Дело №2-476/2025

УИД 21RS0016-01-2025-000387-37

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

1 июля 2025 года п. Кугеси

Чебоксарский районный суд Чувашской Республики в составе

председательствующего судьи Тяжевой А.Ю.,

при секретаре судебного заседания Сидоровой Л.А.,

с участием: истца ФИО3, представителей истца ФИО4, ФИО5, представителя ответчика ФИО6

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Альфа-Страхование-Жизнь»

о признании недействительным договора «Страхование жизни к сроку с участием в инвестиционном доходе Страховщика и условной защитой капитала, применении последствий недействительности сделки, взыскании денежных средств в размере 1 000 000 рублей, неустойки, компенсации морального вреда, взыскании штрафа,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 с уточнениями и дополнениями обратился в суд с иском к ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» о признании недействительным договора «Страхование жизни к сроку с участием в инвестиционном доходе Страховщика и условной защитой капитала», применении последствий недействительности сделки, взыскании денежных средств в размере 1 000 000 рублей, неустойки, компенсации морального вреда, взыскании штрафа.

Исковые требования мотивированы тем, что 29 июня 2021 года в офисе АО «Альфа-Банк» г. Чебоксары был заключен договор «Страхования жизни к сроку с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика и условной защитой капитала» № L0532/560/017529/1 между Страховщиком ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» и ФИО3

Выгодоприобретателем по договору страхования по рискам: «смерть застрахованного» и «смерть застрахованного в результате внешнего события» является супруга ФИО5 и доля страховой суммы составляет 100%.

До 2 июля 2021 года ФИО3 уплатил страховую премию в полном объеме в сумме 1 000 000 рублей.

По истечении срока страхования по данному договору ФИО3 обратился в страховую компанию с требованием о возврате внесенной суммы, на что им получен отказ. При этом ООО «АльфаСтрахование –Жизнь» уведомило, что в настоящее время определение величины индивидуального страхового счета (инвестиционного счета), а также выплата дополнительного инвестиционного дохода по договорам не представляется возможным в виду реализации рисков, перечисленных в декларациях о рисках, связанных с инвестированием, в разделе 15 Договоров, а именно социально-политического и экономического (кредитного) - невозможно проведение международных мультивалютных расчетов с эмитентами производных финансовых инструментов (продажи активов, составляющих основу стратегии инвестирования) как результат политики международных санкций в отношении российских контрагентов)

Согласно пункту 3 Договора, заключенного между истцом и ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» объектом страхования является имущественные интересы, связанные со смертью застрахованного и дожитием застрахованного до определенной даты.

Согласно п.4 Договора «Страховые риски и страховые случаи»: дожитие застрахованного ФИО3 до 2 июля 2024 года; смерть застрахованного; смерть застрахованного в результате внешнего события; дожитие застрахованного с выплатой ренты/пенсии.

В соответствии с пунктом 5 Договора страховая сумма: по риску «Дожитие застрахованного» составляет 10 000 рублей; по риску «Смерть застрахованного» составляет 10 000 рублей; по риску «Смерть застрахованного в результате внешнего события» составляет 1 300 000 рублей; по риску Дожитие застрахованного с выплатой ренты составляет 25 рублей.

Пунктом 7 договора установлено: «Страховая премия» на дату начала действия договора составляет 1 000 000 рублей, подлежит уплате единовременно, не позднее 2 июля 2021 года.

В соответствии со статьей 10 Закона Российской федерации «О защите прав потребителей» ответчиком не была предоставлена полная и достоверная информация о стороне договора, однако истцу не было разъяснено, что Банк действует в качестве агента и оформляет договор Страхования на основании соответствующего договора со Страховщиком.

Заключив договор с ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» ФИО3 рассчитывал, что осуществляет вклад в АО «Альфа-Банк» и получит проценты от вклада, и на возврат вложенных денежных средств.

В самом филиале АО «Альфа-Банк» никакой вывески ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» не было, в действительности договор был заключен менеджером АО «АльфаБанк» <ФИО1>, которая убедила истца, что по окончании срока договора он получит вложенные деньги и инвестиционный доход.

