный, при котором за основу принимается стоимость затрат, необходимых на воспроизведение производственного комплекса в полном объеме, применяются определенные коэффициенты, рассчитывается результат. Этот метод для оценки аренды применяется редко.

- доходный – по применению этот метод аналогичен сравнительному, применяется при расчетах рыночная стоимость арендной платы.

При оценке права аренды производственного комплекса учитывается размер и назначение помещения, назначение и стоимость установленного в нем оборудования, период аренды и т.д. Зависимость стоимости аренды от размера помещения и объема оборудования имеется прямая, т.е. чем выше объемы, тем выше стоимости. Но при оценке учитывается также стоимость удельной единицы, которая у объектов меньшей площади будет выше, чем у объектов большей площади. Это связано с тем, что большие производственные помещения интересуют ограниченный круг арендаторов и имеют меньшую ликвидность.

После оглашения показаний ФИО35 их подтвердил в полном объеме, указал, что сейчас нестыковки возможным, поскольку прошел значительный период времени, раньше он обстоятельства помнил лучше.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО36 пояснил, что ранее работал в АО «Россельхозбанк» в должности главного эксперта по работе с проблемными активами. В его обязанности входило сопровождение проблемных активов, поиск решений, отвечающих интересам банка.

Он точно не помнит, был договор залога, по условиям которого в залог передавался весь завод вместе с оборудованием. В конце 2019 года он выезжал на завод, туда ставили охранную организацию. Когда они приехали на завод, имуществом никто не пользовался.

Скороход к нему по поводу заключения договора аренды не обращался, по обстоятельствам заключения договора аренды ему неизвестно, знакомился с данным договором у следователя. Со Скороходом он встречался только в рамках дела о банкротстве либо на заседаниях комитета кредиторов.

Имущество предприятия, обремененное залогом, в силу Закона о банкротстве, может передаваться в аренду только с согласия банка. Для получения такого согласия необходимо обращение к залоговому кредитору. Сам договор аренды должен быть согласован залоговым кредитором, то есть, к такому обращению проект договора должен быть составлен, с указанием перечня имущества, срока договора, арендной платой. Все эти действия должны быть произведены до заключения договора. Банк может согласовать такой договор в формате официального письма за подписью заместителя директора филиала. Отказ в согласовании оформляется аналогичным способом, в любом случае все происходит в письменном виде.

Все залоговое оборудование находилось на территории комплекса завода. Подписание арбитражным управляющим договора аренды с третьими лицами, у которых залоговое имущество уже находится неправомерно, даже с точки зрения его сохранности, поскольку распоряжение залоговым имуществом возможно только с согласия залогового кредитора.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, в связи с наличием существенных противоречий, были оглашены показания свидетеля ФИО36, данные им в ходе предварительного расследования.

Будучи допрошенным в качестве свидетеля ДД.ММ.ГГГГ (т. 6 л.д. 8-11), ФИО36 пояснял, что работает в Челябинском региональном филиале АО «Россельхозбанк», на должности главного эксперта отдела по работе с проблемными активами.

В его должностные обязанности сопровождение проблемных активов на стадии взыскания задолженности в рамках исполнительного производства и процедуры банкротства.

ДД.ММ.ГГГГ между АО «Россельхозбанк» и АО «Уралтрубмаш» заключен договор залога оборудования в целях обеспечения обязательств по кредитным договором АО «Уралтрубмаш». Вместе с тем, часть залогового оборудования находится на территории АО «ФИО8», которое располагается по адресу: <адрес>. Данным проблемным активом он начал заниматься в апреле 2019 года, неоднократно приезжал на территорию АО «Уралтрубмаш» и АО «ФИО8» для осмотра залогового имущества и может пояснить, что факт использования имущества не был подтвержден.

ДД.ММ.ГГГГ на комитете кредиторов АО «Уралтрубмаш», в который он входит как представитель банка на основании решения первого собрания кредиторов АО «Уралтрубмаш» от ДД.ММ.ГГГГ конкурсный управляющий АО «Уралтрубмаш» ФИО1 передал ему письменное обращение ООО «Лидер-Авто» об аренде залогового имущества АО «Уралтрубмаш» находящегося в корпусе АО «ФИО8».

Данное обращение им было принято в работу, согласования условий аренды залогового имущества на сегодняшний день не принято, в связи с тем, что банку необходимы дополнительные документы.

О том, что фактически ООО «Лидер-Авто» уже использует часть оборудования, находящегося на территории АО «ФИО8», принадлежащего АО «Уралтрубмаш» ему неизвестно, банк разрешения на использование залогового оборудования не давал.

Договор аренды имущества №, датированный ДД.ММ.ГГГГ между АО «Уралтрубмаш» и ООО «Лидер-Авто» (арендная плата 50 000 рублей в месяц), ему незнаком, в АО «Россельхозбанк» данный договор не поступал. Ознакомившись с перечнем, пояснил, что сложно определить, какое именно имущество находится в залоге, так как не указаны инвентарные номера, но чисто визуально по совпадению названий, залоговым имуществом может являться указанная под № «производственный корпус пролет №» - линия контактного обжига, хотя у них указана как установка контактного отжига, а также трубосварочный стан инв. №, так как совпадают инв. номера.

Конкурсный управляющий АО «Уралтрубмаш» ФИО7 передавать указанное залоговое имущество в аренду ООО «Лидер-Авто» без согласования с банком не имел права, поскольку порядок и условия хранения залогового имущества определяются залоговым кредитором, то есть банком.

В письменном обращении ООО «Лидер-Авто» об аренде залогового имущества АО «Уралтрубмаш» находящимся в корпусе АО «ФИО8» сумма арендной платы указана 50 000 рублей.

После оглашения показаний ФИО36 их подтвердил в полном объеме, указал, что проходил комитет кредиторов, где передавалось обращение ООО «Лидер-Авто», потом был предоставлен список документов для согласования. Фактов использования оборудования установлено не было.

В момент допроса свидетелю предъявлялись два договора – один с арендной платой на 50 000 рублей, второй – на 100 000 рублей. Содержание договора он вспомнить не может, также как и не может вспомнить, были ли данные договоры подписаны. Все вопросы использования залогового имущества должны решаться с банком, сначала должна пройти процедура согласования, потом – заключение договора.

Свидетель ФИО6, допрошенный в судебном заседании, пояснил, что ФИО7 знает с 2016 года, они вместе арендовали один офис, по адресу: <адрес>. Свидетель №1 ему также знаком, он был бывшим работником АО «Уралтрубмаш», часто появлялся у них в офисе по делу этой организации. Насколько ему известно, у Свидетель №1 был интерес в аренде оборудования АО «Уралтрубмаш», там были какие-то проблемы с залогом, что именно, точно не знает, поскольку особо в эти вопросы не вникал. Помнит, что между Скороходом и Свидетель №1 шли обсуждения размера арендной платы: обсуждалась сумма 200 000 рублей, потом 100 000 рублей, уменьшали до 50 000 рублей. Причиталась ли лично Скороходу какая-то сумма за аренду, ему неизвестно, но денежные средства передавались ему (Скороходу) лично в руки в офисе.

Намерение арендовать залоговое имущество у Свидетель №1 было, но, насколько он помнит, Свидетель №1 не мог определиться с имуществом, поскольку имел место простой оборудования, оно длительное время не использовалось, был вопрос в его состоянии. Вопрос был у Скорохода в поступлении денежных средств, поскольку при банкротстве имеется определенная очередность распределения поступающих денежных средств. При этом, Скороходу также было необходимо обеспечивать сохранность имущества, что также шло вразрез с очередностью списания. Сколько составлялось договоров, он точно не знает, но обсуждался вопрос того, чтобы указывать разную номенклатуру в договорах, поскольку неизвестно было, какое имущество Свидетель №1 возьмет в аренду. Интерес в аренде у Свидетель №1 был, но непонятно, пригодно ли было оборудование для использования.

При передаче денежных средств он (ФИО6) не присутствовал, денежные средства не видел. Ему известно, что Скороходом и Свидетель №1 обсуждалось ежемесячное внесение арендной платы. Заключен ли был в итоге договор аренды на обремененное залогом имущество, ему неизвестно. Ему также известно, что ФИО1 предпринимал попытки согласования с банком вопроса аренды залогового имущества, поскольку он (ФИО1) консультировался у него (ФИО6) по этому поводу. Какие в итоге действия предпринял ФИО1, он не знает.

Свидетель №1 и Скороход встречались около 5-6 раз, он (ФИО6) присутствовал не при всех встречах. Свидетель №1 не было достоверно известно, какое именно оборудование находится в рабочем состоянии, поскольку оно долго не использовалось.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля ФИО6, данные им в ходе предварительного расследования.

