Решение по делу № 2-4520/2022 от 15.11.2022 - о признании права собственности отсутствующим, признании недействительными результатов межевания, об освобождении земельного участка.

УИД: №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 ноября 2022 года г.Мытищи Московская область

Мытищинский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Наумовой С.Ю.,

при секретаре судебного заседания Акимушкиной А.Н..

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО5 городского округа <адрес> к ФИО2 о признании права собственности отсутствующим, признании недействительными результатов межевания, об освобождении земельного участка,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 городского округа <адрес> обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании права собственности отсутствующим, исключении сведений о земельном участке из Единого государственного реестра недвижимости, об освобождении земельного участка, в котором просила признать отсутствующим право собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, за домом №; признать недействительным результаты межевания земельного участка с кадастровым номером №, расположенным по адресу: <адрес>, за домом №; обязать ФИО2 освободить занимаемый земельный участок с кадастровым номером №, расположенным по адресу: <адрес>, за домом №, путём демонтажа забора, самовольных построек, в соответствии с каталогом координат, представленном в уточнённом исковом заявлении, в течение месяца со дня вступления в силу решения суда; установить порядок исполнения решения суда, в соответствии с которым решение об удовлетворении исковых требований является основанием для исключения из ЕГРН сведений о местоположении границ земельного участка с кадастровым номером № и иных сведений о земельном участке с кадастровым номером №; в случае невыполнения ФИО2 указанных требований в установленный срок, предоставить ФИО5 городского округа <адрес> право демонтировать самовольные постройки, забор, расположенные по адресу: <адрес>, за домом №, кадастровый номер №, с отнесением расходов на ФИО2, в соответствии с каталогом координат, представленном в уточненном исковом заявлении.

ДД.ММ.ГГГГ истцом уточнены исковые требования в соответствии со статьёй 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также произведена замена ответчика с ФИО4 на ФИО2

Свои требования истец мотивировал тем, что решением Мытищинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № на ответчика возложена обязанность демонтировать ограждение забор, расположенное в береговой полосе Клязьминского водохранилища и за пределами земельного участка на территории неразграниченной государственной собственности.

Кроме того, после получения жалоб жителей д.Чиверево, сотрудниками МБУ «ФИО14» был осуществлён выезд на данную территорию и было установлено, что фактические границы участка отличаются от границ земельного участка согласно ЕГРН.

Кроме того, истец сообщает, что фрагмент топографической основы подтверждает, что в 2002 году землепользование участка отсутствовало.

Также истец указывает, что в 1992 году правопредшественник нынешней ФИО5 ФИО3 сельского округа не имела полномочий на выдачу земельного участка ФИО12 в том месте, где он сейчас располагается. При этом, истец не указывает и документально не подтвердил, в каком месте, по его мнению, и в каких границах должен находиться спорный земельный участок. Следовательно, истец делает вывод, что земельный участок ФИО12 сформировал и занял самовольно.

Истец полагает, что ФИО12 был не вправе распоряжаться земельным участком с КН №, в тех границах, которые были определены при его образовании и поэтому ФИО2 должна освободить земельный участок.

Представитель истца по доверенности ФИО7 в судебном заседании иск поддержал и просил суд его удовлетворить.

Представители ответчика по доверенности ФИО8, ФИО9 в судебном заседании иск не признали и просили в иске отказать по основаниям, указанным в письменных возражениях на иск.

Третьи лица ФИО4, ФИО12, Управление Росреестра по Московской области (Мытищинский филиал) в судебное заседание не явились, о явке суд извещены. В силу ст.167 ГПК РФ, дело было рассмотрено в их отсутствие.

Суд, выслушав стороны, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Постановлением ФИО3 сельского округа Мытищинского района от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО12 был предоставлен бесплатно в собственность земельный участок площадью 1500 кв.м. за домом №.

28.10.1993 г. – получено свидетельство на права собственности на землю № № на имя ФИО12;

14.10.2015г. – получение Свидетельства нового образца о праве собственности № на имя ФИО12, были определены границы земельного участка, участок в своих нынешних границах появляется на государственной кадастровой карте.

05.10.2017 г. на основании договора купли-продажи земельного участка в ЕГРН была внесена запись о переходе права собственности на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, за домом №, ФИО4;

28.01.2020 г. право собственности на земельный участок с кадастровым номером № зарегистрировано за ФИО2 на основании договора дарения земельного участка с кадастровым номером № Земельный участок был полностью сформирован, границы данного земельного участка установлены.

В марте 2020 г. уточнены границы спорного земельного участка. Ранее установленные границы были установлены с ошибкой, и часть земельного участка попадала на крутой обрыв, попадая на 20-метровую береговую полосу общего пользования.

