Судья Бразер А.А. Дело № 22-1493/2023

Апелляционное постановление

г. Иваново 6 сентября 2023 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего судьи Герасимовой С.Е.,

при секретаре Микушовой А.В.,

с участием

прокурора Краснова С.В.,

адвокатов Подольского В.И., Морозова Ю.Л.,

осужденных ФИО25, ФИО26,

рассмотрев в открытом судебном заседании 17, 31 августа, 6 сентября 2023 года апелляционные жалобы адвокатов Подольского В.И., Морозова Ю.Л. на приговор Вичугского городского суда Ивановской области от 1 июня 2023 года, которым

ФИО25, ДД.ММ.ГГГГ рождения, не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, к штрафу в размере 70000 рублей, на основании ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом срока задержания в порядке ст. 92 УПК РФ в период с 12 до 14 мая 2020 г., срока домашнего ареста с 14 мая 2020 г. по 3 ноября 2020 г. штраф смягчен до 35000 руб.

ФИО26, ДД.ММ.ГГГГ рождения, не судимый,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, к штрафу в размере 50000 рублей, на основании ч. 5 ст. 72 УК РФ с учетом срока задержания в порядке ст. 92 УПК РФ в период с 12 до 14 мая 2020 г., срока домашнего ареста с 14 мая 2020 г. по 3 ноября 2020 г. штраф смягчен до 25000 руб.

Установил:

ФИО25 и ФИО26 признаны виновными в превышении должностных полномочий, то есть в том, что, являясь должностными лицами, совершили действия, явно выходящие за пределы их полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

Обстоятельства дела, признанные судом установленными, изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО25 адвокат Подольский В.И. просит об отмене приговора, оправдании ФИО25 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, ссылаясь на положения приказов от 17.11.2017 № 1463 и от 31.01.2013 № 65, указывает на следующие основания:

- материальный ущерб потерпевшим относительно премий причинен не был, поскольку ФИО25, находясь в должности <данные изъяты>, обладал исключительными полномочиями по определению размера премий подчиненных сотрудников, при этом, после определения размера премии, которая подлежала выплате сотруднику, исходя из объема и качества проделанной работы, данная премия завышалась на ту часть, которую сотрудник затем сдавал на нужды отдела, что было подтверждено показаниями ФИО10, ФИО19, ФИО12, ФИО2, ФИО23, результатами оперативно-розыскной деятельности, в связи с чем сбор у подчиненных сотрудников завышенной части премии, не может являться причинением им материального ущерба, так как у них оставалась та часть премии, которую по мнению ФИО25 они заслужили и которую он решил им выдать, как лицо, единственное обладающее функциями по определению размера премии, подлежащей выдаче сотруднику отдела;

- материальный ущерб относительно компенсации за неиспользованный отпуск потерпевшим не причинен, поскольку компенсация за отпуск выплачивается лишь лицам, которые не использовали отпуск, то есть вместо отпуска находились на службе и выполняли свои должностные обязанности, вместе с тем, потерпевшие пояснили, что в указанные дни они находились дома, на службу не выходили, служебные обязанности не выполняли, в связи с чем денежная компенсация им была не положена;

- материальный ущерб <данные изъяты> также не причинен, так как денежные средства были израсходованы в пределах лимитов, доведенных до <данные изъяты>, завышения данных лимитов допущено не было;

- вывод суда о том, что существенно нарушены охраняемые законом интересы общества и государства, выразившиеся в подрыве авторитета органа внутренних дел – <данные изъяты> и его дискредитация в глазах населения, доказательствами, имеющимися в материалах дела, не подтвержден;

- вывод суда о том, что судебное заседание посещали представители СМИ, дело получило большой общественный резонанс и из-за этого был подорван авторитет органов внутренних дел, не может относиться к периоду совершения инкриминируемых ФИО25 деяний;

- денежные средства, которые собирал ФИО25, как часть премий или компенсации за неиспользованный отпуск шли на нужды отдела, на премии наказанным сотрудникам, на приобретение бумаги, на оплату проведения судебно-психиатрических экспертиз, то есть способствовали выполнению отделом внутренних дел возложенных на него функций по охране интересов общества и государства, тем самым действия ФИО25 формировали положительный имидж отдела внутренних дел.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО26 адвокат Морозов Ю.Л. просит об отмене приговора, оправдании ФИО26, указывая на следующие основания:

- в действиях ФИО26 отсутствует состав преступления в связи с тем, что материальный ущерб потерпевшим причинен не был, так как именно руководитель отдела определял размер премии каждого сотрудника, а компенсация за неиспользованный отпуск полагалась только в случае, если в указанное время должностные лица исполняли свои обязанности, однако потерпевшие свои служебные обязанности не выполняли, в связи с чем не вправе были претендовать на компенсационные выплаты;

- в ходе судебного следствия не был установлен факт существенного нарушения охраняемых законов интересов общества и государства, выразившийся в подрыве авторитета органа внутренних дел <данные изъяты>, огласку получил лишь факт уголовного преследования подсудимых, а не их действия;

- суд неправильно установил, что ФИО25 и ФИО26 являлись соучастниками преступления, поскольку ФИО26 в судебном заседании пояснил, что был осведомлен о некоторых фактах сбора части премий и компенсаций за неиспользованный отпуск, однако участия в этом не принимал, а выводы суда о том, что некоторые из разговоров ФИО25 с руководителями подразделений происходили в кабинете ФИО26 и он при них присутствовал не свидетельствуют о его осведомленности и являются лишь предположением суда;

- руководители подразделений не сообщали о вовлеченности ФИО26 в разговоры, сам ФИО26 пояснил, что он выполнял служебные обязанности и к разговорам, которые происходили в его кабинете, не прислушивался;

- ФИО16, признанный по делу потерпевшим, выполнил объективную сторону сбора денежных средств с подчиненных, действуя по указанию ФИО25 ФИО26 лишь передал денежные средства от ФИО16 ФИО25, а то, что ФИО25 передавал ФИО26 денежные средства на расходования для нужд отдела, выдачи премий сотрудникам, имеющим дисциплинарные взыскания, оплаты судебно-психиатрических экспертиз не свидетельствует о вовлеченности ФИО26 в действия по сбору денежных средств;

- суд необоснованно не признал провокацией действия ФИО15 в рамках ОРМ, так как ему было предложено не сдавать денежные средства, а потратить их на лечение своей супруги, однако ФИО15 выразил желание сдать денежные средства, и фактически, действуя добровольно, спровоцировал руководство отдела на принятие данных денежных средств;

- результаты ОРД с участием ФИО15 необоснованно были признаны судом допустимыми доказательствами, поскольку ФИО15 были вручены лишь копии денежных купюр, при этом, технические средства и копии денежных купюр вручались ФИО15 2 сентября 2019 года, тогда как запись производилась дважды 2 и 9 сентября 2019 года, суд посчитал, что указанные противоречия устранены показаниями ФИО15, которые он давал в судебном заседании, однако ФИО15 показал, что он дважды получал технические средства, при этом вручение технических средств и денежных купюр производилось сотрудниками ФСБ в автомобиле <данные изъяты>;

- ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного заседания не было установлено, что ФИО26 был осведомлен и участвовал в сборе части премий в 2019 году.

В возражениях на апелляционные жалобы и.о. Вичугского межрайонного прокурора Ивановской области Лаврова Е.В. просит об оставлении апелляционных жалоб без удовлетворения, приговора суда без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав позицию участников процесса, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным и обоснованным.При этом все доводы апелляционных жалоб стороны защиты, касающиеся невиновности осужденных в инкриминируемом преступлении, были предметом исследования и оценки суда первой инстанции, являются несостоятельными, поскольку опровергаются собранными по делу и исследованными в судебном заседании доказательствами.

Судом первой инстанции правильно установлено и это следует из материалов дела, что ФИО25, являясь начальником <данные изъяты>, а затем и присоединившийся к нему Морозов, будучи сначала замначальника <данные изъяты>, а затем исполняя обязанности начальника, являясь должностными лицами, превышая свои должностные полномочия, совершили действия, которые никто ни при каких обстоятельствах не вправе совершать, то есть действия, явно выходящие за пределы их полномочий, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан в виде причинения имущественного вреда ( от действий ФИО25 потерпевшим ФИО20 и ФИО12 на сумму 15000 руб. каждому ; от действий ФИО25 и Морозова : ФИО13 -на сумму 115000 руб., ФИО3 – 48000 руб., ФИО15- 12000 руб., ФИО21 52500 руб., ФИО16 – 50000 руб.,ФИО12 17000 руб., ФИО17 – 47500 руб., ФИО4- 2500 руб., ФИО7- 40000 руб., ФИО6- 7000 руб., ФИО22- 8000 руб., ФИО11 – 7000 руб., ФИО5 – 7000 руб., ФИО9- 1000 руб., ФИО1 4000 руб.),то есть нарушения гарантированных Конституцией РФ права частной собственности, права на вознаграждения за труд, а также охраняемых законом интересов общества и государства, выразившегося в подрыве авторитета органа внутренних дел и его дискредитации перед населением.

К такому выводу суд пришел верно на основании тщательно и всесторонне исследованных материалах дела, в том числе показаний потерпевших, указанных в постановлении выше, свидетелей, других доказательств, положений, закрепленных в Федеральном Законе » О полиции», Положения о МО МВД РФ « Вичугский» и должностных регламентов( инструкций), копий приказов, сведений о движении по банковским счетам и выписок со счетов потерпевших, и другими, в том числе письменными доказательствами, подробный анализ и оценка которым дана в приговоре.

Сами осужденные ФИО25 и Морозов, по факту не отрицая описанные в приговоре фактические обстоятельства, виновными себя в инкриминируемом преступлении не признали, полагая что никаких преступных действий не совершали. ФИО25 действовал для решения финансовых проблем, имевшихся в работе отдела, исключительно с целью улучшения качества работы как самого отдела, так и сотрудников. Морозов полагал себя потерпевшим, так как также участвовал в сдаче денег.

Несмотря на указанную позицию, из анализа показаний всех потерпевших, являвшихся сотрудниками <данные изъяты>, следует, что по указанию руководства отдела часть премий возвращалась сотрудниками ФИО25 и Морозову, последние указанные средства расходовали по собственному усмотрению. При этом все допрошенные судом потерпевшие полагали, что получают причитающиеся денежные выплаты в виде премии и компенсации за отпуск заслужено, в соответствии с изданными приказами. При этом потерпевший ФИО6 указал, что за отказ передачи денег в требуемой сумме, ему было предложено написать рапорт на увольнение, вследствие чего он вынужден был ходить к ФИО25 и извиняться. Потерпевшие, будучи подчиненными ФИО25 и Морозова, указывали на принудительность фактов по возвращению части ранее начисленных им денежных средств, опасения негативных последствий в случае не сдачи денежных средств.

Обстоятельства дела, изложенные потерпевшими по факту начисления и получения ими денежных средств( в качестве премий, компенсации за отпуск ФИО15 ) и фактам последующих передач части этих денежных средств ФИО25 и Морозову подтверждены приказами о начислении премий сотрудникам отдела за подписью ФИО25, а по факту от декабря 2019 г.- Морозова, иными финансовыми документами, бывшими предметом исследования в судебном заседании.

Одновременно с указанным из анализа показаний свидетелей ФИО14- замначальника <данные изъяты>, начальника <данные изъяты> ФИО8 и других, допрошенных по делу, следует, что руководство отдела периодически выдавало деньги на финансовые расходы( покупка бумаги, проведение экспертиз, ремонт помещений и т.п.),за которые никто из них не отчитывался, кроме того сотрудники отдела обсуждали между собой факты сбора денежных средств по инициативе руководства.

Оценивая показания потерпевших, свидетелей( в той части, которая признана достоверной) суд учел, что они логичны и последовательны, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку по существенным для доказывания вины обстоятельствам они согласуются между собой и с другими доказательствами по делу. В связи с этим, вопреки доводам жалоб, оснований не доверять показаниям потерпевших и свидетелей, изобличающих ФИО25 и Морозова, не имеется.

Суд апелляционной инстанции находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств убедительными и достаточными с точки зрения принципа разумности. Какие -либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденных, в том числе в показаниях потерпевших, свидетелей, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО25 и Морозова или на квалификацию их действий, по делу отсутствуют. Оснований не согласиться с выводами суда, суд апелляционной инстанции не находит, в связи с чем признает доводы жалоб о том, что ФИО25 и Морозов осуждены при отсутствии доказательств виновности в совершении преступления, несостоятельными.

Совокупность приведенных в обвинительном приговоре доказательств совершения ФИО25 и Морозовым указанного в приговоре преступления была проверена и исследована в ходе судебного заседания, суд дал надлежащую оценку доказательствам и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела, а также указал мотивы, почему он принимает одни доказательства и отвергает другие.

При этом суд первой инстанции принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела. Из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 273- 291 УПК РФ. Все представленные сторонами доказательства были исследованы, все заявленные ходатайства на судебном следствии были рассмотрены, по ним приняты мотивированные решения в установленном законом порядке, несогласие с принятыми судом решениями, не свидетельствует об их ошибочности. Одновременно с указанным и доводы стороны защиты о невиновности осужденных, аналогичные изложенным в апелляционных жалобах, были предметом исследования и оценки суда. Доводы защиты об отсутствии события преступления, о невиновности осужденных в совершении преступления, судом мотивированно верно отвергнуты. Мотивы, по которым суд пришел к выводу о несостоятельности доводов стороны защиты о невиновности ФИО25 и Морозова в преступлении, являются достаточными с точки зрения принципа разумности и не согласиться с ними оснований у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы защиты о том, что сотрудники полиции оговорили ФИО25 и Морозова вследствие личных неприязненных отношений, а также о том, что потерпевшим по делу ущерб не причинен, поскольку всех выплаченных им денег они по факту не заработали, деньги израсходованы в пределах лимитов и т.п., являются аналогичными суждениями, которые были озвучены осужденными и стороной защиты в ходе судебного разбирательства. Эти доводы были предметом тщательного исследования в суде первой инстанции с принятием соответствующих решений приговором, сомневаться в правильности которых суд апелляционной инстанции не находит оснований, так как они опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, подробный анализ которых изложен в судебном решении.

Вопреки доводам жалоб показания потерпевшего ФИО16 правильно оценены судом. ФИО16, как пострадавший от преступления и вернувший из разовой премии в 90 000 руб. большую ее часть в размере 50 000 руб. ФИО25 и Морозову, правильно признан потерпевшим по делу, его статус согласуется с положениями, закрепленными в ст. 42 УПК РФ, так как ему преступлением причинен имущественный вред.

Указание в жалобе о том, что ФИО16 выполнял объективную сторону состава преступления, собирая деньги с подчиненных, являются ошибочными суждениями, так как схема сбора денег с подчиненных сотрудников была обусловлена непосредственными незаконными указаниями, исходящими от ФИО25 и Морозова, последние при этом избегали действовать лично. Так, например, аналогичные действия выполнял потерпевший ФИО12, о котором в доводах жалобы не указывается. Вместе с тем именно осужденные аккумулировали у себя незаконно собранные денежные средства и распоряжались ими по своему усмотрению. Показательны в указанном плане показания потерпевшего ФИО15, указавшего на факты опасения Хохлова ведения разговоров о сборе денег в своем кабинете, распоряжение Морозова о передаче денег не ему лично, а ФИО12, несмотря на то, что именно Морозов ранее озвучивал требуемую от него (ФИО15) сумму денег.

