Решение по делу № 02-2182/2022~М-2506/2022 от 26.08.2022 | Таганский районный суд (Город Москва)

Категория дела О признании денежных средств бесхозяйными Гражданское Удовлетворено

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

Заместитель Генерального прокурора РФ обратился в суд с иском в интересах Российской Федерации к ООО «Сенатор Клуб», <ФИО>, <ФИО> об обращении ряда объектов в доход государства, а именно - объектов, расположенных в границах

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

В судебном заседании адвокат <ФИО> пояснил, что <ФИО> Как установлено в ходе судебного разбирательства и следует из материалов дела, Указанный должностной регламент, несмотря на его издание более

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

На основании изложенного суд приходит к выводу, что положения законодательства о противодействии коррупции применимы, в том числе к руководителям государственных учреждений, которые отнесены к юридическим лицам, являющимся

Резолютивная частьитоговое решение суда

Иск удовлетворить.

Суды по аналогичным делам принимают разные решения

Посмотреть все аналогичные дела →

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 августа 2022 года г. Москва

Таганский районный суд г. Москвы

в составе председательствующего судьи Киселёвой Н.А.,

при секретаре фио,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2182/2022 по иску заместителя Генерального прокурора РФ Ткачёва И.В. в интересах Российской Федерации к ООО «Сенатор Клуб» (ОГРН <***>), ФИО1 (паспортные данные), ФИО2 (паспортные данные) об обращении объектов в доход государства,

УСТАНОВИЛ:

Заместитель Генерального прокурора РФ обратился в суд с иском в интересах Российской Федерации к ООО «Сенатор Клуб», ФИО2, ФИО1 об обращении ряда объектов в доход государства, а именно - объектов, расположенных в границах земельного участка с кадастровым номером 50:21:0130104:251:

- 1-этажное строение под размещение КПП (п. 1-1 генерального плана строительства);

- 2-х этажное строение (с мансардой) сблокированное на 9 квартир (п. 1-2 генерального плана строительства);

- 2-х этажное строение (с мансардой) сблокированное на 7 квартир (п. 1-3 генерального плана строительства);

- гараж-стоянка из 16 боксов, 16 машиномест под навесом (п. 1-4 генерального плана строительства);

- спортивная площадка (п. 1-5 генерального плана строительства);

- детская игровая площадка (п. 1-7 генерального плана строительства);

- трансформаторная подстанция (п. 1-8 генерального плана строительства);

- хозяйственно-бытовая канализация (п.1-10 генерального плана строительства);

- 1-этажное строение под размещение КПП (п. 2-1 генерального плана строительства);

- 2-х этажное (с мансардой) сблокированное строение на 6 квартир (п. 2-2 генерального плана строительства);

- 2-х этажное (с мансардой) сблокированное строение на 6 квартир (п. 2-3 генерального плана строительства);

- 2-х этажное (с мансардой) сблокированное строение на 7 квартир (п. 2-4 генерального плана строительства);

- 2-х этажное (с мансардой) сблокированное строение на 7 квартир (п. 2-5 генерального плана строительства);

- 2-х этажное (с мансардой) сблокированное строение на 5 квартир (п. 2-6 генерального плана строительства);

- 2-х этажное (с мансардой) сблокированное строение на 5 квартир (п. 2-7 генерального плана строительства);

- канализационная насосная станция (п.2-10 генерального плана строительства);

- 3-х этажное административное здание (п. 3-1 генерального плана строительства);

- 1-этажное строение под размещение КПП (п. 3-3 генерального плана строительства);

- сблокированное строительства);

строение

на

квартир

(п.

3-4

генерального

плана

- сблокированное строительства);

строение

на

квартир

(п.

3-5

генерального

плана

- сблокированное строительства);

строение

на

квартир

(п.

3-6

генерального

плана

- сблокированное строительства);

строение

на

квартир

(п.

3-7

генерального

плана

- сблокированное строительства);

строение

на

квартир

(п.

3-8

генерального

плана

- трансформаторная подстанция (п. 3-9 генерального плана строительства);

- гараж на 8 машин (4 бокса, 4 машиноместа под навесом) (п. 3-10 генерального плана строительства);

- гараж на 8 машин (4 бокса, 4 машиноместа под навесом) (п. 3-11 генерального плана строительства);

- гараж на 6 машин (3 бокса, 3 машиноместа под навесом) (п. 3-12 генерального плана строительства);

- гараж на 6 машин (3 бокса, 3 машиноместа под навесом) (п. 3-13 генерального плана строительства);

- гараж на 8 машин (4 бокса, 4 машиноместа под навесом) (п. 3-14 генерального плана строительства);

- гараж на 8 машин (4 бокса, 4 машиноместа под навесом) (п. 3-15 генерального плана строительства);

- гараж на 6 машин (3 бокса, 3 машиноместа под навесом) (п. 3-16 генерального плана строительства);

- гараж на 6 машин (3 бокса, 3 машиноместа под навесом) (п. 3-17 генерального плана строительства);

- беседка (п. 3-20 генерального плана строительства);

- спортивная площадка (п. 3-22 генерального плана строительства);

- детская игровая площадка (п. 3-23 генерального плана строительства);

- площадка для выгула собак (п. 3-24 генерального плана строительства);

- 1-этажное строение под размещение КПП (п. 4-1 генерального плана

строительства);

- 2-х этажный жилой дом (п. 4-2 генерального плана строительства);

- 2-х этажный жилой дом (п. 4-3 генерального плана строительства);

- 2-х этажный жилой дом (п. 4-4 генерального плана строительства);

- 2-х этажный жилой дом (п. 4-5 генерального плана строительства);

- 2-х этажный жилой дом (п. 4-6 генерального плана строительства);

- 2-х этажный жилой дом (п. 4-7 генерального плана строительства);

- 2-х этажный жилой дом (п. 4-8 генерального плана строительства);

- 2-х этажный жилой дом (п. 4-9 генерального плана строительства);

- 2-х этажный жилой дом (п. 4-10 генерального плана строительства);

- гараж на 12 машин (6 боксов, 6 машиномест под навесом) (п.4-11

генерального плана строительства);

- гараж на 12 машин (6 боксов, 6 машиномест под навесом) (п.4-12

генерального плана строительства);

- гараж на 6 машин (3 бокса, 3 машиноместа под навесом) (п. 4-13 генерального плана строительства);

- теннисный корт (п. 4-16 генерального плана строительства);

- объекты коммунального обеспечения: водопровод, хозяйственно-бытовая и ливневая канализация, тепловые камеры (УТ-1, УТ-2, УТ-3), электрощит ЩУ с дренажным насосом, газопровод низкого давления, модульно-газовые распределительные подстанции (к.н. ... и ....

В обоснование доводов указано, что ФИО1 и ФИО2, занимая должности на государственной службе, совершили коррупционное правонарушение, выразившееся в использовании своих полномочий в целях обогащения юридического лица, последующего извлечения выгоды от его деятельности и получения в свою пользу недвижимого имущества.

Так, в 2004 году ООО «Рескоровка» (в настоящее время – ООО «Сенатор Клуб») решило приобрести право застройки коттеджным поселком территории ФГУ «Санаторий и Дом отдыха «Десна» Управления делами Президента РФ

(в настоящее время ФГАУ «Оздоровительный комплекс «Десна», далее –

ФГАУ «ОК Десна», Учреждение). Учреждение расположено на земельном участке с кадастровым номером 50:21:0130104:251 площадью 120 га, находящемся в федеральной собственности. Названный участок в соответствии с видом разрешенного использования «под размещение санатория и дома отдыха» относится к землям рекреации, на которых запрещается деятельность, не соответствующая их целевому назначению. С целью обхода правового статуса земли, связанных с ним ограничений

и запретов, ООО «Рескоровка» обратилось в Управление делами Президента РФ и ФГУ «Санаторий и Дом отдыха «Десна» с предложением заключить инвестиционный договор по жилой застройке земельного участка и реконструкции санатория учреждения.

Ответчики ФИО1 и ФИО2, от которых зависели заключение контракта и успешность его реализации, поддержали данную инициативу, обеспечив заключение инвестиционного договора.

Так, ФИО2, являясь руководителем отдела внебюджетных программ финансово-экономического управления, дал положительную оценку эффективности инвестиционного проекта, а затем на заседании соответствующей комиссии Управления делами Президента РФ проголосовал с другими членами за его утверждение. При этом решение такой комиссии принимается только при наличии положительного заключения финансово-экономического управления. ФИО1, реализуя полномочия директора учреждения и действуя во вред его интересам, 03.04.2004 заключил с ООО «Рескоровка» инвестиционный договор № УД-1502д, в рамках исполнения которого юридическое лицо получило часть земельного участка санатория площадью 14,5 га и право строительства на нем комплекса многоквартирных и отдельно стоящих жилых домов общей площадью 16 665,4 кв.м, с последующим передачей

в собственность ООО «Рескорока» 11 953,4 кв.м застройки и 9,2 га земли.

Тем самым ФИО1 и ФИО2 создали условия для вывода

из федерального владения и обращения в пользу ООО «Рескоровка» земельного участка площадью 9,2 га кадастровой стоимостью 286 851 400 рублей, а также

для реализации незаконного коммерческого проекта стоимостью

1,3 млрд. рублей. Взамен на обогащение ООО «Рескоровка» в виде передачи прав

на застройку земельного участка ФИО1 и ФИО2 получили

от коммерческой организации ряд возводимых недвижимых объектов путем

их оформления на своих родственников. В настоящее время на незаконно предоставленных для жилищной застройки землях рекреации указанным юридическим лицом возведены жилые дома с сопутствующей инфраструктурой, которые, по мнению истца, не могут быть введены в хозяйственный оборот и быть легальным предметом гражданско-правовых сделок, поскольку получены коррупционным способом.

Истец полагает, что действия ответчиков образуют собой коррупционный сговор, который по своей природе ничтожен и антисоциален. Он противен основам порядка и нравственности, поскольку его главной целью являлось незаконное обогащение за счет федеральной собственности под видом гражданско-правовых сделок и его прикрытие; утаивание от контролирующих органов нарушений запретов и ограничений, установленных антикоррупционным законодательством; получение дохода от посягающих

на интересы общества действий.

С учетом приведенных доводов и нормативного обоснования истец просит привлечь ООО «Сенатор Клуб», ФИО2 и ФИО1 к гражданско-правовой ответственности, применив к ним положения п.п. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ, и обратить в доход Российской Федерации возведенные объекты как имущество, полученное в результате преодоления антикоррупционных запретов и ограничений.

