Решение по делу № 2-4415/2022 от 21.03.2023 - о взыскании компенсации морального вреда, единовременной денежной компенсации, единовременной денежной компенсации в размере годового заработка, компенсации сверх возмещения вреда.

Дело № 2-738/2023 (2-4415/2022)

39RS0004-01-2022-005204-80

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 марта 2023 года г. Калининград

Московский районный суд г. Калининграда в составе

председательствующего судьи Табанюховой Т.С.,

при участи помощника прокурора Лелеко Е.И.,

при секретаре Никодон А.В.,

рассмотрев в основном открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, Б1. в лице законного представителя ФИО2 к ООО «СПЕЦМОСТ», <адрес>, министерству финансов <адрес> о взыскании компенсации морального вреда, единовременной денежной компенсации, единовременной денежной компенсации в размере годового заработка, компенсации сверх возмещения вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, Б1., ДД.ММ.ГГГГ г.р., обратились в суд к ООО «СПЕЦМОСТ», <адрес>, министерству финансов <адрес> с указанным иском, мотивируя свои требования с учетом уточнения тем, что ДД.ММ.ГГГГ в результате нарушения правил безопасности строительных работ строительного объекта «Реконструкция мостового перехода через реку Старая и Новая Преголя на строительстве Южного обхода <адрес>», произошло обрушение горизонтального фрагмента моста (пролет 6-7), в результате чего сотрудники ООО «СПЕЦМОСТ» (далее по тексту – ООО «Спецмост», Общество) Ш. и М. получили телесные повреждения, а В. и Б. получили телесные повреждения, повлекшие их смерть. Приговором Московского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и актом о несчастном случае установлено, что причиной несчастного случая явилось нарушение технологического процесса – отступления от Проекта производства работ, выразившееся в размещении оборудования и рабочих на горизонтальном пролете 6-7, не имевшем достаточной физической устойчивости и прочности. Сопутствующей причиной явилась неудовлетворительная организация производства работ. Начальник строительства ООО «Спецмост» А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 216 УК РФ. Собственником «берлинского моста» является субъект РФ – <адрес>. ФИО2 является супругой погибшего Б., ФИО1 и Б1. – сыновьями погибшего. Б. был трудолюбивым заботливым мужем и отцом, во всем помогал и поддерживал свою супругу, занимался воспитанием и содержанием своих сыновей. Также Б. материально обеспечивал семью. Смерть близкого человека принесла ФИО2, и сыновьям глубокие нравственные страдания. До настоящего времени им тяжело переносить боль утраты. Два года после смерти супруга ФИО2 не выходила из дома (только на работу), замкнулась в себе, ни с кем не общалась, потеряла смысл жизни. За месяц до смерти супруга она осталась без работы, в то время старший сын ФИО1 обучался в университете на платной основе, через 2 недели после смерти отца попал в больницу с диагнозом аппендицит, который, со слов врачей, мог произойти на нервной почве. Полагают, что причиной несчастного случая послужило неисполнение работодателем возложенной на него трудовым законодательством обязанности по обеспечению безопасных условий труда, а также вина владельца источника повышенной опасности, выразившаяся в нарушении требований безопасности при реконструкции моста. В обоснование своих доводов ссылаются на нормы права. Указывают, что на момент причинения смерти Б. действовало Федеральное отраслевое соглашение по строительству и промышленности строительных материалов РФ на ДД.ММ.ГГГГ гг. Согласно п. 1.5 указанного Соглашения, его действие распространяется в т.ч. на работодателей, являющихся членами ОМОР «Российский Союз Строителей», работодателей, являющихся членами ОМОР «РСС», работодателей, присоединившихся к Соглашению после его заключения (в т.ч. не выразивших отказ присоединиться к Соглашению в порядке, установленном ст. 48 ТК РФ), всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, на которых распространяется действие настоящего Соглашения; всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, в случае наделения полномочиями соответствующие органы профсоюза на их представительство, на работников организаций, находящихся в ведении Минрегионразвития РФ. Отдельные положения настоящего Соглашения распространяются на социально не защищенную категорию лиц, в т.ч. не являющихся работниками данного работодателя (лиц, вышедших на пенсию, уволенных по инициативе работодателя в связи с сокращением численности (штата), получивших инвалидность в результате трудового увечья или профессионального заболевания, членов семей работников, погибших вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания и т.д.). Согласно п. 7.2 Соглашения, в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работодатель предоставляет сверх установленной законодателем материальной помощи: единовременную денежную компенсацию в размере 1 миллиона рублей семье погибшего (супруге (супругу), детям, родителям в равных долях); единовременную денежную компенсацию в размере годового заработка погибшего за календарный год, предшествующий году гибели работника, на каждого иждивенца работника. Положения данного тарифного соглашения распространяют свое действие и на истцов. Годовой заработок Б. составил 450 000 рулей.