Будучи допрошенным в качестве свидетеля ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 69-73), ФИО6 пояснял, что примерно с конца 2016 года познакомился со ФИО7, который на тот момент также являлся арбитражным управляющим в той же саморегулируемой организации, что и он (ФИО6). В целях экономии они начали совместно арендовать офис, который с апреля 2018 года располагался по адресу: <адрес>, оф. 200.

С Свидетель №1 он познакомился примерно в июле-августе 2019 года, когда тот впервые прибыл в офис к ФИО1. Свидетель №1 являлся представителем какого-то кредитора, возможно, ООО «Шатлас», точно не помнит. У него сложилось мнение, что Свидетель №1 был в курсе дел должника (АО «Уралтрубмаш»), возможно, был бывшим работником общества, и давал информацию о бывших работниках общества, имуществе, аффилированных лицах и т.д.

Периодически он (ФИО6) также общался с Свидетель №1, в том числе, Свидетель №1 консультировался у него по вопросам правильности направления запросов в банк, являющийся держателем залогового имущества, которое тот намеревался арендовать. Имущество на тот момент принадлежало АО «Уралтрубмаш», при этом, было смонтировано на территории, прилегающей к зданию АО «Уралтрубмаш», принадлежащей организации «ФИО8» - иного юридического лица. По данным вопросам он (ФИО6) предложил направить коммерческое предложение в АО «Россельхозбанк» о рассмотрении возможности аренды заложенного в банке оборудования либо оплаты аренды за помещение, которое занимает это имущество, либо оплаты за обеспечение его сохранности. Было ли направлено данное предложение в банк, ему неизвестно.

Далее Скороход и он (ФИО6) обсуждали по инициативе Скорохода наличие обязательного согласия залогового кредитора на сдачу в аренду имущества в указанных ситуациях. В ходе диалога он (ФИО6) пришел к мнению, что в случае затягивания банком решения о принятии мер по сохранности имущества, в том числе, путем сдачи его в аренду, возможно обратиться в суд с заявлением о разрешении разногласий, возникших между арбитражным управляющим и залоговым кредитором. Ему также неизвестно, обращался ли Скороход с таким заявлением в суд.

ДД.ММ.ГГГГ он (ФИО6) вернулся в офис около 14 час. 30 мин. На тот момент в нем находились все занимающие помещение лица, включая ФИО7. Позже в офис прибыл Свидетель №1, во сколько именно, точно сказать не может.

Свидетель №1 прошел в офис и встал возле рабочего места ФИО7. С какой целью Свидетель №1 прибыл в офис и о чем разговаривал со Скороходом, ему неизвестно, так как в помещении было достаточно шумно, чтобы расслышать беседу других людей не прислушиваясь. По истечении минут десяти Свидетель №1 и Скороход прошли во вторую комнату. Что они там делали, ему неизвестно, поскольку визуально они не наблюдались, переговоров он не слышал. Затем Свидетель №1 вышел из комнаты, попрощался со всеми находящимися в офисе и покинул офис. Через минуту ФИО1 вернулся на свое рабочее место. Примерно через полчаса в офис пришли сотрудники полиции.

ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №1 также появлялся в офисе, был одет в красную куртку. Он (ФИО6) не видел никаких передач денег от Свидетель №1 Скороходу. Передавал ли ему (ФИО6) Скороход ДД.ММ.ГГГГ после ухода Свидетель №1 какие-либо наличные денежные средства, он не помнит. Скороход часто ему должен за аренду офиса, расходы на его содержание (вода, интернет, программное обеспечение). Как у него появляются деньги, он возвращает долги. Договор на аренду офиса заключен с организацией, учредителем и руководителем которой является ФИО55.

Конкурсный управляющий не имеет права распоряжаться имуществом должника в ущерб интересов кредиторов.

В ходе допроса ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 74-78) ФИО6 дал по существу аналогичные показания, дополнительно пояснив, что в период с октября 2019 года по январь 2020 года Свидетель №1 в их офисе появлялся около 3-4 раз, по крайней мере, в его присутствии. Насколько он помнит, Свидетель №1 приезжал в ноябре 2019 года, в январе 2020 года, приезжал исключительно к ФИО7 в связи с тем, что он осуществляет конкурсное производство в отношении АО «Уралтрубмаш», более ни с кем Свидетель №1 не общался.

В начале ноября 2019 года он (ФИО6) присутствовал при встрече Свидетель №1 и Скорохода, они встретились у них в офисе, по указанному выше адресу, точной даты не помнит. Также он не может передать какой был разговор дословно, так как прошло довольно много времени, но на встрече обсуждался вопрос аренды Свидетель №1 части имущества АО «Уралтрубмаш», а именно, станков смонтированных на арендуемой Свидетель №1 территории предприятия АО «ФИО8». Данные станки, насколько ему известно, являлись залоговым имуществом АО «Россельхозбанк» и входят в конкурсную массу, т.е. являются имуществом должника. Свидетель №1 в ходе беседы сообщил, что готов арендовать вышеуказанное имущество за 100 000 рублей в месяц, на что ФИО1 пояснил ему, что в этом случае, он готов заключить договор аренды на сумму 50 000 рублей, а оставшиеся 50 000 рублей будут причитаться ему в качестве ежемесячного денежного вознаграждения. При этом, Скороход пояснил Свидетель №1, что между ними будет заключено два идентичных договора аренды, в которых будет различаться только сумма арендной платы.

Так, в одном договоре будет прописана сумма в 50 000 рублей, а во втором – 100 000 рублей. Со слов ФИО7, это необходимо ему для обеспечения гарантии выплаты Свидетель №1 денежного вознаграждения, так как последний мог перестать платить ежемесячное денежное вознаграждение ФИО7, получив на руки договор с АО «Уралтрубмаш» только на сумму <данные изъяты> рублей. В этом случае, ФИО1 намеревался запустить в действие договор аренды на сумму 100 000 рублей, то есть данный договор был гарантией того, чтобы Свидетель №1 продолжал выплачивать ФИО1 <данные изъяты> рублей свыше установленных договором денежных средств, на предложенные Скороходом условия Свидетель №1 согласился.

В середине января 2020 года Свидетель №1 вновь прибыл к ним в офис, и общался непосредственно с ФИО7, о чем был разговор в тот день ему неизвестно.

ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №1 также прибыл к ним в офис, ФИО1 сидел за своим столом и что-то печатал на ноутбуке, после этого он распечатал документы и они с Свидетель №1 удалились вдвоем в переговорную комнату, из того что он слышал, он понял, что подписывались договоры аренды.

После того как Свидетель №1 ушел, из переговорной комнаты вышел Скороход, который подошел к столу ФИО38 и к столу ФИО34 и положил на них денежные средства в неизвестном ему (ФИО6) размере. После чего зашли сотрудники полиции и объявили о проведении оперативных мероприятий.

Так как он в полном объеме не участвовал в разговорах Скорохода и Свидетель №1, а слышал их урывками, то может сказать, что сумма неоднократно между ними обсуждалась, так как было непонятно в каком состоянии находится оборудование. В офисе ФИО7 обсуждал с ним (ФИО6), интересовался сколько может стоить аренда оборудования, соображал какую сумму денежных средств предложить Свидетель №1. Помнит, что высказывалась сумма как <данные изъяты> рублей, так и <данные изъяты>. Кроме того, волновал вопрос сохранности имущества, так как это все-таки имущество АО «Уралтрубмаш», а один из способов сохранения имущества, это передача его в аренду. Так как он (ФИО6) не являлся стороной обсуждения, то с ним никто не особо ничего не оговаривал, все беседы велись между Скороходом и Свидетель №1.

Для чего ФИО7 передал денежные средства полученные от А.Н, Свидетель №1 ДД.ММ.ГГГГ ФИО38 и ФИО34, ему неизвестно, так как после того, как Скороход положил на стол Заболотной и ФИО17 денежные средства, сразу зашли сотрудники полиции, но, как у них водится в офисе, у них много взаимозачетов, то каждому приходится в той или иной степени нести расходы, в том числе и для оплаты аренды офиса, возможно, что эти деньги были предназначены для этого.

В ходе дополнительного допроса ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 82-88) ФИО6 пояснял, что ему неизвестно, когда, как и при каких обстоятельствах ФИО7 познакомился с Свидетель №1. Он (ФИО6) познакомился с Свидетель №1 в июне – июле 2019 года, когда тот приезжал в офис к ФИО7 и из характера их взаимоотношений ему стало понятно, что они уже знакомы.

