ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

по делу №33-16640/2023 (№ 2-624/2023)

город Уфа 11 сентября 2023 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Зиннатуллиной Г.Р.,

судей Галлямова М.З., Мугиновой Р.Х.,

при секретаре Кугубаевой К.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 29 мая 2023 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Зиннатуллиной Г.Р., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании завещания недействительным.

Исковые требования мотивированы тем, что дата умер его отец ФИО3, который был владельцем двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: адрес. дата он обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства к имуществу умершего ФИО3, что подтверждается справкой нотариуса ФИО4, о том, что в ее производстве имеется наследственное дело №... открытое к имуществу ФИО3, умершего дата В связи с тем, что он является наследником, им были предприняты действия, направленные на обеспечение сохранности наследственного имущества. Однако ему стало известно, что его отец ФИО3 оставил завещание на указанную квартиру ФИО2 и у нотариуса г. Белорецк ФИО5 имеется наследственное дело. Как единственный наследник своего отца ФИО3 по закону первой очереди он настаивает на недействительности имеющегося завещания. При жизни его отец ФИО3 всегда ему говорил, что он является после его смерти единственным наследником его имущества, а именно квартиры, расположенной по адресу: адрес, и всегда ему говорил, что свою квартиру оставит только ему. Каких-либо намерений с его стороны для составления завещания другим лицам не было. Отец злоупотреблял спиртными напитками, страдал хроническими заболеваниями и состоял на учете в психоневрологическом диспансере Белорецкой БЦРКБ, где неоднократно проходил лечение. Из-за этих заболеваний психическое состояние отца в последние годы ухудшилось.

Его действия давали основания полагать, что он не понимает значения и не может руководить ими. Все его соседи замечали за ним поступки, свидетельствующие о нарушении его психики. В связи со злоупотреблением спиртными напитками у его отца была задолженность по алиментам на содержание несовершеннолетнего ребенка по состоянию на дата в размере 1 721 995,92 руб., что подтверждается постановлением судебного пристава-исполнителя Белорецкого межрайонного отделения судебных приставов от дата Считает, что на момент составления завещания его отец ФИО3 не был полностью дееспособным, находился в момент его совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значения своих действий или руководить ими, т.е. не мог отдавать полный отчет совершаемых им действиям.

На основании вышеизложенного, истец просил суд признать завещание составленное ФИО3 в пользу ответчика ФИО2, удостоверенное нотариусом г. Белорецк ФИО5, недействительным.

Решением Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от дата постановлено:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 (паспорт №..., выдан дата ГУ МВД России по Челябинской области) в пользу ГБУЗ Республики Башкортостан Республиканская клиническая психиатрическая больница (ИНН <***>) расходы на проведение судебной экспертизы в размере 24 000 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять новое решение, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о дате и времени судебного заседания.

Участвующие по делу лица также извещались публично путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на интернет-сайте Верховного Суда Республики Башкортостан в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».

Неявившиеся лица о причинах уважительности неявки не сообщили, в связи с чем, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения представителя ФИО1 – ФИО6, участие которого обеспечено посредством видеоконференц-связи при содействии Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Судом установлено, что дата ФИО3 сделал распоряжение на случай своей смерти относительно квартиры №... в адрес, т.е. завещал ее ФИО2

Данное завещание удостоверено нотариусом нотариального округа Белорецкий район и г.Белорецк Республики Башкортостан ФИО5, зарегистрировано в реестре за №...

дата ФИО3 умер.

Доводы апеллянта о том, что в момент составления завещания в 2022 г. ФИО3 страдал алкогольной зависимостью и не мог понимать значение своих действий, судебная коллегия отклоняет.

Так, судом первой инстанции в судебном заседании были допрошены свидетели.

Свидетель ФИО7 пояснила, что мать истца. С ФИО3 она была в гражданском браке, истец их сын. У ФИО3 была большая задолженность по алиментам, он всегда говорил, что оставит квартиру сыну, она с ним созванивалась. Когда приехали к нему домой квартира была закрыта, вызвали полицию, открыли квартиру. Пришла ФИО2 и спросила на каких основаниях они вскрыли квартиру, что это ее квартира, что у нее есть завещание. Когда она жила вместе с ФИО3 все было хорошо, он выпивал. После смерти свекрови начал сильно пить. После того как с ним разошлись ее сын всегда приезжал в гости к отцу. Перед смертью они потеряли с ним связь, ФИО3 любил сына. Перед смертью он всегда звонил, хотел чтобы она взяла какую-то бумагу, хотел оставить квартиру сыну. ФИО3 увлекался спиртным, говорил, что лечится в ПНД, он не доверял ФИО2, она просила ее прописать. У него был долг по алиментам 1 700 000 руб.