Представители Генеральной прокуратуры РФ –

фио и фио в судебное заседание явились, исковые требования поддержали, просили суд иск удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «Сенатор Клуб» - адвокат фио

в судебное заседание явилась, иск не признала, просила отказать в его удовлетворении по основаниям, изложенным в письменных возражениях, заявила о пропуске истцом срока исковой давности. Суду пояснила, что инвестиционный договор заключен в установленном законом порядке, подписан уполномоченными лицами – высшим руководством Управления делами Президента РФ, реализован за счет средств инвестора и соинвесторов, сторонами на протяжении срока его реализации не оспаривался. Земельный участок

с кадастровым номером 50:21:0130104:251, предназначенный для реализации инвестиционного договора, не относится к землям особо охраняемых территорий, никогда не выбывал из собственности Российской Федерации, его назначение и вид разрешенного использования, в том числе «блокированная жилая застройка» соответствуют статусу возведенных объектов. Возражала против применения к ООО «Сенатор Клуб» законодательства о противодействии коррупции, а также положений ст. 169 ГК РФ к инвестиционному договору, поскольку он основан на нормах гражданского законодательства. Представила судебные постановления арбитражных судов в обоснование доводов о надлежащем исполнении инвестором своих обязательств, о злоупотреблении правом со стороны Управления делами и бездействии ФГАУ «ОК Десна».

Ответчики ФИО2 и ФИО1, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, направили в суд своих представителей – адвокатов фио и фио соответственно, возражавших против удовлетворения исковых требований

по основаниям, изложенным в письменных возражениях, в том числе по мотивам пропуска истцом срока исковой давности.

В судебном заседании адвокат фио пояснил, что ФИО2

не совершал никаких коррупционных правонарушений, соответствующих доказательств материалы дела не содержат. Действия ФИО2, связанные с заключением инвестиционного договора, соответствовали требованиям законодательства, должностной инструкции, положению о комиссии, а принятое коллегиальное решение исключало какой-либо сговор или иную возможность одного из членов комиссии повлиять на результаты голосования. Все предусмотренные инвестиционным проектом цели были достигнуты

и не противоречили основам правопорядка и нравственности. Стороны никогда не оспаривали законность договора, его отдельные положения. Изъятие имущества у близких родственников ФИО2 невозможно, поскольку оно было приобретено ими самостоятельно за счет собственных денежных средств, полученных законным и добросовестным путем. Истцом избран ненадлежащий способ защиты права. Оснований для применения к спорным правоотношениям положений п.п.8 ч.2 ст.235 ГК РФ, ст. 8.1 Федерального закона от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее – Закон № 273),

ст. 18 Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» (далее – Закон № 230) и обращения имущества в доход государства не имеется.

Адвокат фио поддержал письменные возражения, указав, что гражданско-правовая ответственность в виде взыскания в доход государства имущества, полученного в результате совершения коррупционных правонарушений, не была установлена законодателем до 2012 года, не распространяется на предшествующий период времени и не может быть применена при рассмотрении настоящего дела. Инвестиционный договор основан на действующем законодательстве и волеизъявлении сторон. Земельный участок предоставлен для реализации инвестиционного договора в полном соответствии с нормами гражданского, земельного законодательства, его видом разрешенного использования, уставными целями деятельности, назначением вновь создаваемых объектов. Истцом не доказано наличие в действиях ФИО1 коррупционного правонарушения. Проверка соответствия расходов и доходов ответчика в установленном законом порядке не проводилась. Исковые требования прокурора являются неопределенными: не указан состав и объем требований к каждому из ответчиков, отсутствуют характеристики объектов, не зарегистрировано право собственности на объекты, не установлены фактические владельцы, реальная возможность изъятия и передачи имущества в казну, не произведена оценка его стоимости. Истцом пропущен 10-летний срок исковой давности применительно к оспариванию инвестиционного договора и двух договоров соинвестирования, заключенных между ООО «Рескоровка» и фио

Представители третьего лица ФГАУ «ОК «Десна» - фио и фио в судебное заседание явились, исковые требования поддержали, просили суд удовлетворить их по доводам, изложенным в отзыве. После перерыва фио в судебное заседание не явилась. фио суду пояснил, что доводы представителя ответчика ООО «Сенатор Клуб» об исполнении им обязательств по инвестиционному договору являются несостоятельными. Результат инвестиционной деятельности до настоящего времени не достигнут. Работы выполнены не в полном объеме и ненадлежащего качества. Объекты не пригодны и не предназначены для нужд санатория, не могут быть введены в эксплуатацию по вине ООО «Сенатор Клуб». Несмотря на наличие недостатков, Мосгосстройнадзором было выдано заключение о соответствии объектов требованиям технических регламентов и проектной документации. Вопросами, связанными с его получением, занималась сама генеральный директор ООО «Сенатор Клуб» фио Указанное, по мнению фио, свидетельствует о коррупционном сговоре должностных лиц, выдавших и получивших такое заключение. Также, представитель 3-го лица сообщил, что 19.03.2021 в отношении должностных лиц ООО «Сенатор клуб» и ООО «М.А.-Холдинг» возбуждено уголовное дело по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 7 ст. 159 УК РФ; пояснил, что ответчиками фактически были созданы условия для вывода из федерального владения и незаконного обращения в пользу частных лиц земельного участка рекреационного назначения. При этом отметил, что на сегодняшний день сложилась единообразная практика по искам третьих лиц, привлечённых в качестве соинвесторов ООО «Сенатор клуб» и ООО «М.А.-Холдинг», о признании права собственности на инвестиционные объекты, по которым судами учитывается целевое назначение земельного участка, не предполагающее размещение на нем каких-либо объектов жилой застройки, в связи с чем истцам отказано в удовлетворении исковых требований. В подтверждение вышеизложенных доводов представил судебные акты Девятого арбитражного апелляционного суда, Московского городского суда и Второго кассационного суда общей юрисдикции.

Представитель третьего лица Управление делами Президента Российской Федерации – фио в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала, просила суд удовлетворить их по доводам, изложенным в письменных объяснениях. Суду пояснила, что ФИО2 являлся сотрудником Управления делами Президента Российской Федерации, в 2002-2009 годах занимал должность начальника отдела внебюджетных программ финансово-экономического управления. Доказательствами коррупционного поведения ФИО1 и ФИО2, по мнению фио, является совокупность следующих документов и действий ответчиков: концепция художественного решения, которую разработало ООО «Рескор-Недвижимость», согласовало ООО «Сенатор Клуб» и лично ФИО1; контрольная карточка по рассмотрению Управлением делами обращения фио (учредитель ООО «Сенатор Клуб») по вопросам инвестирования ФГАУ «ОК «Десна», из которой следует, что проект не представлял интереса для Управления делами; приказ о создании комиссии от 01.08.2003 № 162, который подготовил фио – заместитель

ФИО2 (названным приказом ответчик включен в состав комиссии по рассмотрению инвестиционных проектов наряду с начальниками управлений); протокол заседания комиссии от 12.03.2004 № 1 с участием ФИО2 об утверждении инвестиционного проекта, из которого следует, что рассмотрение, анализ и оценка его эффективности проведены финансово-экономическим управлением, сотрудником которого являлся ФИО2; карточка регистрации договоров и контрактов, согласно которой инвестиционный договор подготовлен фио – подчиненным сотрудником ФИО2 Также фио указала, что инициатором инвестиционного проекта являлся отдел внебюджетных программ финансово-экономического управления, им же были подготовлены материалы на комиссию (документы, эскизные проекты и т.п.). Обратила внимание суда на то, что иные лица, подписавшие (согласовавшие) протокол заседания комиссии и инвестиционный договор, прав на получение в собственность квартир не приобрели. При этом отметила, что объекты недвижимости приобретены фио и ФИО3 по заниженной стоимости.

Явившиеся третьи лица из числа соинвесторов и их представители суду пояснили, что решение об утверждении инвестиционного проекта и заключении договора принималось коллегиально, что исключало коррупционный сговор. Распоряжение земельным участком в целях осуществления застройки осуществлялось исключительно

с согласия Управделами. Доказательств использования земельного участка

не по целевому назначению, а также выбытия его из собственности Российской Федерации истцом не представлено. Указанный участок относится к категории «земли населенных пунктов». С 20.05.2016 имеет 5 видов разрешенного использования, в том числе «блокированная жилая застройка», что позволяет возводить на нем и эксплуатировать жилые дома. Указание в выписке из ЕГРН одного вида разрешенного использования «под размещение санатория и дома отдыха» из числа остальных, не свидетельствует об отнесении этого участка к землям особо охраняемых территорий, в том числе рекреационного назначения. Более того, в соответствии с п. 6.2.11 Инвестиционного договора именно Управление делами Президента РФ обязалось получить все необходимые разрешения в соответствии с законодательством РФ для использования земли под строительство жилых помещений и передать участок земли на период строительства инвестору под цели, определенные договором. Управделами Президента РФ уклоняется от обязанности по подаче в Росреестр заявления

об уточнении (актуализации) содержащихся в ЕГРН сведений об установленных для спорного земельного участка видах разрешенного использования,

в частности, такого вида как размещение жилых домов блокированной застройки. В свою очередь ФГАУ «ОК «Десна» уклоняется от совершения действий, связанных с получением разрешения на ввод объектов в эксплуатацию. Также указали, что спорные объекты не введены в эксплуатацию и в гражданский оборот, доказательств получения их ответчиками материалы дела не содержат, в связи с чем в силу ст. ст. 167, 169 ГК РФ они не могут быть предметом обращения в доход государства. В случае же их изъятия будут нарушены имущественные права добросовестных соинвесторов, которые исполнили свои обязательства по договору надлежащим образом. Полагали невозможным применение положений п.п. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ, ст. 8.1 Федерального закона 273-ФЗ, ст. 17 Федерального закона 230-ФЗ при рассмотрении настоящего дела. Указали, что прокурором не представлены доказательства аффилированности, взаимосвязанности ответчиков, в том числе конкретных обстоятельств «неформальных отношений» между ООО «Сенатор Клуб», ФИО2 и ФИО1, а также надлежащие средства доказывания коррупционного поведения последних.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, оценив совокупность собранных по делу доказательств, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1 Конституции РФ и ст. 3 Федерального закона

от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» (далее – Закон № 273) Российская Федерация является правовым государством, которое относит коррупцию к числу нетерпимых явлений, признает незаконными все формы ее проявления, на основании принципа неотвратимости преследует и привлекает каждого к ответственности за совершение коррупционных правонарушений.

