Судья Кокаревич И.Н. Дело № 33-2554/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 19 июля 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда в составе:
председательствующего Жолудевой М.В.,
судей Миркиной Е.И., Еремеева А.В.,
при секретаре Куреленок В.Г.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело № 2-535/2023 по иску страхового акционерного общества «ВСК» к ФИО1 о взыскании суммы ущерба, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов
по апелляционной жалобе представителя истца страхового акционерного общества «ВСК» ФИО2 на решение Северского городского суда Томской области от 27 марта 2023 года,
заслушав доклад судьи Миркиной Е.И.,
установила:
страховое акционерное общество «ВСК» (далее – САО «ВСК») обратилось в суд с иском к ФИО1, в котором просило взыскать с ответчика в пользу истца сумму ущерба в размере 111584 руб. 37 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на день исполнения решения суда, а также расходы по уплате госпошлины в размере 3 431 руб. 69 коп.
В обоснование заявленных требований указано, что 02.02.2021 в 02-30 час. произошло возгорание жилых домов № /__/, расположенных по адресу: /__/. Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 04.03.2021 установлено, что возгорание произошло в доме № /__/, принадлежащем ФИО3 на праве собственности, которое впоследствии распространилось на соседние жилые дома №/__/. В результате указанного пожара огнем были частично повреждены обрешетка крыши и дощатая веранда дома № /__/, расположенного по адресу: /__/, и принадлежащего на праве собственности К. Поврежденный в результате пожара дом на момент события был застрахован в САО «ВСК» по договору страхования №/__/. К. в САО «ВСК» в связи с вышеупомянутым событием было подано заявление о выплате страхового возмещения. Компания признала случай страховым и произвела в пользу страхователя выплату страхового возмещения в размере 111584 руб. 37 коп. Решением Томского районного суда Томской области от 31.05.2022 по делу № 2-327/2022 по исковому заявлению САО «ВСК» к ФИО3 о взыскании ущерба в порядке суброгации установлено, что ФИО3 в момент события не могла понимать значения своих действий и руководить ими. При рассмотрении указанного дела в качестве третьего лица был привлечен ФИО1, который согласно решению проживал совместно с ФИО3 на момент события. В соответствии с ч. 3 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик обязан возместить ущерб истцу.
Дело рассмотрено в отсутствие представителя истца САО «ВСК», ответчика ФИО1
Представитель САО «ВСК» представил отзыв на возражения ответчика, в котором указано, что в ходе рассмотрения дела № 2-327/2022 ФИО4 давал объяснения о том, что на протяжении двух последних лет ФИО3 беспомощна, дома ее одну оставлять нельзя, это небезопасно. Она перестала себя обслуживать, она не может приготовить себе еду, не может самостоятельно принимать лекарства, все забывает. Впервые за медицинской помощью обратились в 2019 году, когда стали замечать изменения в поведении ФИО3 Исходя из указанных объяснений, на момент события 02.02.2021 ФИО4 знал о /__/ в поведении ФИО3, осознавал, что за ней необходим круглосуточный контроль и уход, а также что оставление ее одной является небезопасным и может иметь неблагоприятные последствия. Но при этом не ставил вопрос о признании ФИО3 недееспособной. В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» достижение ответчиком пенсионного возраста на момент события 02.02.2021 не является основанием для признания его нетрудоспособным гражданином. На 02.02.2021 ФИО4 не был признан /__/, а соответственно, не может быть освобожден от ответственности по указанному основанию ввиду того, что на момент события был трудоспособным гражданином, а /__/ получил лишь 02.06.2021. Нахождение ответчика на стационарном лечении в период наступления события не может служить основанием для отказа в удовлетворении иска, поскольку это не является основанием для освобождения ответчика от ответственности по ч. 3 ст.1078 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку задолго до события (с 2019 года) ФИО4 знал о /__/ ФИО3 и знал о том, что последнюю нельзя оставлять одну и за ней необходим круглосуточный контроль и уход.