Свидетель ФИО8 пояснила, что она соседка ФИО3, хорошо знала, ФИО3 его мать и сына. С ФИО3 они жили в одном подъезде. ФИО3 любил выпить, последние 4 месяца сильно пил, в последнее время нигде не работал. С ФИО2 у него были нормальные отношения, буянил когда пил, умер дата После смерти ФИО3 она заходила в его квартиру, там очень сильно пахло, наверное, от кошек. Кто помогал ему при жизни не знает, когда он пьянствовал, квартира была в запущенном состоянии. Он состоял на учете в ПНД в связи с пьянкой. Когда трезвый был нормальный у него не было отклонений. До своей смерти 4 месяца он был в ненормальном состоянии, так как пил, месяц она его вообще не видела. 4 месяца он пил не останавливаясь с апреля до июня, сама она его пьяным не видела, выходил ли он из квартиры в мае и июне 2022 г. не знает, не видела.

Свидетель ФИО9 пояснила, что она соседка ФИО3, они строились вместе, дружили с мамой ФИО3, он в последнее время вел себя нормально, перед смертью очень сильно пил, после смерти матери, с апреля по июнь 2022 года сильно пил. Последний месяц перед смертью она вообще его не видела, она спрашивала у ФИО2, она сказала, что все хорошо, раньше он работал на пилораме. Полагает, что алкоголь и продукты покупала ему ФИО2, она вдвоем с дочерью к нему ходили, больше никто не приходил, она и спиртное приносила. Последнее время соседи подкармливали его, смотрели за ним. Потом ФИО2 начала часто приходить к нему, потом он умер. Предполагает, что алкоголь ФИО3 приносила ФИО2 После смерти ФИО3 в квартиру не заходила, к двери невозможно было подойти, грязь была, вонь. ФИО3 состоял на учете в ПНД.

Оценивая показания допрошенных свидетелей в соответствии с требованиями действующего гражданского процессуального законодательства, суд правильно полагал возможным принять их во внимание в совокупности с иными собранными по делу доказательствами.

Вместе с тем, суд верно указал, что показания свидетелей ФИО7, ФИО8 и ФИО9 не могут быть достаточным и достоверным доказательством того, что при составлении завещания ФИО3 не мог руководить своими действиями, поскольку показания данных свидетелей о нахождении ФИО3 в состоянии запоя противоречат сведениям врачей-наркологов, отраженных в медицинской документации, указанные свидетели не обладают специальными познаниями в медицине, психиатрии, наркологии, их показания о том, что в июне 2022 года ФИО3 каждый день был в состоянии алкогольного опьянения носят предположительный характер, т.к. они сами его выходящим из квартиры пьяным не видели, ни один из данных свидетелей при составлении завещания не присутствовал, за несколько дней до составления завещания лично с ФИО3 не контактировал.

Предъявляя настоящие требования, истец ФИО1 оспаривал завещание своего отца ФИО3, ссылаясь на его неспособность понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период в силу имеющихся у него заболеваний.

Для установления факта, мог ли ФИО3 в момент подписания оспариваемого завещания понимать значение своих действий и руководить ими, необходимы специальные познания, в связи с чем, определением суда была назначена судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов Республиканской клинической психиатрической больницы №... №... от дата ФИО3 в период составления завещания от дата обнаруживал признаки Синдром зависимости от алкоголя средней стадии, период воздержания (ответ на вопрос 1). Об этом свидетельствуют данные анамнеза о многолетнем злоупотреблении алкоголем, сформировавшейся психической и физической зависимости, увеличение толерантности, сведения о наличие у него запоев, абстинентного синдрома, сведения о диспансерном наблюдении у врача нарколога, неоднократные стационарные лечения в наркологическом диспансере, в связи с купированием абстинентного синдрома и псхотическими состояниями на фоне абстинентного синдрома, однако указанные изменения психической деятельности выражены не столь значительно не сопровождались грубыми нарушениями памяти, интеллекта, мышления, критических и прогностических способностей, что подтверждается консультациями психолога и осмотрами врача нарколога в амбулаторной карте, а также в период оформления завещания он не был в состояние запоя, а был в состоянии лекарственной ремиссии (период воздержания от алкоголя), что также подтверждается сведениями из медицинской документации. В материалах гражданского дела и медицинской документации отсутствуют указания на прием ФИО3 каких либо лекарственных препаратов, способных оказать влияние на его психическое состояние (ответ на часть вопроса 3). Поэтому он был способен к самостоятельному принятию решений, произвольному поведению, реализации своих решений, понимал юридические особенности сделки и прогнозировал ее последствия, таким образом, ФИО3 в период подписания завещания дата мог понимать значение своих действия и руководить ими (ответ на вопрос 2). По заключению психолога: ФИО3 при оформлении им завещания от дата не обнаруживал признаков выраженного интеллектуального снижения и выраженных нарушений в эмоционально-волевой сфере личности в виде черт повышенной внушаемости, подчиняемости, несамостоятельности, некритичности, которые оказали бы существенное влияние на его осознание характера и значения совершаемой им сделки. Все это указывает на то, что ФИО3 с учетом структуры психических процессов и индивидуально-психологических особенностей мог в полной мере опознавать значение своих действий, и мог руководить ими (ответ на вопрос №...).

