Решение по делу № 2-2458/2025 от 24.09.2025 - о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности.

Дело № 2-2458/2025

УИД: 42RS0005-01-2025-003480

РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации г.Кемерово «10» сентября 2025 года

Заводский районный суд г.Кемерово Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Долженковой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Жуковой Т.С.,

с участием представителей истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, представителя третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Кемеровской области-Кузбассу о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности,

УСТАНОВИЛ

ФИО6 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Кемеровской области-Кузбассу, в котором просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в его пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 10000000 рублей.

Требования мотивировал тем, что органами предварительного следствия он обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, то есть в совершении мошенничества, то есть в приобретении права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием, совершенном лицом с использованием своего служебного положения, с причинением особо крупного ущерба гражданину.

Приговором Центрального районного суда Кемеровской области от 24.11.2024, после 8 лет уголовного преследования, он оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, с признанием за ним права на реабилитацию.

Апелляционным определением Кемеровского областного суда от 15.04.2025 приговор оставлен без изменения.

За ним признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, включающий в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Считает, что с момента допроса, в качестве подозреваемого (14.03.2017) и до вступления приговора Центрального районного суда Кемеровской области от 24.11.2024 в законную силу (15.04.2025 - вынесение Апелляционного определения Кемеровского областного суда которым приговор оставлен без изменения) (то есть более 8-ми лет), он незаконно подвергался уголовному преследованию по обвинению в совершении тяжкого преступления и к нему незаконно была применена сначала мера процессуального принуждения - обязательство о явке, а потом мера пресечения- подписка о невыезде и надлежащем поведении.

Незаконными действиями органов предварительного следствия ему причинен моральный вред, который заключается в причинении физических и нравственных страданий, ограничении осуществления конституционных прав.

Так, он находился в статусе подозреваемого, обвиняемого, обвинялся в совершении тяжкого преступления, наказание за которое предусмотрено в виде лишения свободы до 10 лет (ч. 4 ст. 159 УК РФ), в связи с чем, он постоянно испытывал чувство <данные изъяты>, отчаяния, безысходности, находился на грани нервного срыва и в постоянной <данные изъяты>, так как боялся, что может быть осужден к длительному сроку лишения свободы за преступление которое он не совершал.

С 21.03.2016 проводилась проверка по заявлению <данные изъяты> и 17.10.2016 (возбуждение уголовного дела) до мая 2019 года (направление уголовного дела в суд) велось предварительное следствие, то есть около 3-х лет.

28.05.2019 уголовное дело поступило для рассмотрения по существу в Центральный районный суд г. Кемерово. Рассмотрение уголовного дела под председательствующим судьи Наумовой Н.М. носило явно обвинительный уклон. Все ходатайства стороны защиты были отклонены. Судья отказалась принимать доказательства стороны защиты, ссылаясь на то, что они не были приобщены на стадии предварительного следствия. Отказано в допросе свидетеля защиты, который был приглашен в суд для дачи показаний.

22.02.2022 председательствующим судьей <данные изъяты> постановлен приговор, которым он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ и ему назначено наказание в виде 3 (трех) лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении была изменена на заключение под стражу. Он был взят под стражу из зала суда.

06.09.2022 апелляционным определением Кемеровского областного суда приговор Центрального районного суда г. Кемерово от 22.02.2022 отменен, в связи с допущенными судом первой инстанции нарушениями уголовно - процессуального закона. Мера пресечения в виде заключения под стражу отменена, в отношении него сохранена ранее избранная мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, после 6 месяцев нахождения в СИЗО.

Судебное следствие длилось более 3-х лет. Все это время он находился под подпиской о невыезде и надлежащем поведении. Несколько раз судья разрешала выехать, но это было в те даты, когда судья шла в отпуск, и не назначались судебные заседания по уголовному делу. Территорию Российской Федерации покидать запрещалось.

20.09.2022 уголовное дело было принято к рассмотрению по существу председательствующим судьей ФИО5

24.11.2024 приговором Центрального районного суда Кемеровской области он был оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, с признанием за ним права на реабилитацию.

15.04.2025 апелляционным определением Кемеровского областного суда приговор оставлен без изменения.

Письмом (исх. № 1-20/2024) ему разъяснено в соответствии со ст. 133, 134 и 135 УПК РФ право на реабилитацию, то есть на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Таким образом, учитывая изложенные обстоятельства, в связи с прекращением <данные изъяты> дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, у него возникло право на возмещение морального вреда в порядке реабилитации.

Незаконным привлечением к уголовной ответственности ему причинен моральный вред, компенсацию которого он оценивает в 10 000 000 рублей. Моральный вред ему причинен в результате незаконного возбуждения уголовного дела, избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, нахождении в статусе подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, длительной (более 6 месяцев) изоляции от общества, дома, семьи, потери нормальной жизни, пережитых физических и нравственных страданиях.

