УИД

59RS0008-01-2022-003459-44

Дело

№ 33-7907/2023 (№2-74/2023)

Судья

ФИО1

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ.

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего судьи Ворониной Е.И.,

судей Лапухиной Е.А., Крюгер М.В.,

при помощнике судьи Седининой Ю.Н.,

с участием прокурора Кузнецовой С.Н.

рассмотрела в г. Перми 27 июля 2023 года в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Пермского районного суда Пермского края от 23 марта 2023 года.

Заслушав доклад судьи Лапухиной Е.А., объяснения представителя истца ФИО4, представителя ответчика ФИО5, заключение прокурора Пермской краевой прокуратуры Кузнецовой С.Н., исследовав материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о компенсации морального вреда в сумме 200000 руб.

Требования мотивированы тем, что 16.08.2019 на участке 5-6 км. автодороги «Новые Ляды – Троица» Пермского района Пермского края произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием мотоблока «LIFAN» с прицепом, под управлением истца ФИО2, и автомобиля «Chevrolet Captiva», государственный регистрационный знак **, под управлением ответчика ФИО3 В результате ДТП истцу и его пассажирам - ФИО6 (сожительница истца) и Т. причинён вред здоровью. Приговором Пермского районного суда Пермского края от 08.04.2021 по делу ** ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации. В результате ДТП истец получил закрытую травму груди в виде перелома 5 ребра справа без лёгочно-превральных осложнений, ссадины лица, ушиб мягких тканей правого бедра. С 1996 года истец является инвалидом бессрочно (трудовое увечье), в связи с чем полученные им в результате ДТП травмы восприняты особенно болезненно. После полученных травм в течение двух месяцев истец испытывал боли, что причиняло ему физические страдания. ФИО6, являющаяся сожительницей истца, в результате ДТП получила следующие повреждения здоровью: закрытый перелом хирургической шейки левого плеча со смещением, кровоподтёк на левом плече, открытый оскольчатый перелом правого бедра со смещением, рваная рана и кровоподтёк на правом бедре, закрытый перелом 1-ой пястной кости справа, ссадины на верхних и нижних конечностях. В фактических брачных отношениях ФИО2 и ФИО6 находятся с 2000 года, ведут совместное хозяйство. От госпитализации после полученных в ДТП травм истец отказался по причине того, что ему необходимо было осуществлять уход за ФИО6, вести домашнее хозяйство в период её госпитализации и по настоящее время. После ДТП ФИО6, которую истец очень любит, лишилась возможности самостоятельно передвигаться; истец полностью осуществляет за ней уход, готовит пищу, занимается стиркой, уборкой; обеспечивает ФИО6 всем необходимым для её жизнедеятельности. Физические страдания, которые она испытывает, её беспомощность и зависимость причиняют истцу нравственные страдания и переживания. В связи с полученными ФИО6 в ДТП травмами жизненный уклад её и истца существенно изменился; ФИО6 обречена на постельный режим, в связи с чем истец проводит почти всё время возле неё; истца и его сожительницу почти перестали посещать гости, сами они никуда не выходят. Эти обстоятельства привели к социальной изоляции и дефициту общения, что угнетает психику истца. Существенные нравственные страдания истцу приносит ***. Таким образом, устоявшаяся и гармоничная жизнь истца с ФИО6, которая существовала до ДТП, перестала быть таковой непосредственно после ДТП, что причиняет истцу нравственные страдания и переживания.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился. Ранее пояснил, что три месяца не мог за собой ухаживать, обращался за помощью к родственникам и соседям. Имея огород, был вынужден покупать продукты, так как фактически не мог разрабатывать участок и заниматься посадками. Четвёртый год ухаживает за гражданской женой (ФИО6), которой после ДТП назначили ** группу инвалидности. Шесть месяцев у ФИО6 стоял аппарат ФИО7, она до сих пор не может шевелить пальцами. Подаёт ФИО6 таблетки, выносит горшок, меняет раз в неделю матрас. Еду ФИО6 не может себе готовить, он кормит её с ложки. Приезжал к ФИО6 больницу шесть раз. Ехал на мотоблоке не по дороге, а по обочине, ехал с дачи, прав на вождение транспортного средства - мотоблока - не имеет. В результате ДТП получил многочисленные ссадины, ушибы и перелом рёбер. Обратился с иском в 2022 году, так как ранее не мог обратиться физически и материально. На сегодняшний день у него болят рёбра, перестал спать на правом боку и начались головные боли, занимается самолечением, в больницу не может лечь, так как некому будет ухаживать за ФИО6 Проживает у ФИО6 с 2000 г. по настоящее время. ФИО6 внешне изменилась, так как до ДТП у ФИО6 был вес - 80-90 кг., сейчас она весит под 200 кг., поскольку практически не двигается. После ДТП ответчик скрылся и не помог, скорую помощь вызвали проезжающие мимо люди. За медицинской помощью официально не обращался, вызывал хирурга в частном порядке. В деле имеется выписной эпикриз из МСЧ № 4, который был выдан после установления травм в результате ДТП. Противоправного поведения в ДТП у него не было, ехал по правилам, считает, что ничего не нарушал.

