Дело №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Советский районный суд <адрес> в составе:
председательствующего судьи Соколовой Д.Е.
при секретаре ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «Банк Уралсиб», ООО «Траст» о признании договора уступки права (требования) недействительным в части,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ПАО «Банк Уралсиб», ООО «Траст» о признании недействительным договора уступки права требования № № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ПАО «Банк Уралсиб» и ООО «Траст» в части уступки права требования по обязательствам ФИО1 по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ.
В обоснование заявленных требований указано, что между ФИО1 и ПАО «Банк Уралсиб» был заключен кредитный договора № от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении кредитной карты с льготным условием кредитования с предоставлением кредитного лимита в сумме 212 000 руб. по ставке 24% годовых. В связи с ненадлежащим исполнением обязательств заемщиком ФИО1 заочным решением Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 в пользу ПАО «Банк Уралсиб» была взыскана задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 265 516,49 руб., в том числе: по сумме выданных кредитных средств (задолженность по кредиту) - 210 732,09 руб., по сумме начисленных процентов - 54 784,40 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 855,16 руб., всего 271 371,65 руб. Апелляционным определением от ДД.ММ.ГГГГ решение суда было изменено. Требования ПАО «Банк Уралсиб» были удовлетворены частично, с ФИО1 была взыскана в пользу ПАО «Банк Уралсиб» задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 235 308,08 руб., в том числе: по сумме выданных кредитных средств (задолженность по кредиту) - 210 732,09 руб., по сумме начисленных процентов - 24 575,99 руб., а также в возмещение расходов на уплату государственной пошлины взыскано 5 189 руб., всего - 240 497,08 руб. ПАО «Банк Уралсиб» получил исполнительный документ ФС № от ДД.ММ.ГГГГ на общую сумму 240 497,08 руб., который был предъявлен к исполнению в Советское РОСП <адрес> ГУФССП России по <адрес>, было возбуждено исполнительное производство №-ИП от ДД.ММ.ГГГГ, прекращено ДД.ММ.ГГГГ на основании ст. 46 Закона об исполнительном производстве. ДД.ММ.ГГГГ после ознакомления представителя истца с материалами дела № истец ФИО1 узнал о том, что ДД.ММ.ГГГГ между ответчиком ПАО «Банк Уралсиб» (цедент) и ответчиком ООО «Траст» (цессионарий) был заключен договор №№ от ДД.ММ.ГГГГ уступки права (требования). Согласно выписке из акта приемки-передачи к договору уступки права (требований) ПАО «Банк Уралсиб» передало, а ООО «Траст» приняло право требования к ФИО1 на сумму 270 705,49 руб. в то время как по исполнительному листу в пользу банка была взыскана сумма 240 497,08 руб. Уведомления о состоявшееся уступке права требования ФИО1 не получал, и поэтому не знал о заключенном договоре. ПАО «Банк Уралсиб» является банком, кредитной организацией, осуществляющей свою деятельность на основании лицензии на осуществление банковских операций. ООО «Траст» является коммерческой организацией, имеющей организационно-правовую форму в виде общества с ограниченной ответственностью, и не является кредитной организацией, осуществляет свою деятельность на основании Устава. ООО «Траст является организацией, специализирующейся на выполнении юридических и фактических действий по взысканию задолженности, которая действующим законодательством не урегулирована. В данных правоотношениях согласие заемщика необходимо для заключения договора уступки права требования, поскольку для заемщика имеет значение личность кредитора. Деятельность банка как кредитора четко регламентирована законодательством, тогда как коллекторское агентство не обладает специальным правовым статусом, аналогичным статусу банка. ООО «Траст» не имеет лицензию на осуществление банковской деятельности. Считает, что банк не может уступить права требования по договору любому третьему лицу, без согласия заемщика, поскольку в таком случае нарушается право потребителя на гарантированную тайну банковского счета, операций по счету и сведений о клиенте. Кроме того, банк не может передать требований больше, чем имеет сам. ООО «Траст» не относится к тем лицам, которым в силу закона могут быть переданы сведения, составляющие банковскую тайну, следовательно, уступка права по обязательствам, возникшим между ПАО «Банк Уралсиб» и ФИО1, не может быть признана законной. Ссылаясь на положения ст. ст. 168, 388 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 16 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», просил исковое заявление удовлетворить.
