78RS0007-01-2025-000449-67 г. Санкт-Петербург

Дело № 2а-1366/2025 07 апреля 2025 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего Гусаровой А.А.,

при секретаре Крутских А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН ФИО1 по Санкт-Петербургу и <адрес>, ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей,

установил

ФИО2 обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-1 УФСИН ФИО1 по <адрес> и <адрес> о взыскании компенсации за нарушение условий его содержания под стражей в общей сумме 500 000 руб.

К участию в деле в качестве административного ответчика привлечена ФИО1 как главный распорядитель средств федерального бюджета.

В обоснование иска указывает, что содержался в следственном изоляторе в период с конца ноября ДД.ММ.ГГГГ года по апрель ДД.ММ.ГГГГ года, с середины января ДД.ММ.ГГГГ года до ноября ДД.ММ.ГГГГ года, с ноября ДД.ММ.ГГГГ года по июнь ДД.ММ.ГГГГ года, точные числа не помнит, в указанные периоды времени нарушались его права ввиду содержания в камерах размером 8 кв.м по 12-14 человек, отсутствовала горячая вода, было плохое освещение, не было кабинок санитарного узла, была плохая вентиляция, полы были бетонными, в камерах отсутствовали тумбочки для хранения продуктов питания, с потолка и стен осыпалась штукатурка, стены были в плесени, в камерах были тараканы, мыши и крысы, окна были заверены железом, был ограничен доступ света и воздуха.

Административный истец участвовал в судебном заседании при использовании системы видеоконференцсвязи, поддержал заявленные им требования, просил их удовлетворить.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее – СИЗО-1), ФСИН России, действующий на основании доверенностей, имеющий высшее юридическое образование, явился, возражал против удовлетворения исковых требований, ссылался на отсутствие нарушений прав административного истца, на соблюдение условий содержания под стражей, обращение в суд с пропуском срока.

Суд, выслушав участвующих лиц, оценив представленные доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года N 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 99 УИК РФ).

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Согласно ч. 1 ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Соответствующая правовая позиция нашла отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 84-КГ17-6.

Таким образом, исходя из вышеприведенных разъяснений, суду надлежит оценить соответствие условий содержания административного истца требованиям, установленным законом, а также дать оценку таким условиям, исходя из невозможности допущения бесчеловечного или унижающего достоинство человека обращения.

С введением в действие ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации действующее законодательство предусматривает восстановление нарушенных прав лица, содержавшегося под стражей с нарушением условий такого содержания, путем взыскания в его пользу специального вида компенсации за нарушение таких условий. До данного регулирования решался вопрос о взыскании компенсации морального вреда. Однако, настоящая компенсация неразрывно связана не только с самим фактом нарушения условий содержания под стражей, но и с нарушением личных неимущественных прав лица, и (или) посягательством на иные нематериальные блага, обусловленным неправомерными действиями (бездействием), в свете этого имеет однородную природу с компенсацией морального вреда, требуя от суда не только оценки конкретных незаконных действий органов и лиц, допустивших нарушение условий содержания под стражей, но и соотнесениях их с тяжестью причиненных страданий с учетом индивидуальных особенностей лица. Тем самым суд должен учесть фактические обстоятельства дела, принять решение в соответствии с принципами разумности и справедливости.

Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в статье 7 установлено, что следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы относятся к местам содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых.

В силу ст. 15 данного Федерального закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст. 23 названного Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 названного Федерального закона.

Приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее – Правила). Данный приказ утратил силу в связи с изданием приказа Минюста России от 04.07.2022 № 110, вступившего в силу по истечении 10 дней после дня официального опубликования (опубликован на Официальном интернет-портале правовой информации http://pravo.gov.ru - 06.07.2022). Приказ от 14.10.2005 № 189 подлежит применению в настоящем деле, учитывая периоды, о которых заявлено административных истцом, поскольку на период его нахождения в следственном изоляторе действовали нормы этого приказа.