Как следует из материалов настоящего гражданского дела, истец не оспаривает право собственности ФИО12 на земельный участок, выданное правопредшественником нынешней ФИО5 городского округа <адрес> в 1992 году. При этом, в уточнённом исковом заявлении истец указывает, что ФИО12 не был вправе распоряжаться земельным участком с кадастровым номером №. Следовательно, истец противоречит своей же собственной позиции.

Кроме того, необходимо отметить следующее.

Исходя из содержания решения Мытищинского городского суда Московской области от 10.06.2020 г. по делу № спорный земельный участок принадлежит ФИО2 на праве собственности, следовательно, данный факт установлен в судебном порядке.

Также, исходя из содержания решения Мытищинского городского суда Московской области от 10.06.2020 г. по делу №, судом принято решение об обязании демонтажа ограждения забора, расположенного в береговой полосе Клязьминского водохранилища, а также внесении в ЕГРН и ГКН сведений об ограничении (обременении) прав при использовании спорного земельного участка. Следовательно, незаконность прав владения и пользования ответчиком спорным земельным участком решением суда не установлена.

Заявляя требование об освобождении земельного участка, истец фактически требует признать прекращение права собственности ФИО2 на спорный земельный участок. Иными словами, освобождение земельного участка возможно в том случае, если данным участком ответчик владеет и пользуется незаконно. Однако истцом не представлено доказательств незаконности владения и пользования спорным земельным участком.

То, что спорный земельный участок выдавался ФИО12, ФИО5 г.о. Мытищи не отрицается. Если, по мнению истца, спорный земельный участок участок выдавался в другом месте, то ФИО5 должна документально подтвердить данный вывод, чего сделано не было. Документы о предоставлении спорного земельного участка должны храниться в архиве ФИО5 г.о. Мытищи. Оригинал свидетельства на право собственности на спорный земельный участок на имя ФИО12 от 1992 года продемонстрирован на обозрение суду и стороне истца.

Поэтому суд приходит к выводу, что утверждения истца относительно неверного расположения спорного земельного участка, принадлежащего на праве собственности ФИО2, основан исключительно на предположении истца.

Ответчик является собственником спорного земельного участка на основании договора дарения, заключённого с ФИО4, которая, в свою очередь, являлась собственником спорного земельного участка на основании договора купли-продажи земельного участка, заключённого с ФИО12

Таким образом, ФИО4 является третьим собственником спорного земельного участка, являясь при этом добросовестным приобретателем.

В силу положений п. 6 ст. 8.1 ГК РФ приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признаётся добросовестным (статьи 234 и 302), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него.

Материалами настоящего дела подтверждается, что ответчик ФИО4 знала о наличии права на отчуждение земельного участка у лица, от которого ей перешли права на него.

Более того, сделки по отчуждению спорного земельного участка никем не оспаривались и не были признаны недействительными. Следовательно, ответчик является законным собственником земельного участка.

Кроме того, истцом применён неверный способ защиты права в виде требования о признании права собственности отсутствующим, по следующим основаниям.

По смыслу абз.4 п.52 Постановления Пленума ВС РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", требование о признании права (обременения) отсутствующим в качестве самостоятельного способа защиты может быть предъявлено лишь владеющим собственником имущества к лицу, которое этим имуществом не владеет, но право которого по каким-либо причинам также зарегистрировано в ЕГРН, нарушая тем самым право владеющего собственника, не связанное с утратой этого владения.

Поскольку истец (ФИО5 городского округа <адрес>) не является владеющим собственником спорного земельного участка, а ответчик (ФИО2) является лицом, владеющим этим спорным земельным участком, право собственности, которое зарегистрировано в ЕГРН и не оспорено в установленном законом порядке, можно сделать вывод, что истец выбрал неверный способ защиты права, что в свою очередь является самостоятельным основанием для отказа в иске. Следует отметить, что истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения.

Кроме того, истец не представил доказательств, подтверждающих нарушение его прав, следовательно, иск является необоснованным, поскольку надлежащим истцом является лицо, право которого нарушено ответчиком (исходя из положений ч. 2 ст. 38 ГПК РФ).

Истцу разъяснялось право на заявление ходатайств о проведении судебных экспертиз, но истец ходатайств о проведении экспертиз не заявлял.

Таким образом, довод истца о том, что у ФИО2 возникла обязанность по освобождению земельного участка, является необоснованным и подлежит отклонению. Следовательно, производные требования о признании межевания недействительным и об освобождении земельного участка также являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Так, истец указывает, что по иску прокуратуры решением Мытищинского городского суда от 10.06.2020 г. на ответчика возложена обязанность демонтировать ограждение забор, расположенное в береговой полосе Клязьминского водохранилища и за пределами земельного участка на территории неразграниченной государственной собственности. Требование о демонтаже ограждения никаким образом не связано с правами на земельный участок, а связано с необходимостью переноса ограждения вглубь материка согласно решению Мытищинского городского суда от 10.06.2020 г. для освобождения береговой 20-метровой полосы общего пользования. В удовлетворении остальных исковых требований прокуратуре было отказано.

