дело (УИД) №31RS0009-01-2023-000060-40 производство №2-89/2023
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
г. Грайворон 18 мая 2023 г.
Грайворонский районный суд Белгородской области в составе:
председательствующего судьи Фенько Н.А.,
при секретаре Юрченко Е.С.,
с участием:
представителя истца ФИО1, третьих лиц ФИО2 и ФИО3 – ФИО4,
представителя ответчиков ФИО5 и ФИО6 – ФИО7,
представителя ответчика администрации Грайворонского городского округа – ФИО8,
третьего лица ФИО9,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО6 и администрации Грайворонского городского округа Белгородской области о признании незаконными постановлений о предоставлении земельного участка, договоров купли-продажи и разрешений, признании пристройки к многоквартирному дому самовольной и ее сносе,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО5, ФИО6 и администрации Грайворонского городского округа Белгородской области о признании незаконными постановлений о предоставлении земельного участка, договоров купли-продажи и разрешений, признании пристройки к многоквартирному дому самовольной и ее сносе, в обоснование которого сослалась на следующие обстоятельства.
Истец является собственником кв. № в многоквартирном жилом доме, расположенном по адресу: <адрес>.
Непосредственно примыкающий к данному многоквартирному жилому дому земельный участок был предоставлен в собственность ответчикам ФИО10, которые в последующем на земельном участке возвели пристройку к многоквартирному дому.
В результате передачи части земельного участка ответчикам и возведения на этом участке пристройки, права истца, как участника общей долевой собственности на земельный участок под многоквартирным домом были нарушены, поскольку произошло фактическое уменьшение общего имущества в многоквартирном доме.
Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО1, с учетом заявлений об уточнении исковых требований (т. 1 л. д. 177-179, т. 2 л. д. 56-57), просила:
- признать незаконными постановление Главы местного самоуправления Грайворонского района Белгородской области от 10 июля 2006 г. №497 о передаче в собственность за плату земельного участка площадью 117 кв. м, кадастровый №, прилегающего к многоквартирному дому № по ул. <адрес> г. <адрес>, и заключенный на основании данного постановления договор купли-продажи от 3 августа 2006 г.;
- признать незаконными постановление Главы местного самоуправления Грайворонского района Белгородской области от 4 сентября 2014 г. №496 о передаче в собственность за плату земельного участка площадью 118 кв. м, кадастровый №, прилегающего к многоквартирному дому № по ул. <адрес> г. <адрес>, и заключенный на основании данного постановления договор купли-продажи от 18 сентября 2014 г.;
- признать незаконным разрешение от 18 декабря 2014 г. №№ на строительство пристройки к кв. № в д. № по ул. <адрес> г. <адрес>;
- признать незаконным разрешение от 4 апреля 2017 г. №№ на ввод реконструированного объекта в эксплуатацию;
- признать строение в виде пристройки к кв. № в д. № по ул. <адрес> г. <адрес> самовольной постройкой, обязав Г-вых снести указанное строение.
В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены собственники квартир в многоквартирном доме ФИО9, ФИО2, ФИО3, ФИО11, а также ППК «Роскадастр».
В судебном заседании ФИО4, являющийся представителем истца ФИО1, третьих лиц ФИО2 и ФИО3, не прибывших в судебное заседание, заявленные требования поддержал.
Представитель ответчиков ФИО5 и ФИО6 – ФИО7 иск не признал, в возражениях на иск привел доводы о соблюдении установленного законом порядка получения земельных участков в собственность, а также на получение согласия собственников квартир на строительство спорной пристройки к многоквартирному дому. Кроме этого стороной ответчиков было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности (л. <...>).
Представитель ответчика администрации Грайворонского городского округа ФИО8 возражал против удовлетворения иска. В обоснование возражений сослался на то, что на момент вынесения оспариваемых истцом постановлений земельный участок под многоквартирным домом сформирован не был. Кроме того, д. № по ул. <адрес> г. <адрес> является не многоквартирным домом, а домом блокированной застройки, поскольку состоит из отдельных изолированных друг от друга блоков, в которых отсутствуют помещения общего пользования, каждый блок имеет свой отдельный вход, в связи с чем права истца при передаче земли ответчикам нарушены не были.
Третье лицо ФИО9 свои права в результате возведения Г-выми спорной пристройки не считает нарушенными.
Третье лицо ФИО11 и представитель ППК «Роскадастр» в судебное заседание не прибыли, ходатайствовали о рассмотрении дела без их участия (т. 1 л. <...>).
Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению.
Как следует из материалов дела, постановлением главы местного самоуправления Грайворонского района Белгородской области от 10 июня 2006 г. №497 ответчику ФИО6 из земель поселений города Грайворона для ведения личного подсобного хозяйства в собственность за плату был предоставлен земельный участок площадью 117 кв. м, кадастровый №, находящийся по адресу: <адрес> (т. 2 л. д. 15).
