Решение по делу № 2-1076/2022 от 08.06.2023 - о признании договора дарения недействительным, выделении доли из наследственного имущества, взыскании денежной компенсации.

Дело № 2-30/2023

УИД 24RS0041-01-2021-006679-67

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 июня 2023 года Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе председательствующего судьи Полынкиной Е.А.

при секретаре Шаховой В.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 в лице законного представителя ФИО4, ФИО5, ФИО6 в лице законного представителя ФИО7 о признании договора дарения недействительным, выделении доли из наследственного имущества, взыскании денежной компенсации

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 первоначально обратилась в суд с иском к ФИО8, ФИО2, ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 о признании договора дарения недействительным, выделении супружеской доли из наследственного имущества, признании права собственности на объекты недвижимости (том 1 л.д. 6-10). Требования были мотивированы тем, что ФИО1 и ФИО9 состояли в браке с 00.00.0000 года по 00.00.0000 года. За период брака на земельном участке по адресу: Х кадастровым номером У был возведен жилой дом с кадастровым номером У, площадью 630,4 кв.м. Право собственности было зарегистрировано за ФИО9 15.03.2007 года. Земельный участок с кадастровым номером У был выкуплен в частную собственность и право собственности оформлено на ФИО9, земельному участку присвоен кадастровый У. Также по указанному адресу был построен погреб с кадастровым У, общей площадью 87 кв.м, который поставлен на кадастровый учет, но право собственности не зарегистрировано. По договору дарения на неполнокровную сестру ФИО9 – ФИО10 30.12.2008 года зарегистрировано право собственности на жилой дом с кадастровым номером У по адресу: Х земельный участок с кадастровым номером У по этому же адресу. Жилой дом и земельный участок, которые были переданы по договору дарения являлись совместно нажитым имуществом ФИО1 и ФИО9 В день смерти 00.00.0000 года ФИО10 согласно ее завещанию наследником становится ФИО9, который в этот момент находился в браке с ФИО1 Было открыто наследственное дело У. 00.00.0000 года ФИО9 умер. В связи со смертью ФИО11 как одариваемой, договор дарения подлежит отмене, и имущество, полученное по договору дарения ФИО10 возвращается дарителю, в данном случае ФИО9 и ФИО1, находящихся в тот момент в браке. Следовательно, завещание ФИО10 в пользу ФИО9 является ничтожным, а правопреемственность детей ФИО9 от разных браков, а именно ФИО2, ФИО8, ФИО3 на спорные объекты не правомерна. Решение о расторжении брака между ФИО1 и ФИО9 вступило в законную силу 10.09.2020 года. Спорные объекты являлись на момент дарения совместно нажитым имуществом, и соответственно должны быть применены нормы гражданского и семейного законодательства. В состав наследства, открывшегося со смертью ФИО9, состоявшего в браке до 00.00.0000 года с ФИО1 включается его имущество, а также его доля в имуществе супругов, нажитом во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено. После смерти ФИО9 00.00.0000 года наследственное имущество является 1/2 доли спорного имущества. Просила признать договор дарения в отношении жилого дома и земельного участка отмененным, признать совместно нажитым имуществом жилой дом, земельный участок, погреб; выделить супружескую долю из наследственной массы после смерти ФИО9 1/2 доли, приходящуюся на бывшую супругу ФИО1 в отношении жилого дома, земельного участка, погреба; признать право собственности ФИО1 на 1/2 доли на земельный участок, жилой дом, погреб.

В последующем истец ФИО1 на основании ст. 39 ГПК РФ изменила исковые требования (том 2 л.д. 151-153), согласно которым в соответствии с п.п. 1.6 и 2.2 договора дарения от 18.12.2008 года между ФИО9 и ФИО10 одаряемая одновременно с получением имущества принимает и обязательства по его содержанию. Однако фактически данные пункты не были исполнены: ФИО10 подаренное имущество не приняла, никогда не пользовалась подаренными объектами и не несла расходы по их содержанию, а после регистрации права собственности членом ТСЖ «Содружество» не стала. В доме не жила и всегда проживала по адресу: Х. ФИО1 и ФИО9 проживали в доме с 2003 года по 2019 год. Кроме того, согласно справке ТСЖ «Содружество» ФИО9 являлся членом ТСЖ, регулярно и своевременно лично вносил соответствующие членские взносы за счет семейного бюджета. В целях улучшения качества электроснабжения жилого дома ФИО9 в 2012 году приобрел дорогостоящее оборудование – электроустановку КТПН-10/0,4 кВ (КТП-3179) напряжением 380 В, заключил договоры на проведение строительно-монтажных и пуско-наладочных работ, а также ввода в эксплуатацию с МРСК «Сибирь». Отопление жилого дома – газовое (заправка газовых ёмкостей для работы газового оборудования производилась два раза в год), электрическое и жидкотопливное. Последние котлы, 3 шт. были приобретены в ООО «ТерминалГазСервис» по адресуХ Все расходы по приобретению, установке и вводу в эксплуатацию электрического и газового оборудования оплачивалась за счет семейного бюджета семьи ФИО9 и ФИО1 Расходы по электроснабжению оплачивал лично ФИО9, на имя которого открыты лицевые счета в ПАО «Красноярскэнергосбыт». По договору № 39/17 от 11.07.2017 года между ФИО9 и ООО «АйТиСМ» была установлена система видеонаблюдения, установку которой оплатил ФИО9 Помимо этого, ФИО9 и ФИО1 несли и иные расходы, связанные с проживанием: доставка лекарств на дом, доставка еды, вызов мастеров из сервисного центра «Близнецов», вызов на дом ветеринарных врачей из клиники «Акелла», пошив штор в комнаты дома в ателье «АНКА», и их химчистка, оплата услуг ООО «Растр» (телевидение, телефонная связь, интернет), покупка бытовой техники в магазине «Эльдорадо», мебели в мебельном магазине «Дятьково». В тот же период времени, когда был заключен договор дарения между ФИО9 и ФИО10, между ФИО9 и ФИО12 (сестра ФИО1) был заключен договор уступки права требования на квартиру по адресу: Х. Обмен денежными средствами между сторонами не производился. Это как и заключение договора дарения с ФИО10, было сделано после семейного решения, принятого по настоянию ФИО9 и его заверения о возврате имущества в семью, о переоформлении права собственности на имеющиеся на тот момент объекты недвижимости на близких родственников – неполнокровную сестру ФИО9 – ФИО10 и сестру ФИО1 ФИО12, которые после стабилизации экономической обстановки в стране (в связи с мировым экономическим кризисом 2008 – 2010 г.г.) должны были переоформить объекты обратно на ФИО9, что и сделала ФИО12 по договору от 22.12.2012 года. Ссылаясь на п. 1 ст. 167, п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ, указывает, что заключая договор дарения от 18.12.2008 года с ФИО10, и регистрируя на нее право собственности, ФИО9 и ФИО10 не имели намерения реально совершить и исполнить соответствующую сделку. Так, 25.09.2009 года ФИО10 завещала подаренный дом обратно ФИО9 У ФИО9 было две неполнородных сестры ФИО13 (замужем, двое детей) и ФИО10 (разведена, детей нет). Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что по своей правовой природе, данная сделка была мнимой и не содержала намерения действительного дарения дома и земельного участка, а имела своей целью перерегистрацию на сестру собственности на время нестабильной экономической ситуации (мировой экономический кризис 2008 – 2010 г.г.). Основанием для получения права собственности ФИО10, а в последующем у ответчиков является ничтожная сделка, которая влечет за собой возврат каждой из сторон всего полученного по сделке. Следовательно, и права собственности ни у ФИО10, ни у ответчиков не возникло. А поскольку спорные объекты никогда не выбывали из владения и пользования супругов ФИО9 и ФИО1 следует, что данные объекты являются совместно нажитым имуществом. Просила признать договор дарения в отношении жилого дома с кадастровым номером У, площадью 630,4 кв.м, находящегося по адресу: Х земельного участка с кадастровым номером У, находящегося по адресу: Х между ФИО9 и ФИО10 недействительным в силу ничтожности; применить последствия недействительности сделки путем выделения 1/2 супружеской доли, приходящейся ФИО1 из наследственной массы после смерти ФИО9 в отношении земельного участка с кадастровым номером У, находящегося по адресу: Х, жилого дома с кадастровым номером У, площадью 630,4 кв.м, находящегося по адресу: Х, погреба с кадастровым номером У, общей площадью 87 кв.м, находящегося по адресу: Х; взыскать с ответчиков в свою пользу денежную компенсацию в размере 13648887 руб. (1/2 кадастровой стоимости земельного участка и жилого дома) за 1/2 долю совместно нажитого имущества (земельного участка и жилого дома) в браке ФИО9 и ФИО1

По результатам судебной оценочной экспертизы ФИО1 уточнила исковые требования в части размера компенсации (том 5 л.д. 40-43). Согласно судебной экспертизе определена рыночная стоимость спорных объектов недвижимости по адресу: Х, а именно: жилой дом с кадастровым номером У – 54138000 руб., земельный участок с кадастровым номером У – 2600000 руб., погреб с кадастровым номером У – 5246000 руб., итого 61984000 руб. В связи с чем с ответчиков, исходя из расчета 1/2 доли стоимости спорного имущества денежная компенсация составит 30992000 руб., и подлежит взысканию с ответчиков пропорционально доли каждого из ответчиков: с ФИО2 – 10330666,66 руб. (1/3 доли), с ФИО3 – 10330666,66 руб., с ФИО6 – 5165333,33 руб. (1/6 доли), с ФИО5 – 5165333,33 руб. (1/6 доли). Кроме того, указывает на то, что договор дарения является недействительным в силу его ничтожности в связи с несоответствием договора требованиям закона, ввиду того, что был нарушен запрет на отчуждение земельного участка без находящихся на нем объектов недвижимости, принадлежащих одному лицу. ФИО9 и ФИО10 не указали в договоре дарения на дарение иного самостоятельного объекта недвижимости – погреба с кадастровым номером У. Погреб является смежным с домом на уровне подземного этажа и возводился одновременно с подземным этажом жилого дома, является объектом капитального строительства. Наличие погреба в натуре на момент заключения сделки дарения подтверждается выпиской из ЕГРОКС от 28.02.2007 года, в которой погреб обозначен в примечаниях литерой Г, а также инвентарным делом на домовладение от 25.11.2005 года. Заключение собственником имущества договора дарения, предметом которого является только земельный участок и жилой дом без указания в договоре на дарение находящихся на нем иных объектов недвижимости, принадлежащих этому собственнику, нарушает требования закона, что в силу ст. 168 ГК РФ влечет за собой ничтожность заключенной сделки. Поскольку целью совершения сделки дарения для сторон было не реальная передача объектов в собственность ФИО10, а лишь защита объектов недвижимости, зарегистрированных на имя ФИО9 от обращения взыскания со стороны кредиторов, то этим объясняется исключение погреба из предмета сделки дарения в нарушение требований закона. Риск обращения взыскания на принадлежащий ему и его супруге погреб, ФИО9 не предполагал, так как право собственности на него не было зарегистрировано. Отсутствие воли сторон на передачу права собственности на погреб, расположенный на земельном участке, при совершении спорного договора дарения также подтверждает отсутствие намерения сторон создать соответствующие правовые последствия сделки дарения в отношении включенных в предмет данной сделки земельного участка и жилого дома. Таким образом, как нарушение сторонами сделки норм Земельного кодекса РФ (ст. 168 ГК РФ), так и мнимость сделки дарения (ст. 170 ГК РФ) влекут ее ничтожность.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования с учетом уточнений поддержала в полном объеме. Согласно пояснениям ФИО1, данных в ходе судебного разбирательства по делу, они совместно с ФИО9 проживали в доме с 2003 года по октябрь 2019 года, пока она (ФИО1) не решила пожить одна, и в дом уже не вернулась. ФИО9 сказал ей, что волноваться по поводу возврата имущества не нужно, что дом останется у них. Кроме того, дом они собирались продавать, он выставлялся на продажу в 2017-2018 г.г. О завещании ФИО10 ей ничего известно не было, да она давала согласие на дарение, но состоялся ли договор не знала и данный вопрос постоянно поднимала перед ФИО9 С октября 2019 года она в дом не возвращалась, тему про дом поднимала, ФИО9 обещал выплатить компенсацию, но получилось, что умер неожиданно. О том, что была такая договоренность как на время переписать имущество все знали, и ответчики в том числе. Как она могла не дать согласие ФИО9, он являлся ее супругом. О том, что ее права нарушены она поняла, когда ФИО9 подал на развод, и начались разговоры по поводу раздела имущества, и что дом остается вне раздела, стали разговаривать по поводу компенсации, но ФИО9 умер не успев выплатить компенсацию, наследниками на дом становятся дети, права на дом она не имеет, и тогда поняла, что нужно заниматься судебным делом. Пояснила, что еще в августе 2019 года они с ФИО9 не собирались разводиться.

Представитель истца ФИО1 ФИО14 исковые требования с учетом уточнений и всех дополнительных пояснений поддержала, суду пояснила, что при признании договора дарения недействительным суд применяет последствия недействительности сделки, и последствием недействительности сделки в данном случае будет являться признание недействительными завещания, свидетельств о праве на наследство, регистрации перехода права собственности. Относительно доводов ответчиков о пропуске срока исковой давности ранее поясняла, что срок исковой давности ничтожной сделки начинает течь с момента исполнения этой сделки. В данном случае сделка не исполнялась, соответственно срок не начинал течь. Переход права собственности, регистрация перехода права собственности не препятствует для квалификации сделки мнимой, сама регистрация и производилась для того чтобы создать видимость для третьих лиц, что было бы невозможно без осуществления этой регистрации. Требования о взыскании денежной компенсации заявлены в связи с тем, что ответчики имеют материальную возможность выплатить компенсацию. Совместное использование имущества невозможно, между сторонами сложились конфликтные отношения, стороны не являются родственниками, а выделение отдельного помещения в жилом доме не допускается законом. Единственным выходом будет выплата компенсации истцу.

Представитель ответчика законного представителя ФИО3 ФИО4 Морр Е.И. в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просила отказать в полном объеме, поддержала все письменные возражения на исковое заявление (том 2 л.д. том 2 л.д. 69-71, 148-150, том 3 л.д. 229-232, том 5 л.д. 140-145 (итоговые пояснения), согласно которым, как и пояснениям представителя ответчика, 18.12.2008 года ФИО9 (даритель) и ФИО10 (одаряемый) заключили оспариваемый договор дарения. 18.12.2008 года ФИО1 выразила согласие на дарение ФИО9 недвижимого имущества, приобретенного во время брака и являющегося общей совместной собственностью: земельного участка и жилого дома по адресу: Х его сестре ФИО10, то есть в названном согласии четко указаны лица, в отношении которых дано согласие на совершение сделки, а также указаны все признаки, идентифицирующие имущество. Указанное согласие удостоверено нотариусом, согласие подписано ФИО1 собственноручно в присутствии нотариуса, личность подписавшего документа установлена, дееспособность и факт регистрации брака проверены. 30.12.2008 года за ФИО10 зарегистрировано право собственности на вышеуказанное имущество. Наличие нотариального согласия на отчуждение спорного имущества, подтверждает совместную и направленную волю супругов на отчуждение помещения одним из супругов после его приобретения в собственность. Таким образом, каких-либо предусмотренных законом оснований для признания договора дарения спорного объекта недвижимости недействительным не имеется. Договор дарения содержит все существенные условия, которые изложены ясно и понятно, в договоре выражена воля сторон на дарение земельного участка и жилого дома, обстоятельств, свидетельствующих о мнимости договора дарения, истцом не представлено. Более того, согласно п. 3 ст. 173.1 Гражданского кодекса РФ лицо, давшее необходимое в силу закона согласие на совершение оспариваемой сделки, не вправе оспаривать ее по основанию, о котором это лицо знало или должно было знать в момент выражения согласия. Соответственно, в действиях ФИО1 имеются признаки злоупотребления правом. В силу ст. 574 Гражданского кодекса РФ передача дара может осуществляться как посредством вручения, так и посредством его символической передачи, например передача ключей, вручение правоустанавливающих документов. В настоящем случае в подтверждение передачи дара представлены договор дарения с отметкой о государственной регистрации, свидетельство о государственной регистрации права собственности. Факт не проживания ФИО10 в жилом помещении не может являться основанием для возникновения сомнений относительно принятия такого помещения и наличия права собственности на него. Согласно предмету оспариваемого договора даритель ФИО9 безвозмездно передает, а одаряемая ФИО10 безвозмездно принимает в собственность недвижимое имущество. Указанное условие соблюдено, имущество передано в собственность ФИО10 До момента прекращения фактических брачных отношений с ФИО9 ФИО1 не стремилась оспорить договор дарения, в течении длительного периода времени, подтверждая свою волю, отраженную в оспариваемой сделке, прибегнув к защите своих прав только после смерти ФИО9 Позиция ФИО1 о том, что она давала согласие на дарение, поскольку полагала, что в последующем дом вернется в общую совместную собственность супругов несостоятелен, так как относительно факта заключения договора дарения, личности одаряемого, имущества передаваемого в дар ФИО1 не заблуждалась. Кроме того, последствия совершения действий по даче согласия на совершение сделки разъяснялись истцу нотариусом. Требование ФИО1 о взыскании денежной компенсации необоснованное, поскольку право выделяющегося собственника на выплату ему стоимости его доли может быть реализовано лишь при установлении судом всех юридически значимых обстоятельств, к которым относится установление незначительности доли выделяющегося собственника, возможности пользования им спорным имуществом, исследования возражений других участников долевой собственности относительно принятия ими в свою собственность долю выделяющегося собственника, в том числе, установления, имеют ли они на это материальную возможность. Положения ст. 252 Гражданского кодекса РФ не предусматривают обязанности других участников процесса долевой собственности безусловного (принудительного) приобретения в праве собственности на имущество выделяющегося собственника. Ответчик ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 возражает против взыскания денежной компенсации стоимости доли в спорном имуществе, поскольку доля в размере 1/2 о признании которой за собой просит ФИО1 не является незначительной и имеет высокую стоимость в соответствие с материальным положением ФИО4, наличием на ее иждивении несовершеннолетнего ребенка. Также указывает на пропуск срока исковой давности ФИО1, поскольку о совершении сделки дарения она узнала 18.12.2008 года, давая согласие на ее совершение. Довод ФИО1 об отсутствии пропуска срока исковой давности в силу того, что исполнение сделки не начиналось, является несостоятельным. В Управление Росреестра по КК стороны сделки обратились совместно с собственноручными заявлениями о регистрации перехода права собственности. Согласно п. 1.6 договора дарения от 18.12.2008 года факт передачи имущества от дарителя к одаряемой и принятия имущества последней подтверждается подписанием настоящего договора и не требует дополнительного подписания акта приема-передачи. Не проживание ФИО10 в спорном доме, неуплата коммунальных платежей сами по себе не свидетельствуют о мнимости сделки. В части погреба пояснила, что право собственности не регистрировалось и не признавалось, погреб является вспомогательным строением, то что его не включили в договор не свидетельствует о недействительности сделки.

Ответчик ФИО5, являющаяся также представителем ФИО7 законного представителя несовершеннолетнего ответчика ФИО6 в судебном заседании возражала против иска, пояснила, что долю ФИО1 нельзя признать незначительной и нельзя возложить на наследников обязанность выплатить компенсацию доли, если они возражают. Сделка произведена в соответствии с законом.

Законный представитель ответчика ФИО3 ФИО4 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена, направила представителя.

Законный представитель ФИО6 ФИО7 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена, направила представителя, а также ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена, о причинах неявки суд не уведомила, ранее представила письменные пояснения (том 5 л.д. 133-137), в которых пояснила, что она не обладает материальной возможностью осуществить денежную выплату в пользу истца за долю, у нее на иждивении находится несовершеннолетний ребенок, а также мать пенсионерка. Возражает относительно заявленных требований в части признания договора дарения недействительным, в том числе с учетом представленных письменно и озвученных устно доводов представителем ФИО15

Представитель ФИО2 ФИО15 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен, о причинах неявки суд не уведомил. В материалах дела имеются письменные возражения на исковое заявление (том 2 л.д 93-95, которые представитель поддержал в судебном заседании 19.05.2023 года, и пояснял, что ФИО1 давала согласие на дарение, личность истца была удостоверена. Что сопровождало данное согласие, чем убеждал муж на согласие не имеет правового значения. ФИО1 проживала в доме, пользовалась им, и не спустя год, два и даже не спустя 10 лет не предприняла никаких действий на защиту своего ущемленного права, все это началось не только после того как супруг умер, но и когда наследники вступили в свои права. Договоренности с ФИО9, на которые ссылается истец, они вне правового поля. Даже если супруга поверила, что дом вернется, почему она не предпринимала никаких мер как фактических, так и юридических действий.

Третьи лица Управление Росреестра по Красноярскому краю, нотариусы Лазарь Т.Ю., ФИО16, ФИО17, ФИО18 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены, о причинах неявки суд не уведомили.

Согласно ст. 33 Семейного кодекса РФ, законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

В силу ст. 34 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Согласно ст. 38 Семейного кодекса РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов. В случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке. При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

В соответствии с пунктами 1 и 3 ст. 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами, общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям.

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО9 заключили брак 00.00.0000 года, брак прекращен 00.00.0000 года на основании решения мирового судьи судебного участка № 88 в Советском районе г. Красноярска от 02.03.2020 года.

Заочным решением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 18.01.2007 года за ФИО9 признано право собственности на индивидуальный двенадцати комнатный трехэтажный жилой дом, общей площадью 654,4 кв.м, в том числе: 308,6 кв.м жилая площадь, 321,8 кв.м площадь подсобных помещений и 24 кв.м площадь балконов, расположенный в микрорайоне индивидуальной жилой застройки Х по адресу: Х. Заочное решение вступило в законную силу 07.02.2007 года (том 1 л.д. 86 (оборот) – 88).

27.11.2008 года между ФИО9 и Департаментом муниципального имущества и земельных отношений администрации г. Красноярска был заключен договор купли-продажи земельного участка № 1003, согласно которому ФИО9 приобрел в собственность земельный участок из земель населенных пунктов, зоны жилой усадебной застройки, с кадастровым номером У, площадью 1741 кв.м по адресу: Х для использования жилого дома. Цена участка согласно расчету цены выкупа земельного участка составляет 3516,82 руб. (том 1 л.д. 116 (оборот) – 119).

Также по адресу: Х расположен погреб, общей площадью 87 кв.м, которому присвоен кадастровый У (том 1 л.д. 16).

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что жилой дом и земельный участок возведен и приобретен супругами ФИО1 и ФИО9 в период брака на общие средства, следовательно данное имущество являлось их общим с равенством долей супругов в праве на него.

При этом суд признает обоснованной позицию ответчиков о том, что погреб, заявленный в исковом заявлении не является самостоятельным объектом недвижимости, в отношении которого возможна государственная регистрация права, а представляет собой помещение вспомогательного использования, предназначенное для обслуживания жилого дома.

В период брака ФИО1 и ФИО9, а именно 18.12.2008 года ФИО9 (даритель) и ФИО10 (одаряемая) заключили договор дарения недвижимого имущества (том 1 л.д. 99 (оборот) – 100).

Согласно п. 1.1. договора дарения даритель безвозмездно передает, а одаряемая безвозмездно принимает в собственность в соответствие с условиями настоящего договора следующее недвижимое имущество:

- жилой дом, общей площадью 630,40 кв.м., в том числе жилой 308,60 кв.м, по адресу: Россия, Х; кадастровый У; который принадлежит на праве собственности на основании заочного решения Октябрьского районного суда г. Красноярска от 18.01.2007 г., о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ними 00.00.0000 года сделана запись регистрации У (свидетельство о государственной регистрации права серия Х от 00.00.0000 года);

- земельный участок, категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: занимаемого жилым домом, общая площадь 1741 кв.м, адрес объекта: Х; кадастровый У, который принадлежит на праве собственности на основании договора купли-продажи земельного участка от 00.00.0000 года У, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ними 00.00.0000 года сделана запись регистрации У (свидетельство о государственной регистрации права серия Х от 00.00.0000 года).

Согласно п. 1.6 договора дарения, факт передачи имущества от дарителя к одаряемой и принятия имущества последней подтверждается подписанием сторонами настоящего договора и не требует дополнительного подписания акта приема-передачи имущества.

Согласно п. 2.2 договора дарения одаряемая одновременно с получением имущества принимает обязательства по его содержанию.

Согласно п. 2.3 договора дарения на отчуждаемом имуществе на регистрационном учете никто не состоит, что подтверждается выпиской из домовой книги № 3738 от 09.12.2008 года.

Согласно п. 3.2 договора дарения, даритель по отношению к одаряемой является братом, а одаряемая сестрой.

В день подписания договора дарения, 18.12.2008 года ФИО1 дано согласие на дарение ее супругом ФИО9 приобретенного во время совместного брака и являющегося общей совместной собственностью следующего имущества: земельного участка и жилого дома по адресу: Х его сестре ФИО10

Указанное согласие ФИО1 удостоверено ФИО19, замещающей временно отсутствующего нотариуса Красногорского нотариального округа РФ Лазарь Т.Ю., ФИО1 содержание ст. 34, ст. 35, ст. 42 Семейного кодекса РФ разъяснено нотариусом. Согласие подписано ФИО1 собственноручно в присутствии нотариуса. Личность подписавшего документ установлена. Дееспособность и факт регистрации брака проверены. Согласие зарегистрировано в реестре за № 6004 (том 1 л.д. 134).

18.12.2008 года ФИО9 и ФИО10 обратились в Управление Росреестра по КК с заявлениями о государственной регистрации договора дарения от 18.12.2008 года, государственной регистрации перехода права собственности, государственной регистрации права собственности (том 1 л.д. 128-129).

30.12.2018 года Управлением Росреестра по КК в установленном законом порядке произведена государственная регистрация договора дарения за У, а также государственная регистрация перехода права собственности за У (том 1 л.д. 100).

00.00.0000 года ФИО10 умерла. После ее смерти заведено наследственное дело У (том 1 л.д. 139-197).

Из материалов наследственного дела У следует, что ФИО10 при жизни 00.00.0000 года составила завещание, удостоверенное ФИО18, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО20, зарегистрировано в реестре за У (том 1 л.д. 150 (оборот). Согласно завещанию ФИО10 завещала принадлежащее ей на праве собственности имущество: земельный участок, находящийся по адресу: Х, жилой дом, находящийся по адресу: Х ФИО9; Х, находящуюся по адресу: Х» ФИО21

ФИО9 умер 00.00.0000 года, не успев принять наследство по завещанию ФИО10

У ФИО9 имеется трое детей: сын ФИО8, 00.00.0000 года года рождения матерью является ФИО5 (том 1 л.д. 154), дочь ФИО2, 00.00.0000 года года рождения, матерью является ФИО22 (том 1 л.д. 154 (оборот), дочь ФИО3, 00.00.0000 года года рождения, матерью является ФИО4 (том 1 л.д. 155).

Брак ФИО9 и ФИО1, зарегистрированный 00.00.0000 года на дату смерти ФИО9 – 00.00.0000 года прекращен – 00.00.0000 года.

С заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО10, ФИО9 обратились ФИО21 (сестра ФИО10), ФИО8 (сын ФИО9) в порядке наследственной трансмиссии в соответствие со ст. 1156 ГК РФ в связи со смертью ФИО9, ФИО2 (дочь ФИО9), ФИО4, действующая как законный представитель несовершеннолетней ФИО3, 00.00.0000 года года рождения (дочь ФИО9).

15.04.2021 года ФИО3 выдано свидетельство о праве на наследство в 1/3 доли на жилой дом, расположенный по адресу: Х, с кадастровым номером У, зарегистрировано в реестре за У (том 1 л.д. 192 (оборот).

15.04.2021 года ФИО2 выдано свидетельство о праве на наследство в 1/3 доли на жилой дом, расположенный по адресу: Х, с кадастровым номером У, зарегистрировано в реестре за У (том 1 л.д. 193.

15.04.2021 года ФИО8 выдано свидетельство о праве на наследство в 1/3 доли на жилой дом, расположенный по адресу: Х, с кадастровым номером У зарегистрировано в реестре за У (том 1 л.д. 193 (оборот).

15.04.2021 года ФИО3 выдано свидетельство о праве на наследство в 1/3 доли на земельный участок, с кадастровым номером У адрес: Х, зарегистрировано в реестре за У (том 1 л.д. 194).

15.04.2021 года ФИО2 выдано свидетельство о праве на наследство в 1/3 доли на земельный участок, с кадастровым номером У, адрес: Х, зарегистрировано в реестре за У (том 1 л.д. 194 (оборот)).

15.04.2021 года ФИО8 выдано свидетельство о праве на наследство в 1/3 доли на земельный участок, с кадастровым номером У, адрес: Х, зарегистрировано в реестре за У (том 1 л.д. 195).

В ходе судебного разбирательства по настоящему гражданскому делу ФИО8 умер 00.00.0000 года (том 3 л.д. 144). После смерти ФИО8 заведено наследственное дело 132/2022 (том 3 л.д. 142-161).

Наследником на имущество умершего ФИО8 является ФИО6, 00.00.0000 года года рождения, матерью которого является ФИО7 (том 3 л.д. 150).

ФИО7 супругой ФИО8 не является, у нее заключен брак 00.00.0000 года с ФИО23 (том 3 л.д. 147).

Также наследником на имущество ФИО8 является мать ФИО5

Определением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 18.10.2022 года произведена замена ответчика ФИО8 на ФИО5, ФИО6 (том 3 л.д. 213-214).

10.10.2022 года ФИО5 выдано свидетельство о праве на наследство ФИО8 в 1/3 доли на земельный участок, с кадастровым номером У, адрес: Х, зарегистрировано в реестре за У.

10.10.2022 года ФИО5 выдано свидетельство о праве на наследство ФИО8 в 1/3 доли на жилой дом, расположенный по адресу: Х, с кадастровым номером У, зарегистрировано в реестре за У

10.10.2022 года ФИО6 выдано свидетельство о праве на наследство ФИО8 в 1/3 доли на земельный участок, с кадастровым номером У, адрес: Х, зарегистрировано в реестре за У

10.10.2022 года ФИО6 выдано свидетельство о праве на наследство ФИО8 в 1/3 доли на жилой дом, расположенный по адресу: Х, с кадастровым номером У, зарегистрировано в реестре за У

Ссылаясь на мнимость договора дарения от 18.12.2008 года, заключенного между ФИО9 и ФИО10 и возражая против истечения срока исковой давности ФИО1 указывает на то, что договор дарения не исполнялся, ФИО10 спорное недвижимое имущества не принимала, расходов по его содержанию не несла.

В обоснование своих доводов ФИО1 представлены следующие письменные документы, в том числе запрошенные судом по ходатайству истца ФИО1

Согласно актам сверки начислений за потребленную электрическую энергию, предоставленным ПАО «Красноярскэнергосбыт» за период с 10.08.2012 года по 09.11.2022 года, в жилом доме, по адресу: Х установлены три прибора учета, абонент указан ФИО9 (том 2 л.д. 123-125, том 4 л.д. 24-30).

Согласно справке ТСЖ «Содружество» от 07.12.2021 года (том 2 л.д. 154), ФИО9 с 2003 года по октябрь 2020 года являлся членом ТСЖ «Содружество», проживал по адресу: Х. Членские взносы и прочие платежи на нужды ТСЖ «Содружество» вносил регулярно и самолично наличными денежными средствами в кассу ТСЖ, принимал участие в собраниях ТСЖ. Информация о платежах предоставляется с 2014 года в связи с уничтожением архива документов за период с января 2003 года по январь 2013 года. К справке приложена выписка из реестра платежей ТСЖ «Содружество» (том 2 л.д. 154 (оборот).

Согласно договору об осуществлении технологического присоединения от 03.02.2012 года, ООО МРСК Сибири и ФИО9, проживающий по адресу: Х заключили договор, по которому исполнитель взял на себя обязательство по технологическому присоединению энергопринимающих устройств по адресу: Х (том 1 л.д. 155-158). Согласно акту об осуществление технологического присоединения У, ООО МРСК Сибири и ФИО9, проживающий по адресу: Х составила акт, которым подтверждается, что технологическое присоединение энергопринимающих устройств по договору от 03.02.2012 года для электроснабжения жилого дома выполнено (том 2 л.д. 159).

Согласно договору № 39/17 от 11.07.2017 года, заключенному между ООО «АйТиСМ» и ФИО9, исполнитель обязуется выполнить работы по монтажу системы видеонаблюдения на объекте, расположенном по адресу: <...>, стоимость работ составила 311165,70 руб. Оплата по договору произведена тремя платежными поручениями ( том 2 л.д. 162-169, том 3 л.д. 184-188, 189-191).

ФИО1 представлены заказ на пошив штор в ателье Амка (том 1 л.д. 170-172), а также квитанции по услугам химчистки (том 2 л.д. 173-175).

Допрошенная в судебном заседании 13.12.2021 года (том 2 л.д. 178) свидетель ФИО12 пояснила, что ФИО9 обратился к ней в конце 2008 года, объяснил ситуацию об экономическом кризисе, в связи с чем необходимо переоформить недвижимость. На нее была оформлена квартира, предлагали переоформить коттедж, но так как она не близкий родственник были проблемы с оформлением. Условиями были такие, что после определенного времени все вернется снова ФИО9, когда он об этом попросит. Денежные средства по договору уступке не передавались, в декабре 2012 года она вернула имущество ФИО9 ей известно о договоренности с ФИО10, она тоже должна была вернуть имущество. В жилом доме ФИО10 не проживала, приезжала только на праздники. ФИО9 просил вернуть ФИО24 имущество, но она отказалась, она лично это рассказала (ФИО12), а она (ФИО12) рассказала об этом сестре ФИО1 Это было осенью 2019 года.

Из материалов регистрационного дела на квартиру по адресу: Х (том 2 л.д. 231-248) следует, что 27.11.2008 года между ФИО9 и ФИО12 был заключен договор уступки прав и перевода долга по договору У участия в долевом строительстве жилого дома в г. Красноярске от 21.08.2007 года в отношении Х районе жилого массива «Аэропорт» в Х, а 21.12.2012 года между ФИО12 и ФИО9 заключен договор уступки прав и перевода долга по договору № 15 участия в долевом строительстве жилого дома в г. Красноярске от 21.08.2007 года в отношении Х районе жилого массива «Аэропорт» в Х.

Согласно ответу ООО «СБА-Мебель» на судебный запрос, запрашиваемые документы по оказанию услуг ФИО9 и ФИО1 (договоры купли-продажи за период с 2015 г. по 2020 г.) в ООО «СБА-Мебель» отсутствует (том 3 л.д. 82).

В судебном заседании 21.02.2022 года были допрошены свидетели ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29 (том 3 л.д. 105-114).

Свидетель ФИО25 пояснила, что она является другом семьи ФИО9 и ФИО1, они проживали в доме по Х, она ездила к ним в гости начиная с 2009 года, вместе отмечали праздники, Белецкую она знает как сестру ФИО9, видела ее один раз на дне рождении ФИО9 Ей известно, что в собственности у ФИО9 был соседний участок, он планировал расширять территорию, о том, что дом подарен сестре она не знала, дом строил сам ФИО9 20 лет. В последний раз она видела ФИО9 и ФИО1 вместе в 2017 году.

Свидетель ФИО26 пояснил, что 16 лет знал ФИО9, познакомились в 2005 году, вместе лежали в больнице. Он (ФИО26) очень часто был в гостях у ФИО30 по ул. Детская, 29, начиная с 2006 года, последний раз был в октябре 2020 года. Про сестру Белецкую ничего не знает.

Свидетель ФИО27 пояснил, что с ФИО9 и ФИО1 знаком с 2003 года, Белецкую не знает. ФИО1 и Доценко вместе с доме проживали до 2019 года. Про дарение дома ему ничего известно не было, ФИО9 сам приходил и оплачивал членские взносы.

Свидетель ФИО31 пояснила, что в 2014 году они с мужем приобрели дом по Х, были вхожи в дом ФИО9 и ФИО1, ходили в гости к друг другу по соседски, последний раз были в гостях в декабре 2018 года.

Свидетель ФИО32 пояснил, что ФИО9 и ФИО1 знает как соседей, знакомы с 2014 года, ФИО1 и ФИО9 жили в доме, ФИО1 часто гуляла с собаками. Последний раз были в гостях около двух лет назад.

Согласно ответу ООО «Радиоимпульс-Телеком» на судебный запрос, между Обществом и ФИО9, проживающим по адресу: Х были заключены договоры на оказание услуг связи: договор на оказание услуг телефонной связи от 21.02.2013 года, расторгнут 19.09.2018 года, договор на оказание услуг по кабельному вещанию от 21.02.2013 года, договор на оказание телематических услуг связи и услуг по передаче данных (интернет) от 21.02.2013 года. 22.02.2013 года, за подключение к услугам связи ФИО9 оплачено 10000 руб., 22.02.2013 года платеж вносил ФИО9, с 31.05.2013 года по 16.09.2020 года оплата вносилась в кассу, установить лицо, внесшее платеж не представляется возможным (том 3 л.д. 137-138).

Согласно сведениям АО «Красноярсккрайгаз» (том 5 л.д. 13-25), ФИО9 по договору № 403-5-294/12 от 16.02.2012 года приобретался сниженный углеводородный газ для отопления жилого помещения и нагрева воды, расположенного по адресу: Х. Принимая во внимание срок хранения бухгалтерских документов 5 лет, представлены накладные и приходные кассовые ордера за период с марта 2018 года по июль 2020 года. В 2021, 2022 г.г. ФИО9 в АО «Красноярсккрайгаз» газ не приобретал.

Согласно информации ИП ФИО33 (том 5 л.д. 26-39), в период с сентября 2012 года по август 2015 года было поставлено газовое топливо по заявкам ФИО9 по адресу: Х. Общая сумма поставок газового топлива составила 1028250 руб. Оплата производилась лично ФИО9

Истцом ФИО1 представлен протокол допроса свидетеля ФИО34, удостоверенный нотариусом (том 3 л.д. 180-181), который пояснил, что ФИО9 переоформил дом и земельный участок на сестру ФИО10 по причине, что боялся что банки могут обратить взыскание по долгам на дом. Супруги после сделки продолжали проживать в доме, он бывал у них в гостях 2-3 раза в месяц. Со слов Александра расходы по содержанию и благоустройству дома нес сам Александр, сестра в расходах не участвовала.

В судебном заседании 07.04.2023 года (том 5 л.д. 110-113) был допрошен свидетель ФИО35, который пояснил, что он работал в ООО Термогазсервис с 2006 года до 2015 в разных должностях, был заключен договор по газоснабжению дома по Х с ФИО9 Договор предусматривал доставку оборудования, установка, поставка на сумму 850 000 руб., договор 130 000 руб. Денежные средства вносил ФИО9 наличными. На объект выезжали раза четыре или пять объект большой, работа была объемная, в доме находилась супруга, работник вольнонаемный и сам ФИО30. Дом был обжитой, котельная уже работала, в доме проживали ФИО9 с супругой. Работа включала в себя монтаж газового хранилища, объект был индивидуальный, эксклюзивный, потому что нагрузка большая, было смонтировано резервуарное хранилище, проведен подземный газопровод в помещении котельной, смонтировано 3 газовых котла, 3 электрических котла, дымоход. В дальнейшем продолжалось облуживание до 2015 года.

Согласно судебному заключению ООО Центр независимых экспертиз «ПРОФИ» № 74/2023 (том 4 л.д. 66-227) рыночная стоимость жилого дома по адресу: Х, кадастровый У составляет 54138000 руб., рыночная стоимость земельного участка, расположенного по адресу: Х, кадастровый У составляет 2600000 руб., рыночная стоимость погреба, расположенного по адресу: Х, кадастровый У составляет 5246000 руб.

Согласно Выписке из ЕГРН от 19.05.2023 года право собственности на жилой дом по адресу: Х, кадастровый У, земельный участок, расположенный по адресу: Х, кадастровый У зарегистрировано за ФИО3 – 1/3 доли, ФИО2 – 1/3 доли, ФИО5 -1/6 доли, ФИО6 – 1/6 доли (том 5 л.д. 149-172).

Часть 3 ст. 17 Конституции РФ устанавливает, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно ст. 572 Гражданского кодекса РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или третьим лицом.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 3 ст. 166 Гражданского кодекса РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла указанной правовой нормы для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии с абзацем 3 пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 ст. 1111 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону.

Согласно п. 1 ст. 1112 Гражданского кодекса РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно п. 1 ст. 1142 Гражданского кодекса РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Как видно из дела, спорное имущество жилой дом и земельный участок получены в дар ФИО10 в период брака ФИО1 и ФИО9

Разрешая исковые требования ФИО1 о признании договора дарения недействительным, суд считает, что совокупность представленных истцом доказательств позволят прийти к выводу о том, что оформляя договор дарения в отношении спорного жилого дома и земельного участка ФИО9 и ФИО10 не имели реальных намерений создать последствия заключения сделки - договора дарения в виде фактической передачи имущества в собственность ФИО10, сделку стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались, поскольку ФИО9 продолжил проживать в доме, нес расходы, вкладывал значительные суммы в его обустройство из семейного бюджета супругов, поскольку с даты сделки – 2008 года ФИО1 и ФИО9 сохраняли семейные отношения, проживали в доме, вели общее хозяйство до октября 2019 года, тогда как ФИО10 свои права и обязанности как собственника не реализовала, в спорное домовладение не вселялась, расходов по его содержанию не несла, т.е. фактически не вступала в пользование жилым помещением.

Из находящихся в материалах дела документов, усматривается, что ФИО10 нигде не выступала плательщиком за отопление жилого дома, не перезаключала договоры на оказание таких услуг как телефонная связь, кабельное телевидение, интернет, на энергоснабжение, фактически все данные расходы нес ФИО9 Допрошенные свидетели пояснили, что доме проживали супруги ФИО1 и ФИО9, при этом ФИО9 относился к спорному имуществу как к своему личному. В данном случае имеется формальное исполнение договора – регистрация перехода права собственности на ФИО10, поскольку фактически данное имущество не вышло из владения ФИО9, как и ФИО1 поскольку имущество являлось совместно нажитым.

Оформление в письменной форме представленного договора дарения, как и регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество от ФИО9 к ФИО10 не является достаточным доказательством фактического исполнения сторонами условий договора и перехода права собственности к одаряемому исходя из фактических обстоятельствах настоящего гражданского дела. Тот факт, что ФИО1 дала нотариальное согласие на дарение, по мнению суда не отменяет того, что такое согласие имело место быть, однако с учетом того, что сделка была совершена между близкими родственниками сестрой и братом, и что параллельно также ФИО9 совершал сделку по отчуждению имуществу уже сестре ФИО1 ФИО12 дает суду основания признать доводы истца о том, что такая договоренность как временное переоформление имущества на родственника имелась.

Возражая против доводов истца о мнимости договора ответчиками напротив не представлено достаточных и достоверных доказательств фактической передачи жилого дома и земельного участка одаряемой ФИО10, спорное имущество из фактического владения и контроля ФИО9, исходя из установленных по делу обстоятельств, о которых указано выше, не выбывали. Каких-либо дополнительных доказательств (помимо самого договора) исполнения сделки дарения с передачей дома и земельного одаряемой ответчиками в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено. Формальное исполнение в виде регистрации перехода права собственности не препятствует признанию договора мнимым (п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 25).

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что договор дарения от 18.12.2008 года жилого дома, общей площадью 630,40 кв. по адресу: Х, земельного участка, общей площадью 1741 кв.м. по адресу: Х, заключенный между ФИО9 и ФИО10 подлежит признанию недействительным в силу ничтожности как мнимая сделка.

В силу п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Ответчиками в ходе рассмотрения настоящего спора заявлено о пропуске истцом срока исковой давности и о применении последствий его пропуска.

Согласно п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Разрешая заявление ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности по настоящему спору, суд учитывает, что в ходе судебного разбирательство установлено, что стороны не приступили к исполнению сделки дарения, в связи с чем срок исковой давности по требованию о признании указанной сделки недействительной течь не начинал, поэтому не является пропущенным.

Ничтожная сделка является недействительной с момента ее заключения (абзац 2 пункта 84 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", далее - Постановление N 25).

Поскольку ФИО1 не является стороной ничтожной сделки, в результате которой нарушено ее право на супружескую долю в совместно нажитом имуществе, суд приходит к выводу о необходимости применения последствий недействительности сделки ввиду того, что защита права истца возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки, в связи с чем подлежат признанию недействительными: завещание от 00.00.0000 года ФИО10 в части распоряжения земельным участком, находящимся по адресу: Х, жилым домом, находящимся по адресу: Россия, Х, свидетельств о праве на наследство по закону от 00.00.0000 года к имуществу ФИО10, выданных на имя ФИО3, ФИО2, ФИО8, свидетельств о праве на наследство по закону от 10.10.2022 года к имуществу ФИО8, выданных на имя ФИО6, ФИО5

Учитывая, что брачный договор между ФИО1 и ФИО9 не заключался, соглашение о разделе совместно нажитого имущества между ними не заключалось, жилой дом, находящийся по адресу: Х земельный участок по адресу: Х приобретены браке, учитывая положения ст. 39 Семейного кодекса РФ, суд приходит к выводу о признании за ФИО1 права собственности на 1/2 долю в жилом доме и земельном участке, соответственно 1/2 доли ФИО9 в указанном имуществе подлежит распределению между ответчиками, являющимися наследниками после смерти ФИО9: ФИО3 1/6 доли, ФИО2 1/6 доли, ФИО6 на 1/12 доли, ФИО5 на 1/12 доли.

Право собственности ФИО3 на 1/3 доли, ФИО2 на 1/3 доли, ФИО6 на 1/6 доли, ФИО5 на 1/6 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок подлежит прекращению.

Разрешая исковые требования ФИО1 о взыскании с ответчиком денежной компенсации за причитающиеся истцу доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок суд не находит правовых оснований для удовлетворения данного требования.

Ссылаясь на материальную возможность ответчиков выплатить ФИО1 денежную компенсацию, истец указывает, что размер наследства, полученного ответчиками, по стоимости значительно превышает размер заявленной истцом компенсации. Наследство после смерти ФИО9, 1/2 доли за вычетом супружеской доли составляет: объекты недвижимости: объект незавершенного строительства по адресу: Х, площадью 151,4 кв.м., стоимостью 5 186 000,00 руб., право аренды земельного участка, кадастровый У по адресу: Х, участок У стоимостью 643500 руб., квартира в Х, стоимостью 11 069 000 руб., 2/198 доли в праве собственности нежилого здания Х, площадью 7 313,5 кв. м., стоимостью 2 135200 руб., спорные объекты недвижимости по адресу Х: жилой дом, кадастровый У,00 руб., земельный участок, кадастровый У руб., погреб, кадастровый У руб., доли в уставных капиталах обществ: доля в ООО «СИАЛ» в размере 14,286 % от уставного капитала, что составляет номинальную стоимость в размере 356 292,84 руб., доля в ООО «Айти Сервис Менеджмент» в размере 14,286% от уставного капитала, что составляет номинальную стоимость в размере 3 428,64 руб., доля в ООО «Автотехцентр-Сервис» в размере 16,6671% от уставного капитала, что составляет номинальную стоимость в размере 1 744 136,26 руб., доля в ООО «СиалАвтоФранц» в размере 16,6671% от уставного капитала, что составляет номинальную стоимость в размере 1 666710 руб., доля в ООО «Управляющая компании СиалАвто» в размере 16,6671% от уставного капитала, что составляет номинальную стоимость в размере 3 333,42 руб., доля в ООО «СиалАвто-Взлетка» в размере 16,6671% от уставного капитала, что составляет номинальную стоимость в размере 16 667,1 руб., автомобиль КИА СОРЕНТО YIN У гос.УА0124, 2015 года выпуска, стоимостью 1 770 000 руб., денежные средства (дивиденды) в размере 2 779 774,13 руб. находящихся в ПАО «Сбербанк» на расчётных счетах, открытых на имя ФИО9, начисленные с даты смерти 00.00.0000 года года по 31.05.2022 года, и не выплаченные наследникам ФИО9 дивиденды ООО «СИАЛ» в сумме 30 426 779,96 руб. Наследство в порядке трансмиссии после смерти ФИО10: доля в праве собственности (1/97) на помещение в Х Г, пом. 2; цена по договору приобретения 800 000 руб., денежные средства на счетах ФИО10 в ПАО «Сбербанк» - 1 532 197,14 руб. Согласно решению суда за наследниками ФИО9 признано право долевой собственности на квартиру по адресу: Х, цена приобретения 5 003 357 руб., кадастровая стоимость 3 059 374, 11 руб., что подтверждается Решением Советского районного суда от 15.12.2021 года по делу № 2-9539/2021. Наследство после смерти ФИО8, являвшегося наследником ФИО9: ООО «Профиль-комплект», 11 % от уставного капитала, номинальная стоимость доли 5500 руб., объекты недвижимости, зарегистрированные на имя ФИО8: 1/582 доля нежилого помещения в Х Г, пом. 2; квартира Х, площадь 46,1 кв.м., кадастровая стоимость 2 010 437,6 руб., квартира Х, площадью 18,5 кв.м. кадастровая стоимость 773 492,03 руб., квартира, Х, площадью 74,1 кв.м, квартира по адресу Х площадью 21,4 кв. стоимостью 1 221860 руб. (том 5 л.д. 69-106).

У ответчика ФИО2 имеется на праве собственности жилое помещение по адресу: Х, у матери ФИО2 ФИО36 жилое помещение по адресу: Х.

В силу п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

На основании п. 1 ст. 247 Гражданского кодекса РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации (пункт 2).

При недостижении участниками долевой собственности соглашения о способе и условиях раздела общего имущества или выдела доли одного из них участник долевой собственности вправе в судебном порядке требовать выдела в натуре своей доли из общего имущества. Если выдел доли в натуре невозможен, выделяющийся собственник имеет право на выплату ему стоимости его доли другими участниками долевой собственности (пункт 3 статьи 252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу вышеприведенных норм гражданского законодательства, сособственник в случае отсутствия соглашения между всеми участниками долевой собственности об использовании имущества и в условиях невозможности выделения ему его доли в натуре вправе требовать от других участников выплаты ему денежной компенсации.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации выраженные в Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы неприкосновенности собственности и свободы договора, предполагающие равенство, автономию воли и имущественную самостоятельность участников гражданско-правовых отношений, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, обусловливают свободу владения, пользования и распоряжения имуществом, включая возможность отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, и вместе с тем - необходимость соотнесения принадлежащего лицу права собственности с правами и свободами других лиц. Это означает, в частности, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, если они не противоречат закону и иным правовым актам и не нарушают права и законные интересы других лиц (постановления от 20 июля 1999 г. N 12-П, от 6 июня 2000 г. N 9-П, от 22 ноября 2000 г. N 14-П, от 12 июля 2007 г. N 10-П, от 20 декабря 2010 г. N 22-П, от 22 апреля 2011 г. N 5-П и от 14 мая 2012 г. N 11-П; определения от 4 декабря 2003 г. N 456-О, от 17 января 2012 г. N 10-О-О и др.).

Пункт 3 ст. 252 Гражданского кодекса РФ, действующий во взаимосвязи с иными положениями данной статьи направлен на реализацию конституционной гарантии иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, на обеспечение необходимого баланса интересов участников долевой собственности, а также на предоставление гарантий судебной защиты их прав (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 марта 2009 г. N 167-О-О, от 16 июля 2009 г. N 685-О-О, от 16 июля 2013 г. N 1202-О и N 1203-О); если же соглашение между всеми участниками долевой собственности о выделе доли имущества одному (или нескольким) из них не достигнуто, суд решает данный вопрос в каждом конкретном случае на основании исследования и оценки совокупности представленных сторонами доказательств (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2008 г. N 242-О-О, от 15 января 2015 г. N 50-О).

Данные нормы закона в совокупности с положениями статей 1, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющими, что гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых отношений, недопустимости произвольного вмешательства в частные дела, требуют при разрешении споров о возложении на иных участников долевой собственности обязанности по выплате одному из них денежной компенсации исходить из необходимости соблюдения баланса интересов всех сособственников.

При этом, право выделяющегося собственника на выплату ему стоимости его доли может быть реализовано лишь при установлении судом всех юридически значимых обстоятельств, к которым относится установление незначительности доли выделяющегося собственника, возможности пользования им спорным имуществом, исследования возражений других участников долевой собственности относительно принятия ими в свою собственность долю выделяющегося собственника, в том числе, установления, имеют ли они на это материальную возможность. В противном случае, искажается содержание и смысл ст. 252 Гражданского кодекса РФ, призванной обеспечить соблюдение необходимого баланса интересов всех участников долевой собственности.

Таким образом, положения ст. 252 Гражданского кодекса РФ не предусматривают обязанности других участников долевой собственности безусловного (принудительного) приобретения в праве собственности на имущество выделяющегося собственника.

Ответчики возражают против принятия в свою собственность доли, принадлежащей ФИО1, ссылаясь на то, что она не является незначительной и имеет высокую стоимость в соотношении с их материальным положением, а кроме того, указывают на то, что наследственное имущество никому из наследников в настоящее время не присуждено, поскольку в Центральном районном суде г. Красноярска находится на рассмотрении спор о разделе имущества супругов ФИО1 и ФИО9, выделе супружеской доли.

Таким образом, положения ст. 252 Гражданского кодекса РФ не предусматривают обязанности других участников долевой собственности безусловного (принудительного) приобретения в праве собственности на имущество выделяющегося собственника. Поскольку в рамках настоящего спора судом установлено, что ответчики возражают против принятия в свою собственность доли, принадлежащей истцу ФИО1, доля которой незначительной не является, суд приходит к выводу об отказе ФИО1 в удовлетворении требования о взыскании с ответчиков денежной компенсации стоимости доли, и в данном случае суд руководствуется именно отсутствием совокупности всех условий, при которых возможен принудительный выкуп доли.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 в лице законного представителя ФИО4, ФИО5, ФИО6 в лице законного представителя ФИО7 о признании договора дарения недействительным, выделении доли из наследственного имущества, взыскании денежной компенсации стоимости доли удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения от 18 декабря 2008 года жилого дома, общей площадью 630,40 кв.м по адресу: Х, земельного участка, общей площадью 1 741 кв.м, по адресу: Х, заключенный между ФИО9 и ФИО10.

Признать недействительным завещание от 05 сентября 2009 года ФИО10 в части распоряжения земельным участком, находящимся по адресу: Х, жилым домом, находящимся по адресу: Россия, Х.

Признать недействительными, выданные на имя ФИО3, ФИО2, ФИО8 свидетельства о праве на наследство по закону от 15 апреля 2021 года к имуществу ФИО10.

Признать недействительными, выданные на имя ФИО6, ФИО5 свидетельства о праве на наследство по закону от 10 октября 2022 года к имуществу ФИО8.

Прекратить право собственности ФИО3 на 1/3 доли, ФИО2 на 1/3 доли, ФИО6 на 1/6 доли, ФИО5 на 1/6 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, общей площадью 630,40 кв.м, по адресу: Х; кадастровый У, земельный участок, общей площадью 1 741 кв.м по адресу: Х, кадастровый У.

Признать за ФИО1 право собственности на 1/2 доли, ФИО3 на 1/6 доли, ФИО2 на 1/6 доли, ФИО6 на 1/12 доли, ФИО5 на 1/12 доли общей долевой собственности на жилой дом, общей площадью 630,40 кв.м, по адресу: Х; кадастровый У, земельный участок, общей площадью 1 741 кв.м по адресу: Х, кадастровый У.

В удовлетворении требования ФИО1 о взыскании денежной компенсации стоимости доли отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий (подпись) Е.А. Полынкина

Мотивированное решение изготовлено 13 июня 2023 года.

Копия верна Е.А. Полынкина