Представитель ответчика ФИО1 ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в возражениях на иск, в которых указано, что в положениями ч. 3 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации суду предоставлено право, а не возложена обязанность обязать к возмещению ущерба проживающих вместе с лицом, которое не могло понимать значения своих действий супруга, родителей или детей, которые знали о /__/ причинителя вреда, но не ставили вопрос о признании его недееспособным. Таким образом, вопрос о возложении возмещения вреда на родственников в порядке суброгации должен быть решен судом с учетом всех обстоятельств произошедших событий, а не только с учетом формальных требований закона в виде степени родства и совместного проживания. На момент возгорания жилых домов по /__/ в /__/ (02.02.2021) ответчик ФИО4 находился на стационарном лечении в /__/, а именно в период с 14.01.2021 по 04.03.2021, и соответственно, в указанный период временно не проживал с ФИО3, и в силу состояния своего здоровья не мог поставить вопрос о признании ее недееспособной. Ответчик не имеет медицинского образования и специальных познаний в области /__/, в связи с чем не мог осознавать степени /__/ заболевания супруги ФИО3 и необходимости постановки вопроса перед судом о признании ее недееспособной на период 02.02.2021. Факт невозможности понимать значения своих действий или руководить ими вследствие /__/ ФИО3 установлен лишь 20.04.2022 заключением комиссии экспертов /__/ в рамках судебного разбирательства, то есть спустя более 14 месяцев с даты возгорания домов (02.02.2021), что не дает возможности и оснований утверждать о том, что на момент возгорания домов имелась необходимость в постановке вопроса о признании ее недееспособной в силу /__/. Ответчик ФИО4, /__/ года рождения, являлся нетрудоспособным на момент возгорания домов и является таковым в настоящее время. С 02.06.2021 по настоящее время он является /__/, а с /__/ ответчику назначена страховая пенсия по старости, с указанной даты он является нетрудоспособным, что в силу требований ч. 3 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает возможность удовлетворения предъявленных к нему САО «ВСК» исковых требований о взыскании ущерба. Просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Обжалуемым решением исковые требования оставлены без удовлетворения.
В апелляционной жалобе представитель истца САО «ВСК» ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.
В обоснование жалобы указывает, что лицом, ответственным за убытки, возникшие в результате пожара, является ФИО3, как собственник имущества, которая допустила возможность возникновения возгорания в принадлежащем ей имуществе, что причинило ущерб застрахованному имуществу.
Также, в силу ч. 3 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда, то есть, если вред причинен лицом, которое не могло понимать значения своих действий или руководить ими вследствие психического расстройства, обязанность возместить вред может быть возложена судом на проживающих совместно с этим лицом его трудоспособных супруга, родителей, совершеннолетних детей, которые знали о психическом расстройстве причинителя вреда, но не ставили вопрос о признании его недееспособным. Несмотря на то, что факт недееспособности ФИО6 был установлен лишь 20.04.2022, на момент события пожара 02.02.2021 проживающий с ней совместно ФИО1 знал о ее /__/ и изменениях в поведении, что подтверждается его объяснениями по делу № 2-327/2022, согласно которым на момент возникновения пожара ФИО3 по состоянию здоровья не отдавала отчет своим действиям, на протяжении двух последних лет она беспомощна, за ней необходим круглосуточный контроль и уход, дома ее одну оставлять нельзя, это небезопасно и может иметь неблагоприятные последствия, впервые за медицинской помощью обратились в 2019 г. Доводы ответчика о том, что в данном случае на него не может быть возложена ответственность по ч. 3 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации ввиду того, что он не знал о /__/ ФИО3, в связи с чем не ставил вопрос о ее недееспособности, несостоятельны, поскольку положениями данной статьи не установлено, что на момент события лицо должно быть уже признано недееспособным. Довод ответчика о том, что на момент события он был нетрудоспособен, также несостоятелен, поскольку достижение ответчиком ФИО4 пенсионного возраста на момент события 02.02.2021 не является основанием для признания его нетрудоспособным гражданином в том понимании нетрудоспособности как оно дано в ст. 2 Федерального закона № 166-ФЗ от 15.12.2001 «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации». Нахождение ответчика на стационарном лечении в период наступления события также несостоятелен, поскольку это не является основанием для освобождения ответчика от ответственности по ч. 3. ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Судебная коллегия на основании ч. 3 ст. 167, ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя истца САО «ВСК», ответчика ФИО1, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам ч. 1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения судебного акта.