ФИО1, являясь конкурсным управляющим АО «Уралтрубмаш», для пополнения конкурсной массы планировал сдавать в аренду имущество этой организации, на что он имеет право, как конкурсный управляющий. Планы сдавать оборудование в аренду ФИО7 обсуждал с ним (ФИО6), именно поэтому ему известно об этих планах. АО «Уралтрубмаш» имеет в собственности оборудование (станки), которое размещено на территории АО «ФИО8», прилегающей к территории АО «Уралтрубмаш». Часть из этих станков находится в залоге у АО «Россельхозбанка», какие именно - ему неизвестно.

В ноябре 2019 года (дату не помнит) в офис 200 по адресу: <адрес> приехал Свидетель №1. Он и ФИО7 договаривались об аренде станков, размещенных на территории АО «ФИО8». Он (ФИО6) присутствовал при этом разговоре. Станки каких наименований должен был арендовать Свидетель №1, ему (ФИО6) неизвестно. Из содержания разговора между Скороходом и Свидетель №1 ему стало понятно, что они уже ранее вели переговоры на эту тему и достигли принципиальной договоренности о том, что Свидетель №1 будет арендовать оборудование за 100 000 рублей в месяц. Скороход предложил Свидетель №1 вносить 50 000 рублей из данной суммы наличными, передавая эти деньги лично ФИО1, а часть на расчетный счет АО «Уралтрубмаш». Свидетель №1 выразил готовность арендовать оборудование за 100 000 рублей, из которых половину передавать лично ФИО1, а вторую половину – переводить на счет АО «Уралтрубмаш». Кроме того, ФИО7 предложил Свидетель №1 оформить аренду оборудования договором аренды, составив два идентичных договора аренды, которые должны различаться только суммой: в одном договоре будет прописана сумма 50 000 рублей, а во втором – 100 000 рублей, на что Свидетель №1 также согласился. В день этой встречи Скороход и Свидетель №1 в его присутствии не подписывали каких- либо договоров аренды. После этой встречи Свидетель №1 действительно арендовал оборудование АО «Уралтрубмаш», размещенное на территории АО «ФИО8» и работал на нем. На каком именно оборудовании Свидетель №1 работал, ему (ФИО6) неизвестно.

Со слов ФИО7 ему известно, что <данные изъяты> рублей наличными нужны были ФИО1 для оплаты текущих расходов в связи с деятельностью конкурсного управляющего АО «Уралтрубмаш»: оплата охраны, доставка имущества, подготовка оборудования к зимнему периоду. В случае, если бы эти деньги поступали на счет, они бы списывались в порядке очередности, в связи с выставленными к счетам требованиям на оплату.

Насколько он понимает, у <данные изъяты> и Свидетель №1 не было понимания, каким объемом оборудования будет пользоваться Свидетель №1, т.е., в случае, если Свидетель №1 будет арендовать больший объем оборудования, то он будет платить 100 000 рублей, если меньший – 50 000 рублей.

Со слов ФИО7 ему известно о том, что Свидетель №1 рассчитывается с ним за аренду оборудования, но в каких суммах и каким образом – наличными или на счет организации, ему неизвестно. Каким образом ФИО7 приходовал денежные средства, полученные от Свидетель №1, ему неизвестно.

Он (ФИО6) консультировал ФИО1 и ФИО17 по вопросам, входящим в его компетенцию. По договоренности между ним и ФИО34 он должен был передавать ему (ФИО6) за консультации определенную часть своего вознаграждения. Источник вознаграждения ФИО34 – конкурсная масса предприятия АО «Уралтрубмаш». Вплоть до настоящего времени он никаких денег от ФИО17 и Скорохода за проделанную на предприятии юридическую работу не получал. Документально эти отношения не оформлены. В ходе этих отношений он (ФИО6) участвовал в составлении искового заявления, участвовал в инвентаризации имущества АО «Уралтрубмаш», возможно, что-то еще. Отчеты конкурсного управляющего он для Скорохода не составлял, т.к. не обладает необходимой полнотой информации.

По закону ФИО7 должен ежеквартально составлять отчет о ходе процедуры конкурсного производства и отчет об использовании денежных средств. Это два разных документа. Эти документы ФИО7 должен предоставлять на обозрение собранию кредиторов раз в три месяца, после чего направлять в суд. Соблюдал ли ФИО7 эту процедуру, ему неизвестно.

Летом 2019 года Свидетель №1 предлагал оформить аренду здания и оборудования основного АО «Уралтрубмаш» в пользу третьих лиц, но в его интересах, без согласования со ФИО7, оформив все через кредитора – банк-залогодержатель. Он ему ничего не ответил, и более Свидетель №1 к этому вопросу не возвращался. Думает, что просьба Свидетель №1 была связана с тем, что он достиг со Скороходом договоренности по данному вопросу.

Предполагает, что Свидетель №1 было известно, что ФИО7 нужны средства для погашения текущих расходов в связи с банкротством АО «Уралтрубмаш», поскольку Скороход сам ему говорил об этом. Кроме того, ему известно о том, что Свидетель №1 компенсировал Скороходу расходы на перелет в <адрес> для того, чтобы ФИО1 принял участие в судебном заседании по поводу банкротства АО «Уралтрубмаш». Свидетель №1 был заинтересован в том, чтобы поучаствовать в деятельности банкротящегося предприятия и получить от этого выгоду.

В ходе допроса ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 92-100) ФИО6 пояснял, что никакого отношения к финансово-хозяйственной деятельности АО «Уралтрубмаш» не имеет. В период декабрь 2019 – январь 2020 ФИО7 и его специалист ФИО17 дважды просили его (ФИО16) помочь в пересчете остатков запасов деталей предприятия, которые находились на складах АО «Уралтрубмаш». Он помогал Скороходу и ФИО17 в пересчете, записывал результат. Кроме этих двух случаев он не принимал участие в производстве инвентаризации имущества АО «Уралтрубмаш».Инвентаризационные описи на практике составляет конкурсный управляющий. Как именно Скороход оформил результат инвентаризации имущества АО «Ураллтрубмаш» и какие туда включил сведения, ему неизвестно.

Ему известно, что часть станков АО «Уралтрубмаш» находится в залоге у «Россельхозбанка». Часть этих станков располагается на территории АО «Уралтрубмаш», а часть – на территории АО «ФИО8». Ему неизвестны наименования станков предприятия, которые находятся в залоге у банка. Все эти сведения ему стали известны из разговоров Скорохода, <данные изъяты> либо работников предприятия и иных лиц, услышанных в офисе, на заводе, в том числе от главного инженера, электрика, Свидетель №1 и ФИО18, который хотел выкупить оборудование либо права залога на него.

Возможно, он видел договор залога имущества между АО «Уралтрубмаш» и «Россельхозбанком» в офисе, в интервале с июля 2019 по январь 2020 г., поскольку у них с ФИО1 общий кабинет. Возможно, этих договоров было несколько. Он в текст договора «не углублялся», а просто «просмотрел» его. Ему известно, что часть имущества АО «Уралтрубмаш», находящегося в залоге у банка находилась на территории производственного цеха АО «Уралтрубмаш», а часть на территории предприятия – «ФИО8». Кроме того, Свидетель №1 обращался к нему с вопросом о том, каким образом можно арендовать залоговое имущество и как поступать в случае, если банк не разрешает арендовать имущество. Он ответил Свидетель №1, что для аренды залогового имущества нужно направить запрос в банк о возможности аренды имущества. В случае же, если банк не разрешает арендовать имущество, нужно обратиться в суд с иском о рассмотрении разногласий. При этом советы Свидетель №1 он давал не применительно к конкретному договору аренды залогового имущества АО «Уралтрубмаш», а исходя из своей практики.

В случае, если залоговое имущество было передано в аренду без вышеуказанных процедур, аренда также возможна, если конкурсный управляющий в арбитраже докажет, что аренда имущества была необходима для его сохранности. В данном случае вопрос об обоснованности передачи в аренду решается только судом.

Идеальный вариант аренды залогового оборудования - с согласия залогодателя, который устанавливает стоимость аренды исходя из своих интересов. Эту стоимость конкурсный управляющий или иное лицо, участвующее в деле о банкротстве может оспорить в суде, поскольку при передаче в аренду залогового имущества должны быть учтены интересы не только залогодержателя, но и иных кредиторов.

Скороход и Свидетель №1 обсуждали между собой вопрос о том, что нужно в банк направить запрос о намерении арендовать имущество (какое именно – не знает) либо определиться с порядком хранения имущества АО «Уралтрубмаш» на территории, арендуемой Свидетель №1, поскольку Свидетель №1 не хотел бесплатно хранить имущество АО «Уралтрубмаш» на территории, которую он арендовал.

