Дело № 2-1388/2022

УИД 49RS0001-01-2022-001690-55

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 августа 2022 года город Магадан

Магаданский городской суд Магаданской области в составе председательствующего судьи Вигуль Н.Е.,

при секретаре Кальжановой О.В.,

с участием прокурора Кинда А.Г.,

с участием представителя истца Непомнящего В.В., представителей ответчика ГБУЗ "Магаданская областная больница" ФИО1, ФИО2,

в отсутствие истца ФИО3, представителя ответчика Министерства здравоохранения и демографической политики Магаданской области, третьих лиц ФИО4 и ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Магадане в помещении Магаданского городского суда гражданское дело по иску ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Магаданская областная больница", Министерству здравоохранения и демографической политики Магаданской области о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в Магаданский городской суд с исковым заявлением к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Магаданская областная больница" (далее – ГБУЗ "Магаданская областная больница"), Министерству здравоохранения и демографической политики Магаданской области (далее – Министерство) о компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивировал тем, что 06.03.2019 в стационаре МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" (ныне филиал Сусуманская районная больница ГБУЗ "Магаданская областная больница") в возрасте 51 года от неправильного лечения умерла его мама К.М.Г., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

06.05.2019 следователем межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по Магаданской области возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, которое 07.10.2019 прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деяниях врачей ФИО4 и анестезиолога-реаниматолога ФИО5 состава преступления.

По мнению истца, врач амбулатории п. Мяунджа МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" ФИО4 в период с 23.02.2019 по 04.03.2019 к лечению отнесся недобросовестно, тогда как ему сразу после обращения мамы за медицинской помощью лично от мамы и из ее амбулаторной карты стали известны все ее хронические заболевания, которыми она страдала, а также о систематически принимаемом ею в течение нескольких лет лекарственном препарате "метотрексат", однако врач ФИО4 назначил ей "ибуклин", не отменив "метотрексат", своевременно и в достаточном объеме не назначил ей необходимые анализы крови и мочи, не определил возбудителя заболевания, не контролировал количество суточного диуреза, игнорировал жалобы мамы на рвоту и постоянную высокую температуру, не назначил инструментального исследования УЗИ внутренних органов (почек), КТ и МРТ сердца и почек, не провел с использованием телекоммуникаций надлежащих, своевременных консультаций кардиолога, уролога, фармаколога, лора и гематолога, не организовал ни одного консилиума, не направил своевременно в стационар, недобросовестно изготовил дневниковые записи в амбулаторной карте о фактическом состоянии здоровья мамы.

Врач МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" анестезиолог-реаниматолог ФИО5 несвоевременно, недобросовестно и не в полной мере оказал медицинскую помощь, не назначил правильное и эффективное лечение для ее спасения. Истец полагает, что его мама сразу после поступления в больницу нуждалась в экстренном гемодиализе, однако он в реанимационном отделении ответчиков своевременно ей сделан не был, при поступлении в стационар ей 04.03.2019 не были проведены надлежащие инструментальные исследования – УЗИ внутренних органов (почек), КТ и МРТ почек, с использованием телекоммуникационных систем не было проведено консультаций лора, уролога, фармаколога, гематолога, кардиолога, не было организовано и проведено консилиума и только лишь в конце дня 05.03.2019 был отменен "метотрексат".

Заключением экспертов № 94/К, имеющимся в материалах прекращенного уголовного дела, установлены дефекты оказания медицинской помощи. Истец отмечает, что на данное заключение он ссылается только в части выявленных дефектов некачественной и несвоевременной и неправильной медицинской помощи, в остальной части полагает, что данное заключение недостоверно, поскольку комиссией для анализа оказания медицинской помощи применялся метод "от диагноза" и перед экспертами не были поставлены вопросы о влиянии на течение заболевания выявленных дефектов, бездействия и неправильных действий врачей, непринятие комиссией экспертов во внимание объективных анамнестических данных, указанных в исследовательской части заключения.

Ответчик Министерство должным образом и в полной мере и своевременно не выполнил обязанности, предусмотренные пунктами 2.1, 2.4, 2.5, 2.14, 3.8, 3.14, 3.15, 3.21, 4.6 Положения о Министерстве здравоохранения и демографической политики, по своевременному созданию всех необходимых условий оказания качественной медицинской помощи и надлежащего контроля не обеспечил.

Министерством МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" не была укомплектована квалифицированными врачами-специалистами: кардиологом, урологом, лором, фармокологом и гематологом; не была укомплектована пригодной для проведения экстренного гемодиализа медицинской аппаратурой; паталого-анатомическое отделение не было укомплектовано весами для взвешивания исследуемых органов в ходе патологоанатомических исследований.

В амбулатории п. Мяунджа Министерством не было создано условий для своевременного назначения и проведения врачом биохимических исследований крови, своевременного назначения и проведения исследований УЗИ, МРТ и КТ, своевременного проведения с использованием телекоммуникаций необходимых консультаций пациентов врачами-специалистами, а также проведения консилиумов.

Министерством в период лечения не осуществлялся надлежащий, установленный системный контроль за качеством оказываемой медицинской помощи.