Истец, находясь в преклонном возрасте, был заинтересован в сохранении вложенных средств, однако был введен в заблуждение сотрудником банка относительно природы сделки, ему не было разъяснено в доступной форме об имеющихся рисках неполучения вложенных денежных средств.

Действиями ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» нарушены положения статьи 11 Закона РФ от 27 ноября 1992 года №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», применив экономически необоснованные страховые тарифы.

Сотрудником банка у ФИО3 была запрошена вся имеющаяся у него сумма, и вместо накопительного вклада, в котором нуждался истец, был заключен ничтожный договор страхования, тем самым ответчиком фактически присвоены денежные средства истца.

В связи с отказом в возврате вложенных денежных средств ФИО3 причинен моральный вред, размер которого оценивается в 100 000 рублей. Истец просит признать недействительным договор «Страхование жизни к сроку с участием Страхователя в инвестиционном доходе Страховщика и условной защитой капитала» № L0532/560/017529/1 от 29 июня 2021 года, заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью «АльфаСтрахование-Жизнь» и ФИО3; применить последствия недействительности сделки и взыскать с ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» в пользу ФИО3 внесенные по договору денежные средства в сумме 1 000 000 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 100 000 рублей, неустойку в сумме 1 000 000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной денежной суммы.

В судебном заседании истец ФИО3, его представители ФИО5, действующая по доверенности от 24 февраля 2025 года, ФИО4, действующая на основании доверенностей от 24 февраля 2025 года, от 26 февраля 2025 года поддержали исковые требования по вышеприведенным основаниям, пояснив, что в день обращения ФИО3 в офис Банка ему не были выданы договор и сопровождающие документы, которые им были получены лишь 17 декабря 2021 года.

По разъяснениям сотрудника, оформлявшего договор, ФИО3 воспринял условия договора как вклад с выплатой дивидентов и процентов в конце срока, и не мог знать, что вложенные денежные средства могут быть не возвращены. Считают, что договор страхования был заключен в результате обмана и введения в заблуждение относительно природы сделки, и является ничтожной, и полученные денежные средства в сумме 1 000 000 рублей подлежат возврату истцу с выплатой неустойки, компенсации морального вреда и штрафа в соответствии с Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей».

Представитель ответчика ФИО6, действуя по доверенности от 13 марта 2025 года, участвуя в судебном заседании с использованием системы видео конференцсвязи Перовского районного суда г. Москвы, исковые требования не признал, пояснив, что договор был подписан лично истцом, и его подписью подтверждено ознакомление со всеми условиями договора, в том числе, о том, что доход по договору не гарантирован, размер выплаты может быть менее внесенной суммы.

Также указал, что истец заключил договор добровольно, доказательств заблуждения относительно правовой природы договора истцом не представлено, просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Третьи лица АО «Альфа-Банк», Центральный Банк Российской Федерации представителей в судебное заседание не направили, не известив о причинах неявки, отзыва на иск не представили.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд признал возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся третьих лиц.

Выслушав объяснения сторон, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности, при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения (пункт 1).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 этого Кодекса (пункт 6 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно Договору Страхования жизни к сроку с участием страхователя в инвестиционном доходе Страховщика и условной защитой капитала № L0532/560/017529/1, Программа «FORWARD» между Страховщиком ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» и Страхователем ФИО3 заключен договор на основании пункта 2 статьи 940 Гражданского кодекса Российской Федерации в соответствии с Условиями страхования жизни к сроку с участием Страхователя в инвестиционном доходе Страховщика с условной защитой капитала (вариант 12), условия которых являются обязательными для Страхователя (Застрахованного, Выгодоприобретателя).

Объектами страхования по договору являются: имущественные интересы, связанные со смертью Застрахованного и с дожитием Застрахованного до определенной даты (п.3).

Пунктом 4 договора предусмотрены страховые риски, Страховые случаи: Дожитие Застрахованного до 1 июля 2024 года; Смерть застрахованного; Смерть застрахованного в результате внешнего события; Дожитие Застрахованного с выплатой ренты/пенсии.

