Решение по делу № 2-2801/2025 от 09.04.2025 - о возложении обязанности включить периоды по уходу за детьми в страховой стаж.

2 – 2801/2025

УИД: 41RS0001-01-2025-000604-69

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Петропавловск – Камчатский 09 апреля 2025 года

Петропавловск – Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи С.Н. Васильевой,

при секретаре В.В. Костиной,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Камчатскому краю о возложении обязанности включить периоды по уходу за детьми в страховой стаж,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Камчатскому краю (далее – ОСФР по Камчатскому краю) о возложении обязанности включить периоды по уходу за детьми в страховой стаж. Требования мотивированы тем, что решением пенсионного органа от 18.10.2024 № истцу отказано в назначении страховой пенсии по старости. Из указанного решения усматривается, что на дату обращения у истца имелся страховой стаж в размере 16 лет 01 месяц 12 дней; стаж работы в районах Крайнего Севера 11 лет 07 месяцев 12 дней. По мнению истца, в страховом стаже неправомерно не учтены периоды ухода за детьми с 30.03.1989 по 30.09.1990, с 13.03.1993 по 13.09.1994, с 29.06.2003 по 29.12.2004. Полагая, что включение спорных периодов приведет к назначению пенсии по старости, истец просила обязать пенсионный орган включить указанные периоды по уходу за детьми в страховой стаж.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения извещена надлежащим образом, в иске просила рассмотреть дело в свое отсутствие, обеспечила явку своего представителя (л.д.10,30).

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности (л.д.19) заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Дополнительных пояснений, с учетом представленных ответчиком сведений о добровольном включении спорных периодов ухода за детьми в страховой стаж на момент принятия решения пенсионным органом, не дал, требования не уточнил, от них не отказался, на вопросы суда не ответил и, не проявив активности в отстаивании позиции, покинул зал судебного заседания.

При таких обстоятельствах, поскольку отказа от иска применительно положений ст.ст.39, 173 ГПК РФ заявлено не было, равно как и не поступило однозначных ответов на вопросы суда о поддержании заявленных требований, судом принято решение продолжить рассмотрение дела по первоначально заявленным требованиям.

Участвующая в судебном заседании представитель ОСФР по Камчатскому краю ФИО2, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения заявленных требований. Поддержав позицию, изложенную в своих письменных возражениях на иск (л.д.33), указав, что спорные периоды осуществления ухода за детьми зачтены пенсионным органом в страховой стаж истца, оснований для повторного возложения обязанности по их включению в страховой стаж, как о том заявлено в иске, не имеется в связи с чем, заявленные истцом требования являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь положениями ст.167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца, надлежащим образом извещенной о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав письменные материалы настоящего гражданского дела, материалы пенсионного (выплатного отказного) дела, суд приходит к следующему.

Статьей 39 Конституции Российской Федерации провозглашено, что государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому в соответствии с целями социального государства, закрепленными в ее ст.7 (ч.1), социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ч.1 ст.39), относит определение условий и порядка реализации данного конституционного права, в том числе введение правил исчисления и подтверждения стажа, к компетенции законодателя (ч.2 ст.39).

Реализуя свои полномочия, законодатель принял Федеральный закон от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон «О страховых пенсиях»), устанавливающий основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии.

В соответствии с ч.1 ст.8 Федеральный закон «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) при наличии не менее 15 лет страхового стажа (с учетом положений, предусмотренных приложением 3 к настоящему Федеральному закону) и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (с 01.01.2015 страховая пенсия по старости назначается при наличии величины ИПК не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины ИПК 30).

Порядок и условия сохранения на досрочное назначение страховой пенсии отдельным категориям граждан определены ст.32 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Согласно положениям п.6 ч.1 ст.32 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного ст.8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 28,2 в 2024 году соответственно мужчинам по достижении возраста 60 лет и женщинам по достижении возраста 55 лет (с учетом положений, предусмотренных приложениями 5 и 6 к настоящему Федеральному закону), если они проработали не менее 15 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 20 календарных лет в приравненных к ним местностях и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 и 20 лет.

