Уникальный идентификатор дела
№ 92RS0002-01-2022-002365-06
Производство № 2-2691/2022
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
06 октября 2022 года город Севастополь
Гагаринский районный суд города Севастополя в составе:
председательствующего судьи – Котешко Л.Л.,
при секретаре судебного заседания – Петрушечкиной Е.А.,
с участием представителя истца – ФИО1, действующей на основании доверенности,
ответчика ФИО2,
представителя ответчика ФИО2 – ФИО6, действующего по устному заявлению,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к ФИО2, ФИО9, ФИО10, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, – УФССП России по городу Севастополю, о признании сделки недействительной,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратился в суд с уточненным иском, в котором просит:
- признать недействительным договор дарения нежилого помещения, расположенного по адресу: г. Севастополь, <адрес>, заключенный 30.10.2019 между ФИО3 и ФИО4,
- признать недействительным договор дарения нежилого помещения, расположенного по адресу: г. Севастополь, <адрес>, заключенный 28.11.2019 между ФИО4 и ФИО5
Исковые требования мотивированы тем, что 29.08.2019 между ФИО7 и ФИО2 заключен брачный договор, согласно которому нежилое помещение по адресу: г. Севастополь, <адрес>, является собственностью ФИО2, а автомобиль Vokswagen Touareg, 2012 года выпуска, принадлежит супругам на праве общей совместной собственности. Указанный автомобиль находился в пользовании ФИО2, которая 09.09.2019 без согласия супруга произвела его отчуждение. С целью взыскания компенсации стоимости 1/2 доли автомобиля ФИО7 обратился в суд с иском о разделе имущества супругов. Решением Гагаринского районного суда города Севастополя от 26.10.2020 с ФИО2 в пользу ФИО7 взыскана компенсация стоимости автомобиля в размере 496 050,10 руб., судебные расходы в размере 8 161 руб., а всего 504 211,10 руб.
В ходе исполнения названного решения суда стало известно, что спорный объект недвижимости, ранее принадлежавшей ФИО2, и на который могло быть обращено взыскание, по договорам дарения 30.10.2019 отчужден в пользу ФИО9, а затем 28.11.2019 – в пользу ФИО10 Истец полагает, что заключая указанные сделки после обращения ФИО7 с иском к ФИО2 о разделе имущества, ответчики действовали недобросовестно, их действия были направлены на то, чтобы не допустить обращения взыскания на имущество ФИО2 в ходе исполнения вышеуказанного решения.
Истец в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, направил своего представителя.
Представитель истца в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала по основаниям, изложенным в иске. Пояснила суду, что согласие на отчуждение спорного имущества давалось в период брака, в тот же день, когда супруги заключили брачный договор. Ответчик в нарушение условий брачного договора продала общее имущество супругов – автомобиль, что послужило причиной обращения Бойко в суд с требованием о взыскании компенсации. Исковое заявление подано ответчиком 01.10.2019, первое судебное заседание было назначено на 31.10.2019 и отложено по неявке ответчика из-за болезни. Однако за день до назначенного заседания ФИО2 совершила сделку по отчуждению имущества, на которое могло быть обращено взыскание, что указывает на недобросовестность ответчиков при заключении оспариваемых договоров дарения. Указала, что истцом дано согласие на отчуждение помещения за цену по усмотрению ФИО2, а не на совершение договоров дарения. Против применения последствий пропуска срока исковой давности возражала, поскольку истец постоянно находился в длительных командировках, о нарушенном праве узнал весной 2022 года из материалов исполнительного производства.
