Дело № 2-569/2023
24RS0018-01-2023-000401-73
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
11 октября 2023 года г. Зеленогорск
Судья Зеленогорского городского суда Красноярского края Моисеенкова О.Л.,
при секретаре Селявко М.А.,
рассматривая в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению
ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 к П.Г. П. о признании недействительным договора дарения жилого помещения,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 как законный представитель ФИО1 обратилась в суд с иском к П.Г.П. с требованием признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО1 и П.Г.П., применить последствия недействительности сделки, восстановить прав собственности дарителя ФИО1 на указанную квартиру, прекратить право собственности П.Г.П. на спорную квартиру.
Требования мотивированы тем, что она приходится родной дочерью и опекуном ФИО1 Согласно договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 имела в собственности указанную квартиру. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ между мамой и П.Г.П. был заключен договор дарения. Считает данный договор дарения недействительным, поскольку ФИО1 с 2018 года страдала потерей памяти и была неспособна понимать значение своих действий и руководить ими. Согласно Заключению судебно-психиатрической экспертизы ФИО1 страдает психическим расстройством в форме сенильной деменции (слабоумия) тяжелой степени, с нарастанием начиная с 2016 года. Решением <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признана недееспособной. С ДД.ММ.ГГГГ она назначена опекуном над недееспособной ФИО1 ФИО1 при заключении договора дарения не могла руководить своими действиями, предвидеть их последствия, не отдавала отчет своим действиям. При подписании договора дарения ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась в состоянии «порока воли», т.к. у дарителя была нарушена способность к свободному формированию или свободному выражению осознанной цели, направленной на установление, изменение или прекращение определенного правоотношения.
ФИО2 в судебном заседании поддержала заявленные требования по основаниям, изложенным в иске, пояснив дополнительно, что маму признали недееспособной с 2016 года. Врач ей говорил, что деменция развивается годами, есть аудиозапись, где через три недели после сделки мама ей говорить, что забыла, как ее зовут, на 2018 год мама уже страдала потерей памяти.
Ответчик П.Г.П. с иском не согласилась и пояснила, что до февраля 2022 года у ее матери ФИО1 проблем со здоровьем не было, договор был заключен по инициативе самой мамы, мама была адекватна, все понимала, она боялась, что ФИО2 сделает что-то с квартирой. Также полагала, что истец пропустила срок исковой давности для обращения в суд.
Заслушав стороны и их представителей, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.
В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В силу ст. 167 ч. 1 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Согласно ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
В силу положений ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.
На основании п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абз. 2 и 3 п. 1 ст. 171 данного Кодекса (п. 3 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с ч. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Судом установлено, что ФИО1 являлась собственником <адрес> на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ее дочерью П.Г.П. был заключен договор дарения квартиры по адресу: <адрес>, согласно которому ФИО1 передала одаряемой П.Г.П. в качестве дара недвижимое имущество, а именно, указанную выше квартиру (л.д. 130).
Право собственности П.Г.П. на спорную квартиру зарегистрировано в установленном законом порядке, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 18-21).
ФИО2 обратилась с требованием о признании указанного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, мотивируя тем, что в момент его заключения ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Решением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признана недееспособной в связи с заболеванием (л.д. 21).
Распоряжением руководителя <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 назначена опекуном недееспособной ФИО1 (л.д. 14).
ФИО1 установлена первая группа инвалидности бессрочно, ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 34).
Согласно сообщению от ДД.ММ.ГГГГ Клинической больницы № ФИО1 находилась на лечении в психиатрическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, после выписки к врачу психиатру не обращалась (л.д. 78).
Свидетели ФИО3, ФИО10 в судебном заседании суду пояснили, что до лета 2021 года с ФИО1 общались часто, никаких изменений у ФИО1 не замечали.
Свидетель ФИО4 показала, что видела ФИО1 последний раз перед Новым 2021 годом, не видела у нее никаких изменений.
Свидетель ФИО5 в судебном заседании пояснила, что неадекватное поведение ФИО1 стало проявляться с осени 2021 года.
Согласно заключению врача судебно-психиатрического эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №/д КГБУЗ «Красноярский краевой психоневрологический диспансер №» ФИО1 страдает психическим расстройством в форме сенильной деменции (слабоумия) тяжелой степени, что подтверждается сведениями о нарастании с 2016 года снижении памяти на отдаленные и текущие события вплоть до полной дезориентировки в окружающем, невозможности продуктивного контакта, социальной дезадаптации до уровня психической беспомощности с утратой способности к самообслуживанию, контролю за своим поведением (л.д. 154).
В соответствии с разъяснением, содержащимся в п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).
С учетом изложенного неспособность гражданина в момент заключения договора, понимать значение своих действий или руководить, ими является основанием для признания договора недействительным.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у продавца в момент составления договора и его подписания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Определением Зеленогорского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ с учетом определения от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебно-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО1 (л.д. 166, 176).
Согласно заключению комиссии экспертов №/д от ДД.ММ.ГГГГ Красноярского краевого психоневрологического диспансера №, ФИО1 во время оформления договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ обнаруживала признаки органического поражения головного мозга сосудистого генеза. Однако на ДД.ММ.ГГГГ объективных сведений о наличии столь выраженного интеллектуально-мнестического снижения, которое препятствовало бы подэкспертной понимать значение своих действий и руководить ими медицинская документация не содержит. Показания участников процесса на суде носят взаимоисключающий характер. Описанные истцом, соседкой Жирной (в отказном материале) эпизоды «спутанности, провалов памяти» не соотнесены с датой заключения договора дарения, могли иметь преходящий характер на фоне имевшейся у подэкспертной на тот период дисциркуляторной энцефалопатии, и не подтверждаются данными медицинской документации. Оценить психическое состояние ФИО1 на момент подписания договора дарения в связи с отсутствием его описания в представленной медицинской документации, взаимоисключающих показаний участников процесса о ее психическом состоянии в юридически значимый период и как оно повлияло на способность подэкспертной понимать значение сделки дарения и руководить своими действиями при ее заключении не представляется возможным. Кроме того, как показывает судебно-психиатрическая судебная практика, даже наличие психического расстройства не всегда сказывается на способности лица принимать решение в правовой ситуации (л.д. 180-185).
Судебная-психиатрическая экспертиза по настоящему делу была проведена в порядке, установленном ст. 84 ГПК РФ, заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, суд принимает результаты экспертного заключения, оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена компетентными экспертами, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями действующего законодательства на основании определения суда, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Данное заключение принимает как достоверное, поскольку оно составлено компетентными специалистами на основании исследования всей медицинской документации, его содержание согласуется как с объяснениями истца и показаниями свидетелей, так и с фактическими обстоятельствами дела.
При таких обстоятельствах, заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в ее правильности отсутствуют.
Разрешая при таких обстоятельствах спор, руководствуясь положениями ст. 177 ГК РФ, суд приходит к выводам о том, что ФИО1 в момент заключения договора дарения спорного объекта недвижимости достаточно ориентировалась в сложившейся ситуации, сохраняла адекватную оценку и смысловое восприятие происходящего, а, следовательно, она была способна к свободному волеизъявлению и могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Доводы истца ФИО2 о том, что ФИО1 не понимала саму суть договора и правовых последствий заключенного договора дарения указанной квартиры опровергаются выводами заключения комиссии экспертов.
В части доводов ответчика о том, что истец пропустила срок исковой давности для обращения в суд, суд приходит к следующим выводам.
Согласно ст. 181 п. 2 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
В соответствии с п. 1 и 2 ст. 112 ГПК РФ лицам, пропустившим установленный федеральным законом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен. Заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока подается в суд, в котором надлежало совершить процессуальное действие.
Оспариваемый договор заключен ДД.ММ.ГГГГ.
Истец ФИО2 суду показала, что узнала о заключенном договоре в марте 2022 года.
Из выписки из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, полученной ФИО2, следует, что правообладателем спорной квартиры является П.Г.П. (л.д. 20), следовательно, на указанную дату истец знала, что между ФИО1 и П. заключен договор дарения.
Также из представленной переписки сторон от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 («Е.» в переписке) знала на тот момент о квартире, сказав П.Г.П. о «завладении квартирой мамы» 9Л.д. 25).
Следовательно, срок исковой давности для обращения в суд с требованием о признании сделки недействительной истек ДД.ММ.ГГГГ.
Исковое заявление ФИО2 поступило в суд ДД.ММ.ГГГГ, сдано в почтовое отделение согласно почтовому штемпелю ДД.ММ.ГГГГ, то есть, по истечении предусмотренного законом срока исковой давности.
Истцом ходатайств о восстановлении пропущенного процессуального срока не заявлено, уважительных причин пропуска срока не установлено.
Принимая во внимание изложенное, суд не находит законных оснований для удовлетворения исковых требований истца.
Установлено, что определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству истца в целях обеспечения дальнейшего исполнения судебного решения был наложен арест на спорную квартиру по адресу: <адрес>, с запрещением совершения любых регистрационных действий, влекущих изменение владельца и пользователя указанного жилого помещения (л.д. 54-55).
Поскольку исковые требования ФИО2 не подлежат удовлетворению, не имеется оснований для сохранения обеспечительной меры, и арест должен быть отменен с вступлением в законную силу настоящего решения.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 к П.Г. П. о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ жилого помещения, расположенного по адресу <адрес>,, заключенного между ФИО1 и П.Г. П., применении последствий недействительности сделки, восстановлении права собственности ФИО1, прекращении права собственности П.Г.П. на указанное жилое помещение, отказать в связи с необоснованностью.
Меру обеспечения в виде запрета Управлению Федеральной службе государственного регистрации, кадастра и картографии в Красноярском крае, <адрес> и <адрес> совершать любые регистрационные действия по отчуждению П.Г. П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт 04 13 №, ИНН №, любым способом квартиры, расположенной по адресу: <адрес> с кадастровым номером № принятую на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ, отменить с момента вступления в законную силу настоящего решения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд в месячный срок, через Зеленогорский городской суд, с момента вынесения решения в окончательной форме.
Судья О.Л. Моисеенкова
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.