Размер компенсации морального вреда обусловлен не только обвинениями в его адрес, которые впоследствии не подтвердились, но и длительностью уголовного преследования, в течение которого он был вынужден выслушивать обвинения о том, что он совершил преступление, которое фактически не совершал.

Моральные страдания усугублялись тем, что он являлся директором ООО «ККМ-Торг Сервис», и в отношении него были распространены порочащие сведения о его преступной деятельности, что запятнало его доброе имя и членов его семьи. В отношении него сложилось негативное отношение со стороны общества и коллег, так как он был необоснованно обвинен в совершении преступления. Была запятнана его репутация, нанесен непоправимый урон его достоинству. Утрата дней, которые он провел в условиях изоляции от дома, семьи, общества, невосполнима. Нарушение его прав было длительным, унизительным для него, моральный вред, причиненный ему незаконным привлечением к уголовной ответственности, неизгладим. Обвинением в совершении тяжкого преступления было унижено его достоинство, он превратился из честного и уважаемого в своей среде человека, в преступника - мошенника. Несомненно, пострадала его репутация, авторитет его семьи. Практически полностью были утрачены социально-полезные связи, что негативно сказалось на его жизни и спокойствии. Также были полностью утрачены бизнес-связи.

Степень физических и нравственных страданий увеличивали условия содержания в СИЗО-1 адрес и в СИЗО-3 адрес, которые не отвечали стандартным правилам обращения с заключенными.

В связи с необоснованным привлечением к уголовной ответственности он претерпевал моральные страдания, испытал <данные изъяты> от осознания длительной разлуки с близкими людьми, вынужденного нахождения в окружении осужденных. Поэтому самым сильным переживанием для него, несмотря на все тяготы нахождения под стражей, являлось отсутствие общения с близкими родственниками -супругой, двумя дочерями, внуками.

За время нахождения в Сизо он был лишен заработка за весь период нахождения под стражей, не мог содержать семью.

Незаконное его содержание под стражей - это огромная жизненная трагедия для него. Он потерял все: уважение, честное имя, положение в обществе.

На свободе сразу же прочувствовал на себе, как благодаря черному пиару со стороны СМИ и правоохранительных органов, некоторые друзья и знакомые отвернулись от него, отказались с ним контактировать.

Он был лишен привычного образа жизни, из-за возбуждения уголовного дела и проводимых следственных действий, он был в постоянном нервном напряжении. На протяжении длительного периода испытывал эмоциональные переживания, связанные с его уголовным преследованием, по причине того, что, не соглашаясь с обвинением, был вынужден доказывать свою невиновность и обращаться в судебные инстанции. Особую горечь и обиду разочарования он испытал из-за безразличия сотрудников следственного органа, пренебрежения с их стороны его процессуальными правами, явного негативного отношения к нему. На все его попытки пояснить и приобщить к делу доказательства его невиновности - следовал отказ.

Дополнительные страдания вызвало глубокое осознание явной неэффективности правоохранительной системы, отсутствие защиты со стороны государства, чувство <данные изъяты>, неполноценности, униженности и полного разочарования из-за того, что лицами, наделенными государственной властью и служебными полномочиями, он был незаконно привлечен к уголовной ответственности и обвинен в совершении тяжкого преступления, которого он не совершал.

Ему пришлось нанимать адвоката, испытывать постоянный <данные изъяты> при общении с сотрудниками полиции. Более того, после возбуждения уголовного дела, присвоения ему статуса подозреваемого, а затем обвиняемого он был ограничен в правах.

Он и по настоящее время чувствует дезориентацию в правовом пространстве, неуверенность в завтрашнем дне, <данные изъяты>, опасность, исходящую от лиц обязанных его защищать - полицейских и следователей.

Он испытал чувство унижения, когда его в зале судебного заседания взяли под стражу, надели спецсредства (наручники). В присутствии его сотрудников проводились обыски, сотрудников и членов его семьи вызывали на допросы и очные ставки.

Данные обстоятельства стали известны практически всем работникам, жителям его дома, в связи с чем, он испытывал нравственные и моральные переживания, не мог спокойно спать по ночам. Его бизнес перестал функционировать. Люди перестали ему доверять. Он вынужден был подать на банкротство предприятия.

Он не мог провести время отдыха за пределами г. Кемерово, так как был ограничен в передвижении, в результате чего было нарушено его право на свободное передвижение. При этом он с самого рождения проживает в г. Кемерово, в котором занимался предпринимательской деятельностью, пользовался уважением и имел отличные характеристики.

Во время следственных действий производилось прослушивание и запись всех его телефонных переговоров, что было для него неприятно, тем самым было нарушено его право на тайну переписки, телефонных и иных переговоров.

Вместо того, что бы тратить свои силы и время на свою семью, близких людей и работу, ему приходилось доказывать свою невиновность и необоснованность предъявленных к нему претензий.

Несмотря на вынесение оправдательного приговора и прекращения уголовного преследования и уголовного дела никаких реабилитирующих сообщений в СМИ не было и не последовало извинений от прокурора.

У него, как официально признанного реабилитанта по уголовному делу, так и у его близких родственников, возникли сильнейшие психологические потрясения и <данные изъяты>, моральные страдания, которые имели затяжной характер и их последствия сказываются до сих пор. Как следствие, из-за сильных переживаний ему стало невозможно вести привычный образ жизни, осуществлять в полном объеме свои трудовые обязанности, возникла апатия, подавленное настроение (грусть, печаль, тоска), он был вынужден, периодически принимать успокоительные препараты, которые приобретал за свой счет.

После незаконного уголовного преследования, он не смог безболезненно пережить вышеуказанные обстоятельства, которые привели к снижению его -энергичности и работоспособности, склонности оценивать прошлое, настоящее и будущее в мрачных тонах, трудности вести привычный образ жизни из-за психологического и телесного напряжения, появилась агрессия, <данные изъяты>, без причины, обиды, подступающие слезы, жалость к себе, панические атаки, чувство <данные изъяты>, нервные срывы, тревожность как свойство личности, в наибольшей степени характерны длительные, долго не затухающие эмоциональные переживания, склонность испытывать беспокойство в широком круге жизненных ситуаций, видеть угрозу независимо от того, насколько различны ее причины, без ясного осознания ее источников.

Полученная моральная <данные изъяты> до сих пор сказывается на его физическом и психологическом состоянии, служит причиной бессонницы, в потере покоя, он испытывает постоянные чувства <данные изъяты> и <данные изъяты>.

До настоящего времени он не может осознать, что всё закончилось. Он просыпается с мыслью, что нужно снова бороться за правду и справедливость и доказывать свою невиновность, которую не видят правоохранительные органы.

Приведенные выше нормы закона свидетельствуют, что моральный вред, причиненный в результате уголовного преследования, заключается в нравственных негативных переживаниях) или физических страданиях (негативных ощущениях), причиненных действиями должностных лиц, в данном случае, органов предварительного следствия по его уголовному преследованию, посягающих на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага - здоровье, достоинство личности, личную неприкосновенность, честь и его доброе имя, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личную и семейную дайну, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства.

Все вышеизложенные факты свидетельствует о причинении ему морального вреда, который фактически невозможно оценить, как невозможно оценить покой, спокойствие, здоровье свое и близких ему людей.

Подобные действия органов предварительного следствия, вопреки закрепленной презумпции невиновности, в норме уголовно-процессуального Кодекса РФ и Конституции РФ чудовищны и возмущают, поскольку все следственные действия, возможно было осуществить в разумный срок, а при должном изучении документов, возможно было вообще избежать направления данного уголовного дела в суд.

При должной организации следственной работы вышеуказанное уголовное дело сложности не представляло. Можно сделать вывод о неэффективной организации расследования и волоките, допущенной следователем, необоснованном затягивании сроков следствия (что нарушало его право на судебное разбирательство в разумные сроки) при отсутствии правовой и фактической сложности расследования данных уголовных дел.

С учетом нравственных и физических страданий, которые он перенес после возбуждения уголовного дела, содержания под стражей, подписки о невыезде и надлежащем поведении, при допросах и других следственных действиях, когда ни одному его слову не верили и игнорировали его доводы, урон, который был нанесен репутации и имени, вопиющих нарушениях его личных неимущественных прав, он оценивает моральный вред, в размере 10 000 000 рублей.

Сумма компенсации морального вреда в размере 10 000 000 рублей, является минимальной, не завышенной, не служит средством к обогащению и в должной мере компенсирует его нравственные страдания и переживания, учитывая длительность уголовного преследования, а также нравственные страдания, которым был подвергнут он и его семья в результате необоснованного привлечения к уголовной ответственности. За 8 лет и 1 месяц (с 14.03.2017 по 15.04.2025) нахождения в статусе подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, осужденного, а так же за более 6 месяцев нахождения в СИЗО, это вполне оправдано.

Истец ФИО6 надлежащим образом и своевременно извещенный о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явился, представил заявление, в котором просил о рассмотрении дела в свое отсутствие с участием представителя (т.2 л.д. 136).

В судебном заседании представитель истца ФИО6- ФИО1, действующая на основании ордера № 383 от 25.08.2025 (т.2 л.д. 122), поддержала доводы, изложенные в исковом заявлении, настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика УФК по Кемеровской области-Кузбасса – ФИО2, действующий на основании доверенности от 23.07.2025 № 39-18-17/11-5290 сроком по 11.07.2030 (т.2 л.д. 124-125), исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении в полном объеме. Поддержал доводы, изложенные в представленных письменных объяснениях (т.2 л.д. 126-129).

