Решение по делу № 2-274/2025 от 28.02.2025

57RS0023-01-2024-008709-71

2-274/2025 (2-6129/2024;)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 февраля 2025 года г. Орел

Советский районный суд города Орла в составе:

председательствующего судьи Коротковой О.И.,

при ведении протокола секретарем Головиным С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5,, ФИО6, о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4, ФИО5,, ФИО6, о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что приговором Заводского районного суда г.Орла от 06.06.2023 ответчики признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

В результате совершенного ответчиками преступления, ему причинен ущерб на сумму 1032324 руб.

Просил суд взыскать с ответчиков в солидарном порядке в его пользу материальный ущерб в размере 1695878 руб. 77 коп., из которых проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 663554 руб. 77 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами начислять по дату фактического исполнения обязательства в соответствии с суммой основной задолженности в размере 1032324 руб. 00 коп., а также компенсацию морального вреда в размере 500000 руб. 00 коп.

После уточнения заявленных требований, в окончательном виде просит суд взыскать с ответчиков в солидарном порядке в его пользу материальный ущерб в размере 1032324 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 663554 руб. 77 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами начислять по дату фактического исполнения обязательства в соответствии с суммой основной задолженности в размере 1032324 руб. 00 коп., а также компенсацию морального вреда в размере 600000 руб. 00 коп.

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4, ФИО5,, ФИО6, о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда.

В результате совершенного ответчиками преступления, ему причинен ущерб на сумму 1905700 руб.

Просит суд взыскать с ответчиков в солидарном порядке в его пользу материальный ущерб в размере 1905700 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1273931 руб. 45 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами начислять по дату фактического исполнения обязательства в соответствии с суммой основной задолженности в размере 1905700 руб. 00 коп., а также компенсацию морального вреда в размере 500000 руб. 00 коп.

Определением суда от 06.02.2025 года указанные исковые требования объединены судом в одно производство, для совместного рассмотрения и разрешения, гражданскому делу присвоен номер 2-274/2025.

Определением суда к участию в деле привлечена прокуратура Советского района г. Орла для дачи заключения.

В судебное заседание истцы ФИО1, ФИО2, их представитель по доверенности ФИО7, представитель прокуратуры Советского района г. Орла, надлежаще извещенные о рассмотрении дела, не явились, о причинах неявки суду не сообщили.

Ответчики ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, участвующие в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, исковые требования не признали, оспаривали вину в совершении преступления, заявили о пропуске истцами срока исковой давности на обращение в суд.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

В силу статьи 1064 данного кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Статьей 1080 этого же кодекса предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В статье 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3.4 постановления от 8 декабря 2017 г. № 39-П отметил, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину. Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности.

В судебном заседании установлено, что вступившим в законную силу приговором Заводского районного суда г.Орла от 06.11.2023, с учетом апелляционного определения Орловского областного суда от 24.10.2024, ФИО4 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и ей назначено наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 800 000 руб., ФИО5 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и ей назначено наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 700 000 руб., ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 700 000 руб., ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 600 000 руб.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21 декабря 2011 г. №30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Часть четвертая статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает обязательность вступившего в законную силу приговора суда по уголовному делу для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, только в отношении вопросов, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Данная норма не препятствует лицу, в отношении которого был вынесен обвинительный приговор, в том числе по итогам судебного разбирательства в особом порядке при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением, защищать свои права и законные интересы, отстаивать свою позицию в рамках гражданского судопроизводства в полном объеме на основе принципов состязательности и равноправия сторон.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. №23 «О судебном решении» разъяснено, что, исходя из вышеприведенной процессуальной нормы суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).

В соответствии со статьей 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приговор суда отнесен к числу письменных доказательств по гражданскому делу, и обстоятельства, установленные приговором, имеют значение для рассмотрения и разрешения настоящего дела.

Судом при рассмотрении уголовного дела установлено, что ФИО4, ФИО5, ФИО3, ФИО6 совершили умышленное тяжкое преступление против собственности при следующих обстоятельствах.

