Решение по делу № 2А-162/2023 от 13.03.2023

Дело № 2а-162/2023

УИД 21RS0025-01-2022-001804-14

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 марта 2023 г. город Чебоксары

Московский районный суд города Чебоксары под председательством судьи Михайловой А.Л., при секретаре судебного заседания Солдатовой Н.В., с участием представителя административного ответчика ФИО1, представителей заинтересованных лиц ФИО2, ФИО3, ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО5 к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО5 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания.

Требования мотивированы тем, что в ДД.ММ.ГГГГ годах он отбывал наказание в ФКУ <данные изъяты>, в ДД.ММ.ГГГГ годах – в ФКУ <данные изъяты>, в ДД.ММ.ГГГГ годах – в ФКУ <данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ года по настоящее время – в ФКУ <данные изъяты>. При этом администрациями учреждений не было учтено, что он является бывшим сотрудником органов внутренних дел и должен отбывать наказание в специальных условиях.

Указанное причинило ему нравственные страдания, поскольку, находясь в камере с осужденными, содержащимися на общих основаниях, ФИО5 пребывал в состоянии постоянного страха за свою жизнь и здоровье, боясь, что сокамерники узнают о его профессии. Моральные переживания он оценивает в 7 920 000 руб.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ суд перешел к рассмотрению дела по правилам административного судопроизводства.

С учетом ходатайства административного истца, отбывавшего наказание в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии, организовывалось проведение судебных заседаний с его участием посредством видеоконференц-связи.

В отношении ФИО5 суду предоставлены следующие сведения:

- ДД.ММ.ГГГГ убыл в ФКУ <данные изъяты> (сообщение ФКУ <данные изъяты>);

- ДД.ММ.ГГГГ направлен в ФКУ <данные изъяты> (сообщение ФКУ <данные изъяты>);

- убыл, сведениями о месте нахождения не располагают, поскольку информация составляет государственную тайну (ответ ФКУ <данные изъяты>).

В судебном заседании представитель административного ответчика ФСИН России, она же представитель заинтересованного лица ФКУ ИК-3 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии ФИО1, представители заинтересованных лиц ФКУ ИК-3 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии ФИО2, ФКУ ИК-6 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии ФИО4, МВД России ФИО3 исковые требования не признали ввиду их необоснованности, согласились на рассмотрение дела по существу в отсутствие административного истца ФИО5

Остальные лица, участвующие в деле, явку представителей в суд не обеспечили. При этом представитель заинтересованного лица ГУФСИН России по Нижегородской области в письменном отзыве заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

В соответствии со статьей 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предметом регулирования настоящего кодекса являются, в том числе административные дела о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

В соответствии со статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении. При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Статьей 2 Конституции Российской Федерации гарантируется, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

На основании части 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.

В соответствии со статьей 21 Конституции достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Согласно статье 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиям, содержащимися в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Аналогичные нормы содержатся и в статье 7 Международного Пакта от 16 декабря 1966 года «О гражданских и политических правах».

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

В соответствии со статьей 46 Конституции каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.

Конституцией Российской Федерации каждому гарантировано право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (статья 52).

В развитие указанных положений основного закона частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации закреплено право гражданина, организации, иных лиц обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если такие гражданин, организация, иные лица полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

При этом по смыслу положений статьи 226 этого же кодекса для признания решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего незаконными необходимо наличие совокупности двух условий - несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца. При отсутствии хотя бы одного из названных условий решения, действия (бездействие) не могут быть признаны незаконными.

Таким образом, из содержания статьи 218, пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в их системном толковании следует, что решения, действия (бездействие) должностных лиц могут быть признаны неправомерными, только если таковые не соответствуют закону и нарушают охраняемые права и интересы граждан либо иных лиц.

