Апелляционное определение по делу № 22-3624/2023 от 17.08.2023 | Алтайский краевой суд (Алтайский край)

Судья Репникова О.А. Дело № 22-3624/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Барнаул 17 августа 2023 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Бусаргиной Г.Л.

судей Маликова А.И., Ведищевой Л.А.

при секретаре (помощнике судьи) Питкевич А.М.

с участием прокурора Корнилович Г.Н., адвоката Фогель Е.И.

осужденного ФИО1 (в режиме видеоконференц-связи)

рассмотрел в открытом судебном заседании

уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Фогель Е.И.

на приговор Усть-Пристанского районного суда Алтайского края от 26 мая 2023 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГ, уроженец <адрес>, ранее не судимый,

- осужден по ч.4 ст. 111 УК РФ к 6 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Разрешены вопросы о мере пресечения, зачете в срок наказания времени нахождения под стражей, процессуальных издержках, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Бусаргиной Г.Л., выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Д, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено в период времени с ДД.ММ.ГГ в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину признал.

В апелляционной жалобе адвокат Фогель Е.И. просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение. По мнению автора жалобы, судом, в нарушение требований ст.ст. 87,88,307 УПК РФ, должным образом не проверены исследованные доказательства, в приговоре не приведены доказательства, подтверждающие вывод суда о наличии у ФИО1 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего; не приведены мотивы, по которым отвергнуты показания ФИО1, выводы суда содержат противоречия.

Не усомнившись в достоверности показаний ФИО1, суд оставил без оценки сведения, которые тот последовательно излагал о том, что он – ФИО1, обнаружив пропажу денег из кармана одежды, заподозрил в их краже Д, в связи с чем, стал выяснять у него этот вопрос. В ответ на что, тот ответил нецензурной бранью, взял секиру-предмет для рубки льда и, размахивая ей, замахиваясь на ФИО1, преградил ему путь. Тогда ФИО1 взял первый попавшийся под руку предмет, которым оказался нож, нанес им один удар в область живота справа Д, после чего, оставив часть своей одежды, ушел. На следующий день предложил Д поехать в больницу, но тот оказался. Очевидцев преступления не имеется. Расценив показания ФИО1 о том, что он защищался от действий потерпевшего, который пытался его ударить ледорубом, как способ защиты, суд, вместе с тем признал, указав в приговоре, что конфликт возник из-за кражи денежных средств, а также то, что потерпевший размахивал ледорубом в разные стороны. Несмотря на указанные обстоятельства, суд избежал выводов и оценки дальнейших действий участников конфликта и ситуации в целом. В частности то, что именно потерпевший, усугубляя свою вину в краже, взял опасный предмет секиру-ледоруб, преградил выход из дома ФИО1, активно размахивал ледорубом в его сторону и, наступая на него. Без оценки этих обстоятельств, технических характеристик ледоруба, который обладает большей травмирующей поверхностью, чем взятый впоследствии ФИО1 нож, суд сделал вывод о том, что эти действия потерпевшего не создавали опасность и угрозу жизни и здоровью ФИО1. Также оставлены без оценки сведения о личности ФИО1; сведения о потерпевшем, в том числе о том, привлекался ли он к уголовной и административной ответственности и имелись ли ранее случаи применения им насилия. Исходя из приведенных обстоятельств, адвокат считает, что ФИО1 нанес удар ножам, расценив, исходящую от Д опасность для его жизни и здоровья, пытаясь предотвратить причинение им телесных повреждений. Доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО1 прямого или косвенного умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, не имеется. Действия ФИО1 неправильно квалифицированы по ст. 111 УК РФ. Со ссылкой на судебную практику, разъяснения Верховного Суда РФ в постановлении Пленума « О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», адвокат указывает, что действия надлежит квалифицировать по ч.1 ст. 108 УК РФ или ч.1 ст. 114 УК РФ. Помимо того, адвокат указывает на заключение судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшего, где, по её мнению, отсутствуют выводы о тяжести причиненного вреда в случае оказания своевременной медицинской помощи; данные о причинении тяжкого вреда здоровью, состоящего в прямой причинной связи со смертью именно в результате ранения. Эти противоречия, путем назначения дополнительной, повторной экспертизы, не устранены. Поскольку, как считает адвокат, приговор постановлен на неверной оценке события преступления, действий потерпевшего, недостаточных данных о тяжести причиненного вреда и наличии причинно-следственной связи между действиями осужденного и наступившими последствиями, приговор подлежит отмене.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель по делу ФИО2 просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Фактические обстоятельства совершенного преступления установлены судом правильно. Вина ФИО1 подтверждена совокупностью исследованных доказательств: показаниями потерпевшего Д1 об обстоятельствах, при которых ему стало известно об обнаружении его старшего брата Д мертвым, а впоследствии о причинении брату ножевого ранения ФИО1, с которым его брат часто общался; показаниями свидетеля Г об обстоятельствах проведения осмотра дома Д, где тот обнаружен мертвым, при этом на его теле он видел ножевое ранение. Впоследствии стало известно о причинении ранения ФИО1, который рассказал, что в ходе конфликта, возникшего из-за того, что, якобы, Д украл у него деньги, он ударил его палкой, чему он не поверил, поскольку видел, что ранение от ножа; признательными показаниями самого ФИО1, данными, как в ходе предварительного, так и судебного следствия, где он признал, что в ходе ссоры, нанес удар ножом Д, с которым и ранее случались конфликты, в ходе одного из которых он – ФИО1 нанес Д удар стулом по голове, за что был привлечен к административной ответственности; сведениями, зафиксированными в протоколе осмотра места происшествия; заключениями биологических экспертиз; заключением судебно-медицинской экспертизы о наличии и локализации, обнаруженных у потерпевшего телесных повреждений, степени тяжести этих телесных повреждений, механизме и времени образования; другими приведенными в приговоре доказательствами.