В ходе преступной деятельности созданная ФИО4 организованная группа, в состав которой вошли ФИО3, ФИО5, ФИО6 и ФИО8, в период времени с сентября 2014 года по 21.04.2018 совершила преступные деяния, направленные на хищение денежных средств граждан - клиентов ООО «ДОН», выразившиеся в следующем.

«…Продолжая преступную деятельность, участники организованной группы ФИО4, ФИО5, ФИО3, ФИО6, ФИО8, действуя умышленно, с единым преступным умыслом, согласно разработанному ФИО4. преступному плану, с целью его реализации, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде причинения материального ущерба гражданину в особо крупном размере и желая их наступления, заведомо не планируя исполнять взятые на себя обязательства, совершили преступные действия, направленные на хищение денежных средств путем обмана, принадлежащих ФИО1 В период до 30.09.2017 ФИО3, имея широкий круг знакомых в организациях, принимающих участие в строительстве многоквартирных жилых домов на территории Орловской области, в виду того, что ранее до 23.06.2017 он работал в должности начальника отдела сбыта в ООО «Промстройдеталь» ПАО «Орелстрой», получил информацию о квартирах, полученных «подрядчиками» от застройщиков в счет оплаты за выполненные работы, схемы расположения квартир, их технические характеристики и стоимость, которую предоставил ФИО4 ФИО4 и ФИО5 через контролируемые ими интернет-сайты разместили рекламу, содержащую заведомо ложные сведения о реализации квартир по заниженной цене, отличной от цены, установленной застройщиками многоквартирных жилых домов. ФИО6 с целью создания и поддержания имиджа ООО «ДОН» как успешного риэлтерского агентства, используя счета фирм-однодневок, производил перечисления денежных средств на расчетные счета продавцов объектов недвижимости для оплаты за квартиры, приобретенные успешными клиентами ООО «ДОН», что позволяло привлечь как можно большее количество граждан, хищение денежных средств которых планировали совершить участники группы. ФИО4 не позднее 30.09.2017, используя служебное положение, дала указание ФИО5, занимавшей должность заместителя директора ООО «ДОН», под видом оказания риэлтерских услуг в приобретении квартиры от застройщика якобы по заниженной цене заключить договор от имени Общества и принять денежные средства от ФИО1 После этого ФИО5, действуя от имени ООО «ДОН», сообщила последней недостоверную информацию о возможности приобретения объекта недвижимости – жилого помещения (квартиры), расположенного по адресу: <...> «со скидкой», то есть по цене ниже, чем у застройщика, тем самым побудив его к заключению сделки. Реализуя задуманное, ФИО4, 30.09.2017 с 09.00 до 13.00, находясь по месту расположения возглавляемой ею организации ООО «ДОН» по адресу: <...>, вводя в заблуждение ФИО1, изготовила с помощью компьютерной техники, подписала своей личной подписью и заверила оттиском печати ООО «ДОН» соглашение об авансе от 30.09.2017 года, по условиям которого агентство ООО «ДОН» обязуется оказать содействие по приобретению указанного объекта недвижимости, а ФИО1, со своей стороны обязуется внести плату в размере 1492324 рублей в срок до 30.10.2017 года, а также договор-поручение от 30.09.2017 года, по условиям которого ФИО1, вносит в ООО «ДОН» денежные средства в сумме 1032324 рублей для оплаты стоимости объекта недвижимости – жилого помещения (квартиры), расположенного по адресу: г. Орел, ул. Орловских Партизан, д. 4, кв. 96, а ООО «ДОН» со своей стороны обязуется оплатить указанную квартиру застройщику ЗАО «Зенитстрой» и предоставить ФИО1, платежные документы, связанные с поручением в установленный договором срок, но не позднее 30.10.2017. После чего ФИО4, получила от ФИО1, в наличной форме денежные средства в сумме 800 000 рублей, 232324 рублей, а всего в сумме 1032324 рублей, изготовив документ, отражающий якобы поступление денежных средств в кассу ООО «ДОН» - квитанцию к приходному кассовому ордеру № 270 от 30.09.2017 на сумму 1032324 рублей, № 478 от 02.11..2017 года на сумму 85520 рублей, при этом продолжая вводить в заблуждение ФИО1, относительно своих истинных намерений, действуя с целью хищения принадлежащих ему денежных средств в сумме 1032324 рублей, с учетом предоставленной «скидки» в размере 85520 рублей сообщила, что «скидка» якобы будет компенсирована за счет вложения полученных от ФИО1, денежных средств в инвестиционные проекты, реализуемые якобы подрядчиком. При этом ФИО4, заведомо не планируя исполнять взятые на себя обязательства и учитывать полученные от ФИО1, средства в бухгалтерском учете ООО «ДОН», не внесла денежные средства в кассу и на расчетный счет ООО «ДОН», действуя совместно и согласованно с единым умыслом с участниками организованной группы, похитила принадлежащие ФИО1, денежные средства в сумме 1032324 рублей, в особо крупном размере, распорядившись ими по своему усмотрении, в последующем распределив их между участниками группы. Привлеченный не позднее 02 декабря 2017 года ФИО4, при непосредственном участии ФИО3, в состав организованной группы ФИО8, обеспечивал конспирацию преступной деятельности с целью избежать привлечения к уголовной ответственности участников организованной группы путем участия в изготовлении фиктивных договоров инвестирования (займов), свидетельствующих, что денежные средства, полученные от клиентов ООО «ДОН», переданы в инвестиционные проекты, реализуемые ООО «АВА», якобы гарантирующих получение прибыли…».