По мнению истца, ответчики не обеспечили оказания его маме качественной, правильной, медицинской помощи и не вылечили ее. Безвозвратная утрата мамы в результате проведения врачами ответчиков неправильного, с дефектами лечения и ненадлежащего выполнения своих обязанностей, причинили ему сильные нравственные переживания и страдания, которые он испытал и испытывает до настоящего времени, поскольку с мамой он был очень близок.

Ссылаясь на положения пунктов 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", статей 151, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просит суд взыскать в его пользу компенсацию морального вреда с ГБУЗ "Магаданская областная больница" в размере 3 000 000 руб., с Министерства – 1 000 000 руб.

Определением судьи от 28.03.2022 в соответствии со ст. 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены врачи ФИО4 и ФИО5, в соответствии с ч. 3 ст. 45 ГПК РФ для дачи заключения прокурор г. Магадана.

В судебное заседание 26.08.2022 истец ФИО3 не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, ранее в судебных заседания 27, 29 апреля 2022 года на удовлетворении исковых требований настаивал, указывая на то, что требования о компенсации морального вреда он связывает с ненадлежащей оказанной сотрудниками ответчиком медицинской помощи его маме, приведшей к ее смерти. Истец пояснил, что с мамой они были постоянно вместе и очень близки.

Представитель истца ФИО3 адвокат Непомнящий В.В. поддержал заявленные исковые требования.

Представители ответчика ГБУЗ "Магаданская областная больница" действующие на основании доверенностей ФИО1, ФИО2 выразили несогласие с заявленными требованиями, поддержав доводы письменного мнения.

В письменном мнении ответчик ГБУЗ "Магаданская областная больница" указывает, что с 13.05.2021 они являются правопреемником МОГБУЗ "Сусуманская районная больница". Ответчик выражает несогласие с выводами истца о том, что его маме не было обеспечено оказание качественной, правильной медицинской помощи, состояние здоровья ее ухудшалось, за время лечения ей не был поставлен правильный диагноз и назначено нужное лечение от заболевания, которое в итоге привело к наступлению смерти, поскольку согласно заключению экспертов № 94/к наличие тех или иных недостатков в оказании медицинской помощи не состоит в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО6, диагноз в амбулатории п. Мяунджа К.М.Г. был установлен верно, показаний для госпитализации в период с 23.02.2019 по 04.03.2019 не имелось; медицинская помощь в амбулатории п. Мяунджа оказывалась своевременно и в достаточном объеме; машиной скорой медицинской помощи К.М.Г. в МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" доставлена из дома своевременно; в период нахождения К.М.Г. на стационарном лечении МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" медицинскими работниками диагноз ей был установлен правильно. Ответчик отмечает, что К.М.Г. имела ряд хронических заболеваний, на протяжении многих месяцев принимала цитостатические препараты, подавляющие иммунитет, прием которых мог привести к развитию осложнений со стороны желудочно-кишечного тракта, развитию анемии. Кроме того, К.М.Г. обратилась за медицинской помощью 23.02.2019 на третьи сутки от заболевания, на дому принимала нестероидные противовоспалительные препараты. Лечащий врач амбулатории п. Мяунджа назначал стандартные схемы лечения, с учетом неблагоприятного фона, прогрессирования аутоиммунных заболеваний и присоединения вирусно-бактериальной инфекции тяжесть состояния К.М.Г. усугубилось. Начало обследования и лечения К.М.Г., учитывая ее состояние здоровья, не могло гарантировать благоприятный для пациентки исход. По мнению ГБУЗ "Магаданская областная больница", у истца отсутствуют основания для утверждения того, что К.М.Г. скончалась в результате допущенных врачами недостатков оказания медицинской помощи, в связи с чем просит отказать в удовлетворении исковых требований К.М.Г.

Ответчик Министерство, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание своего представителя не направил, о причинах его неявки не сообщил.

В судебных заседаниях 27, 29 апреля 2022 года представитель ответчика Министерства, действующая на основании доверенности ФИО7, просила отказать истцу в удовлетворении исковых требований, поддержав письменный отзыв Министерства.

В письменном отзыве на исковое заявление Министерство указывает, что в ходе внеплановой целевой документарной проверки, проводимой по требованию Ягоднинского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Магаданской области, комиссия Министерства пришла к выводу о том, что госпитализация К.М.Г. произведена несвоевременно; при выполнении вызова скорой медицинской помощи по экстренным показаниям 03.03.2019 фельдшером не предложена пациенту госпитализация, но было правильно принято тактическое решение о переводе вызова к К.М.Г. врача-терапевта на дом; обследование пациентки К.М.Г. в инфекционном отделении анестезиологии и реанимации МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" проведено не в полном объеме согласно стандартам клиническим рекомендациям по диагностике и лечению; маршрутизация по анестезиологии и реанимации не выполнена, нарушен приказ Министерства от 22.06.2018 № 289; консультация специалистов ГБУЗ "Магаданская областная больница" не проведена; причина геморрагического синдрома не выявлена; летальный исход обусловлен развитием полиорганной недостаточности на фоне геморрагического синдрома. 07.10.2019 Ягоднинским межрайонным следственным отделом СУ СК России по Магаданской области в Министерство внесено представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления (других нарушений закона). Представление рассмотрено, врачу-терапевту МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" ФИО4 вынесено предупреждение, с сотрудниками МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" проведена врачебная конференция, кроме того Министерством руководителю МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" рекомендовано строго контролировать исполнение приказа Министерства от 22.06.2018 № 289. Министерство обращает внимание, что доказательств причинения ФИО3 морального вреда по вине Министерства не представлено в связи с чем не имеется оснований для удовлетворения требований.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика врач ФИО4, врач анестезиолог-реаниматолог ФИО5, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся истца ФИО3, представителя ответчика Министерства, третьих лиц ФИО4 и ФИО5

Выслушав объяснения участников процесса, заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования ФИО3 к ГБУЗ "Магаданская областная больница", исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан".

