31RS0002-01-2025-000403-93

№ 2-1107/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белгород 12.08.2025

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Тюфановой И.В.,

при секретаре судебного заседания Дорошковой А.А.,

с участием представителей истца ФИО1 – ФИО2, ФИО3, ответчика ФИО4, его представителя ФИО5,

в отсутствие истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к ФИО4 (с учетом уточнения требований) о взыскании убытков в виде стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в сумме 346100 руб., расходов по проведению экспертизы – 18564,24 руб., а также расходов по оплате государственной пошлины – 11617 руб.

В обоснование иска указано на то, что в период с 04.07.2009 по 25.12.2024 во владении ответчика незаконно находился автомобиль (информация скрыта)), принадлежащий на праве собственности истцу, в настоящее время согласно выполненной по ходатайству истца экспертизе необходим восстановительный ремонта автомобиля на сумму 346100 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о его дате и времени извещен судом посредством направления ЭЗП с ПИ 80409811478323, на уважительные причины отсутствия не указал, не просил об отложении слушания дела, направил своих представителей, что с позиции статьи 167 ГПК РФ обусловило рассмотрение дела в отсутствие истца.

Представители истца поддержали заявленные требование по изложенным в иске основаниям, ответчик, его представитель возражали против удовлетворения иска.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, суд приходит к следующему.

Согласно статье 1102 ГПК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ (пункт 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1104 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре.

Приобретатель отвечает перед потерпевшим за всякие, в том числе и за всякие случайные, недостачу или ухудшение неосновательно приобретенного или сбереженного имущества, происшедшие после того, как он узнал или должен был узнать о неосновательности обогащения. До этого момента он отвечает лишь за умысел и грубую неосторожность (пункт 2 статьи 1104 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих возражений.

При этом с учетом положений статей 15 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации ущерб подлежит компенсации при наличии доказательств, подтверждающих вину ответчика в совершении правонарушения, причинную связь между ущербом и указанным деянием ответчика, а также наличие и размер самого ущерба.

Исходя из подлежащих применению при разрешении настоящего дела норм материального права, в предмет доказывания входит: факт причинения убытков, наличие причинной связи между понесенными убытками и неправомерными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

Как следует из материалов дела, ФИО6 с 30.11.2006 являлся собственником автомобиля марки (информация скрыта).

ФИО4 обратился в Октябрьский районный суд г. Белгорода с иском о взыскании с ФИО6 задолженности по договору займа от 05.05.2007 в размере 450000 руб.

Определением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 10.02.2009 с учетом определения от 31.03.2009 об исправлении описки по указанному делу утверждено мировое соглашение, заключенное ФИО6 и ФИО4, по условиям которого ФИО6 в счет погашения долга по договору займа от 05.05.2007 и дополнительного соглашения от 10.11.2007 обязался передать в собственность ФИО4 транспортное средство марки (информация скрыта)), в течение сорока дней с момента вступления в законную силу определения суда об утверждении мирового соглашения.

24.06.2009 Октябрьским районным судом г. Белгорода для принудительного исполнения условий мирового соглашения выдан исполнительный лист, на основании которого судебным приставом-исполнителем МО СП по ИОИП № 1 г. Белгорода УФССП России по Белгородской области было возбуждено исполнительное производство.

04.07.2009 ФИО6 во исполнение условий мирового соглашения передал ФИО4 спорное транспортное средство, о чем составлены соглашение и акт приема-передачи транспортного средства. 28.12.2009 исполнительное производство окончено в связи с фактическим исполнением требований, содержащихся в исполнительном документе.

Регистрация ТС в органах ГИБДД на имя ФИО4 не произведена.

28.03.2018 ФИО6 умер, его наследником первой очереди по закону, принявшим наследство, являлся сын ФИО1, ему выдано свидетельство о праве на наследство по закону на транспортное средство марки (информация скрыта)).

По заявлению ФИО1 08.08.2018 произведена замена ФИО6 его правопреемником, а затем определением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 22.10.2018, вступившим в законную силу 24.01.2019, пересмотрено по вновь открывшимся обстоятельствам определение Октябрьского районного суда г. Белгорода от 10.02.2009.