На основании указанного распоряжения 3 августа 2006 г. администрация Грайворонского района Белгородской области (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключили договор купли-продажи названного земельного участка (т. 2 л. д. 16-17).
Согласно постановлению главы администрации городского поселения «Город Грайворон» муниципального района «Грайворонский район» Белгородской области от 30 октября 2006 г. №77, на приобретенном в собственность земельном участке ФИО6 было разрешено строительство пристройки к кв. № д. № по ул. <адрес> г. <адрес>, о чем также выдано разрешение на строительство (т. 2 л. д. 21-26).
В соответствии с актом приемки законченного строительством объекта приемочной комиссией от 28 февраля 2014 г. №223-р, предъявленная к приемке в эксплуатацию пристройка к указанной квартире соответствует проектным решениям и исходным данным при проектировании, в связи с чем принята в эксплуатацию и застройщику выдано разрешение на ввод объекта в эксплуатацию №№ (т. 2 л. <...>).
Из копии газеты «Родной край» за 5 июля 2014 г. следует, что администрацией Грайворонского района Белгородской области было опубликовано извещение о возможном предоставлении в собственность земельного участка с кадастровым №, общей площадью 118 кв. м, расположенного по адресу: <адрес>, для ведения личного подсобного хозяйства (т. 1 л. д. 73-74).
Обозначенный в извещении земельный участок постановлением администрации муниципального района «Грайворонский район» Белгородской области от 4 сентября 2014 г. №496 предоставлен в собственность ФИО5, с которой 18 сентября 2014 г. администрация заключила договор купли-продажи земельного участка №69 (т. 1 л. <...>).
18 декабря 2014 г. ФИО5 получила разрешение на реконструкцию объекта капитального строительства, расположенного по адресу: <адрес>, путем возведения пристройки к кв. № (т. 1 л. д. 80).
После завершения реконструкции кадастровым инженером был подготовлен технический план от 11 апреля 2017 г. для осуществления кадастрового учета реконструкции (т. 1 л. д. 89-95).
В настоящее время на кадастровом учете стоит многоквартирный жилой дом с измененной после реконструкции площадью, составляющей 241,3 кв. м, что следует из выписки из ЕГРН (т. 2 л. д. 31-45). Также в соответствии с выписками из ЕГРН, с 17 июня 2021 г. право собственности на кв. № в многоквартирном доме зарегистрировано за ФИО6, а ФИО5 является собственником кв. № в названном доме с 29 июня 2018 г. (т. 1 л. д. 130-141).
Обращаясь в суд с требованиями о признании постановлений о предоставлении земельных участков в собственность незаконными и сносе пристройки к квартире №, ФИО1 в качестве основания заявленных требований указала на отсутствие согласия всех собственников помещений в многоквартирном доме на уменьшение площади находящегося в долевой собственности земельного участка в результате предоставления его части ответчикам, а снос пристройки, возведенной на незаконно переданном в собственность ФИО10 земельном участке, восстановит нарушенные права истца, так как позволит возвратить в общую долевую собственность изъятую часть земельного участка.
Оснований согласиться с доводами истца суд не усматривает в связи со следующим.
В соответствии с пунктом 2 статьи 11 Земельного кодекса Российской Федерации (здесь и далее нормы приведены в редакции, действующей на дату издания оспариваемых постановлений о предоставлении земельных участков в собственность) управление и распоряжение земельными участками, находящимися в муниципальной собственности, осуществляются органами местного самоуправления.
Согласно статье 29 Земельного кодекса Российской Федерации предоставление гражданам и юридическим лицам земельных участков из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется на основании решения исполнительных органов государственной власти или органов местного самоуправления, обладающих правом предоставления соответствующих земельных участков в пределах их компетенции в соответствии со статьями 9, 10 и 11 настоящего Кодекса.
Пунктом 13 статьи 39.20 Земельного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что особенности приобретения прав на земельный участок, на котором расположены многоквартирный дом и иные входящие в состав общего имущества многоквартирного дома объекты недвижимого имущества, устанавливаются федеральными законами.
В силу пункта 4 части 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, а именно: земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объекты. Границы и размер земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, определяются в соответствии с требованиями земельного законодательства и законодательства о градостроительной деятельности.
Статьей 16 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что в существующей застройке поселений земельный участок, на котором расположены многоквартирный дом и иные входящие в состав такого дома объекты недвижимого имущества, является общей долевой собственностью собственников помещений в многоквартирном доме (часть 1).
Земельный участок, на котором расположены многоквартирный дом и иные входящие в состав такого дома объекты недвижимого имущества, который сформирован до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации и в отношении которого проведен государственный кадастровый учет, переходит бесплатно в общую долевую собственность собственников помещений в многоквартирном доме (часть 2).
В случае, если земельный участок, на котором расположены многоквартирный дом и иные входящие в состав такого дома объекты недвижимого имущества, не сформирован до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, на основании решения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме любое уполномоченное указанным собранием лицо вправе обратиться в органы государственной власти или органы местного самоуправления с заявлением о формировании земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом (часть 3).
С момента формирования земельного участка и проведения его государственного кадастрового учета земельный участок, на котором расположены многоквартирный дом и иные входящие в состав такого дома объекты недвижимого имущества, переходит бесплатно в общую долевую собственность собственников помещений в многоквартирном доме (часть 5).
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 66 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если земельный участок под многоквартирным домом был сформирован до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации и в отношении него проведен государственный кадастровый учет, право общей долевой собственности на него у собственников помещений в многоквартирном доме считается возникшим в силу закона с момента введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации (часть 2 статьи 16 Вводного закона).
Если земельный участок под многоквартирным домом был сформирован после введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации и в отношении него проведен государственный кадастровый учет, право общей долевой собственности на него у собственников помещений в многоквартирном доме возникает в силу закона с момента проведения государственного кадастрового учета (часть 5 статьи 16 Вводного закона).
В пункте 67 названного постановления разъяснено, что если земельный участок не сформирован и в отношении него не проведен государственный кадастровый учет, земля под многоквартирным домом находится в собственности соответствующего публично-правового образования. Вместе с тем по смыслу частей 3 и 4 статьи 16 Вводного закона собственник не вправе распоряжаться этой землей в той части, в которой должен быть сформирован земельный участок под многоквартирным домом. В свою очередь, собственники помещений в многоквартирном доме вправе владеть и пользоваться этим земельным участком в той мере, в какой это необходимо для эксплуатации ими многоквартирного дома, а также объектов, входящих в состав общего имущества в таком доме. При определении пределов правомочий собственников помещений в многоквартирном доме по владению и пользованию указанным земельным участком необходимо руководствоваться частью 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации.
В силу пункта 4 статьи 16 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. №189-ФЗ обязанность по формированию земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, возложена на органы государственной власти или органы местного самоуправления.
При этом, формирование земельного участка предполагает проведение всего комплекса мероприятий, включающих в себя определение границ участка путем утверждения проекта планировки и межевания территории, проведение работ по межеванию и постановку земельного участка на кадастровый учет.
В данном случае из материалов дела следует, что земельный участок под многоквартирным домом, в котором находятся квартиры сторон, по адресу: <адрес>, был поставлен на кадастровый учет 31 декабря 2002 г. без установления его границ. Работы по межеванию, в результате которых в ЕГРН были внесены сведения о границах участка под многоквартирным домом, были проведены в августе 2022 г., что следует из выписки из ЕГРН и межевого плана от 12 августа 2022 г. (т. 2 л. <...>).
Таким образом, на момент предоставления ФИО10 земельных участков в собственность, земельный участок под многоквартирным домом сформирован не был и его границы под размещение придомовой территории, необходимой для обслуживания многоквартирного дома, не определялись.
Какие-либо первичные землеотводные документы, содержащие текстовую и/или графическую информацию, позволяющую точно установить границы и местоположение придомовой территории многоквартирного дома суду не представлены.
При таких обстоятельствах сделать вывод о нахождении земельных участков ответчиков в пределах придомовой территории многоквартирного дома, в отсутствии установленных в законном порядке границ этой территории, невозможно.
В настоящее время, как это следует из межевого плана и выписки из ЕГРН, под многоквартирным домом и придомовой территорией сформирован земельный участок, граничащий с принадлежащим ФИО6 земельным участком.
С учетом изложенного, доводы истца о предоставлении ответчикам спорных земельных участков с кадастровыми № и №, из земельного участка, входящего в состав придомовой территории многоквартирного дома, являются необоснованными, так как материалами дела не подтверждены.
Истец и другие собственники помещений в многоквартирном доме с иском об установлении иных границ земельного участка для обслуживания дома не обращались.
В отсутствие доказательств формирования земельных участков ответчиков из придомового земельного участка, доводы истца о нарушении её прав как участника общей долевой собственности на земельный участок под многоквартирным домом видятся несостоятельными.
Исходя из положений абзаца 1 статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации в его нормативом единстве с пунктом 1 статьи 61 Земельного кодекса Российской Федерации, ненормативный акт исполнительного органа государственной власти или ненормативный акт органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующий закону или иным нормативным правовым актам и нарушающий права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица в области использования и охраны земель, может быть признан судом недействительным.