Ответчик ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения иска возражала. Показала суду, что спорный автомобиль был приобретен на заемные средства и отчуждался с согласия супруга. Также подтвердила, что судебное заседание 31.10.2019 отложено по ее ходатайству из-за болезни. Представила письменные возражения на иск, в которых указывает на отсутствие законных оснований для признания договоров дарения спорного имущества недействительными. Так, договор дарения от 30.10.2019 заключен задолго до решения суда о взыскании компенсации и возбуждения исполнительного производства в отношении ФИО2 Более того, брачным договором определен режим собственности на спорное имущество, в ходе судебного разбирательства истец на него не претендовал, о применении обеспечительных мер не просил, об отчуждении помещения в пользу дочери ФИО9 ему также было известно. Обращает внимание суда, что о содержании исковых требований по делу №2-230/2020 ФИО2 стало известно только при ознакомлении с делом, поскольку копия иска ответчику не направлялась, т.е. после совершения сделки дарения объекта недвижимости. От выполнения обязательств перед истцом не отказывается, намерена погасить задолженность, цели сокрытия имущества не имела. Также просит применить последствия пропуска срока исковой давности.
Представитель ответчика в судебном заседании в удовлетворении иска просил отказать. Пояснил суду, что отчуждение помещения состоялось до разрешения искового заявления о разделе имущества, ответчик о намерениях Бойко обратиться в суд не знала. Более того, истцом ходатайств об обеспечении иска не заявлялось, арест на помещение не накладывался. Стороны ранее договорились, что помещение является имуществом ФИО11, поскольку приобретено не на общие средства, и в последующем будет отчуждаться. Более того, истец 29.08.2019 дал согласие на отчуждение имущества, которое состоялось 30.10.2019. Также заявил о пропуске срока исковой давности, поскольку истцу было известно о продаже имущества еще в 2019 году, в том числе мог узнать об этом из материалов исполнительного производства.
Иные лица в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили.
Согласно ч.3 ст.167 ГПК РФ, суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не предоставлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки не уважительными.
Суд, выслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы гражданского дела, исследовав и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого представленного в суд доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к следующему.
Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
В целях реализации указанного выше правового принципа пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).
В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.
Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.
По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет недействительность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.
Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.
Судом установлено и следует из материалов дела, что решением Гагаринского районного суда города Севастополя от 26.10.2020 по делу №2-230/2020 по иску ФИО7 к ФИО2 о разделе имущества супругов, взыскании компенсации постановлено разделить общее имущество супругов ФИО7 и ФИО2, взыскать с ФИО2 в пользу истца компенсацию стоимости автомобиля в размере 496 050,10 руб., судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 8 161 руб., а всего 504 211,10 руб.
В силу положения ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
В ходе судебного разбирательства по гражданскому делу №2-230/2020 установлено, что с 10.03.2012 стороны состояли в зарегистрированном браке, 07.11.2019 брак расторгнут.
В период брака 29.08.2019 ФИО7 и ФИО2 заключили брачный договор. Согласно условиям брачного договора, в состав общего имущества супругов входил автомобиль Фольксваген Туарег, г.н. В035НК 126, который был продан ФИО2 без согласия супруга, денежные средства ФИО7 не передавались, что послужило основанием для взыскания с ответчика 1/2 стоимости автомобиля.
На основании названного решения суда, вступившего в законную силу, 21.12.2020 ФИО7 выдан исполнительный лист серии ФС №.
18.01.2021 судебным приставом-исполнителем ОСП по Гагаринскому району УФССП России по Севастополю в отношении ФИО2 возбуждено исполнительное производство №-ИП.
Согласно сводке по исполнительному производству №-ИП от 09.08.2022, остаток невзысканного долга составил 444 839,69 руб.
В ходе исполнительного производства установлено, что в период с 01.10.2019 (дата поступления искового заявления по делу №2-230/2020) по дату возбуждения исполнительного производства за должником ФИО2 зарегистрировано право на недвижимое имущество – нежилое помещение по адресу: г. Севастополь, <адрес>, кадастровый номер №.
Из вышеназванного брачного договора от 29.08.2019, удостоверенного нотариусом города Севастополя ФИО8 за реестровым №, следует, что право собственности и имущественные права на нежилое помещение №, по адресу: г. Севастополь, <адрес>, площадью <данные изъяты>, приобретенное супругами в период брака на имя ФИО2, является личной собственностью ФИО2, т.е. в соответствии со ст. 42 СК РФ устанавливается режим раздельной собственности на это имущество супругов (п. 3 Брачного договора). В случае расторжения брака супругами на указанное имущество сохраняется правовой режим личной собственности супруги – ФИО2 (п. 4 Брачного договора).