«…Продолжая преступную деятельность, участники организованной группы ФИО4, ФИО5, ФИО3, ФИО6, ФИО8, действуя умышленно, с единым преступным умыслом, согласно разработанному ФИО4 преступному плану, с целью его реализации, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде причинения материального ущерба гражданину в особо крупном размере и желая их наступления, заведомо не планируя исполнять взятые на себя обязательства, совершили преступные действия, направленные на хищение денежных средств путем обмана, принадлежащих ФИО2 В период до 15.07.2017 ФИО3, имея широкий круг знакомых в организациях, принимающих участие в строительстве многоквартирных жилых домов на территории Орловской области, в виду того, что ранее до 23.06.2017 он работал в должности начальника отдела сбыта в ООО «Промстройдеталь» ПАО «Орелстрой», получил информацию о квартирах, полученных «подрядчиками» от застройщиков в счет оплаты за выполненные работы, схемы расположения квартир, их технические характеристики и стоимость, которую предоставил ФИО4 ФИО4 и ФИО5 через контролируемые ими интернет-сайты разместили рекламу, содержащую заведомо ложные сведения о реализации квартир по заниженной цене, отличной от цены, установленной застройщиками многоквартирных жилых домов. ФИО6 с целью создания и поддержания имиджа ООО «ДОН» как успешного риэлтерского агентства, используя счета фирм-однодневок, производил перечисления денежных средств на расчетные счета продавцов объектов недвижимости для оплаты за квартиры, приобретенные успешными клиентами ООО «ДОН», что позволяло привлечь как можно большее количество граждан, хищение денежных средств которых планировали совершить участники группы. ФИО4 не позднее 15.07.2017, используя служебное положение, являясь директором ООО «ДОН», действуя от его имени под видом оказания риэлтерских услуг в приобретении квартиры от застройщика якобы по заниженной цене, сообщила ФИО2, недостоверную информацию о возможности приобретения объекта недвижимости – жилого помещения (квартиры), расположенного по адресу: <...>А, <...> «со скидкой», то есть по цене ниже, чем у застройщика, тем самым побудив его к заключению сделки. Реализуя задуманное, ФИО4 15.07.2017 с 10.00 до 174.00, находясь по месту расположения ООО «ДОН» по адресу: <...>, вводя в заблуждение ФИО2, изготовила с помощью компьютерной техники, подписала своей личной подписью и заверила оттиском печати ООО «ДОН» соглашение об авансе от 15.07.2017 года, по условиям которого агентство ООО «ДОН» обязуется оказать содействие по приобретению указанного объекта недвижимости, а также договор-поручение, датированный 17.07.2017 года, по условиям которого ФИО2, вносит в ООО «ДОН» денежные средства в сумме 1905700 рублей для оплаты стоимости указанного объекта недвижимости-жилого помещения (квартиры), расположенного по адресу: <...>, а ООО «ДОН» со своей стороны, обязуется предоставить ФИО2, платежные документы, отражающие якобы поступление денежные средств в кассу ООО «ДОН»-квитанцию к приходному кассовому ордеру № 805 от 15.07.2017 на сумму 1905700 рублей, при этом продолжая вводить в заблуждение ФИО2, относительно своих истинных намерений, действуя с целью хищения принадлежащих ему денежных средств в сумме 1905700 рублей. При этом ФИО4, заведомо не планируя исполнять взятые на себя обязательства и учитывать полученные от ФИО2, средства в бухгалтерском учете ООО «ДОН», не внесла денежные средства в кассу и на расчетный счет ООО «ДОН», действуя совместно и согласованно с единым умыслом с участниками организованной группы, ФИО5, передала их ФИО4, которая денежные средства в кассу и на расчетный счет ООО «ДОН» не внесла, похитила принадлежащие ФИО2, денежные средства в сумме 1905700 рублей, в особо крупном размере, распорядившись ими по своему усмотрению, в последующем распределив их между участниками группы. Привлеченный не позднее 02 декабря 2017 года ФИО4 при непосредственном участии ФИО3 в состав организованной группы ФИО8 обеспечивал конспирацию преступной деятельности с целью избежать привлечения к уголовной ответственности участников организованной группы путем участия в изготовлении фиктивных договоров инвестирования (займов), свидетельствующих, что денежные средства, полученные от клиентов ООО «ДОН», переданы в инвестиционные проекты, реализуемые ООО «АВА», якобы гарантирующих получение прибыли…».