С целью обеспечения системного противодействия коррупции и незаконному обогащению, верховенства закона, демократии и прав человека, равенства и социальной справедливости, Российской Федерацией ратифицированы Конвенция ООН против коррупции, принятая 31.10.2003 Резолюцией 58/4 Генеральной Ассамблеи ООН, Конвенция об уголовной ответственности за коррупцию, принятая 27.01.1999 в Страсбурге, а также принят и введен в действие Закон № 273, которым установлены основные принципы противодействия коррупции, правовые и организационные основы предупреждения коррупции и борьбы с ней, меры по минимизации и ликвидации последствий коррупционных правонарушений.

При этом под самой коррупцией, как определил законодатель, понимаются действия по злоупотреблению служебным положением, дача взятки, получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства в целях получения выгоды в виде имущества или услуг имущественного характера для себя, третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды указанному лицу другими физическими лицами, в том числе совершение этих деяний от имени или

в интересах юридического лица (ст. 1 Закона № 273).

В силу ст. 3 Федерального закона № 273, противодействие коррупции в Российской Федерации основывается на принципе неотвратимости ответственности за совершение коррупционных правонарушений.

Требования антикоррупционного законодательства распространяются

на всех физических и юридических лиц, институты гражданского общества,

в том числе на государственные учреждения, являющиеся некоммерческими организациями, их руководителей, которые должны противодействовать коррупции в своей деятельности, заниматься профилактикой ее проявлений, обеспечивать добросовестность работы возглавляемых организаций, предотвращать возникновение конфликта интересов (ст.ст. 13, 13.3, 14 Закона №273). Они не вправе допускать незаконное использование своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства, действовать в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуг имущественного характера, иных имущественных прав для себя или для третьих лиц либо незаконное предоставление такой выгоды другими лицам (ст. 1 Закона № 273).

Правовое положение государственных учреждений определяется Гражданским кодексом РФ, Федеральными законами «О некоммерческих организациях» от 12.01.1996 № 7-ФЗ (далее – Закон № 7), от 03.11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях» (далее – Закон № 174), в которых определены права и обязанности государственного учреждения как юридического лица и основания их ограничения, цели деятельности и обязательные к соблюдению требования, в том числе по распоряжению предоставленным ему имуществом.

Государственные учреждения – некоммерческие организации, которые создаются и действуют для выполнения работ, оказания услуг в целях обеспечения реализации предусмотренных законодательством полномочий органов государственной власти, органов публичной власти федеральной территории или органов местного самоуправления в сферах науки, образования, здравоохранения, культуры, социальной защиты, занятости населения, физической культуры и спорта, а также в иных сферах.

Данные ограничения направлены на обеспечение законности и правомерности деятельности учреждений, достижения поставленных перед ними целей.

Руководители учреждений обязаны соблюдать интересы возглавляемых организаций, прежде всего в отношении целей ее деятельности, и не должны использовать их возможности или допускать их использование в иных целях, помимо предусмотренных учредительными документами. Также как и государственные служащие (ст.ст.1, 10 Закона №273, ст.11 Федерального закона от 31.07.1995 №119-ФЗ «Об основах государственной службы Российской Федерации»), они не вправе действовать вопреки интересам учреждений и вступать в конфликт интересов при осуществлении своих обязанностей (п. 2 ст. 7 Закона № 7).

Конфликт интересов, согласно ст. 27 Закона № 7, образуется, когда заинтересованные организации или граждане владеют имуществом, которое полностью или частично образовано некоммерческой организацией, или могут извлекать выгоду из пользования, распоряжения ее имуществом. В этих случаях заинтересованные лица обязаны соблюдать интересы некоммерческой организации, прежде всего в отношении целей ее деятельности, и не должны использовать возможности некоммерческой организации или допускать их использование в иных целях, помимо предусмотренных учредительными документами.

За совершение коррупционных правонарушений предусмотрена ответственность физических и юридических лиц. Они несут уголовную, административную, гражданско-правовую и дисциплинарную ответственность в соответствии с законодательством (ст.ст. 13 и 14 Закона №273). В качестве гражданско-правовых последствий коррупционного поведения ст. 235 ГК РФ предусмотрена возможность принудительного изъятия судом у собственника имущества, когда им не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения законным путем.

Из указанной нормы следует, что имущество, полученное вследствие нарушения установленных антикоррупционным законодательством запретов и ограничений, подлежит обращению исключительно в доход Российской Федерации и не может являться легальным объектом гражданского оборота, законным средством платежа и погашения обязательств перед кредиторами, а также предметом сделок и находиться у кого-либо на законных основаниях.

Изъятие такого имущества призвано выступать в качестве неблагоприятного последствия получения доходов от коррупционной деятельности и указывать на бессмысленность приобретения имущества на незаконные доходы и бесперспективность коррупционного поведения (п. 4.1 Постановления Конституционного Суда РФ от 29.11.2016 № 26-П).

Аналогичный правовой режим установлен международным правом, которое в силу ст. 7 ГК РФ и ч. 4 ст. 15 Конституции РФ является составной частью правовой системы Российской Федерации.

Так, согласно ст. 12 Конвенции ООН против коррупции каждое государство принимает меры по предупреждению коррупции не только в публичном, но и в частном секторе, усиливает стандарты бухгалтерского учета и аудита, устанавливает эффективные, соразмерные и оказывающие сдерживающее воздействие гражданско-правовые, административные или уголовные санкции за несоблюдение антикоррупционных мер, в том числе уголовных либо неуголовных санкций, включая денежные.

При ратификации названной Конвенции ООН государства урегулировали вопрос о последствиях коррупции и определили ее в качестве фактора для аннулирования или расторжения контрактов, признания их недействительными и не имеющими силы.

Более того, государства обязались с целью устранения последствий коррупционных правонарушений конфисковывать незаконно полученные деньги, ценности и иное имущество (п. 4.8 Рекомендаций по совершенствованию законодательства государств-участников СНГ в сфере противодействия коррупции, принятых на 38-ом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств-участников СНГ). Органам государственной власти предписано обеспечивать меры для конфискации и лишения доходов в результате случаев коррупции (Резолюция Комитета министров Совета Европы № (97) 24 от 06.11.1997).

Таким образом, на основании норм национального и международного права Российская Федерация приняла все необходимые правовые меры по противодействию коррупции, в том числе направленные на предупреждение незаконного обогащения, устранение последствий коррупционных правонарушений и результатов их легализации.

Совокупность вышеприведенного нормативного регулирования рассматриваемой сферы правоотношений является достаточной для понимания того, что коррупционно нажитое имущество изымается из оборота, а преодоление этого установления и всякие операции с ним относятся к числу недопустимых, оцениваются как легализация и преследуются по закону. Статьёй 10 ГК РФ запрещено действовать в обход закона и преследовать противоправные цели. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из недобросовестного поведения. Сделки с коррупционным имуществом ничтожны, поскольку они противоречат основам правопорядка и нравственности. Применяемые к ним последствия определены ст. 169 ГК РФ, которая предусматривает обращение в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке, то есть позволяет достичь результата, установленного пп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ.

Противодействовать коррупции в России и эффективно бороться с ней обязаны все федеральные и региональные органы государственной власти, местного самоуправления, а также институты гражданского общества, организации и физические лица. Они уполномочены принимать меры по предупреждению и борьбе с коррупцией (ст. 1 и 5 Закона № 273).

Генеральный прокурор Российской Федерации и подчиненные ему прокуроры в соответствии с ч. 6 ст. 5 Закона № 273 обязаны координировать деятельность правоохранительных органов по борьбе с коррупцией и реализовывать иные полномочия в области противодействия коррупции, установленные федеральными законами.

Указом Президента Российской Федерации от 18.12.2008 №1800 Генеральная прокуратура Российской Федерации определена центральным органом Российской Федерации, ответственным за противодействие коррупции.

Согласно Закону № 273, по обстоятельствам коррупционных правонарушений органы прокуратуры осуществляют собственную проверку и принимают самостоятельное решение о направлении в суд заявления об обращении в доход Российской Федерации имущества, полученного вследствие коррупционного правонарушения.

Поскольку коррупционные правонарушения, как следует из ст. 1 Закона № 273, посягают на интересы общества и государства, то защиту последних

в сфере гражданских и иных правоотношений в соответствии со ст. 45 ГПК РФ, уполномочен осуществлять прокурор.

В соответствии со ст. 35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1

«О прокуратуре Российской Федерации» прокурор вправе обратиться в суд

с заявлением или вступить в дело на любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства, в том числе Российской Федерации.

Названными способами, как отмечает Конституционный Суд РФ (Постановление от 29.11.2016 № 26-П), государством осуществляется контроль за имущественным положением представителей власти, призванный повысить эффективность противодействия коррупции и предотвратить риски, связанные с неправомерным влиянием на государственных служащих, и тем самым – с возможностью сращивания публичной власти и бизнеса.

Как установлено в ходе судебного разбирательства и следует из материалов дела,

ФГУ «Объединенный санаторий и дом отдыха «Десна» Управления делами Президента Российской Федерации (в настоящее время – ФГАУ «Оздоровительный комплекс «Десна») создано в связи с реорганизацией государственного многопрофильного лечебно-профилактического учреждения «Санаторий и дом отдыха «Десна» Управления делами Президента Российской Федерации путем присоединения к нему федерального государственного оздоровительного учреждения Дом отдыха «Воскресенское» Управления делами Президента Российской Федерации, что подтверждается приказом Управления делами Президента Российской Федерации от 23.05.2003 № 109.

Учреждение находится в ведении Управления делами Президента Российской Федерации.

Приказами Управления делами Президента Российской Федерации

от 23.05.2003 №109, от 31.05.2011 №304, от 27.12.2013 №624, от 16.05.2017

№185, от 19.05.2021 №186 утверждены уставы учреждения.

Согласно уставу (в ред. от 23.05.2003), действующему на момент возникновения спорных правоотношений, основной целью деятельности учреждения является своевременное и качественное предоставление услуг по санаторно-курортному лечению, оздоровлению, активному отдыху и проведению спортивно-оздоровительных мероприятий с использованием природных и климатических факторов.

Аналогичные цели закреплены в последующих редакциях уставов

ФГАУ «Оздоровительный комплекс «Десна».

Изложенное подтверждает доводы истца о том, что учреждение предназначено для медицинской реабилитации и санаторно-курортного лечения граждан, его деятельность направлена на охрану и укрепление здоровья населения.

Согласно названным уставам имущество учреждения находится в собственности Российской Федерации и принадлежит ему на праве оперативного управления. Земельные участки предоставляются учреждению для обеспечения деятельности Управления делами Президента Российской Федерации и находятся у учреждения на праве постоянного (бессрочного) пользования в соответствии с земельным законодательством.