Истец сообщает, что фрагмент топографической основы подтверждает, что в 2002 году землепользование участка отсутствовало.

Тот факт, что землепользование в 2002 году отсутствовало, не означает, что данного земельного участка как объекта права не существовало. Следовательно, суд приходит к выводу о недоказанности данного довода истца.

Кроме того, тот факт, что ФИО5 согласно ответа от 12.01.2015 г. не располагает сведениями о расположении земельного участка, предоставленного ФИО12, не говорит о том, что данного участка предоставлено не было. Свидетельство на право собственности от 1992 года подтверждает обратное, а именно, что земельный участок был предоставлен ФИО12

Отсутствие у истца документов, подтверждающих предоставление земельного участка ФИО12, не опровергает возникшее право собственности ФИО12 на спорный земельный участок.

Наличие в настоящее время установленной зоны санитарной защиты и/или охранной зоны в месте расположения участка также не позволяет истребовать участок у собственника в отсутствие правовых оснований для такого истребования.

Однако истец предъявил исковые требования с целью изъятия земельного участка, находящегося в частной собственности, который был выдан поселковой ФИО3 сельского округа (правопреемником истца), на законном основании правопредшественнику ФИО13 – ФИО12 более 30 лет назад, что исключает саму постановку вопроса о выбытии спорного земельного участка из владения истца помимо его воли.

Изъятие участка у ответчика может быть осуществлено только в порядке изъятия имущества для государственных нужд при установлении в этом обоснованной необходимости и согласно утверждённому регламенту.

Суд приходит к выводу, что истец свои доводы не подтвердил допустимыми и относимыми доказательствами.

На основании ст.ст.301, 302 ГК РФ истребование имущества у добросовестного приобретателя, которым является ответчик, при имеющихся фактических обстоятельствах недопустимо.

При приобретении ответчиком спорного участка ни в одной информационной базе не содержались данные о наличии хотя бы каких-то подозрений, споров, судебных процессов, арестов, залогов, других ограничений или обременений рассматриваемого участка. На момент заключения сделки каких-либо заявленных в публичном порядке правопритязаний в отношении спорного земельного участка не имелось. Ответчик при приобретении участка проявил всю необходимую должную степень разумности и осмотрительности относительно своих имущественных интересов, однозначно знал, что на момент приобретения спорного участка и регистрации перехода права собственности, участок не имел ограничений и был надлежащим образом зарегистрирован. Никаких уголовных дел, касающихся данного имущества, ни на момент его приобретения, ни на текущий момент не возбуждено. Таким образом, сомнений относительно принадлежности участка у него возникнуть не могло.

Кроме того, правила правоприменения однозначно указывают на то, что даже в случаях, когда первоначальная сделка признаётся недействительной, последующие сделки по продаже имущества добросовестному приобретателю не могут быть признаны недействительными, поскольку правовых оснований для истребования проданного имущества у последнего добросовестного приобретателя нет (данная позиция нашла широкое применения в судебной практике, например: Апелляционное определение СК по гражданским делам Свердловского областного суда от 17 февраля 2017 г. по делу N 33-2961/2017, Апелляционное определение СК по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 10 ноября 2016 г. по делу N 33-19684/2016, Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 1 марта 2018 г. N Ф02-649/18 по делу N А19-4914/2017, Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 1 августа 2018 г. N 04АП-2134/16, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 20 февраля 2016 г. N Ф05-310/16 по делу N А40-16293/2015, Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 28 мая 2018 г. N Ф10-1380/18 по делу N А83-316/2016, Апелляционное дело N 33-219/2015, Чебоксарский районный суд Чувашской Республики).

Истец указывает, что в 1992 году его правопредшественник ФИО3 сельского округа не имела полномочий на выдачу земельного участка ФИО12 в том месте, где он сейчас располагается, но при этом истец не указывает и документально не подтвердил, в каком месте и в каких границах тогда должен был находиться спорный земельный участок.

При этом, ответчиком представлены надлежащие доказательства, подтверждающие законность получения ФИО12 спорного земельного участка, а именно свидетельство на право собственности ФИО12 (оригинал свидетельства на право собственности от 1992 года стороной ответчика был продемонстрирован суду) и постановление о выделении земли ФИО12 ФИО3 сельского округа.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент владения ФИО12 спорным земельным участком), если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начиналось со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

При этом, пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2001 г. N 15, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2001 г. N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", также действовавшим на момент возникновения спорных правоотношений, разъяснялось, что в соответствии со статьёй 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, кто обратился за судебной защитой: само лицо, право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение.