«…В процессе реализации единых преступных намерений директор ООО «ДОН» ФИО4, используя свое служебное положение, а также ФИО3, ФИО5, ФИО6 и ФИО8, действуя умышленно, согласованно, с единым преступным умыслом, в составе организованной группы, преследуя корыстную цель завладения чужим имуществом и осознавая, что они не смогут выполнить обязательств по посредничеству в приобретении объектов недвижимости – квартир от застройщика по заниженной цене, а также по возврату переданных гражданами денежных средств в качестве займов и выплате процентов за пользование указанными денежными средствами, поскольку фактически не осуществляли каких-либо действий, направленных на получение ООО «ДОН» реальной прибыли, в период времени с сентября 2014 года по 21.04.2018, реализовав свой преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества в особо крупном размере, действуя вышеуказанным способом, совершили хищение денежных средств, принадлежащих: ФИО9 в сумме 8 123 500 рублей, ФИО10 в сумме 910 000 рублей, ФИО11 в сумме 100 000 рублей, ФИО12 в сумме 500 000 рублей, ФИО13 в сумме 2 540 000 рублей, ФИО14 в сумме 2 460 000 рублей, ФИО15 в сумме 2 450 000 рублей, ФИО16 в сумме 946 990 рублей, ФИО17 в сумме 1 287 000 рублей, ФИО18 в сумме 802 000 рублей, ФИО19 в сумме 1 400 000 рублей, ФИО20 в сумме 1 770 000 рублей, ФИО21 в сумме 1 380 000 рублей, ФИО22 в сумме 1 330 000 рублей, ФИО23 в сумме 360 000 рублей, ФИО24 в сумме 3 350 000 рублей, ФИО25 в сумме 1 350 000 рублей, ФИО26 в сумме 1 900 000 рублей, ФИО27 в сумме 2 150 000 рублей, ФИО28 в сумме 800 000 рублей, ФИО2 в сумме 1 905 700 рублей, ФИО29 в сумме 942 000 рублей, ФИО30 в сумме 2 670 000 рублей, ФИО31 в сумме 3 200 000 рублей, ФИО32 в сумме 2 600 000 рублей, ФИО33 в сумме 804 000 рублей, ФИО34 в сумме 1 400 000 рублей, ФИО35 в сумме 840 000 рублей, ФИО36 в сумме 228 000 рублей, ФИО37 в сумме 217 725 рублей, ФИО38 в сумме 965 000 рублей, ФИО39 в сумме 2 200 000 рублей, ФИО40 в сумме 1 047 000 рублей, ФИО41 в сумме 1 450 000 рублей, ФИО42 в сумме 3 055 000 рублей, ФИО43 в сумме 280 000 рублей, ФИО44 в сумме 1 000 000 рублей, ФИО45 в сумме 1 100 000 рублей, ФИО46 в сумме 800 000 рублей, ФИО1 в сумме 1 032 324 рублей, ФИО47 в сумме 230 000 рублей, ФИО48 в сумме 3 523 500 рублей, ФИО49 в сумме 820 000 рублей, ФИО50 в сумме 1 620 000 рублей, ФИО51 в сумме 2 377 440 рублей, ФИО52 в сумме 950 000 рублей, ФИО53 в сумме 2 110 000 рублей, ФИО54 в сумме 2 716 401,91 рубль, ФИО55 в сумме 2 100 000 рублей, ФИО56 в сумме 96 000 рублей, ФИО57 в сумме 920 000 рублей, ФИО58 в сумме 1 360 000 рублей, ФИО59 в сумме 700 000 рублей, ФИО60 в сумме 1 465 280 рублей, ФИО61 в сумме 1245000 рублей, ФИО62 в сумме 1 868 000 рублей, ФИО63 в сумме 1 400 000 рублей, ФИО64 в сумме 395 000 рублей, ФИО65 в сумме 1 580 000 рублей, ФИО66 в сумме 285 000 рублей, ФИО67 в сумме 500 000 рублей, ФИО68 в сумме 700 000 рублей – клиентам ООО «ДОН», а всего на общую сумму 92 607 860 рублей 91 копейку, что является особо крупным размером…».

