Судья: Казарова Т.В. Дело № 33-28369/2023

50RS0042-01-2022-002938-30

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московская область 16 августа 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего Ситниковой М.И.,

судей Коноваловой С.В., Колесниковой Т.Н.,

при секретаре с/з Красовском И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску ФИО к ФИО, Администрации Сергиево-Посадского городского округа о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании имущества выморочным, применении к договору дарения правил договора купли-продажи, переводе прав и обязанностей покупателя,

по апелляционной жалобе ФИО на решение Сергиево-Посадского городского суда Московской области от 25 мая 2023 года,

заслушав доклад судьи ФИО,

объяснения явившихся лиц,

установила:

ФИО, уточнив заявленные требования, обратился в суд с иском к ФИО, Администрации Сергиево-Посадского городского округа о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО исковые требования с учетом их уточнения поддержала и пояснила, что на основании договора купли-продажи от 23.08.2014 г. ФИО является собственником 3/5 долей жилого дома с хозяйственными постройками по адресу: <данные изъяты>. Собственником 2/5 долей земельного участка и жилого дома является ответчик ФИО В свою очередь в 2000 году прежний совладелец спорных 2/5 долей указанного имущества ФИО оформила в собственность часть спорного земельного участка. 08.06.2010 г. ФИО умерла. Наследником к её имуществу являлась ФИО, которая приняла наследство в установленном законном порядке и оформила свое право на 2/5 доли жилого дома и земельный участок по адресу: <данные изъяты>. 03.10.2018 г. ФИО умерла. В связи с нахождением ФИО при жизни в тяжелом материальном положении, ФИО предложил ей выкупить 2/5 доли жилого дома и земельного участка в счет долговых обязательств. Однако указанную сделку они оформить не смогли в связи с тем, что ФИО имела психические расстройства и состояла на учете в ГБУЗ МО «Психиатрическая больница <данные изъяты>». В 2022 году ФИО стало известно, что собственником 2/5 долей земельного участка и жилого дома является ФИО на основании договора дарения от 23.11.2015 г., заключенного ФИО Полагает, что указанный договор дарения является притворным, по факту является договором купли-продажи, заключен как договор дарения, чтобы лишить истца, как сособственника спорного домовладения, преимущественного права покупки. Более того, указала, что договор дарения от 23.11.2015г., заключенный в простой письменной форме, был подан на регистрацию в феврале 2018 года. Полагает, что фактически договор дарения составлен именно в феврале 2018 года и указание в договоре дарения даты его заключения, как 23.11.2015г., связано это с тем, что в 2016 года в Гражданский кодекс РФ внесены изменения, которые не позволяли оформлять переход права собственности на доли в праве долевой собственности без нотариального удостоверения сделки, а на 2017-2018гг.ФИО уже находилась в состоянии, когда не понимала значение своих действий, не могла руководить ими, и такой договор дарения в 2018 году нотариусом в связи с состоянием здоровья ФИО не был бы заключен. В этой связи полагает, что указанная дата в договоре дарения не соответствует фактической дате заключения сделки, а, поскольку на фактическую дату заключения сделки ФИО не могла понимать значение своих действий, считает кроме того, что договор дарения является недействительным. Просила признать договор дарения земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и 2/5 долей жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенных по адресу: <данные изъяты>, заключенный 23.11.2015 г. между ФИО и ФИО недействительным в силу его притворности и недееспособности ФИО в момент заключения сделки; применить последствия недействительности сделки, прекратив право собственности ФИО на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> и 2/5 долей жилого дома с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенных по адресу: <данные изъяты>, признав указанный земельный участок и 2/5 доли жилого дома выморочным имуществом; применить к договору дарения правила договора купли-продажи недвижимости; перевести на ФИО права и обязанности покупателя по договору купли-продажи земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> и 2/5 доли жилого дома с кадастровым номером 50:05:0060309:649, расположенных по адресу: <данные изъяты>.

Представитель ответчика ФИО по ордеру адвокат ФИО в судебном заседании исковые требования не признала, возражала против их удовлетворения и пояснила, что ответчик ФИО была подругой ФИО с рождения. У ФИО был муж, который умер в 2004-2005 г., и ребенок-инвалид, который тоже умер еще в детстве. После смерти в 2010 году матери ФИО, ФИО была одинока, и ответчик ФИО стала проживать с ней и ухаживать за ней. В 2015 году ФИО изъявила желание подарить ФИО спорное имущество, в связи с чем, 23.11.2015 года был заключен договор дарения земельного участка и 2/5 доли жилого дома по адресу: <данные изъяты>. Стороны сделки зарегистрировали переход права собственности по оспариваемому договору в 2018 году. Просила в иске отказать, указала также, что истец не обосновал свой материально-правовой интерес при оспаривании договора дарения. Учитывая изложенное, заключения судебных экспертиз, проведенных по данному делу, а также пояснений представителя истца, данных в ходе судебного разбирательства об обстоятельствах осведомленности истца о судьбе спорного имущества, представитель ответчика просит применить исковую давность к заявленным требованиям и в иске отказать.