Указание в жалобе о том, что потерпевший ФИО15, действуя в рамках ОРМ, спровоцировал руководство отдела на принятие денежных средств, является ошибочным. Судом учтено, что оперативно- розыскные мероприятия были начаты только тогда( июнь 2018 г.), когда ФИО25 и Морозов уже реализовывали преступный умысел и часть денег с потерпевших была ими получена, то есть тогда, когда имел место свершившийся факт противоправного поведения виновных, который нуждался только в его фиксации законными методами. Суд правильно пришел к выводу, что проведение оперативного эксперимента во всех его стадиях было законно и оправданно, учтено, что первоначально противоправная деятельность Морозова зафиксирована не была, то есть цель ОРМ не достигнута, что позволяло продолжить мероприятия на законных основаниях. Потерпевший ФИО15 дает по указанному поводу подробные показания из которых четко следует, что на период участия в оперативно- розыскном мероприятии он уже был поставлен в известность ФИО25 о том, что он должен» продать» 10 дней отпуска. При этом сумму, которую он должен был передать ему озвучил уже Морозов ( чуть более 12 000 руб). Действительно Морозов первоначально предлагал оставить деньги ФИО15 на лечение супруги. Но из анализа содержания разговора Морозова и потерпевшего судом правильно сделан вывод о том, что делая указанное выше предложение, Морозов при этом не сообщил, что он отказывается от ранее требуемой суммы, то есть была предоставлена « отсрочка» от передачи денег. Одновременно с указанным суд апелляционной инстанции учитывает, что никто не воздействовал на осужденных в плане получения ими денег, ничто не мешало им на любой стадии отказаться от их принятия, вместе с тем сделано этого не было. Осужденные совершали действия до оперативных мероприятий и продолжили их совершать после них, что также свидетельствует об отсутствии провокационных действий в отношении них.

Указание защитой о том, что сведения об ОРМ даны неполные, а следовательно недостоверные, основаны на ошибочном понимании закона. Все данные, предоставленные следователю и полученные в рамках оперативно- розыскных мероприятий были проверены судом с учетом положений ст. 89 УПК РФ, путем сопоставления с иными доказательствами по делу. Данные об имевших место ОРМ могут быть предоставлены в объеме, который сочтет нужным соответствующий орган, в том числе не только путем предоставления соответствующих подлинных документов и выписок из них, но и предоставления обобщающих справок меморандумов ( Инструкция о порядке предоставления результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд от 2013 г.).

Факт продолжения участия Морозова в преступной деятельности вместе с ФИО25 в 2019 г., вопреки указанию в жалобе об обратном, вытекает из анализа содержания показаний потерпевших, включая ФИО12, ФИО7, ФИО13, подтвержден показаниями свидетеля ФИО19, ФИО18, ФИО24, данными о фиксации разговора в рамках ОРМ между ФИО17 и ФИО20, ФИО16, ФИО20, ФИО12 ( т. 1 л.д. 71-73, 78-79 и др.) соответствующими приказами за 2019 г., подписанными Морозовым ( т 4 л.д. 144-149, 137-143), так и другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Что касается остальных доводов защитников о невиновности в инкриминируемом преступлении, то по сути, они направлены на переоценку доказательств, приведенных и исследованных в приговоре, которым дана надлежащая оценка по правилам ст. 88 УПК РФ. Совокупности доказательств, приведенной в приговоре, достаточно для разрешения уголовного дела.

Фактические обстоятельства по делу установлены правильно. Вопреки доводам жалобы в приговоре суда определены место и время совершения преступления, приведены документы, позволяющие отнести виновных к должностным лицам, характере их действий, вывод о том, в чем выразилось превышение должностных полномочий, при этом действия каждого из виновных описаны конкретно, указаны последствия, то есть описательно-мотивировочная часть приговора полностью соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ.

Одновременно с указанным суд апелляционной инстанции расценивает указание адвокатов о том, что обвинительное заключение является неконкретным, нарушающим право на защиту, несостоятельным и противоречащим содержанию оспариваемого процессуального документа, отвечающего требованиям ст. 220 УПК РФ. Событие преступления ( его время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления ) указаны применительно к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по ч. 1 ст. 286УК РФ. При этом указаны и соответствующие последствия, а именно указано в чем выразилось существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства. Поскольку обвинение, предъявленное виновным органами предварительного расследования, являлось конкретным и отвечающим требованиям уголовно- процессуально законодательства оно не могло нарушить право на защиту.