Разрешая спор, суд правильно определили характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, исследовал обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела, и, оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к верному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого истцом завещания недействительным.

В соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для признания оспариваемого истцом завещания недействительным, ФИО1 и его представителем ФИО6 ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не предоставлено, в связи с чем, оснований для удовлетворении заявленных им требований не имеется.

Доказательства, в том числе результаты экспертного исследования, оценены судом первой инстанции. Иная оценка заявителем представленных доказательств и иное толкование норм действующего законодательства не свидетельствует о нарушении судом норм материального и процессуального права при рассмотрении настоящего дела.

Проверив дело с учетом требований статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия соглашается с выводами суда, поскольку они являются правильными и обоснованными, и не находит оснований для отмены принятого решения.

Судебная коллегия полагает, что стороной истца в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции не было заявлено оснований, предусмотренных статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, свидетельствующих о необходимости назначения дополнительной или повторной экспертизы, так как экспертное заключение, выполненное экспертами Республиканской клинической психиатрической больницы №..., является ясным, полным, объективным, определенным, не имеющим противоречий, содержащим подробное описание проведенного исследования и сделанные в его результате выводы предельно ясны.

Приходя к выводу о том, что экспертное заключение является относимым и допустимым доказательством по делу, суд апелляционной инстанции также полагает, что заключение судебной экспертизы в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, так как содержит подробное описание произведенных комиссионных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, основанные на анализе медицинских документов, материалов настоящего гражданского дела, при проведении экспертизы были изучены все собранные в отношении ФИО3 медицинские документы, показания свидетелей, экспертами проанализированы представленные материалы дела, которые были учтены ими при составлении заключения комиссии психолого-психиатрических экспертов, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения.

В обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из медицинской документации ФИО3, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы, выводы экспертов обоснованы документами, представленными в материалы дела, в том числе сведениями из медицинской документации, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, предусмотренных законом оснований для признания недействительным по статье 177 Гражданского кодекса Российской Федерации завещания от дата не имеется, учитывая, что при наличии заслуживающих внимания доказательств, истцом не представлены достоверные доказательства, свидетельствующие о том, что в момент составления завещания ФИО3 не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Юридически значимыми обстоятельствами в настоящем случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у ФИО3 в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений ее интеллектуального и (или) волевого уровня.

Вопреки утверждениям истца и суждениям апелляционной жалобы стороны истца, данные обстоятельства установлены судом на основании совокупности представленных в дело доказательств: заключения комиссии экспертов, в том числе по результатам проведенной по настоящему делу экспертизы, сделанной в установленной законом процедуре на основании специальных познаний в области психиатрии и исходя из совокупности всех имеющихся по делу фактических данных, включающих как свидетельские показания, так и всю медицинскую документацию об имеющихся у ФИО3 заболеваниях, их особенностях, развитии и течении.

Оснований для вывода о том, что ФИО3 при составлении и подписании оспариваемого завещания от дата не понимал значение совершаемых им действий и не мог ими руководить, у суда не имеется, установление факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми свидетели не обладают.

Учитывая, что дополнительных доказательств, свидетельствующих о том, что физическое состояние наследодателя влияло на способность осознавать значение своих действий и руководить ими, препятствовало возможности распорядиться своим имуществом на случай смерти путем подписания завещания, не представлено, судебная коллегия приходит к выводу, что принятое судебное постановление в полной мере соответствует нормам материального и процессуального права.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно положениям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1), никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть вторая); суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть третья), результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть четвертая).

Право давать оценку представленным доказательствам принадлежит суду первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в целом основаны на неверном толковании действующего гражданского законодательства, по существу указанные доводы сводятся лишь к несогласию с выводами суда первой инстанции и субъективной оценке установленных обстоятельств, что не может рассматриваться в качестве достаточного основания для отмены решения суда.

Нарушений норм материального и процессуального закона коллегией не установлено.

По вышеизложенным мотивам у судебной коллегии нет оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы и принятия иного решения по делу.

Руководствуясь статьями 327 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 29 мая 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий

Судьи

Справка: судья С.В. Бондаренко

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 14 сентября 2023 г.