УИД №

Дело №2-34/2023 (2-2353/2022)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 апреля 2023 года

г.Магнитогорск

Ленинский районный суд г.Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Панова Д.В.,

при секретаре Скляровой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации, о взыскании компенсации морального вреда, встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о взыскании денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутацию, компенсации морального вреда, в котором просила признать не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 сведения, распространенные ответчиками в сети «Интернет» в социальной сети «ВКонтакте» в информационной группе г.Магнитогорска «Черное и Белое», а также личной странице ФИО3. Обязать ответчиков незамедлительно после вступления решения суда в законную силу обратиться в ООО «ВКонтакте» с заявлением об исключении из интернет страницы группы «ВКонтакте» Черное и Белое» публикации от ДД.ММ.ГГГГ, размещенной от имени ответчика. Обязать ответчика незамедлительно после вступления решения суда в законную силу удалить запись, размещенную на личной странице ФИО3. Обязать ответчика ФИО2 незамедлительно после вступления решения суда в законную силу разместить в сети «Интернет» в социальной сети «ВКонтакте» на интернет-странице информационного сайта г.Магнитогорск «Черное и Белое» опровержение информации, изложенной в публикации от ДД.ММ.ГГГГ года. Взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100000 руб..

В обоснование иска истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ в 17:35 часов местного времени ФИО2 в социальной сети ВКонтакте, группе «Черное и Белое» была размещена публикация следующего содержания: «<данные изъяты>). Считает, что данная публикация является порочащей ее честь, достоинство и деловую репутацию, информация, отраженная в публикации не соответствует действительности. К указанному посту в социальной сети прикреплена видеозапись, произведенная автором в нотариальной конторе, без согласия истца. Кроме того, указанная публикация размещена на личной странице ФИО3 в социальной сети «ВКонтакте». Считает, что публикация содержит в себе оскорбительные высказывания, как «<данные изъяты> «<данные изъяты>», высказанные в презрительной манере. Указанное утверждение носит явно негативную окраску и вызывает отрицательные ассоциации. Утверждение «<данные изъяты> направлено на обвинение истца в совершении преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ.

ФИО2 обратилась к ФИО1 со встречным исковым заявлением, в котором просила взыскать с ФИО1 в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 100000 руб..

В обоснование требований встречного искового заявления ФИО2 указала на то, что исполняющая обязанности нотариуса ФИО1, при обращении по вопросу о возврате денежных средств за несовершенное нотариальное действие, всячески унизила ее и оскорбила, неправомерно вызвала Росгвардию и полицию. Действия исполняющей обязанности нотариуса ФИО1 повлекли за собой ряд неприятных последствий для ее здоровья. На нее стали оказывать давление: телефонные звонки, направление сообщений. Ее стали мучать бессонница и приступы паники, нервное перенапряжение. Она стала принимать успокоительные. Неправомерными действиями ФИО1 ей был причинен моральный вред, который выразился также и в том, что она испытывала и испытывает по настоящее время нравственные страдания в связи с несправедливым, недостойным, оскорбительным и унизительным по отношению к ней. В результате неправомерных действий ФИО1 она испытала и испытывает до настоящего времени сильнейший психологический стресс, глубокие личные переживания. Согласно заключению специалиста ООО «<данные изъяты> № от 04.02.2023, ФИО1 в период осуществления видеозаписи событий, зафиксированных в представленном на исследование видеофайле, находится в состоянии гнева, проявляющегося в агрессивном поведении по отношению к ФИО2 в состоянии гнева, проявляющегося в агрессивном поведении по отношению к ФИО2; в рассматриваемой ситуации агрессивное поведение ФИО1 по отношению к ФИО2. выражается в виде грубого поведения ФИО1: в процессе разговора ФИО1 повышает голос, не обращает внимание на Кузнецову Е..С., демонстративно уходит из кабинета. Также в качестве агрессии и психологического давления можно расценивать вызов службы охраны в кабинет в процессе разговора с ФИО2; такие действия ФИО1 безусловно можно расценивать как унижающие честь и достоинство ФИО2; психологическое воздействие со стороны ФИО1 на ФИО2 выражалось в форме унижения, что спровоцировало чувство обиды у ФИО2, которое и спровоцировало унижение, которое и спровоцировало привлечение общественности в виде размещения интернет поста о поведении ФИО1.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО4 в судебном заседании поддержали заявленные истцом требования, против удовлетворения требований встречного искового заявления ФИО2 возражали.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований искового заявления ФИО1, поддержала требования своего встречного искового заявления.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО5 в судебном заседании исковое заявление ФИО2 не признала, требования встречного искового заявления поддержала. Указала на то, что по делу была проведена эксперта, которая подтвердила, что все сведения, содержащиеся в публикации соответствуют действительности и не являются порочащими и оскорбительными. Публикация не содержит персональных данных истца (ФИО, должность и иных). Эксперт указал, что все определяется контекстом, кто знает ФИО1, могут ее опознать, кто не знает, тот не поймет, что информация в публикации идет о ФИО1. Конфликтная ситуация, негативная информация не влияет на законность либо не законность заявленного иска. Юридически значимым является то, соответствовали ли сведения действительности и не являлись порочащими. Если где-то есть негативное мнения и суждения это находится в связи с тем обстоятельством, что граждане вправе выражать свои мысли в негативной форме и имеют право на свободу мысли и свободу слова. Баланс был выдержан и оспариваемые истцом сведения ее не порочат. Не умаляют ее честь, достоинство и деловую репутацию. Нарушение права на здоровье выразились в том, что ответчик находится в состоянии стресса, претерпевает страдания. Испытывает головные боли, головокружение.

