Судья С.А. Карелин
№ 33-1641
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
«09» августа 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:
председательствующего Н.Н. Демьяновой,
судей Н.Н. Нехайковой, И.П. Жукова,
при секретаре А.Д. Соловьевой
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2/2023 (УИД 44RS0026-01-2022-000724-07) по апелляционным жалобам ФИО1, представителя ФИО1 - ФИО2, ФИО3 на решение Димитровского районного суда г. Костромы от 09 марта 2023 года с учётом определения того же суда об исправлении описки от 26 апреля 2023 года по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о взыскании задолженности по договорам займа, встречному иску ФИО4, ФИО5 к ФИО1 о признании договоров займа недействительными.
Заслушав доклад судьи Н.Н. Демьяновой, выслушав объяснения представителя ФИО1 и ФИО3 – ФИО2, поддержавшего апелляционные жалобы, ФИО4, представителей ФИО4 и ФИО5 – ФИО6, ФИО7, возражавших относительно удовлетворения апелляционных жалоб, судебная коллегия
установил а:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4 о взыскании задолженности по договору займа, судебных расходов, указав, что 14 октября 2020 года по договору займа, оформленному распиской, передал ответчику в долг на срок до 29 июня 2021 года 100 000 руб., однако в оговорённый срок сумма займа не возвращена.
Просил взыскать с ФИО4 задолженность по займу в размере 100 000 руб., в возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя 15 000 руб., по оплате госпошлины 3 200 руб.
Определением судьи Димитровского районного суда г. Костромы от 04 апреля 2022 года иск ФИО1 принят к производству с возбуждением гражданского дела.
ФИО1 также обратился в суд с иском к ФИО4 и ФИО5 о солидарном взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, указав, что 14 октября 2020 года в соответствии с письменным договором займа передал ответчикам в долг денежную сумму в размере 400 000 руб., подлежащую возврату до 25 марта 2021 года - 250 000 руб., до 29 июня 2021 года – 150 000 руб.
Вместе с тем на дату предъявления иска долг возвращён только в сумме 125 000 руб.
Со ссылкой на условия договора просил взыскать с ответчиков в солидарном порядке задолженность по займу в размере 275 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 110 000 руб., в возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя - 15 000 руб., по оплате госпошлины - 7 050 руб.
Определением судьи Димитровского районного суда г. Костромы от 04 апреля 2022 года иск ФИО1 принят к производству с возбуждением гражданского дела.
Определением Димитровского районного суда г. Костромы от 04 мая 2022 года гражданские дела по искам ФИО1 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.
В ходе судебного разбирательства ФИО1 увеличил исковые требования, просил о солидарном взыскании с ФИО4 и ФИО5 по второму иску в возмещение долга - 400 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами - 160 000 руб., судебных расходов на оплату услуг представителя - 15 000 руб., по оплате госпошлины - 10 750 руб.
ФИО4, ФИО5 обратились к ФИО1 со встречным иском, просили признать договор займа от 14 октября 2020 года, заключенный между сторонами, расписку, выданную ФИО4 14 октября 2020 года о получении от ФИО1 в качестве беспроцентного займа 100 000 руб., недействительными (ничтожными).
В обоснование встречного иска указали, что они являются собственниками нежилого здания, используемого для оказания услуг по общественному питанию, а также земельного участка, на котором расположено это здание, по адресу: <адрес>
К этому земельному участку прилегает земельный участок, относящийся к муниципальным землям, не сформированный в установленном законом порядке, по адресу: <адрес> <адрес>, на котором расположено полуразрушенное строение сарайного типа, числящееся как здание водонапорная башня.
14 октября 2020 года между ними и ФИО3 – собственником водонапорной башни был заключен договор купли-продажи, в котором цена приобретаемого здания была обозначена в размере 500 000 руб. По условиям договора 250 000 руб. подлежали оплате в течение трёх дней с даты его государственной регистрации, а ещё 250 000 руб. в срок до 30 сентября 2021 года.
Однако фактически между ними и ФИО3 с участием ФИО8, ФИО1 было достигнуто соглашение о покупке водонапорной башни в целях последующего оформления ими прав на земельный участок по адресу: <адрес> после согласования соответствующим органом схемы участка, его постановке на кадастровый учёт.
Такой конечный результат сделки был оценён в размере 1 000 0000 руб., из которых 500 000 руб. были отражены в договоре купли-продажи, а на оставшиеся 500 000 руб. с ФИО1 был оформлен договор займа на сумму 400 000 руб., также ФИО1 ФИО4 была выдана расписка на сумму 100 000 руб.
То есть три документа, оформленные в один день 14 октября 2020 года, представляли собой их обязательства по уплате денежных средств по договору купли-продажи в рассрочку: 250 000 руб. – в течение трёх дней после регистрации перехода права на здание, 250 000 руб.- до 25 марта 2021 года, 250 000 руб. – до 29 июня 2021 года, 250 000 руб.- до 30 сентября 2021 года.
Соответственно, никаких денежных средств от ФИО1 они не получали, договор займа и расписка являются недействительными (ничтожными), так как прикрывают обязательства по оплате по сделке с ФИО3.
Подтверждением данных обстоятельств является оформление всех документов в один день, указание в договоре купли-продажи на то, что в случае отказа покупателям не по их вине со стороны органов власти в предоставлении земельного участка размером не менее 400 кв.м. договор подлежит расторжению, а в договоре займа на то, что при расторжении договора купли-продажи денежные средства (400 000 руб.) возврату не подлежат. При этом ранее с ФИО1 они знакомы не были, никакой необходимости в получении от него займов у них не имелось, в самом договоре купли-продажи было указано на перечисление денежных средств на банковскую карту ФИО1.
К участию в деле в качестве третьего лица привлечена ФИО3.
Решением Димитровского районного суда г. Костромы от 09 марта 2023 года с учётом определения того же суда об исправлении описки от 26 апреля 2023 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 о взыскании задолженности по договору займа (расписке) от 14 октября 2020 года в сумме 100 000 руб., судебных расходов отказано.
В удовлетворении требований ФИО1 к ФИО4, ФИО5 о взыскании в солидарном порядке задолженности по договору займа (расписке) от 14 октября 2020 года в сумме 400 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов отказано.
Встречные исковые требования ФИО4, ФИО5 к ФИО1 о признании договоров займа недействительными удовлетворены.
Признан недействительным договор займа (беспроцентный) от 14 октября 2020 года на сумму 400 000 руб. между ФИО1 с одной стороны и ФИО4, ФИО5 с другой стороны.
Признан недействительным договор займа от 14 октября 2020 года на сумму 100 000 руб., заключенный между ФИО1 с одной стороны и ФИО4 с другой стороны, подтверждённый распиской ФИО4 от 14 октября 2020 года.
С ФИО1 в пользу ФИО4 взысканы судебные расходы по уплате госпошлины в сумме 300 руб., почтовые расходы - 233 руб., всего – 533 руб.
В апелляционной жалобе ФИО1 просит об отмене судебного решения, принятии по делу нового решения об удовлетворении его исковых требований с учётом уточнений в полном объёме, отказе в удовлетворении встречного иска.
Считает необоснованной ссылку суда на апелляционное определение по делу № 2- 482/2022, поскольку указанный судебный акт был отменён судом кассационной инстанции. Давая подробную оценку имеющимся доказательствам, в том числе письменному договору займа, распискам ответчиков по его искам, показаниям свидетеля ФИО23, представленным ФИО4 сведениям о наличии у него денежных средств на счёте, объяснениям сторон, настаивает на правомерности предъявленных им требований. Также обращает внимание на то, что в суд за судебной защитой первым обратился именно он, займ, предоставленный ФИО4, вообще не имеет никаких условий применительно к договору купли-продажи. Кроме того, полагает, что суд не рассмотрел его уточнённые исковые требования.
В апелляционной жалобе представитель ФИО1 – ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований ФИО1, отказе в удовлетворении встречного иска.
Указывает, что суд принял решение по первоначальным исковым требованиям ФИО1, без учёта увеличения иска, при этом не привёл нормы права, на основании которых договоры займа были признаны недействительными. В то же время безденежный, то есть незаключенный, договор займа не может быть признан недействительным, сама правовая природа займа также не позволяет признать его мнимым. Признание же договора недействительным по основанию притворности влечёт применение последствий в виде применения соответствующих правил к прикрываемой сделке. В данном случае ответчики по иску ФИО1 факт написания расписок не отрицают, безденежность займа не доказали.
В апелляционной жалобе ФИО3 просит решение суда отменить с принятием нового решения, исключающего выводы об её участии в каких-либо сделках, кроме купли-продажи здания на условиях, оговорённых в договоре купли-продажи. Ссылаясь на отмену судебного постановления по делу № 2- 482/2022 в кассационном порядке, указывает, что никакого отношения к договорам займа между сторонами не имеет, само привлечение к настоящему делу в качестве третьего лица имело место вопреки её воле. Даёт собственную оценку показаниям свидетеля ФИО24, доводам ФИО4 о наличии у него денежных средств, отличную от оценки суда первой инстанции.
В настоящем судебном заседании представитель ФИО1 и ФИО3 – ФИО2 апелляционные жалобы поддержал.
ФИО4, представители ФИО4 и ФИО5 - ФИО6, ФИО7 относительно удовлетворения апелляционной жалобы возражали.
Дело рассматривается в отсутствие ФИО1, ФИО3, ФИО5, которые о месте и времени судебного разбирательства извещались надлежащим образом, об его отложении не ходатайствовали.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в установленных статьёй 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пределах, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передаёт или обязуется передать в собственность другой стороне (заёмщику) деньги, вещи, определённые родовыми признаками или ценные бумаги, а заёмщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.
Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заёмщику или указанному им лицу.
Форма договора займа определена положениями статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу пункта 1 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заёмщик вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности).
Согласно разъяснениям, изложенным в вопросе 10 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утверждённом Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, в случае спора, вытекающего из заёмных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заёмщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.
В соответствии со статьёй 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1).
Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий её недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3).
На основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учётом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено:
возражение ответчика о том, что требование истца основано на ничтожной сделке, оценивается судом по существу независимо от истечения срока исковой давности для признания этой сделки недействительной (пункт 71);
согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий её недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной (пункт 84);
согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учётом её существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 87).
По делу видно, что 14 октября 2020 года между ФИО3 и ФИО4, ФИО5 был заключен договор купли-продажи с рассрочкой платежа и залогом недвижимости, в соответствии с которым ФИО3 как продавец продаёт, а ФИО4, ФИО5 как покупатели совместно покупают по 1/2 доли каждый нежилое строение- здание водонапорной башни, расположенное по адресу: <адрес>, за 500 000 руб., которые выплачиваются покупателями продавцу в следующем порядке:
250 000 руб. в течение трёх дней с даты государственной регистрации договора;
250 000 руб. в срок до 30 сентября 2021 года.
В соответствии с пунктом 13 договора стороны договорились, что одним из оснований расторжения данного договора стороной покупателей будет являться то, что покупатели не по своей вине получат отказ государственных или муниципальных органов Костромской области и города Костромы в предоставлении им в аренду земельного участка размером не менее 400 кв.м., на котором расположено купленное ими нежилое строение.
В силу пункта 16 договора оплата по нему производится путём зачисления соответствующих денежных средств на банковский счёт банковской карты с номером, как усматривается из дела, принадлежащим ФИО1, – зятю ФИО3.
Договор зарегистрирован Управлением Росреестра по Костромской области 23 октября 2020 года.
При этом 14 октября 2020 года, то есть в день подписания указанного договора купли-продажи его участниками, ФИО4 на имя ФИО1 выдана расписка о получении денежных средств в размере 100 000 руб. в качестве беспроцентного займа со сроком возврата до 29 июня 2021 года включительно.
14 октября 2020 года ФИО1, ФИО4, ФИО5 также подписан договор займа (беспроцентный), в соответствии с которым ФИО1 (займодавец) передаёт в собственность ФИО4, ФИО5 (заёмщикам) денежные средства в размере 400 000 руб. на срок шесть месяцев, подлежащие возврату в следующем порядке: 250 000 руб. до 25 марта 2021 года, 150 000 руб. до 29 июня 2021 года.
Пункт 3.1 договора предусматривает ответственность заёмщиков за просрочку возврата суммы займа, аналогичную ответственности покупателей согласно пункту 14 договора купли-продажи.
В соответствии с пунктом 4.3 договора займа стороны договорились, что в случае расторжения договора купли-продажи нежилого строения – здания водонапорной башни, расположенного по адресу: <адрес>, заключённого между ФИО3 и заёмщиками, денежные средства по данному договору займа заёмщиками займодавцу не возвращаются, становятся собственностью заёмщиков.
14 октября 2020 года ФИО4, ФИО5 на имя ФИО1 выдана расписка о получении денежных средств по договору займа в размере 400 000 руб.
28 октября 2020 года на счёт ФИО1 ФИО4 перечислена денежная сумма в размере 250 000 руб., 29 марта 2021 года – денежная сумма в размере 125 000 руб.
Постановлением администрации г. Костромы от 21 октября 2021 года № 1862 ФИО4 отказано в предварительном согласовании предоставления в собственность земельного участка, имеющего местоположение: <адрес> в утверждении схемы расположения данного участка на кадастровом плане территории.
В дальнейшем ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4, ФИО5 о солидарном взыскании задолженности по договору купли-продажи, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, обращении взыскания на заложенное имущество- здание водонапорной башни. Иск был принят к производству суда, в рамках данного дела ФИО4 и ФИО5 обратились к ФИО3 со встречным иском о расторжении договора, взыскании уплаченных денежных средств в сумме 375 000 руб.
Решением Димитровского районного суда г. Костромы от 14 сентября 2022 года в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о взыскании задолженности по договору купли-продажи и обращении взыскания на заложенное имущество было отказано, встречный иск ФИО4 и ФИО5 удовлетворён: расторгнут договор купли-продажи от 14 октября 2020 года, с ФИО3 в пользу ФИО4 взыскано 375 000 руб.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Костромского областного суда от 16 января 2023 года указанное решение суда отменено, по делу принято новое решение, которым признан недействительным в силу ничтожности договор купли-продажи здания с рассрочкой платежа и залогом недвижимости, заключенный 14 октября 2020 года между ФИО3 с одной стороны и ФИО4 и ФИО5 с другой стороны.
В ЕГРН аннулированы соответствующие записи от 23 октября 2020 года о праве общей долевой собственности ФИО4 и ФИО5 (по 1 /2 доле каждого) на здание, расположенное по адресу: <адрес> площадью 15, 7 кв.м.
На данное здание признано право собственности за ФИО3, с которой в пользу ФИО4 взысканы денежные средства в сумме 375 000 руб.
В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о взыскании задолженности и обращении взыскания на заложенное имущество отказано.
Суд первой инстанции, разрешая спор между ФИО3, ФИО4 и ФИО5, пришёл к выводу о том, что договор купли-продажи здания прикрывал сделку по купле-продаже земельного участка, собственником которого ФИО3 не являлась, посчитав возможным применить последствия недействительности сделки в виде расторжения договора.
Суд апелляционной инстанции согласился с квалификацией судом договора купли-продажи здания как недействительного по основанию притворности, но посчитал неверным применение последствий недействительности сделки в виде расторжения договора, в связи с чем отменил судебное решение и принял новое решение по делу, резолютивная часть которого приведена выше. Одновременно судебная коллегия указала на ничтожность прикрываемого договора, достижение сторонами соглашения об уплате цены по сделке, в том числе путём оформления заёмных отношений с ФИО1.
Принимая решение по настоящему делу, суд первой инстанции со ссылкой на преюдициальное значение вышеприведённого апелляционного определения, а также произведя оценку объяснений участников процесса, показаний свидетеля ФИО26, имеющихся договоров, расписок, сведений о наличии у ФИО4 денежных средств на счёте на дату 14 октября 2020 года, пришёл к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 и удовлетворении встречного иска ФИО4, ФИО5.
В частности, суд указал, что обозначенные ФИО1 в качестве основания для взыскания денежных средств договоры займа фактически в соответствии с вступившим в силу судебным постановлением являются соглашением о рассрочке платежа по договору купли-продажи, как часть этого договора, признанного недействительным, тоже подлежат признанию недействительными.
Доводы апелляционных жалоб ФИО1, его представителя ФИО2 о том, что судом не были рассмотрены уточнённые истцом по первоначальному иску требования, являются несостоятельными. Само уточнение, а фактически увеличение ФИО1 требований по второму иску, отражено в судебном решении, допущенная описка во втором абзаце резолютивной части в отношении суммы предъявленного к взысканию долга исправлена определением суда от 26 апреля 2023 года.
Вместе с тем определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 21 марта 2023 года ранее названные решение Димитровского районного суда г. Костромы от 14 сентября 2022 года, апелляционное определение от 16 января 2023 года были отменены с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Суд кассационной инстанции согласился тем, что установление притворности сделки не могло служить основанием для удовлетворения встречных требований о расторжении договора, но посчитал, что судебная коллегия, отменяя решение суда, вышла за пределы заявленных ФИО4, ФИО5 требований, самостоятельно избрав иной способ защиты нарушенных прав истцов по встречному иску. При этом как таковых суждений относительно наличия предусмотренных законом и самим договором оснований для его расторжения судебные акты не содержат.
Помимо этого, судом кассационной инстанции было отмечено и отсутствие в судебных постановлениях вывода о том, на основании каких доказательств и фактических обстоятельств следует считать, что не только покупатели, но и продавец имела намерение совершаемой сделкой прикрыть сделку купли-продажи земельного участка.
При таких обстоятельствах судебная коллегия находит решение суда по настоящему делу, основанное на преюдициальном значении отменённого судебного акта, подлежащим отмене в силу части 3 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
По результатам нового рассмотрения дела решением Димитровского районного суда г.Костромы от 11 июля 2023 года исковые требования ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о взыскании задолженности по договору купли-продажи и обращении взыскания на заложенное имущество оставлены без удовлетворения.
Встречные исковые требования ФИО4, ФИО5 к ФИО3 удовлетворены, расторгнут заключенный между сторонами 14 октября 2020 года договор купли-продажи, с ФИО3 в пользу ФИО4 взысканы уплаченные по договору денежные средства в сумме 375 000 руб., на ФИО4 и ФИО5 возложена обязанность передать в собственность ФИО3 здание водонапорной башни. Указано, что решение суда в части взыскания денежных средств, возврата здания не подлежит исполнению ввиду того, что ранее сторонами было исполнено апелляционное определение от 16 января 2023 года до его отмены в кассационном порядке.
Установив факт того, что государственными и муниципальными органами Костромской области и г. Костромы ФИО4 и ФИО5 было отказано в предоставлении в аренду земельного участка размером не менее 400 кв.м., на котором расположена водонапорная башня, суд пришёл к выводу о наличии оснований для расторжения договора купли-продажи в соответствии с согласованным сторонами условием при его заключении.
Указанное судебное решение в законную силу не вступило, обжалуется стороной истца по первоначальному иску в апелляционном порядке.
Между тем невозможности рассмотрения настоящего дела до вступления судебного постановления по вышеназванному делу в законную силу в соответствии со статьёй 215 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия не усматривает, в связи с чем разрешает апелляционные жалобы ФИО1, представителя ФИО1 – ФИО2, ФИО3 в данном судебном заседании.
Принимая новое решение по делу, судебная коллегия учитывает, что договор купли-продажи здания, договор займа (беспроцентного), две расписки на имя ФИО1 оформлены в один день – 14 октября 2020 года, ранее стороны по настоящему делу между собой знакомы не были. ФИО1 приходится зятем ФИО3 - продавцу по договору купли-продажи здания водонапорной башни.
В самом договоре купли-продажи здания имеется условие об оплате по договору путём перечисления денежных средств на банковский счёт банковской карты, принадлежащей ФИО1.
Как было указано ранее, в письменном договоре займа содержится условие о не возврате средств по нему в случае расторжения договора купли-продажи здания, данный договор займа и договор купли-продажи здания включают абсолютно одинаковое условие об ответственности за просрочку платежа. При этом в пункте 14 договора купли-продажи здания продавец (ФИО3) поименован в качестве займодавца.
Суд апелляционной инстанции принимает во внимание и то, что оба договора займа, один из которых оформлен распиской ФИО4, носят беспроцентный характер, все долговые документы составлялись в двух экземплярах, то есть подлинники находились в распоряжении обеих сторон, что подтвердили участники процесса в настоящем судебном заседании. Иски ФИО1, ФИО3 были предъявлены в районный суд практически одновременно, перечисленная ФИО4 29 марта 2021 года денежная сумма в размере 125 000 руб. изначально ФИО1 при предъявлении второго иска учтена в счёт долга. Однако в последующем ФИО1 требования по второму иску увеличил, указав тем самым, что исполнения по договорам займа ответчиками не производилось.
Совокупная оценка перечисленных обстоятельств наряду с оценкой объяснений участников процесса, показаний свидетеля ФИО27, сведений о денежных средствах на счёте ФИО4, даёт основания признать доказанной позицию ФИО4, ФИО5 о том, что фактически расписками, письменным договором займа было оформлено их обязательство по уплате цены по договору купли-продажи сверх обозначенной в самом договоре суммы.
Отсутствие в расписке на сумму 100 000 руб. отсылки к возможному расторжению договора купли-продажи здания, как в письменном тексте договора займа на сумму 400 000 руб., подписание этой расписки только ФИО4, на что обращалось внимание стороной ФИО1, к иному безусловному выводу не приводит.
Суд апелляционной инстанции, усматривая явную связь между заключением ФИО3 и ФИО4, ФИО5 договора купли-продажи и оформлением 14 октября 2020 года сторонами по данному делу долговых документов, обращает внимание на то, что уплата цены согласно договору купли-продажи должна была производиться равными платежами по 250 000 руб., второй платёж- до 30 сентября 2021 года.
По письменному договору займа предполагается внесение ФИО4, ФИО5 в срок до 25 марта 2021 года денежной суммы в таком же размере, то есть 250 000 руб. В срок до 29 июня 2021 года по двум долговым документам ФИО4, ФИО5 в целом должна быть уплачена абсолютно такая же сумма (100 000 руб. по расписке ФИО4 + 150 000 руб. по письменному договору займа).
При таких обстоятельствах утверждения стороны ответчиков по иску ФИО1 о том, что расписками, письменным договором займа, по сути, были оформлены их обязательства по оплате в рассрочку денежной суммы по сделке купли-продажи здания, заключаемой ими в целях последующего оформления прав на земельный участок площадью не менее 400 кв.м., носят убедительный характер. Выдача долговых документов на имя ФИО1 в противоречие с тем, что в договоре купли-продажи на стороне продавца выступала ФИО3, не входит, по условиям самого договора купли-продажи перечисление средств предполагалось на счёт ФИО1.
То, что обязательство на сумму 400 000 руб. оформлено письменным договором займа и распиской ФИО4, ФИО5, а обязательство на сумму 100 000 руб. только распиской ФИО4 судебная коллегия объясняет усматриваемым из дела достижением сторонами, третьим лицом окончательной договорённости относительно полного размера подлежащих уплате покупателями денежных средств при сдаче документов по сделке купли-продажи на регистрацию (договор купли-продажи, договор займа имеют отпечатанный текст, а расписка на 100 000 руб. рукописный).
В соответствии с изложенным суд апелляционной инстанции делает вывод о том, что ФИО1, настаивая на удовлетворении своих требований по избранному основанию, передачу денежных средств ФИО4, ФИО5 не доказал.
Исключительно нахождение подлинных расписок, письменного договора в распоряжении ФИО1, собственноручное подписание ФИО4, ФИО5 долговых документов при нахождении таких же подлинных документов у другой стороны, исходя из установленных по делу обстоятельств, достаточным для удовлетворения исковых требований ФИО1 в пределах оснований заявленного иска не является.
В свою очередь в пределах оснований иска ФИО1 судебная коллегия признаёт доказанным ФИО4, ФИО5 неполучение денежных средств от ФИО1, оформление расписками, письменным договором займа их обязательства по уплате цены в связи с заключением договора купли-продажи.
Судебная коллегия по результатам совокупной оценки доказательств считает очевидным, что при составлении долговых документов воля ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО5 была единой, направленной на дальнейшую уплату покупателями дополнительно к обозначенной в договоре купли-продажи сумме ещё 500 000 руб. Несомненно, что с согласия ФИО3- собственника здания уплата денежных средств в полном объёме предполагалась ФИО4, ФИО5 на счёт (карту) ФИО1. Само оформление таких образом обязанностей покупателей, а не отражение сразу в договоре купли-продажи суммы в 1 000 000 руб., не носит характера явно отклоняющегося от разумных действий поведения в рамках рассматриваемой ситуации, под сомнения позицию ФИО4, ФИО5 не ставит.
Все доводы апелляционных жалоб ФИО1, его представителя ФИО2, ФИО3 по своей сути направлены на иную оценку проанализированных судебной коллегией доказательств, собственном видении варианта разрешения спора между сторонами. Между тем имеющиеся доказательства судебной коллегией оценены по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к объяснениям ФИО1, ФИО3, которые хотя и носят доказательственный характер, но входят в противоречия с письменными доказательствами, включая условия самого договора купли-продажи, письменного договора займа, судебная коллегия относится критически.
В силу части 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации право определения предмета и оснований иска принадлежит истцу, согласно части 3 статьи 196 названного Кодекса суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.
Во встречном иске ФИО4, ФИО5 квалифицируют договоры займа, один из которых оформлен долговой распиской на сумму 100 000 руб., в качестве притворных сделок- сделок, прикрывающих их обязанность по оплате цены по договору купли-продажи.
Между тем ФИО1 настаивает на удовлетворении своих исковых требований исключительно по основанию наличия заёмных отношений, никак не связанных с договором купли-продажи здания, на это фактически направлены и доводы всех апелляционных жалоб.
Соответственно, при установленных по делу обстоятельствах такие требования ФИО1 удовлетворению не подлежат, а в силу диспозитивности основания для выхода за пределы исковых требований, рассмотрения вопроса о взыскании применительно к обязанности ФИО4, ФИО5 по уплате денежных средств в счёт договора купли-продажи отсутствуют (судом апелляционной инстанции учтены правовые позиции, выраженные в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 24 мая 2016 года № 18-КГ16-46).
Таким образом, в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 о взыскании денежных средств по договору займа, оформленному распиской от 14 октября 2020 года, а также к ФИО4, ФИО5 о солидарном взыскании задолженности по договору займа от 14 октября 2020 года, процентов за пользование чужими денежными средствами должно быть отказано.
При этом достаточные основания для удовлетворения встречного иска ФИО4, ФИО5 судебная коллегия также не находит.
Статьи 414, 818 Гражданского кодекса Российской Федерации допускают замену долга, возникшего из договора купли-продажи, в заёмное обязательство в порядке новации.
В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» разъяснено, что обязательство прекращается новацией, если воля сторон определённо направлена на замену существовавшего между ними первоначального обязательства другим обязательством (статья 414 Гражданского кодекса Российской Федерации). Новация имеет место, когда стороны согласовали новый предмет и (или) основание обязательства.
Соглашение о замене первоначального обязательства другим может быть сформулировано, в частности, путём указания на обязанность должника предоставить только новое исполнение и (или) право кредитора потребовать только такое исполнение.
Кроме того, в случае замены первоначального обязательства заёмным по соглашению сторон заёмное обязательство может подлежать исполнению в пользу третьего лица (пункт 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации).
С учётом положений статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, того факта, что подписание договора займа, расписок ФИО4, ФИО5 под сомнения не ставится, исходя из доводов самого встречного иска, судебная коллегия считает, что установленные по делу действительные взаимоотношения ФИО3, ФИО1, ФИО4, ФИО5 в большей степени свидетельствуют о новации долга из договора купли-продажи в сумме 500 000 руб. в заёмные обязательства, а не о совершении притворной сделки. Как такового запрета на новацию непросроченного обязательства, как и его части, закон не содержит. Сам договор купли-продажи его сторонами не оспорен, в другом деле ФИО4, ФИО5 поставлен только вопрос об его расторжении, доказательств того, что ФИО3 имела намерение совершить продажу не принадлежащего ей земельного участка в данном деле не имеется.
В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 разъяснено, что в случае новации обязательства в заёмное в качестве основания для оспаривания не может выступать непоступление предмета займа в распоряжение заёмщика.
Вместе с тем ранее приведённый вывод о недоказанности ФИО1 факта передачи денежных средств ответчикам по его искам сделан исключительно в рамках оснований первоначального иска. ФИО1, ФИО3 в настоящее время вопрос о взыскании спорных денежных средств, то есть основного долга 500 000 руб., как связанных с договором купли-продажи не ставят. Как указано ранее, истцы по встречному иску в другом деле требуют расторжения договора согласно оговорённому в нём условию, обусловленному отказом в оформлении прав на земельный участок, злоупотребления правом с их стороны в отношении ФИО1 применительно к данному делу не имеется.
Соответственно, судебная коллегия не находит основания для удовлетворения иска ФИО1 в силу нормативно установленного процессуальным законом предписания о рассмотрении дела в пределах заявленных истцом требований, в связи с чем данное дело и рассмотрено по существу до вступления в законную силу судебного акта по другому делу по иску ФИО3, а для удовлетворения встречного иска ФИО4, ФИО5 - ввиду отсутствия достаточных оснований для квалификации долговых документов в качестве притворных сделок.
Установленные по делу обстоятельства, в том числе путём толкования договора купли-продажи, долговых документов по правилам статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации путём выяснения действительной общей воли сторон, ФИО3 ввиду того, что только буквального толкования в данном случае недостаточно, позволяют сделать вывод о фактических отношениях по новации, а не о наличии воли всех участников правоотношений на заключение притворных сделок. Исключительно отсутствие в долговых документах указания на новацию с учётом всех обстоятельств дела определяющим не является.
При полном отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1, носящих имущественный характер, и с учётом конечных результатов дела понесённые лицом судебные расходы на оплату услуг представителя, по оплате госпошлины возмещению не подлежат.
Таким образом, несмотря на отмену судебного решения принимаемое судебной коллегией новое решение по делу не влечёт достижение преследуемых подателями апелляционных жалоб правового результата, следовательно, в целом апелляционные жалобы следует признать отклонёнными.
Руководствуясь статьёй 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
Решение Димитровского районного суда г. Костромы от 09 марта 2023 года с учётом определения того же суда об исправлении описки от 26 апреля 2023 года отменить.
Принять по делу новое решение.
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 о взыскании денежных средств по договору займа, оформленному распиской от 14 октября 2020 года, судебных расходов, а также к ФИО4 и ФИО5 о солидарном взыскании задолженности по договору займа от 14 октября 2020 года, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов отказать.
В удовлетворении встречных исковых требований ФИО4, ФИО5 к ФИО1 о признании договоров займа недействительными (ничтожными) отказать.
Апелляционное определение может быть обжаловано в течение трёх месяцев с момента вынесения во Второй кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.
Председательствующий:
Судьи:
апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 10 августа 2023 г.