Вопрос о передаче в аренду имущества АО «Уралтрубмаш», находящегося в залоге у «Россельхозбанка» он (ФИО6) обсуждал со Скороходом, и, возможно, с Свидетель №1, который просил у него совета по поводу согласования с банком аренды.

Насколько он помнит, он слышал телефонный разговор между ФИО1 и сотрудником банка о намерении передать в аренду залоговое имущество АО «Уралтрубмаш». Ему неизвестно, направлял ли ФИО1 в банки какие-либо запросы и письма о возможности аренды залогового оборудования. Также ему неизвестно, обращался ли ФИО1 в суд по возможности аренды залогового оборудования.

В его присутствии Скороход и Свидетель №1 обсуждали между собой вопрос передачи Свидетель №1 в аренду имущества АО «Уралтрубмаш» и стоимость аренды. Он (ФИО6) участвовал в этих обсуждениях и выражал свое мнение в виде ответа на вопрос кого-то из них, либо консультации касательно юридических моментов, тех или иных норм закона.

Скороход и Свидетель №1 достигли следующих договоренностей: ФИО1 согласился передать в аренду Свидетель №1 оборудование АО «Уралтрубмаш», в том числе и находящееся в залоге в банке. Они обсуждали между собой объем оборудования, которое Свидетель №1 намерен арендовать, т.к. Свидетель №1 не мог определиться с тем, какое оборудование работает, а какое – нет. С этим же моментом связана и стоимость аренды, т.е., как он слышал в разговорах, что Свидетель №1 и Скороход договорились на стоимость аренды в 50 000 рублей, а если будет запущено еще какое-то оборудование - то 100 000 рублей.

Ему достоверно неизвестно, как, когда, кем и при каких обстоятельствах были составлены два идентичных договора аренды имущества АО «Уралтрубмаш» с разной стоимостью. Предполагает, что это произошло ДД.ММ.ГГГГ, когда Свидетель №1 приезжал в офис к ФИО7.

Будучи допрошенным ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 101-112), В.В, ФИО6 пояснял, что сервер, изъятый из его офиса ДД.ММ.ГГГГ, был установлен в офисе в декабре 2019 или в январе 2020, с этого же времени сервером пользуется ФИО1. Ему неизвестно, под каким именем пользователя он туда заходит.

В 2019 году отчеты конкурсного управляющего составлял сам ФИО7 либо его помощник ФИО38.

После прослушивания фонограммы от ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что в данной фонограмме речь идет об обсуждении каких-то юридических моментов, каких именно, не помнит, т.к. юридических консультаций на эту тематику проводилось много. Вероятно, в разговоре участвует он (ФИО6), его собеседниками, возможно, являются ФИО7 и Свидетель №1.

После прослушивания фонограммы от ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что ему неизвестно, о чем идет речь в данном разговоре, кто разговаривает, понять сложно. Возможно, речь идет между ним и Свидетель №1 о возможности аренды залогового оборудования и как осуществить аренду.

После прослушивания фонограммы указал, что на ней идет речь о возможности аренды залогового имущества, в ходе которой он давал рекомендации по согласованию с банком аренды залогового имущества. В разговоре, возможно, участвуют он (ФИО6), Свидетель №1 и Скороход. Утверждать не может. Свидетель №1 не мог определиться с объемом оборудования, которое он собирается арендовать.

После прослушивания аудиозаписи от ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что в разговоре, возможно, участвуют он (ФИО6), Скороход, Свидетель №1. В ходе разговора он мог консультировать Скорохода и Свидетель №1 об особенностях аренды залогового оборудования.

После прослушивания аудиозаписи от ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что данный разговор, возможно, происходит между ним, ФИО1 и Свидетель №1. Речь идет о том, что Свидетель №1 не мог определиться с объемом аренды имущества, собирался арендовать впоследствии больший объем имущества, в том числе и оборудование, находящееся в залоге у банка. Как преподносил обстоятельства Свидетель №1, пока он (Свидетель №1) сначала был готов платить за имущество, не находящееся в залоге, то есть готов был сразу заключать договор аренды на официальную часть. А потом, проверив работоспособность остального оборудования, залогового, был готов платить и за его аренду. В его (ФИО6) понимании, неофициальная часть заключалась в проверке оборудования, после чего будет принято решение о заключении договора.

В ходе допроса ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 113-116) ФИО6 пояснил, что оценку имущества предприятия, находящегося в стадии банкротства при конкурсном производстве производит оценщик, аккредитованный в саморегулируемой организации, на практике – в той, членом которой является конкурсный управляющий.

В 2019 году он знакомил ФИО7 с оценщиком ФИО19, действующим от имени организации «Центр судебной экспертизы». «Центр судебной экспертизы» аккредитован при СРО «Дело», членом которой является Скороход. Насколько ему известно, «Центр судебной экспертизы» произвел оценку какого-то имущества АО «Уралтрубмаш», но какого и в каком объеме, ему неизвестно, когда была произведена оценка – ему не известно. Но вместе с тем, ему известно, что в ноябре – декабре 2019 года Скороход, якобы, заказал оценку имущества АО «Уралтрубмаш», но ему неизвестно произвел ли оценщик оценку этого имущества.

Со слов ФИО1 и Свидетель №1, последний стал пользоваться имуществом АО «Уралтрубмаш» с ноября 2019 года.

Он (ФИО6) в составлении договора аренды имущества АО «Уралтрубмаш» ООО «Лидер Авто» не принимал технического участия, т.е. не печатал текст. Возможно, консультировал Свидетель №1 и ФИО7 по вопросам аренды.

Он не помнит, для чего ДД.ММ.ГГГГ переслал ФИО1 сообщение с реквизитами ООО «Лидер Авто» и не помню, почему у него были реквизиты ООО «Лидер Авто».

После оглашения показаний ФИО6 их подтвердил, пояснил, что заключение договоров было необходимо для того, чтобы, когда будет определено, какая часть имущества будет использоваться Свидетель №1. Планировалось, что, когда Свидетель №1 начнет пользоваться имуществом для установления работоспособности. Это сделано для удобства номенклатуры, в договоре на 100 000 рублей будет включено все имущество, которое уже проверено. Страховка заключалась в том, что, когда второй договор подписан, есть механизм взыскания сумм в пользу АО «Уралтрубмаш». Законом о банкротстве предусмотрена определенная очередность удовлетворения требований, которая не учитывает необходимость обеспечения сохранности имущества. Если бы денежные средства вносились на счет, охранной организации не из чего было бы платить.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО34 пояснил, что с ФИО7 знаком более четырех лет, они вместе арендуют офисное помещение, расположенное по адресу: <адрес>. В одном офисе с ними находились также ФИО6, ФИО55 и ФИО52.

В рамках процедуры банкротства АО «Уралтрубмаш» он являлся привлеченным специалистом, был привлечен ФИО7 как специалист по юридическим услугам. В его обязанности входил розыск имущества, оказание юридических услуг, подготовка исков в суд и т.д. Между ним и Скороходом был заключен договор, услуг по договору до настоящего времени не оплачены.

Примерно в 2019-2020 году, когда велась процедура банкротства АО «Уралтрубмаш», в рамках процедуры неслись расходы на содержание помещения в надлежащем состоянии, он давал деньги, в том числе, на подготовку помещения к зимнему сезону. Свидетель №1 лично ему не знаком, знает, что он вел со Скороходом переговоры по поводу аренды имущества АО «Уралтрубмаш». Передавал ли Свидетель №1 Скороходу денежные средства, ему неизвестно, Свидетель №1 несколько раз был у них в офисе, но беседы между ним и ФИО1 проходили в переговорной, содержание этих бесед ему неизвестно.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в связи с наличием существенных противоречий, были оглашены показания свидетеля ФИО34, данные им в ходе предварительного расследования.

Будучи допрошенным ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 125-127), ФИО34 пояснял, что ДД.ММ.ГГГГ к ним в офис пришел мужчина по имени ФИО14, целью его визита было подписание договора аренды, какого именно, ему неизвестно. Ранее он (ФИО17) несколько раз, в 2019 и в 2020 годах видел ФИО14, который приходил к ним в офис для беседы со Скороходом. ФИО14 передавал какие-то денежные средства Скороходу, но происхождение этих денежных средств ему (ФИО17) неизвестно.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 пришел в период с 15 час. 30 мин. до 16 час. 00 мин. для обсуждения с ФИО7 вопроса, какого именно, ему (ФИО17) неизвестно, так как они зашли в переговорную комнату. В этот момент он (ФИО17) вышел из офиса в коридор. При возвращении в офис он сел за свое рабочее место, на его столе лежали денежные средства, которые до его выхода из офиса там отсутствовали. Точная сумма ему неизвестна, но там лежали купюры по 5000 рублей, количество купюр больше трех. Посчитать купюры он не успел, т.к. в офис зашли сотрудники полиции. Полагает, что это мог быть возврат ФИО1 долга за понесенные им (ФИО17) офисные расходы.