Статьей 4 названного Федерального закона установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2, 3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ).

Исходя из приведенных законоположений, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064-1101) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из п. 1 ст. 1068 ГК РФ следует, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (пункт 2).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абз.2 п. 8).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная данной статьей презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (п. 11).

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 3,4 п. 32).

Из приведенных законоположений и разъяснений следует, что в случае причинения работником медицинской организации вреда жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи медицинская организация обязана возместить причиненный вред лицу, имеющему право на такое возмещение. Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинского учреждения за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинского учреждения (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из содержания искового заявления ФИО3 следует, что основанием его обращения в суд с требованием о компенсации морального вреда послужило ненадлежащее оказание медицинской помощи его маме К.М.Г., а также то, что, по мнению истца, оказание ненадлежащих медицинских услуг привело к ее смерти.

Из материалов дела следует, что К.М.Г., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является матерью ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 42-43, 98 том № 1).

К.М.Г. умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией свидетельства о смерти серии № (л.д. 38 том № 1).

Ранее, 23.02.2019 К.М.Г. обращалась в амбулаторию п.Мяунджа к врачу ФИО4 с жалобами на повышение температуры тела, першение в горле, насморк. Ей было назначено лечение. В динамике изменений не наблюдалось.

24.02.2019 был осуществлен вызов скорой медицинской помощи, К.М.Г. оказана медицинская помощь и установлено, что последняя не нуждается в экстренном помещении в медицинскую организацию.

04.03.2019 врач ФИО4 был вызван на дом к К.М.Г., которая выражала жалобы на температуру тела, боли в горле при глотание, слабость. К.М.Г. направлена на стационарное лечение в инфекционное отделение с диагнозом: ОРВИ затяжное течение. Острый стоматит, кератоконъюктивит. Сопутствующее заболевание: Ревматоидный полиартрит, развернутая стадия, НФС 1-2 ст.

04.03.2019 К.М.Г. помещена в инфекционное отделение МОГБУЗ "Сусуманская районная больница", при поступлении выражала жалобы на температуру тела 39 градусов, озноб, боли в горле, рвоту в течение 4 дней, усиление боли в горле, чувство заложенности, боль в животе в виде тяжести.

Факт плохого самочувствия и болей, испытываемых К.М.Г., подтверждается пояснениями истца, сведениями, содержащимися в медицинской документации.

06.03.2019 в 08.20 час. в МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" констатирована смерть К.М.Г.

В соответствии с протоколом патологоанатомического вскрытия № 2 от 07.03.2019 смерть К.М.Г. наступила в результате двустороннего хронического пиелонефрита в стадии обострения, осложнившегося развитием острой почечной недостаточности, отеком легких и головного мозга (л.д. 211-217 том № 1).

Постановлением следователя Ягоднинского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Магаданской области от 07.10.2019 прекращено уголовное дело и уголовное преследование по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии врача терапевта МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" ФИО4, врача анестезиолога-реаниматолога МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" ФИО5 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.

Согласно выписке из ЕГРН от 21.10.2021 МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" с 20.05.2021 является филиалом ГБУЗ "Магаданская областная больница".

Согласно приказу главного врача МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" от 10.04.2019 проведено служебное расследование. Из протокола служебного расследования от 16.04.2019 № 386 следует, что на этапах наблюдения и лечения больного К.М.Г. выявлены следующие недостатки: на амбулаторном этапе не учитывались возможные побочные токсические эффекты приема метотрексата, в том числе его достаточно выраженный иммуносупрессивный эффект; на всех этапах не учитывалась возможность развития токсической нефропатии при длительном приеме метотрексата в связи с чем учитываются особенности фармакокинетики ряда лекарственных препаратов (антибиотиков) в сочетании с приемом метотрексата и возможного развития почечной дисфункции (л.д. 79-80 том № 1).

В соответствии с актом от 26.04.2019 б/н, составленным по результатам внеплановой целевой документарной проверки, проведенной на основании приказа Министерства 10.04.2019 № 194, госпитализация К.М.Г. была по абсолютным показаниям, но несвоевременно. При выполнении вызова скорой медицинской помощи по экстренным показаниям 03.03.2019, фельдшером не предложена пациентке госпитализация, но было правильно принято тактическое решение о передаче вызова к К.М.Г. врача терапевта на дом. Обследование пациентки К.М.Г. в инфекционном отделении и отделении анестезиологии и реанимации МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" проведено не в полном объеме согласно стандарту и клиническим рекомендациям по диагностике и лечению острого тонзиллита; выделение БГСА в материале с небных миндалин и задней стенки глотки путем бактериологического культурального исследования при невозможности проведения экспресс-диагностики с помощью тестов 2 поколения; проведение бактериологического исследования материала с небных миндалин и задней стенки глотки на дифтерийную палочку (Corynebacterium diphtheriae) с диагностической целью всем больным при подозрении на дифтерийную этиологию заболевания, в том числе больным ангинами с патологическим выпотом на миндалинах. Маршрутизация по анестезиологии и реанимации не выполнена. Нарушен приказ Министерства здравоохранения и демографической политики Магаданской области от 22.06.2018 № 289 "Об оказании медицинской помощи в соответствии с нормативными правовыми актами Министерства здравоохранения Российской Федерации, утверждающими порядки медицинской помощи". Консультация специалистов ГБУЗ "Магаданская областная больница" не проведена. Причина геморрагического синдрома не выявлена (л.д. 74-76 том № 1).