В соответствии с п. 42 Правил камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности) (абзац введен приказом Минюста России от 31.05.2018 № 96); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Судом установлено, что ФИО2 содержался в СИЗО-1 в периодах ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ г.г. (л.д. 31), в том числе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, убыл ДД.ММ.ГГГГ в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, когда он убыл в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, когда он убыл в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, убыл ДД.ММ.ГГГГ в ФКУ ИК-4 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, данные о содержании в СИЗО-1 в 2003 году отсутствуют (л.д. 37, 61, 62).

Учет лиц, содержащихся в камерных помещениях, фиксируется в постовых ведомостях в соответствии с приказом Министерства юстиции РФ от 03.11.2005, № 204-дсп «Об утверждении Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащихся в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», приказом Министерства юстиции РФ от 09.10.2003 № 264-дсп «Об утверждении инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденным, содержащихся в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы» (утратил силу). В соответствии с п. 1290 «б» приказа ФСИН России от 21.07.2014 № 373 «Об утверждении перечня документов, образующихся в деятельности Федеральной службы исполнения наказаний, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы, с указанием сроков хранения» (утратил силу) с 2014 года ведутся книги по учету количества лиц, содержащихся под стражей, и отбывающих уголовные наказания.

Информация камерных карточек со сведениями о номерах камер, в которых содержался ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ г.г. не представлена ввиду того, что срок хранения камерных карточек, постовых ведомостей за 1993, 1994 г.г. составляет 2 года согласно п. 6.1.7 ФИО1 МВД ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №, срок хранения камерных карточек, постовых ведомостей за ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ г.г. составляет 5 лет согласно п. 222 ФИО1 МВД ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ №.

Уничтожение камерных карточек за ДД.ММ.ГГГГ год, постовых ведомостей за ДД.ММ.ГГГГ год подтверждается актом от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 63-64). Уничтожение камерных карточек за ДД.ММ.ГГГГ год, постовых ведомостей за ДД.ММ.ГГГГ год подтверждается актом от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 104). Уничтожение камерных карточек за ДД.ММ.ГГГГ год, постовых ведомостей за ДД.ММ.ГГГГ год подтверждается актом от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 22-23). Учетные карточки на лиц, ранее отбывавших наказание, постовые ведомости ДД.ММ.ГГГГ года уничтожены в связи с повреждением кровли согласно акту от ДД.ММ.ГГГГ о неисправимых повреждениях дел, документов (л.д. 24-26). Также уничтожение камерных карточек за 2000 год подтверждается актом от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 66). Также постовые ведомости за 2003 год уничтожены согласно акту № от ДД.ММ.ГГГГ на уничтожение дел Следственного изолятора № (л.д. 27-28). Камерные карточки 2003 года уничтожены согласно акту на уничтожение нормативных документов Следственного изолятора № от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 70). Камерные карточки ДД.ММ.ГГГГ года уничтожены согласно акту № от ДД.ММ.ГГГГ на уничтожение нормативных документов Следственного изолятора № (л.д. 71).

Таким образом, с достоверностью и очевидностью подтверждающих либо опровергающих доводы административного истца доказательств о допущенных административными ответчиками нарушений в периоды его содержания в СИЗО-1 не имеется, в том числе по указаниям о переполненности камер, поскольку указанные в административном иске события имели место свыше 22 лет, 25 лет, 31 года, 32 лет назад, документация следственного изолятора в силу установленных нормами права сроков хранения документов уничтожена, а условия содержания, имеющиеся в том же учреждении на иные временные периоды, не подтверждают доводы, изложенные в административном иске. Более того, содержание в 2003 году не подтверждено СИЗО-1, доводов о содержании в 2004 году не заявлено.