В пункте 6 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта, в случаях, предусмотренных законом, также нормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием.
В соответствии с частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.
Пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права. Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса. В противном случае право на заявленный иск в рамках данного конкретного дела у истца отсутствует. Следовательно, истец, обращаясь в суд за защитой нарушенных прав, должен указать, какие его права и каким образом нарушены ответчиком, а также самостоятельно избрать предусмотренный законом способ защиты нарушенного права. В свою очередь, способы защиты гражданских прав предопределяются правовыми нормами, регулирующими конкретное правоотношение.
Таким образом, избранный способ защиты должен соответствовать характеру и последствиям нарушения и в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В данном случае ФИО1 не представлено достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих о нарушении её прав предоставлением ФИО10 земельных участков постановлениями от 10 июля 2006 г. №497 и от 4 сентября 2014 г. №496, в связи с чем оснований для признания данных постановлений незаконными не имеется.
Также суд соглашается с доводами ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности.
Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В соответствии с пунктом 57 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», поскольку законом не установлено иное, к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Лицо, считающее себя собственником находящегося в его владении недвижимого имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности. Если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права (пункты 58, 59 Постановления).
В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.
Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Таким образом, к требованиям о признании постановления о предоставлении земельного участка недействительным в силу пункта 1 статьи 196 и пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется общий срок исковой давности, который составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
В данном случае, вопреки содержащимся в иске утверждениям о начале течения срока исковой давности с 3 октября 2022 г., когда прокуратура Грайворонского района дала истцу ответ о незаконности решения администрации о передаче ФИО6 земельного участка в собственность, суд считает, что этот срок начал течь ранее указанной истцом даты.
Как было указано выше, после предоставления постановлением главы местного самоуправления Грайворонского района Белгородской области от 10 июня 2006 г. №497 ФИО6 в собственность земельного участка площадью 117 кв. м, на данном участке ответчик начал строительство пристройки к квартире №2, завершенное в феврале 2014 г.
Строительство спорной пристройки к квартире № ответчик ФИО5 начала на основании разрешения от 18 декабря 2014 г., а 11 апреля 2017 г. на многоквартирный дом после реконструкции был подготовлен технический план.
При этом в связи со строительством данной пристройки истец 10 июля 2014 г. обращалась в администрацию с заявлением, в котором просила разъяснить, на каком основании ФИО5 ведет строительство пристройки и просила принять к ней меры. В последующем 20 августа 2014 г. ФИО1 отозвала свое заявление о принятии мер к ответчику и написала заявление о том, что разрешает ФИО5 строить пристройку (т. 1 л. <...> 88).
Также ФИО1 в уточненном иске указала, что на месте возведенной Г-выми пристройки к многоквартирному дому находилась принадлежащая истцу канализация, которую истец, после начала ответчиками строительства, была вынуждена переносить.
Таким образом, постоянно проживая в многоквартирном доме, истец видела, что ответчики ведут строительство двух пристроек к своим квартирам, также она в 2014 г. давала согласие на строительство пристройки, о сносе которой заявила требования, поэтому, действуя осмотрительно, ФИО1 могла узнать о том, что земельные участки, на которых расположены пристройки, были переданы ФИО10 в собственность, однако на протяжении длительного времени истец мер к восстановлению своих прав не предпринимала.
Указанные обстоятельства свидетельствуют о пропуске истцом срока исковой давности для оспаривания постановлений о предоставлении земельных участков в собственность, о применении которой заявлено ответчиками.
В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению решения об отказе в иске.
Согласно части 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при установлении факта пропуска без уважительных причин срока исковой давности или срока обращения в суд судья принимает решение об отказе в иске без исследования иных фактических обстоятельств по делу.
В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
Такое правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.
Требования истца о признании пристройки к квартире ФИО6 самовольной постройкой, возложении на ответчика обязанности по её сносу, признании незаконными разрешений на строительство и на ввод в эксплуатацию, признании недействительными договоров купли-продажи земельных участков являются производными от требований о признании незаконными постановлений о предоставлении земельных участков в собственность, а также являются по существу требованием о восстановлении положения, существовавшего до передачи земельных участков ответчикам. Поскольку названные требования производны от основного требования, в удовлетворении которого истцу отказано, в удовлетворении производных требований суд также считает отказать.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1 к ФИО5, ФИО6 и администрации Грайворонского городского округа Белгородской области о признании незаконными постановлений о предоставлении земельного участка, договоров купли-продажи и разрешений, признании пристройки к многоквартирному дому самовольной и ее сносе признать необоснованными, в удовлетворении исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Грайворонский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, то есть с 25 мая 2023 г.
Судья подпись Н.А. Фенько
Мотивированное решение изготовлено 30 мая 2023 г.