УИД: 77RS0034-02-2023-022060-94
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
07 апреля 2025 года город Москва
Щербинский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Кузнецова А.А.,
при секретаре Сумьяновой А.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-199/2025 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании сделок с недвижимостью наследодателя недействительными, -
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к Управлению Росреестра по г. Москве о признании сделок с недвижимостью наследодателя недействительными.
В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что 01 декабря 2022 года умер ФИО3 Стороны являются дочерями умершего ФИО3 ФИО3 оставил завещание 77 АБ 8193437 от 30 сентября 2015 года, из которого следует, что из имущества, которое окажется принадлежащем ко дню смерти ФИО3, а именно принадлежащую по праву собственности квартиру, находящуюся по адресу: Московская область, г. Красногорск, подмосковный <...> завещал дочери - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, остальное имущество, которое окажется принадлежащем наследодателю ко дню его смерти, в чём бы оно ни заключалось и где бы ни находилось завещал дочери - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Вместе с тем, принадлежащее ему имущество жилой дом, кадастровый номер: 77:17:0120106:90, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...>; здание нежилое, кадастровый номер: 77:17:0120106:617, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...>/1, строение 1; земельный участок, кадастровый номер: 50:21:0120106:163, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...> наследодатель передал по договору дарения ответчику. Истец полагает, что ФИО3 страдал психическим расстройством и в момент дарения объектов недвижимости не мог осознавать последствия своих действий и руководить ими.
Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с иском, в котором истец просит признать сделки, совершенные по отчуждению следующего имущества, а именно: жилой дом, кадастровый номер: 77:17:0120106:90, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...>; здание нежилое, кадастровый номер: 77:17:0120106:617, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...>/1, строение 1; земельный участок, кадастровый номер: 50:21:0120106:163, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...>, - недействительными, применить последствия недействительности сделки, включить имущество в состав наследства после смерти ФИО3, умершего 01 декабря 2022 года, признать за ФИО1, в порядке наследования по завещанию 77 АБ 8193437 от 30 сентября 2015 года право собственности на жилой дом, кадастровый номер: 77:17:0120106:90, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...>; здание нежилое, кадастровый номер: 77:17:0120106:617, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...>/1, строение 1; земельный участок, кадастровый номер: 50:21:0120106:163, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...>.
Определением суда от 06 декабря 2023 года произведена замена ненадлежащего ответчика Управления Росреестра по г. Москве на надлежащего ответчика ФИО2
Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.
Представители истца по доверенности ФИО4, ФИО5 в судебном заседании настаивали на удовлетворении иска.
Ответчик ФИО2 и ее представители по доверенности ФИО6, ФИО7 в судебном заседании просили в иске отказать, указали, что совершение договоров дарения явилось волеизъявлением наследодателя, который находился в здравом уме и осознавал последствия сделок.
С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.
В соответствии со ст. 12 ГПК РФ судопроизводство в РФ осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений.
В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Положениями части 1 статьи 55 ГПК РФ закреплено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
По смыслу п. 1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, которыми являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.
Таким образом, основной способ толкования условий договора состоит в выяснении буквального значения содержащихся в договоре слов и выражений.
В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании данной статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 названного кодекса.
Согласно ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.
Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ) (п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").
Согласно абзацам второму и третьему пункта 1 статьи 171 ГК РФ каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.
Таким образом, указанное выше нормативное положение предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной гражданином, чья дееспособность не была поставлена под сомнение при ее совершении. При этом, необходимым условием оспаривания сделки по указанному основанию является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими. Причины указанного состояния могут быть различными: болезнь, алкогольное или наркотическое опьянение, стресс и др.
Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Из материалов дела следует, что 01 декабря 2022 года умер ФИО3, что подтверждается свидетельством о смерти.
Истец и ответчик являются дочерями умершего ФИО3
Нотариусом Московской городской нотариальной палаты ФИО8, было открыто наследственное дело №33893466-11/2023.
ФИО3 оставил завещание 77 АБ 8193437 от 30 сентября 2015 года, из которого следует, что из имущества, которое окажется принадлежащем ко дню смерти ФИО3, а именно принадлежащую по праву собственности квартиру, находящуюся по адресу: Московская область, г. Красногорск, подмосковный <...> завещал дочери - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, остальное имущество, которое окажется принадлежащем наследодателю ко дню его смерти, в чём бы оно ни заключалось и где бы ни находилось завещал дочери - ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
Согласно материалам наследственного дела, наследодателю при жизни принадлежали жилой дом, кадастровый номер: 77:17:0120106:90, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...>; здание нежилое, кадастровый номер: 77:17:0120106:617, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...>/1, строение 1; земельный участок, кадастровый номер: 50:21:0120106:163, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...>.