В ходе дополнительного допроса ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 132-135) ФИО34 пояснял, что у него есть знакомый ФИО6, который является арбитражным управляющим и в его числе знакомых есть ФИО7. В целях экономической целесообразности и оптимизации затрат на аренду офисов, они (ФИО17, ФИО6 и ФИО1) решили арендовать совместно офис, арендную плату делили на троих. В основном офисные расходы несет именно он (ФИО17), по договоренности с ФИО6 и ФИО1. Офис располагается по адресу: <адрес>, офис 200.

ДД.ММ.ГГГГ на основании договора возмездного оказания юридических услуг №/УТМ/2019 он (ФИО17) стал привлеченным специалистом процедуры банкротства АО «Уралтрубмаш» дело № А40-57699/17/71-72 от ДД.ММ.ГГГГ, где конкурсным управляющим был назначен Арбитражным судом ФИО7.

По просьбе ФИО1 он (ФИО17) частично осуществляет финансирование процедуры банкротства АО «УралТрубМаш», а именно: при необходимости расчета с физическим лицами по договорам подряда, т.е. оплата электрикам и оплата специалистам по подготовке оборудования к зимнему сезону, оплата услуг эвакуатора. Денежные суммы в рамках этой договоренности он передавал из личных накопленных денежных средств ФИО1. А именно, передал ему <данные изъяты> рублей, в <данные изъяты>

В <данные изъяты> Скороход вернул ему около <данные изъяты> ФИО7 должен был ему возместить после получения оплаты арендных платежей от потенциальных арендаторов или с иных средств, которые поступят в конкурсную массу.

Ему известно со слов ФИО7, что в рамках процедуры банкротства он (ФИО1) собирался заключать договор аренды оборудования с Свидетель №1. Со слов Скорохода, он обсуждал возможность заключения договора аренды оборудования с Свидетель №1, поскольку в собственности АО «УралТрубМаш» имелось как залоговое и не залоговое оборудование (залогодержателем является ПАО «Россельхозбанк»). Со слов ФИО7 ежемесячная сумма аренды должна была составлять <данные изъяты> за имущество не залоговое, т.е. не находящееся в залоге, а с учетом залогового имущества – стоимость аренды составит 100 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ, когда в офис пришел Свидетель №1, то он и Скороход удалились в переговорную комнату, он (ФИО17) в это время покинул офис для проведения переговоров по телефону с клиентов. Отсутствовал он около 20 минут, может чуть больше. Когда он вернулся, то увидел на своем столе денежные средства, а именно купюры достоинством 5 000 рублей, около 5 (пяти) штук, он сразу понял, что это Скороход вернул ему долг. Но фактически он эти деньги не получил, поскольку сразу же в офис пришли сотрудники полиции и эти деньги изъяли.

В ходе допроса ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 144-148) ФИО34 пояснял, что с ДД.ММ.ГГГГ на основании договора возмездного оказания юридических услуг №/УТМ/2019 он стал привлеченным специалистом процедуры банкротства АО «Уралтрубмаш» дело № <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, где конкурсным управляющим был назначен Арбитражным судом ФИО1, размер вознаграждения установлен в размере 30 000 рублей. До настоящего времени ему вознаграждение не выплачивалось, т.е. его деятельность не оплачивалась. Примерный размер задолженности перед ним составляет не менее <данные изъяты>

Ему достоверно не известно, из каких именно средств ФИО7 возместил ему понесенные им расходы. Полагает, что Скороход передал ему деньги из суммы, полученной им в качестве арендной платы. При этом его предположение ни на чем не основано, поскольку он не видел, от кого и при каких обстоятельствах Скороход получил деньги, которые передал ему. При этом ему неизвестно, за что и от кого, с какой периодичностью ФИО7 получал арендную плату.

<данные изъяты> ФИО1 в их общем офисе №, по <адрес> рассказывал о том, что он, возможно, сдаст в аренду оборудование АО «Уралтрубмаш». Никакие подробности по данному поводу ему неизвестны. Об этой аренде ему известно только со слов Скорохода. Он не видел и не слышал, чтобы ФИО7 обсуждал эту аренду с Свидетель №1. Лично он (ФИО17) никаких договоров аренды этого оборудования не видел и не составлял. Ему известно, что в настоящее время кто-то арендует оборудование АО «Уралтрубмаш». Кто именно его арендует, за какую сумму и на каких основаниях, ему неизвестно.

В рамках договора возмездного оказания юридических услуг он оказывал помощь в розыске имущества АО «Уралтрубмаш», составлял запросы в государственные органы и контрагентам АО «Уралтрубмаш», составлял иски АО «Уралтрубмаш», но в суде их не поддерживал. Никаких договоров, в том числе, договоров аренды, договоров возмездного оказания услуг он для Скорохода не составлял.

С АО «Россельхозбанк» он взаимодействовал однажды, не помнит, когда именно. Это было, когда представители банка осматривали залоговое имущество, находящееся на территории АО «Уралтрубмаш». При этом он подписал какой-то документ, но не помнит, какой именно. Никаких запросов в банк, в том числе и с вопросами по поводу аренды оборудования, находящегося в залоге у АО «Россельхозбанк» он в этот банк не направлял.

После оглашения показаний ФИО34 их подтвердил, указав, что ранее давал более полные показания. В настоящее время ему также неизвестно происхождение денег, которые оказались у него на столе ДД.ММ.ГГГГ.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО39 пояснил, что ранее работал на заводе АО «Уралтрубмаш». Примерно с 2018 года на заводе начались задержки выплаты заработной платы, потом начались частичные погашения. Он на заводе работал официально, по трудовому договору. Что было написано в договоре, он не помнит.

Фактически заработную плату в итоге ему выплатили около двух лет назад. Скорохода он видел несколько раз на заводе, лично не общались, по слухам от работников он знал, что это какой-то начальник.

Свидетель ФИО38 в судебном заседании поясняла, что работает в должности арбитражной управляющей, также у нее имеется организация, в которой она является директором. Организация занимается оказанием правовых услуг, офис находится по <адрес>.

С ФИО7 она познакомилась, когда проходила официальную стажировку на должность арбитражного управляющего. В ее обязанности входила работа с документами, составление отчетов конкурсного управляющего. В силу того, что она находилась на стажировке, услуги она оказывала безвозмездно, иногда, по договоренности Скороход ей выплачивал вознаграждение из личных средств, небольшими суммами – по 10-15 тысяч рублей.

Ей известен Свидетель №1, это бывший работник АО «Уралтрубмаш». У Свидетель №1 был интерес в аренде имущества АО «Уралтрубмаш», они со Скороходом, который был арбитражным управляющим данной организации, согласовывали условия аренды. Свидетель №1 арендную плату вносил Скороходу наличными денежными средствами. Свидетелем передачи денежных средств она не была, но один раз, в офисе, примерно в 2019 году летом Свидетель №1 приходил в офис. Полагает, что в тот раз он приносил деньги за аренду, поскольку сразу после этого Скороход передал около <данные изъяты> рублей за ранее понесенные расходы. При ней проходила всего одна встреча Свидетель №1 со Скороходом, знает, что между ними были еще встречи, но не при ней.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания ФИО38, данные ею в ходе предварительного расследования.

Будучи допрошенной ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 149-152), ФИО38 поясняла, что последние два года работает в одном офисе № по адресу: <адрес>, совместно с ФИО7 ФИО40 них в офисе работают ФИО6, ФИО34 и с недавнего времени ФИО41, которая недавно вышла замуж и сменила фамилию.

С ФИО7 никаких трудовых договоров и гражданско-правовых договоров у них не заключалось, он просто дает ей небольшие поручения, задачи и соответственно выплачивает определенные суммы денежных средств в качестве заработной платы (вознаграждения). Так они работают последние два года, при этом она также два года проходила стажировку в качестве помощника арбитражного управляющего в союзе арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело». ДД.ММ.ГГГГ как раз закончилась ее стажировка, она сдала квалификационный экзамен на арбитражного управляющего.

Аренда офиса № по адресу: <адрес>, официально заключена с ООО «Решение», однако аренду они выплачивают вместе, так как вместе сидят в офисе.