Учреждение возглавляет генеральный директор, который назначается

на должность Управлением делами в соответствии с трудовым договором и трудовым законодательством. Права и обязанности генерального директора,

а также основания для расторжения трудового договора с ним устанавливаются трудовым договором. Генеральный директор учреждения является единоличным исполнительным органом учреждения, действует по принципу единоначалия и несет персональную ответственность за последствия своих виновных действий в соответствии с законодательством Российской Федерации, уставом и заключенным с ним трудовым договором.

Приказом от 28.12.1999 №532 генеральным директором Государственного многопрофильного лечебно-профилактического учреждения «Санаторий и дом отдыха «Десна» назначен ФИО1

В связи с реорганизацией учреждения 23.05.2003 ФИО1 назначен генеральным директором федерального государственного учреждения «Объединенный санаторий и дом отдыха «Десна» Управления делами Президента Российской Федерации.

Факт трудовых отношений ФИО1 с учреждением в должности генерального директора подтверждается представленными в материалы гражданского дела копиями приказов о назначении и освобождении от должности от 28.12.1999 № 532, от 23.05.2003 109, от 22.12.2009 № 659лс, от 04.02.2013 № 51лс, а также трудовым договором от 28.10.2002.

В соответствии с названным трудовым договором, ФИО1 осуществляет руководство учреждением, выполняет функции единоличного исполнительного органа учреждения, действует на основе единоначалия. Руководитель распоряжается имуществом учреждения в порядке и пределах, установленных законодательством Российской Федерации, Уставом учреждения, исключительно с согласия Управления делами (п. 3.3.2 трудового договора); обязан при исполнении своих должностных обязанностей руководствоваться законодательством Российской Федерации, локальными нормативными актами и решениями Работодателя, Уставом учреждения и настоящим трудовым договором (п. 4.1.1. трудового договора); обязуется добросовестно и разумно руководить учреждением (п. 4.1.2 трудового договора); обеспечивать использование имущества учреждения, в том числе недвижимого, по целевому назначению в соответствии с видами деятельности учреждения, определенными уставом (п. 4.1.11 трудового договора).

В связи с нахождением ФИО1 в указанной должности

ему надлежало действовать исключительно в интересах учреждения, соответственно, на него распространялись запреты и ограничения, предусмотренные Федеральными законами «О некоммерческих организациях» от 12.01.1996 № 7-ФЗ, 03.11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях», от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции».

В частности, руководители учреждений обязаны соблюдать интересы возглавляемых организаций, прежде всего в отношении целей ее деятельности, и не должны использовать их возможности или допускать их использование в иных целях, помимо предусмотренных учредительными документами, и не вправе действовать вопреки интересам учреждений и вступать в конфликт интересов при осуществлении своих обязанностей (п. 2 ст. 27 Закона №7).

При этом, статьей 10 ФЗ «О противодействии коррупции» установлено, что должностные лица обязаны не допускать возникновения личной заинтересованности при исполнении своих полномочий, которая приводит к конфликту интересов, а также принимать меры по предотвращению или урегулированию такого конфликта.

Также установлено, что приказом Управления делами Президента Российской Федерации от 03.12.2002 №502лс ФИО2 назначен на государственную должность начальника отдела внебюджетных программ финансово-экономического управления Управления делами Президента Российской Федерации.

Приказом от 12.05.2009 №263лс ФИО2 освобожден от занимаемой должности начальника отдела внебюджетных программ финансово-экономического управления в порядке перевода в аппарат полномочного представителя Президента Российской Федерации в Центральном федеральном округе.

Факт трудовых отношений ФИО2 в должности начальника отдела внебюджетных программ финансово-экономического управления Управления делами Президента Российской Федерации подтверждается вышеназванными приказами, трудовым договором, а также должностным регламентом.

Согласно трудовому договору, ФИО2 был обязан обеспечивать

при исполнении должностных обязанностей соблюдение Конституции РФ и исполнение федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации; добросовестно исполнять должностные обязанности; соблюдать ограничения, связанные с государственной службой, установленные законодательством Российской Федерации (п. 3.2. трудового договора).

В соответствии с должностным регламентом, утвержденным 12.04.2007 начальником финансово-экономического управления Управделами, ФИО2 должен знать законодательство, нормативные акты и служебные документы, регулирующие сферу деятельности применительно к исполнению конкретных должностных обязанностей (п. 2.2. должностного регламента); участвовал в работе с инвестиционными предложениями структурных подразделений Управления делами и подведомственных Управлению делами организаций (п. 3.2. должностного регламента); руководил деятельностью отдела и нес персональную ответственность за выполнение задач и осуществление функций, возложенных на отдел (п. 4.1. должностного регламента); организовывал работу по рассмотрению инвестиционных предложений структурных подразделений Управления делами и подведомственных Управлению делами организаций, поступающих в отдел внебюджетных программ (п. 4.8. должностного регламента); выполнял иные функции.

Указанный должностной регламент, несмотря на его издание более поздней датой по отношению ко времени заключения инвестиционного договора, полномочия ФИО2 как начальника отдела внебюджетных программ финансово-экономического управления не изменил, а только их упорядочил, что подтвердила в судебном заседании представитель Управления делами Президента Российской Федерации – фио

и следует из совокупности организационно-распорядительных документов, в том числе находящихся в общем доступе Положений об Управлении делами Президента Российской Федерации, утвержденных Указами Президента Российской Федерации от 07.08.2000 № 1444 и 17.09.2008 № 1370.

Таким образом, в период с 2002 года по 2009 год ФИО2 проходил государственную службу в Управлении делами Президента Российской Федерации. В связи с занимаемым служебным положением, он, также как и ответчик ФИО1, обязан был соблюдать требования законодательства о противодействии коррупции и не допускать нарушения установленных запретов и ограничений, предусмотренных Федерального закона от 31.07.1995 № 119-ФЗ «Об основах государственной службы Российской Федерации», от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации».

Как следует из ст.ст. 11, 12 Закона «Об основах государственной службы Российской Федерации», государственные служащие не вправе действовать вопреки интересам службы и вступать в конфликт интересов при осуществлении своих обязанностей.

Согласно ч.1 ст.17 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» государственному гражданскому служащему запрещается: участвовать на платной основе в деятельности органа управления коммерческой организацией; осуществлять предпринимательскую деятельность; получать в связи с исполнением должностных обязанностей вознаграждения от физических и юридических лиц (подарки, денежное вознаграждение, ссуды, услуги, оплату развлечений, отдыха, транспортных расходов и иные вознаграждения).

Пунктами 5 и 7 ч.1 ст.18 указанного закона предусмотрено, что государственный служащий обязан не совершать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению должностных обязанностей.

Одновременно с этим, статьей 19 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» введено понятие конфликта интересов на гражданской службе, выработаны порядок и алгоритм действий при его возникновении.

В ходе рассмотрения дела установлено, что ФГУ «Санаторий и Дом отдыха «Десна» расположен на земельном участке с кадастровым номером 50:21:0130104:251 площадью 120 га, находящемся в федеральной собственности и принадлежащем на праве постоянного (бессрочного) пользования ФГАУ «Оздоровительный комплекс «Десна».

Согласно представленным в материалы гражданского дела копиям свидетельств о государственной регистрации права от 07.10.2003, 28.09.2006, 13.06.2006, 08.10.2013, выписке из ЕГРН, общедоступным сведениям публичной кадастровой карты г. Москвы на официальном сайте Росреестра в сети «Интернет» указанный земельный участок относится к категории земель населенных пунктов и имеет вид разрешенного использования – «под размещение санатория и дома отдыха».

Сведений об изменении вида разрешенного использования земельного участка «под размещение санатория и дома отдыха» или его части на строительство жилых помещений, в том числе «под блокированную жилую застройку» материалы дела не содержат.

В силу п.5 ч.1 ст.1 ЗК РФ к базовым принципам земельного законодательства Российской Федерации относится принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Деление земель по целевому назначению на категории, согласно которому правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к определенной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий и требованиями законодательства, является одним из основных принципов земельного законодательства (п.п 8 п. 1 ст. 1 ЗК РФ).

Земли в Российской Федерации подразделены по целевому назначению

на следующие категории: 1) земли сельскохозяйственного назначения; 2) земли населенных пунктов; 3) земли промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, земли для обеспечения космической деятельности, земли обороны, безопасности и земли иного специального назначения; 4) земли особо охраняемых территорий и объектов; 5) земли лесного фонда; 6) земли водного фонда; 7) земли запаса. Указанные земли используются в соответствии с установленным для них целевым назначением. Правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к той или иной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий, общие принципы и порядок проведения которого устанавливаются федеральными законами и требованиями специальных федеральных законов (ст. 7 ЗК РФ).

В соответствии с п.3 ч. 2 ст. 94 ЗК РФ к землям особо охраняемых территорий относятся земли рекреационного значения.

Согласно ч.1 ст.98 ЗК РФ к землям рекреационного назначения относятся земли, предназначенные и используемые для организации отдыха, туризма, физкультурно-оздоровительной и спортивной деятельности граждан. В состав земель рекреационногоназначения входят земельные участки,

на которых находятся дома отдыха, пансионаты, кемпинги, объекты физической культуры и спорта, туристические базы, стационарные и палаточные туристско-оздоровительные лагеря, детские туристические станции, туристские парки, учебно-туристические тропы, трассы, детские и спортивные лагеря, другие аналогичные объекты (ч. 2 ст. 98 ЗК РФ).

На землях рекреационного назначения запрещается деятельность,

не соответствующая их целевому назначению (ч. 5 ст. 98 ЗК РФ).

Таким образом, вопреки возражениям ответчиков, суд соглашается с доводами истца о том, что земельный участок с кадастровым номером 50:21:0130104:251 в силу

ст.ст. 94, 98 ЗК РФ относится к землям особо охраняемых территорий (землям рекреационного назначения) и на нем запрещается деятельность, не соответствующая его целевому назначению.

Однако, как указано в исковом заявлении, несмотря на правовой статус земельного участка и связанные с ним ограничения и запреты, ФИО2 и ФИО1, обладая соответствующими полномочиями, создали условия для заключения с ООО «Рескоровка» инвестиционного договора, его незаконной реализации и вывода земельного участка из владения Российской Федерации.