Представитель истца исковые требования поддержал.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился.

Представитель ответчика иск не признала, ссылаясь на изложенные в возражениях доводы.

Прокурором дано заключение о наличии оснований для удовлетворения исковых требований с учетом критериев разумности, справедливости и соразмерности понесенным физическим и нравственным страданиям.

Решением Пермского районного суда Пермского края от 23.03.2023 постановлено:

«Иск ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО2 со ФИО3 компенсацию морального вреда, в размере 150000 руб.

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Взыскать со ФИО3 в доход бюджета Пермского муниципального округа Пермского края государственную пошлину, в размере 300 руб.».

В апелляционной жалобе ответчик ФИО3 просит решение суда изменить, принять по делу новое решение о снижении размера компенсации морального вреда. Указывает, что судом не было учтено, что ФИО2 грубо нарушил правила дорожного движения, управлял мотоблоком с прицепом без регистрационных документов на транспортное средство, не имея прав на управление каким-либо транспортным средством, перевозил в грузовом прицепе пассажира, на мотоблоке и прицепе не были установлены ходовые светоотражающие огни. Кроме того, после ДТП ФИО2 ни в какие медицинские учреждения по поводу травмы, восстановления здоровья не обращался. При вынесении решения, суд не установил с достоверностью, что ФИО2 ухаживал за ФИО6, сама ФИО6 свое отношение к иску не выразила.

Лица, участвующие в деле, извещались о времени и месте судебного заседания суда апелляционной инстанции, истец и ответчик в судебное заседание не явился, с заявлением об отложении рассмотрения дела не обращались. В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО5 на доводах жалобы настаивала, представитель истца ФИО4 с доводами жалобы не согласился, просил оставить без изменения решение суда.

Исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Пермской краевой прокуратуры Кузнецовой С.Н. об оставлении решения суда без изменения, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность состоявшегося решения по правилам статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьями 1100, 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом, суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из обстоятельств дела следует и установлено судом, что приговором Пермского районного суда Пермского края от 08.04.2021, с учётом апелляционного постановления Пермского краевого суда от 29.06.2021, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 264 УК РФ, ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на три года шесть месяцев, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок два года (л.д. 29-40).

Данным приговором установлено, что 16.08.2019 около 21.30 час. ФИО3, управляя автомобилем «Chevrolet Captiva», государственный регистрационный знак **, двигаясь по автодороге «Новые Ляды – Троица» на территории Пермского района Пермского края со стороны п. Новые Ляды в направлении с. Троица Пермского района Пермского края, допустил столкновение с мотоблоком «LIFAN» с прицепом, под управлением ФИО2, который перевозил пассажиров ФИО6 и Т.

Причиной данного ДТП послужило нарушение ФИО3 п. 10.1, п. 2.5, п. 2.6 Правил дорожного движения, в результате чего пассажирам ФИО6 и Т. причинен тяжкий вред здоровью.

Данное судебное постановление в соответствии со ст.61 ГПК РФ признано судом имеющим преюдициальное значение для рассмотрения данного дела.

Согласно сообщению из медицинского учреждения 17.08.2019 в 00.04 час. в ГКБ № 4 скорой помощью доставлен ФИО2 с травмой, полученной в результате ДТП 16.08.2019 примерно в 21.45 час., поставлен диагноз: «Сочетанная травма, ушиб грудной клетки, ушиб бедра, ушиб передней брюшной стенки».

Согласно сообщению из медицинского учреждения 16.08.2019 в 21.54 час. в ПОДОЗ п. Новые Ляды скорой помощью доставлен ФИО2 с травмой, полученной в результате ДТП.

Из заключения эксперта ГКУЗОТ ПК «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» от 25.02.2021 следует, что ФИО2 причинены: закрытая травма груди (1) в виде перелома 5 ребра справа без лёгочно-плевральных осложнений; ссадины лица; ушиб (1) мягких тканей правого бедра, которые, судя по характеру, образовались от воздействий твёрдого тупого предмета (предметов), возможно, в условиях дорожно-транспортного происшествия. Данные повреждения в совокупности квалифицируются как лёгкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства его (на срок не более 21 дня).

Согласно заключениям эксперта ГКУЗОТ ПК «Пермское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» от 19.05.2020, 14.01.2021 ФИО6 причинены телесные повреждения механического происхождения: закрытый перелом хирургической шейки левого плеча со смещением, кровоподтёк на левом плече, открытый оскольчатый перелом правого бедра со смещением, рваная рана и кровоподтёк на правом бедре, закрытый перелом 1-ой поястной кости справа, ссадины на верхних и нижних конечностях, которые, судя по характеру и клиническим проявлениям, образовались от ударных и плотно-скользящих воздействий твёрдых тупых предметов, возможно в заявленный срок. Данные повреждения квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Из справки-эпикриза ГАУЗ ПК «ГКБ № 4» об оказании медицинской помощи в приёмном отделении стационара, не завершившейся госпитализацией в стационар, следует, что ФИО2 находился в приёмном отделении с 17.08.2019. 00.04 час. по 17.08.2019 01.30 час. с жалобами на боли в области лица, грудной клетки справа, правом бедре в в/з; анамнез: травма бытовая, 16.08.2019 ехал водителем мотоблока, в п. Сылва около 21.30 час. сзади легковой автомобиль допустил столкновение с мотоблоком, доставлен в ГССП в ГКБ **. ФИО2 рекомендовано продолжить наблюдение у травматолога по месту жительства, нетрудоспособен. Диагноз: «***». От предложенной госпитализации отказался (уголовное дело **, том 2, л.д. 79-80).

Согласно представленным истцом медицинским документам ФИО6 в результате полученных в ДТП травм в период с 17.08.2019 по 03.12.2019 находилась на лечении в хирургическом отделении ГКБ № 4; с 28.02.2020 по 17.03.2020 – на стационарном лечении в хирургическом отделении ГКБ № 4, а также с 28.09.2020 по 09.10.2020 - на стационарном лечении в отделении медицинской реабилитации краевого госпиталя ветеранов войн, в том числе с диагнозом: «Сочетанная травма груди, ОДА, вялоконсолидирующийся перелом хирургической шейки левого плеча со смещением. Открытый оскольчатый перелом правого бедра в нижней трети со смещением. ЗТГ» (л.д. 161-164).

Согласно справки терапевта ГБУЗ ПК «Пермская центральная районная больница» от 16.01.2023 ФИО6 нуждается в постоянном постороннем уходе в связи с последствиями сочетанной травмы, перелома правого бедра слева от 16.08.2019, закрытого перелома нижней трети бедра справа со смещением, состоянием после оперативного лечения (л.д. 165).

Разрешая исковые требования, руководствуясь статьями 150, 151, 1064, 1079, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пунктах 11, 32 постановления от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», постановления от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания суммы компенсации морального вреда в пользу истца с ответчика как владельца источника повышенной опасности. Оснований для освобождения ответчика от возмещения компенсации морального вреда судом первой инстанции установлены не были.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд учитывал заслуживающие внимания конкретные обстоятельства произошедшего ДТП, имевшего место вследствие нарушения ответчиком Правил дорожного движения, поведение ответчика после ДТП, тяжесть причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости, соразмерность компенсации морального вреда последствиям нарушения прав, последствия причинённых потерпевшему страданий, тяжесть наступивших последствий (причинён легкий вред здоровью), характер причинённых травм, физические страдания истца в момент получения травм, глубину нравственных страданий истца в связи с полученными в результате ДТП травмами ФИО6, фактически являющейся его супругой, необходимость постоянного ухода истцом за ФИО6 Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции учтено имущественное положение ответчика, необходимость уплаты алиментов на содержание несовершеннолетнего сына, а также ухода за вторым сыном, в связи с чем пришел к выводу о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в пользу истца в размере 150000 руб., определенном исходя из требований разумности и справедливости.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств.

Обращаясь с апелляционной жалобой, ФИО3 выражает несогласие с определенным судом размером компенсации морального вреда.

Указанные доводы не могут быть приняты судебной коллегией в качестве оснований к отмене или изменению решения.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Из разъяснений в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 следует, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В соответствии с пунктом 30 названного Постановления, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Выводы суда относительно определения размера компенсации морального вреда и представленных истцом доказательств, в подтверждение тяжести перенесенных страданий, подробно мотивированы и изложены судом в решении.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что при определении размера судом не учтено, что ФИО2 грубо нарушил правила дорожного движения, отмену решения суда не влекут.