Аналогичная правовая позиция впоследствии нашла отражение в Обзоре судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления, утверждённом Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 г., а также в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (с изменениями, внесенными постановлением Пленума от 7 февраля 2017 г. № 6).

Так, согласно разъяснению, содержащемуся в указанном выше пункте, при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

В соответствии с пунктом 10 статьи 3 Федерального закона от 25 октября 2001г. N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) распоряжение земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, осуществляется органами местного самоуправления муниципальных районов, городских округов.

В силу статьи 302 (пункты 1, 2) Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чём приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путём помимо их воли. Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

Из содержания указанных норм и актов их разъяснения следует, что срок исковой давности по требованиям об истребовании недвижимого имущества (земельных участков), которое выбыло из владения помимо воли органов местного самоуправления, подлежит исчислению с момента, когда орган местного самоуправления (в данном деле - администрация Мытищинского муниципального района) узнал или должен был узнать о нарушении своих прав и выбытии недвижимого имущества из своего владения.

В связи с этим, дата проведения прокуратурой, МБУ «ФИО15», иной уполномоченной организацией той или иной проверки для определения начала течения срока исковой давности сама по себе правового значения не имеет.

Согласно пункту 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10/22 течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. При этом, сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня её внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права.

Таким образом, начало течения срока исковой давности для оспаривания органом местного самоуправления зарегистрированного права собственности того или иного физического лица начинается со дня, когда орган местного самоуправления узнал или должен был узнать о соответствующей записи в ЕГРП, либо со дня, когда орган местного самоуправления имел реальную возможность узнать о возможном нарушении своего права.

Так, в соответствии со статьёй 72 Земельного кодекса Российской Федерации и статьей 14 Федерального закона от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" на органы местного самоуправления возложена функция проведения муниципального земельного контроля (в том числе контроля за недопущением самовольного занятия земель) в форме проведения плановых и внеплановых проверок на основании утвержденного плана.

Согласно статье 28 Федерального закона "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" органы местного самоуправления могут проводить публичные слушания, на которые выносятся проекты планов и программ развития муниципального образования, проекты правил землепользования и застройки, проекты планировки территорий и проекты межевания территорий, а также вопросы предоставления разрешений на условно разрешённый вид использования земельных участков и объектов капитального строительства, вопросы отклонения от предельных параметров разрешённого строительства, реконструкции объектов капитального строительства, вопросы изменения одного вида разрешённого использования земельных участков и объектов капитального строительства на другой вид такого использования при отсутствии утверждённых правил землепользования и застройки.

Следовательно, о нарушении права собственности орган местного самоуправления может либо должен узнать, например, со дня проведения соответствующей проверки, со дня проведения публичных слушаний и т.д., и именно с этого момента подлежит исчислению 3-летний срок исковой давности для истребования имущества.

Аналогичная позиция содержится в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 16 февраля 2016 г. N 4-КГ15-69.

Так, исходя из принципов разумности и справедливости Администрация, действуя добросовестно, имела все возможности для получения необходимой информации о спорном имущественном объекте начиная с 2015 года, в том числе и в отношении сведений, содержащихся в ЕГРН (ранее ЕГРП).

Письменные ответы администрации г.о. Мытищи Московского области за подписью ФИО10: № И-4897- ОГ от 09.09.2015г., № И-5767-ОГ от 04.12.2015г. – дополнительно подтверждают, что Администрация знала и не могла не знать, о существовании спорного земельного участка в настоящих границах землепользования.

Ни одна проверка с момента постановки участка на кадастровый учёт с 2015 года не выявила каких-либо нарушений законодательства.

Более того, спорный земельный участок присуствует на Генеральном плане г.о. Мытищи Московской области, утверждённого в 2017 году, и находится в зоне Ж-2 «Застройки индивидуальными и блокированными домами».

В соответствии со статьёй 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признаётся срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со статьёй 196 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности может быть восстановлен только физических лиц, если он пропущен по уважительной причине. Например, болезнь или длительная командировка. Срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, восстановлению не подлежит независимо от причин пропуска срока.

Исковые требования Администрации г.о. Мытищи не обоснованы, не подкреплены документально, основаны на предположениях и допущениях.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Администрации городского округа Мытищи Московской области (ИНН: №) к ФИО2 (паспорт: серия №, №) о признании права собственности отсутствующим, признании недействительными результатов межевания, об освобождении земельного участка – оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в Московский областной суд, через Мытищинский городской суд, в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения – ДД.ММ.ГГГГ.

Судья С.Ю. Наумова