Указанные обстоятельства нашли свое объективное подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Так, из материалов гражданского дела, в том числе личных дел

ФИО1, ФИО2, его подчиненных сотрудников - фио, фио, фио, их должностных обязанностей, а также ведомственной переписки следует, что ФИО2 в 2002-2009 г.г. занимал государственную должность начальника отдела внебюджетных программ финансово-экономического управления в Управления делами Президента Российской Федерации.

В соответствии с должностным регламентом ФИО2 участвовал в работе с инвестиционными предложениями структурных подразделений Управделами и подведомственных организаций, организовывал их рассмотрение и нес персональную ответственность за выполнение этих задач и осуществление возложенных на возглавляемый им отдел функций (п.п. 3.2., 4.1., 4.8. должностного регламента).

Приказом от 01.08.2003 №162 создана комиссия Управления делами Президента Российской Федерации по рассмотрению инвестиционных проектов.

Им же утверждены Порядок подготовки, рассмотрения и реализации инвестиционных проектов (далее – Порядок) и Положение о комиссии.

Согласно названному приказу ФИО2 наряду с начальниками управлений, в том числе финансово-экономического управления, был включен в состав комиссии по рассмотрению инвестиционных проектов.

При этом, как указала представитель Управления делами Президента РФ фио, данный приказ был подготовлен фио – заместителем начальника отдела внебюджетных программ, начальником которого являлся ФИО2

Положением о комиссии предусмотрено, что инициаторами таких проектов являются заинтересованные в их реализации структурное подразделение Управления делами или подведомственная организация (п. 1.2. Положения о комиссии).

Из пояснений представителя Управления делами Президента РФ

фио следует, что инициатором инвестиционного проекта являлся отдел ФИО2 Он же подготовил материалы на комиссию, что предусмотрено п.п. 4.1., 5.1. Порядка.

Согласно п.п. 5, 6 Порядка, такие проекты рассматриваются только при положительном заключении финансово-экономического управления, в состав которого входил отдел ФИО2 Протоколом заседания комиссии от 12.03.2004 № 1 с участием

ФИО2 утвержден инвестиционный проект по строительству коттеджей семейного типа на территории ФГУ «Санаторий и дом отдыха «Десна» Управления делами Президента Российской Федерации, а также инвестор – ООО «Рескоровка».

При этом, как следует из Протокола комиссии, рассмотрение, анализ и оценку его эффективности проводило финансово-экономическое управление, сотрудником которого являлся ФИО2

Согласно результатам расчета эффективности инвестиционного проекта от 12.03.2004, площадь земельного участка, выделенного под застройку, составляет 14,5 га, общая площадь инвестиционного объекта - 16 665,4 кв.м, из них доля инвестора – 11 953,4 кв.м.

Итогом указанных последовательных действий стал инвестиционный договор по строительству коттеджей на земельном участке, не предназначенном для этих целей.

Из предоставленной Управлением делами карточки регистрации договоров и контрактов и пояснений представителя фио следует, что данный договор готовил фио, являвшийся непосредственным подчиненным ФИО2

При этом, как установлено в судебном заседании, ФИО2 проигнорировал, что ранее Управлением делами рассматривалось обращение фио (ранее - генеральный директор ООО «Корпорация «Рескор», в настоящее время – учредитель ООО «Сенатор Клуб»), с подобным инвестиционным проектом. По результатам его рассмотрения начальником Управления лечебно-оздоровительных Управления делами фио

в марте 2003 года доложено первому заместителю Управления делами Президента Кокунову о том, что проект не представляет интереса для Управления делами и в удовлетворении заявления фио отказано.

Данные обстоятельства подтверждаются представленной Управделами контрольной карточкой вх. № УД-3696 от 16.10.2002 по рассмотрению обращения фио

Таким образом, вопреки возражениям ответчиков, третьих лиц (соинвесторов) и их представителей, суд приходит к выводу, что действия ФИО2, связанные с заключением инвестиционного договора, предусматривающего выбытие земельного участка из собственности государства, не соответствовали требованиям законодательства, трудовому договору и способствовали принятому решению.

Согласно вышеуказанным приказам Управделами ФИО1

на тот период времени занимал должность генерального директора Государственного многопрофильного лечебно-профилактического учреждения «Санаторий и дом отдыха «Десна», переименованного затем в федеральное государственное учреждение «Объединенный санаторий и дом отдыха «Десна» Управделами Президента, а в последующем – ФГАУ «ОК Десна».

В соответствии с уставом ФГАУ «ОК Десна», а также заключенным трудовым договором, ФИО1 был обязан добросовестно и разумно руководить учреждением, использовать вверенное ему имущество только по целевому назначению в соответствии с видами деятельности санатория, а также не допускать совершение сделок, возможными последствиями которых является отчуждение или обременение имущества, закрепленного за учреждением.

Однако, как установлено судом, ФИО1, игнорируя требования устава, трудового договора, законодательства о некоммерческих организациях

и об автономных учреждениях, обязывающих его добросовестно выполнять возложенные на него обязанности, соблюдать интересы Учреждения, прежде всего в отношении цели его деятельности, заключил с ООО «Рескоровка» инвестиционный договор № УД-1502д от 03.04.2004.

В статье 1 указанного договора приведены применяемые в нем термины и их толкование, в том числе в пункте 1.20 договора предусмотрено использование термина «земля» для земель под размещение санатория, общая площадь

1200000 кв.м., кадастровый номер 50-21-4-4ю, находящийся по адресу: Ленинский р-н. Воскресенский с.о., ГМЛПУ «Санаторий и д/о «Десна», уч. 4.

В соответствии с п. 2.2 договора, в рамках реализации инвестиционного проекта инвестор обязуется осуществить вложение собственных и/или привлеченных денежных средств в строительство жилых домов общей площадью 16665,4 кв.м., открытой автостоянки на 200 машино-мест и закрытого теннисного корта, осуществить меблировку жилых помещений доли распорядителя/учреждения, а также направить денежные средства на капитальный ремонт и меблировку номерного фонда главного корпуса санатория учреждения, разработать технико-экономическое обоснование инвестиционного проекта, предпроектную и проектную документацию, согласовать ее в установленном законом порядке.

Согласно п. 3.1 договора распределение результатов Инвестиционной деятельности между сторонами производится в следующем порядке: в собственность Распорядителя/Учреждения передаются 4-5 квартирные жилые дома, обшей площадью 4712 кв.м., 60 машиномест, теннисный корт и детская площадка, осуществляется капитальный ремонт жилого фонда главного корпуса, меблировка, благоустройство территории; в собственность Инвестора передается 11953,4 кв.м. общей площади жилых объектов, 140 машиномест на открытой автостоянке.

Пунктом 3.6 договора предусмотрено, что при переходе права собственности на объекты, построенные в рамках реализации инвестиционного проекта, собственник приобретает право на использование части земельного участка в соответствии со статьей 35 Земельного кодекса РФ.

Таким образом, суд приходит к выводу, что при заключении договора

с ООО «Рескоровка» ответчики создали условия для вывода из владения государства и незаконного обращения в пользу коммерческой организации земельного участка рекреационного назначения, на котором строительство объектов несанаторного назначения в соответствии со ст. 94, ч. 5 ст. 98 ЗК РФ запрещено.

В рамках исполнения инвестиционного договора юридическое лицо получило часть земельного участка санатория площадью 14,5 га и право строительства на нем комплекса многоквартирных и отдельно стоящих жилых домов общей площадью 16 665,4 кв.м, с последующим передачей в собственность ООО «Рескорока» 11 953,4 кв.м застройки и 9,2 га земли.

Указанное подтверждается инвестиционным договором №УД-1502д

от 03.04.2004, предварительным протоколом распределения долей от 31.08.2004, а также заключенным впоследствии дополнительным соглашением № 1 от 31.08.2004 к договору.

Данные действия названных лиц суд расценивает как коррупционные, поскольку таковые действия совершены к выгоде этих лиц, их близких родственников и подконтрольной им коммерческой организации, во вред интересам Учреждения и государства, противоречат требованиям Федеральных законов «О некоммерческих организациях» от 12.01.1996 №7-ФЗ, от 03.11.2006 №174-ФЗ «Об автономных учреждениях» и от 25.12.2008 №273-ФЗ

«О противодействии коррупции».

Более того, анализом представленных учредительных документов, выписок из ЕГРЮЛ, а также общедоступных сведений установлено, что ЗАО «Рескоровка» и ООО «Сенатор Клуб» аффилированы с фио, являющимся зятем ФИО1, что их представители в судебном заседании не отрицали.

Согласно протоколу учредительного собрания № 1 от 22.05.2003, договору о создании от 22.05.2003, фио вместе с ООО «Корпорация «Рескор» в лице генерального директора фио учредили ЗАО «Рескоровка», избрав его директором фио

В соответствии с протоколом общего собрания №1 от 28.08.2002, учредительным договором участниками ООО «Рескоровка» выступили ООО «Корпорация «Рескор» в лице генерального директора фио и ООО «Дельта МСК» в лице генерального директора фио

При этом одним из учредителей ООО «Дельта МСК» была фио, она же является дочерью ФИО1 и супругой

фио, брак с которым зарегистрирован 14.10.2000, что подтверждается заявлением о выдаче (замене) паспорта по форме № 1 П.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в настоящее время учредителем

ООО «Сенатор Клуб» значится фио, а генеральным директором – фио, то есть одни и те же лица, которых зять ФИО1 – фио привлек при создании ЗАО «Рескоровка».

Вышеприведенные сведения, по мнению суда, прямо указывают на связь ФИО1 с ООО «Рескоровка» (ООО «Сенатор Клуб») и использование данным должностным лицом материальных ресурсов (земельного участка) Учреждения в пользу подконтрольной его же родственникам коммерческой организации. Кроме того, истец указывает, что взамен на обогащение ООО «Рескоровка» в виде передачи прав на застройку земельного участка ФИО1 и ФИО2 получили от коммерческой организации ряд возводимых недвижимых объектов путем их оформления на родственников, что нашло подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Как следует из материалов дела, между ООО «Рескоровка» и

фио 25.04.2010 заключены договоры соинвестирования № 01/05-2010 и № 02/05-2010. В свою очередь между ООО «Рескоровка» и ФИО3 27.04.2010 заключен договор соинвестирования № 01/04-2010.

По условиям названных договоров физические лица привлечены в качестве соинвесторов для реализации инвестиционного проекта, по окончании которого инвестор передает им построенные объекты. Так, фио приобретает право на две квартиры площадью 258,64 кв.м и 190,9 кв.м в корпусе № 3-8 общей стоимостью 13 709 634,4 рублей, ФИО3 - на квартиру № 5 площадью 164,5 кв.м. в корпусе № 1-2 стоимостью 7 421 414,4 рублей.