Истец ФИО1 и его представитель по доверенности ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в их отсутствие.
Представитель ответчика ПАО «Банк Уралсиб» в судебное заседание не явился, извещен, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя. Представил в суд письменные возражения на исковое заявление, в которых просил отказать в удовлетворении заявленных исковых требований.
Представитель ответчика ООО «Траст» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя. Представили суду письменный отзыв на исковое заявление, где выразил несогласие с заявленными требованиями.
Суд определил рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.
В силу ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В соответствии со ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
В соответствии с п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.
Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «Уралсиб» (в настоящее время - ПАО «Банк Уралсиб») и ФИО1 заключен договор № № о предоставлении кредитной карты с льготным периодом кредитования с предоставлением лимита кредитования в размере 212 000 руб. под 24% годовых.
В соответствии с индивидуальными условиями кредитования заемщик предоставил банку право передавать права (требования) по договору третьим лицам, в том числе не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, в объеме и на условиях, которые будут существовать к моменту такого перехода права (требования), что подтверждается его подписью в договоре.
ДД.ММ.ГГГГ между ПАО «Банк Уралсиб» (цедент) и ООО «Траст» состоялся договор № № уступки права (требования), в соответствии с которым право требования долга по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 270 705,49 руб., заключенному с ФИО1, перешло в полном объеме к ООО «Траст».
Судом также установлено, что заочным решением Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворены исковые требования ПАО «Банк Уралсиб» к ФИО1 о взыскании кредитной задолженности, с ФИО1 в пользу ПАО «Банк Уралсиб» взыскана задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 265 516,49 руб., в том числе: по сумме выданных кредитных средств (задолженность по кредиту) - 210 732,09 руб., по сумме начисленных процентов - 54 784,40 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 855,16 руб., всего 271 371,65 руб.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ заочное решение Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в части размера подлежащих взысканию процентов, итоговой суммы взыскания, размера возмещения расходов на уплату государственной пошлины изменено, в указанной части принято новое решение, которым требования ПАО «Банк Уралсиб» удовлетворены частично. С ФИО1 в пользу ПАО «Банк Уралсиб» взыскана задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в размере 235 308,08 руб., в том числе: по сумме выданных кредитных средств (задолженность по кредиту) - 210 732,09 руб., по сумме начисленных процентов - 24 575,99 руб., а также в возмещение расходов на уплату государственной пошлины - 5 189 руб., всего 240 497,08 руб. В удовлетворении остальной части требований ПАО «Банк Уралсиб» о взыскании задолженности по сумме начисленных процентов отказано.
Определением Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ произведено процессуальное правопреемство по гражданскому делу № по иску ПАО «Банк Уралсиб» к ФИО1 о взыскании кредитной задолженности, в рамках которого принято решение Советского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, путем замены ПАО «Банк Уралсиб» на ООО «Траст».
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.
Это означает, что уступка прав кредитора по договору с физическим лицом - потребителем лицу, не являющемуся кредитной организацией и не обладающему лицензией на осуществление банковских операций, допускается, если это предусмотрено специальным законом или кредитным договором.
К специальным законам, регулирующим деятельность кредитных организаций, относится Федеральный закон от 02 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности».
Согласно ст. 13 Федерального закона от 02 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности», осуществление банковских операций производится только на основании лицензии, выдаваемой Банком России в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, за исключением случаев, указанных в частях девятой и десятой настоящей статьи и в Федеральном законе «О национальной платежной системе».
В ст. 1 Федерального закона от 02 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности» определено, что кредитная организация - юридическое лицо, которое для извлечения прибыли как основной цели своей деятельности на основании специального разрешения (лицензии) Центрального банка Российской Федерации (Банка России) имеет право осуществлять банковские операции, предусмотренные настоящим Федеральным законом. Кредитная организация образуется на основе любой формы собственности как хозяйственное общество. Банк - кредитная организация, которая имеет исключительное право осуществлять в совокупности следующие банковские операции: привлечение во вклады денежных средств физических и юридических лиц, размещение указанных средств от своего имени и за свой счет на условиях возвратности, платности, срочности, открытие и ведение банковских счетов физических и юридических лиц.
Как следует из указанных положений закона, уступка требований по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в ст. 5 Федерального закона от 02 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности».
Общие положения, закрепленные в ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, также не содержат указания на возможность реализации прав кредитора по кредитному договору только кредитной организацией.
Таким образом, личность кредитора не может иметь существенное значение при уступке права требования взыскания задолженности лицу, не обладающему правом на осуществление банковских операций, поскольку лицензируемая деятельность банка считается реализованной с выдачей кредита.
Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что действующее гражданское законодательство, основанное на принципе диспозитивности, не содержит запрета на уступку кредитной организацией прав требования по кредитному договору третьим лицам, в том числе организациям, не являющимся кредитными и не имеющим лицензии на занятие банковской деятельностью.
Как следует из материалов дела, кредитный договор, заключенный между истцом ФИО1 и ПАО «Банк Уралсиб», не предусматривает запрета на дальнейшую уступку прав кредитора третьим лицам, в том числе не являющимся кредитной организацией, и не обладающим лицензией на осуществление банковских операций.
При таких обстоятельствах, сделка уступки права требования по кредитному договору с истцом, не может быть признана недействительной, поскольку не противоречит закону и содержанию кредитного договора.
В силу п. 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (п. 2 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения п. 2 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо исходить из существа обязательства.
Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (п. 2 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Исходя из положений параграфа 2 главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства, вытекающие из кредитного договора, не относятся к числу обязательств, в которых личность кредитора имеет существенное значение для должника.
Заключенный между истцом ФИО1 и ПАО «Банк Уралсиб» кредитный договор также не предусматривает необходимость получения согласия истца на передачу прав кредитора третьим лицам.
Таким образом, договор уступки права не противоречит действующему законодательству.
Доводы истца о том, что истец не извещался о заключении договора уступки права (требования), не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований в силу следующего.
Исходя из смысла п. 3 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, неуведомление должника о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, не влечет недействительности данного соглашения, а лишь предусматривает риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий, так как, если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий. В этом случае исполнение обязательства первоначальному кредитору признается исполнением надлежащему кредитору.
Договор цессии не затрагивает права и законные интересы истца как должника. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что личность кредитора имеет существенное значение для должника (п. 2 ст. 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При этом, доказательств надлежащего исполнения условий кредитного договора посредством погашения кредита первоначальному кредитору, истцом не представлено.
Кроме того, ФИО1 не представлено доказательств того, что переход права требования вызвал у него какие-либо неблагоприятные последствия.
При этом доводы ФИО1 о том, что ПАО «Банк Уралсиб» переуступило ООО «Траст» право требование в большем размере, чем имеется задолженность, судом не принимаются, поскольку судом произведена замена взыскателя исключительно по правоотношениям, возникшим на основании судебного акта. При этом, процессуальное правопреемство проводится судом только в пределах удовлетворенного иска, то есть суммы задолженности, взысканной судом по настоящему делу.
Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, представленные доказательства, оценивая их по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд находит доводы истца о недействительности договора уступки права (требования) в части уступки права требования по обязательствам ФИО1 по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ необоснованными.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ПАО «Уралсиб», ООО «Траст» о признании договора уступки права (требования) недействительным в части оставить без удовлетворения.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Советский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий Д.Е. Соколова
Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.