Апелляционным определением Орловского областного суда от 24.10.2024 исключено из описательно-мотивировочной части приговора суда при описании преступного деяния указание на фамилию ФИО8, указав, что преступление совершено ФИО4, ФИО5, ФИО3, ФИО6, с лицом, уголовное преследование в отношении которого прекращено, в связи со смертью, в остальном приговор суда от 06.06.2023 оставлен без изменения.

Таким образом, поскольку факт причинения ответчиками материального ущерба истцам ФИО2 в сумме 1 905 700 рублей, ФИО1 в сумме 1 032 324 рублей, а также его размер установлен вступившими в законную силу приговором суда, доказательств иного размера причиненного ущерба ответчиками не представлено, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований, и взыскании в пользу истцов с ответчиков в солидарном порядке заявленного ими ущерба. При этом, обстоятельства, исключающие материальную ответственность ответчиков, либо являющиеся основанием для снижения размера ущерба, подлежащего взысканию с ответчиков, судом не установлены.

Истец ФИО1 просит взыскать с ответчиков в солидарном порядке в его пользу проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 663554 руб. 77 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами начислять по дату фактического исполнения обязательства в соответствии с суммой основной задолженности в размере 1032324 руб. 00 коп.

Истец ФИО2 просит взыскать с ответчиков в солидарном порядке в его пользу проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1273931 руб. 45 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами начислять по дату фактического исполнения обязательства в соответствии с суммой основной задолженности в размере 1905700 руб. 00 коп.

Удовлетворяя заявленные истцами ФИО1, ФИО2 исковые требования о взыскании процентов, и признавая представленный ими расчет верным, суд, полагает исковые требования в данной части подлежащими удовлетворению в виду следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником. При заключении потерпевшим и причинителем вреда соглашения о возмещении причиненных убытков проценты, установленные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начисляются с первого дня просрочки исполнения условий этого соглашения, если иное не предусмотрено таким соглашением.

Таким образом, в приведенных разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано на исчисление процентов за пользование чужими денежными средствам при взыскании убытков, причиненных правомерными действиями, на основании решения суда, а не ущерба, причиненного преступлением.