По смыслу части 4 статьи 15 Конституции общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Применение названной нормы материального права предполагает наличие как общих условий деликтной ответственности, таких как наличие вреда, противоправность действий причинителя вреда, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя, так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера его действий. Недоказанность одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Статьей 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что учреждения, исполняющие наказания, обязаны обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; создать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала: должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях; обеспечивать привлечение осужденного к труду, условия для получения осужденными общего образования, а также их профессиональное обучение, получение ими профессионального образования; обеспечивать охрану здоровья осужденных; осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы; в пределах своей компетенции оказывать содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность; обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Таким образом, права и обязанности лишенных свободы лиц регулируются законодательством и международными обязательствами Российской Федерации. Процесс отбывания лицом наказания осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

К таким правам и обязанностям согласно разъяснениям, данным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года N 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», относятся, в частности, следующие права: права на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 КоАП РФ, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 УИК РФ, статьи 8 Федерального закона от 24 июня 1999 г. N 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 года N 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (пункт 2).

Любое содержание под стражей должно осуществляться в соответствии с принципами уважения человеческого достоинства и применимыми правовыми требованиями и должно исключать незаконное физическое или психологическое жестокое обращение. Любое нарушение таких требований является нарушением условий содержания под стражей и запрещенное обращение (пункт 3).

Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих (далее - органы или учреждения, должностные лица) нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации) (пункт 4).

Как установлено в ходе рассмотрения дела, ФИО5 находился на службе в органах внутренних дел с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – проходил службу в Государственной противопожарной службе, был осужден:

- <данные изъяты>; освобожден ДД.ММ.ГГГГ условно-досрочно;

- <данные изъяты>;

- <данные изъяты>; освобожден ДД.ММ.ГГГГ по отбытии наказания;

- <данные изъяты>; освобожден ДД.ММ.ГГГГ по отбытии наказания.

- <данные изъяты> дням;

- <данные изъяты>.

В течение всего периода времени отбывал наказания в ФКУ <данные изъяты>, ФКУ <данные изъяты>, в ФКУ <данные изъяты>.

В соответствии с нормами статьи 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в отдельных исправительных учреждениях содержатся осужденные - бывшие работники судов и правоохранительных органов. В эти учреждения могут быть направлены и иные осужденные (часть 3). Установленные настоящей статьей требования раздельного содержания осужденных не распространяются на лечебные исправительные учреждения, а также на исправительные колонии, при которых имеются дома ребенка. Осужденные, направленные в указанные учреждения, содержатся в условиях, установленных законом для колонии того вида, который назначен судом (ч. 4).

Согласно части 1 статьи 13 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на личную безопасность, т.е. защищенность их жизни и здоровья от неправомерно причиненного вреда во время отбывания наказания в виде лишения свободы.

Обосновывая свои требования о компенсации морального вреда, истец ссылается на незаконность действий сотрудников учреждений по его содержанию в местах лишения свободы на общих основаниях без учета его статуса бывшего сотрудника органов внутренних дел.

Учреждениями, в которых отбывал наказание административный истец, были представлены суду его личные дела, копии которых приобщены к материалам дела. Изучение дел показало, что при поступлении истца в учреждения в личных документах отсутствовала информация, подтверждающая принадлежность ФИО5 к категории бывших сотрудников органов внутренних дел. Трудовой книжки в делах не имелось. За все время отбывания наказания письменных заявлений о том, что он относится к спецконтингенту, от него не поступало.

Таким образом, из материалов личных дел не усматривается, что в период отбывания уголовного наказания истец обращалась в соответствующие органы, в том числе к должностным лицам учреждений, о данном факте.

Анкеты арестованного, имеющиеся в материалах личного дела истца, сведений о наличии у него статуса бывшего сотрудника органов внутренних дел не содержат, в графе «Образование» указано «<данные изъяты>», в графе «Профессия и специальность» - «<данные изъяты>».

Лист ознакомления с положениями Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, в том числе со статьей 80, от ДД.ММ.ГГГГ содержит личную подпись ФИО5 Следовательно, ему было известно о том, что осужденные, являющиеся бывшими работниками правоохранительных органов, содержатся в отдельных исправительных учреждениях.

Участвуя в рассмотрении дела, истец подтвердил, что какие-либо письменные заявления о необходимости его перевода в другое исправительное учреждение, жалобы на порядок его содержания не подавал.