При новом рассмотрении дела вступившим в законную силу 07.05.2019 решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 28.03.2019 в удовлетворении требования ФИО4 о взыскании с ФИО1 долга по договору займа от 05.05.2007 отказано.

Решением Белгородского районного суда Белгородской области от 08.09.2020 удовлетворены частично исковые требования ФИО1 к ФИО4, с последнего взыскано неосновательное обогащение в размере 179 000 руб. в связи с незаконным нахождением у него транспортного средства (информация скрыта), расходы по уплате государственной пошлины - 4780 руб.; проценты за пользование чужими денежными средствами по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующий период, начиная с момента вступления решения суда в законную силу и по день фактической уплаты задолженности, на оставшуюся сумму неосновательного обогащения; в удовлетворении остальной части иска ФИО1 отказано; в удовлетворении встречных исковых требований ФИО4 о взыскании денежных средств по расписке от 20.03.2013 и возложении на ФИО1 обязанности забрать транспортное средство (информация скрыта) отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 12.10.2021, оставленным без изменения Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 10.02.2022, решение Белгородского районного суда Белгородской области от 08.09.2020 отменено в части удовлетворенных требований ФИО1 с вынесением нового, которым соответствующие требования отклонены. Судебная коллегия установила, что ФИО4 законно владел спорным транспортным средством на основании вступившего в законную силу определения Октябрьского районного суда г. Белгорода от 10.02.2009 до 24.01.2019, то есть до вступления в законную силу определения Октябрьского районного суда от 22.10.2018, которым определение от 10.02.2009 пересмотрено по вновь открывшимся обстоятельствам; с указанного времени законных оснований для владения транспортным средством ФИО4 не имелось.

При этом суды двух инстанций пришли к выводу о том, что требование ФИО4 об обязании ФИО1 забрать спорный автомобиль не предусмотрен законом как способ защиты нарушенных прав ФИО4, следовательно, его подобное требование не подлежало удовлетворению. В суд кассационной инстанции апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 12.10.2021 ФИО4 не обжаловалось. Вместе с тем Первый кассационный суд общей юрисдикции в своем Определении отметил, что ФИО1 уклоняется от получения транспортного средства у ФИО4

Вступившим в законную силу решением Белгородского районного суда Белгородской области от 26.04.2023 по иску ФИО1 к ФИО4 из чужого незаконного владения ФИО4 истребован автомобиль (информация скрыта), принадлежащий ФИО1, ключ зажигания от автомобиля, паспорт транспортного средства (номер обезличен) от 24.10.2006 не позднее одного дня, следующего за днем вступления решения в законную силу.

Сославшись на возврат автомобиля ФИО4 только 25.12.2024, истец просил взыскать убытки в размере 346 100 руб. В подтверждение возникших убытков в результате нахождения автомобиля у ответчика истец ссылается на проверку технического состояния транспортного средства экспертом и расчет стоимости его восстановительного ремонта согласно заключению ООО «БелКонсалтинг» №БК-24-1071 от 14.01.2025 в сумме 346100 руб.

Однако какие-либо доказательства, отвечающие критериям относимости и допустимости (статьи 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в подтверждение того, что ответчик причинил истцу заявленные убытки, суду истцом не представлены, заключение ООО «БелКонсалтинг» №БК-24-1071 от 14.01.2025 таковым не является по следующим основаниям.

Как указал истец в исковом заявлении, для исполнения решения Белгородского районного суда Белгородской области от 26.04.2023 об истребовании у ФИО4 автомобиля (информация скрыта) был выдан исполнительный лист и возбуждено исполнительное производство 26.10.2023.

Однако из представленных же самим истцом доказательств следует, что автомобиль был передан ему не в рамках указанного исполнительного производства.

Так, в рамках другого исполнительного производства от 10.11.2022 №263077/22/31010-ИП, возбужденного на основании исполнительного листа №31RS0002#13-435/2022#1 от 08.11.2022 в отношении должника ФИО1 с предметом исполнения: взыскание в пользу ФИО4 денежных средств в размере 544484,97 руб., автомобиль должника ФИО1 - (информация скрыта) был арестован судебным приставом-исполнителем по акту от 20.09.2023 и передан на хранение ФИО4 На основании акта от 25.12.2024 транспортное средство, как нереализованное в процессе исполнительного производства №263077/22/31010-ИП, было возвращено должнику ФИО1 в месте хранения (в доме ФИО4) в присутствии понятых (л.д. 173).