В настоящем случае разъяснения, изложенные в пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», не применимы, поскольку приговор, в отличие от решения суда, устанавливает доказанность ранее совершенного преступного деяния, связанного с неправомерным завладением денежными средствами потерпевшего.

При таких обстоятельствах, проценты за пользование чужими денежными средствами, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, должны начисляться не с момента вступления в законную силу приговора суда, а с установленной приговором даты хищения денежных средств потерпевших, поскольку именно с этой даты они начали пользоваться чужими денежными средствами, принадлежащими потерпевшим, более того, осознавали неправомерность своих действий.

Таким образом, указанные проценты суд полагает необходимыми к взысканию в пользу ФИО2 с 15 июля 2017 года по 18 декабря 2024 года, поскольку расчет процентов за пользование чужими денежными средствами истцы предоставили до 18 декабря 2024 года, а с 19 декабря 2024 года по дату фактического исполнения обязательства в соответствии с суммой основной задолженности.

В пользу ФИО1 суд полагает необходимыми к взысканию проценты за период с 30 сентября 2017 года по 06 декабря 2024 года, поскольку расчет процентов за пользование чужими денежными средствами истцы предоставили до 06 декабря 2024 года, а с 07 декабря 2024 года по дату фактического исполнения обязательства в соответствии с суммой основной задолженности.

Истцы ФИО1, ФИО2 также просят взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда. При этом ссылаются на то обстоятельство, что преступлениями, совершенными ответчиками, им были причинены нравственные страдания, которые выразились в переживаниях от осознания того, что в отношении каждого из них совершено преступление и он стал его жертвой, находились в стрессовой ситуации, Кроме того, истцы не имеют возможности распоряжаться своими деньгами в связи с их хищением, из-за чего находятся в стрессовом состоянии. Истцы лишились средств на приобретение жилья.

Разрешая в указанной части заявленные истцами требования суд исходит из следующего.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем компенсации морального вреда.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 названного кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из приведенных положений закона следует, что моральный вред может заключаться не только в физических страданиях, которые могут объективно выражаться в расстройстве или повреждении здоровья, но и в нравственных страданиях, которые могут не иметь внешнего проявления и могут не влечь повреждения или расстройства здоровья.

В случае нарушения противоправными действиями личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага наличие нравственных страданий предполагается и доказыванию не подлежит.

На основании статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» гражданин, потерпевший от преступления против собственности, например, при совершении кражи, мошенничества, присвоения или растраты имущества, причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием и др., вправе предъявить требование о компенсации морального вреда, если ему причинены физические или нравственные страдания вследствие нарушения личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага (ч. 1 ст. 151, ст. 1099 ГК РФ и ч. 1 ст. 44 УПК РФ).

В указанных случаях потерпевший вправе требовать компенсации морального вреда, в том числе путем предъявления самостоятельного иска в порядке гражданского судопроизводства.

В силу разъяснений приведенных в пунктах 17, 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Согласно пунктам 25, 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно пунктам 28, 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

В постановлении от 26 октября 2021 г. № 45-П Конституционный Суд Российской Федерации применительно к преступлениям против собственности указал, что любое преступное посягательство на личность, ее права и свободы является одновременно и наиболее грубым посягательством на достоинство личности - конституционно защищаемое и принадлежащее каждому нематериальное благо, поскольку человек как жертва преступления становится объектом произвола и насилия.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации к числу основных прав и свобод человека и гражданина относится и право каждого иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2).

С учетом этого любое преступление против собственности (обладая - как и всякое преступление - наибольшей степенью общественной опасности по сравнению с гражданскими или административными правонарушениями, посягающими на имущественные права) не только существенно умаляет указанное конституционное право, но и фактически всегда посягает на достоинство личности.

В то же время - при определенных обстоятельствах - оно может причинять потерпевшему от преступления как физические, так и нравственные страдания (моральный вред).

Удовлетворяя исковые требования в части и признавая за истцами право на получение компенсаций морального вреда, суд исходит из того, что в отношении истцов ответчиками были совершены преступления, предусмотренные ст. 159 УК РФ. Поскольку любое преступление против собственности посягает не только на имущественные права потерпевшего, но и на достоинство личности, чем, безусловно, причиняет потерпевшему нравственные страдания, то есть моральный вред, суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания с них компенсаций морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу каждого из истцов, суд оценивает незаконные действия каждого из причинителей вреда их объем, размер внесенных денежных средств каждым из истцов, наличие вступившего в законную силу приговора суда в отношении ответчиков ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, тяжесть причиненных потерпевшим ФИО1, ФИО2 нравственных страданий и индивидуальные особенности их личности, в частности, их возраст и состояние здоровья; материальное положение осужденных, их возраст, семейное положение, в том числе, то обстоятельство, что ФИО69 является инвалидом, семейное положение ответчиков, нахождение на иждивении у ФИО5 и ФИО6 несовершеннолетних детей, ФИО3 является пенсионером, учитывает заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, в том числе, то обстоятельство, что потерпевшие, обращаясь к ответчикам, желали пробрести в собственность жилое помещение, вместе с тем, в результате преступных действий ответчиков истцы лишились денежных средств, имущества, возможности улучшения жилищных условий, что, несомненно, вызвало переживания истцов, испытания страха; учитывая вид нарушенного права; длительность нарушения прав ответчиками, невозможность пользоваться денежными средствами и до настоящего времени, в связи с чем, истцы вынуждены обратится в суд за взысканием материального ущерба, который установлен приговором суда, и обстоятельства при которых нарушены личные неимущественные права истцов из-за преступных действий ответчиков; степень эмоциональных страданий, переживаний, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации морального вреда последствиям нарушения прав.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что действия ответчиков, как указано выше, привели к нарушению прав истцов, что подтверждено приговором суда, также учитывает форму и степень вины каждого причинителя вреда и полноту мер, принятых ими для снижения (исключения) вреда, а также учитывает то обстоятельство, что в отношении ответчиков вынесен приговор суда, где потерпевшими являются не только истцы по настоящему спору.

Таким образом, принимая во внимание установленные по делу фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, учитывая данные о личности, степень и характер нравственных страданий, причиненных истцам в результате противоправных действий ответчиков, степень тяжести причиненного им ответчиками вреда, требования разумности и справедливости, соблюдая баланс прав и интересов сторон, иные заслуживающие внимания обстоятельства, степени допущенного нарушения со стороны ответчиков, а также тем личным неимущественным правам истца, которые были затронуты в настоящем случае, суд приходит к выводу, что в пользу ФИО1, с ответчика ФИО4 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 90000 руб., с ФИО5, ФИО6 в размере 80000 руб. с каждого, с ФИО3 в размере 70000 руб.; в пользу ФИО2 с ФИО4 в размере 100000 руб., с ФИО5, ФИО6 в размере 90000 руб. с каждого, с ФИО3 в размере 80000 руб.

Руководствуясь требованиями статьей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в ином размере суд не усматривает, и полагает его достаточным.

Ответчиками заявлено ходатайство о пропуске истцами срока исковой давности при обращении с иском в суд.

Разрешая данное ходатайство, суд полагает необходимым отметить следующее.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 этого кодекса.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (абзац первый пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июля 2022 г. № 27-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 февраля 2019 г. № 339-О, от 29 сентября 2022 г. № 2368-О и др.).

Из приведенных нормативных положений, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что, определяя исковую давность как срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, гражданское законодательство закрепляет общий срок исковой давности, составляющий три года, исчисляемых - если законом не предусмотрено иное - со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, то есть право на иск по общему правилу возникает с момента, когда о нарушении такого права и о том, кто является надлежащим ответчиком, стало или должно было стать известно правомочному лицу. Именно с этого момента у данного лица возникает основание для обращения в суд за принудительным осуществлением (принудительной защитой) своего права и начинает течь срок исковой давности. При этом суд, разрешая вопрос о соблюдении истцом срока исковой давности (давностного срока), о применении которого заявлено ответчиком, определяет момент начала течения этого срока, если законом не предусмотрено иное, исходя из фактических обстоятельств дела.