Представитель ответчика Администрации Сергиево-Посадского городского округа возражала против удовлетворения иска, полагала Администрацию ненадлежащим ответчиком по делу.

Решением Сергиево-Посадского городского суда Московской области от 25 мая 2023 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным решением, ФИО подал на него апелляционную жалобу по мотивам незаконности и необоснованности.

В суде апелляционной инстанции представитель ФИО просила решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить по доводам, указанным в жалобе. Полагала, что если имущество будет выморочным, то это публичный интерес.

Представитель ФИО просила решение суда первой инстанции оставить без изменений, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене или изменению обжалуемого решения.

Суд первой инстанции при рассмотрении дела правильно применил нормы материального права, подлежащие применению, и постановил обоснованное и законное решение, при этом не допустил нарушений норм процессуального права.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО на праве собственности принадлежит 3/5 доли в праве на жилой дом с хозяйственными постройками, расположенными по адресу: <данные изъяты> (т.1 л.д.19).

Собственником остальных 2/5 долей являлась ФИО на основании свидетельства о праве на наследство после смерти ФИО, умершей 08.06.2010 г.

На основании договора дарения 23.11.2015 г., заключенного между ФИО и ФИО, собственником 2/5 долей земельного участка и жилого дома является ответчик.

Согласно реестрового дела, с заявлением о регистрации перехода права собственности по договору дарения от 23.11.2015г. на ФИО, ФИО и ФИО обратились 12.02.2018г.

Обратившись в суд с иском, истец в качестве основания недействительности сделки, указывает на неспособность ФИО на момент заключения сделки понимать значение своих действий и руководить ими, а моментом сделки определяет не указанную в договоре дарения дату – 23.11.2015г., а 2018 год, полагая, что именно в 2017-2018гг. и был реально заключен договор дарения.

Для установления обстоятельств неспособности ФИО на период заключения сделки понимать значение своих действий и руководить ими, по делу определением суда первой инстанции была назначена судебная посмертная психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ФГБУ "НМИЦ психиатрии и наркологии им. ФИО" Минздрава России.

Из заключения экспертизы <данные изъяты>/з от 21.11.2022 г. усматривается, что эксперты пришли к выводу, что в материалах гражданского дела и медицинской документации не содержится данных о наличии у ФИО в юридически значимый период какого-либо психического расстройства. Анализ медицинской документации и материалов гражданского дела свидетельствует о том, что у ФИО в интересующий период не отмечалось грубо интеллектуально-мнестического снижения, изменений в эмоционально-волевой сфере, какой-либо продуктивной психотерапевтической симптоматики, нарушений критических способностей. Поэтому по своему психическому состоянию в период составления договора дарения земельного участка и долей жилого дома от 23.11.2015 г. ФИО могла понимать значение своих действий и руководить ими (т.1 л.д.172-174).

Суд первой инстанции принял указанное заключение в качестве доказательства по делу, поскольку оно мотивировано, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Также определением суда от 27.01.2023 г. по делу была назначена судебная технико-криминалистическая экспертиза для определения периода изготовления договора дарения доли жилого дома и определения состояния ФИО на момент выполнения документа.

Согласно выводам эксперта №<данные изъяты> рукописная запись «ФИО» и подпись от имени ФИО в договоре дарения земельного участка и 2/5 долей жилого дома от 23.11.2015года, для ФИО, как для исполнителя, были выполнены в необычном для неё психофизиологическом состоянии, постоянного характера. Период выполнения договора дарения земельного участка и 2/5 долей жилого дома от 23.11.2015 года, заключенного между ФИО и ФИО превышает два года до момента проведения исследования, что вероятно, может соответствовать дате, указанной в документе (т.2 л.д.10-39).

Суд также принял указанное заключение в качестве доказательства по делу, поскольку оно мотивировано, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Эксперт ФИО был допрошен в судебном заседании, предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, поддержал все выводы, изложенные в заключении эксперта №ПД-2-15/2023.

По общему правилу, установленному пунктом 3 статьи 1 ГК РФ, пункта 5 статьи 10 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Исходя из изложенного, добросовестность ответчиков при совершении оспариваемой сделки предполагается до тех пор, пока суду не доказано иное. В этой связи, бремя доказывания возмездного характера сделки лежит на истце как заявившем о недобросовестном поведении ответчиков.

В силу пункта 2 статьи 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно пункту 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Из содержания положений статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лица, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.

