Решение по делу № 2А-5595/2023 от 25.12.2023 - о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по <адрес>.

УИД: 51RS0001-01-2023-005390-76

Дело № 2а-5595/2023

Принято в окончательной форме 11.01.2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 декабря 2023 года город Мурманск

Октябрьский районный суд города Мурманска

в составе:

председательствующего – судьи Шуминовой Н.В.,

при секретаре – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению ФИО3 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по <адрес>,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец ФИО2 обратился в суд с административным исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по <адрес> (далее – Учреждение).

В обоснование административный истец указал, что содержался в Учреждении в период со ДД.ММ.ГГГГ. В камерах отсутствовало горячее водоснабжение, что является нарушением Свода Правил, утвержденных приказом Минстроя РФ от ДД.ММ.ГГГГ, отсутствовала розетка в камере ШИЗО №, там же были откидные деревянные нары, отсутствовало место для сидения и столик для приема пищи, не была обеспечена приватность санузла, поскольку между дверцей и полом имелся 10 см зазор, это же создавало возможность беспрепятственного проникновения крыс из канализации в камеру. Также не было принудительной вентиляции в камерах. Это создавало дискомфорт с точки зрения обеспечения минимальных санитарно-гигиенических потребностей, усиливало негативное воздействие лишения свободы. Считает, что в данном случае имело место быть незаконное бездействие со стороны администрации учреждения, выразившееся в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей, в связи с чем просит суд взыскать компенсацию в размере 100.000 рублей, восстановив срок на обращение в суд, поскольку ранее не знал о том, что имеет право на данную компенсацию.

В судебном заседании административный истец участия не принимал, будучи уведомлен о слушании, ходатайства о применении систем ВКС им не заявлялось.

Представитель административных ответчиков ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по <адрес>, УФСИН России по <адрес> и ФСИН России ФИО9 с административным иском не согласилась, пояснив, что в данном случае факт нахождения административного истца в Учреждении не оспаривается. Действительно, по прибытии ФИО2, как больной туберкулезом и с учетом особенностей психики, помещался в одиночное камерное помещение № по медицинским показаниям. В ней он содержался всего семь дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, затем был переведен в камеру №, а оттуда в камеру №. Оборудование камеры № осуществлялось именно согласно приказу ФСИН России № от ДД.ММ.ГГГГ. Имеется откидное спальное место, умывальник, санузел, который хоть и не обладает закрытой кабинкой, учитывая, что камера одиночная, но данная часть камеры не просматривается ни через смотровое окно, ни через систему видеонаблюдения. Соответственно, ссылки на то, что через какой-то зазор попадали в камеру крысы, несостоятельны. Электророзетка в такого рода камерах не полагается. Что касается отсутствия свободного доступа к горячему водоснабжению, то указанная камера таковым не обладала, поскольку это не предусмотрено ПВР, однако камеры № и № таким доступом обладают. Кроме того, согласно ПВР, снабжение горячей водой осуществлялось в ДД.ММ.ГГГГ согласно графику, утверждавшемуся ежегодно. Касательно приточно-вытяжной вентиляции полагает, что и в данном случае позиция административного истца не обоснована, поскольку ПВР предусматривает принудительную вентиляцию при наличии технической возможности. Во всех камерах имеются окна с форточками, которые могут обеспечить естественную вентиляцию, как и специальные отверстия в стенах, выходящих в коридор, но в данном случае, учитывая, что камеры ФИО2 располагались на первом этаже, они были оборудованы принудительной вентиляцией. Каких-либо жалоб при нахождении в Учреждении административным истцом не заявлялось, полагает, что срок пропущен для обращения в суд. На основании изложенного просит в иске отказать.

Административный ответчик - начальник Учреждения ФИО5 уведомлен, не явился.

Суд, с учетом данных о надлежащем уведомлении сторон и отсутствия возражений со стороны представителя административных ответчиков

Выслушав представителя административных ответчиков, исследовав материалы дела, суд считает административные исковые требования не подлежащими удовлетворению на основании следующего.

