Судья Марченко Н.П. Судья-докладчик Амосов С.С.

по делу № 33-6788/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

31 июля 2023 г.

г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Амосова С.С.,

судей Бадлуевой Е.Б. и Кислицыной С.В.,

при секретаре Короленко Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3625/2022 (УИД 38RS0033-01-2021-004422-25) по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании отсутствующим право собственности на ? долю на земельный участок и ? долю жилого дома, прекращении права собственности на ? долю на земельный участок и ? долю жилого дома, взыскании судебных расходов

по апелляционной жалобе ФИО3

на решение Ангарского городского суда Иркутской области от 5 октября 2022 г. по данному делу.

Заслушав доклад судьи Амосова С.С., объяснения представителя ФИО5 по доверенности ФИО6 о согласии с решением, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда

установила:

в обоснование исковых требований (л.д. 6-9, т. 1), предъявленных в Куйбышевский районный суд г. Иркутска, ФИО3 указал, что Дата изъята ему стало известно о дарении Дата изъята его бывшей супругой ФИО7 ответчику ФИО5 ? доли жилого дома с кадастровым номером Номер изъят общей площадью 155,6 кв.м. и земельного участка с кадастровым номером Номер изъят, общей площадью 517 кв.м., расположенных по адресу: <адрес изъят>.

Спорный земельный участок был приобретен супругами в период брака в совместную собственность по ? доли каждому. Впоследствии на земельном участке был построен жилой дом, оформлено право собственности.

На проведение сделки дарения ? доли имущества ответчику ФИО5 истец своего согласия не давал. ФИО5 не является родственником кого-либо из супругов. Действия ответчика ФИО7 свидетельствуют лишь о ее намерении выселить истца из жилого дома, в котором в настоящее время, кроме истца также проживает несовершеннолетняя дочь сторон. Ранее бывшая супруга неоднократно заявляла, чтобы истец не претендовал на дочь и отдал бывшей супруге деньги за долю в общем имуществе.

На основании определения Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 7 апреля 2022 г. (л.д. 157, т. 2) данное гражданского дело передано по подсудности на рассмотрение в Ангарский городской суд Иркутской области.

Истец неоднократно изменял исковые требования (заявления, л.д.110-112, т.1, л.д.94-97, 193-195, 232-235, т. 2) в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в окончательном виде просил суд:

признать отсутствующим право собственности ФИО5 на ? доли на земельный участок и на ? доли жилого дома, расположенного по адресу: <адрес изъят>, Номер изъят;

прекратить право собственности ФИО5 на долю в праве на указанные объекты недвижимости;

взыскать с ответчика ФИО7 государственную пошлину в размере 13 145,84 руб.

Решением Ангарского городского суда Иркутской области от 5 октября 2022 г. в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказано полностью (л.д. 249-257, т.2).

В апелляционной жалобе (л.д. 2-3, 25-26 т.3) представитель ФИО3 по доверенности ФИО8 просит решение суда отменить, принять новое решение.

Заявитель апелляционной жалобы считает решение суда незаконным и необоснованным.

Как указывает заявитель апелляционной жалобы, судом не принято во внимание и не приобщено к материалам дела доказательство того, что несовершеннолетняя дочь проживает с отцом в спорном доме, не учтены ее интересы, не привлечены органы опеки и попечительства Иркутской области в качестве третьих лиц. Ответчик, совершая сделку дарения, нарушила права дочери (пункт 4 статьи 292 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение принято без учета правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 8 июня 2010 г. N 13-П.

Судом первой инстанции доказательства нарушения прав несовершеннолетней дочери истца не исследовались. Суд ссылается на решение Ангарского городского суда Иркутской области по ранее рассмотренному делу об оставлении ребенка с матерью, и заявление в службу судебных приставов об оставлении дочери у отца не принял во внимание. Сделка дарения доли совершена в ущерб интересов ребенка.

Поскольку истец и ответчик являются владельцами по ? доли в общей долевой собственности на спорный дом, истец не может требовать возврата имущества из чужого незаконного владения и признавать право собственности за собой. Предъявленный истцом иск о признании зарегистрированного права отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством.