Анализируя и сопоставляя вышеуказанные договоры в сравнении с договорами других соинвесторов (например, фио, фио, фиоБ, фио и др.), суд принимает во внимание существенную и очевидную разницу между стоимостью объектов, приобретенных родственниками ответчиков и другими лицами.

Так, согласно договорам соинвестирования стоимость одного квадратного метра площади объекта, приобретенного фио, составляла 109921,44 руб. (по состоянию на 2010 год), фио – 93 373,33 руб. (по состоянию на 2010 год), ФИО4 – 91 121,76 руб. (по состоянию на 2011 год), фио – 79 845,59 руб. (по состоянию на 2011 год).

В тоже время стоимость одного квадратного метра аналогичной недвижимости у ФИО3 составляла 42 408 руб., у фио – 29 500 руб., что существенно ниже цены других соинвесторов, то есть договоры заключены с данными лицами на неравнозначных условиях относительно договоров с иными участниками правоотношений.

При этом доводы представителей ФИО3 и фио

о наличии собственных доходов для возможности приобретения указанных объектов недвижимости правового значения не имеют, поскольку совокупность вышеуказанных обстоятельств с достаточной очевидностью свидетельствует

о вступлении ФИО1 и ФИО2 в конфликт интересов

по занимаемым должностям и личной заинтересованности в заключении и реализации инвестиционного договора с ООО «Рескоровка».

Также суд соглашается с доводами истца о том, ООО «Рескоровка»

(ООО «Сенатор Клуб») совершило самостоятельное коррупционное правонарушение, поскольку общество в целях извлечения выгоды при этих же обстоятельствах не приняло меры по предупреждению коррупции - обеспечению добросовестной работы организации.

ООО «Сенатор Клуб» в результате оказанного ему должностными лицами содействия незаконным способом приобрело права на государственный земельный участок, его застройку и извлечение дохода от реализуемого на этих заведомо неправомерных условиях коммерческого проекта.

Отмеченные действия юридического лица не отвечают правилам сложившегося делового оборота (ст. 5 ГК РФ) и в силу ч. 4 ст. 1 ГК РФ оцениваются законодателем как незаконные, так как никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения.

В настоящее время на незаконно предоставленных для жилищной застройки землях рекреации возведено 22 жилых дома с сопутствующей инфраструктурой, что не оспаривалось сторонами и подтверждается актом осмотра строительных площадок №№ 1-5 по инвестиционному договору № УД-1502 от 03.04.2004.

Указанные объекты не могут быть введены в хозяйственный оборот и быть легальным предметом гражданско-правовых сделок, поскольку, как установил суд, получены коррупционным способом, в связи с чем подлежат изъятию и обращению в доход государства как имущество, образованное в результате преодоления антикоррупционных запретов и ограничений.

Оценивая доводы ответчиков, их представителей о том, что коррупционное законодательство не может применяться при рассмотрении настоящего дела, так как Федеральный закон «О противодействии коррупции» принят 25.12.2008 и введен в действие с 10.01.2009, суд находит таковые доводы несостоятельными.

Так, Указом Президента Российской Федерации от 04.04.1992 №361 «О борьбе

с коррупцией в системе государственной службы», в частности, определялось, что коррупция в органах власти и управления ущемляет конституционные права и интересы граждан, подрывает демократические устои и правопорядок, дискредитирует деятельность государственного аппарата, извращает принципы законности, препятствует проведению экономических реформ.В целях усиления борьбы с коррупцией как опасным явлением

п.2 названного указа государственным служащим запрещалось заниматься предпринимательской деятельностью; оказывать любое не предусмотренное законом содействие физическим и юридическим лицам с использованием своего служебного положения в осуществлении предпринимательской деятельности и получать за это вознаграждение, услуги и льготы; выполнять иную оплачиваемую работу на условиях совместительства (кроме научной, преподавательской и творческой деятельности), а также заниматься предпринимательской деятельностью через посредников. Нарушение названных требований влекло ответственность согласно действующему законодательству.

Вышеприведенные запреты продолжили действовать и распространяться, в том числе на администрацию государственных учреждений, до 28 июня 2005 года, когда Указ Президента РФ от 04.04.1992 № 361 утратил силу в связи с изданием Указа Президента РФ от 28.06.2005 №736.

Впоследствии аналогичные обязанности, запреты и ограничения

для государственных чиновников и руководителей некоммерческих организаций установлены ст.ст. 11, 12 Федерального закона от 31.07.1995 № 119-ФЗ «Об основах государственной службы Российской Федерации», ст. 27 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях».

В частности, конфликт интересов, согласно ст.27 Закона «О некоммерческих организациях», образуется, когда заинтересованные организации или граждане владеют имуществом, которое полностью или частично образовано некоммерческой организацией, или могут извлекать выгоду из пользования, распоряжения ее имуществом. В этих случаях заинтересованные лица обязаны соблюдать интересы некоммерческой организации, прежде всего в отношении целей ее деятельности, и не должны использовать возможности некоммерческой организации или допускать их использование в иных целях, помимо предусмотренных учредительными документами.

По смыслу ст.ст. 11, 12 Закона «Об основах государственной службы Российской Федерации» государственные служащие не вправе действовать вопреки интересам службы и вступать в конфликт интересов при осуществлении своих обязанностей.

К моменту отмены Указа Президента РФ от 04.04.1992 №361 приняты Федеральный закон от 27.05.2003 № 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации», Федеральный закон от 27.07.2004 №79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», от 03.11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях», в которых для государственных служащих и руководителей государственных некоммерческих организаций были установлены во многом идентичные запреты антикоррупционного характера.

В связи с принятием Федерального закона от 25.12.2008 №273-ФЗ

«О противодействии коррупции» ранее принятое нормативное регулирование в сфере противодействия коррупции не отменялось и силу не утрачивало. Напротив, законодатель в ст.2 данного закона прямо указал, что помимо него и наряду с ним правовую основу противодействия коррупции составляют Конституция Российской Федерации, федеральные конституционные законы, общепризнанные принципы и нормы международного права, международные договоры Российской Федерации и другие федеральные законы, нормативные

правовые акты Президента Российской Федерации, а также нормативные правовые акты Правительства Российской Федерации, нормативные правовые акты иных федеральных органов государственной власти, нормативные правовые акты органов государственной власти субъектов Российской Федерации и муниципальные правовые акты.

Используя Федеральный закон от 25.12.2008 №273-ФЗ «О противодействии коррупции», как указано в его преамбуле, в качестве организационной основы предупреждения коррупции и борьбы с ней, законодатель по мере развития этого правового акта консолидировал в нем антикоррупционные требования, ограничения, запреты и другие правила для рассматриваемой сферы правоотношений. В том числе, ввел в закон ст.ст. 12.2 и 12.4, предусматривающие ограничения, запреты и обязанности, налагаемые на работников, замещающих должности на основании трудового договора в организациях, создаваемых для выполнения задач, поставленных перед федеральными государственными органами, к числу которых относятся государственные учреждения.

Принимая во внимание вышеприведенные положения законодательства, суд приходит к выводу о том, что на указанную категорию работников распространяются ограничения, запреты и обязанности, установленные в отношении лиц, замещающих должности федеральной государственной службы, Федеральным законом от 25.12.2008 №273-ФЗ «О противодействии коррупции», п.5 ч.1 ст.16, ст.ст.17, 18 и 20 Федерального закона от 27.07.2004 №79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации»

(в редакции, действовавшей на период рассматриваемых обстоятельств).

Следовательно, к нормативному регулированию поведения ФИО1 как работника, замещающего должности на основании трудового договора в организации, создаваемой для выполнения задач, поставленных перед федеральными государственными органами, и государственного служащего ФИО2 дополнительно применяются положения законодательства о федеральной государственной службе и о государственной гражданской службе Российской Федерации.

Таким образом, принятие Федерального закона от 25.12.2008 №273-ФЗ

«О противодействии коррупции», не исключило, а подтвердило распространение антикоррупционного законодательства на ФИО1, замещавшего должность на основании трудового договора в ФГУ «Санаторий и Дом отдыха «Десна» Управления делами Президента РФ (в настоящее время – ФГАУ «Оздоровительный комплекс «Десна»), то есть организации, созданной для выполнения задач, поставленных перед Управлением делами Президента РФ как федеральным государственным органом, и ФИО2, занимавшего должность начальника отдела внебюджетных программ финансово-экономического управления в Управлении делами Президента РФ.

В свою очередь, бланкетный характер положений Федерального закона от 25.12.2008 №273-ФЗ указывает на то, что он лишь функционально соединяет в себе нормы одного – антикоррупционного – свойства, содержащиеся в разных нормативных актах. Закон признает силу этих актов, ряд из которых был принят задолго до введения его в действие, и отсылает к ним для целей правоприменения к конкретным обстоятельствам.

Обращение к запретам, установленным в отношении лиц, замещающих должности федеральной государственной службы, и к положениям п. 5 ч. 1 ст. 16, ст. ст. 17, 18, 20 и 20.1 Федерального закона от 27.07.2004 №79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», их сравнение с запретами Федеральных законов от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» и от 03.11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях» позволило прийти к выводу об их смысловой взаимосвязанности и отраслевой принадлежности к антикоррупционному законодательству, а в целом – в применимости к рассматриваемым правоотношениям.

Доводы ответчиков привлеченных судом третьих лиц, их представителей об отсутствии оснований для применения норм ст. ст. 169, 235 ГК РФ и обращения в доход государства спорного имущества, поскольку положения п.п. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ вступили в законную силу только с 01.01.2013, суд отклоняет по следующим основаниям.

До введения Федеральным законом от 03.12.2012 № 231-ФЗ нормы, предусмотренной п.п. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ, в части I Гражданского кодекса РФ с 01.01.1995 действовала статья 169 ГК РФ, устанавливающая возможность прекращения права собственности на имущество и его взыскание судом в доход Российской Федерации, если оно было получено по сделке, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. В доход Российской Федерации взыскивалось все полученное сторонами по сделке, а в случае исполнения сделки одной стороной с другой стороны взыскивалось в доход Российской Федерации все полученное ею и все причитавшееся с нее первой стороне в возмещение полученного.