Согласно пункту 5 договора страховые суммы составляют: по риску «Дожитие Застрахованного» 10 000,00 руб.; по риску «Смерть застрахованного» 10 000,00 руб.; по риску «Смерть застрахованного в результате внешнего события» 1 300 000 рублей; по риску Дожитие застрахованного с выплатой ренты/пенсии 25,00 руб.

Размер страховой премии по договору на дату начала срока страхования установлен в сумме 1 000 000 руб., периодичность уплаты страховой премии -единовременно не позднее 2 июля 2021 года (п.7).

В разделе 8 указаны срок страхования, даты ренты, согласно которому срок страхования составляет три года. Начало срока страхования 2 июля 2021 года, дата окончания срока страхования 1 июля 2024 года. Дата окончания срока страхования по риску «Смерть застрахованного в результате внешнего события» -1 июля 2022 года.

Данный договор со стороны Страховщика подписан <ФИО2>, руководитель управления андеррайтинга и методологии накопительного и инвестиционного страхования и перестрахования, действующим на основании доверенности №212/19 от 15 октября 2019 года.

Условие использования факсимильного воспроизведения оттиска печати и подписи Страховщика предусмотрено пунктом 14 договора (л.д. 102- 106 т.1).

К договору приложена расписка Страхователя ФИО3 об ознакомлении с информацией об условиях Договора страхования. (л.д. 107-109)

Согласно платежному поручению без номера от 29 июня 2021 года ФИО3 внес страховую премию в сумме 1 000 000 рублей в офисе АО «Альфа-Банк», денежные средства были приняты ведущим премиум-менеджером <ФИО1>. (л.д. 47 т.1).

Истец ФИО3 не оспаривает свои подписи в договора и расписке, что само по себе не лишает его права требовать признания договора недействительным по специальным основаниям порока воли при ее совершении.

Как указывает истец, по истечении срока договора от 29 июня 2021 года он обратился в офис АО «Альфа-Банк» в городе Чебоксары, где подписывал договор с просьбой выплатить ему денежные средства и накопленные проценты, на что он получил отказ.

На его письменное обращение получен ответ, в котором АО «Альфа-Банк» сообщает, что между ФИО3 и Банком заключен договор о комплексном Банковском обслуживании, в рамках которого открыт счет.

2 июля 2021 года между ним и ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» заключен Договор страхования жизни к сроку с участием страхователя в инвестиционном доходе Страховщика и условной защитой капитала на сумму в размере 1 000 000 рублей. Также указано, что Банк не является стороной договора, и что 3 июля 2024 года на его счет от ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» поступили средства по договору страхования в размере 56 800 рублей. Иной информацией Банк не располагает. (л.д. 51 т.1).

20 сентября 2024 года ФИО3 обратился в ООО «АльфаСтрахование-Жизнь», из содержания которого следует, что он просит вернуть вложенные денежные средства и выплатить проценты от использования денежных средств.

На это обращение им получен ответ от 1 октября 2024 года, в котором указано о невозможности выплаты инвестиционного дохода, конкретного ответа по вопросу возврата вложенных денежных средств в сумме 1 000 000 руб. не дан, денежные средства не возвращены. (л.д. 55 т.1).

Таким образом, из содержания приведенной переписки между ФИО3 и АО «Альфа-Банк», ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» следует, что в возврате денежных средств, внесенных истцом ФИО3 по договору от 29 июня 2021 года в сумме 1 000 000 рублей отказано с ссылкой на добровольное заключение им вышеуказанного договора, по условиям которого страховая выплата по риску «Дожитие Застрахованного» в сумме 10 000 рублей ему выплачена 3 июля 2024 года.

Также имеется ссылка на предоставление ему полной и достоверной информации об условиях договора и предлагаемых услугах по инвестированию денежных средств.

Данные утверждения ответчика о предоставлении полной и достоверной доступной для понимания ФИО3 информации, носят исключительно формальный характер и основаны лишь на проставлении им своей подписи в договоре и расписке об ознакомлении с информацией, что противоречит положениям статьи 10 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей».

Так, в соответствии частью 1 статьи 10 названного Закона изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 3 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» целью организации страхового дела является обеспечение защиты имущественных интересов физических и юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований при наступлении страховых случаев.