Как следует из материалов дела, 02.02.2021 произошло возгорание дома №/__/, расположенного по адресу: /__/, принадлежащего на праве собственности ФИО3, с последующим распространением огня, в том числе на дом № /__/, принадлежащий К.
Постановлением дознавателя ОНД и ПР по Томскому району от 04.03.2021 установлено, что причиной пожара послужило возгорание горючих материалов (деревянных конструкций потолочного перекрытия, крыши жилого дома) от проявления пожароопасных факторов кирпичного дымохода кирпичной теплоемкой печи, в результате его частичного разрушения, растрескивания. Названным постановлением отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ст. 168 Уголовного кодекса Российской Федерации, по основаниям п. 1 ч. 1 ст. 24, ст. 144, 145 и 148 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации ввиду отсутствия события преступления.
Согласно страховому полису от 13.07.2020 № /__/ (сроком действия с 30.07.2020 по 29.07.2021) по договору добровольного имущественного страхования страхователь К. застраховал у страховщика САО «ВСК», в том числе жилой дом, находящийся по адресу: /__/, страховая сумма 400 000 руб.
10.02.2021 К. обратился в САО «ВСК» с заявлением о выплате страхового возмещения в связи с повреждением его имущества в результате пожара, произошедшего 02.02.2021.
Указанное событие (пожар) САО «ВСК» было признано страховым случаем, составлен страховой акт от 12.04.2021 № /__/, на основании которого САО «ВСК» выплатило К. страховое возмещение в размере 111584 руб. 37 коп., что подтверждается платежным поручением от 13.04.2021 № 31284.
САО «ВСК» обратилось с иском в суд о взыскании с ФИО3 денежных средств в порядке суброгации, процентов за пользование чужими денежными средствами, а также расходов по уплате государственной пошлины.
В рамках гражданского дела № 2-327/2022 определением Томского районного суда Томской области суда от 26.01.2022 по делу назначена судебная психиатрическая экспертиза.
Согласно заключению комиссии экспертов /__/ от 20.04.2022 № 16 ФИО3 страдала на дату 02.02.2021 и страдает в настоящее время /__/. Об этом свидетельствуют данные анамнеза, амбулаторной медкарты /__/, свидетельских показаний, указывающие на формирование у нее с 2019 года на фоне имеющихся заболеваний (/__/) нарушений в /__/. Настоящее /__/ обследование также выявило у ФИО3 /__/. Указанные нарушения в /__/ ФИО3 имели стойкий прогрессирующий характер и лишали ее на дату 02.02.2021, лишают в настоящее время способности понимать значение своих действий и руководить ими.
Решением Томского районного суда Томской области от 31.05.2022 по делу № 2-327/2022 исковые требования САО «ВСК» к ФИО3 оставлены без удовлетворения.
ФИО3 и ФИО1 являются супругами, что подтверждается повторным свидетельством о заключении брака от /__/ серии I-ОМ №/__/.
Из справки серии МСЭ-2020 № /__/ от 20.12.2022 следует, что Я.В.СБ. установлена /__/ повторно с 01.01.2023.
Согласно ответу на судебный запрос суда апелляционной инстанции, по данным ЕАВИИАС МСЭ гражданину ФИО1, /__/ года рождения, впервые установлена /__/ с 02.06.2021.
ФИО1, с /__/ является получателем страховой пенсии по старости, что подтверждается справкой Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации клиентской службы ГО ЗАТО Северск от 01.03.2023.
Согласно представленной выписке из медицинской карты (история болезни /__/) в период с 14.01.2021 по 04.03.2021 ФИО1 находился на стационарном лечении в /__/ с диагнозом: /__/. В 2019 году ФИО1 диагностирован /__/.
Истец, со ссылкой на то обстоятельство, что ФИО3, как лицо, ответственное за причинённые убытки застрахованному имуществу, в момент события (пожара) не могла понимать значение своих действий, обратился в суд за взысканием возмещения вреда с ее супруга ФИО7
Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 965, 1064, 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что причиной пожара, в результате которого было повреждено застрахованное имущество, явились действия третьего лица ФИО3, как собственника жилого дома, в котором произошло возгорание, при этом Я.Г.ПБ. не могла понимать значения своих действий и руководить ими вследствие /__/, а ответчик ФИО1, являясь супругом ФИО3, будучи нетрудоспособным гражданином, на момент пожара с лицом, виновным в причинении вреда, не проживал, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для применения при разрешении настоящего спора положений п. 3 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации и возложения на ФИО1 ответственности за причиненный вред.
С выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для возложения на ответчика ФИО1 ответственности за вред, причиненный по вине его супруги, суд апелляционной инстанции соглашается исходя из нижеследующего.
Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Согласно ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).
Как установлено в ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (п. 1). Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки (п. 2).
В соответствии с п. 3 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации, если вред причинен лицом, которое не могло понимать значения своих действий или руководить ими вследствие психического расстройства, обязанность возместить вред может быть возложена судом на проживающих совместно с этим лицом его трудоспособных супруга, родителей, совершеннолетних детей, которые знали о психическом расстройстве причинителя вреда, но не ставили вопрос о признании его недееспособным.
Данная норма закона относительно возможности возложения обязанности по возмещению вреда на другое лицо не носит императивного характера.
Из анализа приведенной нормы права следует, что для возложения в данном случае на супруга ответственности за вред, причиненный супругом, не способным понимать значения своих действий вследствие /__/, необходимо соблюдение нескольких условий, таких как: совместное их проживание, трудоспособность супруга, чтобы супруг знал о /__/ своего супруга, но не ставил вопрос о признании его недееспособным.
Как следует из обстоятельств, установленных решением Томского районного суда Томской области по гражданскому делу № 2-327/2022 по иску САО «ВСК» к ФИО3 о взыскании денежных средств в порядке суброгации, имеющих преюдициальное значение по настоящему делу, на момент произошедшего 02.02.2021 пожара в жилом доме, принадлежащем ФИО3, она не могла понимать значение своих действий и руководить ими вследствие /__/ заболевания, в связи с чем, в соответствии с п. 1 ст. 1078 Гражданского кодекса Российской Федерации ФИО3 освобождена от ответственности по возмещению вреда.
Судом установлено, что на момент произошедшего события ответчик ФИО1 являлся нетрудоспособным гражданином, в период с 14.01.2021 по 04.03.2021 находился на стационарном лечении.
В соответствии с абз. 10 ст. 2 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» нетрудоспособные граждане - инвалиды, в том числе инвалиды с детства, дети-инвалиды, дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери, дети, оба родителя которых неизвестны, граждане из числа малочисленных народов Севера, достигшие возраста 55 и 50 лет (соответственно мужчины и женщины), граждане, достигшие возраста 70 и 65 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 1 к настоящему Федеральному закону).
В силу положений Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» нетрудоспособными являются лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являющиеся инвалидами.
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» при определении наследственных прав в соответствии со статьями 1148 и 1149 ГК РФ необходимо иметь в виду следующее: к нетрудоспособным в указанных случаях относятся: несовершеннолетние лица (пункт 1 статьи 21 ГК РФ); граждане, достигшие возраста, дающего право на установление трудовой пенсии по старости (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации") вне зависимости от назначения им пенсии по старости (под. а).
Таким образом, на момент пожара (02.02.2021) ответчик ФИО1, /__/ года рождения, достиг возраста /__/ лет и являлся нетрудоспособным, вопреки доводам апеллянта о том, что достижение пенсионного возраста не является достаточным основанием для признания гражданина нетрудоспособным.
Доводы апелляционной жалобы о том, что нахождение ответчика в момент пожара на стационарном лечении не освобождает его от несения ответственности по возмещению убытков, судебной коллегией отклоняются, поскольку материалами дела совместное проживание супругов на момент пожара не подтверждено. В указанный период ответчик сам по состоянию здоровья, то есть в силу объективных обстоятельств не мог осуществить должный контроль за своей супругой.
При этом истцом не указано, каким образом признание супруги ответчика недееспособной до произошедшего пожара при указанных обстоятельствах могло исключить возможность причинения ущерба.
Доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права, по существу направлены на переоценку исследованных судом доказательств и обстоятельств, установленных на основании этой оценки.
С учетом изложенного судебная коллегия считает, что решение суда первой инстанции является законным, обоснованным и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.
Нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению дела, судом первой инстанции не допущено.
Руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,судебная коллегия
определила:
решение Северского городского суда Томской области от 27 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца страхового акционерного общества «ВСК» ФИО2 – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи