Дело № 2-382/2025
45RS0026-01-2024-008286-26
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
29 июля 2025 года город Курган
Курганский городской суд Курганской области в составе
председательствующего судьи Киселёвой А.В.,
при помощнике судьи Мотыциной А.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5, ФИО6, ФИО10 о признании договоров дарения, договора купли - продажи недействительными, применении последствий недействительности сделок, прекращении права собственности, признании права собственности в порядке наследования,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО5, ФИО6, ФИО10 о признании договоров дарения, купли - продажи недействительными, прекращении права собственности, применении последствий недействительности сделок, признании права собственности в порядке наследования. С учетом измененных требований в обосновании иска указано, что истец является сыном ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ. При жизни в собственности ФИО1 находилась <адрес> по адресу: <адрес>, дача в <адрес> Наследниками ФИО1 являются сын ФИО3, дочь ФИО11 После смерти матери истец обратился к нотариусу за принятием наследства, от нотариуса ему стало известно об отсутствии имущества на момент смерти ФИО1 Также истец узнал, что ФИО1 в 2022 году были оформлены договоры дарения на ФИО5 27.07.2023 <адрес> по адресу: <адрес>, была продана по договору купли-продажи с использованием кредитных денежных средств ФИО6, ФИО10, квартира находится в залоге ПАО Сбербанк. ФИО5 не являлась единственной внучкой ФИО1, конфликтных отношений между родственниками не было, но она скрыла факт получения от бабушки в дар квартиры и дачи. В 2022 году истец тяжело заболел, является инвалидом <данные изъяты> С 2005 года ФИО3 проживал в спорной квартире вместе со своими родителями. В 2014 году истец и его родители решили построить дом на дачном участке, где проживал истец и временно там же зарегистрировался. Истец регулярно навещал родителей в квартире, родители приезжали на дачу. После смерти отца ФИО3, истец ухаживал за своей матерью, но когда в 2022 году заболел сам, за бабушкой стала ухаживать ФИО5, которая никого не впускала в квартиру, сама с бабушкой не проживала. На момент заключения договоров дарения ФИО1 находилась в состоянии, в котором не могла осознавать характер и значение своих действий и руководить ими. На момент заключения договоров дарения истец был зарегистрирован в квартире, договор не содержал условий, обязывающих истца сняться с регистрационного учета. Считает, что воля ФИО1 для отчуждения имущества отсутствовала, в связи с чем имеются основания для признания сделок недействительными.
Просит суд признать недействительным договор дарения от 10.03.2022, заключенный между дарителем ФИО1 и одаряемой ФИО5 в отношении 1/2 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, признать недействительным договор дарения от 27.05.2022, заключенный между дарителем ФИО1 и одаряемой ФИО5 в отношении 1/2 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, признать недействительным договор дарения от 25.02.2022, заключенный между дарителем ФИО1 и одаряемой ФИО5 в отношении дачи – жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, <адрес> Применить последствия недействительности сделок: аннулировать в Едином государственном реестре на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационную запись о праве собственности ФИО5 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Восстановить в Едином государственном реестре на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационную запись о праве собственности ФИО1 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>; дачу – жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, <адрес> Признать недействительным договор купли-продажи от 27.07.2023, заключенный между продавцом ФИО5 и покупателями ФИО6, ФИО10 Прекратить зарегистрированное право собственности ФИО6, ФИО10 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Признать за ФИО3 право собственности в порядке наследования на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, дачу – жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, <адрес>
В судебном заседании представитель истца ФИО12, действующая на основании доверенности, настаивала на удовлетворении измененных исковых требований, дала пояснения согласно измененному иску, уточнила, что под дачей подразумевает жилой дом и земельный участок, на котором расположен жилой дом.
Представитель ответчика ФИО5, действующая на основании доверенности и ордера, ФИО13 возражала против заявленных требований в полном объёме.
Представители ответчика ФИО6 ФИО23, ФИО24, действующие на основании ордеров, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились.
Ответчик ФИО10 в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, просил рассматривать дело в его отсутствие.
Третьи лица нотариус ФИО25, нотариус ФИО26, представители третьих лиц Управление Росреестра по Курганской области, ПАО Сбербанк, Нотариальной палаты Курганской области при надлежащем извещении в судебное заседание не явились.
Нотариус ФИО25 происл рассматривать дело в его отсутствие.
Заслушав пояснения сторон, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ (свидетельство о смерти от ДД.ММ.ГГГГ серии II-БС №).
Истец ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО1, что подтверждается свидетельством о рождении от ДД.ММ.ГГГГ серии II-БС №.
После смерти ФИО1 нотариусом нотариального округа г. Кургана ФИО14 заведено наследственное дело №. ФИО3 обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства, указав, что кроме него наследником является дочь ФИО11
Согласно завещанию от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 завещала все свое имущество, принадлежащее ей на день смерти, ФИО5 ФИО28 кроме того от нотариуса ФИО3 стало известно об отсутствии имущества на момент смерти ФИО1
18.02.2022 ФИО1 был оформлен договор дарения на ФИО5 на земельный участок и расположенный на нем жилой дом, находящиеся по адресу: <адрес>, <адрес>
10.03.2022, 27.05.2022 ФИО1 были оформлены договоры дарения 1/2 доли на квартиру по адресу: <адрес> на ФИО5
26.07.2023 <адрес> по адресу: <адрес>, была продана ФИО5 по договору купли-продажи с использованием кредитных денежных средств в общую совместную собственность ФИО6 и ФИО10
Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО3 ссылается на то, что с 2005 года проживал в спорной квартире вместе со своими родителями. В 2014 году истец и его родители решили построить дом на дачном участке, где проживал истец и временно там же зарегистрировался. После смерти отца ФИО3 в ноябре 2021 года, истец ухаживал за своей матерью, но когда в 2022 году заболел сам, за бабушкой стала ухаживать ФИО5 На момент заключения договоров дарения ФИО1 находилась в состоянии, в котором не могла осознавать характер и значение своих действий и руководить ими, так как после перенесенного заболевания короновирусом ее здоровье ухудшилось, они стала многое забывать. Еще при жизни ФИО1 говорила, что доля сестры в квартире достанется внучке ФИО5, а вторая доля будет принадлежать ФИО3
Основания признания сделок недействительными предусмотрены параграфом 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.
В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Положениями пункта 1 статьи 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли. Порок воли при совершении сделок может быть обусловлен, как отсутствием воли, так и неправильным формированием ее или несоответствием волеизъявления внутренней воле лица, заключающего сделку. Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у гражданина в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений интеллектуального или волевого уровня.
В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» (пункт 13), во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации)
Определением суда по ходатайству ФИО3 назначена комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено ГБУЗ «Областная клиническая специализированная психоневрологическая больница №» г. Челябинск. На разрешение экспертов поставлены вопросы: могла ли ФИО1 на момент заключения договоров дарения от 18.02.2022, 10.03.2022, 27.05.2022 в силу состояния здоровья понимать значение своих действий и руководить ими? Имелись ли у ФИО1 в силу ее возраста и состояния здоровья какие-либо эмоционально волевые нарушения и могли ли они оказать влияние на ее поведение при подписании договоров дарения от 18.02.2022, 10.03.2022, 27.05.2022.
Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № от 09.06.2025 ФИО1 в юридически значимые периоды (на момент составления договоров дарения 18.02.2022, 10.03.2022, 27.05.2022) обнаруживала признаки органического <данные изъяты> у ФИО1 изменения психики были выражены не столь значительно, не сопровождались помрачением сознания, бредом и галлюцинациями, значительно выраженным интеллектуально-мнестическим снижением, эмоционально-волевыми нарушениями, нарушением смысловой оценки ситуации, повышенной внушаемостью и подчиняемостью, нарушением критических и прогностических способностей, нарушением социальной адаптации (по психическому и психологическому состоянию). Она была ориентирована и вела себя адекватно окружающей обстановке, поддерживала отношения с близкими и знакомыми ей людьми, поведение ее носило целенаправленный и упорядоченный характер, высказывания были содержательными. Поэтому ФИО1 могла в исследуемые периоды понимать значение своих действий и руководить ими, в том числе при оформлении договоров дарения от 18.02.2022, 10.03.2022, 27.05.2022.
Вышеуказанное заключение комиссии экспертов ГБУЗ «Областная клиническая специализированная психоневрологическая больница № 1» соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статье 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», содержит подробную исследовательскую часть, заключение является полным, ясным, содержит подробное описание проведенного исследования, мотивированные ответы на поставленные судом вопросы. Заключение экспертов последовательно. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, за дачу заведомо ложного заключения, не заинтересованы в исходе дела, имеют образование в соответствующей области знаний и стаж экспертной работы. Экспертами исследованы все медицинские документы, представленные в материалы дела. Экспертиза была назначена судом по ходатайству представителя истца и ее проведение поручено в экспертное учреждение, предложенное представителем истца.
Представленном в материалы дела заключением специалиста АНО «Научно – исследовательский институт экспертиз» заключение судебной экспертизы не опровергнуто, поскольку специалист не предупреждался судом роб уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, составлено по инициативе истца, не опровергает выводов эксперта, заключение специалиста сводится к критике экспертного исследования и состоит из перечня формальных недостатков заключения экспертов. Более того, и нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не предусмотрено оспаривание экспертного заключения рецензией другого экспертного учреждения.
Ходатайство представителя истца о назначении повторной экспертизы оставлено без удовлетворения по указанным выше основаниям.
С учетом изложенного, суд принимает указанное заключение комиссии экспертов в качестве относимого и допустимого доказательства по делу.
При рассмотрении дела по ходатайству сторон были опрошены свидетели.
Свидетель ФИО15, соседка по даче пояснила, что после смерти супруга ФИО1 на даче появлялась редко, жаловалась на здоровье. Говорила, что у нее проблемы с головой, падала в обморок. Соседку она узнавала, рассказывала, что ездила к нотариусу на консультацию и хотела оформить дарственную на дачу на ФИО8. С сыном у ФИО7 были хорошие отношения, он привози ей продукты с дачи. Последние года три ФИО8 вообще не пил, так как болел, работал в электросетях, в пенсионном фонде, брал подработки на дачных участках.
Свидетель ФИО16 пояснила, что у ФИО1 с сыном были хорошие, теплые отношения. ФИО8 возил матери продукты с дачи. Летом 2021 года он привозил ее на дачу, она жаловалась на самочувствие, говорила, что падает в обморок. Еще при жизни супруга ФИО1 она говорила, что хочет переписать дачу на ФИО8, но сделала это или нет, ей неизвестно.
Свидетель ФИО17, бывшая супруга ФИО3, пояснила, что у истца с матерью были хорошие, теплые отношения. В 2021 году он сильно заболел, ходил по больницам, ФИО1 тоже жаловалась ФИО8 на здоровье, говорила, что к ней никто не приходит. Потом ФИО9 забрала ключи у ФИО3 от квартиры, о договорах дарения он узнал только от нотариуса, когда сказали, что нет наследства. Тогда же он узнал, что его выписали из квартиры. В 2021 году ФИО1 с мужем болели ковидом, дед умер, а у нее начались проблемы со здоровьем. ФИО7 плохо ходила, у нее тряслись руки, жаловалась на давление, шумы в голове, все забывала. О состоянии здоровья ФИО1 ей известно со слов ФИО8.
Свидетель ФИО18, дочь истца, пояснила, что между ее отцом и бабушкой были хорошие отношения. Смерть дедушки в ноябре 2021 года отразилась на здоровье ФИО1, у неё начались головокружения, она начала падать. Истец ухаживал за матерью, приносил продукты, но когда заболел сам, обратился к сестре и ФИО5 ФИО29 чтобы они ухаживали за бабушкой. В феврале 2022 года у бабушки случился приступ, она перестала узнавать ФИО9. Когда она приходила к бабушке, бабушка спрашивала у нее, как ее трое детей, хотя у нее двое детей, такие приступы повторялись неоднократно. Бабушке становилось хуже, она видела это. ФИО5 ФИО30 пыталась настроить бабушку против отца, говорила про него неприятные вещи. Она предлагала ухаживать за бабушкой, но ФИО9 не давала ей ключи, вела себя странно, говорила, что задерживается, просила прийти в другой день. Затем у нее отношения с ФИО9 испортились, она увидела, что квартира бабушки выставлена на продажу. Она хотела узнать, почему продается квартира, но бабушка не понимала, где находится, сидела со «стеклянными глазами», не понимала, что происходит. Ранее бабушка говорила, что дача будет принадлежать сыну, так как он ее строит своими руками.
Свидетель ФИО19, бывшая супруга истца, пояснила, что ФИО1 очень любила сына ФИО3 После смерти отца ФИО8 в 2021 году ФИО1 осталась одна, сын ухаживал за ней. Потом ФИО3 заболел сам и попросил сестру и племянницу помогать ФИО1 ФИО9 говорила, что ФИО3 придумал свою болезнь, потому что не хочет ухаживать за матерью. Дочь ФИО18 рассказывала, что в феврале 2022 года у ФИО1 был приступ, ей становилось хуже, прогрессировала деменция. Маша предлагала ФИО9 помогать ухаживать за бабушкой, но ФИО9 постоянно увиливала. Потом от Маши она узнала, что квартира выставлена на продажу, ФИО1 видела последний раз на похоронах бывшего свекра в 2021 году.
Свидетель ФИО11, мать ответчика ФИО5, пояснила, что истец ФИО3 приходится ей братом. Мать всегда жалела его, он никогда не работал, употреблял спиртные напитки, родители платили за него алименты на ФИО31. ФИО1 была здоровой, имела только заболевание щитовидной железы. ФИО3 не ухаживал за матерью, родители обеспечивали его, платили за дачу. После смерти отца, она и брат отказались от наследства в пользу матери. Потом ФИО1 свою долю половины квартиры переписала на ФИО9, потом дачу и вторую долю квартиры. Дачу ФИО1 подарила, потому что ФИО3 <данные изъяты>, и чтобы той ничего не досталось. Почему квартиру подарила ФИО9, а не ФИО32 не знает. Они и ее дочь ФИО4 ухаживали за ФИО1, в октябре 2022 года она сломала шейку бедра и в ноябре ее выписали в лежачем состоянии. В феврале-марте 2022 года ФИО1 осознавала происходящее, самостоятельно передвигалась, говорила, что переписала все на ФИО9, она лично ездила с ней к нотариусу.
Свидетель ФИО20, соседка ФИО1, пояснила, что знала ФИО1 примерно с 90-х гг., их лоджии были расположены рядом. Когда у ФИО1 не стало мужа, они стали чаще общаться. ФИО3 занимал у нее деньги. ФИО1 передвигалась самостоятельно, пока не сломала шейку бедра, это было в 2022 году. Она никогда не замечала, что ФИО1 себя неадекватно ведет, все было впопад, разговаривала как обычные люди, отклонений не было, провалов в памяти не замечала. ФИО3 видела, когда он приходил к матери, чтобы она заняла денег для него, говорила, ФИО1 говорила, что ФИО33 надо дрова, ФИО34 надо продукты. Когда была переписка природного газа, нужны были документы на собственника, ФИО1 сказала, что она не собственник, а собственник ФИО9. ФИО1 пояснила, что и дачу, и квартиру отдала ФИО9, так как у ФИО3 все могли забрать за долги.
Свидетель ФИО21 пояснила, что ФИО1 проживала в квартире, расположенной над ней. Они общались, встречались на площадке, на улице. Примерно в 2021 году ФИО1 заболела, жаловалась на здоровье, не очень хорошо чувствовала себя, имела общее недомогание. Внучка ФИО9 приезжала к ней в семь утра, вечером тоже видела машину ФИО9. Когда меняли управляющую компанию в 2023 году, она собирала подписи, ФИО1 уже лежала со сломанным бедром, в комнате было чисто, ФИО22 была в здравом уме, рассказывала, что упала и сломала шейку бедра.
Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии с положениями статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания оснований иска, в данном случае – нахождения дарителя на момент подписания договора в состоянии, когда она была не способна понимать значение своих действий, лежало на истце. Вопреки указанным положениям, стороной истца не представлено суду достоверных доказательств, объективно свидетельствующих о нахождении ФИО1 в таком состоянии в юридически значимый момент – при составлении договором дарения.
При этом ссылки стороны истца на болезненное состояние суд находит необоснованными, поскольку не всякое болезненное состояние может свидетельствовать о наличии порока воли лица на совершение сделки. Более того, заключением экспертов установлено, что, несмотря на то, что ряд свидетелей отмечали у ФИО1 отклонения в ее психическом состоянии, в материалах дела и медицинской документации выраженного интеллектуально-мнестического снижения, а также таких индивидуально-психологических особенностей, как повышенная внушаемость и подчиняемость у ФИО1 не описано. В результате психологического анализа материалов дела и медицинской документации у ФИО1 были выявлены следующие индивидуально-психологические особенности: невысокий, но в целом достаточный интеллектуальный уровень, замедление темпа психических процессов, повышенная истощаемость психической деятельности, слабость, повышенная утомляемость. Личностные особенности ФИО1 характеризовались достаточной общительностью, тенденцией к доминированию, стремлением к самостоятельности в принятии решений при достаточной способности к сотрудничеству с близким окружением, которому доверяет, достаточными критическими и прогностическими способностями. Основываясь на приведенных данных можно эксперты пришли к выводу о том, что в юридически значимый период (оформление договоров дарения от 18.02.2022, 10.03.2022, 27.05.2022) ФИО1 могла понимать происходящие события, как на формальном, так и на содержательном уровне, то есть осмысливать факт совершения сделки, понимать ее правовые последствия, оценивать степень выгодности сделки для ее участников и учитывать интересе разных сторон. Как указано в заключении экспертизы, анализ мотивации сделки показал, что не прослеживается наличия нелепых, нелогичных мотивов совершения сделки. Преобладающую мотивацию совершения данной сделки можно обозначить как «психологически понятную», отражающую заботу о будущем своей внучки, к которой испытывала теплые родственные чувства, была благодарна за то, что она осуществляла помощь и уход за нею.
Из показаний, данных свидетелями как со стороны истца, так и со стороны ответчика, не следует о наличии у ФИО1 такого заболевания в виде психического расстройства, которое не позволяла бы понимать ей смысл и последствия заключаемых договоров дарения.
Более того, допрошенные свидетели не обладают специальными познаниями в области медицины и психиатрии.
Представленные в материалы дела протоколы осмотра доказательств – аудиофайлов, переписки, а также переписка, между ФИО5 и свидетелем ФИО18 также с достоверностью не подтверждают наличие у ФИО1 психического расстройства, которое не позволяла бы понимать ей смысл и последствия заключаемых договоров дарения.
На основании вышеизложенного, оценив представленные в материала дела доказательства, заключение экспертов по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований ФИО3 о признании договоров дарения недействительными ввиду отсутствия доказательств, с достоверностью подтверждающих, что в момент оформления договоров дарения ФИО1 не могла понимать значение и характер своих действий и руководить ими.
Поскольку суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания договоров дарения недействительными, требования ФИО3 о признании договора купли – продажи квартиры, применении последствий недействительности сделок, прекращении права собственности, признании права собственности также не обоснованы.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Иск Ильяненко ФИО35 к ФИО5 ФИО36, ФИО6 ФИО37, ФИО10 ФИО38 о признании договоров дарения, договора купли - продажи недействительными, применении последствий недействительности сделок, прекращении права собственности, признании права собственности в порядке наследования, оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Курганский городской суд.
Судья А.В. Киселёва
Мотивированное решение изготовлено 05.08.2025.