В ходе рассмотрения дела истцом не представлено каких-либо доказательств, подтверждающих незаконность действий должностных лиц ответчиков, нарушающих его личные неимущественные права либо посягающих на принадлежащие ему нематериальные блага, так как законом установлен порядок перевода осужденных в специализированное учреждение после получения соответствующего обращения заинтересованного лица.

Напротив, в личном деле содержалась расписка от ДД.ММ.ГГГГ об ознакомлении ФИО5 с правилами внутреннего распорядка в <данные изъяты> подписанная собственноручно истцом, о том, что он не относит себя к категории бывших сотрудников правоохранительных органов. То обстоятельство, что истец является бывшим сотрудником правоохранительных органов, установлено только ДД.ММ.ГГГГ после сообщения истца о том, что в период проживания в <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ год он работал <данные изъяты>, и представления родственниками трудовой книжки. После этого он был переведен для дальнейшего отбывания наказания в исправительное учреждение, предназначенное для бывших работников судов и правоохранительных органов.

Оснований не принимать в качестве доказательства по делу представленную представителем ФКУ ИК-3 расписку от ДД.ММ.ГГГГ не имеется, поскольку документ заверен в соответствии с порядком, утвержденным Указом Президиума Верховного Совета СССР от 04.08.83 № 9779-X и Государственным стандартом РФ ГОСТ Р 6.30-2003, принятым постановлением Госстандарта России от 03.03.2003 № 65-ст. Вопреки доводам ответчика указанный документ является надлежащим доказательством по делу.

Более того, вынося такое решение, суд учитывает, что в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

О наличии злоупотребления и недобросовестности в действиях истца свидетельствует тот факт, что за защитой нарушенных прав истец обратился в суд по истечении длительного времени после событий, с которыми он связывает причинение ему нравственных страданий, влекущих взыскание компенсации морального вреда.

При этом суд полагает заслуживающим внимания доводы административных ответчиков в части пропуска истцом срока для обращения в суд по следующим основаниям.

Статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1).

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8).

Исходя из пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В ходе рассмотрения дела установлено, что в ФКУ <данные изъяты> истец находился в ДД.ММ.ГГГГ годах, в ФКУ <данные изъяты> – в ДД.ММ.ГГГГ годах, в ФКУ <данные изъяты> – в ДД.ММ.ГГГГ годах.

С учетом правовой позиции, изложенной в приведенном пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47, исковое заявление, связанное с незаконностью действий (бездействия) сотрудников исправительного учреждения, связанного с нарушением условий содержания истца, последним могло быть подано в течение всего срока, в рамках которого у данного учреждения сохранялась обязанность совершить определенные действия, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Аналогичные сроки обращения в суд были установлены и главой 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регламентировавшей производство по делам об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего до введения в действие Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Кроме того, Европейским судом по делам данной категории сформулировано правило о шестимесячном сроке для обращения с жалобой, который начинает течь с момента окончания последнего нахождения заявителя под стражей в одном и том же исправительном учреждении при одних и тех же нарушающих его права условиях (постановления от 16 января 2007 года, от 10 января 2012 года).

Между тем ФИО5 обратился в суд с настоящим иском только ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя <данные изъяты> лет со дня окончания периода, в течение которого он содержался в учреждении.

Указанное свидетельствует о пропуске административным истцом срока на обращение в суд, установленного главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, поскольку требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении является производным от требования, связанного с признанием незаконными действий, бездействия административного ответчика.

Административным истцом доказательств уважительности причин пропуска указанного срока, а также обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению в суд за защитой нарушенных прав, несмотря на возложенную на него законом обязанность, не представлено, судом не установлено.

Кроме того, отказывая в удовлетворении исковых требований, предъявленных к Министерству финансов Российской Федерации, суд исходит из того, что в соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно подпункту 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В силу подпункта 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации № 1314 от 13.10.2004, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Таким образом, Министерство финансов Российской Федерации является ненадлежащим ответчиком по делу.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 174-178, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО5 к Министерству финансов Российской Федерации, Федеральной службе исполнения наказаний о взыскании компенсации морального вреда в сумме 7 920 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики через Московский районный суд города Чебоксары в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья А.Л. Михайлова

Мотивированное решение составлено 17 марта 2023 года.