Квалификация действий осужденного по ст. 111 ч. 4 УК РФ, является правильной.

Выводы суда о доказанности вины и юридической оценке действий ФИО1, основаны на совокупности доказательств, исследованных в соответствии с требованиями ст. 87 УПК РФ, которым дана оценка по правилам ст. 88 УПК РФ.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, доводы жалобы адвоката о том, что ФИО1 не имел умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, оборонялся от его действий, суд апелляционной инстанции находит не состоятельными.

Как видно из материалов дела и установлено в приговоре, ФИО1 в ходе предварительного следствия, при допросах в качестве подозреваемого, в качестве обвиняемого, не отрицал свою причастность к совершению данного преступления, указывая на наличие мотивов к тому. При допросе в качестве подозреваемого об обстоятельствах совершения преступления, он показал, что Д, отрицая кражу денежных средств, стал ругаться, оскорблять его нецензурной бранью, взял и стал махать приспособлением, используемым для рубки льда, он – ФИО1 разозлился и нанес один удар, взятым здесь же предметом, в область его живот. В ходе проверки показаний на месте ФИО1 показал, что потерпевший стал секирой перед ним махать, а когда немного развернулся по отношении к нему, он его подтолкнул так, что потерпевший оказался к нему правым боком, а он – Гамов, взяв со стола бытовой предмет, нанес им удар в область живота Д. При допросе в качестве обвиняемого, осужденный показал, что потерпевший, кроме того, высказывал в его адресу угрозу убить. Допросы произведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, с разъяснением подозреваемому, обвиняемому конституционных и процессуальных прав, с участием адвоката. Эти показания им подтверждены в ходе проверки показаний на месте. Сведений о недобровольном характере этих показаний, данные протоколы, как и материалы уголовного дела, не содержат. В связи с чем, у суда не имелось оснований подвергать сомнению объективность и достоверность сведений, содержащихся в протоколах указанных следственных действий с участием ФИО1, как не имелось законных оснований для признания этих протоколов недопустимыми доказательствами.

В связи с чем, судом обоснованно в основу приговора положены сведения протоколов допроса ФИО1 в качестве подозреваемого, обвиняемого, проверки показаний на месте.

Исходя из исследованных доказательств, суд обоснованно пришел к выводу о том, что тяжкий вред здоровью потерпевшего причинен в результате умышленных действий осужденного.

Как правильно указал суд, об умысле осужденного на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, свидетельствуют характер и локализация причиненных потерпевшему телесных повреждений: потерпевшему, со значительной силой, нанесен удар ножом, обладающим высокой поражающей способностью, в область расположения жизненно-важных органов, от чего образовались телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, повлекшие впоследствии наступление смерти потерпевшего.

Вопрос о причинении телесных повреждений, состоящих в причинной связи с наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего при других обстоятельствах, был предметом исследования в судебном заседании, в приговоре приведены мотивы принятого решения.

Оснований подвергать сомнению правильность этих выводов суда, в том числе относительно квалификации действий осужденного по ст. 111 ч. 4 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам жалобы адвоката, приведенные в приговоре доказательства, опровергают её утверждение о нахождении ФИО1 в состоянии необходимой обороны. В приговоре суд, со ссылкой на отсутствие доказательств, подтверждающих факт совершения потерпевшим активных противоправных действий в отношении ФИО1, в том числе, с применением предмета, о котором показал последний, и отсутствие какой-либо угрозы для жизни и здоровья ФИО1 со стороны Д, на установленные обстоятельства, согласно которым, события происходили в доме потерпевшего, несмотря на то, что инициатором конфликта был потерпевший, ударов осужденному он не наносил, имеющийся предмет в отношении осужденного не применял, не находился он и в физически-преимущественном положении; во время нанесения удара потерпевший располагался по отношению к осужденному боком и никаких действий в его отношении не совершал, обоснованно сделал вывод о том, что осужденный не находился в состоянии необходимой обороны и её превышения.

В связи с чем, отсутствуют основания для квалификации действий осужденного по ст. 114 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы, в показаниях ФИО1, исследованных судом и приведенных в приговоре, отсутствуют сведения о том, что он опасался действий потерпевшего и они представляли угрозу для его жизни и здоровья. Как усматривается из протокола судебного заседания, на неоднократно поставленные стороной защиты, стороной обвинения вопросы относительно действий потерпевшего с предметом, называемым ледорубом, ФИО1 не показывал о том, что Д пытался его этим предметом ударить, как об этом указано в жалобе адвокатом. Не говорил он и о том, что действия потерпевшего были активны, и он их боялся, опасаясь за свои жизнь и здоровье. При этом ФИО1 показал, что когда потерпевший размахивал предметом, до него не доставал, он его крутанул и развернул, в это время взял со стола нож и нанес удар ( л.д. 110 т.3). На вопрос стороны обвинения пытался ли потерпевший нанести ему удар, ответил: « раз пошел на меня, значит хотел ударить» ( л.д.111 оборот т.3). Оснований сомневаться в достоверности, зафиксированных в протоколе судебного заседания сведений, не имеется. Замечаний на протокол судебного заседания в этой части стороной защиты не принесено.

При этом, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, у осужденного телесных повреждений по давности образования соответствующих времени совершения преступления, не установлено.

Безосновательным является и довод жалобы о неполном исследовании данных о личности ФИО1, а также потерпевшего Д. Как видно из протокола судебного заседания, судом исследован весь характеризующий материал относительно личности, как потерпевшего, так и осужденного. Из показаний свидетелей в суде первой инстанции не следует, что потерпевший отличался агрессивностью либо превосходил ФИО1 по физической силе. Напротив установлено, как из характеризующего материала, так и показаний свидетелей, в частности, свидетеля М, что у ФИО1, из-за злоупотребления спиртным, стали возникать конфликты с жителями села, он дважды привлекался к административной ответственности за причинение побоев, в том числе Д.

Доводы адвоката в жалобе об отсутствии в заключении медиков вывода о причинении потерпевшему тяжкого вреда здоровью, находящегося в причинной связи с наступлением смерти потерпевшего, противоречат заключению судебно-медицинской экспертизы, согласно выводам которой, у Д обнаружено колото-резаное ранение передней брюшной стенки в области правого подреберья, проникающее в брюшную полость и забрюшинное пространство с повреждением большого сальника, тонкого кишечника и желчного пузыря; гемоперитонеум (1500мл); излитие желчи( 100мл), что вызвало развитие обильной кровопотери, явившейся непосредственной причиной смерти. Заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, не содержит неясностей либо сомнений, проведена уполномоченным на то лицом по поручению следователя, в рамках возбужденного уголовного дела. В связи с чем, заключение указанной экспертизы, оцененное судом в совокупности с иными исследованными доказательствами виновности ФИО1, положено в основу приговора. Оснований для назначения дополнительной или повторной экспертизы, как об этом указывает в жалобе адвокат, не имеется.

Доводы защитника о необходимости получения медицинского заключения о тяжести вреда здоровью и наступлении смерти потерпевшего именно от ранения, в случае оказания своевременной медицинской помощи, не имеют правового значения, поскольку судом достоверно установлена прямая причинно-следственная связь между действиями осужденного и наступившими последствиями - смертью потерпевшего. Медицинская помощь в этом случае должна рассматриваться как фактор, обеспечивающий или не обеспечивающий благоприятный исход данного повреждения, а не как причина смерти.