Ответчик ФИО3, при надлежащем извещении, участия в судебном заседании не принял. Ранее в судебном заседании от 21.11.2022 указал на то, что при выезде нотариуса присутствовал, но приехал позже. Приехал, когда входная дверь в подъезд была открыта и нотариус разговаривала с бабушкой. Он прошел мимо, зашел в квартиру, поговорил с отцом. Потом позвонили в дверь. Нотариус представилась, объяснила, зачем здесь. Потом обратились к отцу, разъяснила ему, задала вопросы. Он ответил положительно. Стол был грязный, поэтому расписываться отцу пришлось на весу. Он расписался не так, и ему было предложено расписаться повторно. У него не получилось, нотариус просто ушла. Ничего не разъяснила ему. У отца поднялось давление до 160, он дал ему таблетку. Впоследствии его состояние стало хуже, и он вскоре умер. Действия нотариуса в том, что доверенность не была оформлена, повлекли смерть отца. Именно истец, отказав в совершении нотариального действия, довела отца. Она сказала расписаться, отец расписался, ее не устроило, он расписался второй раз, она сказала «так не пойдет» и ушла. Ничего не разъяснила. Потом ему стало все хуже и хуже. Его жена сказала, что разместила публикацию, после чего он разметил ту публикацию, которая была на странице жены.

Третье лицо нотариус нотариального округа Магнитогорского городского округа Челябинской области ФИО6, представители третьих лиц ООО «Вконтакте» и Челябинской областной нотариальной палаты, при надлежащем извещении, участия в судебном заседании не приняли.

Заслушав стороны, их представителей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 указанного Кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснено, что в силу ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Принимая во внимание эти конституционные положения, суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами - свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (ст. ст. 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации), с другой (п. 1).

Согласно ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом (п. 1).

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (п. 9).

Из пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" следует, что в силу п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике, а истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в 17 час. 35 мин. ответчиком ФИО2 в сети «Интернет» в социальной сети «ВКонтакте», группе «Черное и Белое» была размещена публикация следующего содержания: «<данные изъяты>

Также в сети «Интернет» в социальной сети «ВКонтакте» на личной странице ответчика ФИО3 был осуществлен «репост» указанной выше публикации.

Определением суда от 16.12.2022 по делу была назначена лингвистическая экспертиза и на разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

1. Имеются ли в публикации (в тексте записи на стене сообщества «Черное и Белое» в социальной сети «ВКонтакте», размещенной от имени ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года, включая комментарии от имени ФИО2, и закрепленной к этой записи видео) сведения об истце ФИО1, ее деятельности и о ее личных деловых и моральных качествах? В каких конкретно высказываниях содержатся эти сведения и какова их смысловая направленность?

2. Если в вышеуказанных фразах имеются негативные сведения об истце, то в какой форме они выражены: утверждения, предположения, вопроса?

3. Подтверждает ли лингвистический анализ публикации, что в ней имеются в форме утверждений фразы, содержащие сведения о нарушении истцом действующего законодательства, общепринятых моральных норм и принципов?

4. В каком значении употреблены слово «<данные изъяты>» и фразы «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>» в тексте публикации, относятся ли они к числу оскорбительных и относятся ли непосредственно к истцу?