С Свидетель №1 она знакома, видела его неоднократно в их офисе, рядом с офисом, все время он вел общение со Скороходом. Насколько ей известно, их общение велось в отношении завода АО «Уралтрубмаш», но какое он имеет отношение к заводу, ей не известно, она неоднократно работала с документами АО «Уралтрубмаш» и фамилии Свидетель №1 не видела, среди работников предприятия она его не видела, среди руководства предприятия также, но тем не менее предполагает, что его деятельность как-то связана с банкротством данного предприятия, с данным заводом.

Она видела, что Свидетель №1 приходил к ним ДД.ММ.ГГГГ около 16:30 часов и они вместе с ФИО7 зашли в переговорную комнату, какое-то время они там находились, после чего Свидетель №1 ушел, а ФИО7, как она предполагает, положил ей на стол денежные средства в сумме 10 000 рублей, двумя купюрами, каждая номиналом <данные изъяты>, так как у нее на столе данные купюры оказались, сам момент когда ей их положили, она не видела, но полагает, что их положил ей ФИО7.

Однажды, после нового года, в один из дней в период после праздников, то есть с 09 до ДД.ММ.ГГГГ, точной даты не помнит, ФИО7 лично передавал ей денежные средства в сумме 10 000 рублей, после прихода Свидетель №1, в этот же раз деньги оказались просто на ее офисном столе.

Предполагает, что ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей ей были переданы для погашения ее личных расходов в связи с работой в отношении АО «Уралтрубмаш», а также за ее юридическую работу.

В ходе дополнительного допроса ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 154-160) ФИО38 поясняла, что в ходе конкурсного производства по АО «Уралтрубмаш» оказывала ФИО7 по его просьбе помощь в инвентаризации имущества АО «УТМ», составила два первых отчета: в октябре 2019 года и январе 2020 года. Оба эти отчета представлены в суд. Также она направляла несколько запросов, ходатайств, помогала с организацией перевозки крана из Казахстана. Ее взаимоотношения со Скороходом не урегулированы никаким документом, в том числе трудовым договором либо договором оказания услуг. Она осуществляла указанные функции в рамках стажировки на должность арбитражного управляющего, которую проходила именно у Скорохода, который был закреплен за ней в качестве наставника.

Стажировка не подразумевает оплату ее услуг, но по договоренности со Скороходом он в разовом порядке оплачивает ей отдельные функции, составление исков, например. При этом ей неизвестно, из каких средств Скороход оплачивает ее работу, но предполагает, что из личных, поскольку он не имеет право тратить деньги предприятия – должника на оплату ее услуг.

Она не включена в список привлеченных лиц, потому что работает у Скорохода по собственному желанию. Их не связывают никакие гражданско-правовые или трудовые отношения, так что она в любой момент может отказаться выполнять работу, если Скороход не будет ее оплачивать.

Оплачивать ее услуги из средств АО «УТМ» ФИО7 права не имеет. Соответственно, вероятнее всего, на оплату ее услуг Скороход тратит личные средства.

Она несла расходы в сумме около 27 000 рублей на перегон крана из Казахстана, примерно <данные изъяты>. Перегоном крана занимался ее брат ФИО53 (тел. №). Деньги в сумме около 27 000 рублей она передала наличными Задановскому. Их отношения по данному поводу оформлены договором, расходы подтверждены чеками.

Поскольку понесенные ею расходы являются расходами по обеспечению сохранности имущества предприятия – должника, то они могут быть отнесены к текущим расходам первой очереди. Эти расходы включаются в первую очередь требований кредиторов и возмещаются за счет имущества должника (АО «УТМ») в первую очередь. Так, в один из составленных ею отчетов она внесла эти расходы в первую очередь требований, кредитором при этом указан Скороход. По закону кредитором по данным требованиям должен был быть ее брат либо она, поскольку расходы несли они в расчете на последующую компенсацию. Кредитором в отчете указан Скороход, поскольку на дату составления отчета брату деньги она возвратила, фактически он не являлся кредитором. Себя в качестве кредитора она не стала указывать, поскольку Скороход пообещал ей возместить понесенные ею расходы. Сумма расхода подтверждена документами.

Расходы в сумме <данные изъяты> ей возместил ФИО7, передав ей <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ наличными деньги в сумме <данные изъяты> и ДД.ММ.ГГГГ еще – <данные изъяты> рублей, которые были изъяты в тот же день. Итого на сумму <данные изъяты>.

Ей достоверно неизвестно, из каких именно средств Скороход передал ей <данные изъяты> рублей, поскольку она не присутствовала при передаче Скороходу этих денег. Вместе с тем, предполагает, что деньги, которые ей передал Скороход, поступили в качестве имущества предприятия – АО «УТМ» по основаниям – арендная плата за пользование имуществом АО «УТМ». Аренду осуществлял некто Свидетель №1, поскольку в тот период она находилась постоянно со Скороходом в одном офисе, то слышала, что переговоры с Свидетель №1 об аренде вел Скороход. Ей также известно о том, что Скороход вел переговоры с залогодателем – АО «Россельхозбанком», по поводу аренды Свидетель №1 оборудования. Скороход каждый раз передавал ей деньги после визитов Свидетель №1, на основании чего она делает вывод о том, что деньги, которые Скороход передавал ей, были переданы Скороходу Свидетель №1.

Каких-либо документов, подтверждающих взаимоотношения Скорохода и Свидетель №1 по поводу аренды, она не видела. Возможно, видела проект договора аренды с ООО «ЛидерАвто», но дата, стоимость договора ей неизвестны.

Она составляла по просьбе ФИО7 два отчета: в октябре 2019 года и в январе 2020 года. Данные для этих отчетов ей предоставлял Скороход. Оба составленных ею отчета она направила в суд почтовым отправлением. Составленные ею отчеты она не направляла в комитет кредиторов, но возможно, это сделал Скороход.

После обозрения отчета конкурсного управляющего от ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что данный отчет составляла она. Для составления этого отчета Скороход представил ей документы (договоры подряда и договоры оказания услуг), подтверждающие расходы, которые он понес ранее. Суммы этих договоров она указала как расходы, которые понес ФИО7, включив их в первую очередь требований, поскольку данные платежи относятся к расходам на обеспечение сохранности имущества должника.

Она не может пояснить, почему включила в отчет сведения о возмещении Скороходу денежных средств по позициям 5-15 отчета от ДД.ММ.ГГГГ, вероятно, так ей сказал сделать Скороход. У нее не имеется и ей не было представлено документов, которые бы подтверждали, что Скороход получил возмещение по понесенным им расходам.

После оглашения показаний свидетель ФИО38 их подтвердила. Пояснила, что не может вспомнить, сколько отчетов составляла для Скорохода, отчеты впоследствии корректировались.

ФИО42 Петраш, допрошенный в судебном заседании, пояснил, что ранее являлся работником АО «Уралтрубмаш», предприятие в настоящее время является перед ним должником в связи с невыплатой ему заработной платы. Скороход был арбитражным управляющим данной организации. В период его деятельности в качестве арбитражного управляющего заработная плата также не выплачивалась. Ему неизвестно, получало ли предприятие доход, но деятельность велась, оборудование у предприятия также имелось. Кем велась деятельность, ему также неизвестно, но не АО «Уралтрубмаш», какой-то другой организацией.

ФИО43 ФИО54, допрошенный в судебном заседании, пояснил, что ранее работал на АО «Уралтрубмаш», проработал на данном предприятии почти 20 лет. Скороход на данное предприятие пришел в связи с процедурой банкротства, являлся арбитражным управляющим.

Когда Скороход был назначен арбитражным управляющим, было проведено общее собрание работников предприятия, работники писали, чтобы их включили в реестр кредиторов, поскольку имела место задержка выплаты заработной платы. Было озвучено, что нужно уволиться по собственному желанию с 30 ноября. Работники не стали увольняться, всех уволили в начале марта 2020 года.

В дальнейшем выяснилось, что ни в какие реестры они не были включены, заработную плату Скороход впоследствии выплатил за три месяца.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ в связи с наличием существенных противоречий были оглашены показания ФИО45, данные им в ходе предварительного расследования (протокол допроса – т. 6 л.д. 243-245), из которых следует, что в период с июля 2000 по март 2019 года он являлся сотрудником АО «Уралтрубмаш». В настоящее время это предприятие находится в состоянии банкротства. С середины 2019 года он включен в реестр кредиторов в связи с имеющейся задолженностью по заработной плате, которая составляет около 175 000 рублей. Как кредитор он является членом собрания кредиторов.

В 2019 году конкурсным управляющим АО «Уралтрубмаш» стал ФИО7. В период, когда Скороход являлся конкурсным управляющим, он ни разу от него (Скорохода) не получил сведений о том, каким образом протекает процедура банкротства. Отчетов конкурсного управляющего он никогда не видел, поскольку Скороход их никогда не предоставлял. О существовании отчета о деятельности конкурсного управляющего от ДД.ММ.ГГГГ, как и об отчете о расходовании денежных средств должника от этой даты, ему ничего неизвестно.