Как следует из представленных суду справок ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу (л.д. 31-34), размер площади камерных помещений СИЗО-1 составлял 8 кв.м, помещения были оборудованы спальными местами по количеству лиц, содержащихся в камере, столом; санитарным узлом; полкой для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; настенным зеркалом; светильниками ночного (40 ВТ) и дневного (60-75 Вт) освещения, также было предусмотрено естественное освещение (окно); розетками для подключения электроприборов, вентиляционной отдушиной, радиоточкой; централизованным отоплением; шкафом для продуктов; раковиной для умывания с подводкой водопроводной воды, которая соответствовала санитарным нормам и подавалась централизованно из городской сети. Обеспечение камерных помещений горячей водопроводной водой для мытья рук и других ежедневных гигиенических целей нормативными документами, регламентирующими деятельность следственных изоляторов УИС России, не предусмотрено, горячее водоснабжения подведено в обязательном порядке к душевым на каждом корпусном отделении для прохождения санитарной обработки (помывки) подозреваемых и обвиняемых. Санитарный узел располагался на уровне пола и огражден от жилого помещения, что обеспечивало приватность. Всем подследственным, обвиняемым и осужденным предоставлялось право приобретения в магазине СИЗО-1, в посылках и передачах в постоянное пользование электрических водонагревательных приборов заводского изготовления, что не препятствовало реализации права быть постоянно обеспеченным горячей водой для гигиенических целей и кипяченой водой для питья. Ежедневно в соответствии с п. 1 приложения № 1 к Правилам в каждом камерном помещении учреждения содержащимися в нем подозреваемыми и обвиняемыми производилась уборка с целью недопущения образования грязи и плесени, в связи с чем в каждом камерном помещении имелся инвентарь для уборки. Также во всех камерных помещениях производилась обработка противогрибковым средством всех поверхностей силами осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию. Камерные помещения имели оконный проем, оборудованный форточкой для доступа свежего воздуха, радиатор системы водяного отопления, вентиляционную решетку шахты системы общей вентиляции здания, что позволяет поддерживать температурно-влажностной режим в помещении. СИЗО-1 заключает контракты со специализированными организациями на оказание услуг по дератизации и дезинсекции согласно выделенным лимитам бюджетных обязательств, профилактическая дезинфекция, дезинсекция и дератизация проводились ежемесячно силами специализированной организации. Санитарная обработка камер проводилась ежемесячно, по эпидемическим показаниями и при выявлении насекомых и грызунов.

Снабжение водопроводной водой производилось централизованного из городской сети на основании договора с ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга», ввиду отсутствия горячей воды в камерных помещениях по адресу: Санкт-Петербург, Арсенальная наб., д. 7. В соответствии с п. 43 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189, при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдавались ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Камерные помещения, где содержался административный истец, были оборудованы санитарным узлом: унитазом, бачком со сливным механизмом, раковиной (все в исправном состоянии), санитарный узел расположен на уровне пола, в удаленном месте камеры, и отдален от стола на расстоянии не менее 2-х метров, огражден перегородкой, изготовленной из древесно-стружечной плиты в металлическом каркасе высотой 1 м 50 см, что обеспечивало приватность.

Все камеры СИЗО-1 проветривались, имелась постоянная естественная вентиляция, которая обеспечивает доступ свежего воздуха через оконные проемы камер; принудительная вентиляция оборудована и осуществлялась в соответствии с требованиями «Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста ФИО1» СП 15-01 Минюста ФИО1 и ФИО1 276 от ДД.ММ.ГГГГ «О технической эксплуатации зданий и сооружений учреждений уголовно-исполнительной системы Минюста ФИО1» через отверстие вентиляционной шахты размером 25х25 см, которыми оборудованы все камеры учреждения; принудительная вытяжная вентиляция обеспечена круглосуточно; система вентиляции находилась в технически исправном состоянии.

Все камерные помещения, в которых содержался административный истец, оборудованы оконным проемом. Каждое окно оборудовано форточкой для доступа свежего воздуха. Размер окон во всех камерах составляет 1 м х 1 м 10 см. Окна камер имеют остекление, проверка его целостности производилась ежедневно.

Оконные проемы камерны помещений, где содержался административный истец, были оборудованы металлическими решетками. Возможность установления жалюзи на окнах камер учреждения была регламентирована приказами Минюста России от 01.04.1999 № 60 «Об утверждении Наставления по оборудованию средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации» (согласно п. 2.1.4.3 жалюзи относятся к инженерным средствам охраны и надзора из числа сооружений и конструкций в специальных (режимных) зданиях и помещениях; согласно п. 2.1.4.10 окна ПКТ, ШИЗО, карцеров, камер ИМН, а при необходимости и других помещений режимных зданий, с наружной стороны оборудуются жалюзийными решетками (жалюзи), и от 28.03.2001 № 161 «Об утверждении Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России (п. 8.90 Норм проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России)», которые устанавливают, что при реконструкции СИЗО и тюрем и невозможности достичь архитектурно-планировочными и режимно-технологическими решениями исключения визуальной и иной связи между камерными помещениями в одном здании, камерными помещениями соседних зданий, камерными помещениями и территорией, прилегающей к режимной и хозяйственной зонам, допускается устанавливать с наружной стороны оконных проемов камерных помещений жалюзийные решетки, окрашенные в белый цвет. В феврале 2003 года в учреждении закончены работы по демонтажу жалюзи с окон камер на основании указания заместителя Минюста юстиции Российской Федерации от 25.11.2002 № 18/6/2-617т «О снятии с окон камер всех видов жалюзи и установлении вместо них отсекающих решеток».

Оценивая представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что в настоящем случае в камерах имелись унитаз со сливным бачком и раковина, и унитаз был отгорожен, имелся сливной механизм, санитарный узел был в исправном состоянии, о чем представлена справка. Доказательства обратного отсутствуют. При этом суд также принимает во внимание, что истец находился в камерах с лицами одного пола.

Как указано в справке СИЗО-1, стол находился на расстоянии не менее 2 м от унитаза. Само по себе нахождение стола в камере, которая имеет площадь 8 кв.м, неизбежно субъективно может оцениваться как его нахождение рядом с унитазом, расположенным в той же камере, однако нахождение данных объектов материально-бытового обеспечения в каждой камере направлено на соблюдение гарантий прав лиц, содержащихся в следственном изоляторе, не может расцениваться как нарушение прав таких лиц. Конкретное место размещения мебели Правилами не регламентируется.

Шкаф для хранения продуктов, а также полки для хранения продуктов имелись в камерных помещениях, при этом оборудование камерных помещений холодильниками в обязательном порядке предусмотрено не было, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что различие в месте хранения продуктов в пространстве камеры тем самым (в том числе по выбору лица и в ином месте) отсутствует.

Вентиляция камер обеспечивалась наличием форточки в окнах размером 1 м на 1 м 10 см. По пункту 10.5 СП 247.1325800.2016 Свода Правил. Следственные изоляторы Уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (дата введения 2016-07-04) размеры оконных проемов должны составлять не менее 1,2х0,9 м, оконные переплеты должны оборудоваться для вентиляции форточками или фрамугами. Размер окон по показателям длин их сторон не соотносится с требованием данного пункта, однако, по площади размер окон в камерах размещения истца превышает площадь по данному СП (1,10 кв.м и 1,08 кв.м соответственно), в связи с чем суд не может прийти к выводу о нарушении прав истца. Кроме того, вентиляция также обеспечивалась принудительной вытяжной вентиляцией круглосуточно, что не может свидетельствовать о нарушениях прав истца.

Сторонами не оспаривалось, что холодное водоснабжение в камеры обеспечивалось. Действовавшие нормы не устанавливают требование по обязательному снабжению камер горячей водой, указанное восполняется предоставлением нагревательных приборов по требованию, кипяченой воды, что не противоречит п. 42, 43 Правил.

Факт наличия грызунов и насекомых сам по себе не указывает на незаконные действия учреждения, поскольку возможность появления грызунов и насекомых в помещениях является общеизвестным фактом, суд полагает целесообразным оценивать в качестве бездействия неприменение каких-либо мер по борьбе с последними. В данном случае дератизация, дезинсекция производились, при этом события имели место более 20 лет назад, договоры и государственные контракты подлежат хранению 5 лет (п. 77 действовавшего Перечня документов, образующихся в деятельности Федеральной службы исполнения наказаний, органов, учреждений и предприятий уголовно-исполнительной системы, с указанием сроков хранения, утвержденного Приказом ФСИН России от 21.07.2014 № 373, п. 5.3.36 приказа МВД РФ № 615 от 19.11.1996, суду представлен акт об уничтожении договоров за 2000, 2003, 2004 г.г.№ вн-15-3(3) от 20.04.2017, л.д. 73-75). Уборка камер подлежала осуществлению, в том числе силами дежурных, в полном соответствии с Правилами (п. 1).

Оснащение светильниками осуществлено в соответствии с п. 42 Правил. Освещение тем самым обеспечивалось наличием осветительных приборов и ввиду наличия окна естественным освещением. Доводы о невозможности реализации бытовых и иных нужд ввиду отсутствия достаточного освещения таким образом суд находит безосновательными.

По СП 29.13330.2011. Свод правил. Полы. Актуализированная редакция СНиП 2.03.13-88, утвержденный Приказом Минрегиона России от 27.12.2010 № 785, допускается в жилых комнатах в квартирах, общежитиях, спальных комнатах в интернатах, номерах в гостиницах, домах отдыха и т.п., коридорах в квартирах, общежитиях, интернатах, удаленных от наружных дверей зданий более чем на 20 м, покрытие полов линолеумом.

Суд не усматривает оснований для взыскания компенсации по вышеизложенным обстоятельствам, учитывая отсутствие доказательств причинения вреда здоровью административного истца, причинения ему нравственных страданий вследствие несоответствия условий содержания истца в СИЗО-1 при наличии вины сотрудников, должностных лиц учреждения, или при наличии их противоправных действий (ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обстоятельства дела свидетельствуют о том, что условия содержания административного истца в исследуемой по данным доводам части соотносятся с требованиями Правил, утвержденных приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189, доказательств обратного суду не представлено.

В силу ч. 6 ст. 45 КАС РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Истец, реализуя свои права по собственному усмотрению, обратился в суд лишь ДД.ММ.ГГГГ, заявив о событиях ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ г.г., то есть 22-32 года спустя, указав при этом, что он не помнит точные периоды содержания.

Тем самым, установленный ст. 227.1 КАС РФ срок обращения в суд им пропущен, однако, истец находился в учреждениях уголовно-исполнительной системы, что может расцениваться как ограничение возможности реализации права на обращение в суд. Вместе с тем, как пояснил административный истец, он неоднократно освобождался из мест лишения свободы по отбытию наказаний после заявленных дат нарушений: в ДД.ММ.ГГГГ годах. Кроме того, заслуживает внимания тот факт, что, как указал административный истец, о нарушении собственных прав ему стало известно в ДД.ММ.ГГГГ году в связи с сообщением ему об этом других лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы и последующим ознакомлением с нормами права. Из этого следует вывод о том, что на момент заявленных событий ДД.ММ.ГГГГ г.г. административный истец не испытывал таких страданий, которые обусловили бы для него необходимость обратиться за какой-либо защитой своих прав. Как он сообщил суду, с жалобами на условия содержания под стражей он куда-либо не обращался. Кроме того, по мнению суда, у него имелась возможность ознакомления с применимыми нормами права как официально опубликованными, доступными к ознакомлению, если он полагал свои права нарушенными, тем самым суд приходит к выводу о том, что у административного истца не было цели установления соответствия или несоответствия условий содержания нормам права, что также указывает на отсутствие значительных страданий, вызванных такими условиями содержания, о которых он заявил как о ненадлежащих. Сам по себе пропуск срока обращения в суд является также основанием для отказа в удовлетворении иска. Оснований ля исчисления срока с даты, когда лицо получило сообщение о возможности обращения в суд от третьих лиц, не имеется.

Суд, учитывая эти обстоятельства, приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения требований административного истца не имеется.

Поскольку при обращении в суд ФИО2 было заявлено ходатайство о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины, и данное ходатайство было удовлетворено определением от ДД.ММ.ГГГГ, отсрочка предоставлена до рассмотрения дела по существу, с него в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб. на основании ст. 114 КАС РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца дней со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга.

Председательствующий

Решение в окончательной форме принято 16.04.2025.