В силу ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Условия содержания должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны гарантироваться с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения.

Согласно статье 1 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» деятельность уголовно-исполнительной системы осуществляется на основе принципов законности, гуманизма, уважения прав человека.

В уголовно-исполнительную систему по решению Правительства Российской Федерации могут входить следственные изоляторы, предприятия, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы, научно-исследовательские, проектные, медицинские, образовательные и иные организации (статья 5 Закона).

Учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в том числе обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (пункты 1, 7 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 года № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»).

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с названным Кодексом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулирует и определяет Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ), а также Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов, утвержденные приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189, а с ДД.ММ.ГГГГ – приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № действовавшие на период нахождения ФИО2 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В данном случае суд исходит из того, что самим административным истцом не представлено допустимых и относимых доказательств в подтверждение заявленного им начала периода пребывания в Учреждении, а также не обозначено его окончание, в то время как стороной административных ответчиков представлены справка отдела спецучета и камерная карточка, совокупный анализ которых с данными ИЦ УМВД России по МО подтверждает вышеназванные временные рамки содержания ФИО2 под стражей в Учреждении в ДД.ММ.ГГГГ.

Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые) (статья 4 Федерального закона № 103-ФЗ).

Суд считает, что срок на обращение в суд за защитой прав административным истцом не пропущен, поскольку ФИО2 не выбыл из ведения ФСИН России на настоящее время и не утратил права ставить вопрос о взыскании компенсации при утрате реальной возможности устранения нарушений условий содержания в Учреждении при наличии доказанности факта данных нарушений.

Самим ФИО2 указывается, что он помещался в камеру ШИЗО № при поступлении в Учреждение, условия содержания в которой не соответствовали действующему законодательству. Однако из камерной карточки, выкопировки из книги учета лиц, водворенных в карцер, штрафной изолятор, одиночную камеру для временной изоляции обвиняемых, осужденных, у которых произошел нервный срыв №, а также постановления о водворении ФИО2 в одиночную камеру от ДД.ММ.ГГГГ, справки врача от ДД.ММ.ГГГГ и начальника МЧ-2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что его размещение при поступлении в Учреждение осуществилось в № в виду наличия к тому медицинских показаний <данные изъяты>

В указанном камерном помещении ФИО2 пробыл до ДД.ММ.ГГГГ, затем был переведен в камеру №, а с ДД.ММ.ГГГГ по дату убытия в ФКУ «ИК-18» ДД.ММ.ГГГГ содержался в камере №.

Сторона административных ответчиков не отрицает, что не все камеры Учреждения имеют подключение к централизованному горячему водоснабжению, ссылаясь на п. 43 ПВР-189 и п. 31 ПВР-110, которыми оговорено, что при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.

Но в то же время, суд учитывает, что согласно справке начальника ОКБИиХО Учреждения от ДД.ММ.ГГГГ, камеры № и № имеют доступ к горячему водоснабжению, в отличие от №. Следовательно, ссылка ФИО2 на то, что он был лишен возможности пользоваться горячим водоснабжением весь период пребывания в Учреждении не состоятельна, при этом суд учитывает, что приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ от 15.04.2016 № 245/пр утвержден и введен в действие с ДД.ММ.ГГГГ Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно пункту 1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения указанного свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу названного свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (п. 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

В силу положений Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

С учетом вышеприведенных положений законодательства, обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением является обязательным, о чем обоснованно заявлено административным истцом.

Факт постройки и введение здания учреждения в эксплуатацию ранее принятия перечисленных выше норм не препятствует его переоборудованию, реконструкции или капитальному ремонту с целью создания надлежащих условий содержания. Приведенные выше нормы регулируют как строительство, так и эксплуатацию помещений в исправительных учреждениях и являются обязательными.

Следовательно, отсутствие горячего водоснабжения в камерах Учреждения нельзя расценивать как соответствующее требованиям санитарно-эпидемиологического законодательства и вышеназванному Своду.

Ссылка стороны административных ответчиков на выдачу горячей воды по требованию согласно графику ничем не подтверждается, считать такую выдачу равнозначной заменой свободного доступа к горячему водоснабжению, как предусмотрено санитарно-гигиеническими нормами, у суда оснований нет.

Однако в данном случае суд учитывает, что продолжительность пребывания ФИО2 в камере № была недолгой в соотношении с общим временем нахождения в Учреждении – всего <данные изъяты>. Доказательств того, что в указанное время у административного истца ухудшилось состояние его здоровья, или же для него наступили иные стойкие неблагоприятные последствия в виду отсутствия постоянного доступа к горячему водоснабжению, суду не представлено и в судебном заседании не добыто.

Что касается претензий административного истца в виду отсутствия принудительной вентиляции в камерах, то и в этом случае суд исходит из того, что ни ПВР-189, ни ПВР-110 не предусматривают ее обязательное наличие, ставя оборудование Учреждения такого рода вентиляцией в зависимость от наличия технической возможности. При этом все камеры режимного корпуса, в том числе и №, имеют окна с форточками и вентиляционные продухи в стенах, выходящих на коридор, что создает возможность естественной вентиляции помещений. Однако суд принимает во внимание и то, что согласно акту технического состояния приточно-вытяжной вентиляции 1-го этажа режимного корпуса от ДД.ММ.ГГГГ, где и располагались камеры административного истца №, камерные помещения этого этажа оборудованы принудительной вентиляцией, работавшей в штатном режиме.

ФИО2 полагает также, что оборудование № не соответствовало ПВР, указывая на откидные деревянные нары, отсутствие места для сидения и столика для приема пищи, приватности санузла, наличия возможности беспрепятственного проникновения крыс из канализации в камеру в силу 10 см зазора между дверью кабинки и полом.

Однако и данные доводы оценивается критически, поскольку ФИО2 содержался в одиночных камерах именно в силу наличествующих у него диагнозов, что исключало необходимость обеспечения приватности санузла. Фотоматериалы подтверждают, что унитаз не отгорожен от остального пространства камеры, именно в силу того, что она предполагает только одиночное содержание, что не оспорено и самим ФИО2, что соответственно ставит под сомнение и указание в административном иске на наличие зазора между дверью кабинки и полом.

Ссылка на то, что санузел просматривается через смотровое окно в дверях и видеокамеру ничем не подтверждается, как и факт того, что имеется возможность беспрепятственного проникновения крыс из канализации, учитывая, что Учреждением и <данные изъяты> был заключен договор от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому Общество оказывало услуги по дезинфекции и дезинсекции Учреждения.

Также и отсутствие в № электророзетки не противоречит приказу ФСИН России № 512 от 27.07.2006 "Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", согласно которому карцер не оборудуется такого рода устройствами.

В то же время суд учитывает, что этим же приказом предусмотрено наличие табурета для сиденья и стола для приема пищи, учитывая, что им же, а также и приказом ФСИН № от ДД.ММ.ГГГГ оговаривается наличие откидной металлической кровати с деревянным покрытием, которая и присутствовала в №, исходя из административного иска и фотографий. Однако из этих же фотографий невозможно достоверно установить, что на момент содержания в данной камере административного истца в ДД.ММ.ГГГГ табурет и стол отсутствовали, но даже и при условии того, что их там не было, суд учитывает краткость пребывания ФИО2 в № что позволяет придти к выводу о том, что и при частичном несоответствии данного камерного помещения предъявляемым требованиям, расценивать условия восьмидневного содержания в нем как пыточные, еще более усугубляющие положение ФИО2, оснований не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175-180, 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований ФИО2 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ «СИЗО-1» УФСИН России по <адрес> – отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский районный суд города Мурманска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Н.В. Шуминова