Вместе с тем как следует из сведений ЕГРН право собственности на здание с кадастровым номером 77:17:0120106:90, расположенное по адресу: г. Москва, вн.тер.г. поселение Сосенское, <...>, а также право собственности на земельный участок с кадастровым номером 50:21:0120106:163, расположенный по адресу: г. Москва, поселение Сосенское, <...> в установленном законом порядке зарегистрировано за ФИО2 01.08.2022 года на основании договора дарения земельного участка и дома от 05.04.2022 года, заключенного с ФИО3, право собственности на право собственности на здание с кадастровым номером 77:17:0120106:617, расположенное по адресу: г. Москва, вн.тер.г. поселение Сосенское, <...> в установленном законом порядке зарегистрировано за ФИО2 27.07.2022 на основании договора дарения гаража от 05.04.2022 года, заключенного с ФИО3
Истец полагает, что наследодатель ФИО3 в момент заключения договоров дарения страдал психическим расстройством и не мог осознавать последствия своих действий.
Как усматривается из представленных регистрационных дела на объекты недвижимости оба договора умерший ФИО3 подписывал лично.
С целью регистрации указанных выше сделок по безвозмездному отчуждению объектов недвижимости умерший ФИО3 прошел медицинское освидетельствование в ГБУЗ «Психиатрической клинической больнице № 1 имени Н.А. Алексеева» ДЗМ Психоневрологический диспансер № 13.
Согласно Справке из ДЗМ Психоневрологического диспансера № 13 на момент обследования сознание у ФИО3 было ясное, ориентирован верно, на вопросы отвечает в плане заданного.
В процессе диагностики умершему ФИО3 был поставлен диагноз: 206.828, органическое непсихотическое расстройство в связи со смешанными заболеваниями, с умеренным нарушением когнитивных функций.
При заключении сделок дарения от 05.04.2022 года присутствовал специалист Роскадастра, на выездном обслуживании умершего ФИО3, что подтверждается ответом Роскадастра на обращение ФИО2 № 0Г-03171/24 от 23.04.2024.
Кроме того, ФИО3 неоднократно совершал и нотариальные действия. Так по запросу суда нотариусом г. Москвы ФИО8 предоставлена информация о совершении ФИО3 нотариальных действий, в том числе оформление доверенностей:
- 26 мая 2015 года гр. ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ г.р. была
составлена доверенность на бланке 77 АБ 6954438 в реестре за № 2-1512;
- 20 мая 2021 года гр. ФИО3 была составлена доверенность на бланке 77 АГ 6908342 в реестре за №77/849-н/77-2021-6-439;
- 07 августа 2021 года гр. ФИО3 была составлена доверенность на бланке 77 АГ 7118104 в реестре за №77/849-н/77-2021-10-1543;
- 11 декабря 2021 года гр. ФИО3 была составлена доверенность на бланке 77 АГ 8981008 в реестре за №77/849-н/77-2021-21-851.
Опрошенный судом свидетель ФИО9 пояснила суду, что знает ФИО2, присутствовала при проведении освидетельствования. Освидетельствование проходило на дому в мае 2022 года. Свои действия понимал, по факту был поставлен диагноз, не психотическое, по сути являющееся возрастными изменениями. Ориентирование верное, личность осознавал. Диагноз не мог препятствовать совершению сделок.
Свидетель ФИО10 пояснил, что ФИО3 был его пациентом, вел себя нормально, всех узнавал. Свидетель пояснил, что диплома, связанного с психиатрией не имеет.
Свидетель ФИО11, соседка умершего пояснила, что у ФИО3 было большое сердце, он вел себя адекватно, водил машину.
Свидетель ФИО12 также пояснила, что ФИО3 всегда вел себя адекватно, ничего странного не было.
Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, показания свидетелей логичны, последовательны и не противоречат друг другу.
О назначении психолого-психиатрической экспертизы истец не ходатайствовал, что является правом истца.
Вместе с тем, истец заявил, что подпись от имении ФИО3 в спорных договорах дарения выполнена не им, а иным лицом, просил назначить по делу судебную почерковедческую экспертизу.
В силу статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.
В силу части 1 статьи 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации эксперт обязан дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам и направить его в суд, назначивший экспертизу.