Пунктом 3 данной статьи установлено, что по требованиям страхователей, застрахованных лиц, выгодоприобретателей, а также лиц, имеющих намерение заключить договор страхования, страховщики обязаны разъяснять положения, содержащиеся в правилах страхования и договорах страхования, предоставлять информацию о размере вознаграждения, выплачиваемого страховому агенту, страховому брокеру по обязательному страхованию, расчеты изменения в течение срока действия договора страхования страховой суммы, расчеты страховой выплаты или выкупной суммы (если такие условия предусмотрены договором страхования жизни), информацию о способах начисления и об изменении размера инвестиционного дохода по договорам страхования жизни, заключаемым с условием участия страхователя или иного лица, в пользу которого заключен договор страхования жизни, в инвестиционном доходе страховщика.

Из объяснений истца и его представителей следует, что ФИО3 пришел в офис АО «Альфа-Банк» в г. Чебоксары, в котором отсутствовали какие-либо признаки присутствия другого юридического лица - ООО «АльфаСтрахование-Жизнь», и имел намерение вложить денежные средства во вклад в целях получения процентов по вкладу.

Сотрудник Банка <ФИО1> предложила ему условия договора, по которому по истечении срока он получит вложенные денежные средства с выплатой процентов, и, подписывая предложенные документы, он исходил из того, что заключает договор вклада с АО «Альфа-Банк» на наиболее выгодных условиях, а не договор инвестиционного страхования с ООО «АльфаСтраховани -Жизнь», тем самым он заблуждался относительно природы подписываемого договора и последствий его заключения. При этом он не мог предположить, что вложенную сумму денег он может не получить.

Данные доводы истца суд находит обоснованными с учетом его личных характеристик и состояния здоровья и обстановки, в котором происходило подписание оспариваемого договора.

Так, истец ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не обладает специальными познаниями в области финансовых услуг и проведения операций на рынке ценных бумаг, имеет средне-техническое образование, его трудовая деятельность проходила исключительно в сфере энергетики, следовательно, он не мог в полной мере оценить правовую природу заключаемого договора, полагаясь на добросовестность сотрудника банка, исходил из того, что вкладывает денежные средства в АО «Альфа-Банк», поскольку подписание договора происходило в офисе Банка, от которого действовала именно сотрудник Банка, а не представитель ООО «АльфаСтрахование-Жизнь».

При этом ему не было разъяснено, что сотрудник Банка действует в интересах ООО «АльфаСтрахование-Жизнь», агентский договор не был предъявлен и ему не представлена информация о размере агентского вознаграждения за заключение этого договора, и в доступной форме не были разъяснены риски, которые влечет договор инвестиционного страхования.

В информационном письме от 13 января 2021 года № ИН-01-59/2 «Об отдельных вопросах, связанных с реализацией страховых продуктов с инвестиционной составляющей» Центральным Банком Российской Федерации указано, что в связи с тем, что договоры страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, предусматривающие условие о единовременной уплате страховой премии либо выплаты по которым в соответствии с их условиями зависят от значений финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов, содержат высокие инвестиционные риски и являются сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов, в целях обеспечения защиты прав и законных интересов страхователей - физических лиц Банк России рекомендовал страховым организациям воздерживаться от прямого и опосредованного (через посредников) предложения таким физическим лицам страховых продуктов с инвестиционной составляющей.

Кроме того, Центральный Банк России в своем Обзоре неприемлемых практик и рекомендаций (Информационно-аналитический материал) описывает аналогичную рассматриваемой ситуацию, когда в офисах банков гражданам пенсионного возраста, обратившимся за открытием переоформлением вклада, предлагаются ценные бумаги и финансовые инструменты, а также услуги доверительного управления в рамках стратегий со сложными параметрами определения дохода либо не гарантирующие получение дохода или предусматривающие длительные сроки инвестирования (более года) с возможностью возврата денежных средств клиенту не в полном объеме в случае досрочного закрытия продукта (расторжения договора).

Как указано в Обзоре, предложение подобных продуктов и услуг не всегда отвечает интересам клиентов, относящихся к социально уязвимым категориям, к которым относятся также граждане, достигшие пенсионного возраста.