Заключением экспертов от 25.07.2019 № 94/К, составленным по результатам комиссионной судебно-медицинской экспертизы, на основании постановления следователя от 01.07.2019, установлено, что непосредственной причиной смерти К.М.Г. явилась терминальная почечная недостаточность, развившаяся в результате острой респираторной вирусной инфекции на фоне ревматоидного артрита, хронического тубулоинтерстициального нефрита. Ретроспективный анализ всех медицинских документов позволил экспертам заключить, что К.М.Г. направлена на госпитализацию в МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" несвоевременно. Согласно клинико-лабораторным данным (осмотры участкового врача-терапевта, клинический анализ крови, общий анализ мочи) медицинская помощь в амбулатории п.Мяунджа МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" К.М.Г. оказывалось своевременно и в достаточном объеме. Было противопоказано назначение и прием нестероидных противовоспалительных средств (ибуклин) при одновременном приеме метотрексата. На амбулаторном этапе лечения К.М.Г. экспертной комиссией выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи: - не назначено и не проведено биохимическое исследование крови (мочевина, креатинин), как пациентке имеющей хроническую патологию – ревматоидный артрит; - не взят мазок на BL и микрофлору из носоглотки на предмет установления возбудителя заболевания; недооценена тяжесть состояния К.М.Г. (ретроспективный анализ медицинской документации - данные медицинской карты стационарного больного, указывают на то, что на этапе амбулаторного лечения был неполно собран анамнез: не указаны данные о неоднократной рвоте); противоречивые данные в медицинской карте амбулаторного больного от 04.03.2019 и в медицинской карте стационарного больного при поступлении в стационар 04.03.2019 по поводу физиологических оправлений (в амбулаторной карте – "мочеиспускание регулярное", в медицинской карте стационарного больного – "диурез не определен"); при имеющейся в анамнезе хронической патологии (ревматоидный артрит, по поводу которого принимала Метотрексат) было противопоказано назначение и прием нестероидных противовоспалительных средств. Между выявленными дефектами диагностики и лечения К.М.Г. в условиях амбулатории п. Мяунджа МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" и наступлением ее смерти причинно-следственной связи не имеется. Согласно представленным медицинским документам К.М.Г. машиной скорой медицинской помощи была доставлена в МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" из дома своевременно. Из приемного отделения МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" ФИО6 04.03.2019 была госпитализирована в реанимационное отделение (зачислена за инфекционным отделением). В период нахождения К.М.Г. на стационарном лечении в МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" медицинскими работниками диагноз ей был установлен правильно. Медицинская помощь К.М.Г. была оказана своевременно, не была противопоказанной, была оказана в достаточном объеме, однако пациентке требовалось проведение экстренного гемодиализа. Экспертной комиссией выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи в МОГБУЗ "Сусуманская районная больница": не назначено и не проведено исследование электролитного состава крови; лист информированного добровольного согласия пациента не заполнен и не подписан. Между выявленными дефектами в МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" и наступлением ее смерти причинно-следственной связи не имеется. Дефекты оказания медицинской помощи на амбулаторном и стационарном этапах указаны в предыдущих пунктах. В данном случае был нарушен Федеральный Закон № 323 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (информированное добровольное согласие) (л.д. 17-37 том № 1).

Ответчик ГБУЗ "Магаданская областная больница", не оспаривая факт оказания матери истца медицинских услуг, не согласился с требованиями ФИО3, указав на отсутствие своей вины и недоказанности причинно-следственной связи между действиями своих сотрудников и наступившими последствиями в виде смерти матери истца.

В рамках рассмотрения спора, с целью установления юридически значимых обстоятельств по настоящему делу, а именно: факта наличия (отсутствия) дефектов оказания медицинской помощи работниками ГБУЗ "Магаданская областная больница" и наличие причинно-следственной связи данных дефектов, если они были допущены, с наступившей смертью К.М.Г., определением суда от 29.04.2022 по делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено автономной некоммерческой организации "Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки" (л.д. 26-34 том № 2).

Согласно заключению от 27.06.2022 № 2951/2022-2-1388/2022 экспертной комиссией в результате оценки результатов исследования установлено, что в соответствии с медицинскими данными смерть К.М.Г.. констатирована ДД.ММ.ГГГГ в 08.20 час. Наступление критического состояния происходило в условиях нарастания гемодинамических нарушений, возникших в результате прогрессирования инфекционного процесса (верхние дыхательные пути, небные миндалины) и септических осложнений (синдром системного воспалительного ответа, геморрагический синдром, острая почечная недостаточность) на фоне выраженной сопутствующей патологии (ревматоидный артрит и хронический нефрит). Установить возбудителя и первичный источник инфекционного процесса (очага), приведшего к гематогенному (через кровь) распространению инфекционного процесса (сепсис) и наступлению смерти не представляется возможным по представленным материалам.