Таким образом, с учетом вышеуказанных фактических обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами по ранее рассмотренным делам: о передаче ФИО4 автомобиля (информация скрыта) на законном основании по мировому соглашению 04.07.2009, о прекращении законности владения 24.01.2019 (когда определение об утверждении мирового соглашения было отменено), а также установленных при рассмотрении настоящего дела обстоятельств: получения автомобиля ФИО1 25.12.2024, нахождения автомобиля у ФИО4 на хранении по акту судебного пристава в период с 20.09.2023 по 25.12.2024 юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию истцом, являлось ухудшение технического состояния автомобиля (информация скрыта) ФИО4 в период незаконного владения с 25.01.2019 по 19.09.2023, а затем в период законного хранения транспортного средства в рамках исполнительного производства с 20.09.2023 по 25.12.2024.

Однако такие доказательства истцом не представлены.

Само по себе техническое состояние автомобиля на дату 25.12.2024, указанное в заключении ООО «БелКонсалтинг» №БК-24-1071 от 14.01.2025, не свидетельствует, что такое состояние произошло в результате каких-то действий ФИО4 в период с 25.01.2019 по 19.09.2023 или с 20.09.2023 по 25.12.2024, ведь как уже указано выше, лицо, неосновательно получившее имущество, отвечает за его ухудшение, происшедшее после того, как он узнал или должен был узнать о неосновательности получения имущества, а до этого момента - лишь за умысел и грубую неосторожность.

При этом, как следует из представленных доказательств, не отрицалось сторонами, на момент передачи автомобиля ФИО4 04.07.2009, его осмотр не проводился, техническое состояние не проверялось и не фиксировалось.

В рамках наследственного дела к имуществу ФИО6 определена рыночная стоимость автомобиля по состоянию на 05.09.2018 в размере 179000 руб. При этом осмотр спорного автомобиля также не производился.

Таким образом, имеющиеся у автомобиля по состоянию на 04.07.2009, впоследствии – на момент смерти ФИО6 28.03.2018, а затем 24.01.2019 повреждения, если таковые были, не устанавливались, техническое состояние транспортного средства не описывалось.

При этом суду представлены доказательства участия автомобиля (информация скрыта) в ДТП 09.07.2007, после этой даты участие спорного транспортного средства в ДТП при проверке посредством АИУС ГИБДД (в свободном доступе в сети Интернет) не подтверждено.

В этой связи для проверки возможности определения технического состояния автомобиля (информация скрыта) в указанные промежутки времени, являющиеся юридически значимыми для вывода о причинении (непричинении) ответчиком истцу убытков, по ходатайству ответчика по делу назначена и проведена экспертиза.

Как следует из заключения ООО «Белгородский региональный центр независимой экспертизы» от 14.07.2025 №611/2, определить техническое состояние автомобиля (информация скрыта)) по состоянию на 04.07.2009, 24.01.2019 и 25.12.2024 не представляется возможным, при этом эксперт отметил, что все недостатки автомобиля (царапина на левой передней фаре, царапина и вмятина на капоте с правой стороны, нарушение ЛКП в нижней части бампера, царапина на переднем правом крыле, скол на заднем правом фонаре, отслоение ЛКП на зеркале заднего вида, отсутствие антенны приемника автомобиля на панели крыши) могли образоваться в любой период времени: как до 04.07.2009, в период с 04.07.2009 по 24.01.2019, так и после 25.01.2019; среднерыночная стоимость автомобиля с учетом его состоянии на момент выполнения экспертизы – 301 000 руб.

Проведение судебной экспертизы было поручено эксперту, имеющему необходимую квалификацию и образование. Таким образом, суд признает заключение судебной экспертизы надлежащим доказательством, выводы эксперта основаны на нормах действующего законодательства, мотивированы, оснований им не доверять у суда не имеется.