Указанная ситуация квалифицируется в Обзоре как проблема, основная рекомендация к решению которой - не предлагать гражданам пенсионного возраста, обратившимся в банк по вопросам открытия/переоформления вклада, сложные для понимания финансовые продукты (в том числе услуги по доверительному управлению ценными бумагами), не гарантирующие получение дохода, а также предусматривающие возможность возврата клиентом средств не в полном объеме при досрочном выходе из продукта (расторжении договора доверительного управления).

Действия Страховщика, при заключении оспариваемого договора с ФИО3 противоречат приведенным указаниям Центрального Банка Российской Федерации, которые должны приниматься во внимание в деятельности Страховых организаций, ориентируя граждан на заключение договоров, гарантирующих им получение дохода, не допуская в своих действиях злоупотребления правом.

Как следует из текста договора страхования жизни к сроку с участием страхователя в инвестиционном доходе Страховщика и условной защитой капитала № L0532/560/017529/1, Программа «FORWARD», он изготовлен компьютерным способом, и поддается прочтению, в нем отражены все существенные условия договора страхования, а также указано на добровольность принятия решения Страхователем о заключении такого договора, и подписан истцом.

Однако эти обстоятельства соблюдения формальных требований к договору не свидетельствует о том, что истец ФИО3 осознавал правовую природу заключаемой с ним сделки и последствия ее заключения, учитывая, что понятия, термины и формулировки, используемые в нем, не являются общедоступными для понимания широкого круга лиц, предполагают наличие хотя бы минимальных познаний в сфере инвестирования и финансовых услуг, а также то, что заключение договора страхования состоялось в здании Банка и сотрудниками банка, действовавшими на основании агентского договора в интересах страховщика, о чем ФИО3 не был поставлен в известность.

Таким образом, установленные по делу обстоятельства подтверждают доводы истца о заключении им оспариваемого договора под влиянием заблуждения относительно природы сделки, поскольку, подписывая договор, ФИО3 исходил из того, что передает денежные средства во вклад в АО «Альфа-Банк» в качестве вклада, а не в качестве страховой премии, не подлежащей возврату по истечении срока договора, следовательно, такой договор является недействительным в силу ничтожности.

Довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности является несостоятельной и не подлежит применению, так как истцу ФИО8 стало известно о заключении договора с ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» а не с АО «Альфа-Банк» лишь по истечении срока договора, когда он обратился за выплатой вложенных денег.

Как следует из части 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Таким образом, с учетом подачи искового заявления 11 февраля 2025 года трехгодичный срок исковой давности истцом не пропущен, и применяя последствия недействительности сделки, в пользу истца подлежит взысканию денежная сумма в размере 1 000 000 рублей.

Согласно ст. 9 Федерального закона от 26 января 1996 года № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» в случаях, когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) для личных бытовых нужд, такой гражданин пользуется правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также правами, предоставленными потребителю Законом о защите прав потребителей и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами.

Закон о защите прав потребителей, согласно его преамбуле, регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Исполнителем является организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 разъяснено, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом РФ, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом положений статьи 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации (статьи 8 - 12), об ответственности за нарушение прав потребителей (статья 13), о возмещении вреда (статья 14), о компенсации морального вреда (статья 15), об альтернативной подсудности (пункт 2 статьи 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (пункт 3 статьи 17) в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (пункт 2 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Таким образом, Закон о защите прав потребителей применяется к любым правоотношениям, возникающим между продавцом, изготовителем, импортером, исполнителем и гражданином, заказывающим, приобретающим, использующим товары, работы, услуги или только имеющим намерение их заказать либо приобрести.

Такие отношения могут возникать до заключения договора, например, при предоставлении информации о товарах, работах, услугах потребителю, намеревающемуся их приобрести или заказать, либо при причинении вреда жизни, здоровью или имуществу потребителя в связи с приобретением или заказом товаров, работ, услуг, до заключения договора, а также могут продолжаться после прекращения договора, например, при применении последствии расторжения договора или отказа от него.

Гражданин, действующий с намерением заключить, либо заключивший для личных, семейных, домашних и иных нужд, договор личного страхования, включающий условия об инвестиционном доходе страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор, с организацией, оказывающей соответствующие услуги потребителям по возмездному договору, является потребителем страховой услуги, подпадающей как под действие норм Гражданского кодекса Российской Федерации, так и под действие Закона о защите прав потребителей.