На стационарном этапе оказания медицинской помощи в МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" в силу тяжести состояния и небольшого промежутка времени резко ограничивали возможности предпринимаемых лечебно-диагностических мероприятий и их эффективности. Экспертная комиссия не усмотрела на стационарном этапе значимых недостатков медицинской помощи, повлиявших на наступление смерти ФИО6

По мнению экспертов, в данном случае рассуждения о вероятности наступления иного исхода возможны при условии более ранней госпитализации пациентки в стационар для оказания адекватной медицинской помощи в отношении прогрессирования инфекционного процесса. По обстоятельствам дела до поступления в стационар имел место этап оказания амбулаторной медицинской помощи (п. Мяунджа) с 23.02.2019 до поступления в стационар 04.04.2019. В этой связи требуется оценить: были ли достаточные основания для принятия врачом на амбулаторном этапе таких мер, в результате которых пациентка оказалась бы на стационарном этапе в более ранние сроки. Экспертная комиссия считает, что в медицинской документации в период амбулаторного этапа лечения не отражены достаточные объективные сведения об улучшении состояния пациентки, поскольку по лабораторным анализам крови повышен лейкоцитоз и СОЭ, по анамнестическим данным сохранялась у пациентки лихорадка с подъемом температуры до 390, имела место рвота за 5 суток до поступления в стационар. В этой связи нет достаточных оснований считать, что состояние пациентки в период оказания амбулаторной медицинской помощи было стабильным, проводимое лечение было эффективным и отсутствовали риски развития осложнений инфекционной патологии с учетом сопутствующей патологии (ревматоидный артрит и хронический нефрит). Следовательно, в данный период пациентка в связи с признаками неблагополучного состояния и рисками прогрессирования инфекционного процесса требовали решения вопроса о проведении дополнительного обследования и коррекции лечения в стационарных условиях. Таким образом, не было проявлено необходимой настороженности в отношении неблагополучно протекающего инфекционного процесса со стороны лечащего врача, поскольку состояние пациентки не было расценено надлежащим образом из-за недостаточного обследования в амбулаторных условиях, которое не позволило в полной мере провести клиническую оценку пациентки: исключить или обнаружить прогрессирование инфекционного процесса, признаки интоксикации и так далее.

С учетом вышесказанного эксперты пришли к выводу, что при оказании К.М.Г. медицинской помощи на амбулаторном этапе имели место недостатки, наиболее существенными из которых являются следующие:

- недооценка тяжести состояния пациентки в период оказания амбулаторной медицинской помощи в связи с отсутствием необходимой настороженности в отношении неблагоприятно протекающего инфекционного процесса;

- недостаточно обосновано были приняты решения в отношении длительности лечения пациентки в амбулаторных условиях с учетом тяжести состояния и наличием сопутствующей патологии (ревматоидный артрит и хронический нефрит);

- не был отменен прием препарата метотрексат, поскольку в аннотации к данному препарату имеются противопоказания для назначения при остром инфекционном воспалительном процессе.

Наступление летального исхода было обусловлено тяжестью развившихся септических осложнений основного заболевания и наличием сопутствующей патологии у К.М.Г. В случае надлежащего выполнения всех необходимых лечебно-диагностических мероприятий при условии более ранней госпитализации исключить наступление летального исхода не представляется возможным в связи с вероятностными событиями в отношении эффективности лечения осложнений инфекционной патологии. Кроме того, эффективность лечения инфекционных процессов смешанной этиологии (вирусно-бактериальная), которую здесь нельзя исключить, зависит от индивидуальных особенностей защитных функций организма и агрессивности инфекционного агента. Поэтому прогноз в отношении эффективности лечебных мероприятий, направленных на причину инфекционного процесса всегда имеет вероятностный характер. При этом, быстрое прогрессирование инфекционных септических осложнений, проявление тяжелого инфекционно-токсического шока, а также неэффективность проводимого антибактериального лечения в отношении инфекционного процесса, служит основанием для оценки прогноза исхода инфекционного процесса как неблагоприятного.

В этой связи не позволяет экспертной комиссии установить прямую причинно-следственную связь между наступлением смерти К.М.Г. и допущенными недостатками оказания медицинской помощи на амбулаторном этапе.

При этом у участников комиссии есть основания для суждения о том, что в отсутствие недостатков оказания медицинской помощи повышалась вероятность наступления благоприятного исхода.

На поставленные судом вопросы экспертами АНО "Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки" даны следующие ответы:

Вопрос 1. Своевременно ли К.М.Г., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась в амбулаторию п. Мяунджа за медицинской помощью в феврале 2019 года?

Ответ. Нет оснований считать, что К.М.Г., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась в амбулаторию п. Мяунджа за медицинской помощью в феврале 2019 года несвоевременно.

Вопрос 2. Правильно ли на амбулаторном этапе с 23.02.2019 по 04.03.2019 назначено лечение К.М.Г., с достаточной ли частотой осуществлялись осмотры К.М.Г. терапевтом на данном этапе, имеются ли недостатки в оказании медицинской помощи в указанный период, состоящие в ухудшении состояния К.М.Г. и в прямой и единственной причинной связи с наступлением смерти К.М.Г.?