Согласно положениям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации эксперт дает заключение в письменной форме. Заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.
Определением суда от 15 октября 2024 года по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России.
Согласно заключению экспертов №8363/06-2-24, удостоверительные записи (их изображения) «Андреев Николай Николаевич», «Липашова Ольга Николаевна» расположенные на бланковых строках в:
двух копиях договора дарения земельного участка и дома от 05.04.2022, заключенных между ФИО3 («Даритель») и ФИО2 («Одаряемый»),
копии договора дарения гаража и земли от 05.04.2022, заключенного между ФИО3 («Даритель») и ФИО2 («Одаряемый») - выполнены одним лицом.
Дать заключение по вопросам: ФИО3 или иным лицом выполнена подпись от имени ФИО3 в договоре дарения земельного участка и дома от 05 апреля 2022 года и в договоре дарения гаража и земли от 05 апреля 2022 года не представляется возможным.
Суд принимает в качестве допустимого и достоверного доказательства указанное заключение эксперта, поскольку отсутствуют основания не доверять данному заключению, полученному по результатам назначенной судом экспертизы, где суждения экспертов являются полными, объективными и достоверными, а также изложены в соответствии требованиями законодательства. Выводы экспертов не имеют разночтений, противоречий и каких-либо сомнений, не требуют дополнительной проверки. Кроме того, судебные эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной ст. 307 УК РФ, что в совокупности с содержанием данного им заключения свидетельствует о том, что исследования были проведены объективно, на строго нормативной основе, всесторонне и в полном объеме. Квалификация лиц, проводивших экспертизу, сомнений не вызывает, эксперты имеют специальное образование, большой опыт работы и право осуществлять экспертную деятельность.
Ответчиком представлена рецензия на заключение судебной экспертизы, выполненная АНО «Национальный исследовательский институт судебной экспертизы», согласно которой эксперт пришел к выводу о том, что заключение эксперта №8363/06-2-24 от 05 февраля 2025 года не соответствует требованиям нормативно-правовых актов, методики и методических рекомендаций, регламентирующих производство судебной почерковедческой экспертизы, неполное, произведено с нарушением методик (методических рекомендаций) проведения данного вида и экспертиз, в связи с чем выводы, сделанные экспертом в результате проведенных исследований не являются обоснованными и вызывают сомнение в достоверности, не могут быть положены в основу юридически значимых решений.
Указанное письменное заключение суд не может принять в качестве надлежащего доказательства, поскольку письменное заключение специалиста не является заключением судебной экспертизы и его выводы противоречат выводам заключения судебной экспертизы. Представленное письменное заключение не служит опровержением выводов судебной экспертизы, поскольку является лишь мнением лица, не привлеченного в качестве специалиста к участию в деле.
Оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что неоднократно оформляя нотариально удостоверенные доверенности как на имя своей бывшей супруги ФИО13, так и на имя своей дочери — ФИО2, умерший ФИО3 неоднократно тем самым выражал свое волеизъявление и доверие к указанным выше лицам, в том числе и в 2021 году, когда им была выдана доверенность на полное распоряжение, принадлежащим ему имуществом как ФИО13, так и ФИО2
О том, что умерший ФИО3 не страдал психическими заболеваниями, свидетельствуют выписки из его истории болезней от 2020 года и за 2022 год, где врачами неизменно указывалась на полную ориентацию ФИО3 во времени, событиях и пространстве и его ясное сознание.
Истец в уточненных исковых требованиях ссылается на выводы судебной экспертизы № 8363/06-2-24 от 05.02.2025 года, по мнению истца выводы судебного эксперта подтверждают злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, что по мнению истца является основанием для признания этих сделок ничтожными на основании статьи 168 ГК РФ, как не соответствующих закону.
Подобные выводы истца действительности не соответствуют, тот факт, что именно ФИО2 при подписании оспариваемых договоров дарения в присутствии специалиста Роскадастра написала фамилию, имя и отчество умершего дарителя (ФИО3) а ее отец поставил свою подпись в присутствии указанного выше специалиста не может указывать на злоупотребление правом ответчика.
При изложенных обстоятельствах, оснований для признания сделок недействительными не имеется.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании сделок с недвижимостью наследодателя недействительными - оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца со дня и судом решения в окончательной форме через Щербинский районный суд города Москвы.
Мотивированное решение изготовлено 15 мая 2025 года.
Судья А.А. Кузнецов