Таким образом, статья 169 ГК РФ, действовавшая к моменту вступления в силу п.п. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ, особо выделяла опасную для общества группу сделок – так называемые антисоциальные сделки, противоречащие основам правопорядка и нравственности, к числу которых, безусловно, следует отнести заключенные в результате коррупции сделки, поскольку акты коррупции в соответствии с Конвенцией ООН против коррупции от 31.10.2003 угрожают стабильности и безопасности общества, подрывают демократические институты и ценности, этические ценности и справедливость, наносят ущерб устойчивому развитию и правопорядку.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Возражая против применения положений ст.169 ГК РФ к сложившимся правоотношениям, ответчики указали на отсутствие доказательств порочности сделок, поскольку все предусмотренные инвестиционным проектом цели были достигнуты и не противоречили основам правопорядка и нравственности.

Вместе с тем судом установлено, что, содействуя заключению и реализации незаконного проекта и, тем самым, создавая условия для вывода земельного участка из федерального владения, ответчики действовали в обход закона, злоупотребляя правом (ст. 10 ГК РФ), поскольку совершали сделки вопреки установленным запретам. Более того, сделки совершались в целях обогащения и последующего извлечения выгоды для ответчиков.

Как указано ранее, согласно ст. 12 Конвенции ООН против коррупции каждое государство принимает меры по предупреждению коррупции не только в публичном, но и в частном секторе, усиливает стандарты бухгалтерского учета и аудита, устанавливает эффективные, соразмерные и оказывающие сдерживающее воздействие гражданско-правовые, административные или уголовные санкции за несоблюдение антикоррупционных мер, в том числе уголовных либо неуголовных санкций, включая денежные.

Совокупность вышеприведенного нормативного регулирования рассматриваемой сферы правоотношений является достаточной для понимания того, что коррупционно нажитое имущество изымается из оборота, а преодоление этого установления и всякие операции с ним относятся к числу недопустимых, оцениваются как легализация и преследуются по закону. Статьей 10 ГК РФ запрещено действовать в обход закона и преследовать противоправные цели, злоупотреблять правом. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из недобросовестного поведения. Сделки с коррупционным имуществом ничтожны, поскольку они противны основам правопорядка и нравственности. Применяемые к ним последствия предусмотрены ст. 169 ГК РФ, которая предусматривает обращение в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке, то есть добиться результата, установленного п.п. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ.

В связи с изложенным суд также отклоняет доводы ответчиков и привлеченных судом третьих лиц, их представителей об отсутствии оснований для обращения в пользу Российской Федерации спорного имущества, поскольку, по их мнению, нарушены порядок и процедура, предусмотренные Федеральным законом от 03.12.2012 №230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» и поскольку ответчики не являются специальными субъектами, в отношении которых применяются положения названного закона.

Указание на применение положений п.п.8 п.2 ст.235 ГК РФ лишь

во взаимосвязи с нормами Федерального закона от 03.12.2012 №230-ФЗ

«О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» (далее – Федеральный закон № 230 ФЗ) основано на неверном толковании норм права. Положения п.п. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ не содержат таких ограничений.

Круг физических и юридических лиц, который может быть привлечен к ответственности за совершение коррупции, не определяется в системе действующего законодательства Российской Федерации каким-либо перечнем, а напрямую зависит от факта совершения или участия в совершении тем или иным физическим либо юридическим лицом коррупционного правонарушения.

Данный вывод не противоречит положениям Федерального закона № 230-ФЗ, поскольку этот закон реализует только одну из мер противодействия коррупции и устанавливает перечень лиц, в отношении которых подразделения кадровых служб государственных, муниципальных и других структур вправе проводить контроль за их расходами и доходами. В законе не содержится перечня лиц, который подлежит привлечению к ответственности за совершение коррупционных правонарушений либо освобожден от этой ответственности.

Федеральный закон №230-ФЗ касается порядка функционирования подразделений кадровых служб государственных, муниципальных и других структур по профилактике коррупционных правонарушений и реализации собранной ими информации об этих нарушениях через механизм обращения прокурора с иском в суд об изъятии в доход государства имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы. Статья же 17 данного закона только лишь определяет полномочное лицо, которое выступает в суде в порядке гражданского судопроизводства от имени государства, а также способ защиты интересов общества от проявлений коррупции в сфере госслужбы. При том, что полномочиями по обращению с заявлениями в суд в защиту прав и законных интересов общества и государства органы прокуратуры и так наделены в силу положений ст. 45 ГПК РФ.

При этом, Федеральный закон № 230-ФЗ не ограничивает прокурора в реализации иных полномочий в противодействии коррупции, а ст. 4 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее – Федеральный закон №2202-1) предоставляет органам прокуратуры возможность осуществлять полномочия независимо от федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, общественных объединений и в строгом соответствии с действующими законами.

Правовой механизм обращения прокурора с иском в суд также предусмотрен ст.35 Федерального закона №2202-1 и ст.45 ГПК РФ, которые уполномочивают прокурора в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации обращаться в суд с заявлением или вступить в дело на любой стадии процесса для защиты прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

Поскольку акты коррупции, как следует из ст.1 Федерального закона №273-ФЗ, посягают на законные интересы общества и государства, то прокурор вправе и по данной категории дел обращаться в суд за защитой их прав в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации.

При таких обстоятельствах утверждения ответчиков, привлеченных судом третьих лиц и их представителей о том, что при предъявлении заместителем Генерального прокурора РФ требований нарушен принцип действия закона во времени, выражающийся в недопустимости применения к лицу мер ответственности, отсутствовавших в правовом регулировании на момент совершения правонарушения, являются несостоятельными и отвергаются судом как основанные на неправильном толковании норм материального права, поскольку и антикоррупционные запреты, и ответственность за их нарушение предусматривались законодательством и действовали при рассматриваемых по настоящему гражданскому делу обстоятельствах.

Иное истолкование закона ведет к неоправданному исключению из сферы правового регулирования и контроля источников приобретения имущества, в отношении которого имеются объективные и не опровергнутые данных о его получении от запрещенной антикоррупционным законодательством деятельности, что противоречит принципам законности и справедливости, а также неотвратимости ответственности за совершение коррупционных правонарушений, препятствует эффективному противодействию коррупции и способствует незаконному обогащению должностного лица и (или) тех субъектов, в пользу которых он злоупотреблял своими полномочиями либо служебным положением (ст.1, 3 Федерального закона № 273-ФЗ).

С учетом изложенного доводы ответчиков, третьих лиц на стороне ответчиков, их представителей об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска по совокупности тех норм, на которые сослался истец, суд отклоняет, принимая во внимание вышеизложенное, а также, учитывая, что иск основан на положениях Конституции Российской Федерации, обязывающей Российское государство, как правовое, соблюдать и защищать права и свободы человека как высшие ценности.

При этом, суд находит обоснованными доводы истца о том, что спорное имущество подлежит обращению в доход Российской Федерации с учетом установленных по настоящему делу обстоятельств.

Отклоняя как несостоятельные доводы ответчиков об использовании истцом ненадлежащего способа защиты права, суд исходит из следующего.

В силу ст.ст. 11, 12 ГК РФ истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, при этом суд отмечает, что избранный им способ защиты соответствует содержанию нарушенного права и спорному правоотношению, характеру нарушения.

Истцом предъявлены требования не по спорам, связанным с правами на недвижимое имущество, отражённым в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», а в связи с необходимостью привлечения к гражданско-правовой ответственности за коррупционные правонарушения.

Доводы ответчиков и ряда третьих лиц о недоказанности фактов нарушения антикоррупционного законодательства и отсутствии конфликта интересов суд находит несостоятельными.

В силу требований п. 2 ст. 27 Федерального закона № 7-ФЗ, руководители учреждений обязаны соблюдать интересы возглавляемых организаций, прежде всего в отношении целей ее деятельности, и не должны использовать их возможности или допускать использование в иных целях, помимо предусмотренных учредительными документами. Они не вправе действовать вопреки интересам учреждений и вступать в конфликт интересов при осуществлении своих обязанностей. При этом, под термином «возможности некоммерческой организации»

в целях указанной статьи понимаются принадлежащие ей имущество, имущественные и неимущественные права, возможности в области предпринимательской деятельности, информация о деятельности и планах этой организации, имеющая для нее ценность.

Использование возможностей и ресурсов ФГАУ «ОК «Десна», а также своих полномочий ответчиками ФИО2 и ФИО1 для незаконного введения спорного земельного участка в экономический оборот во вред интересам учреждения и государства, в целях извлечения выгоды ООО «Рескоровка» и близких родственников, ставших правообладателями возведенных обществом объектов недвижимости, свидетельствуют о вступлении указанных лиц в конфликт интересов по занимаемым ими должностям, что в соответствии со ст.10 Федерального закона №273-ФЗ относится к коррупционному правонарушению.

Доводы ответчиков, привлеченных судом третьих лиц и их представителей о том, что

ФИО2 и ФИО1 не привлекались к уголовной или административной ответственности за совершение коррупционного преступления (правонарушения), не имеют правового значения для рассмотрения настоящего спора. Отсутствие таких решений не влечет освобождение виновных лиц от гражданско-правовой ответственности

как специальной меры за коррупционные правонарушения.

Доводы ответчиков, ряда третьих лиц и их представителей о том, что требования прокурора являются неопределенными, поскольку в просительной части искового заявления не указан состав и объем требований к каждому из ответчиков, отсутствует описание характеристик объектов (конфигурация, площадь и т.д.), права собственников не зарегистрированы, не произведена действительная стоимость имущества, в связи с чем иск не подлежит удовлетворению, отклоняются как не основанные на фактических обстоятельствах.

Так, все объекты, указанные в иске, имеют индивидуально-определенные признаки, позволяющие выделить их в качестве самостоятельного объекта гражданского права. Отсутствие государственной регистрации прав на имущество, подлежащее такой регистрации в силу закона, само по себе не препятствует обращению на него взыскания по решению суда. Кроме того, суд принимает во внимание установленный в ст. 1 ЗК РФ принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков. Эти объекты возведены помимо воли собственника, во вред публичным интересам и недобросовестным путем. Иное означало бы поощрение противоправного поведения по инвестированию капиталовложений в незаконно приобретенные объекты недвижимости в целях легализации их статуса и предоставления судебной защиты от рисков возврата их государству, что законом не предусмотрено.

Доводы ответчиков, привлеченных судом третьих лиц, их представителей о том, что земельный участок с кадастровым номером 50:21:0130104:251 предоставлен для реализации инвестиционного договора в полном соответствии с нормами гражданского, земельного законодательства, его видом разрешенного использования, уставными целями деятельности отклоняются судом как не соответствующие действительности по мотивам, изложенным ранее.