Нахождение осужденного в момент совершения преступления в состоянии аффекта, также опровергается совокупностью приведенных в приговоре доказательств. Помимо прочего, в ходе предварительного следствия в отношении ФИО1 была проведена стационарная комплексная психолого- психиатрическая экспертиза, в ходе которой специалистами-медиками сделан вывод о том, что он каким-либо хроническим психическим расстройством не страдал и не страдает, на момент совершения преступления мог в полной мере осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. Как не находился он в ином значимом эмоциональном состоянии, которое могло существенно повлиять на его поведение в момент совершения преступления, ввиду отсутствия обязательной специфической динамики, характерной для эмоциональных реакций, способных оказать существенное влияние на поведение осужденного на момент инкриминируемого деяния. В показаниях самого осужденного отсутствуют сведения о характерной для аффекта динамике течения эмоционального состояния, смене его этапов, резких изменений психической деятельности с выраженной дезорганизацией поведения, что в совокупности с иными доказательствами, могло бы свидетельствовать о наличии в его действиях состава преступления, предусмотренного ст. 107 УК РФ.

Помимо этого, экспертами сделан вывод о том, что указания осужденного на запамятование отдельных моментов правонарушения могут объясняться состоянием алкогольного опьянения, поэтому эта характеристика аффекта может иметь смысл лишь в совокупности и иными объективными признаками. Отмечены индивидуально-психологические особенности: решительность, жесткость, уверенность в себе, отсутствие озабоченности переживаниями других людей, настойчивость в достижении цели и т.п.. ( л.д. 193-196 т.2). Оснований подвергать сомнению объективность экспертного заключения, как и оснований сомневаться в компетентности специалистов- медиков, не имеется.

При этом экспертам были известны все те сведения, которые адвокат приводит в жалобе относительно причины конфликта с потерпевшим, исследованы все материалы дела, в том числе, характеризующий материал в отношении осужденного и потерпевшего; показания самого ФИО1.

Поэтому суд апелляционной инстанции доводы адвоката в жалобе о не умышленном характере своих действий, находит не состоятельными, не основанными на материалах дела.

Вместе с тем, с учетом установленных обстоятельств, поведение потерпевшего суд расценил как противоправное, признав данное обстоятельство смягчающим наказание.

Вопреки доводам жалобы адвоката, судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона проверены и оценены все представленные доказательства, в том числе и те, которые приведены адвокатом в жалобе, и которые в их совокупности, позволили суду сделать обоснованный вывод о доказанности вины ФИО1. В этой связи суд правильно исходил из направленности умысла ФИО1, который, согласно его показаниям, был сильно рассержен на Д, нанес ему удар ножом, от которого тому явно стало больно. Указанные обстоятельства, заключение судебно-медицинской экспертизы о характере ранения, свидетельствуют о значительности нанесенного удара. Поэтому суд сделал правильный вывод об умысле ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью Д.

Всем исследованным доказательствам дана надлежащая оценка, приведены мотивы, по которым суд предпочел одни из них и отверг иные. Оснований подвергать сомнению данные выводы суда не имеется.

Собственная оценка адвокатом представленных стороной обвинения доказательств лишь каждого в отдельности, не основана на законе, не подвергает сомнению выводы суда и не свидетельствует о наличии оснований для иной оценки приведенных в приговоре доказательств.

При таких обстоятельствах, доводы, изложенные адвокатом в апелляционной жалобе, основанием к изменению приговора суда либо его отмене, не являются.

При назначении наказания ФИО1, суд исходил из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств, влияния назначенного наказания на его исправление.

Должным образом учтя тяжесть совершенного преступления, данные о личности ФИО1, суд пришел к обоснованному выводу о назначении наказания в виде лишения свободы, на срок, с учетом требований ч.1 ст. 62 УК РФ.

Таким образом, судом должным образом учтены все обстоятельства, влияющие на назначение наказания. В соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ, а также, с учетом разъяснений Верховного Суда РФ в Постановлении Пленума « О судебном приговоре», суд в приговоре мотивировал назначение наказания лишь в виде реального лишения свободы и, невозможности применения положений ст. 64 УК РФ, а также положений ст. 73 УК РФ, что будет соответствовать целям наказания.

Поэтому оснований для признания наказания, назначенного за совершенное преступление, несправедливым, не имеется.

С учетом конкретных обстоятельств дела, вывод суда об отсутствии оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, является обоснованным.

Вид исправительного учреждения, где осужденный должен отбывать назначенное лишение свободы – исправительная колония строгого режима, назначен в соответствии с требованиями п. в ч.1 ст. 58 УК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ :

приговор Усть-Пристанского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного определения и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии вступившего в законную силу судебного решения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Осужденный, содержащийся под стражей, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе, либо в течение трёх суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий Г.Л. Бусаргина

Судьи Л.А.Ведищева

А.И.Маликов

<данные изъяты>