Заявитель жалобы также считает, что сделка по отчуждению имущества совершена в нарушении требований статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, без получения нотариально оформленного согласия истца. Акт приема-передачи ключей и документов является недопустимым доказательством, поскольку он был предоставлен только в судебное заседание, составлен был для вида.

Кроме того, договор дарения был удостоверен нотариусом без соответствующей проверки обстоятельств, указанных в п.1.2. договора. Условия указанного пункта договора дарения не соответствуют действительности, поскольку дом не приобретался по договору купли-продажи, а был построен и вводился в эксплуатацию на основании разрешения на строительство от 11.10.2016, с дальнейшим получением уведомления о соответствии построенного дома градостроительному законодательству от 01.09.2020. На основании указанных документов и было зарегистрировано право собственности на спорный дом.

Относительно апелляционной жалобы поступили возражения в письменной форме от представителя ФИО5 по доверенности ФИО9, в которых изложена просьба об оставлении решения суда без изменения.

Истец ФИО3, ответчики ФИО10, ФИО5, третье лицо, нотариус ФИО11, представитель третьего лица, Управления Росреестра по Иркутской области надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания. Сведений о причинах неявки не представлено.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений абзаца третьего пункта 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" судебная коллегия рассмотрела дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, рассмотрев его, согласно части 1 статьи 3271 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений, судебная коллегия не установила оснований к отмене решения суда по данному делу.

Судом первой инстанции установлено, из материалов дела следует, что ФИО12 (после вступления новый брак с ФИО13 - ФИО10) и ФИО3 состояли в браке, проживали совместно до середины (данные изъяты) года по адресу: <адрес изъят>.

У бывших супругов имеется несовершеннолетняя дочь ФИО2, Дата изъята года рождения.

По сведениям Единого государственного реестра недвижимости, Дата изъята на основании договора купли-продажи от Дата изъята (л.д. 31-32, т.1) было зарегистрировано право общей долевой собственности (по ? доли) ФИО3 и ФИО12 на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес изъят>

Дата изъята в ЕГРН было зарегистрировано право общей долевой собственности (по ? доли) ФИО3 и ФИО12 на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес изъят> (кадастровый Номер изъят) на основании договора купли-продажи от Дата изъята и технического плана от Дата изъята , подготовленного кадастровым инженером ФИО1

Дата изъята между ФИО12 и ФИО5 заключен договор дарения доли земельного участка с долей жилого дома (Номер изъят), удостоверенный нотариусом Иркутского нотариального округа Иркутской области, договор зарегистрирован в реестре Номер изъят (л.д. 186-189, т.2)

Согласно договору ФИО12 подарила ФИО5 ? долю в праве общей долевой собственности на земельный участок от принадлежащей ей ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, площадью 517 кв.м. <адрес изъят>, предоставленный для эксплуатации жилого дома и хозяйственных построек, и ? долю от принадлежащей ей ? доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, общей площадью 155,6 кв.м., количество этажей - 2, <адрес изъят>.

Договором предусмотрено, что отчуждаемая доля земельного участка правами других лиц не обременена, указанная доля жилого дома отчуждается свободной от проживания третьих лиц, имеющих в соответствии с законом право пользования данной долей жилого дома (пункты 3.1, 3.3).

Содержание статей 167, 209, 223, 288, 292, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации нотариусом сторонам разъяснено (п. 5.3. Договора).

Дата изъята зарегистрирован переход права собственности на ? долю в праве на указанный выше земельный участок и на ? долю в праве на жилой дом к ФИО5 на основании договора дарения доли земельного участка с долей жилого дома от Дата изъята , заключенного с ФИО12, удостоверенного нотариусом Иркутского нотариального округа ФИО11 (регистрационный Номер изъят).

Разрешая возникший спор, Ангарский городской суд Иркутской области применил нормативные положения статей 166-168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации о недействительности сделок, статей 209, 218, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации о правомочиях собственника имущества, об основаниях приобретения права собственности, о свободе договора, и статей 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре дарения.

Также суд руководствовался статьями 34, 35, 38 Семейного кодекса Российской Федерации о режиме общего имущества супругов, порядке владения, пользования и распоряжения таким имуществом, и о порядке его раздела.

Суд учитывал разъяснения о толковании законодательства, изложенные в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав".

Исследовав и оценив собранные доказательства на основании статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив обстоятельства дела, отказывая в иске, Ангарский городской суд Иркутской области пришел к выводу о том, что наличие записи в ЕГРН о праве собственности ответчика ФИО5 на ? долю в праве общей долевой собственности на спорный земельный участок и жилой дом, зарегистрированного на основании договора дарения, права истца не нарушает.

Также суд первой инстанции исходил из того, что договор дарения спорной доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом совершен его сторонами правомерно и не нарушает требований законодательства.

Судебная коллегия согласилась с решением Ангарского городского суда Иркутской области, поскольку выводы суда основаны на законе и материалах дела, являются правильными.

Доводы апелляционной жалобы отклонены судебной коллегией исходя из следующего.

Суд принял во внимание, что договор дарения спорных долей совершен в установленной законом форме, у должностных лиц органа, осуществляющего государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, не имелось оснований для отказа в государственной регистрации права собственности ФИО5 на ? долю в праве на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес изъят>), на ? долю в праве на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес изъят> по договору дарения от Дата изъята .

Статья 34 Семейного кодекса Российской Федерации устанавливает, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (пункт 1). К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся, в том числе, доходы каждого из супругов, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (пункт 2).

В соответствии со статьей 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов (пункт 1). При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга (пункт 2). Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга (пункт 3).

Согласно пункту 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению.

Проанализировав содержание документов-оснований для регистрации права собственности супругов в равных долях, суд правильно указал, что истец ФИО3 и ответчик ФИО7 при регистрации своего права собственности на указанные объекты недвижимости добровольно определили режим общей совместной собственности путем указания на режим общей долевой собственности, вследствие чего земельный участок и жилой дом находились в общей долевой, а не в общей совместной, как ошибочно полагает истец, собственности бывших супругов.

Довод истца о необходимости получения его согласия как супруга ФИО12 на дарение принадлежащих ей 1/4 доли в праве на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес изъят>, <адрес изъят>), на ? долю в праве на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес изъят>) суд отклонил правомерно, поскольку при оформлении права собственности на спорные объекты недвижимости супругами добровольно был изменен режим совместной собственности и определены доли каждого из супругов, что не противоречит действующему законодательству. Предусмотренный статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации режим совместной собственности в отношении данной квартиры не действует. Кроме того, из материалов дела следует, что договор дарения совершен после расторжения брака между бывшими супругами.

В данном случае при оформлении перехода права собственности на долю в праве общей долевой собственности не распространяются нормы статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, и нормы статьи 246 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывающей, что распоряжение имуществом, находящимся в общей долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников. При этом участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку отчуждение ? доли спорного имущества ответчик ФИО7 произвела путем дарения, а не купли-продажи, положения законодательства о преимущественном праве, предусмотренные ст. 250 ГК РФ, не применяются.

Как усматривается из материалов дела, договор дарения составлен в письменной форме, содержит все существенные условия договора дарения, подписан сторонами сделки, удостоверен нотариусом, предметом договора является отчуждение собственником ФИО12 принадлежащих ей долей в праве общей долевой собственности, по безвозмездной сделке, при этом, даритель вправе распоряжаться принадлежащим ей имуществом по своему усмотрению, никаких препятствий для распоряжения, в том числе запрета отчуждения, у нее, как собственника долей в праве, не имелось, условия договора ясно устанавливают природу сделки и определяют ее предмет.

Условие договора дарения о правах дарителя на доли в спорном имуществе подтверждено материалами реестрового дела, эти права возникли на законных основаниях, даритель вправе распоряжаться половиной своей доли в спорном имуществе.

Действительная воля сторон - ФИО7 и ФИО5 на заключение договора дарения от Дата изъята , на оговоренных в нем условиях, нашла свое подтверждение в судебном заседании и при отсутствии оснований для признания недействительным либо расторжения договора, заключенного между ответчиками, заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению.

В силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 223).

Как разъяснено в абзаце четвертом пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" в случаях, когда запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

По смыслу закона, иск о признании права отсутствующим может быть удовлетворен судом в случае, если истец является владеющим собственником недвижимости, право которого зарегистрировано в ЕГРП.

При избрании способа защиты путем признания права отсутствующим запись в ЕГРП должна нарушать права истца, то есть истец должен обладать аналогичным с ответчиком правом в отношении объекта имущественных прав, поскольку в противном случае признание права ответчика отсутствующим не восстановит нарушенные права истца.

Иск о признании зарегистрированного права отсутствующим является исключительным способом защиты, применение данного способа защиты возможно при условии исчерпания иных способов защиты (признание права, виндикация) и установления факта нарушения прав и законных интересов заинтересованного лица.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1).

В данном споре на истце лежит бремя доказывания того, что наличие записи в ЕГРП о праве собственности ФИО5 на ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом, зарегистрированного на основании договора дарения от Дата изъята , нарушает права истца. Таких доказательств истцом суду не представлено.

Суд первой инстанции правильно указал, что права ФИО3 регистрацией перехода права собственности на ? долю в праве на указанный выше земельный участок и на ? долю в праве на жилой дом к ФИО5 на основании договора дарения доли земельного участка с долей жилого дома от Дата изъята , заключенного с ФИО12, удостоверенного нотариусом Иркутского нотариального округа ФИО11 (регистрационный Номер изъят) не нарушены, поскольку, истец имел и в настоящее время имеет право собственности на ? долю в спорном жилом доме и земельном участке.

Прав на другую ? долю, так и на 1/4 долю бывшей супруги в праве общей долевой собственности на спорное имущество ФИО3 в силу требований статей 35 и 38 Семейного кодекса Российской Федерации, не имеет, в ином порядке раздел общего имущества бывших супругов не производился.

Между тем, для удовлетворения требований истца о признании права отсутствующим, истец должен обладать аналогичным с ответчиком правом в отношении объекта имущественных прав, поскольку в противном случае признание права ответчика отсутствующим не восстановит нарушенные права истца.

Суд правильно отклонил доводы истца о том, что в результате заключения договора дарения на спорные объекты недвижимости, нарушены интересы несовершеннолетней дочери бывших супругов, проживающей с отцом.

Несовершеннолетняя ФИО2, собственником доли в праве общей долевой собственности на спорные объекты недвижимости не является. Кроме того, решением Ангарского городского суда <адрес изъят> от Дата изъята , вступившим в законную силу Дата изъята , место жительства несовершеннолетней ФИО2, Дата изъята рождения, определено с матерью ФИО10, проживающей по адресу: <адрес изъят>.

Судом решено передать несовершеннолетнюю ФИО2 от отца ФИО3 матери ФИО10 Неисполнение указанного судебного решения ФИО3 не является основанием для признания отсутствующим зарегистрированного права ответчика ФИО5, поскольку права несовершеннолетнего ребенка не нарушаются.

Предусмотренных частью 1 статьи 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для привлечения к участию в данном деле в качестве третьего лица органа опеки и попечительства не имеется, поскольку судебное постановление по данному делу не может повлиять на права и обязанности такого органа по отношению к одной из сторон.

Доводы апелляционной жалобы не содержат указания на обстоятельства, влекущие в силу статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены либо изменения судебного постановления.

Решение суда, законность и обоснованность которого проверены по доводам апелляционной жалобы, является правильным, подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда

определила:

оставить решение Ангарского городского суда Иркутской области от 5 октября 2022 г. по данному делу без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Судья-председательствующий

С.С. Амосов

Судьи

Е.Б. Бадлуева С.В. Кислицына

Апелляционное определение составлено в окончательной форме 2 августа 2023 г.