В данном случае размер компенсации морального вреда определен судом с учетом противоправного поведения истца ФИО2, управлявшего мотоблоком, в нарушении п. 2.3.1 Правил дорожного движения и п. 3 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностям должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения Правил дорожного движения, в связи с чем размер компенсации морального вреда судом снижен.

Вместе с тем, судом обоснованно учтено, что именно действия ответчика находятся в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями.

Довод апелляционной жалобы о том, что ФИО2 после ДТП ни в какие медицинские учреждения по поводу травмы, восстановления здоровья не обращался, судебной коллегией не принимаются, поскольку из материалов дела следует, что истец обратился за медицинской помощью в медицинское учреждение непосредственно сразу после ДТП, ему установлен диагноз: закрытая травма груди в виде перелома 5 ребра справа без лёгочно-плевральных осложнений; ссадины лица; ушиб мягких тканей правого бедра, что свидетельствует о перенесенных физических страданиях истца.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства истец пояснял, что от госпитализации отказался, в связи с необходимостью ухода за ФИО6, которая получила травмы после ДТП, и ведением домашнего хозяйства.

Ссылка в жалобе на то, что отсутствуют доказательства фактических брачных отношений между ФИО2 за ФИО6, а также доказательства ухода ФИО2 за ФИО6, выводов суда первой инстанции не опровергают.

В ходе судебного разбирательства истец подробно и последовательно указал на обстоятельства длительного проживания и ухода за ФИО6 после получения ею травм в ДТП, что отразилось на глубине его переживаний и усугубило перенесенные страдания.

Пояснения истца согласуются с показаниями свидетелей К. и Т., которые подтвердили, что истец проживал с ФИО6 около 15 лет, они вели совместное хозяйство. ФИО2 осуществлял уход за ФИО6, после получения ей травм в результате ДТП 16.08.2019.

Указанные свидетели были предупреждены судом об уголовной ответственности по ст. ст. 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем у свидетелей отобрана расписка. Материалы дела не содержат доказательств заинтересованности данных свидетелей в исходе дела, в связи с чем оснований не доверять показаниям данных свидетелей у суда не имелось.

Из медицинских документов, представленных в материалы дела, следует, что ФИО6 нуждается в постоянном постороннем уходе в связи с последствиями ДТП от 16.08.2019.

При этом, помимо отрицания, каких-либо доказательств в опровержение доводов истца, со стороны ответчика не представлено.

Кроме того, в суде апелляционной инстанции, представитель ответчика также пояснила об известных ей обстоятельствах того, что ФИО2 проживал и осуществлял уход за ФИО6 вплоть до января 2023 года.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела и пояснения истца о значительном объеме перенесенных нравственных и физических страданий, судебная коллегия находит, что размер компенсации морального вреда правильно определен судом первой инстанции в зависимости от характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, его индивидуальных особенностей, с учетом конкретных действий сторон, степени вины ответчика, как владельца источника повышенной опасности, а также с учетом причиненных истцу переживаний из-за возникновения необходимости осуществлять уход за ФИО6, что, в свою очередь, лишило истца привычного образа жизни и, безусловно, свидетельствует о причинении истцу морального вреда.

С учетом соотношения заявленного ко взысканию и присужденного судом с ответчика размера компенсации морального вреда, оснований для его повторного уменьшения, о чем ответчик настаивает в жалобе, судебная коллегия не усматривает, поскольку такое снижение повлечет нарушение баланса прав и законных интересов потерпевшего, будет явно несоразмерным тяжести причиненного истцу вреда, степени физических и нравственных страданий.

Само по себе не согласие ответчика с размером присужденной судом компенсации морального вреда в пользу истца в силу субъективности не влечет оснований к отмене решения суда и изменению размера такой компенсации.

Доводы апелляционной жалобы ответчика фактически направлены на несогласие с произведенной судом оценкой представленных доказательств, сводятся к несогласию с выводами суда относительно размера подлежащей взысканию суммы компенсации морального вреда, были предметом судебного рассмотрения, получили надлежащую правовую оценку в обжалуемом решении, не опровергают выводов суда, не подтверждают нарушений норм материального либо процессуального права и не могут быть признаны обоснованными, поскольку направлены на переоценку установленных судом обстоятельств.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы ответчика.

Руководствуясь ст.ст.199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Пермского районного суда Пермского края от 23 марта 2023 года по доводам, изложенным в апелляционной жалобе ФИО3, оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий – подпись

Судьи – подписи

Мотивированное апелляционное определение составлено 03.08.2023