В судебном заседании представитель третьего лица Прокуратуры Кемеровской области - ФИО4, помощник прокурора Заводского района г. Кемерово, действующий на основании поручения от 03.07.2025, доверенности от 02.07.2025 №8-18-2025 (т.2 л.д. 213,214) и служебного удостоверения, полагал требования истца обоснованными, но подлежащими удовлетворению частично, указал на наличие предусмотренных законом оснований для взыскания в пользу истца за счет средств казны РФ денежной компенсации морального вреда, вместе с тем полагал предъявленную ко взысканию сумму завышенной и не соответствующей характеру и степени причиненных истцу нравственных страданий. С учетом конкретных обстоятельств дела, принципа разумности и справедливости считает подлежащим взысканию в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в разумном размере.

С учетом положений ст.ст. 113,167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося истца.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (п. 34 ст. 5 УПК РФ).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (п. 35 ст. 5 УПК РФ).

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, порядок возмещения вреда определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, в частности, статьями 133 - 139 Уголовно - процессуального кодекса РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

В силу ч. 1 ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 УПК РФ).

В соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», с учетом положений части второй статьи 133 и части 2 статьи 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

Исходя из содержания данных статей право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает при наличии реабилитирующих оснований.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса РФ (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса РФ).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса РФ).

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных <данные изъяты> физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей <данные изъяты> (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую <данные изъяты>, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо <данные изъяты>, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства <данные изъяты>, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных <данные изъяты> физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 тяжесть причиненных <данные изъяты> физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ <данные изъяты>, которым причинен вред (например, характер родственных связей между <данные изъяты> и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого <данные изъяты> при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации <данные изъяты> в отношении причинителя вреда); последствия причинения <данные изъяты> страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью <данные изъяты> или стационарного лечения <данные изъяты>, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями <данные изъяты>, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и <данные изъяты>, профессию и род занятий <данные изъяты> (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение <данные изъяты> чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Как следует из материалов дела, истец ФИО6 на основании Решения № единственного учредителя и единственного участника Общества № от ДД.ММ.ГГГГ являлся директором ООО «ККМ-Торг-Сервис», осуществлял коммерческую деятельность по адресу: адрес.

Судом установлено, что 21.03.2016 <данные изъяты> обратилась с заявлением к заместителю начальника ГУ МВД России по адрес о возбуждении уголовного дела в отношении лиц, виновных в присвоении ее имущества на сумму 15372260 руб. (т.1 л.д. 60-61).

В период проверки материала неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, постановления о возбуждении уголовного дела, которые отменялись прокуратурой с указанием проведения необходимых следственных действий.

26.07.2016 следователем СЧ СУ УМВД России по адрес взяты объяснения у ФИО6 (т.1 л.д. 62-64).

29.07.2016 проведен осмотр места происшествия, территории ООО «ККМ-Торг Сервис» по адресу: адрес (т.1 л.д. 65-69).

01.08.2016 оперуполномоченным отдела УЭБ и ПК ГУ МВД России по адрес взяты объяснения у жены ФИО6- ФИО14 (т.1 л.д. 70-71).

12.10.2016 следователем СЧ СУ УМВД России по адрес взяты объяснения у ФИО6 (т.1 л.д. 72-74).

На основании постановления следователя СЧ по РОПД СУ Управления МВД России по адрес капитаном юстиции ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ (т.1 л.д. 75).

<данные изъяты> по уголовному делу признана ФИО8, которой в рамках возбужденного уголовного дела предъявлено исковое заявление о взыскании с виновных лиц суммы причиненного ей материального ущерба в размере 27 711 000 руб. (т.1 л.д. 77). Постановлением старшего следователя по ОВД СО ОП «Ленинский» СУ УМВД России по адрес от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 признана гражданским истцом (т.1 л.д. 78).

17.02.2017 в качестве свидетеля допрошена жена истца ФИО6- ФИО19 ФИО20ФИО20. (т.1 л.д. 79-81).

04.03.2017 в качестве свидетеля допрошена дочь истца ФИО6- ФИО10 (т.1 л.д. 82-87), которая ДД.ММ.ГГГГ ознакомлена с постановлением о получении образцов для сравнительного исследования и ею даны образцы почерка (т.1 л.д. 88,89).

09.03.2017 следователем о/у по УВД УЭБ ПК ГУМВД России по адрес проведен обыск по адресу: <данные изъяты>, с целью отыскания и изъятия предметов и документов, имеющих доказательственное знание по уголовному делу (т.1 л.д. 90-92).

14.03.2017 истец ФИО6 допрошен в качестве подозреваемого по факту совершения преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ (т.1 л.д. 93-98).

14.03.2017 истцу ФИО6 избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке (т.1 л.д. 99).

19.03.2017 истец ФИО6 дополнительно допрошен в качестве подозреваемого по факту совершения преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ (т.1 л.д. 100-104).

17.04.2017 истец ФИО6 знакомлен с постановлением о получении образцов для сравнительного исследования, с постановлением о назначении судебной почерковедческой экспертизы, с постановлением о назначении техникокриминалистической экспертизы (т.1 л.д. 105,106,107).

25.04.2017, 03.05.2017 и 08.05.2017 проведены очные ставки между ФИО6 и ФИО3 (т.1 л.д. 108-118,119-126,127-130,131-138).

12.05.2017 ФИО6, в качестве подозреваемого и его защитник, ознакомлены с заключением эксперта №, № (т.1 л.д. 139,140).

31.05.2017 ФИО6 заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления (т.1 л.д. 141-142), в удовлетворении которого постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ отказано (т.1 л.д. 143).

20.07.2017 ФИО6 ознакомлен с постановлением о назначении судебных экспертиз (т.1 л.д. 146,147,148,149).

03.08.2017 ФИО6 заявлено ходатайство о возврате личного мобильного телефона, изъятого у него 03.08.2017 в ходе производства обыска, проводимого по адресу: адрес (т.1 л.д. 150), постановлением следователя от 05.08.2017 в удовлетворении данного ходатайства ФИО6 было отказано (т.1 л.д. 151-153).

17.10.2017 защитником ФИО6 было заявлено ходатайство о приобщении к материалам уголовного дела рецензии специалиста (т.1 л.д. 155); постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении данного ходатайства отказано (т.1 л.д. 156).

27.03.2018 проведена очная ставка между ФИО6 и ФИО11 (т.1 л.д. 172-175).

13.04.2018 ФИО6 знакомлен с заключением эксперта №, №, №, №, с постановлением о назначении судебно-почерковедческой экспертизой (т.1 л.д. 176,177,178,179).

Также в судебном заседании установлено, что в ходе предварительного следствия истец ФИО6 в период с 19.06.2018 по 13.07.2018 находился на лечении в кардиологическом диспансере адрес, в связи с чем, 21.06.2018 следователем был направлен запрос с вопросом может ли ФИО6 участвовать в следственных действиях, в том числе в условиях стационара (т.1 л.д. 181), на который 27.06.2018 получен ответ о том, что состояние пациента позволяет ему участвовать в следственных действиях в условиях стационара (т.1 л.д. 182).

02.07.2018 Следователем направлены уведомления о проведении следственных действий в КОКНД в отделении кардиологии и реабилитации (Санаторий Меркурий) - предъявление обвинения и допрос в качестве обвиняемого ФИО6 на 03.07.2018 (т.1 л.д. 183).

06.07.2018 следователем направлен запрос на имя Заведующей отделения кардиологии и реабилитации ФИО12 о том может ли ФИО6 участвовать в следственных действиях (т.1 л.д. 184).

13.07.2018 от подозреваемого ФИО6 в рамках расследования уголовного дела поступило письменное ходатайство о прекращении уголовного дела, в связи с отсутствием состава преступления и прекращении его уголовного преследования (т.1 л.д. 185-186), в удовлетворении которого постановлением следователя от 15.07.2018 отказано (т.1 л.д. 187).

17.07.2018 ФИО6 ознакомлен с постановлением о назначении судебно-почерковедческой экспертизы, с заключением эксперта №, о назначении судебно- почерковедческой экспертизы, с заключением эксперта № (т.1 л.д. 189,190,191,192).

Постановлением ст. следователя по ОВД СЧ по РОПД СУ Управления МВД России по адрес от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ (т.1 л.д. 194-201).

19.07.2018 ФИО6 в соответствии со ст.ст. 173,174 и 189 УПК РФ допрошен по уголовному делу в качестве обвиняемого (т.1 л.д. 202-203).

19.07.2018 ФИО6 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т.1 л.д. 204,205).

06.08.2018 ФИО6 уведомлен об окончании следственных действий. Объем уголовного дела составлял 33 тома.

С 07.08.2018 по 10.10.2018 ФИО6 знакомился с материалами уголовного дела, с 11.10.2018 по 14.01.2019 ознакомление не осуществлялось по причине наличия у ФИО6 временного тяжелого <данные изъяты>, удостоверенного медицинским заключением. С 14.01.2019 ФИО6 продолжил ознакомление с материалами уголовного дела.

ДД.ММ.ГГГГ заместитель начальника следственной части по расследованию организованной преступной деятельности в сфере экономики СУ Управления МВД России по адрес подполковник юстиции ФИО13 обратился в Заводский районный суд адрес с постановлением о возбуждении перед судом ходатайства об установлении обвиняемому и его защитнику срока для ознакомления с материалами уголовного дела (т.1 л.д.209-216).

11.04.2019 защитником ФИО6 было заявлено ходатайство на имя следователя ФИО13 о приобщении к материалам уголовного дела документов, подтверждающих факт строительства отдельно стоящих металлических сооружений, площадью 1037 кв.м, и 649 кв.м., расположенных по адресу: адрес адрес силами ООО «ККМ- Торг-Сервис», в котором ФИО6 был директором до ДД.ММ.ГГГГ (до признания компании банкротом и введении процедуры конкурсного производства) (т.1 л.д. 217), постановлением Заместителя начальника СЧ по РОПД СУ Управления МВД России по адрес ФИО13 от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в удовлетворении данного ходатайства.

28.05.2019 материалы уголовного дела в отношении ФИО6 обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ поступили для рассмотрения по существу в Центральный районный суд адрес (т.1 л.д. 219-231).

Приговором Центрального районного суда адрес от 22.02.2022 ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ ему назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Изменена мера пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. ФИО6 взят под стражу в зале суда (т.1 л.д. 232-235).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Центрального районного суда адрес от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО6 отменен, уголовное дело передано на новое рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства. ФИО6 освобожден из-под стражи. Мера пресечения в виде заключения под стражу отменена, сохранена ранее избранная мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (т.1 л.д. 238-245).

20.09.2022 уголовное дело в отношении ФИО6, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, принято к рассмотрению по существу судьей Центрального районного суда адрес ФИО5 (т.1 л.д. 246-252).

Приговором Центрального районного суда адрес от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 признан невиновным по обвинению его в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии ФИО6 состава преступления. За оправданным ФИО6 признано право на реабилитацию в порядке, установленном главой 18 УПК РФ. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО6 отменена (т.2 л.д. 1-90).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Центрального районного суда адрес от 25.11.2024 в отношении ФИО6 оставлен без изменения, апелляционное представление, апелляционная жалоба – без удовлетворения (т.2 л.д. 91-98).

Письмом Центрального районного суда адрес (№ №) ФИО6 разъяснено в соответствии со ст. 133, 134 и 135 УПК РФ право на реабилитацию, то есть на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах (т.2 л.д. 99).

Таким образом, в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности за преступление, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ истцу ФИО6 был причинен моральный вред, выразившийся в его нравственных страданиях. Сам фактнезаконного привлечения к уголовной ответственности предполагает нравственные страдания данного лица.В связи с чем, истец имеет право на возмещение вреда, связанного с данным преследованием, в том числе, право на компенсацию морального вреда независимо от вины причинителя.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО6 указывает на то, что поскольку в отношении него был вынесен оправдательный приговор по ч.4 ст. 159 УК РФ, за отсутствием состава преступления, то он имеет право на реабилитацию в виде получения компенсации морального вреда.

На основании пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17), с учетом положений статей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, данным в п.п. 42, 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении <данные изъяты> в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Право на компенсацию морального вреда в связи с проведением в жилище обыска, выемки, признанных судом незаконными, возникает как у лиц, в отношении которых судебным решением было санкционировано их проведение, так и у иных лиц, проживающих в жилом помещении, где производятся обыск, выемка, если данными незаконными действиями этим лицам в результате нарушения их прав (например, на тайну личной жизни) причиняются физические и (или) нравственные страдания.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования.

Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных <данные изъяты> физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения.

Судом установлено, что с 21.03.2016 органом предварительного следствия проводилась проверка по заявлению ФИО21 (ФИО19) Т.Н., с 17.10.2016 (возбуждение уголовного дела) до мая 2019 года (направление уголовного дела в суд) велось предварительное следствие в отношении ФИО6, то есть около трех лет. 14.03.2017 ФИО6 избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке; 19.07.2018 ФИО6 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. В период проверки заявления ФИО3 у ФИО6 и членов его семьи жены и дочери были взяты объяснения. В период предварительного следствия ФИО6 два раза был допрошен следователем в качестве подозреваемого, с участием ФИО6 и иных лиц проведено 6 очных ставок. В качестве свидетелей были допрошены жена и дочь ФИО6- ФИО14 и ФИО7, соответственно, у дочери также были отобраны образцы почерка для исследования. Был проведен обыск по адресу адрес. ФИО6 в ходе предварительного следствия принимал участие в иных процессуальных действиях. 19.07.2018 ФИО6 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ

В период предварительного следствия в связи с ухудшением состояния здоровья ФИО6 находился на стационарном лечении в Кардиологическом диспансере г. Кемерово с 19.06.2018 по 13.07.2018, а также с 11.10.2018 по 14.01.2019.

Судебное следствие в отношении ФИО6 длилось с 28.05.2019 по 15.04.2025, в ходе которого 22.02.2022 в отношении истца постановлен обвинительный приговор, он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок три года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, изменена мера пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. ФИО6 был взят под стражу в зале суда. Апелляционным определением Кемеровского областного суда от 06.09.2022 приговор суда от 22.02.2022 был отменен, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение, ФИО6 была изменена мера пресечения на подписку о невыезде и надлежащем поведении. 24.11.2024 приговором Центрального районного суда г. Кемерово ФИО6 был оправдан по предъявленному ему обвинению по ч.4 ст. 159 УК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления. 15.04.2025 апелляционным определением Кемеровского областного суда приговор оставлен без изменения.

Таким образом, уголовное преследование в отношении ФИО6 длилось 8 лет 1 месяц (с 14.03.2017 по 15.04.2025), в ходе которого он находился в статусе подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, осужденного. 1 год 4 месяца (с 14.03.2017 по 19.07.2018) ФИО6 находился под мерой процессуального принуждения в виде обязательства о явке, более 6 месяцев (с 22.02.2022 по 06.09.2022) содержался в СИЗО-1, СИЗО-3, 5 лет 6 месяцев (с 19.07.2018 по 22.02.2022, с 06.09.2022 по 24.11.2024) находился под подпиской о невыезде и надлежащем поведении.

Обращаясь в суд за защитой и восстановлением нарушенного права в порядке реабилитации, истец указывает на то, что незаконным привлечением к уголовной ответственности, ему причинен моральный вред. Моральный вред ему причинен в результате незаконного возбуждения уголовного дела, избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, нахождении в статусе подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, длительной (более 6 месяцев) изоляции от общества, дома, семьи, потери нормальной жизни, пережитых физических и нравственных страданиях. Размер компенсации морального вреда обусловлен не только обвинениями в его адрес, которые впоследствии не подтвердились, но и длительностью уголовного преследования, в течение которого он был вынужден выслушивать обвинения о том, что он совершил преступление, которое фактически не совершал. Моральные страдания усугублялись тем, что он являлся директором ООО «ККМ-Торг Сервис», и в отношении него были распространены порочащие сведения о его преступной деятельности, что запятнало его доброе имя и членов его семьи. В отношении него сложилось негативное отношение со стороны общества и коллег. Практически полностью были утрачены социально-полезные связи, что негативно сказалось на его жизни и спокойствии. Также были полностью утрачены бизнес-связи. Степень физических и нравственных страданий увеличивали условия содержания в СИЗО-1 адрес и в СИЗО-3 адрес, которые не отвечали стандартным правилам обращения с заключенными. Он был лишен привычного образа жизни, из-за возбуждения уголовного дела и проводимых следственных действий, он был в постоянном нервном напряжении. На протяжении длительного периода испытывал эмоциональные переживания, связанные с его уголовным преследованием, по причине того, что не соглашаясь с обвинением, был вынужден доказывать свою невиновность и обращаться в судебные инстанции. У него и у его близких родственников, возникли сильнейшие психологические потрясения и <данные изъяты>, моральные страдания, которые имели затяжной характер и их последствия сказываются до сих пор. Как следствие, из-за сильных переживаний ему стало невозможно вести привычный образ жизни, осуществлять в полном объеме свои трудовые обязанности, возникла апатия, подавленное настроение, он был вынужден, периодически принимать успокоительные препараты, которые приобретал за свой счет. Также указывает на то, что при должной организации следственной работы вышеуказанное уголовное дело сложности не представляло. Можно сделать вывод о неэффективной организации расследования и волоките, допущенной следователем, необоснованном затягивании сроков следствия (что нарушало его право на судебное разбирательство в разумные сроки) при отсутствии правовой и фактической сложности расследования данных уголовных дел.

Как следует из искового заявления и пояснений представителя истца в судебном заседании, из-за возбуждения уголовного дела и проводимых следственных действий, длительного судебного следствия, ФИО6 находился в нервном напряжении, на протяжении длительного периода испытывал эмоциональные переживания, у него и его близких родственников возникли сильнейшие психологические потрясения и <данные изъяты>, моральные страдания, которые имели затяжной характер и их последствия сказываются до сих пор. В ходе предварительного следствия у ФИО6 начались проблемы со здоровьем, которых ранее не возникало, он длительное время находился на стационарном лечении у кардиолога, у которого продолжает наблюдаться, проходит лечение, в том числе и в стационаре, также обращается за медицинской помощью к другим специалистам, проходит лечение.

В подтверждении своих доводов истцом представлены медицинские документы, которые были исследованы судом в ходе судебного разбирательства.

Исходя из представленных истцом медицинских документов следует, что ФИО6 имеет <данные изъяты> <данные изъяты>, отраженные в медицинских документах, которые возникли у него в ходе возбуждения в отношении него уголовного дела, согласно медицинских документов ФИО6 продолжает наблюдаться с данными <данные изъяты> и принимать <данные изъяты>.

В период предварительного следствия в связи с ухудшением состояния здоровья ФИО6 находился на стационарном лечении в Кардиологическом диспансере г. Кемерово с 19.06.2018 по 13.07.2018, а также в период с 11.10.2018 по 14.01.2019.

Согласно выписки из <данные изъяты> <данные изъяты>, ФИО6 наблюдается в поликлинике №3 ГАУЗ «ККДЦ им. Колпинского» с 25.01.2021 с <данные изъяты>: <данные изъяты>

Из пояснений представителя истца в судебном заседании также следует, что до возбуждения в отношении ФИО6 уголовного дела, он вел активный образ жизни, занимался спорном, в связи с тем, что он находился на протяжении длительного времени в стрессовом, <данные изъяты> состоянии, содержался в местах лишения свободы, где условия содержания не отвечали требованиям, у него возникли <данные изъяты> <данные изъяты>.

Судом по ходатайству стороны истца были допрошены свидетели.