5. Являются ли сведения, содержащиеся в публикации, утверждениями о фактах, если да, то каких, или оценочными суждениями, мнением автора публикации?

Согласно заключения эксперта АНО <данные изъяты>» № в анализируемой публикации содержится негативная информация о деятельности сотрудника нотариальной конторы. Объект речи в тексте поста и участник коммуникации, зафиксированный на видео, - одно лицо. на это указывает смысловая связь всех компонентов креолизированного текста. Если будет установлено, что лицо, с которым вступает в диалог автор видео, является ФИО1, то можно говорить об отнесении информации к истцу. Информация о сотруднике нотариальной конторы содержится в следующих фрагментах: нотариус на адрес выехала ей не понравилось что наш дедушка криво написал свою фамилию имя отчество она попросила его переписать ей это не понравилось вторично после чего она стала сетовать на то что не предоставили стол где ей писать, развернулась и ушла (фрагмент №1 – текст поста); деньги в данной конторе возвратить отказались, услуги не были оказаны, о том, что нотариус едет к инвалиду первой группы она знала с ДД.ММ.ГГГГ (фрагмент №2 – текст поста); <данные изъяты>, муж отпросился с работы !!!!! (фрагмент №3 – текст поста); заявление написано в полицию <данные изъяты> (фрагмент №4 – текст поста); в <данные изъяты> (фрагмент №5 – текст поста); вы не оказали мне услугу (фрагмент №6 – текст видеозаписи); вы выехали и не совершили действие (фрагмент №7 – текст видеозаписи); «…<данные изъяты>» (фрагмент №8 – текст комментария). При этом в высказывании (фрагмент №5) субъект действия не называется. Отнесенность информации к физическому лицу устанавливается на основании контекста. Смысловой анализ позволяет говорить о том, что в представленном материале реализуется коммуникативное намерение информирование о нарушениях нотариуса, допущенных в работе. Смысловая направленность данных фрагментов письменного и устного текстов заключается в обвинении нотариуса в невыполнении услуги, которая была оплачена клиентом, в отказе возвращать деньги за неуказанную услугу; в негативно оценке действий нотариуса, которые характеризуются как обманные, незаконные и увязываются автором публикации с причинением вреда здоровью человека. Изложение данных сведений формирует негативный образ конкретного сотрудника нотариальной конторы, ставшего участником конфликтной ситуации, создает представление о данном лице как о человеке, деятельность которого имеет негативные результаты, является нечестной, обманной и опасной для людей (ответ на вопрос №1).

В анализируемой публикации содержится негативная информация о деятельности сотрудника нотариальной конторы. Объект речи в тексте поста и участник коммуникации, зафиксированной на видео, - одно лицо. На это указывает смысловая связь всех компонентов креолизированного текста. Есил будет установлено, что лицо, с которым вступает в диалог автор видео, является ФИО1, то можно говорить об отнесенности информации к истцу. В анализируемом материале негативная информация содержится в высказываниях, представленных в разной форме: утверждения о фактах (высказывания 1, 2, 4, 6, 7), мнения (выказывание 3), оценочного суждения (высказывание 8), оценочного суждения с фактологическим компонентом (высказывание 5). При этом в высказывании (5) субъект действия не называется. Отнесенность информации к физическому лицу устанавливается на основании контекста (ответ на вопрос №2).

Лингвистический анализ публикации подтверждает, что в тексте публикации, включающей текст поста, текст видеозаписи и текст комментария, имеются высказывания в форме утверждений о факте, в которых содержится негативная информация о деятельности сотрудника нотариальной конторы. Если будет установлено, что лицо, с которым вступает в диалог автор видео, является ФИО1, то можно говорить об отнесении негативной информации к истцу. Изложение сведений, содержащихся в указанных высказываниях, формирует негативный образ конкретного сотрудника нотариальной конторы, ставшего участником конфликтной ситуации, создает представление о данном лице как о человеке, деятельность которого имеет негативные результаты, является нечестной и связана с незаконными действиями (ответ на вопрос №3).

Слово «<данные изъяты>» выражает негативное (ироничное) отношение автора текста к лицу, о котором идет речь. Значение лексемы «<данные изъяты>» зафиксировано в академических толковых словарях, не зафиксировано в словарях субстандартной лексики, не имеет пометы «нецензурное» / «обсценное» / «неприличное» / «вульгарное» / «вульгарно-просторечное». Это свидетельствует об отсутствии лингвистических признаков неприличной формы. Слово к числу оскорбительных не относится. Непосредственно к истцу имеет отношение в случае, если будет установлено, что лицо, с которым вступает в диалог автор видео, является ФИО1, так как объект речи в тексте поста и участник коммуникации, зафиксированной на видео, - одно лицо.

