31RS0010-01-2023-000176-27 № 2-163/2023
РЕШЕНИЕ ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
пос. Ивня Белгородской области 06 июля 2023 года
Ивнянский районный суд Белгородской области в составе:
председательствующего судьи Ракитянского районного суда Белгородской области (приказ от 09 февраля 2023 года № 10) Абросимовой Ю.Н., при секретаре Марченко Н.И.
с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2,
в отсутствие истца ФИО1, ответчика ФИО3
с участием старшего помощника прокурора Ивнянского района Белгородской области Сафоновой И.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании прекратившей право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета,
установил :
ФИО1 обратилась в суд с иском, в котором, с учетом уточненных требований, просит признать ФИО3 прекратившей право пользования жилым домом, расположенным по адресу: <адрес>.
В обоснование заявленных требований сослалась на то, что ей на праве собственности на основании договора дарения от 25 октября 2017 года принадлежит жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>. В момент заключения договора дарения в указанном жилом помещении были зарегистрированы: ФИО3 и ФИО4, которые состояли в браке с 05 ноября 1994 года. Впоследствии, ФИО4 умер, а ФИО3 уже более трех лет не проживает в спорном жилом помещении. Указывает на то, что ее выезд носит добровольный характер, проживает ответчик по адресу: <адрес>, бремя содержания спорного жилого помещения не несет, коммунальные услуги не оплачивает. Считает, что ее регистрация нарушает ее права как собственника.
В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, обеспечила явку своего представителя ФИО2, который поддержал заявленные исковые требования, просил иск удовлетворить.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, на подготовке дела к судебному разбирательству возражала против удовлетворения исковых требований, указала на то, что она состояла в браке с ФИО4 с 1994 года и они с того времени проживали в спорном жилом помещении, который изначально принадлежал матери ее супруга. В 2010 году мать супруга ФИО5 подарила спорное домовладение сыну ФИО4 При этом, все это время она была зарегистрирована в жилом помещении, осуществляла ремонт, приобретала вместе с супругом мебель. В 2017 году ее супруг подарил спорное жилое помещение своей сестре ФИО1, но с условием, что он и его супруга сохраняют право регистрации в спорном жилом помещении. В январе 2023 года ее супруг ФИО4 умер. Ввиду наличия конфликтных отношений между ней и сестрой супруга ФИО1, проживать в данном жилом помещении она не имеет возможности. В собственности жилого помещения не имеет, проживает в съемном жилье. Кроме того, указывает, что в данном жилом помещении также зарегистрирован ее несовершеннолетний ребенок. Просит в удовлетворении исковых требований отказать.
Суд, выслушав представителя истца, заключение прокурора, полагавшего об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, приходит к следующему.
Согласно п. 2 ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.
По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (п. 1 ст. 572 ГК РФ).
Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (ч. 1 ст. 420 ГК РФ).
На основании ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Статьей 218 ГК РФ установлено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Основанием прекращения права собственности является, в том числе, отчуждение собственником своего имущества другим лицам (ст. 235 ГК РФ).
По смыслу приведенных положений гражданского законодательства при отчуждении имущества к новому собственнику переходят права владения, пользования и распоряжения этим имуществом в том состоянии и с теми обременениями и ограничениями, которые имели место на момент перехода права собственности, в связи с чем, в правоотношениях, в которые вступает новый собственник, он становится на место прежнего собственника, как его правопреемник в отношении этого имущества.
В Определении от 03 ноября 2006 года № 455-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что согласно Конституции Российской Федерации (статья 7, часть 1) Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. Данное положение получило свое развитие в статье 40 Конституции Российской Федерации, закрепляющей право каждого на жилище (часть 1) и обязывающей органы государственной власти и органы местного самоуправления создавать условия для его осуществления (часть 2). При этом Конституция Российской Федерации, ее статья 35 (часть 2), гарантирует каждому право иметь имущество (в том числе жилое помещение) в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.
По смыслу названных положений Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с положениями ее статей 17 (часть 3) и 55 (части 1 и 3), необходимость ограничений федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения жилым помещением предопределяется целями защиты конституционно значимых ценностей, в том числе прав и законных интересов других лиц, а сами возможные ограничения указанных прав должны отвечать требованиям справедливости, быть пропорциональными, соразмерными, не иметь обратной силы и не затрагивать существо данных прав, т.е. не искажать основное содержание норм статей 35 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации. Это означает, что регулирование права собственности на жилое помещение, как и прав и обязанностей сторон в договоре найма жилого помещения, в том числе при переходе права собственности на жилое помещение, должно осуществляться на основе баланса интересов всех участников соответствующих правоотношений.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 03 ноября 1998 года № 25-П по делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 4 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», законодательное регулирование отношений в жилищной сфере должно обеспечивать возможность использования дифференцированного подхода к оценке тех или иных жизненных ситуаций в целях избежания чрезмерного и необоснованного ограничения конституционных прав граждан.
В отличие от прежнего правового регулирования, пункт 2 статьи 292 ГК Российской Федерации в действующей редакции, направлен на усиление гарантий прав собственника жилого помещения.