С учетом вышеприведенных норм права и разъяснений Высшей судебной инстанции, суд приходит к выводу, что к спорным правоотношениям подлежат применению положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей, предусматривающей ответственность исполнителя в виду уплаты штрафа за несоблюдение добровольного удовлетворения требования потребителя, и выплаты денежной компенсации морального вреда.

Судом установлено, что требования истца ФИО3 о возврате переданных по договору от 29 июня 2021 года денежных средств не было исполнено, что в соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации влечет взыскание штрафа в размере 50% от присужденной денежной суммы в пользу потребителя, что в данном случае составляет 500 000 рублей.

В силу положений статьи 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда в пользу потребителя является установление факта нарушения прав потребителя.

Поскольку судом установлено нарушение прав истца в связи с не предоставлением полной и достоверной информации о предлагаемых услугах, а также неудовлетворение его требований в добровольном порядке суд считает, что истцу следует компенсировать моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает срок, в течение которого нарушались права истца, его возраст и состояние здоровья, поведение ответчика, не принявшего меры для устранения нарушений, и справедливой, и разумной компенсацией считает выплату истцу денежных средств в размере 50 000 рублей.

В то же время суд не находит оснований для взыскания неустойки, основанной на нормах Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», поскольку характер требования ФИО3 в спорных правоотношениях не подпадает под категорию требований, указанных в статьях 22, 23, пункте 5 статьи 28, пункт 1 статьи 31 Закона РФ «О защите прав потребителей», предусматривающих ответственность в виде уплаты неустойки за нарушение сроков удовлетворения отдельных видов требований потребителя.

В рассматриваемом случае требования истца не вытекают из ненадлежащего оказания услуг в рамках заключенного договора, признанного недействительным, что влечет обязанность ответчика вернуть полученное по сделке, неисполнение которого влечет ответственность за неисполнение денежного обязательства в порядке, предусмотренном гражданским законодательством.

Поскольку по данным основаниям требования о присуждении процентов истцом не заявлено, суд не входит в обсуждение вопроса о начислении процентов в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, не выходя за пределы заявленных исковых требований.

В соответствии со ст. 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцу следует возместить расходы на оплату услуг представителя, которые подтверждены приходными кассовыми ордерами №26 от 29 января 2025 года на сумму 25 000 руб. и №75 от 28 февраля 2025 года на сумму 25 000 рублей. (л.д. 187 т.1).

Оценивая объем оказанных услуг, характер материально-правового спора, фактическое участие представителя ФИО4 в судебных заседаниях с выездом за переделы осуществления профессиональной деятельности, суд приходит к выводу, что расходы на оплату юридических услуг в сумме 50 000 рублей соответствуют требованиям разумности и подлежат возмещению в пользу истца в полном объеме.

В соответствии со ст. 103 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с удовлетворением требований истца, с ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, размер которого с учетом удовлетворенных требований материального и нематериального характера составляет 33 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным договор «Страхование жизни к сроку с участием Страхователя в инвестиционном доходе Страховщика и условной защитой капитала» № L0532/560/017529/1 от 29 июня 2021 года, заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью «АльфаСтрахование-Жизнь» и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки и взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «АльфаСтрахование-Жизнь» в пользу ФИО3 внесенные по договору № L0532/560/017529/1 от 29 июня 2021 года денежные средства в сумме 1 000 000 (один миллион) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «АльфаСтрахование-Жизнь» в пользу ФИО3 штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, компенсацию морального вреда в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 50 000 руб. (пятьдесят тысяч) рублей.

ФИО3 в удовлетворении иска к Обществу с ограниченной ответственностью «АльфаСтрахование-Жизнь» о взыскании неустойки в размере 1 000 000 рублей отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «АльфаСтрахование-Жизнь» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 33 000 (тридцать три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Чувашской Республики в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме подачей апелляционной жалобы через Чебоксарский районный суд Чувашской Республики.

Председательствующий: А.Ю. Тяжева.

Решение в окончательной форме принято 11 июля 2025 года.