На основании изложенного, с учетом уточненного иска, просят взыскать с ООО «Спецмост» в пользу ФИО1, ФИО2, Б1. компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей каждому. Взыскать с ООО «Спецмост» в пользу ФИО1, ФИО2, Б1. в равных долях единовременную денежную компенсацию в размере <данные изъяты> рублей (п. 7.2 Соглашения). Взыскать с ООО «Спецмост» в пользу Б1. единовременную денежную компенсацию в размере годового заработка погибшего за календарный год, предшествующий году гибели работника – <данные изъяты> рублей (п. 7.2 Соглашения) (т.1 л.д. 182).

Истцы ФИО1, ФИО2, Б1. в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о рассмотрении дела, в связи с чем суд рассматривает дело в отсутствие истцов с участием их представителя.

Ранее в судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2 заявленные требования с учетом уточнения поддержали в полном объеме.

ФИО1 пояснил, что их семья жила дружно, отец играл большую роль в его воспитании, а также в воспитании его младшего брака, приучал к спорту, помогал в физике. В планах семьи была покупка квартиры. После его гибели он испытывал глубокие моральные страдания. Приехал представитель ООО «Спецмост» и он под диктовку написал то заявление, которое они просили, сумму они назначили сами. Ему на тот момент было всего <данные изъяты>, мать находилась в состоянии глубокого стресса. Полагает, что компенсации в <данные изъяты> рублей за смерть отца недостаточно. Ранее они не обращались в суд с иском, поскольку испытывали глубокие моральные страдания.

Истец ФИО2 пояснила, что за две недели до трагедии она лишилась работы. После смерти мужа она от горя ничего не соображала, всеми приготовлениями к похоронам пришлось заниматься 19-ти летнему сыну. Она также смутно помнит, как их возили к нотариусу и они заполняли заявление на компенсацию. Она плохо понимала, что подписывала. После смерти мужа она долгое время ни с кем не общалась, в 2018 году ей сделали операцию, на работу она устроилась только в 2019 году. Они с мужем жили очень дружно, он содержал семью, был хорошим мужем и отцом, любил их и заботился.

Представитель истцов ФИО3 в судебном заседании заявленные требования с учетом уточнения поддержала в полном объеме, дополнила, что приговором суда установлена вина работодателя в произошедшем несчастном случае, в результате которого погиб Б., являющийся супругом и отцом истцов. Нарушений техники безопасности или наличие грубой неосторожности Б. не установлено. Согласно градостроительным нормам РФ, в частности ст. 60 ГрК РФ, ответственность несет в т.ч. и собственник имущества, в данном случае – субъект РФ – <адрес> в лице <адрес>. Вину собственника в произошедшем несчастном случае устанавливать не требуется. ООО «Спецмост» выплатило Б. сумму материальной помощи, данная выплата была предусмотрена коллективным договором, компенсацию морального вреда никто не производил. Добровольная выплата компенсации не лишает истцов права на обращение в суд за взысканием компенсации морального вреда, вред причинен, истцы до сих пор испытывают моральные страдания в связи с потерей родного человека.