Вместе с тем с учетом позиций, сформулированных в ранее вынесенных решениях, Конституционный Суд Российской Федерации подчеркнул, что гарантии прав членов семьи бывшего собственника жилого помещения должны рассматриваться в общей системе действующего правового регулирования как получающие защиту наряду с конституционным правом собственности; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении нанимателей, как и обеспечение взаимного учета их интересов, зависит от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора (определения от 21 декабря 2000 года № 274-О, от 05 июля 2001 года № 205-О и др.).
Конституционные цели социальной политики Российской Федерации, обусловленные признанием высшей ценностью человека, а также его прав и свобод, которыми определяется смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и которые обеспечиваются правосудием (статьи 2 и 18 Конституции Российской Федерации), предполагают такое правовое регулирование отношений по владению, пользованию и распоряжению объектами жилищного фонда, которое гарантировало бы каждому реализацию конституционного права на жилище.
Устанавливая общие правила регулирования отношений, возникающих между собственником жилого помещения и членами семьи прежнего собственника, а также между собственником жилого помещения и бывшими членами его семьи, соответствующие положения пункта 2 статьи 292 ГК Российской Федерации и части 4 статьи 31 ЖК Российской Федерации не исключают учет судами и иными правоприменительными органами при разрешении соответствующих гражданских дел места этих положений в системе действующего законодательства, включая жилищное и гражданское законодательство, а также учет особенностей конкретных жизненных ситуаций.
Судом установлено, что с 05 ноября 1994 года ФИО4 и ФИО3 состояли в браке (л.д. 39).
23 июня 2010 года между ФИО5, от имени и в интересах которой действовала ФИО6, и ФИО4 заключен договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> (л.д.38).
В п. 3.2 данного договора указано, что в доме по вышеуказанному адресу, согласно справке администрации, зарегистрированы и проживают ФИО5, ФИО4 и ФИО3 (ответчик по делу).
Согласно адресной справке от 14 апреля 2023 года № 25/403, выданной МП ОМВД России по Ивнянскому району, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения зарегистрирована по месту жительства по адресу: <адрес> с 16 июня 1995 года (л.д. 30).
25 октября 2017 года между ФИО4 и ФИО1 заключен договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> (л.д. 12-13).
Согласно п. 4 данного договора, в указанном жилом доме прописаны ФИО4, ФИО3, которые сохраняют право регистрации в казанном жилом доме.
Договор дарения подписан сторонами. Согласно передаточному акту от 25 октября 2017 года одаряемый (ФИО1) осмотрела указанное недвижимое имущество, ознакомилась с качественными и количественными характеристиками строений, и заявила, что претензий к Дарителю по передаваемому имуществу не имеет (л.д. 19).
Согласно выписке из ЕГРН, право собственности за ФИО1 на указанный жилой дом зарегистрировано 02 ноября 2017 года на основании договора дарения от 25 октября 2017 года (л.д.15-16).
Выпиской из решения Земского собрания Верхопенского сельского поселения от 08 сентября 2008 года № 8/23 «Об установлении нумерации в населенных пунктах Верхопенского сельского поселения» подтверждается, что жилому дому, принадлежащему ФИО5 в <...> присвоен номер 56.
ДД.ММ.ГГГГ года ФИО4 умер, что подтверждается записью акта о смерти № № от 14 февраля 2023 года.
Согласно выписке из ЕГРН, ФИО3 в собственности недвижимого имущества не имеет.
По сведениям администрации Верхопенского сельского поселения от 14 октября 2022 года, по адресу: <адрес> проживают: ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (несовершеннолетний сын ответчика).
Таким образом, из анализа представленных по делу доказательств, следует, что ФИО3 в собственности жилого помещения не имеет, в настоящее время проживает в жилом помещении по договору найма ввиду наличия конфликтных отношений с истцом и ее отсутствие в спорном жилом помещении носит вынужденный характер.
Вместе с тем, на момент передачи в дар жилого помещения ответчик в нем была зарегистрирована и проживала.
При этом, договор дарения не содержал условий об обязанности зарегистрированных в жилом помещении лиц сняться с регистрационного учета, а, напротив, сохранял право регистрации зарегистрированных в жилом помещении лиц.
Сам по себе факт не проживания ФИО3 в настоящее время в спорном жилом помещении не означает утрату ею права пользования жилым помещением, которое является для нее единственным местом жительства.
Фактически истец ФИО1 приняла от ФИО4 в дар жилое помещение с обременением правами зарегистрированных в жилом доме лиц. При этом при жизни ФИО4 не принимала мер к выселению, либо прекращению права пользования спорным жилым помещением его супруги ФИО3
Приведенные обстоятельства, в том числе возражения ответчика, свидетельствуют о том, что оснований для признания ФИО3 прекратившей право пользования жилым помещением не имеется, а потому исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд,
решил :
в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании прекратившей право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета – отказать.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ивнянский районный суд Белгородской области.
Судья Ю.Н. Абросимова
Решение в окончательной форме изготовлено 19 июля 2023 года.