Дело № 2-2338/2025
УИД: 48RS0002-01-2025-000891-47
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15 сентября 2025 года Правобережный районный суд города Липецка в составе:
председательствующего судьи Буевой А.А.
при ведении протокола помощником судьи Панковой Е.В.
с участием представителей ответчиков по доверенности ФИО1,
ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Липецке гражданское дело по иску ФИО3 к Генеральной прокуратуре Российской Федерации, Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО3 обратился в суд с иском Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование своих требований указывая на то, что в ходе рассмотрения уголовного дела Октябрьским районным судом г. Липецка в отношении ФИО3 помощником прокурора Октябрьского района г. Липецка ФИО7 было заявлено ходатайство об изменении меры пресечения ФИО3 с запрета совершать определенные действия на заключение под стражу в связи с тем, что в июле 2023 года ФИО3 подавал жалобы в прокуратуру Липецкой области на бездействие и.о. прокурора Октябрьского района г. Липецка. Октябрьским районным судом г. Липецка 26.07.2023 года было отказано в удовлетворении ходатайства прокурора о заключении ФИО3 под стражу, однако ФИО3 был помещен постановлением суда под домашний арест. Апелляционным постановлением Липецкого областного суда от 04.08.2023 постановление Октябрьского районного суда г. Липецка 26.07.2023 года было отменено. В связи с тем, что ФИО3 незаконно находился 10 суток под домашним арестом, прокурором незаконно было заявлено ходатайство о заключении ФИО3 под стражу, ФИО3 просил суд взыскать с Российской Федерации моральный вред, причиненный ему органами власти, в размере 30 000 руб в связи с незаконными действиями должностных лиц органов прокуратуры, и 150 000 руб за незаконный домашний арест.
Определением суда к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Генеральная прокуратура Российской Федерации и Министерство финансов Российской Федерации в лице УФК по Липецкой области.
Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, будучи извещенным о дне слушания, ранее иск поддержал, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении, также суду объяснил, что помещением его под домашний арест было нарушено его конституционное право на свободу передвижения, он не мог выходить на улицу, приобретать еду, чем ему причинены нравственные страдания, просил иск удовлетворить.
Представитель ответчика Генеральной прокуратуры Российской Федерации, по доверенности ФИО1 в судебном заседании иск не признал, ссылаясь на то, что само по себе обращение работника прокуратуры с ходатайством о применении меры пресечения в рамках уголовного преследования не может нарушать права лица, поскольку данные действия осуществлялись в рамках требований уголовно-процессуального закона, которым давалась оценка судебным постановлением. Просил в иске к Генеральной прокуратуре Российской Федерации отказать.
Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации и УФК России по Липецкой области по доверенности ФИО2 в судебном заседании иск не признала, указывая на доводы, изложенные прокурором, а также на отсутствие оснований для взыскания морального вреда, причиненного действиями суда, просила в иске отказать.
Несмотря на то, что истец дважды не явился в судебное заседание, о причинах неявки не сообщил, суд рассмотрел дело по существу в отсутствие истца, поскольку представители ответчиков настаивали на рассмотрении дела по существу.
Выслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, суд находит иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.
Согласно материалам дела ФИО3 осужден приговором Октябрьского районного суда г. Липецка от 10.07.2024 № 1-9/2024 по ч.1 ст. 280.3 УК РФ в редакции ФЗ № 63-ФЗ от 25.03.2022) и приговорен к штрафу в размере 180 000 руб. Также данным приговором суда ФИО3 назначено принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных условиях. ( л.д. 59-69)
Приговор вступил в законную силу 05.12.2024 года на основании апелляционного постановления Липецкого областного суда, которым приговор суда оставлен без изменения ( л.д. 70-81)
На основании постановления Октябрьского районного суда г. Липецка от 14.05.2025 № размер штрафа, установленный приговором суда от 10.07.2024, снижен до 150 000 руб в связи с зачетом в срок наказания время применения мер пресечения.
( л.д. 83- 84)
Из материалов дела также следует, что в ходе расследования уголовного дела № Октябрьским районным судом г. Липецка в отношении ФИО3 была применена мера пресечения в виде запрета определенных действий на 1 месяц 16 суток до 08.02.2023, на ФИО3 была возложена обязанность своевременно самостоятельно являться по вызову следователя, прокурора и суда. ФИО3 было запрещено:
выходить в период времени с 22.00 часов до 06.00 часов за пределы жилого помещения по адресу: <адрес> кроме необходимости обращения за медицинской помощью, явки по вызовам в правоохранительные органы и суд, в производстве которого находится уголовное дело,
общаться с любыми посторонними лицами, кроме членов семьи, проживающих с ним в одном жилом помещении ), вести переговоры с кем-либо с использованием любых средств связи, в том числе сети Интернет, за исключением использования таковых для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб, в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, адвокатом, судом, в производстве которого находится уголовное дело, обязав о каждом таком звонке информировать контролирующий орган и следователя,
получать и отправлять корреспонденцию, в том числе с использованием сети Интернет, за исключением переписки с правоохранительными органами, судом.