Также от представителя истцов поступили письменные пояснения относительно заявленных ответчиками возражений, приобщенные к материалам дела (т.1 л.д. 107-108 и оборот). Поясняет, что истцы с гражданским иском к ООО «Спецмост» о взыскании компенсации морального вреда ранее в суд не обращались, расписок об отсутствии с их стороны претензий к ООО «Спецмост» не оформляли. После случившегося истцы испытывали серьезные моральные страдания. Компенсацию морального вреда ООО «Спецмост» не произвело, оказало истцам только материальную помощь. Выплаченная им материальная помощь предусмотрена локальным нормативным актом работодателя (коллективным договором). Требования о возмещении материального ущерба и компенсация морального вреда имеют различную правовую природу, образуют самостоятельные гражданские иски. Вина работника в несчастном случае не установлена и полностью лежит на работодателе, который не соблюдал требования охраны труда и промышленной безопасности при строительстве объекта. Также ООО «Спецмост» не выразило отказа присоединиться к Соглашению в порядке, установленном ст. 48 ТК РФ, в связи с чем действие его положений считается распространенным на работодателя со дня официального опубликования этого предложения. Полагают наличие оснований для применения судом положений ст. 60 ГрК РФ.

Представитель ответчика ООО «Спецмост», третьего лица АО «Бамтоннельстрой-Мост» ФИО4 в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований с учетом уточнения возражала, пояснила, что ООО «Спецмост» компенсировало истцам причиненный вред, в данную сумму входила и компенсация морального вреда. Соглашение о выплате компенсации заверено у нотариуса. Денежные средства были перечислены на расчетный счет истцов. Таким образом, ответчиком добровольно компенсирован причиненный истцам моральный вред в том размере, который обозначили сами истцы. Требования истцом о взыскании компенсации сверх нормы оставила на усмотрение истца.

Также от представителя АО «Бамтоннельстрой-Мост» (далее по тексту – АО «БТС-МОСТ») поступили письменные возражения относительно заявленных требований, в которых указано, что заказчиком реконструкции объекта «Берлинский мост» в рамках заключённого с АО «УСК МОСТ» (в настоящее время АО «БТС-МОСТ») (Генеральный подрядчик) Контракта от ДД.ММ.ГГГГ на выполнение реконструкции мостового перехода через реку Старая и Новая Преголя на строительство Южного обхода <адрес> являлось ГКУ КО «Управление дорожного хозяйства <адрес> (Заказчик). В соответствии с контрактом, Генеральный подрядчик принял на себя обязательства по выполнению указанных работ по реконструкции объекта в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ, нормативно-технических документов, проектом и иных документов. Генеральный подрядчик в рамках субподрядного договора №К от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между АО «БТС-МОСТ» и ООО «Спецмост» (Подрядчик) передал, а Подрядчик принял на себя обязательства по исполнению предмета договора. В соответствии с п. 6.2.5 Договора всякий риск, связанный с убытками или повреждением собственности, с травмами и гибелью людей во время исполнения Договора, находится на ответственности Подрядчика, обязанного при проведении работ выполнять на месте их производства необходимые мероприятия, в т.ч. по технике безопасности. Все суммы убытков и компенсаций, подлежащих уплате третьим лицам по искам, а также суммы штрафов в связи с нарушением требований по охране окружающей среды и безопасности проведения работ на Объекте, в случае если данные обстоятельства возникли по вине Подрядчика, возлагаются на Подрядчика (п. 8.1.11 Договора). ООО «Спецмост», принимая во внимание наличие Приговора Московского районного суда <адрес>, в соответствии с которым виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 216 УК РФ признан начальник строительства ООО «Спецмост» А., в полном объеме произвело возмещение морального и материального вреда, причинённого родственникам умершего работника Б. Указывают, что размер компенсации определяется соглашением родственником погибшего с работодателем и регулируется применяемой по аналогии закона ч. 1 ст. 237 ТК РФ, а также п.п. 1-3 ст. 421 ГК РФ, ООО «Спецмост» на основании личных заявлений истцов и третьих лиц произвело возмещение морального вреда, по их мнению, в полном объеме. Размер компенсации морального вреда ФИО2 и несовершеннолетнему Б1. выплачен в полном объеме в размере, определенном ими лично в сумме <данные изъяты> рублей, деньги, перечислены ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 - в размере <данные изъяты> рублей, перечислены ДД.ММ.ГГГГ Также, ООО «Спецмост», в рамках благотворительной акции перечислено для получателя ФИО2: в ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты> рублей, в ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты> рублей. Таким образом, полагают, что возмещение истцам материального ущерба ООО «Спецмост» произвело в полном объеме. Также полагают не подлежащими удовлетворению требования истцов о взыскании с ООО «Спецмост» суммы единовременной денежной компенсации в размере <данные изъяты> рублей и о взыскании компенсации в размере годового заработка погибшего работника за календарный год, предшествующий гибели работника, в связи с тем, что ООО «Спецмост» не является членом Общероссийского межотраслевого объединения работодателей «Российский Союз строителей», заключившего Федеральное отраслевое соглашение по строительству и промышленности строительных материалов РФ на ДД.ММ.ГГГГ не уполномочивало данное объединение на подписание Соглашение от своего имени и не присоединилось к этому Соглашению. Просили отказать в удовлетворении иска в связи с добровольным исполнением обязанности по возмещению истцам вреда.