Гражданам, работавшим как в районах Крайнего Севера, так и в приравненных к ним местностях, страховая пенсия устанавливается за 15 календарных лет работы на Крайнем Севере. При этом каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера. Гражданам, проработавшим в районах Крайнего Севера не менее 7 лет 6 месяцев, страховая пенсия назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, на четыре месяца за каждый полный календарный год работы в этих районах. При работе в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, а также в этих местностях и районах Крайнего Севера каждый календарный год работы в местностях, приравненных к районам Крайнего Севера, считается за девять месяцев работы в районах Крайнего Севера.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО3 07.10.2024 обратилась к ответчику с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости, представив для этого копии свидетельств о рождении своих детей (1989, 1993 и ДД.ММ.ГГГГ г.р.) (л.д.34-40).

18.10.2024 пенсионным органом принято решение № об отказе в установлении пенсии досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п.6 ч.1 ст.32 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» с указанием на то, что на дату подачи заявления у истца имеется страховой стаж 16 лет 01 месяц 12дней, стаж работы в районах Крайнего Севера (РКС) 11 лет 07 месяцев 12 дней, что составляет менее необходимых (20 и 15 лет соответственно) (л.д.43).

Из представленного решения усматривается, что в страховой стаж истца не вошли периоды отпусков без сохранения заработной платы в соответствии с п.1 ст.11 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ с 12.10.2012 по 15.10.2012, с 29.06.2015 по 13.07.2015, с 16.11.2016 по 25.11.2016, с 26.02.207 по 26.02.2017, с 17.05.2020 по 17.05.2020, с 30.07.2021 по 16.08.2021, с 26.03.2024 по 26.03.2024 и период с 23.04.2024 по 06.10.2024 в связи с отсутствием сведений индивидуального (персонифицированного) учета в соответствии с п.2 ст.14 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ.

Истец, не согласившись с указанным решением пенсионного фонда, настаивала, что не учтёнными в страховом стаже остались периоды ухода за детьми с 30.03.1989 по 30.09.1990, с 13.03.1993 по 13.09.1994, с 29.06.2003 по 29.12.2004. По утверждению стороны истца, включение указанных периодов в страховой стаж имело бы существенное значение для назначения Мирумян досрочной страховой пенсии по старости. В обоснование своей позиции представитель истца ссылался на сведения о стаже, содержащиеся в справке, представленной пенсионным органом (л.д.22).

Действительно, согласно ч.1 ст.11 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в ч.1 ст.4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В силу ч.1 ст.12 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены ст.11 настоящего Федерального закона, засчитываются другие периоды, в том числе период прохождения военной службы (п.1), период получения пособия по обязательному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности (п.2), период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности (п.3).

Из положений ч.8 ст.13 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» следует, что при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу этого Федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

Таким образом, из анализа указанных норм следует, период ухода одного из родителей за ребенком до достижения им возраста полутора лет, подлежит включению в страховой стаж, но с ограничением в шесть лет общей продолжительности.

В ходе рассмотрения дела установлено, что истец является матерью троих детей: А.М.С., <данные изъяты> г.р., А.М.С., <данные изъяты> г.р., А.С.С., <данные изъяты> г.р., родившихся в <адрес> (л.д.13-18, 40).

Из представленных суду материалов пенсионного (отказного) дела следует, что спорные периоды ухода истца за детьми с 30.03.1989 по 30.09.1990, с 13.03.1993 по 13.09.1994, с 29.06.2003 по 29.12.2004 уже числятся учтёнными в страховом стаже Мирумян.

Именно с учетом указанных периодов страховой стаж истца составил 16 лет 01 месяц 12 дней, а страж работы в районах Крайнего Севера – 11 лет 07 месяцев 12 дней, что и было отражено в решении ОСФР по Камчатскому краю от 18.10.2024 № (л.д.41).