Обязательным условием сделки, как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений, является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пункт 3 указанной статьи говорит о том, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

На основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно (пункт 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

При рассмотрении настоящего гражданского дела представитель истца настаивала на квалификации сложившихся между ФИО и ФИО правоотношений, направленных на отчуждение имущества путем заключения договора купли-продажи, полагая также, что ФИО в силу своего психического состояния не понимала значение своих действий, в связи с чем, осуществила дарение спорного имущества, чем нарушила право истца на преимущественную покупку земельного участка и доли жилого дома.

На основании ч.1 ст.454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В качестве применения последствий недействительности договора дарения как ничтожного, ФИО просит перевести на него права покупателя по договору.

Согласно статье 250 ГК РФ при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении.

При продаже доли с нарушением преимущественного права покупки любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Из пояснений представителя истца в ходе судебного разбирательства следует, что в феврале 2022 года истец из выписки из ЕГРН узнал о том, что ответчик является собственником спорного имущества.Указанное подтверждается материалами гражданского дела №2-1387/2022 по иску ФИО к ФИО об исправлении реестровой ошибки, установлении границ земельного участка, разделе земельного участка по адресу: <данные изъяты>.

С настоящим иском истец ФИО обратился в суд 05.04.2022 года. Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что срок для предъявления указанных исковых требований истцом не пропущен.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

Между тем, истцом не приведено суду допустимых доказательств возмездного характера спорной сделки.

В силу статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

По мнению суда первой инстанции, с которым соглашается суд апелляционной инстанции, совокупность представленных истцом доказательств не подтверждает безусловно и без сомнения его доводы о возмездном характере оспариваемой как ничтожной сделки договора дарения имущества по основаниям притворности.

В этой связи, оснований к удовлетворению иска по данному основанию и применении последствий недействительности сделки, суд первой инстанции правомерно не усмотрел.

При этом также учитывается, что, подписав указанный договор дарения и предоставив его в Управление Росреестра для регистрации перехода права собственности на объекты недвижимости, его стороны выразили свою волю как на дарение недвижимого имущества, так и на его принятие в дар, зарегистрировав переход права от дарителя к одаряемому. Заключенный договор совершен в надлежащей форме и содержит все существенные условия, позволяющие определить предмет договора. Договор подписан ФИО лично. Переход права собственности на спорное имущество зарегистрирован в установленном законом порядке.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Под заинтересованным лицом в смысле положений п. 2 ст. 166 ГК РФ следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле, в связи с чем лицо, не являющееся стороной оспариваемой сделки, при обращении в суд должно доказать: наличие нарушения его прав и законных интересов, что оспариваемая сделка прямо нарушает его права и интересы, признание сделки недействительной и применение последствий недействительности сделки повлечет восстановление его нарушенных прав и интересов.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что истец ФИО не является заинтересованным лицом, обладающим полномочиями на оспаривание договора дарения, заключенного между ФИО и ФИО по основанию ч.1 ст.177 ГК РФ, поскольку оспариваемым договором его права не нарушаются, так как в случае признания оспариваемого договора недействительным и включении спорных объектов недвижимости в состав наследства после смерти ФИО, в том числе, и как выморочного имущества, они не перейдут в собственность истца, поскольку последний не является ее родственником, и как следствие - наследником.

Поскольку судом установлено, что истец не является заинтересованным лицом, обладающим полномочиями на оспаривание договора дарения, заключенного между ФИО и ФИО по основанию ч.1 ст.177 ГК РФ, нарушение прав истца оспариваемой им сделкой не установлено, то выводы суда первой инстанции о том, что оснований для рассмотрения его требований по существу недействительности указанной сделки по данному основанию не имеется, правомерны, в связи с чем, не имеется оснований к назначению по делу дополнительной экспертизы в целях установления состояния ФИО в момент совершения оспариваемой им сделки.

Судебная коллегия в полной мере соглашается с выводами суда первой инстанции, суд надлежащим образом оценил доказательства по делу, и в соответствии с требованиями ч. 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, результаты оценки отразил в своем решении. Оснований для иной оценки выводов суда судебная коллегия не находит и соглашается с выводами суда, поскольку они основаны на правильно установленных фактических обстоятельствах дела и нормах права.

Судебная коллегия приходит к выводу, что доводы апелляционной жалобы основаны на ошибочном толковании норм материального права, и сводятся к переоценке добытых судом доказательств, обстоятельств дела, установленных и исследованных судом, надлежащая оценка которым дана в решении суда, также не содержат обстоятельств, которые не были бы учтены судом первой инстанции при вынесении судебного решения и имели бы правовое значение для разрешения спора, сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, не опровергают их.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Сергиево-Посадского городского суда Московской области от 25 мая 2023 года – оставить без изменения,

апелляционную жалобу ФИО – без удовлетворения.

Председательствующий судья

Судьи