Ответ. На амбулаторном этапе с 23.02.2019 по 04.03.2019 были показания для назначенного лечения К.М.Г. С достаточной частотой осуществлялись осмотры К.М.Г. терапевтом на данном этапе.

При этом, имеются недостатки в оказании медицинской помощи в указанный период:

- недооценка тяжести состояния пациентки в период оказания амбулаторной медицинской помощи в связи с отсутствием необходимой настороженности в отношении неблагоприятно протекающего инфекционного процесса;

- недостаточно обосновано были приняты решения в отношении длительности лечения пациентки в амбулаторных условиях с учетом тяжести состояния и наличием сопутствующей патологии (ревматоидный артрит и хронический нефрит);

- не был отменен прием препарата метотрексат, поскольку в аннотации к данному препарату имеются противопоказания для назначения при остром инфекционном воспалительном процессе.

Недостатки в оказании медицинской помощи с ухудшением состояния К.М.Г. и наступлением смерти К.М.Г. в прямой и единственной причинной связи не состоят.

Вопрос 3. Могло ли ухудшение состояния К.М.Г. быть связано с приемом парацетамола, колдрекса и ибуклина?

Ответ. Ухудшение состояния К.М.Г. не могло быть связано с приемом парацетамола, колдрекса и ибуклина.

Вопрос 4. Правильно ли назначено лечение К.М.Г. в МОГБУЗ "Сусманская районная больница" в период с 04.03.2019 по 06.03.2019, имеются ли недостатки оказания медицинской помощи в указанный период, состоящие в ухудшении состояния К.М.Г. и в прямой и единственной причинной связи с наступлением смерти К.М.Г.?

Ответ. Назначенное лечение ФИО6 в МОГБУЗ "Сусманская районная больница" в период с 04.03.2019 по 06.03.2019 соответствовало клинической оценке состояния пациентки. Недостатки оказания медицинской помощи в указанный период, состоящие в ухудшении состояния К.М.Г. и в прямой и единственной причинной связи с наступлением смерти ФИО6, не выявлены.

Вопрос 5. Нуждалась ли К.М.Г. на амбулаторном этапе с 23.02.2019 по 06.03.2019 в дополнительном обследовании, в том числе с применением специального медицинского оборудования, консультации иных врачей-специалистов и неотложной госпитализации в период с 23.02.2019 по 04.03.2019?

Ответ. На амбулаторном этапе с 23.02.2019 по 06.03.2019 были показания для дополнительного обследования, в том числе с применением специального медицинского оборудования, консультации иных врачей-специалистов и неотложной госпитализации в период с 23.02.2019 по 04.03.2019.

Вопрос 6. К какой дате относится начало острого инфекционного заболевания у К.М.Г. по данным анамнеза, сообщенного на первичном приеме терапевта 23.02.2019? Зафиксирован ли в амбулаторной карте факт самолечения нестероидными противовоспалительными препаратами?

Ответ. Начало острого инфекционного заболевания у К.М.Г. по данным анамнеза, сообщенного на первичном приеме терапевта 23.02.2019, болеет три дня. В амбулаторной карте факт самолечения нестероидными противовоспалительными препаратами не зафиксирован.

Вопрос 7. Какие хронические заболевания, в том числе системные, аутоиммунные имелись у К.М.Г., создавали ли они неблагоприятный фон при острых инфекционных заболеваниях, если создавали, то с какого времени?

Ответ. У К.М.Г. ревматоидный артрит и хронический нефрит создавали неблагоприятный фон с момента начала возникновения острых инфекционных заболеваний.

Вопрос 8. Исключается ли, что инфекционное заболевание к К.М.Г. было связано с приемом иммуносупрессора- метотрксата?

Ответ. Возникновение инфекционного заболевания К.М.Г. не было связано с приемом иммуносупрессора – метотрексата.

Вопрос 9. Является ли госпитализация К.М.Г. в МОГБУЗ "Сусманская районная больница" 04.03.2019 своевременной, а также причиной или условием осложнившихся у нее заболеваний?

Ответ. Госпитализация К.М.Г. в МОГБУЗ "Сусманская районная больница" 04.03.2019 была несвоевременна. При этом, несвоевременная госпитализация не является причиной или условием осложнившихся у нее заболеваний.

Вопрос 10. Имеются ли сведения о систематических обращениях К.М.Г. в связи с аутоиммунным заболеванием для обследования, оценки динамики состояния и коррекции лечения, в том числе препаратов, подавляющих иммунитет и их дозировок?

Ответ. В представленных материалах имеются сведения об обращениях К.М.Г. в связи с аутоиммунным заболеванием для обследования, оценки динамики состояния и коррекции лечения, в том числе препаратов, подавляющих иммунитет и их дозировок. Из-за отсутствия критериев оценить в полной мере экспертным путем систематичность обращений в связи с аутоиммунным заболеванием не представляется возможным.

Вопрос 11. Какова причина смерти К.М.Г.

Ответ. Наступление смерти К.М.Г. причинно связано с прогрессированием инфекционного процесса (верхние дыхательные пути, небные миндалины) и развитием септических осложнений (синдром системного воспалительного ответа, геморрагический синдром, острая почечная недостаточность) на фоне выраженной сопутствующей патологии (ревматоидный артрит и хронический нефрит).