Свидетель ФИО15 суду показал, что ФИО6 является его другом, с которым знакомы с 2010 года. Знает его только с хорошей стороны, как порядочного, честного человека. Вся сложившаяся ситуация с ним очень сильно сказалась на его здоровье. Все близкие в его окружении понимали, что в отношении его происходит незаконное уголовное преследование, но повлиять на этот 8 летний процесс никто не мог. После смерти младшего брата истец более чем поддерживал семью брата- вдову и племянника. В 2016 ему стало известно, что вдова родного брата истца вышла повторно замуж, о чем год умалчивала, а затем затеяла судебные тяжбы о разделе имущества. С этого времени все мысли его друга были сосредоточены только на этой теме. Ранее в их компании ФИО6 был главным организатором, будь то отдых в горах или на воде, всегда был активным, а на фоне всех этих потрясений у него было подорвано здоровье, в 2018 году он попал в кардиоцентр. После череды таких потрясений, нахождения в течение полугода в СИЗО с полным осознанием, что всё происходит несправедливо. Истец остался без значительного количества имущества, бизнеса и без здоровья. Сейчас он не может вести прежний активный образ жизни.

Свидетель ФИО16 суду показал, что ФИО6 его тесть, отец его жены. В 2017 году он познакомился с будущей женой Дарьей -дочерью истца. В последствии они познакомились с родителями. В тот же период времени он стал замечать, что если они приглашали в гости родителей жены, приезжала только ее мама, отец не приезжал. Он не понимая в чем причина, решил выяснить лично. Приехал к ФИО6, в ходе разговора он подробно рассказал, как он пришел в бизнес, как произошла смерть брата, как он на протяжении 15 лет поддерживал семью брата ровно как свою. Также рассказал, что в данный промежуток времени в отношении него ведется следствие с подачи именно вдовы брата, которую вместе с племянником он считал своими самыми близкими людьми. В последствии он наблюдал, уже став членом семьи Т-вых, что из-за незаконного уголовного преследования истец постепенно потерял бизнес и здоровье. Когда он находился в СИЗО, он приезжал к нему на свидания. В СИЗО в Кемерово были условия более менее, а когда его перевели в СИЗО-3 адрес, он приезжал к истцу на свидания, он ему подробно рассказывал о тяжелых условиях содержания. Он и сам наблюдал, как у истца теряется здоровье и подавлено моральное состояние. В 2018 году он попал в кардиоцентр. На данный момент у него не удовлетворительное состояние здоровья. Он очень переживал из-за незаконного уголовного преследования.

Не доверять показаниям данных свидетелей у суда нет оснований, поскольку они последовательны, согласуются иными доказательствами по делу, кроме того, данные свидетели были предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Анализируя собранные по делу доказательства, с учетом приведенных выше норм материального права, а также разъяснений по их применению, суд приходит к выводу о том, что вынесение в отношении истца оправдательного приговора и прекращения уголовное преследования, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, дает ему право на реабилитацию путем взыскания компенсации морального вреда с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации (п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 № 13).

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд, учитывая конкретные обстоятельства рассматриваемого дела, а также доказанность факта незаконного уголовного преследования истца в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, которое относится к категории тяжких преступлений, длительность уголовного преследования (8 лет 1 месяц), избрание в отношении истца меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, под которой он находился 5 лет 6 месяцев, содержание под стражей более 6 месяцев, данные о личности истца, его семейном положении, возраст, индивидуальные особенности истца, данные характеризующие личность истца, его переживания из-за ограничений, связанных с его уголовным преследованием по ч. 4 ст. 159 УК РФ, степень нравственных страданий, причиненных незаконным уголовным преследованием, степень его эмоциональных страданий в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, с учетом критериев, предусмотренных статьями 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, оценивая в соответствии со статьей 67 ГПК РФ все представленные по делу доказательства в совокупности, и с учетом требований разумности и справедливости, полагает определить размер компенсации морального вреда в сумме 300000 рублей.

Из анализа статей 151, 1101 ГК РФ следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных <данные изъяты> физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей <данные изъяты>. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой инстанции.

Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей <данные изъяты>, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

При этом суд учитывает, что компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда <данные изъяты>, должна обеспечивать баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки граждан, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд руководствуется нормами закона, а также учитывает обстоятельства дела, характер и степень физических и нравственных страданий истца, его индивидуальные особенности, требования разумности и справедливости, предъявляемых законом к указанным компенсационным выплатам.

Суд полагает, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда является чрезмерно завышенным, явно не соизмеримым с нравственными и физическими страданиями, перенесенными истцом, и не отвечает принципам разумности и справедливости.

Оснований для взыскания денежной компенсации в большем размере суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по адрес-Кузбассу о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, уроженца адрес (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности в размере 300000 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд через Заводский районный суд г.Кемерово в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 24.09.2025.

Председательствующий (подпись) Н.А.Долженкова

копия верна:

Подлинный документ подшит в деле № 2-2458/2025 Заводского районного суда города Кемерово.

Судья Н.А.Долженкова

Помощник судьи Т.С.Жукова