Представитель ответчика <адрес> ФИО5, а ранее ФИО6 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований в полном объеме, пояснили, что вина собственника объекта строительства не установлена, комиссия по расследованию причин произошедшего не собиралась, положения ст. 60 Гр К РФ в данном случае неприменимы.

Также от представителя ответчика <адрес> поступили письменные возражения относительно заваленных требований. Полагают заявленные истцами требования о получении выплаты сверх возмещения вреда в соответствии со ст. 60 ГрК РФ не подлежащими удовлетворению. Автомобильная дорога Южный обход <адрес> является собственностью субъекта РФ <адрес> и передана ГКУ КО «Управление дорожного хозяйства <адрес>» на праве оперативного управления в соответствии с приказом Агентства по имуществу <адрес> №-пр от ДД.ММ.ГГГГ ГКУ КО «УДХ КО» (Заказчик) и ОАО «УСК МОСТ» (Генеральный подрядчик) заключили госконтракт № от ДД.ММ.ГГГГ на выполнение работ по реконструкции мостового перехода через реку Старая и Новая Преголя на строительстве Южного обхода <адрес> (далее по тексту - Госконтракт). Согласно п. 6.1.3 Госконтракта, генподрядчик вправе привлекать субподрядчиков, а также несет всю ответственность перед Заказчиком за качество и сроки выполнения работ, переданных субподрядчикам. ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «УСК МОСТ» и ООО «Спецмост» заключён договор подряда, на основании которого ООО «Спецмост» выполняло работы по реконструкции мостового перехода через реку на строительстве Южного обхода <адрес>. В обоснование своих возражений ссылаются на нормы трудового и гражданского права. В акте о несчастном случае на производстве № установлены причины, вызвавшие несчастный случай – нарушение технологического процесса, неудовлетворительная организация производства работ, вывалены нарушения со стороны ООО «Спецмост» требований в части обеспечения безопасности труда в строительстве. Приговором суда установлено, что смерть Б. произошла в результате несчастного случая на производстве по вине работодателя, нарушившего требования безопасности работ и охране труда при осуществлении деятельности, связанной с повышенной опасностью. При этом нарушений требований ГрК РФ, требований безопасности при строительстве не установлено. Факта наличия вины <адрес> не установлен. Полагают, что отсутствие вины собственника <адрес> подтверждается вступившим в законную силу приговором Московского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ В связи с чем, по их мнению, отсутствуют основания для применения положений ст. 60 ГрК РФ. Причинно-следственная связь между нарушением законодательства о градостроительной деятельности и возникновении вреда, а также обстоятельства, указывающие на вину <адрес> не установлены. Умысел ответчика на причинение вреда истцам не установлен, таким образом, в случае удовлетворения заявленных требований, размер компенсации подлежит уменьшению. Кроме того указывают, что в соответствии с п. 14 постановления Пленума ВС РФ от 28.05.2019г. № «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса РФ, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетной системы РФ», исполнение судебных актов о возмещении вреда, причиненного в результате незаконных действий органов госвласти субъектов РФ, органов местного самоуправления или их должностных лиц, а также по иным искам о взыскании денежных средств за счет средств казны субъекта РФ, казны муниципального образования осуществляется финансовым органом субъекта РФ. Просят отказать в удовлетворении заваленных к <адрес> требований в полном объеме.