В высказывании «<данные изъяты>» сообщается о том, что нотариус вызывала у пожилого человека состояние внезапного приступа болезни, после прихода нотариуса пожилой человек (инвалид первой группы), от лица которого необходимо было оформить доверенность, почувствовал себя плохо. Высказывание не содержит лингвистических признаков унижения и неприличной формы. Инвективные лексические средства, имеющие оскорбительных характер, отсутствует. Непосредственно к истцу имеет отношение в случае, если будет установлено, что лицо, с которым вступает в диалог автор видео, является ФИО1, так как объект речи в тексте поста и участник коммуникации, зафиксированной на видео, - одно лицо.

В высказывании «<данные изъяты>» речь идет о том, что в данной нотариальной конторе обманывают людей, совершают незаконные финансовые операции. В высказывании конкретный субъект действия не называется. Отнесенность информации к физическому лицу (нотариусу) опосредованная, устанавливается только на основании контекста. В высказывании дается характеристика действий, а не лица. Высказывание не содержит лингвистических признаков унижения и неприличной формы. Инвективные лексические средства, имеющие оскорбительный характер, отсутствуют.

В высказывании «<данные изъяты>» выражается негативное отношение к личности и дается негативная оценка ее действий. В нем выражается представление о крайне низком уровне качества оказанной нотариусом услуге (значение «совершила что-то крайне плохое», «создала критическую ситуацию»). Несмотря на наличие негативных коннотаций, высказывание не относится к числу неприличных. Значение слова «<данные изъяты>» не зафиксировано в словарях субстандартной лексики, слово не имеет поменты «нецензурное» / «обсценное» / «неприличное» / «вульгарное» / «вульгарное-просторечное». Это свидетельствует об отсутствии лингвистических признаков неприличной формы. Слово к числу оскорбительных не относится. Непосредственно к истцу высказывание имеет отношение в случае, если будет установлено, что лицо, с которым вступает в диалог автор видео, является ФИО1, так как объект речи в тексте поста и участник коммуникации, зафиксированной на видео, - одно лицо (ответ на вопрос №4).

В анализируемом материале негативная информация содержится в высказываниях, представленных в разной форме: утверждения о фактах (высказывания 1, 2, 4, 6, 7), мнения (высказывание 3), оценочного суждения (высказывание 8), оценочного суждения с факто логическим компонентом (высказывание 5). Анализ, связанный с выявлением информационного статуса высказываний, представлен в ответе на вопрос 2. В высказываниях в форме утверждения о фактах и с фактологическим компонентом сообщается о том, что: 1) нотариус выехал на дом к заказчику (автору текста) для оказания услуги по оформлению доверенности, но, выразив неудовольствие предоставленными условиями, услуги не оказал; 2) в указанной нотариальной конторе обманывают клиентов, принимают оплату услуги, услуги не оказывают и деньги не возвращают; 3) написано заявление в полицию, связанное с действиями данного нотариуса (ответ на вопрос №5).

Указанное заключение судом принимается в качестве надлежащего доказательства по делу, оснований сомневаться в выводах эксперта у суда не имеется, поскольку они мотивированны, обоснованы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, является экспертом в соответствующей области.

Решением правления Челябинской областной нотариальной палаты от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в действиях ФИО1, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа Магнитогорского городского округа Челябинской области ФИО6 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ имеется дисциплинарный проступок, предусмотренных п.п.10.2.1, 10.2.13 и 10.2.19 Кодекса профессиональной этики нотариусов Российской Федерации; ФИО1 назначено в соответствии с п.12.43.1 Кодекса профессиональной этики нотариусов в Российской Федерации меру дисциплинарной ответственности – замечание (л.д.138-143 т.2).

Из объяснений сторон, данных в ходе судебного разбирательства по делу, следует, что высказывания (фрагменты текста) 1, 2, 4, 6, 7, выраженные в форме утверждения о фактах, соответствую действительности, в связи с чем, не могут быть признаны порочащими, поскольку для признания порочащими необходимо не только негативное содержание утверждение, но и его не соответствие действительности.

Как разъяснено в п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Лицо, которое полагает, что высказанное оценочное суждение или мнение, распространенное в средствах массовой информации, затрагивает его права и законные интересы, может использовать предоставленное ему пунктом 3 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 46 Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" право на ответ, комментарий, реплику в том же средстве массовой информации в целях обоснования несостоятельности распространенных суждений, предложив их иную оценку.

Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из заключения эксперта, высказывания (фрагменты текста) №3 и №8 являются мнением и оценочным суждением соответственно, не были выражены в оскорбительной форме, в связи с чем, не могут быть признаны порочащими.

Также высказывание (фрагмент текста) №5 является оценочным суждением с фактологическим компонентом, отнесено не лично к истцу ФИО1, а к нотариальной конторе. При этом, данное высказывание, являющиеся субъективным оценочным суждением ответчика ФИО2, было основано на том обстоятельстве, что ей отказывали в возвращении денежных средств в размере 3000 руб. за несовершенное нотариальное действие, что нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства по делу. Суд приходит к выводу о том, что и данное высказывание, как оценочное суждение не выраженное в оскорбительной форме, а также выраженное не в отношении истца ФИО1, не подлежит признанию порочащим.

При этом суд также исходит и из того, что пределы свободы выражения мнения ставит ч. 1 ст. 21 Конституции РФ, согласно которой достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления.

Любое выражение мнения имеет определенную форму и содержание. Содержанием служит умозаключение лица, и его выражение не подвержено никаким ограничениям, кроме установленных в ч. 2 ст. 29 Конституции РФ. Форма же выражения мнения не должна унижать честь и достоинство личности, должна исключать возможность заблуждения третьих лиц относительно изложенного факта. Если эти требования не выполняются, выразитель мнения должен нести связанные с их невыполнением отрицательные последствия.

Защита гражданских прав осуществляется путем: пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; компенсации морального вреда; иными способами, предусмотренными законом (ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При оценке оспариваемой публикации, суд приходит к выводу, что ее содержание является субъективным мнением ответчика ФИО2, основанном на конкретных фактических обстоятельствах, соответствующих действительности, выражается в критическом замечании по работе и деятельности исполняющей обязанности нотариуса ФИО1, основано на личном анализе действий истца, при этом не содержит порочащих конкретно истца сведений, не выражено в оскорбительной форме. Умаление чести и достоинства истца не являлось целью публикации.

Суд полагает, что в данной ситуации не был нарушен баланс между правом истца на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны (истца), и свободой мысли, слова, права свободно передавать и распространять информацию любым законным способом, с другой (ответчика).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных истцом ФИО1 требований в полном объеме.

Вместе с тем, просмотрев судебном заседании видеозапись, размещенную к публикации, суд также не усматривает оснований для удовлетворения требований встречного искового заявления, поскольку ФИО2 в нарушение положений ст.56 ГПК РФ не было представлено доказательств нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ей нематериальные блага со стороны ФИО1. Содержание разговора между сторонами, зафиксированное на видеозаписи, на это не указывает, не содержит оскорбительных высказываний со стороны ФИО1 в отношении ФИО2. Также как нарушение прав ФИО2 не может быть расценен вызов ФИО1 охраны и сотрудников Росгвардии.

Представленное ответчиком заключение специалиста № от 17.02.2023 не содержит выводов о юридически значимых для разрешения настоящего спора обстоятельствах, по своему содержанию сводится к субъективному мнению конкретного специалиста ФИО12., не содержит какого-либо научного обоснования, в связи с чем, не может быть принято в качестве доказательства по делу.

Также не может принято в качестве доказательства по делу и представленное ответчиком заключение специалиста № от 04.02.2023, поскольку по своему содержанию сводится к субъективному мнению конкретного специалиста ФИО13., не содержит какого-либо научного обоснования выводов.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований искового заявления ФИО1 (паспорт №) к ФИО2 (ИНН №), ФИО3 (ИНН №) о признании не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию сведений, распространенных в социальной сети «ВКонтакте» в информационной группе г.Магнитогорска «Черное и Белое», а также на личной странице ФИО3, о возложении обязанности по обращению в ООО «ВКонтакте» с заявлением об исключении публикации, об удалении записи, размещенной на личной странице ФИО3, о возложении обязанности разместить опровержение информации, изложенной в публикации от ДД.ММ.ГГГГ, о взыскании компенсации морального вреда в размере 100000 рублей – отказать.

В удовлетворении требований встречного искового заявления ФИО2 (ИНН № к ФИО1 (паспорт №) о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 100000 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г.Магнитогорска.

Председательствующий: Д.В. Панов

Мотивированное решение изготовлено 28 апреля 2023 года.