Вместе с тем, суд принимает во внимание приобщенные к материалам дела представителями Управделами Президента фио и ФГАУ «ОК «Десна» Управления делами фио судебные акты по гражданским делам

№ 02-2064/2021, № 2-4634/2021, № 02-3874/2020, № 02-3835/2021, № 02-0284/2021, № 02-3949/2020, № 02-4360/2021, № 02-4359/2020, № 02-1719/2021, № 02-4262/2020, № 2-37/2022, № 02-2783/2020, № 02-3834/2020 и № 02-2963/2019, а также № А40-213253/19.

Из указанных судебных решений следует, что обстоятельства нецелевого использования земельного участка были предметом судебных разбирательств в Московском городском суде и Втором кассационном суде общей юрисдикции по искам соинвесторов ООО «Сенатор Клуб» (третьих лиц по настоящему делу), в том числе ФИО3, фио Вступившими в законную силу судебными постановлениями в удовлетворении исковых заявлений названных лиц и других соинвесторов о признании права собственности на возведенные жилые помещения отказано. Судебные инстанции пришли к выводу, что на момент заключения договора инвестирования не предусматривалась возможность строительства жилых домов на спорном земельном участке, предназначенном исключительно для размещения санатория.

Изучив представленные ответчиками, привлеченными судом третьими лицами, их представителями судебные акты, в том числе постановления арбитражного суда г. Москвы, Девятого арбитражного апелляционного суда, арбитражного суда Московского округа и Верховного Суда РФ по гражданским делам №А40-178277/18, №А40-206567/18,

№ А40-62831/20, № А40-302010/19, № 305-ЭС21-19516, суд отклоняет доводы указанных лиц о преюдициальном значении данных решений.

Суд не связан с выводами названных судов о ненадлежащем исполнении условий инвестиционного договора, вводе построенных объектов в эксплуатацию и по иным обстоятельствам, поскольку они не имеют отношения к предмету настоящего разбирательства.

В настоящем иске вопрос о праве на земельный участок и разграничении его собственности не заявлен. Предъявленные заместителем Генерального прокурора Российской Федерации требования предусмотрены действующим законодательством в качестве способа защиты государства и общества от проявлений коррупционной направленности. Избранный способ защиты прав и интересов Российской Федерации не предполагает необходимости оспаривания сделок, которые опосредовали поступление в распоряжение ответчиков объектов недвижимого имущества, подлежащих обращению в доход государства в судебном порядке.

Как неоднократно отмечал Конституционный суд РФ, введение института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда, и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения. При этом правовая квалификация спорных правоотношений не относится к фактическим обстоятельствам дела, поэтому не может иметь преюдициальный характер (Определение от 06.11.2014 № 2528-О).

По указанной причине не являются обоснованными доводы ответчиков, привлеченных судом третьих лиц, их представителей о ненадлежащем исполнении Управлением делами и ФГАУ «ОК «Десна» условий инвестиционного договора (в том числе, об уклонении от получения разрешения на ввод объектов в эксплуатацию, от подачи в Росреестр заявления об уточнении (актуализации) содержащихся в ЕГРН сведений об установленных для спорного земельного участка ВРИ).

На основании изложенного, суд также отклоняет доводы третьего лица – фио и его представителя фио о том, что спор носит экономический характер.

Прокурором заявлен иск об обращении имущества в доход Российской Федерации, как о применении правовых последствий коррупционного поведения. Истцом предъявлены требования не на предмет оспаривания сделки, а именно в связи с возникшим конфликтом интересов и необходимостью наступления гражданско-правовых последствий коррупционного поведения для ряда физических и юридических лиц.

Оценивая доводы привлеченных судом третьих лиц и их представителей о том, что они являются добросовестными приобретателями и изъятие имущества повлечет нарушение их прав, суд учитывает следующее.

При заключении договоров соинвестирования (уступки права требования) третьи лица не проявили разумную осмотрительность и осторожность, которые требуются от участников гражданского оборота. Представленные в материалы дела доказательства, по мнению суда, очевидно свидетельствуют о нормативно установленном и общеизвестном запрете на вовлечение в коммерческий оборот переданного государством ФГАУ «ОК «Десна» земельного участка для целей санаторно-курортной деятельности, о котором соинвесторы не могли не знать. Информация о ведомственной принадлежности санатория, его закрытом режиме и правовом статусе земельного участка использовалась ООО «Рескоровка»

в качестве рекламы, что подтверждается общедоступным рекламным объявлением, размещенным самим обществом в сети «Интернет».Таким образом, действуя добросовестно, соинвесторы должны были отказаться от заключения договоров, противоречащих закону, тем самым, исключив наступление для себя неблагоприятных последствий. Приобретение имущества в таких условиях свидетельствует об очевидном отклонении действий участников оборота от добросовестного поведения.

Также суд находит несостоятельными заявления ответчиков о применении к спорным правоотношениям срока исковой давности, в том числе с учетом доводов о том, что, по мнению последних, заявленные истцом требования фактически носят материальный характер.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ» под правом лица, подлежащим защите судом по ст. 195 ГК РФ, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Из системного толкования и буквального понимания положений главы 12 ГК РФ правила об исковой давности имеют отношение к гражданско-правовым обязательствам и сделкам, не являющимся предметом рассмотрения

по настоящему иску.

Статьи 3, 13, 14 Федерального закона №273 не ограничивают прокурора

в борьбе с коррупцией сроками исковой давности и предписывают суду при рассмотрении подобного рода исков исходить из неотвратимости ответственности физических и юридических лиц за совершение коррупционных правонарушений.

Предусмотренная законодателем в п.п.8 п.2 ст.235 ГК РФ ответственность за коррупционное правонарушение является мерой по защите общества от коррупции, а ст.10 этого же Кодекса обязывает суд использовать данную меру для недопущения дальнейшего осуществления ответчиками гражданских прав с незаконно приобретенным имуществом под видом добросовестных участников гражданских правоотношений и получения

благ в результате такого поведения.

Иное толкование вышеприведенных норм фактически свидетельствует

о намерении ответчиков использовать положения о сроках исковой давности

в качестве средства легализации и реабилитации незаконно приобретенного имущества, что не отвечает положениям главы 12 ГК РФ, имеющим своей целью обеспечение защиты лица, право которого нарушено, а не уклонение от ответственности за коррупционные нарушения.

Более того, указанный подход не приведет к реализации целей и мер, которые, как неоднократно разъяснял Конституционный Суд РФ, носят особый правовой характер и направлены на защиту конституционно значимых ценностей, предупреждение незаконного обогащения лиц, осуществляющих публичные функции, и тем самым на эффективное противодействие коррупции, отвечают предназначению правового регулирования в этой сфере, не нарушают баланс публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов (постановление от 29.11.2016 № 26-П; определение от 06.06.2017 № 1163-О).

Кроме того, суд принимает во внимание положения ст.208 ГК РФ о том, что исковая давность не распространяется на требования о защите нематериальных благ.

Иск прокурора направлен на охрану общества, установленную им правовую демократию от злоупотреблений и криминализации публичной власти, легитимность которой во многом основывается на доверии общества и репутации лиц, занимающих публичные должности, с тем, чтобы у граждан не формировались сомнения в их нравственных качествах и, соответственно, в законности и бескорыстности их действий как носителей публичной власти (Постановление Конституционного Суда РФ от 10.10.2013 № 20-П), то есть на защиту нематериальных благ.

Коррупционное поведение, в том числе руководителей некоммерческих организаций, против которого в своем иске выступает прокурор, наносит ущерб, как отмечено в Конвенции ООН против коррупции, демократическим институтам, национальной экономике и правопорядку, порождает серьезные угрозы стабильности и безопасности общества, подрывает демократические и этические ценности, то есть наносит ущерб тем благам, которые отнесены к числу фундаментальных, неотъемлемых и нематериальных.

Доводы ответчиков, привлеченных судом третьих лиц, их представителей о необходимости участия Управления делами и ФГАУ «ОК «Десна» в рамках настоящего дела в качестве ответчиков суд находит несостоятельными.

Как указал Конституционный Суд РФ в определении от 24.10.2013 №1626-О, в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право, к кому предъявлять иск и в каком объеме требовать от суда защиты.

Таким образом, выбор ответчика по делу является прерогативой истца, суд по своей инициативе лишен возможности замены ненадлежащего ответчика надлежащим и может это сделать лишь с согласия либо по ходатайству истца. При этом обязанности у суда по собственной инициативе произвести замену стороны в споре не имеется. Более того, судом достоверно установлено, что акты коррупции совершены непосредственно ФИО1, ФИО2 и ООО «Сенатор Клуб», а не Управлением делами и ФГАУ «ОК «Десна».

Иные доводы и возражения ответчиков, привлеченных третьих лиц, их представителей рассмотрены судом и отклоняются как не имеющие правового значения для разрешения настоящего спора.

Таким образом, совокупность вышеописанных, последовательных, встречных и взаимосвязанных действий ответчиков свидетельствует, что между ними имел место коррупционный сговор и сделка по незаконному обогащению, которые прикрыты упомянутым договором, ничтожным и антисоциальным по своей природе. Он противоречит основам порядка и нравственности, поскольку его главной целью являлось незаконное обогащение за счет федеральной собственности под видом гражданско-правовой сделки и его прикрытие; утаивание от контролирующих органов нарушений запретов и ограничений, установленных антикоррупционным законодательством; получение дохода от посягающих на интересы общества действий (ст.169 ГК РФ).

По правилам п. 8 ч. 2 ст. 235 ГК РФ и с учетом правовой позиции Верховного Суда РФ, утвержденной его Президиумом 30.06.2017, судом установлено наличие имущества, определена его принадлежность ООО «Сенатор Клуб», а также ФИО2 и ФИО1, как лицам, за имущественным положением которых антикоррупционным законодательством установлен контроль, а также установлено отсутствие доказательств законного происхождения у ответчиков описанного в иске имущества. Кроме того, судом установлены обстоятельства нарушения ответчиками запретов антикоррупционного законодательства, преодоление которых привело к противоправному получению ими спорного имущества.

Таким образом, оценив в совокупности все собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме как законные и обоснованные. В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчиков в доход бюджета города Москвы подлежит взысканию государственная пошлина (с ответчика ООО «Сенатор Клуб» - в размере 6 000 руб., с ФИО1 в размере 300 руб., со ФИО2 в размере 300 руб.).

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Обратить в доход Российской Федерации следующие объекты, расположенные в границах земельного участка с кадастровым номером 50:21:0130104:251:

- 1-этажное строение под размещение КПП (п. 1-1 генерального плана строительства);

-2-х этажное строение (с мансардой) сблокированное на 9 квартир (п. 1-2 генерального плана строительства);