Единожды он присутствовал на собрании кредиторов, организованном исполняющим обязанности директора ФИО44, которое проходило в конце сентября – начале октября 2019 года. В ходе проведения указанного мероприятия никакого отчета о деятельности конкурсного управляющего им не предоставлялось.

Со слов сотрудников правоохранительных органов указанные документы не были представлены ФИО1 ни собранию кредиторов, ни в суд. При таких обстоятельствах, его права как кредитора АО «Уралтрубмаш» нарушены, так как он не имеет в полной мере возможности оценить доходы и расходы АО «Уралтрубмаш».

Кроме того, с момента, как конкурсным управляющим предприятия стал ФИО7, т.е. с 2019 года, он (ФИО54) не получал выплат задолженности по заработной плате.

После оглашения показаний ФИО45 их подтвердил, указал, что про сдачу оборудования в аренду кто-то из его коллег читал в сети «Интернет».

ФИО37 ФИО52, допрошенная в судебном заседании, пояснила, что ФИО7 знает, так как работает помощником ФИО6, с которым Скороход раньше сидел в одном офисе по адресу: <адрес>.

Она помнит, что ФИО7 являлся конкурсным управляющим АО «Уралтрубмаш». Свидетель №1 ей также известен, они были знакомы со Скороходом, пытался принять какое-то участие в банкротстве АО «Уралтрубмаш». Она помнит, что Свидетель №1 хотел арендовать у предприятия какое-то оборудование. Поскольку Скороход был конкурсным управляющим, он мог принимать такие решения, согласовывать их с банком, как с залоговым кредитором. По факту Свидетель №1, насколько она помнит, арендовал имущество АО «Уралтрубмаш», какое-то время пользовался им. Передачу денежных средств от Свидетель №1 ФИО1 она не видела, но слышала об этом от Скорохода и ФИО6. Эти денежные средства расходовались на процедуру банкротства, ей об этом известно, поскольку она была представителем работников предприятия на этапе процедуры наблюдения.

<данные изъяты> АО «Уралтрубмаш» не обращались с жалобами на действия Скорохода, никаких обращений не было, наоборот, Скороход предпринимал меры к розыску имущества, всячески пытался пополнить конкурсную массу, в том числе, из своих средств.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ в связи с наличием существенных противоречий были оглашены показания ФИО46, данные ею в ходе предварительного расследования.

Будучи допрошенной ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 170-175), ФИО46 пояснила, что с июня 2018 года без официального трудоустройства работает у ФИО6, арбитражного управляющего. ФИО6 снимал офис № по адресу: <адрес> «а». В одном офисе с ФИО6 размещался ФИО1, который является конкурсным управляющим АО «УралТрубмаш». В этом офисе совместно работали ФИО6, Скороход, она, ФИО17 и ФИО55.

Кроме того, она является официальным представителем работников АО «УралТрубмаш» и, в связи с этим, в силу своих возможностей контролирует ход конкурсного производства в АО «УралТрубмаш». Она не имеет отношения к ведению конкурсного производства, делопроизводства либо финансово-хозяйственной деятельности АО «УралТрубмаш». После введения конкурсного управления бухгалтер АО «Уралтрубмаш», фамилии которой она не помнит, консультировала ее о задолженности по заработной плате, выдавала справки о задолженности по заработной плате. Кроме того, насколько она понимает, ведением бухгалтерского учета на предприятии после введения конкурсного управления занимался Скороход и указанная ею женщина-бухгалтер совместно.

База данных «1С-Бухгалтерия» АО «УралТрубмаш» имеется у указанного бухгалтера и у Скорохода. Ей неизвестно, какие сведения ФИО7 вносил в базу данных «1С. Бухгалтерия» АО «УралТрубмаш». Ей неизвестно, как ФИО7 осуществлял учет первичных бухгалтерских документов и где они хранились.

Ей известно о том, что ФИО7 заключал договор об оказании юридических услуг с ФИО17. Также ФИО1 в <данные изъяты>, после введения конкурсного управления заключал ряд договоров с бывшими работниками АО «УралТрубмаш», привлекая их для оказания услуг.

АО «Россельхозбанк» является кредитором АО «УралТрубмаш», кредит обеспечен залоговым имуществом. Залоговое имущество – оборудование, которое находится на территории АО «УралТрубмаш». Она не видела договор залога между АО «Россельхозбанком» и АО «Уралтрубмаш» и ей неизвестно, какое именно имущество предприятия находится в залоге у банка.

Она видела акт инвентаризации имущества АО «УралТрубмаш» и ей известно о том, что АО «УралТрубмаш» имеет в собственности определенное имущество, которое она не сможет перечислить, поскольку в собственности у этого предприятия много имущества. Она не принимала лично участия в инвентаризации имущества АО «УралТрубмаш».

<данные изъяты> у ФИО7. Ей неизвестно, на каком основании указанные лица работали у ФИО7 и каким образом оплачивался их труд. Указанные лица также находились в одном с ней кабинете.

Она не имела и не имеет доступа к рабочим компьютерам Скорохода, <данные изъяты> никогда не печатала никаких документов на компьютерах указанных лиц.

Она никогда не составляла никаких документов по просьбе ФИО7. Вместе с тем, в рамках своих обязанностей представителя работника она составляла реестр задолженности по заработной плате и реестр текущей задолженности. Эти документы она предоставляла ФИО7.

В июне 2019 года она находилась в офисе по указанному ей адресу, где также находился ФИО7. Кто еще находился в офисе, она не помнит. В офис пришел Свидетель №1, который сам ей представился «Лешей». Скороход назвал ей его фамилию – «Свидетель №1». Ей известен его номер телефона «№», он постоянно пользуется именно этим номером телефона. Они обменялись номерами телефонов в связи с тем, что она согласилась на предложение Свидетель №1 представлять интересы работников на предприятии АО «УралТрубмаш».

После этого первого знакомства Свидетель №1 появлялся примерно один раз в месяц, общался со Скороходом. Они разговаривали регулярно в ее присутствии, в том числе, когда уходили в переговорную. Она слышала их разговоры и может их воспроизвести.

В числе прочего, в сентябре – октябре 2019 года ФИО7 и Свидетель №1 вели переговоры на тему аренды залогового и не залогового оборудования. Т.е. Свидетель №1 хотел арендовать оборудование, принадлежащее АО «УралТрубмаш», размещенное на территории АО «УралТрубмаш», находящееся в залоге АО «Россельхозбанк». ФИО7 соглашался подписать с Свидетель №1 договор аренды. Также ФИО7 собирался уведомить АО «Россельхозбанк» о сдаче в аренду залогового оборудования. Ей известно, что Скороход осенью <данные изъяты>, месяц и дату не помнит, собирался писать письмо в АО «Россельхозбанк» для уведомления о том, что он собирается сдать в аренду залоговое оборудование, но ей неизвестно, написал он такое письмо или нет.

В ходе переговоров Скороход и Свидетель №1 обсуждали вопрос о том, что если в этот договор аренды будет включено залоговое имущество, то стоимость договора составит 100 000 рублей, если нет – то 50 000 рублей в месяц.

Ей неизвестно, был ли между Скороходом и Свидетель №1 заключен такой договор. Но со слов Скорохода ей известно, что Свидетель №1 арендовал у АО «УралТрубмаш» оборудование, принадлежащее предприятию. Названий этого оборудования она не знает. Ей неизвестно, находилось ли именно это арендованное оборудование в залоге у банка. Ей известно также со слов Скорохода о том, что Свидетель №1 осенью 2019 года приносил ему арендную плату, в каких суммах и в какие периоды, ей неизвестно. Ей неизвестно, каким образом ФИО1 оприходовал эти деньги и ей неизвестно, вносил ли ФИО7 на банковский счет предприятия эти деньги. Также ей достоверно неизвестно, на какие конкретно нужды предприятия ФИО7 тратил эти деньги, поскольку подтверждающих документов она не видела. Но она убеждена в том, что Скороход тратил деньги именно на нужды предприятия, поскольку у предприятия было много расходов, о чем ей достоверно известно.