Срок запрета определенных действий ФИО3 неоднократно продлялся судом вплоть до 08.08.2023 года, то есть до 7 месяцев 16 суток, при этом ранее установленные ограничения изменялись, дополнялись. Вместе с тем, запрет отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, использовать сеть Интернет, кроме использования таковых для отправления в адрес ФИО3 и получения им извещений о вызовах к следователю, прокуратуру и суд, а также для отправления им письменных обращений, адресованных в орган предварительного расследования, прокурору и суды, связанных с производством по данному уголовному делу и получения ответов на них, действовал на протяжении всего срока запрета определенных действий.
Уголовное дело поступило в суд 14.07.2023 года
В ходе рассмотрения дела государственный обвинитель ходатайствовал об изменении ФИО3 меры пресечения с запрета определенных действий на заключение под стражу на 2 месяца, поскольку подсудимый нарушил избранную ему меру пресечения, а именно: находясь под запретом направления отправлений через сеть «Интернет», за исключением отправлений следователю, прокурору, в суд, а также отправления письменных обращений, адресованных в орган предварительного расследования, прокурору и суды, связанных с производством по настоящему делу, отправляет сообщения в правоохранительные органы - прокуратуру Липецкой области и прокуратуру района, не связанные с производством по настоящему делу.
Подсудимый ФИО3 возражал против изменения меры пресечения на заключение под стражу, пояснив, что действительно направил около 10 жалоб в прокуратуру, в которых он жалуется на благоустройство города Липецка, полагая, что эти жалобы направлены на защиту его прав и неопределенного круга лиц, а также связаны с настоящим уголовным делом, при этом жалобы на благоустройство составляют всего 5 % от всех направленных им жалоб.
Судом было установлено, что ФИО3 обвиняется в публичных действиях, направленных на дискредитацию использования Вооруженных сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, совершенных лицом после его привлечения к административной ответственности за аналогичное деяние в течение одного года. С 24.12.2022 года по настоящее время в отношении него решением суда избрана мера пресечения в виде запрета определенных действий, в том числе запрета отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, использовать информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», разрешив использовать средства почтовой связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет» для отправления в его адрес и получения им извещений о вызовах к следователю, прокурору и в суд, а также для отправления им письменных обращений, адресованных в орган предварительного расследования, прокурору и суды, связанных с производством по настоящему делу, и получения ответов на них, который действовал на протяжении всего срока запрета определенных действий.
В июле 2023 года ФИО3 направил в прокуратуру области жалобу на благоустройство города, что не относится к предъявленному ФИО3 обвинению по ч.1 ст.280.3 УК РФ по настоящему уголовному делу. В связи с этим суд пришел к выводу, что ФИО3 нарушил избранную в отношении него меру пресечения в виде запрета определенных действий.
С учетом личности подсудимого, который обвиняется в совершении умышленного преступления средней тяжести против основ конституционного строя и безопасности государства, холост, не работает, нарушил избранную ранее меру пресечения, суд счел, что мера пресечения в виде запрета определенных действий не обеспечивает законопослушного поведения ФИО3 и он нуждается в более строгой мере пресечения в виде домашнего ареста, исполнение которой возможно по месту его жительства.. Также суд пришёл к выводу, что ФИО3, продолжая находиться под запретом определенных действий, может продолжить заниматься преступной деятельностью и скрыться от суда. Постановлением Октябрьского районного суда г. Липецка от 26.07.2023 № ФИО3 изменена мера пресечения с запрета определенных действий на домашний арест, сроком на 2 месяца, то есть до 26 сентября 2023 года, по адресу<адрес>
Срок домашнего ареста исчислен с 26.07.2023 года.
ФИО3 в период нахождения под домашним арестом запрещено:
выходить за пределы жилого помещения по адресу: <адрес> за исключением необходимости являться по вызовам в суд, необходимости обращения за медицинской помощью;
- отправлять и получать почтово-телеграфные отправления, использовать информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», разрешив использовать средства почтовой связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет» для отправления в его адрес и получения им извещений о вызовах в суд, в прокуратуру, к следователю, отправления им и получения соответственно защитнику и от защитника, с которым у него заключено соглашение, либо назначенного судом в связи с производством по настоящему уголовному делу, разрешить отправление им письменных обращений, адресованных в суд, прокуратуру, связанных с производством по настоящему делу, и получения ответов на них, а также использовать для связи средства информационнотелекоммуникационной сети "Интернет", иные средства связи для вызова служб экстренной и аварийной помощи, в случае необходимости.
Контроль за исполнением меры пресечения в виде домашнего ареста возложен на уголовно исполнительную инспекцию по месту жительства подсудимого. ( л.д. 57-58)
Апелляционным постановлением Липецкого областного суда от 04.08.2023 года постановление Октябрьского районного суда г. Липецка от 26.07.2023 по жалобе ФИО3 отменено, сочтя изменение меры пресечения на домашний арест преждевременным.
Суд апелляционной инстанции не усмотрел каких - либо доказательств, подтверждающих выводы суда о том, что нарушение подсудимым одного из запретов, установленных избранной ему мерой пресечения в виде запрета определенных действий, свидетельствует о том, что ФИО3, находясь под ранее избранной ему мерой пресечения, может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от суда и, что только более строгая мера пресечения в виде домашнего ареста может обеспечить законопослушное поведение подсудимого. Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции преждевременно и без достаточных к тому оснований принял решение об изменении ФИО3 ранее избранной меры пресечения на домашний арест, что в свою очередь не исключает установленного судом факта нарушения подсудимым запрета использовать информационно - телекоммуникационную сеть «Интернет» для отправления обращений, не связанных с производством по данному уголовному делу, установленного ему ранее избранной мерой пресечения.
Изменение подсудимому ранее избранной меры пресечения на более строгую без достаточных оснований, основанных на доказательствах, исследованных судом, является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, которое путём лишения или ограничения гарантированных Уголовно - процессуальным кодексом РФ прав участников повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения. В связи с чем, указанное нарушение явилось основанием для отмены обжалуемого постановления суда, а также для принятия судом апелляционной инстанции решения об отказе в удовлетворении ходатайства государственного обвинителя Анучина С.И. об изменении подсудимому ФИО3 меры пресечения с запрета определенных действий на заключение под стражу и об оставлении без изменения подсудимому ФИО3 меры пресечения в виде запрета определенных действий, с сохранением запретов и обязанностей, установленных ФИО3, постановлением Октябрьского районного суда г. Липецка от 2 июня 2023 года.
Мера пресечения ФИО3 в виде запрета определенных действий продлена на один месяц до 8 сентября 2023 года. ( л.д. 8-11)
Истец ФИО3 заявляет в настоящем иске о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ему действиями прокуратуры в связи с незаконным заявлением ходатайства об изменении меры пресечения в отношении ФИО3 заключение ФИО3 под стражу и в связи с незаконным постановлением суда об изменении меры пресечения ФИО3 и его помещением под домашний арест.
Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 настоящего Кодекса. ( п.1)
Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. ( п.2)
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.( п.3)
В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда:
вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;
вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;
вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию;
в иных случаях, предусмотренных законом.
Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. ( п.1)
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. ( п.2)
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. ( п.1)
Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу. ( п.2)
Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В абзаце первом пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (абзац первый пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
Согласно пункту 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом. На основании части первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.
Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан.
Согласно пункту 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.
Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (статья 91 УПК РФ), или в результате незаконного административного задержания на срок не более 48 часов как меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении (часть 3 статьи 27.5 КоАП РФ), или в результате признания незаконным помещения несовершеннолетнего в центр временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел (статья 22 Федерального закона от 24 июня 1999 года N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних"), или в результате производства в жилище обыска или выемки, признанных незаконными (статья 12 УПК РФ), и др.
Согласно п. 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).
В соответствии с п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.
При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.
Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что возмещение ущерба, причиненного незаконным и необоснованным применением мер уголовно-процессуального принуждения при наличии обвинительного приговора, не является реабилитацией, а является возмещением вреда, причиненного гражданам незаконными действиями должностных лиц и органов государства.
Если для реабилитации невиновного необходимо наличие оправдательного приговора или постановления о прекращении дела по одному из реабилитирующих оснований, то возмещение вреда, причиненного незаконным применением мер уголовно-процессуального принуждения, в том числе применением домашнего ареста, возможно и при вынесении обвинительного приговора или постановления о прекращении дела по нереабилитирующему основанию.
В связи с этим обязанность компенсации морального вреда при данных обстоятельствах, может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.
Признание судом в рамках гражданского судопроизводства доказанным факта причинения гражданину морального вреда в связи с его незаконным уголовным преследованием, незаконным применением к нему мер процессуального принуждения влечет за собой обязанность суда при определении размера денежной компенсации морального вреда исходить из установленных обстоятельств конкретного дела и учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Поскольку в отношении ФИО3 вынесен обвинительный приговор, права на возмещение ущерба в порядке реабилитации по п.1 ст. 1070 ГК РФ у истца не возникло.
Проанализировав обстоятельства дела, объяснения сторон, имеющиеся в деле доказательства, суд не находит оснований для взыскания морального вреда истцу ФИО3 и по основаниям п.2 ст. 1070, ст. 1069 ГК РФ.
Так истец ФИО3 приводит в качестве основания взыскания морального вреда незаконное заявление прокурором перед судом ходатайства о применении в отношении ФИО3 меры пресечения заключение под стражу, в удовлетворении которого судом прокурору было отказано.
Однако само по себе направление заявление в суд ходатайства об изменении меры пресечения в виде запрета совершать определенные действия на заключение под стражу, и как следствие, отказ в удовлетворении соответствующего ходатайства, не является противоправным действием применительно к требованиям статей 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации и не свидетельствует о безусловном праве истца на компенсацию морального вреда, поскольку факта незаконного применения к истцу мер процессуального принуждения в виде заключения под стражу не установлено.
В связи с этим доводы истца ФИО3 о причинении ему вреда должностными лицами органов прокуратуры необоснованы, исковые требования истца о взыскании компенсации морального вреда в указанной части удовлетворению не подлежат.
Что касается требований истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным помещением его под домашний арест, то данные требования суд также находит не подлежащими удовлетворению, поскольку судом не установлено совокупности условий для взыскания морального вреда, установленных законом.
Так в силу п.2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.
Приговора суда об установлении вины судьи Октябрьского районного суда г. Липецка, вынесшего постановление от 26.07.2023 года о помещении истца под домашний арест, не имеется.
В качестве нравственных страданий, причиненных истцу помещением под домашний арест, истец указал на ограничение его права на свободу передвижения, а также на невозможность приобрести продукты питания.
Однако, приходя к выводу об отсутствии оснований для возмещения истцу компенсации морального вреда, суд учитывает следующее.
В силу ч.1 ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля. С учетом состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого местом его содержания под домашним арестом может быть определено лечебное учреждение.
Согласно ч.2 ст. 107 УПК РФ домашний арест избирается на срок до двух месяцев. Срок домашнего ареста исчисляется с момента вынесения судом решения об избрании данной меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого.
Так истец ФИО3 находился под домашним арестом незначительное время, а именно с 26.07.2023 по 04.08.2023 года, то есть 10 суток.
Домашний арест ФИО3 отбывал по месту своего жительства по адресу: <адрес> где проживал не один, а с бабушкой.
Из объяснений истца следует, что в период нахождения под домашним арестом имелась возможность приобретения истцу продуктов питания и их доставления истцу его родственниками.
Наступления каких-либо иных негативных последствий в связи с помещением истца под домашний арест, как то невозможность выполнять трудовые обязанности по месту работы, оказание негативного влияния на состояние здоровья, невозможность посетить иные значимые для истца места и мероприятия, выполнить значимые для истца действия, разрыв социальных связей и т.д., не установлено.
Суд учитывает, что в отношении ФИО3 была также применена мера пресечения в виде запрета осуществлять определенные действия, которая имела длительный срок действия. Применение данной меры было признано судом законным. ФИО3 в связи с применением данной меры был также ограничен в передвижении в период с 22:00 часов до 06:00 часов и ограничен в выполнении ряда действий.
Примененный судом 26.07.2023 года домашний арест предполагал аналогичные запретительные меры, что и запрет совершать определенные действия, за исключением установления запрета выходить за пределы жилого помещения в течение суток.
Однако свобода передвижения истца была ограничена не только домашним арестом, но и действующей мерой пресечения запретом осуществлять определенные действия.
Суд учитывает, что в отношении ФИО3 был постановлен обвинительный приговор, который вступил в силу.
Срок нахождения истца под домашним арестом был зачтен судом в срок наказания, в связи с чем был снижен уголовный штраф по приговору суда до 150 000 руб. ( определение суда от 25.03.2025 года л.д. 83- 84)
Таким образом, исходя из совокупности обстоятельств по делу, суд приходит к выводу об отсутствии причинения истцу морального вреда действиями работников прокуратуры и помещением судом истца под домашний арест, в связи с чем иск ФИО3 к Генеральной прокуратуре Российской Федерации, Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит.
Руководствуясь ст ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении иска ФИО3 к Генеральной прокуратуре Российской Федерации, Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда отказать.
Решение может быть обжаловано в Липецкий областной суд через Правобережный районный суд города Липецка в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Председательствующий А.А. Буева
Решение изготовлено в окончательной форме 29 сентября 2025 года