Решение по делу № 3А-333/2022 от 24.03.2023 - о признании недействующим нормативного правового акта в части.

Дело № 3а-57/2023

УИД 74OS0000-01-2022-000437-66

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 марта 2023 года г. Челябинск

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего Дашкевич Т.А.,

при секретаре Богословской А.А.,

с участием старшего прокурора Гиззатуллина Д.З.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело по административному исковому ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Министерству имущества Челябинской области о признании недействующим нормативного правового акта в части,

установил:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с административным исковым заявлением о признании несоответствующими со дня принятия пунктов № перечня объектов недвижимого имущества, налоговая база для которых исчисляется исходя из кадастровой стоимости, утвержденного приказом Министерства имущества Челябинской области от 28 декабря 2021 года № 214-П.

В обоснование заявленного требования административные истцы указали, что являются собственниками нежилых помещений в здании выставочного центра <данные изъяты>, расположенного по адресу: <адрес>. Здание выставочного центра расположено на земельном участке с кадастровым номером №, с видом разрешенного использования – «для завершения строительства спортивного объекта». 28 декабря 2021 года Министерством имущества Челябинской области издан приказ № 214-П. Пунктом 1 указанного приказа определен перечень объектов недвижимого имущества, налоговая база для которых исчисляется исходя из кадастровой стоимости, на 2022 год, в том числе в отношении объектов недвижимости, принадлежащих административным истцам (пункты № Перечня). Помещения выставочного центра включены в перечень на основании акта проверки № 70 от 29 июля 2021 года фактического использования здания и помещения для целей налогообложения, которым установлено, что здание фактически используется для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания. Считают, что акт проверки содержит недостоверные сведения о фактическом использовании помещений, включение здания и помещений в перечень объектов недвижимого имущества, налоговая база для которых исчисляется исходя их кадастровой стоимости, на 2022 год является незаконным.

Представитель административного истца ФИО1 – ФИО4, действующий на основании доверенности от 23 мая 2018 года (л.д. 162-161 т. 2), в судебном заседании административные исковые требования поддержал.

Представил письменные пояснения, в которых дополнительно указал, что во время проверки административные истцы поясняли, что отнесенные в акте обследования к офисам нежилые помещения (позиции в акте № 9, 11, 12, 12а, 12б, 12в, 12 г, 14-18), расположенные на 5 этаже здания заняты самими собственниками помещений ФИО1, ФИО3 и службами Выставочного центра. Однако данные пояснения остались без внимания. Доказательств фактического использования для размещения офисов, материалы проверки не содержат, из акта обследования № 70 и фототаблицы к нему не усматривается, что помещения на 5 этаже здания (позиции в акте № 9, 11, 12, 12а, 12б, 12в, 12г, 14-18) соответствуют признакам офисного объекта. Считает, что в связи с этим из расчета подлежит исключению площадь равная 405,9 кв.м. Приводит расчет в соответствии с которым процент площадей офисов, торговых и общественного питания составляет 13,701 %.

Также указывает, что из приложения к акту № 70 в расшифровке по этажам указано, что на 1 этаже здания помещение площадью 1 736,7 кв.м используется в целях оказания услуг общественного питания (ресторан «Максимилианс»). В приложении к акту в расчетной части указано, что общая площадь помещений, используемых для оказания услуг общественного питания составляет 2 531,5 кв.м, с учетом мест общего пользования – 3 389,85 кв.м, в процентном соотношении – 17,26 %. Полагает, что в нарушение абз. 2 п. 6 разд. 2 Методики определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений для целей налогообложения, утвержденной Постановлением Правительства Челябинской области от 29 января 2016 года № 35-П, административным ответчиком не установлена площадь мест общего пользования, подлежащая отнесению к полезной площади, в расчетной части незаконно к общей площади помещений, используемых для оказания услуг общественного питания площадью 1 736,7 кв.м (ресторан «Максимилианс») отнесены места общего пользования, определенные расчетным путем, площадью 588,74 кв.м, поскольку фактическая общая площадь, относимая к полезной нежилой площади, составляет не более 120 кв.м, что следует из поэтажного плана 1 этажа. Также указывает, что при проведении проверки в 2022 году административным ответчиком признано незаконное отнесение части помещений цокольного этажа к местам общего пользования (позиции из расчетной части к акту проверки № 70 – 5, 8, 11), помещения на первом этаже к торговым (позиции из расчетной части к акту проверки № 70 – 06, 07), части помещений второго этажа к офисным помещениям (позиции из расчетной части к акту проверки № 70 – 2, 2а, 2б, 2в, 2г, 2д, 2е, 6, 6б, 6в, 6г, 6д, 6е, 6ж, 13, 14, 15) (л.д. 182, 183 т. 2).

В дополнении к административному исковому заявлению представитель административного истца указал, что позиция административного ответчика противоречит п. 9 Порядка определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений для целей налогообложения, которым предусмотрена обязанность Министерства запрашивать необходимую документацию. Именно на административном ответчике лежит обязанность установления и подтверждения фактического использования, в том числе документами, запрошенными у правообладателей объектов. Полагает, что позиция административного ответчика по цокольному этажу противоречит Порядку и фактическим обстоятельствам, Министерством признано, что конфигурация спорных помещений цокольного этажа на протяжении 2020-2022 годов не изменялась, при проверке Министерством измерений не проводилось, в нарушение п. 13 Порядка. Считает, что данное обстоятельство является доказательством бездействия Министерства, противоречивости результатов исследования фактическим данным. Указывает, что цокольный этаж находится в собственности ФИО1, доказательства использования цокольного этажа иными собственниками в материалах отсутствуют. Считает, что отнесение всей площади цокольного этажа к местам общего пользования противоречит Методике и опровергается техническим паспортом по стоянию на 29 августа 2021 года. Полагает, что к местам общего пользования ресторана <данные изъяты> должны быть отнесены только те места общего пользования, которые непосредственно прилегают к ресторану, в соответствии с п. 6 Методики. Выражает несогласие с позицией административного ответчика о том, что проведение повторной проверки не предусмотрено Порядком. Считает, что административным ответчиком необоснованно были учтены помещения второго этажа, где располагается музей, как офисы и места общего пользования. Помещение банкет-холла <данные изъяты> не могут учитываться как помещение для оказания услуг общественного питания, так как в нем не имеется специализированного оборудования, предназначенного и используемого для оказания услуг общественного питания. Наличие вывески, столов и стульев не свидетельствует о том, что такие услуги оказываются. Указывает, что помещения, расположенные на 5 этаже не обоснованно отнесены административным ответчиком к офисным, так как указанные помещения используются для размещения аппарата управления, для осуществления производственной деятельности предпринимателя – административного истца (л.д. 155-160 т. 3).

Административные истцы ФИО1, ФИО2 и ФИО5 в судебное заседание не явились, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель административного ответчика Министерства имущества Челябинской области ФИО6, действующий на основании доверенности от 10 января 2022 года (л.д. 164 т. 2), в судебном заседании заявленные требования полагал не подлежащими удовлетворению.

В письменном отзыве указал, что приказом Министерства имущества Челябинской области от 28 декабря 2021 года № 214-П определен перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как их кадастровая стоимость, на 2022 год, объекты недвижимости с кадастровыми номерами №, расположенные по адресу: <адрес>, включены в Перечень под номерами №, соответственно. В соответствии со ст. 378.2 Налогового кодекса РФ Перечень сформирован на основании сведений о назначении объектов недвижимого имущества, содержащихся в кадастровых паспортах и документах технического учета. Перечень на 2022 год был принят Министерством имущества Челябинской области в установленном порядке, направлен в налоговый орган и своевременно опубликован на официальном сайте Министерства до начала очередного налогового периода. Считает, что доводы заявителя о незаконном включении Министерством объектов недвижимости, принадлежащих истцам, в Перечень являются необоснованными. 26 июля 2021 года специалистами Министерства проведено мероприятие по определению вида фактического использования нежилого здания,, в результате которого установлено, что нежилое здание фактически используется для размещения офисов – 4,88 %, торговых объектов – 3,04 %, объектов общественного питания – 17, 26 %, что в сумме составляет 25,18 %. По результатам мероприятия составлен акт № 70 от 29 июля 2021 года о фактическом использовании здания (строения, сооружения) и (или) нежилого помещения для целей налогообложения, на основании которого нежилое здание и нежилые помещения включены в Перечень на 2022 год.

Доводы административных истцов об ошибочном отнесении помещений № в цокольном этаже к местам общего пользования является неверным, поскольку данные помещения согласно поэтажному плану приложенному к акту № 70 от 27 июля 2021 года являются помещением №, которое отнесено к помещениям иного назначения. Также, по мнению административного ответчика, часть помещения № в цокольном этаже не относится к помещениям общего пользования, поскольку используется для размещения холодильных камер и складов. Помещение № в цокольном этаже правомерно отнесено к помещениям общего пользования, поскольку представляет собой место размещения инженерно-технологического оборудования, обслуживающего все нежилое здание, а также общий коридор, предназначенный для обеспечения доступа к помещениям № в цокольном этаже, которые являются местами общего пользования. Отнесение части помещений № в цокольном этаже (помещения №) к помещениям иного назначения незначительно повлияет на расчет доли площадей помещений, соответствующих критериям ст. 378,2 Налогового кодекса РФ.

Также выражает несогласие с тем, что помещения на первом этаже нежилого здания с номерами позиций на поэтажном плане 06 и 07 не относятся к торговым, поскольку являются предметом договора аренды № 456/21 от 23 июля 2021 года, заключенного между ИП ФИО1 и <данные изъяты> в целях осуществления деятельности концертных залов, театров. Так, специалистами Министерства зафиксированы признаки размещения торговых объектов в указанных помещениях, а именно: специализированное оборудование, предназначенное и используемое для выкладки, демонстрации товаров, обслуживания покупателей и проведения денежных расчетов с покупателями при продаже товаров. Исключение указанных помещений из торговых площадей также не имеет юридического значения.

Считает необоснованными доводы о том, что помещения № на 2 этаже не являются местами общего пользования, а помещения № на 2 этаже не являются офисными, поскольку пользователем данных помещений является <данные изъяты>», помещения фактически используются выставкой Исторический парк «Россия – Моя история». Полагает, что указанные помещения правомерно отнесены к офисным, поскольку специалистами Министерства на момент проведения мероприятия зафиксированы признаки размещения офисов в указанных помещениях. Также истцом не был предоставлен договора аренды указанных помещений с <данные изъяты>». Помещения № на 2 этаже правомерно отнесены к местам общего пользования, поскольку помещений № на 2 этаже представляют собой коридоры, предназначенные для обеспечения доступа к помещениям № на 2 этаже, которые являются офисами, а помещения № на 2 этаже представляют собой санузлы, которые используются, в том числе, и пользователями вышеуказанных офисных помещений.

Выражает несогласие с доводами о том, что помещения на 45 этаже нежилого здания с номерами позиций на поэтажном плане № не используются как объект общественного питания, поскольку отсутствуют меню, прейскуранты, контрольно-кассовая техника, столы не сервированы, барная стойка не заполнена. В общем доступе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: <данные изъяты> имеется информация о наличии на 4 этаже нежилого здания банкетного зала <данные изъяты>, об условиях проведения мероприятий в банкетном зале, меню банкетного зала, форма заказа мероприятия. Таким образом, помещения №, № на 4 этаже правомерно отнесены к объектам общественного питания, поскольку указанные помещения используются для размещения банкетного зала <данные изъяты> (л.д. 184-186 т. 2).

Представитель заинтересованного лица ИФНС России по Центральному району г. Челябинска в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Выслушав пояснения представителя административного истца и представителя административного ответчика в судебном заседании, заключение прокурора, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении заявленных требований, изучив представленные сторонами письменные доказательства и материалы административного дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 1 ст. 208 КАС РФ с административным исковым заявлением о признании нормативного правового акта не действующим полностью или в части вправе обратиться лица, в отношении которых применен этот акт, а также лица, которые являются субъектами отношений, регулируемых оспариваемым нормативным правовым актом, если они полагают, что этим актом нарушены или нарушаются их права, свободы и законные интересы.

В соответствии с частями 8, 9 ст. 213 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании нормативного правового акта суд выясняет: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в интересах которых подано административное исковое заявление; 2) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, должностного лица на принятие нормативных правовых актов; форму и вид, в которых орган, организация, должностное лицо вправе принимать нормативные правовые акты; процедуру принятия оспариваемого нормативного правового акта; правила введения нормативных правовых актов в действие, в том числе порядок опубликования, государственной регистрации (если государственная регистрация данных нормативных правовых актов предусмотрена законодательством Российской Федерации) и вступления их в силу; 3) соответствие оспариваемого нормативного правового акта или его части нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу.

Обязанность доказывания обстоятельств, указанных в п.п. 2 и 3 ч. 8 настоящей статьи, возлагается на орган, организацию, должностное лицо, принявшие оспариваемый нормативный правовой акт.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 28 февраля 2019 года, в состав здания с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> входят помещения, машино-места с кадастровыми номерами: № (л.д. 135-153 т. 1)

Собственником помещений с кадастровыми номерами № является ФИО1. При этом помещения с кадастровыми номерами № образованы из помещений с кадастровым номером 74:36:0506004:585, которое также находилось в собственности ФИО1 (л.д. 154-166 т. 1, л.д. 50-59, 217-220 т. 3)

Собственником помещения с кадастровым номером № является ФИО2 (л.д. 167-176 т. 1). Также ФИО2 на праве собственности принадлежат помещения с кадастровым номером № (л.д. 42-49 т. 3).

Собственником помещений с кадастровыми номерами № является ФИО3 (л.д. 166-174 т. 2, л.д. 207-216 т. 3).

Административные истцы являются плательщиками налога на имущество, размер которого зависит от того, включен ли объект недвижимости в Перечень объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как их кадастровая стоимость, следовательно, их права затрагиваются оспариваемым нормативным правовым актом.

Установление общих принципов налогообложения и сборов в Российской Федерации находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации (ст.ст. 72 и 76 Конституции Российской Федерации).

В силу подп. 33 п. 2 ст. 26.3 Федерального закона от 6 октября 1999 года № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения, осуществляемым данными органами самостоятельно за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации относится решение вопроса установления, изменения и отмены региональных налогов и сборов, а также установления налоговых ставок по федеральным налогам в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Согласно п. 7 ст. 378.2 Налогового кодекса РФ уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации не позднее 1-го числа очередного налогового периода по налогу: 1) определяет на этот налоговый период перечень объектов недвижимого имущества, указанных в подпунктах 1 и 2 пункта 1 настоящей статьи, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость (далее в настоящей статье - перечень); 2) направляет перечень в электронной форме в налоговый орган по субъекту Российской Федерации; 3) размещает перечень на своем официальном сайте или на официальном сайте субъекта Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В качестве уполномоченного органа исполнительной власти Челябинской области на осуществление полномочий по ежегодному определению перечня отдельных объектов недвижимого имущества, признаваемых объектами налогообложения, в отношении которых с учетом особенностей, установленных законодательством о налогах и сборах, налоговая база при исчислении налога на имущество определяется как кадастровая стоимость имущества, направлению данного перечня в налоговые органы и размещению его в региональной информационной системе определено Министерство имущества Челябинской области (п. 70-72 Положения о Министерстве, утвержденного постановлением Губернатора Челябинской области от 10 декабря 2014 года № 233).

В соответствии с положением п. 9 ст. 15 Закона Челябинской области от 25 мая 2006 года № 22-ЗО «Устав (основной закон) Челябинской области» в ведении области находится установление налогов и сборов, отнесенное федеральным законом к ведению субъектов Российской Федерации, а также порядка их взимания (в редакции, действовавшей в момент возникновения спорных правоотношений).

Приказом Министерства имущества и природных ресурсов Челябинской области от 28 декабря 2021 года № 214-П определен перечень объектов недвижимого имущества, налоговая база для которых исчисляется исходя из их кадастровой стоимости (далее – Перечень), на 2022 год. Согласно приложению к данному приказу в Перечень под № вошло здание с кадастровым номером №, расположенное по адресу: <адрес>, под № – помещение с кадастровым номером №, под № – помещение с кадастровым номером №, под № – помещение с кадастровым номером № (л.д. 264-265 т. 2).

Указанный приказ (Перечень) размещен в сети Интернет на сайте Министерства по адресу http://imchel.ru (л.д. 128 т.3).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый приказ принят уполномоченным органом исполнительной власти Челябинской области в пределах его компетенции с соблюдением соответствующей процедуры принятия и опубликования, что не оспаривалось административными истцами.

Административные истцы приказ Министерства имущества и природных ресурсов Челябинской области от 28 декабря 2021 года № 214-П в части включения в Перечень принадлежащих им объектов недвижимости с кадастровыми номерами <адрес> считают противоречащим действующему законодательству, полагая об отсутствии для этого достаточных оснований.

Пунктом 1 ст. 378.2 Налогового кодекса РФ предусмотрено, что налоговая база определяется с учетом особенностей, установленных настоящей статьей, как кадастровая стоимость имущества в отношении следующих видов недвижимого имущества, признаваемого объектом налогообложения: административно-деловые центры и торговые центры (комплексы) и помещения в них; нежилые помещения, назначение, разрешенное использование или наименование которых в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) объектов недвижимости предусматривает размещение офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания либо которые фактически используются для размещения офисов, торговых объектов, объектов общественного питания и бытового обслуживания.

Таким образом, в порядке исключения из общего правила, в соответствии с которым налог на имущество уплачивается организациями исходя из среднегодовой остаточной стоимости основных средств, в отношении отдельных видов коммерческой недвижимости налоговая база подлежит исчислению по кадастровой стоимости этого имущества.

Установление указанных особенностей налогообложения, начиная с 01 января 2014 года, имело своей целью переход к более справедливому распределению налоговой нагрузки за счет использования кадастровой стоимости при расчете налоговой базы, увеличение уровня налоговой нагрузки на объекты коммерческой недвижимости, в том числе офисно-делового и торгового назначения, при условии введения региональных льгот для объектов промышленного производства. Устанавливая телеологический смысл соответствующего регулирования, Конституционный Суд РФ отметил, что законодатель исходил из следующего: в подобных зданиях, включаемых в перечни объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как их кадастровая стоимость, как правило, осуществляют хозяйственную деятельность или деятельность по сдаче помещений в аренду именно организации-собственники (определение Конституционного Суда РФ от 12 ноября 2020 года № 2596-О).

Из выводов Конституционного Суда РФ, изложенных в Постановлении от 12 ноября 2020 года № 46-П, следует, что в обычной деловой обстановке офисно-торговую недвижимость с высокой вероятностью можно использовать как доходный объект, особенно в местах ее концентрации – в административно-деловых и (или) торговых центрах (комплексах). Эта возможность объективно образует предпосылку относительно высокой стоимости такого имущества в сравнении с другими видами недвижимости и учитывается в основаниях законодательных решений, касающихся повышенного налогообложения таких помещений, даже когда их используют по иному назначению, чем торговля и размещение (сдача в аренду) офисов, поскольку они входят в состав соответствующих центров (комплексов), концентрирующих потенциально доходную недвижимость.

При этом значимой с точки зрения налогообложения является концентрация потенциально доходной недвижимости, когда назначение, разрешенное использование или наименование помещений, составляющих не менее 20 процентов общей площади здания (строения, сооружения), предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры либо торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, что определяет распространение по этому признаку повышенной налоговой нагрузки на все помещения соответствующего центра (комплекса) (определение Конституционного Суда РФ от 11 марта 2021 года № 374-О).

Согласно п. 4.1 ст. 378.2 Налогового кодекса РФ в целях настоящей статьи отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам, признается одновременно как административно-деловой центр, так и торговый центр (комплекс), если такое здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания. В целях настоящего пункта здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки), торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания; фактическим использованием здания (строения, сооружения) одновременно как в целях делового, административного или коммерческого назначения, так и в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания признается использование не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) для размещения офисов и сопутствующей офисной инфраструктуры (включая централизованные приемные помещения, комнаты для проведения встреч, офисное оборудование, парковки), торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.

В соответствии с Порядком определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений для целей налогообложения (вместе с Порядком определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений для целей налогообложения), утвержденным Постановлением Правительства Челябинской области от 29 января 2016 года № 35-П (далее – Порядок), мероприятия по определению вида фактического использования осуществляются Министерством имущества Челябинской области и осуществляются в целях установления (выявления) фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений, указанных в подп. 1, 2 п. 1 ст. 378.2 Налогового кодекса РФ, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость.

В силу п.п. 6, 8, 14 Порядка такие мероприятия проводятся должностными лицами Министерства в форме обследований объектов нежилого фонда в соответствии с методикой определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений для целей налогообложения согласно приложению 1 к настоящему Порядку.

По результатам проведения мероприятия по определению вида фактического использования должностное лицо Министерства, уполномоченное на проведение указанного мероприятия, в срок не позднее 3 календарных дней с даты проведения указанного мероприятия составляет акт о фактическом использовании здания (строения, сооружения) и (или) нежилого помещения для целей налогообложения (далее именуется - акт) по форме согласно приложению 2 к настоящему Порядку.

Пунктом 4 указанного Порядка установлено, что торговым объектом является здание или часть здания, оснащенные специализированным оборудованием, предназначенным и используемым для выкладки, демонстрации товаров, обслуживания покупателей и проведения денежных расчетов с покупателями при продаже товаров; офисом является здание (строение, сооружение), или часть здания (строения, сооружения), или нежилое помещение (часть нежилого помещения), оборудованные стационарными рабочими местами и оргтехникой, используемые для обработки и хранения документов и (или) приема клиентов; объектом общественного питания является здание (строение, сооружение) или часть здания (строения, сооружения), в которых оказываются услуги общественного питания, оснащенные специализированным оборудованием, предназначенным и используемым для оказания услуг общественного питания.

При буквальном толковании данной нормы следует, что здание или его часть является офисным, торговым объектом либо объектом общественного питания в случае его одновременного соответствия всем условиям, содержащимся в указанной норме.

В соответствии с указанным Порядком Министерством имущества Челябинской области 29 июля 2021 года составлен акт № 70 о фактическом использовании здания (строения, сооружения) и (или) нежилого помещения для целей налогообложения, согласно которому нежилое здание фактически используется для размещения офисов – 4,88 %, торговых объектов – 3,04 %, объектов общественного питания – 17,26 %, итого 25,18 % (л.д. 236 т. 2).

При составлении акта № 70 была произведена фотофиксация, которой подтверждается, что в помещении расположен магазин <данные изъяты> объекты питания – ресторан <данные изъяты>, банкет-холл <данные изъяты> офисы, а также прочие помещения и неиспользуемые помещения (л.д. 236-263 т. 2).

Доводы административного искового заявления об отсутствии оснований для отнесения объекта к объектам налогообложения, предусмотренным ст. 378.2 Налогового кодекса РФ в связи с неверным отнесением части здания и помещений к офисным, торговым объектам и объектам общественного питания, судом во внимание не принимаются, так как по смыслу предписаний федерального и регионального законодательства, в Перечень подлежит включению такой объект, который отвечает одному из критериев, установленных названными выше правовыми нормами.

Представителем административного истца не отрицался тот факт, что на момент осмотра на 1 этаже располагался магазин <данные изъяты> оснащенный специализированным оборудованием, используемым для выкладки и демонстрации товаров, обслуживания покупателей и проведения денежных расчетов с покупателями при продаже товаров, то есть являлся торговым объектом. Данные обстоятельства подтверждаются фотографиями. Тот факт, что после осмотра указанное помещение было передано в пользование <данные изъяты> не является основанием для исключения указанной площади из числа торговых. Судом также учитывается тот факт, что заявление административных истцов о пересмотре вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений, поданное в Министерство, было оставлено без рассмотрения (л.д. 192-193 т. 1). При этом указанное решение не было обжаловано административными истцами, повторно с аналогичным заявлением они в Министерство не обращались.

При этом суд полагает, что часть помещения № № в цокольном этаже площадью 123,5 кв.м должна быть исключена из площади общего пользования (помещения №), поскольку исходя из акта осмотра № от 28 октября 2022 года следует, что указанные помещения были признаны помещениями иного назначения, из пояснений главного специалиста отдела проверок имущества юридических и физических лиц ФИО12 следует, что конфигурация цокольного этажа при осмотре в 2021 году и 2022 году не менялась (л.д. 131 т. 3).

Оснований для исключения всей площади помещения 11 в цокольном этаже из площади помещений общего пользования, как о том просит сторона административного истца, не имеется, поскольку в соответствии с Методикой определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений для целей налогообложения (Приложение 1 к Порядку определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений для целей налогообложения) помещения общего пользования – это помещения, используемые одновременно несколькими собственниками (владельцами, пользователями) зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений, в отношении которых проводятся мероприятия по определению вида фактического использования (в частности, общие входные группы, общие коридоры, лифтовые холлы, санузлы, подвалы, чердаки, парковки, места размещения инженерно-технологического оборудования, обслуживающего все здание (строение, сооружение) и нежилое помещение).

Актом осмотра № 70 от 29 июля 2021 года подтверждается, что в указанном помещении расположено инженерно-технологическое оборудование, обслуживающее все здание, в связи с чем данное помещение обоснованно Министерством имущества Челябинской области отнесено к помещениям общего пользования (л.д. 260-261 т. 2).

Вопреки позиции административных истцов, специалистами Министерством имущества Челябинской области площадь помещений, используемых для оказания услуг общественного питания, рассчитана в соответствии с требованиями п. 6 Методики определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений для целей налогообложения (Приложение 1 к Порядку определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений для целей налогообложения), основания для ее перерасчета не имеется.

Помещения № на 2 этаже не подлежат исключению из мест общего пользования, поскольку данные помещения представляют собой коридоры, лестницы, а также туалеты, которыми пользуется неограниченный круг лиц, что в судебном заседании подтвердил представитель административного истца.

При этом, исходя из доказательств, представленных в дело, суд приходит к выводу о том, что помещения № расположенные на 2 этаже, подлежат исключению из числа офисных помещений.

Как следует из фототаблицы, приложенной к акту осмотра, указанные помещения действительно оборудованы рабочими местами с оргтехникой, однако из вывесок на дверях следует, что данные помещения используются администрацией <данные изъяты>» при организации выставки «Россия – моя история». Тот факт, что в 2021 году административными истцами не был представлен соответствующий договор аренды, не свидетельствует о том, что указанные помещения использовались в качестве офисов. Более того, при осмотре в 2022 году указанные помещения не были отнесены специалистами Министерства к офисным (л.д. 206-210 т. 2).

Доводы административных истцов о том, что помещения 5-7, 10-15, расположенные на 4 этаже здания не могут быть отнесены к помещениям общественного питания, опровергаются доказательствами, имеющимися в деле (л.д. 133 т. 3).

Объектом общественного питания является здание (строение, сооружение) или часть здания (строения, сооружения), в которых оказываются услуги общественного питания, оснащенные специализированным оборудованием, предназначенным и используемым для оказания услуг общественного питания (подп. 4 п. 4 Порядка определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и нежилых помещений для целей налогообложения).

Как следует из фотографий, приложенных к акту осмотра указанные помещения имеют столы, стулья, барную стойку, которые являются оборудованием, предназначенным для оказания услуг общественного питания, кроме того, перед входом в указанное помещение имеется вывеска «<данные изъяты>», на сайте картографической компании «2ГИС» указаны часы работы, контактные телефоны, имеются отзывы, которые свидетельствуют о том, что в банкет-холле «<данные изъяты>» оказываются услуги общественного питания (л.д. 251 т. 2, 230-234 т. 3).

Также суд не согласен с позицией административных истцов о том, что помещения №, расположенные на 5 этаже используемые ФИО1, ФИО2, ФИО3, должны быть исключены их числа офисных, так как используются административными истцами для собственных нужд.

Как следует из пояснений представителя административного истца, указанные помещения используются собственниками для ведения переговоров с потенциальными клиентами, заключения договоров и иной деятельности, связанной со сдачей в аренду помещений здания. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что отдельные помещения в нежилом здании, используемые заявителем как «помещения для собственных нужд», не должны рассматриваться в качестве офисных для целей налогообложения в силу своего «вспомогательного» назначения, противоречат целевому толкованию вышеуказанных положений ст. 378.2 Налогового кодекса РФ в том числе выработанному в судебной практике, поскольку кредитная организация осуществляет хозяйственную (предпринимательскую) деятельность, направленную на извлечение прибыли, посредством использования офисных помещений (Постановление Конституционного Суда РФ от 12 ноября 2020 года № 46-П, определение Конституционного Суда РФ от 12 ноября 2020 года № 2596-О, определения Судебной коллегии Верховного Суда РФ от 16 марта 2017 года № 9-АПГ17-2, от 23 марта 2017 года № 57-АПГ17-1 и др.).

Исключение указанных выше помещений из числа офисных и общего пользования не влечет за собой исключение данного объекта из числа объектов, соответствующих критериям ст. 378.2 Налогового Кодекса РФ, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, поскольку общая площадь офисных, торговых объектов и объектов общественного питания осталась более 20 %.

Учитывая приведенные обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу, что административным ответчиком не были нарушены требования Налогового кодекса РФ, объекты недвижимого имущества с кадастровыми номерами №, расположенные по адресу: <адрес>, правомерно включены в Перечень, поскольку они отвечают требованиям, установленным законодателем в ст. 378.2 Налогового кодекса РФ для отдельных объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость.

С учетом изложенного суд считает административные исковые требования не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 249 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении административных исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Министерству имущества Челябинской области о признании недействующим со дня принятия пунктов № перечня объектов недвижимого имущества, налоговая база для которых исчисляется исходя из кадастровой стоимости, утвержденного приказом Министерства имущества Челябинской области от 28 декабря 2021 года № 214-П «Об определении перечня объекта недвижимого имущества, налоговая база для которых исчисляется исходя из их кадастровой стоимости, на 2022 год» отказать.

Решение суда может быть обжаловано во Второй апелляционный суд общей юрисдикции в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Челябинский областной суд.

Председательствующий Т.А. Дашкевич

Мотивированное решение изготовлено 29 марта 2023 года