Согласно предварительным данным расчета стажа (л.д.42), спорные периоды с 30.03.1989 по 30.09.1990 (1 год 6 месяцев 1 день), с 13.03.1993 по 13.09.1994 (1 год 6 месяцев 1 день), с 29.06.2003 по 29.12.2004 (1 год 6 месяцев 1 день) учтены пенсионным органом по виду «уход-дети».

Сведений об обратном стороной истца, в нарушение ст.56 ГПК РФ, представлено не было.

В этой связи, принимая во внимание, что спорные периоды осуществления ухода за детьми учтены пенсионным органом при подсчете страхового стажа истца в добровольном порядке, оснований для повторного возложения обязанности по их включению в страховой стаж, как о том заявлено в иске, не имеется, суд приходит к выводу о том, что заявленные истцом требования о возложении на ответчика обязанности включить периоды по уходу за детьми с 30.03.1989 по 30.09.1990, с 13.03.1993 по 13.09.1994, с 29.06.2003 по 29.12.2004 в страховой стаж являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Прочие ссылки Мирумян в иске о том, что в сфере пенсионного обеспечения применяются, помимо прочего, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации, в том числе, Соглашение о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения, подписанное 13.03.1992 государствами – участниками Содружества Независимых Государств, включая Российскую Федерацию и Республику Армения, которое не ставит право женщины на досрочное пенсионное обеспечение в зависимости от того, на территории какого государства рождены и воспитаны ее дети, при разрешении рассматриваемого спора о включении периодов ухода за детьми в страховой стаж каким-либо образом не влияют, поскольку обстоятельства наличия у истца детей, а равно мест их рождения, стороной ответчика не оспаривались, периоды ухода за ними, как было установлено в суде, учтены пенсионном органом в добровольном порядке, а соответствующие требования, к примеру, об обязании пенсионного органа назначить досрочную страховую пенсию с учетом фактов наличия двоих и более детей, истцом и вовсе заявлено не было.

Вопреки другим, звучавшим в судебном заседании доводам представителя истца о том, что в страховом стаже, возможно, не были учтены периоды обучения, суд считает необходимым отметить, что с учётом данных обстоятельств требования в порядке, предусмотренном ст.39 ГПК РФ, стороной истца уточнены не были, соответствующих пояснений суду также представлено не было.

Фактически представитель истца отказался от предоставления каких-либо пояснений в части исковых требований, оставив заявленные ранее требования без изменений и должного обоснования с учётом новых обстоятельств, установленных в ходе судебного разбирательства (добровольного включения пенсионным органом спорных периодов ухода за детьми в страховой стаж).

Суд же, руководствуясь положениями ч.3 ст.196 ГПК РФ, исходит из принципа диспозитивности гражданского процесса, в связи с чем рассматривает лишь те требования, которые были заявлены истцом, и не вправе выходить за их пределы при разрешении спора.

При таких обстоятельствах, учитывая положения пенсионного законодательства, регулирующие порядок включения периодов в страховой стаж застрахованных лиц, а также представленные пенсионным органом материалы, свидетельствующие об учёте спорных периодов ухода за детьми при определении права на страховую пенсию, суд приходит к выводу о том, что права истца на пенсионное обеспечение не нарушены, в связи с чем основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

В этой связи в удовлетворении заявленных Мирумян требований о возложении на ОСФР по Камчатскому краю обязанности включить периоды по уходу за детьми в страховой стаж с 30.03.1989 по 30.09.1990, с 13.03.1993 по 13.09.1994, с 29.06.2003 по 29.12.2004 суд отказывает полностью.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Камчатскому краю о возложении обязанности включить периоды по уходу за детьми в страховой стаж: с 30.03.1989 по 30.09.1990, с 13.03.1993 по 13.09.1994, с 29.06.2003 по 29.12.2004 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий С.Н. Васильева

Мотивированное решение составлено 15.04.2025

Подлинник подшит в деле

Петропавловск – Камчатского городского суда

Камчатского края № 2-2801/2025