В ходе дополнительного допроса ДД.ММ.ГГГГ (протокол допроса – т. 6 л.д. 176-179), ФИО46 пояснила, что для работы ФИО7 когда-то давно приобрел программу «помощник арбитражного управляющего», которую она использует в работе. Для входа в эту программу, размещенную на сервере, она использует свою учетную запись, которой также пользуется и ФИО6. Программа автоматически создает папку конкретного должника, ориентируясь на сведения о должнике, которые она вносит вручную. Возможности сервера также можно использовать для создания обычных документов в текстовом редакторе, но она работает только в указанной программе. С ее компьютера доступ в эту программу осуществляется автоматически, при введении пароля. Имя ее компьютера, вроде бы «админ 1». Доступ к серверу имеют: ФИО7, ФИО6, Света (помощник ФИО6). Ей известно, что каким-то образом к серверу имеет доступ ФИО17, но что он там делает, ей неизвестно.

Ей неизвестно, имеет ли доступ к серверу ФИО38. Когда они сидели вместе в одном офисе, она видела, что ФИО38 была помощником ФИО7, юристом. Что именно она делала, она (ФИО52) не знает.

В ее присутствии Свидетель №1 денег ФИО7 не передавал.

После оглашения показаний ФИО46 их подтвердила, пояснила, что не помнит, в каком контексте фигурировали денежные средства 50 и 100 тысяч рублей. На момент дачи показаний она обстоятельства помнила лучше, показания подтверждает.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО47 пояснил, что ранее работал на АО «Уралтрубмаш». За период работы образовалась большая задолженность по заработной плате. В настоящее время задолженность погашена в полном объеме. О том, что какое-то имущество сдавалось в аренду, ему неизвестно.

Свидетель. ФИО48, допрошенная в судебном заседании, пояснила, что ФИО7 ей знаком, она с ним сталкивалась по работе, он был конкурсным управляющим АО «Уралтрубмаш». АО «Россельхозбанк», в котором она работает, был кредитором данного предприятия, поскольку на данном предприятии имелось имущество, которое находилось в залоге у АО «Россельхозбанк». Перечень имущества она не помнит, сама это имущество не видела, но список был большой.

Этим имуществом Скороход имел право распоряжаться в рамках процедуры банкротства, но на реализацию имущества требуется согласие банка, в том числе, на сдачу в аренду.

Возможно, на предприятии состоялось одно заседание комитета кредиторов, она была избрана в этот комитет. Комитет кредиторов создается для принятия решений, которые входят в их полномочия. Насколько она помнит, были разговоры о том, что есть претенденты на аренду имущества АО «Уралтрубмаш». Давал ли банк на это согласие, она не помнит, надо смотреть документы.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания ФИО48, данные ею в ходе предварительного расследования (протокол допроса – т. 3 л.д. 29-33), из которых следует, что она является начальником отдела по работе с проблемными активами. Челябинского регионального филиала ОАО «Российский сельскохозяйственный банк».

Ее обязанности регламентированы должностной инструкцией и в них входит организация работы по урегулированию проблемной задолженности юридических лиц.

Ей известно о том, что ОАО «Россельхозбанк» АО «Уралтрубмаш» предоставлен кредит в обеспечение которого заключены договоры залога.

В настоящее время АО «Уралтрубмаш» находится в состоянии банкротства, конкурсным управляющим АО «Урабтрумаш» назначен ФИО7.

Обязательства АО «Уралтрубмаш» в текущее время находятся в работе отдела по работе с проблемными активами.

Собранием кредиторов АО «Уралтрубмаш» избран комитет кредиторов в составе ее (ФИО48) и сотрудников АО «Россельхозбанк» ФИО54 и ФИО57. В качестве комитета кредиторов они представляют законные интересы банка, а также осуществляют иные полномочия, определенные Федеральным законом № «О банкротстве». Комитет кредиторов и собрание кредиторов обладают полномочиями на принятие решений, в соответствии с ФЗ «О банкротстве».

Вопрос о возможности заключения договора аренды имущества АО «Уралтрубмаш», обремененного залогом в пользу ОАО «Россельхозбанк» обсуждался, для принятия окончательного решения, по которому конкурсному управляющему ФИО7 необходимо было предоставить ряд документов, которые до настоящего времени в банк не представлены.

Имущество АО «Уралтрубмаш», обремененное залогом в пользу ОАО «Россельхозбанк» передается в аренду только с согласия банка. При этом, для того, чтобы банк согласовал аренду необходимо:

- изучить потенциального арендатора;

- произвести оценку стоимости права аренды залогового имущества. При этом не имеет значения, кто именно будет инициировать оценку права аренды залогового имущества: банк или иное лицо. Но, вместе с тем, результаты оценки в обязательном порядке изучаются банком до согласования аренды. Такой порядок определен Положением №-П, являющимся внутренним документов банка.

В ходе встречи ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 предоставил участвующим лицам информацию о наличии у него отчета о деятельности конкурсного управляющего АО «Уралтрубмаш» от ДД.ММ.ГГГГ, сославшись на него как на обстоятельство, исключающее его вину в инкриминируемом ему правоохранительными органами преступлении. Этот отчет Скороход предоставил банку позднее.

После оглашения показаний ФИО48 их подтвердила, пояснила, что ранее обстоятельства помнила лучше. Осмотр залогового имущества производится регулярно, с какой периодичностью, сказать не может. По логике, если бы были выявлены какие-либо нарушения, ее (ФИО58) бы поставили в известность, но точно она не помнит, поскольку актив был не крупный.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО49 пояснил, что ФИО7 ему известен по работе, он был арбитражным управляющим АО «Уралтрубмаш», залоговым кредитором которого было АО «Россельхозбанк». Какое именно имущество организации было в залоге, он точно не помнит, помнит, что было оборудование и здание.

В ходе процедуры банкротства банк контролирует состояние залогового имущества, каждый квартал проверяется его наличие. Залоговое имущество маркируется по шильдику либо по электронным номерам, в данном случае были электронные номера.

В период процедуры банкротства конкурсный управляющий не может продавать залоговое имущество или сдавать его в аренду без согласия банка, Скороход был обязан уведомить банк, но сделал ли он это, ему (ФИО54) неизвестно. Согласовывал ли банк сдачу залогового имущества в аренду, ему (ФИО54) неизвестно.

В судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля ФИО49, данные им в ходе предварительного расследования (протокол допроса – т. 6 л.д. 23-27), из которых следует, что он является ведущим экономистом отдела по работе с обеспечением исполнения обязательств ЧРФ ОАО «Россельхозбанк». Его обязанности регламентированы должностной инструкцией, в них входит осмотр залогового имущества (первоначальный и последующий), определение стоимости залогового имущества, регистрация договоров залога.

По роду работы ему известно, что ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Россельхозбанк» в лице ФИО50 (залогодержатель) и АО «Уралтрубмаш» в лице ФИО26 (залогодатель) заключен договор залога от ДД.ММ.ГГГГ №, в силу которого АО «Уралтрубмаш» передает ОАО «Россельхозбанк» движимое имущество, обеспечивая надлежащее исполнение кредитных обязательств по договору № от ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Россельхозбанк» в лице ФИО50 (залогодержатель) и АО «Уралтрубмаш» в лице ФИО51 (залогодатель) заключен договор залога от ДД.ММ.ГГГГ №, в силу которого АО «Уралтрубмаш» передает ОАО «Россельхозбанк» движимое имущество, обеспечивая надлежащее исполнение кредитных обязательств по договору № от ДД.ММ.ГГГГ.

При передаче оборудования в залог банку АО «Уралтрубмаш» предоставил правоустанавливающие документы на него. Далее, сотрудник банка запросил в АО «Уралтрубмаш» инвентарные карточки на оборудование, в которых обозначено название оборудования и его инвентарный номер. После проверки всех этих документов сотрудник банка произвел выезд на предприятие и установил фактическое местонахождение оборудования. После этого банк при посредстве оценочной компании оценил стоимость оборудования, заключил договоры залога, которые зарегистрированы у нотариуса и в Росреестре.

Проверка наличия залогового оборудования проводится ежеквартально. Банк осуществлял проверку залогового оборудования по указанным договорам залога ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Он (ФИО54) принимал участие в этих проверках. Кто показывал оборудование при этих проверках, он не помнит. По результатам проверки составлены акты осмотра, в которых указано, кто проводил осмотр, кто показывал оборудование, перечень и состояние оборудования. Оборудование обычно показывает залогодатель или иное лицо по его поручению. Акты составляются в двух экземплярах (если осмотр произведен с залогодателем), один из которых предоставляется залогодателю, а второй хранится в архиве отдела сопровождения кредитных проектов. Перечень залогового имущества определен в приложениях к этим договорам.

ДД.ММ.ГГГГ он (ФИО54) в качестве представителя залогодержателя участвовал в следственном действии – осмотре, в ходе которого было осмотрено и установлено наличие в помещениях АО «Уралтрубмаш» следующего залогового имущества: