66RS0038-01-2022-000392-11

Административное дело №2а-1085/2022

Мотивированное решение

составлено 11 января 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Город Невьянск Свердловской области 21 декабря 2022 года

Невьянский городской суд Свердловской области

в составе председательствующего Балакиной И.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Пичкуровой Е.В.,

с участием: административного истца ФИО1,

представителя административных ответчиков - ФСИН России, ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ ИК-3 ГУФСИН России по Свердловской области, а также представителя заинтересованного лица - ГУ ФСИН России по Свердловской области - ФИО2, действующей на основании доверенностей,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием средств аудиопротоколирования административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ ИК-З ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания,

установил:

ФИО1 (далее – административный истец) обратился в суд с иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №46 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области», Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония №3 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской области» (далее – административные ответчики) о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания по 1 500 000 рублей с каждого из них.

В обоснование требований указано, что он был осужден приговором от 00.00.0000 Невьянского городского суда к наказанию в виде реального лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии особого режима. Наказание отбывал в <*****>). Всего отбывал наказания с 00.00.0000 года.

Приговором Невьянского городского суда от 00.00.0000 он был осужден к наказанию в виде реального лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии особого режима. Наказание отбывал в ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области (г. Невьянск).

По отбытии наказаний ему стало известно, что он как бывший военнослужащий внутренних войск МВД России (ныне Росгвардия), исполнявший во время своей службы правоохранительные функции, должен был отбывать наказание в специализированном учреждении, где должны содержаться сотрудники правоохранительных органов, а не с иными осужденными на общих основаниях. Во время отбывания наказания он реально постоянно ощущал для себя от других осужденных этих колоний угрозу жизни и здоровью, а вследствие ежедневных нравственных переживаний и волнений по этому поводу у него стали возникать сильные головные боли, и ухудшилось общее состояние здоровья.

Отбывание наказания истца в исправительном учреждении не для бывших работников судов и правоохранительных органов повлекло нарушение его прав, гарантированных законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, что является основанием для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, который он оценивает в 1 500 000 рублей с каждого из исправительных учреждений.

Административный иск мотивирован со ссылками на ст. 53 Конституции Российской Федерации, ст. 16, 125, 151, 1069, 1071, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 75, 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации. (л.д. 3-6).

Решением Невьянского городского суда от 00.00.0000 по делу *** исковые требования были удовлетворены частично.

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Свердловского областного суда от 00.00.0000 (дело ***) решение суда отменено, административное дело направлено на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела, на основании ст. 41 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации привлечено к участию в деле в качестве административного ответчика ФСИН России; на основании ст. 47 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации привлечено к участию в деле в качестве заинтересованного лица ГУФСИН России по Свердловской области.

В соответствии с пунктом 4 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, при рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Следовательно, ФСИН России является надлежащим административным ответчиком.

В судебном заседании административный истец доводы административного иска поддержал, уточнил, что компенсацию за нарушение условий содержания в исправительных учреждениях он оценивает в 3 000 000 рублей (по 1 500 000 рублей за ненадлежащие условия содержания в каждом из исправительных учреждений).

Представитель административных ответчиков и заинтересованного лица возражал в удовлетворении административного иска по тем основаниям, что в ИК-3 ФИО1 прибыл 00.00.0000 из ИЗ-66/3 ст. Сан-Донато ГУФСИН России по Свердловской области, освобожден 00.00.0000 по отбытию наказания. По прибытию в ИВС .... с его слов была составлена анкета арестованного, в которой в п. 13 «отношение к воинской обязанности и воинского звания», указано не имеет, военнообязанный. Иной информации ни личное дело осужденного, ни приговор от 00.00.0000 не содержит.

Согласно разъяснениям ФСИН России от 15.09.2009 с целью обеспечения требований ч. 3 ст. 80 УИК РФ, учитывая положения Федеральных законов от 20.04.1995 №45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов», от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также других законодательных актов, в которых содержится прямое указание на осуществление органами правоохранительной службы либо указание на осуществление задач, функций и деятельности, которые связаны с охраной прав и законных интересов граждан, осужденных, в личных делах которых имеются сведения, подтверждающие прохождение службы или работу в подразделениях вышеуказанных органов, направлять в исправительные учреждения для бывших работников судов и правоохранительных органов.

ФИО1 не относится к категориям, указанным в ст. 2 Федерального закона №45-ФЗ: не является сотрудником правоохранительных органов, военнослужащим внутренних войск Министерства внутренних дел Российской Федерации, которые принимали непосредственное участие в пресечении действий вооруженных преступников, незаконных вооруженных формирований и иных организованных преступных групп.

Раздельное содержание вышеперечисленных категорий осужденных, в первую очередь, требуется для того, чтобы организовать исправительное воздействие на заключенных с учетом особенности той или иной их группы и повысить эффективность их реализации. Включение в закон этого правила обусловлено необходимостью обеспечения безопасности этой категории осужденных, которые в связи с их прошлой деятельностью могут подвергаться проявлениям мести со стороны других осужденных.

Учитывая, что истец не принимал непосредственного участия в пресечении действий вооруженных преступников, незаконных вооруженных формирований и иных организованных преступных групп, опасность в его преследовании со стороны других осужденных по причине его прошлой правоохранительной деятельности отсутствует.

Однако в период своего содержания ФИО1 имел право обратиться с заявлением к администрации учреждения и сообщить информацию о том, что является бывшим сотрудником Росгвардии. Однако согласно справке, представленной заведующей канцелярией ФИО3, ФИО1 в период нахождения в ФКУ ИК-3 с письменными заявлениями, обращениями, жалобами на имя начальника учреждения не обращался. К тому же сам истец утверждает, что не знал, что относится к таковому контингенту.

Согласно справке фельдшера медицинской части ***, в период с 00.00.0000 по 00.00.0000 ФИО1 обращался на амбулаторный прием 00.00.0000 при трудоустройстве на работу. Других обращений пациента в спорный период времени в медицинской карте не зафиксировано. Доказательств ухудшения состояния здоровья не представлено.

Согласно справке специалиста по социальной работе ГСЗО от 00.00.0000 ***, ежемесячных денежных выплат (ЕДВ) за период нахождения в ИК-3 с 00.00.0000 по 00.00.0000 ФИО1 не получал.

Не имеется доказательств, свидетельствующих о таких нарушениях условий содержания осужденных, в результате которых были бы нарушены личные неимущественные права истца либо принадлежащие ему нематериальные блага. ФИО1 не предоставлено доказательств того, что в отношении него со стороны сотрудников исправительных учреждений имели место незаконные действия (бездействие).

ФИО1 отбывал наказание в ИК-46 до ноября 2008 года.

Согласно п. «а» ст. 1308 приказа ФСИН России от 21.07.2014 № 373 «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности Федеральной службы исполнения наказаний, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы, с указанием сроков хранения» срок хранения личных дел подозреваемых, обвиняемых и осужденных к лишению свободы, освобожденных из мест лишения свободы, составляет 10 лет со дня истечения срока наказания, установленного приговором суда.

00.00.0000 личное дело осужденного ФИО1 было уничтожено отделом специального учета ФКУ ИК-46 в связи с истечением установленного срока хранения (акт о выделении к уничтожению личных дел осужденных, не подлежащих хранению *** от 00.00.0000).

Порядок хранения личных дел осужденных регламентирован Приказом Минюста России от 15.08.2007 № 161-дсп «Об утверждении Инструкции о работе специальных отделов (групп) исправительных колоний, воспитательных колоний и лечебных исправительных учреждений». Согласно требованиям данного приказа на основании личных дел на осужденных, поступающих в колонию, заполняются учетные карточки, при этом срок их хранения - постоянно.

В учетных карточках ФИО1, содержащихся в алфавитно-учетной картотеке ФКУ ИК-46, информации о том, что он является бывшим военнослужащим Внутренних войск МВД России (ныне Росгвардия), не содержится. Соответственно в личном деле осужденного данная информация также отсутствовала.

Обращение, в суд спустя длительное время после имевшего со слов административного истца факта нарушения его прав также влияет на невозможность предоставления доказательств в свою защиту со стороны ответчика. В связи с этим на ответчика не могут быть возложены неблагоприятные последствия в виде наступления ответственности за отсутствие объективной возможности предоставления доказательств, а также возложено бремя доказывания в противовес голословным утверждениям истца.

Заявленная сумма компенсации не отвечает признакам разумности и справедливости, является чрезмерно завышенной, поскольку никаких доказательств того, что нарушение, якобы имевшее место, по мнению административного истца, привело к каким-либо негативным последствиям, отразилось на его здоровье, не предоставлено.

ФИО1 пропущен срок для предъявления настоящего заявления, поскольку его обращение за компенсацией последовало по истечении длительного времени, что само по себе свидетельствует о степени значимости для заявителя исследуемых обстоятельств.

Отсутствует как сам вред, так и вина учреждений и органов уголовно-исполнительной системы в том, что истец содержался в исправительной колонии, не предназначенной для отбывания наказания бывшими сотрудниками правоохранительных органов. Истцом не представлено доказательств того, что он обращался с письменным или устным обращением к администрации исправительных учреждений и иным органам по вопросу обеспечить его безопасность путем перевода в спецколонию из-за угроз в его адрес, связанных с прохождением службы в Росгвардии.

Просил в удовлетворении административного иска отказать.

Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав обстоятельства дела, представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 218, частью 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ) необходимым условием для удовлетворения административного иска, рассматриваемого в порядке главы 22 КАС РФ, является наличие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии оспариваемых решения, действий (бездействия) административного ответчика требованиям действующего законодательства и нарушении прав административного истца. При этом на административного истца процессуальным законом возложена обязанность доказать обстоятельства, свидетельствующие о нарушении его прав, а также соблюдении срока обращения в суд за защитой нарушенного права. Административный ответчик обязан доказать, что принятое им решение, действия (бездействие) соответствуют закону (части 9 и 11 статьи 226, статья 62 КАС РФ).

В силу статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условием содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством РФ и международными договорами РФ условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Статья 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина в качестве средства защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Такие ограничения, в частности, могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, уголовного наказания в качестве меры государственного принуждения, особенность которой состоит в том, что на осужденного оказывается специфическое воздействие, выражающееся в лишении или ограничении принадлежащих ему прав и свобод и возложении на него определенных обязанностей (статья 43 Уголовного кодекса Российской Федерации). Относя принятие уголовного и уголовно-исполнительного законодательства к ведению Российской Федерации, Конституция Российской Федерации тем самым наделяет федерального законодателя полномочием вводить подобного рода ограничительные меры.

Согласно части 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно статье 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии с частью 1 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы, кроме указанных в части четвертой настоящей статьи, отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены. В исключительных случаях по состоянию здоровья осужденных или для обеспечения их личной безопасности либо с их письменного согласия осужденные могут быть направлены для отбывания наказания в соответствующее исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 75 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации порядок направления осужденных в исправительное учреждение определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Согласно части 3 статьи 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в отдельных исправительных учреждениях содержатся осужденные - бывшие работники судов и правоохранительных органов. В эти учреждения могут быть направлены и иные осужденные.

В силу частей 1, 2 статьи 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы должны отбывать весь срок наказания, как правило, в одной исправительной колонии. Перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одного исправительного учреждения в другое того же вида допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации исправительного учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. Порядок перевода осужденных определяется Министерством юстиции Российской Федерации.

Пунктом 6 Инструкции о порядке направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания, их перевода из одного исправительного учреждения в другое, а также направления осужденных на лечение и обследование в лечебно-профилактические и лечебные исправительные учреждения, утвержденной Приказом Минюста России от 01.12.2005 N 235 (действующей на момент исполнения истцом наказания, утратившей силу в связи с изданием Приказа Минюста России от 26.01.2018 №17), предусмотрено, что осужденные - бывшие работники судов и правоохранительных органов направляются в отдельные исправительные учреждения, в которые могут быть направлены и иные осужденные (абз. 2).

При этом решение вопроса об определении статуса осужденного как бывшего сотрудника правоохранительных органов возможно только при надлежащем документальном подтверждении указанного факта; вопрос о переводе осужденных рассматривается по обращениям заинтересованных лиц в установленном порядке.

Согласно части 1 статьи 13 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на личную безопасность, то есть защищенность их жизни и здоровья от неправомерно причиненного вреда во время отбывания наказания в виде лишения свободы.

Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 03.11.2005 N 205 (документ утратил силу в связи с изданием Приказа Минюста России от 16.12.2016 N 295) предусмотрено, что во время приема осужденных работники учреждения проверяют наличие личных дел и устанавливают их принадлежность прибывшим осужденным (пункт 4). Решение о распределении осужденных по отрядам (камерам) с учетом их личностных особенностей, привлечении их к труду, обучению в системе общего и профессионального образования принимается комиссией ИУ, возглавляемой начальником учреждения. В состав комиссии включаются представители служб - оперативной, безопасности (в тюрьме - режима и охраны), воспитательной, психологической, социальной, медицинской, производственной и других. Состав комиссии и ее решение объявляются приказом за подписью начальника учреждения (пункт 8). Осужденные имеют право на вежливое обращение со стороны персонала учреждения, на охрану здоровья и личную безопасность (пункт 11). Каждый осужденный может изложить предложение, заявление, ходатайство или жалобу устно либо письменно (пункт 57). Пунктами 171 - 173 данных правил предусмотрено, что при возникновении угрозы личной безопасности осужденного со стороны других осужденных и иных лиц он вправе обратиться по данному вопросу с устным или письменным заявлением к любому должностному лицу исправительного учреждения, которое обязано незамедлительно принять меры по обеспечению личной безопасности обратившегося осужденного. Начальник ИУ по такому заявлению либо по собственной инициативе принимает решение о переводе в безопасное место или иные меры, устраняющие угрозу личной безопасности осужденного. Помимо других помещений в этих целях могут быть использованы камеры штрафных изоляторов, помещения камерного типа и ЕПКТ.

Из обстоятельств дела следует, что ФИО1, 00.00.0000 года рождения, проходил службу в войсковой части *** с 00.00.0000 в должности стрелка, в воинском звании – рядовой. Дубликат военного билета был выдан 00.00.0000 взамен утерянного. Из содержания военного билета не усматривается, что ФИО1 проходил службу во Внутренних войсках МВД России. (т. 1, л.д. 11-17).

Начиная с 00.00.0000 года ФИО1 неоднократно был судим.

ФИО1 отбывал уголовное наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области (исправительная колония строгого режима): с 00.00.0000 по 00.00.0000 по приговору Невьянского городского суда от 00.00.0000; с 00.00.0000 от 00.00.0000 по приговору Невьянского городского суда от 00.00.0000; с 00.00.0000 по 00.00.0000 по приговору Невьянского городского суда от 00.00.0000 (справка, т. 1, л.д. 50). Его личное дело за указанные периоды времени уничтожено в связи с истечением срока хранения (акт от 00.00.0000, т. 1, л.д. 54-55).

Согласно личным карточкам осужденного ФИО1 из данного исправительного учреждения, данных о том, что он относится к спецсубъектам, не имеется. (т. 1, л.д. 51-53).

На основании приговора Невьянского городского суда от 00.00.0000 он отбывал уголовное наказание в виде реального лишения свободы в виде шести лет двух месяцев (с присоединением наказания по совокупности с приговором суда от 00.00.0000); вид режима: исправительная колония особого режима. Впоследствии вид режима изменен на строгий. Наказание в местах лишения свободы отбывал с 00.00.0000, в ИК-3: с 00.00.0000 по 00.00.0000. Был освобожден по отбытию наказания из ФКУ ИК-3 ГУФСИН России по Свердловской области. (справка о судимости от 00.00.0000, т. 1, л.д. 18-19).

Согласно анкете арестованного от 00.00.0000 (т. 1, л.д. 37-38), заполненной со слов арестованного, в пункте 13 указано отношение к воинской обязанности и воинское звание «в/о». Также судом исследовано личное дело заключенного, начатое с 00.00.0000. Сведений о том, что он относился к категории бывших сотрудников правоохранительных органов, не имеется.

В силу статьи 2 Федерального закона от 20 апреля 1995 года N 45-ФЗ "О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов" государственной защите в соответствии с настоящим Федеральным законом подлежат:

- военнослужащие внутренних войск Министерства внутренних дел Российской Федерации, органов военной полиции Вооруженных Сил Российской Федерации, принимавшие непосредственное участие в пресечении действий вооруженных преступников, незаконных вооруженных формирований и иных организованных преступных групп (пп. 6.2 введен Федеральным законом от 06.01.1999 N 11-ФЗ; в ред. Федерального закона от 07.02.2017 N 7-ФЗ; утратил силу на основании Федерального закона от 01.07.2021 N 288-ФЗ).

- военнослужащие войск национальной гвардии Российской Федерации, принимавшие непосредственное участие в пресечении действий вооруженных преступников, незаконных вооруженных формирований и иных организованных преступных групп (пп. 6.3 введен Федеральным законом от 03.07.2016 N 227-ФЗ);

- сотрудники Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации, принимающие участие в осуществлении охраны общественного порядка и обеспечении общественной безопасности (пп. 6.4 введен Федеральным законом от 03.07.2016 N 227-ФЗ).

Административный истец полагал, что он относится к категории бывших военнослужащих Внутренних войск МВД России (ныне Росгвардия), исполнявший во время своей службы правоохранительные функции.

В соответствии с п. 1 Положения о Федеральной службе войск национальной гвардии Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 30 сентября 2016 г. N 510, Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации (Росгвардия) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере деятельности войск национальной гвардии Российской Федерации, в сфере оборота оружия, в сфере частной охранной деятельности, в сфере частной детективной деятельности и в сфере вневедомственной охраны. Росгвардия является центральным органом управления войсками национальной гвардии.

Таким образом, исходя из доводов административного истца свой статус он относит к лицам, указанным в вышеприведенных подпунктах статьи 2 Федерального закона от 20.04.1995 №45-ФЗ.

Однако доказательств того, что он как военнослужащий принимал непосредственное участие в пресечении действий вооруженных преступников, незаконных вооруженных формирований и иных организованных преступных групп; либо непосредственно участвовал в пресечении действий вооруженных преступников, незаконных вооруженных формирований и иных организованных преступных групп; либо принимал участие в осуществлении охраны общественного порядка и обеспечении общественной безопасности, стороной административного истца не представлено.

Более того, у административных ответчиков – исправительных учреждений -отсутствовала информация, что ФИО1 являлся бывшим сотрудником правоохранительных органов.

Административный истец ссылался, что информацию о его службе сотрудники уголовно-исправительной системы могли узнать из содержания его военного билета, сделать соответствующие запросы. Вместе с тем, доказательств того, что обстоятельства своей службы он сообщал представителям исправительных учреждений, суду не представлено.

Кроме того, в нарушение части 11, пунктов 1, 2 части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административный истец не представил доказательств нарушения своих прав в период нахождения в ФКУ ИК-3 ГУФСИН России по Свердловской области и ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области, а также доказательств соблюдения срока на обращение в суд с настоящими требованиями.

Из объяснений административного истца следует, что, при содержании в местах лишения свободы в спорные периоды с жалобами относительно его содержания в исправительных учреждениях, предназначенных для отбывания наказания в виде лишения свободы общей массы спецконтингента, не обращался, перевести в безопасное место в связи с угрозами, опасениями за свою жизнь и здоровье не просил.

Нарушения прав административного истца в связи с отбыванием наказания в ИК-46, ИК-3 в спорные периоды в ходе судебного разбирательства не установлено, доводы ФИО1 об угрозе его жизни и здоровью ничем не подтверждены.

В соответствии с частью 1 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен настоящим Кодексом.

Административный истец, утверждая о нарушении его прав условиями содержания в ИК-46, ИК-3, не представил доказательств того, что он обращался с жалобами на ненадлежащие условия содержания по заявленному основанию к руководству учреждения, в вышестоящие органы, прокуратуру или суды или в таких обращениях ему было отказано, а также о сохранении доказательств ненадлежащих условий содержания, в то время как внутренние документы имеют ограниченный срок хранения и несвоевременное обращение административного истца в суд на ненадлежащие условия содержания способствовало уничтожению документов (личного дела в ИК-46) по истечении срока их хранения.

Согласно справке ИК-3 от 00.00.0000, с жалобами к администрации исправительного учреждения он не обращался. (т. 1, л.д. 57).

В административном иске он указал, что о раздельном содержании бывших военнослужащих Внутренних войск МВД России от другого спецконтингента ему стало известно по отбытии наказаний, что, в свою очередь, в совокупности с другими установленными по делу обстоятельствами, также указывает на отсутствие нарушения его прав и законных интересов при отбытии уголовного наказания. Поэтому его пояснения о том, что он скрывал факт службы во Внутренних войсках МВД России от других осужденных, опасаясь за свою безопасность, явно надуманы и необоснованны.

Также административным истцом пропущен срок, предусмотренный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации. Оснований для восстановления такого срока не установлено. Как следует из пояснений административного истца, с 2016 по 2019 гг он отбывал уголовное наказание в исправительной колонии для спец.субъектов как осужденный, имеющий статус бывшего сотрудника правоохранительных органов.

В судебном заседании административный истец пояснил, что с 1999 года он знал о своем статусе, скрывал его. Соответственно, на протяжении всех спорных сроков отбывания наказания мог заявить о своем праве.

Таким образом, в нарушение части 11, пунктов 1, 2 части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административный истец не представил доказательств нарушения своих прав в период отбывания лишения свободы в ФКУ ИК-3 ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ ИК-46 ГУФСИН России по Свердловской области, а также доказательств соблюдения срока на обращение в суд с настоящими требованиями.

В удовлетворении административного иска надлежит отказать.

Государственная пошлина относится на административного истца и перераспределению не подлежит (ч. 1 ст. 111 КАС РФ).

Руководствуясь статьями 175-180, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении административного искового заявления отказать.

Апелляционная жалоба на решение суда по административному делу может быть подана в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме в Свердловский областной суд через Невьянский городской суд.

Председательствующий –