Правовая оценка преступным действиям ФИО25 и Морозова дана правильно, квалификация содеянного ими преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, в приговоре подробно мотивирована.Совершение осужденными действий, явно выходящих за пределы их полномочий, повлекло за собой существенное нарушение охраняемых интересов общества и государства, выразившееся в дискредитации и подрыве авторитета органа внутренних дел, а также повлекло существенное нарушение прав и законных интересов потерпевших в виде причинения вреда, нарушения прав частной собственности и на вознаграждение за труд. Указанные права потерпевших являются фундаментальными, не только гарантируются, но и защищаются Конституцией РФ, другими федеральными законами, в связи с чем их нарушение является существенным.

Вследствие указанного выше доводы жалобы том, что ФИО25, обладая исключительными полномочиями по распределению премий и, в конечном итоге, потерпевшие получили только то, что заработали (исходя из объема и качества проделанной ими работы), явно противоречат существующему законодательству и содержанию изданных приказов. При этом суд подробно мотивировал свои выводы, касающиеся причинения имущественного ущерба от преступления потерпевшим, включая возврат денег, обусловленный нахождением в отпуске. С мотивами принятого судом решения, суд апелляционной инстанции согласен, полагая их достаточными с точки зрения принципа разумности. Суд исходит из того, что существенное нарушение прав и интересов - признак оценочный, то есть не поддающийся точному измерению. В данном случае он выражается как в причинении материального ущерба потерпевшим, он указан четко в денежном выражении, так и моральном вреде, так как были нарушены конституционные принципы о неприкосновенности частной собственности, обусловленные вознаграждением за труд. Кроме того, были нарушены охраняемые законом интересы общества и государства, выразившиеся в подрыве авторитета органов внутренних дел, его дискредитации в глазах населения, поскольку закон был попран руководителями того органа, который изначально создан и существует для противоположных целей.

Поскольку признак существенности нарушения прав и интересов по делу доказан совокупностью доказательств, то в действиях осужденных имеет место быть состав преступления, а не должностной проступок, влекущий дисциплинарную ответственность. Совершенные ими действия не имеют право совершать никто, что для виновных было очевидно, осознавалось как ими, так и их подчиненными.

Рассматривая вопрос о наказании виновным, определенным приговором, суд апелляционной инстанции полагает, что приговор в указанной части подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 60 УК РФ при назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. При этом должен быть обеспечен индивидуальный подход к назначению наказания. Согласно ст. 6 УК РФ справедливость назначенного виновному наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения, данным о личности виновного. При этом справедливое наказание будет способствовать решению задач и осуществлению целей уголовного законодательства Российской Федерации, сформулированных в ст. 2, 43 УК РФ.

Приведенные требования закона при назначении наказания ФИО25 и Морозову судом соблюдены в части, поскольку им ошибочно были учтены обстоятельства, которые не должны были приниматься во внимание, поэтому приговор подлежит изменению, а назначенное наказание снижению соразмерно вносимым изменениям.

Рассуждения суда, касающиеся огласки действий виновных, получившей место после преступления и при рассмотрении дела судом, подлежат исключению из приговора, как не подлежащие учету, вследствие того, что данных обстоятельств не было на период совершения преступления ( положения, закрепленные в ст. 25, 29 УК РФ).Поэтому необходимо исключить из описательно – мотивировочной части приговора ( л.д. 54 приговора, т 13 л.д. 163) следующие предложения, начинающиеся словами « Кроме того, потерпевший Стариков показал, что….» и заканчивающиеся словами …» … в закрытом судебном заседании «, и все выводы суда, обусловленные обстоятельствами, указанными в данных предложениях. В указанной части доводы стороны защиты, изложенные в жалобе, являются обоснованными.

Кроме того, следует исключить из описательно- мотивировочной части приговора указание о признании обстоятельством, отягчающим наказание на основании п. «г» ч. 1 ст. 63 УК РФ, особо активную роль в совершении преступления ФИО25, так как указанный вывод сделан судом самостоятельно, без указаний об этом в фактических обстоятельствах содеянного ФИО25 и Морозовым, а сам факт посвящения ФИО25 Морозова в свои преступные планы, предложение совместного осуществления сбора денежных средств, таковым признан быть не может.

Суд признал обстоятельством, отягчающим наказание ФИО25 и Морозова, на основании п. »в» ч. 1 ст. 63 УК РФ совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору. Вместе с тем, вмененное им в вину преступление является единым продолжаемым, все деяния входящие в него являются тождественными, виновные действовали с единым умыслом, совершая преступление одним и тем же способом. Поскольку действия ФИО25 по выполнению объективной стороны преступления уже были начаты, поэтому с учетом положений, закрепленных в ч. 1, 2 ст. 33 УК РФ, следует исключить словосочетание « по предварительному сговору». Предварительный сговор может иметь место только до начала выполнения действий, составляющих объективную сторону преступления. Суд первой инстанции при этом правильно указал в приговоре, что ущерб ФИО20 и ФИО12 в 2017 г. был причинен исключительно действиями ФИО25. Поэтому все ссылки на предварительный сговор в описательно- мотивировочной части приговора ( при изложении фактических обстоятельств, при формулировании выводов суда, касающихся вопросов квалификации, наказания) являются ошибочными, подлежат исключению. Но поскольку преступление начатое ФИО25, было продолжено затем вместе с Морозовым, оно с указанного в приговоре периода совершалось в группе лиц, вследствие чего в их действиях имеет место быть обстоятельство, отягчающие наказание, совершение преступления в составе группы лиц, предусмотренное п. »в» ч. 1 ст. 63 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств преступления ( длительности, нескольких потерпевших) оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, у суда первой инстанции не было. Вид избранного наказания судом мотивирован правильно, с учетом требований ст. 46 УК РФ. Вносимые изменения влекут снижение назначенного виновным наказания.

Иных нарушений уголовного закона, уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора и которые являются основанием для отмены судебного решения, судом первой инстанции при рассмотрении уголовного дела в отношении осужденных не допущено.

С учетом изложенного, оснований для полного удовлетворения доводов жалоб не имеется. Руководствуясь ст.ст. 389. 13, 389.15,389. 20, 389. 28, 389.33 УПК РФ, суд

Постановил:

Приговор Вичугского городского суда Ивановской области от 1 июня 2023 года об осуждении ФИО25 ,ФИО26 изменить.

Исключить из описательно- мотивировочной части приговора указание о признании обстоятельством, отягчающим наказание на основании п. «г» ч. 1 ст. 63 УК РФ, особо активную роль в совершении преступления ФИО25

Признать обстоятельством, отягчающим наказание ФИО25 и Морозова, на основании п. »в» ч. 1 ст. 63 УК РФ совершение преступления в составе группы лиц.

Исключить словосочетание « по предварительному сговору».

Исключить из описательно – мотивировочной части приговора следующие предложения начинающиеся словами « Кроме того, потерпевший Стариков показал, что….» и заканчивающиеся словами …» … в закрытом судебном заседании «, и все выводы суда, обусловленные обстоятельствами, указанными в данных предложениях.

Снизить наказание ФИО25 по ч. 1 ст. 286 УК РФ в виде штрафа до 65000 рублей, смягчив его с учетом сроков задержания и отбытого домашнего ареста до 30 000 руб.

Снизить наказание ФИО26 по ч. 1 ст. 286 УК РФ в виде штрафа до 47000 рублей, смягчив с его с учетом сроков задержания и отбытого домашнего ареста до 22 000 руб.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционные жалобы удовлетворить частично.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента оглашения и может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в г. Москва в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора. В случае подачи кассационной жалобы или принесения кассационного представления осужденный вправе ходатайствовать об обеспечении его участия в их рассмотрении судом кассационной инстанции. Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования, установленный ч. 4 ст. 401.3 УПК РФ, может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего жалобу, представление. В случае пропуска срока, установленного ч.4 ст. 401.3 УПК РФ, или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст.401.10-401.12 УПК РФ.

Председательствующий Герасимова