С учетом изложенного суд признает, что каких-либо достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих техническое состояние автомобиля на момент прекращения законного владения ФИО4, стороной истца не представлено.

Более того, суд обращает внимание на то, что при рассмотрении иска об истребовании транспортного средства из незаконного владения ФИО4 судом была назначена и проведена экспертиза, положенная в основу судебного акта. Так, согласно заключению эксперта ООО «Центр судебных экспертиз и независимой оценки» ФИО7 №241/2-2022 от 08.12.2022 осмотр транспортного средства (информация скрыта) был проведен 22.11.2022 в присутствии ФИО4 во дворе его домовладения, экспертом установлено, что автомобиль длительное время не эксплуатировался; на момент осмотра пробег зафиксирован 278232 км, затем эксперт осуществлял ходовые испытания, за рулем автомобиля был ФИО4

Как следует из представленного истцом заключения ООО «БелКонсалтинг» №БК-24-1071 от 14.01.2025, пробег автомобиля на момент осмотра 25.12.2024 зафиксирован 278234 км.

С учетом указанных конкретных данных суд признает подтвержденными доводы ответчика ФИО4 о том, что в период судебных разбирательств он не эксплуатировал автомобиль (кроме кратковременных ходовых испытаний в процессе судебной экспертизы), который лишь находился на хранении во дворе его домовладения. В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Таким образом, в совокупности с выводами судебной экспертизы по настоящему делу суд признает, что зафиксированные экспертом недостатки образовались в период до начала незаконного владения транспортным средством (информация скрыта) ответчиком, а значит, ответственность за них не может быть возложена на ФИО4, поскольку не доказано возникновение этих недостатков в результате его умысла или вины.

Более того, согласно статье 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Поскольку до момента смерти 28.03.2018 ФИО6 был согласен с условиями заключенного с ФИО4 мирового соглашения, с нахождением у него автомобиля, а следовательно, его техническим состоянием в период владения ФИО4, к истцу данное транспортное средство перешло в порядке наследования в таком состоянии, которое было на момент открытия наследства, а следовательно, он не может требовать от ответчика приведения автомобиля в состояние на момент передачи наследодателем - 04.07.2009.

Также суд не может не отметить, что при рассмотрении дела по иску ФИО1 к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения ФИО4 подавался встречный иск об обязании ФИО1 забрать автомобиль, который судом не был удовлетворен со ссылкой на отсутствие такого способа защиты права. Таким образом, ФИО4, действуя добросовестно, предпринимал попытку возвратить транспортное средство законному владельцу ФИО1, последний же, что также отмечено и судом кассационной инстанции, уклонялся от получения транспортного средства у ФИО4 Подобное поведение ФИО1, с одной стороны, уклоняющегося от получения своего автомобиля и оставляющего его в пользовании ФИО4, а с другой – требующего выплаты ФИО4 убытков в этот же период нахождения у него транспортного средства, свидетельствует о злоупотреблении правом.

При таком положении законного основания для удовлетворения иска ФИО1 о взыскании убытков не имеется.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ (пункт 1 статьи 196 ГК РФ).

На основании пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как установленного судебной коллегией по гражданским делам Белгородского областного суда в апелляционном определении от 21.09.2023 (дело 2-57/2023), факт нахождения транспортного средства у ответчика нашел свое подтверждение в мае 2020 года в ходе судебного разбирательства по делу.

В этой связи суд признает, что с мая 2020 года истец располагал достоверными сведениями о лице, которое будет являться надлежащим ответчиком по иску о защите его права, а значит, при должной степени осмотрительности имел возможность предъявить требование как о возврате транспортного средства, так и о возмещении убытков, если таковые имелись, причиненных незаконным владением.

Соответственно, установленный законом трехлетний срок исковой давности истек в мае 2023 года и к моменту подачи настоящего иска 03.02.2025 истцом был пропущен.

Поскольку в удовлетворении иска отказано, не имеется основания и для взыскания в пользу истца судебных расходов (статья 98 ГПК РФ).

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

отказать в удовлетворении иска ФИО1 (паспорт (номер обезличен)) к ФИО4 (паспорт (номер обезличен)) о взыскании убытков.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

Мотивированное решение суда изготовлено 18.08.2025.

Судья