Оценивая заключение экспертов по правилам ст. 67 ГПК РФ, с учетом требований статей 86, 87 ГПК РФ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, их относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, суд признает экспертное заключение объективным, определенным, не имеющим противоречий и содержащим подробное описание проведенного исследования, в связи с чем данное заключение, по мнению суда, является допустимым доказательством.

Таким образом, имеющимися в деле доказательствами, подтверждается наличие дефектов при оказании К.М.Г. в феврале, марте 2019 года амбулаторной и стационарной медицинской помощи, а также отсутствие прямой причинно-следственной связи между дефектами медицинской помощи и наступлением смерти К.М.Г.

Суд приходит к выводу о том, что смертью близкого лица (мамы) истцу ФИО3 причинен моральный вред, выразившийся в глубоких нравственных страданиях и переживаниях по поводу оказания близкому для него человеку медицинской помощи ненадлежащего качества, который должен быть ему компенсирован.

Из содержания искового заявления и пояснений, данных истцом в судебном заседании, факт причинения морального вреда ФИО3 связывал не только с фактом смерти близкого ему человека – мамы К.М.Г. но и оказанием ей ненадлежащей медицинской помощи. В период лечения мамы истец видел ее страдания от сильных болей, переживал из-за отсутствия улучшений.

Ответчик ГБУЗ "Магаданская областная больница" не отрицал оказание К.М.Г. ненадлежащей медицинской помощи.

Вместе с тем, представленными в материалы дела доказательствами, не установлена причинно-следственная связь между дефектами оказания пациенту К.М.Г. медицинской помощи и наступлением смерти К.М.Г.

С учетом приведенных выше обстоятельств, свидетельствующих о ненадлежащем оказании медицинских услуг, суд приходит к выводу о причинении истцу нравственных страданий, связанных с переживаниями за жизнь и здоровье родного для него человека, страдавшего болями, и как следствие, наличии оснований для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ГБУЗ "Магаданская областная больница".

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ГБУЗ "Магаданская областная больница", суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, степень вины причинителя вреда, характер и степень нравственных страданий, причиненных истцу вследствие выявленных дефектов оказания медицинской помощи его матери, индивидуальные особенности истца, близость его отношений с умершей, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда с ответчика ГБУЗ "Магаданская областная больница" в размере 80 000 руб.

Требования к Министерству о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. истец ФИО3 обосновывал тем, что указанный ответчик должным образом и в полной мере и своевременно не выполнил обязанности, предусмотренные пунктами 2.1, 2.4, 2.5, 2.14, 3.8, 3.14, 3.15, 3.21, 4.6 Положения о Министерстве здравоохранения и демографической политики, по своевременному созданию всех необходимых условий оказания качественной медицинской помощи и надлежащего контроля не обеспечил, не укомплектовал МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" квалифицированными врачами-специалистами: кардиологом, урологом, лором, фармокологом и гематологом; не укомплектовал пригодной для проведения экстренного гемодиализа медицинской аппаратурой; не укомплектовал весами для взвешивания исследуемых органов в ходе патологоанатомических исследований паталого-анатомическое отделение; не создал условий для своевременного назначения и проведения врачом амбулатории п. Мяунджа биохимических исследований крови, своевременного назначения и проведения исследований УЗИ, МРТ и КТ, своевременного проведения с использованием телекоммуникаций необходимых консультаций пациентов врачами-специалистами, а также проведения консилиумов; в период лечения К.М.Г. не осуществлял надлежащий, установленный системный контроль за качеством оказываемой медицинской помощи.

Согласно положению о Министерстве, утвержденному постановлением Правительства Магаданской области от 09.01.2014 № 5-пп, основными задачами Министерства являются: защита прав человека и гражданина в сфере охраны здоровья на территории Магаданской области (п. 2.1); организация оказания населению Магаданской области первичной медико-санитарной помощи, специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи, скорой, в том числе специализированной медицинской помощи и паллиативной медицинской помощи в медицинских организациях Магаданской области (п. 2.4); создание в пределах компетенции, определенной законодательством Российской Федерации, условий для развития медицинской помощи и обеспечения ее доступности для граждан (п. 2.5); установлением случаев и порядка организации первичной медико-санитарной помощи и специализированной медицинской помощи медицинскими работниками медицинских организаций, а также в иных медицинских организациях (п. 2.14).

К полномочиям Министерства названным положением отнесено, в том числе, осуществление ведомственного контроля качества безопасности медицинской деятельности (п. 3.8); разработка и реализация программы обеспечения медицинскими и фармацевтическими кадрами учреждений здравоохранения области (п. 3.14); создание аттестационных комиссий по присвоению, подтверждению или снятию квалификационных категорий специалистов, работающих в системе здравоохранения Магаданской области (п. 3.15); осуществление контроля за деятельностью подведомственных учреждений и предприятий (п. 3.21).