Также в день заключения брачного договора – 29.08.2019 ФИО7 выдано согласие ФИО2 на отчуждение в любой форме и на ее условиях и по ее усмотрению, за цену на ее усмотрение, нажитого в браке имущества – встроенного нежилого помещения № по адресу: г. Севастополь, <адрес> Указанное согласие удостоверено нотариусом г. Севастополя ФИО8 за реестровым №.
30.10.2019 между ФИО2 и ее дочерью ФИО9 заключен договор дарения, согласно которому ФИО2 подарила, а ФИО9 приняла в дар помещение по адресу: г. Севастополь, <адрес>
В дальнейшем право собственности на спорное помещение перешло от ФИО9 к ее брату ФИО10 по договору дарения от 28.11.2019.
ФИО7, заявляя исковые требования, указывает на злоупотребление ФИО2 при заключении спорных сделок правом, поскольку данные сделки совершены ответчиками после обращения истца в суд с исковым заявлением о разделе имущества супругов, а следовательно в ущерб интересам кредитора с целью не допустить обращения взыскания на имущество должника для погашения своих долговых обязательств.
Вместе с тем, названные доводы истца, суд находит несостоятельными, поскольку на дату совершения спорных сделок решения суда по делу №2-230/2020 о взыскании с ФИО2 в пользу истца компенсации не было принято, и на момент совершения сделки дарения обязательств перед истцом ФИО2 не имела.
Отчужденное ответчиком нежилое помещение не было заложено, под арестами и запретами не состояло и ФИО2 была свободна в распоряжении им. ФИО7 при заявлении исковых требований о разделе совместно нажитого имущества о наложении арестов на спорное помещение с целью обеспечения возможности для дальнейшего обращения взыскания на него не ходатайствовал. А наличие согласия истца на отчуждения спорного помещения предполагает совершение действий со стороны ФИО2 по отчуждению принадлежащего ей имущества и осведомленность истца о возможности совершения таковых. Доводы представителя истца о том, что ФИО7 дано согласие на заключение сделки купли-продажи, а не на дарение помещения судом отклоняются, поскольку из текста согласия следует, что оно выдано на отчуждение в любой форме на условиях ФИО2 и по ее усмотрению. Более того, данный довод не может быть основанием для признания договоров дарения недействительными.
При изложенных обстоятельствах сам по себе факт совершения сделки между ответчиками, которые являются близкими родственниками, в отсутствие иных доказательств не может свидетельствовать о злоупотреблении правом со стороны ответчиков и о совершении сделки с целью избежать обращения взыскания на указанное имущество.
Стороной ответчика заявлено о применении последствий пропуска срока исковой давности как самостоятельного основания для отказа в иске.
В соответствии с п.1 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
В соответствии с п.2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
В судебном заседании истец заявил, что об оспариваемых договорах дарения от 30.10.2019 и 28.11.2019 ему стало известно весной 2022 года при ознакомлении с материалами исполнительного производства, соответственно на момент предъявления иска в суд 13.05.2022 срок исковой давности ФИО7 не пропущен.
С учетом изложенного ходатайство о применении последствий пропуска ФИО7 срока исковой давности по требованию о признании сделки недействительной, удовлетворению не подлежит.
Судебные расходы судом относятся на истца в порядке ст. 98 ГПК РФ в связи с отказом в удовлетворении иска.
Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд, -
РЕШИЛ:
в удовлетворении искового заявления ФИО7 к ФИО2, ФИО9, ФИО10, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, – УФССП России по городу Севастополю, о признании сделки недействительной – отказать.
Решение может быть обжаловано в Севастопольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Гагаринский районный суд города Севастополя.
Решение в окончательной форме изготовлено 13.10.2022.
Председательствующий