Судом при разрешении вопроса о соблюдении истцами срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиками, также учитывается, что в силу части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (часть 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Следовательно, при обращении истцов в суд с иском о взыскании с ответчиков материального ущерба, процентов за пользование чужими денежными средствами, в результате совершения преступления срок исковой давности надлежит исчислять с даты вступления в законную силу приговора Заводского районного суда г.Орла от 06.06.2023, то есть - 24.10.2024.

В связи с изложенным, довод ответчиков о том, что о причинении ущерба в результате действий ответчиков, истцам стало известно в 2017 году, то есть, в момент передачи денежных средств, и, соответственно, о пропуске установленного пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации трехлетнего срока исковой давности, противоречат нормам закона об исковой давности.

Довод ответчиков ФИО3, ФИО6 о несогласии с исковыми требованиями в связи с тем, что они не признают свою вину в совершении преступления, суд полагает необоснованным, поскольку, как указано выше, приговором суда установлена вина данных лиц в совершении преступлений, и причинении материального ущерба истцам.

На основании части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которых истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку истец от уплаты государственной пошлины был освобожден на основании части 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, то с ответчиков в солидарном порядке в бюджет муниципального образования «Город Орел» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 64128 руб. 56 коп.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5,, ФИО6, о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГ года рождения, ФИО4, ДД.ММ.ГГ года рождения, ФИО5,, ДД.ММ.ГГ года рождения, ФИО6,, ДД.ММ.ГГ года рождения, в солидарном порядке в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, (паспорт №***), материальный ущерб в размере 1032324 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 30 сентября 2017 года по 06 декабря 2024 года в размере 663554 руб. 77 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами с 07 декабря 2024 года начислять по дату фактического исполнения обязательства в соответствии с суммой основной задолженности в размере 1032324 руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГ года рождения, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, (паспорт №***), компенсацию морального вреда в размере 90000 руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО5,, ДД.ММ.ГГ года рождения, ФИО6,, ДД.ММ.ГГ года рождения, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, (паспорт №***), компенсацию морального вреда в размере 80000 руб. 00 коп. с каждого.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГ года рождения, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, (паспорт №***), компенсацию морального вреда в размере 70000 руб. 00 коп.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 – отказать.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГ года рождения, ФИО4, ДД.ММ.ГГ года рождения, ФИО5,, ДД.ММ.ГГ года рождения, ФИО6,, ДД.ММ.ГГ года рождения, в солидарном порядке в пользу ФИО2 , ДД.ММ.ГГ года рождения, (паспорт №***), материальный ущерб в размере 1905700 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 15 июля 2017 года по 18 декабря 2024 года в размере 1273931 руб. 45 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами с 19 декабря 2024 года начислять по дату фактического исполнения обязательства в соответствии с суммой основной задолженности в размере 1905700 руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГ года рождения, в пользу ФИО2 , ДД.ММ.ГГ года рождения, (паспорт №***), компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО5,, ДД.ММ.ГГ года рождения, ФИО6,, ДД.ММ.ГГ года рождения, в пользу ФИО2 , ДД.ММ.ГГ года рождения, (паспорт №***), компенсацию морального вреда в размере 90000 руб. 00 коп. с каждого.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГ года рождения, в пользу ФИО2 , ДД.ММ.ГГ года рождения, (паспорт №***), компенсацию морального вреда в размере 80000 руб. 00 коп.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО2 – отказать.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГ года рождения, ФИО4, ДД.ММ.ГГ года рождения, ФИО5,, ДД.ММ.ГГ года рождения, ФИО6,, ДД.ММ.ГГ года рождения, в солидарном порядке в доход бюджета муниципального образования «Город Орел» государственную пошлину в размере 64128 руб. 56 коп.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Орловский областной суд через Советский районный суд г. Орла в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения, который будет изготовлен 10 марта 2025 года.

Судья О.И. Короткова

Мотивированный текст решения изготовлен 10 марта 2025 года.