Согласно сведений, представленных суду филиалом ГБУЗ "Магаданская областная больница" Сусуманская районная больница от 18.04.2022 № 395, амбулатория п. Мяунджа в феврале, марте 2019 года была укомплектована врачом общей практики (семейный врач), медицинской сестрой (участковой, медицинской сестрой (хирургической), медицинской сестрой процедурной, акушеркой, медицинской сестрой ЭКГ, медицинской сестрой по физиотерапии, врачом-педиатром участковым, медицинской сестрой участковой, фельдшером скорой медицинской помощи, что соответствует численности населения п.Мяунджа Сусуманского района Магаданской области (1 391 человек) и рекомендуемым штатным нормативам врачебной амбулатории, указанным в приложении № 13 к Положению об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению, утвержденному приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 15.05.2012 № 453н. При этом врач ультразвуковой диагностики, врач-рентгенолог в амбулатории не предусмотрен.

В соответствии со стандартами оснащения врачебной амбулатории (фельдшерско-акушерского пункта, фельдшерского здравпункта), указанного в приложении № 14 к Положению об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению, утвержденному приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 15.05.2012 № 453н, в фельдшерско-акушерском пункте, фельдшерском здравпункте не предусматривается наличие аппаратов УЗИ, МРТ, КТ.

Стандарт оснащения отделения анестезиологии и реанимации для взрослого населения, содержащийся в приложении № 6 к Порядку оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю "анестезиология и реаниматология", утвержденному приказом Минздрава России от 15.11.2012 №919н, не предусматривает наличие в МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" аппарата для гемодиализа.

Согласно сведений Минздрава в период времени февраль, март 2019 года в МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" имелась свободная вакансия врача-оториноларинголога. Министерством на протяжении нескольких лет данная вакантная должность включалась в программный реестр Магаданской области. Ни в один год учреждением ставка укомплектована не была, заявок от МОГБУЗ "Сусуманская районная больница" на профессиональную переподготовку по данной специальности с 2018 по 2022 года не поступало, заявлений на подготовку по оториноларингологии для последующей работы в Сусуманской районной больнице от учащихся не поступало, документов о согласовании трудоустройства по специальностям "гематология", "кардиология", "клиническая фармокология", "оториноларингология", "урология" от учреждения в 2019-2022 годах не поступали. Информация о потребности во враче – оториноларингологе размещена на сайте больницы, на сайте Минздрава Магаданской области, на портале HeadHunter.

В судебном заседании истец ФИО3 пояснял, что в период нахождения его мамы на лечении он не обращался в Министерство с жалобами на оказание некачественной медицинской помощи. Позднее, именно по заявлению ФИО3 по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи К.М.Г. Министерством на основании приказа от 10.04.2019 № 194 проведена внеплановая целевая документарная проверка в отношении МОГБУЗ "Сусуманская районная больница", по результатам которой составлен акт проверки от 26.04.2019, в котором отражены выявленные недостатки в оказании К.М.Г. медицинской помощи и рекомендовано применить меры дисциплинарного взыскания к виновным лицам и осуществить ряд мероприятий для устранения выявленных нарушений.

Изложенные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют об отсутствии противоправных действий (бездействия) Министерства, отсутствии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) Министерства и оказанием некачественной медицинской помощи К.М.Г. в связи с чем, оснований для взыскания с Министерства в пользу ФИО3 компенсации морального вреда не имеется и в удовлетворении требований к Министерству истцу надлежит отказать.

Разрешая вопрос о судебных расходах, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч. 1 ст. 88 ГПК РФ).

Статья 94 ГПК РФ определяет, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Из разъяснений, изложенных в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" следует, что положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (ст. 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении исков неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

При обращении в суд истцом чеками-ордерами от 14.03.2022 оплачена государственная пошлина в общей сумме 600 руб., расходы по оплате которой в сумме 300 руб. в связи с удовлетворением требований к ГБУЗ "Магаданская областная больница" подлежат взысканию в пользу истца ФИО3 с ГБУЗ "Магаданская областная больница".

При назначении судом комплексной судебно-медицинской экспертизы, расходы по ее проведению возложены на истца ФИО3, которым на депозитный счет Управления Судебного департамента в Магаданской области платежным поручением от 18.05.2022 № 772112 и чеком-ордером от 24.08.2022 внесены денежные средства в общей сумме 155 000 руб.

Определением судьи от 26.08.2022 Управлению Судебного департамента в Магаданской области поручено произвести оплату услуг АНО "Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки" по проведению судебно-медицинской экспертизы в размере 155 000 руб., за счет средств, внесенных ФИО3

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что судом удовлетворено требование ФИО3 о компенсации морального вреда, понесенные по делу расходы по оплате проведения судебной экспертизы, подлежат взысканию с ответчика ГБУЗ "Магаданская областная больница" в размере 155000 руб. в пользу истца.

Руководствуясь статьями 194, 197-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Удовлетворить частично исковые требования ФИО3 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Магаданская областная больница", Министерству здравоохранения и демографической политики Магаданской области о компенсации морального вреда.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Магаданская областная больница" (ОГРН <***>) в пользу ФИО3 (ИНН №) компенсацию морального вреда в размере 80 000 рублей, расходы на уплату государственной пошлины в сумме 300 рублей, на оплату судебной медицинской экспертизы 155 000 рублей, а всего взыскать 235 300 (двести тридцать пять тысяч триста) рублей.

Отказать ФИО3 в удовлетворении исковых требований к Министерству здравоохранения и демографической политики Магаданской области о компенсации морального вреда.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Установить день принятия решения суда в окончательной форме (с учетом выходных дней) – 2 сентября 2022 года.

Судья Н.Е. Вигуль