Представитель ответчика Министерство финансов <адрес> в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о рассмотрении дела, в связи с чем суд рассматривает дело в его отсутствие.

Также от представителя Министерства финансов <адрес> поступил письменный отзыв относительно заявленных требований, в котором указано, что они возражают против заявленных истцами требований. Автомобильная дорога Южный обход <адрес> является собственностью субъекта РФ – <адрес>, передано «Управлению дорожного хозяйства <адрес>» на праве оперативного управления в соответствии с приказом Агентства по имуществу калининградской области №-пр от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ между ГКУ КО «УДХ КО» (Заказчик) и ОАО «УСК МОСТ» (Генподрядчик) заключен госконтракт № на выполнение работ по реконструкции объекта (мостового перехода через реку). ДД.ММ.ГГГГ между ООО «УСК МОСТ» и ООО «Спецмост» заключён договор подряда, на основании которого ООО «Спецмост» выполняло указанные работы по реконструкции объекта. ДД.ММ.ГГГГ произошло обрушение горизонтального фрагмента (6-7 пролет) строящегося моста, в результате которого погибли рабочие, в т.ч. Б. Актом о несчастном случае на производстве № установлены причины, вызвавшие несчастный случай – нарушение технологического процесса, неудовлетворительная организация производства работ. Выявлены нарушения со стороны ООО «Спецмост». Приговором Московского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ действия начальника строительства ООО «Спецмост» А. квалифицированы по ч. 3 ст. 216 УК РФ как нарушение правил безопасности при проведении строительных работ. Приговором суда установлено, что смерть Б. произошла в результате несчастного случая на производстве по вине работодателя, нарушившего требования безопасности работ и охране труда при осуществлении деятельности, связанной с повышенной опасностью. Из материалов уголовного дела не следует, что обрушение части мостового перехода произошло по вине <адрес>. В обоснование своих доводов ссылаются на нормы права. Полагают, что на <адрес> не может быть возложена обязанность по выплате компенсации сверх возмещения вреда по смыслу ст. 60 ГрК РФ. Полагают ошибочным привлечение к участию в деле Министерства финансов <адрес>. Право истцов на компенсацию сверх возмещения вреда не относится ни к одной из категорий осуществления выплат за счет казны субъекта РФ.

Представитель третьего лица ГКУ <адрес> «Управление дорожного хозяйства <адрес> ФИО7 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований с учетом уточнения, и пояснила, что в данном случае положения ст. 60 ГрК РФ не применимы. Приговором суда установлена вина работодателя ООО «Спецмост» в произошедшем несчастном случае, в результате которого погибли люди. Нарушения градостроительных норм РФ со стороны собственника не установлено. Виной произошедшего оказались нарушения в действиях сотрудника ООО «Спецмост» при выполнении строительных работ. Произошло нарушение техники безопасности при производстве работ.

Третье лицо А. в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о рассмотрении дела, в связи с чем суд рассматривает дело в его отсутствие.

Заслушав пояснения сторон, выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению с учетом требований разумности, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, автомобильная дорога общегосударственного значения № № «Южный обход <адрес>» находится в собственности субъекта РФ – <адрес>.

На основании приказа руководителя Агентства по имуществу <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «О передаче государственного имущества <адрес>» данная автомобильная дорога с ДД.ММ.ГГГГ снята с учёта Агентства по имуществу <адрес> и передана на праве оперативного управления ГКУ КО «Управление дорожного хозяйства <адрес>».

ДД.ММ.ГГГГ между ГКУ КО «УДХ <адрес>» (Заказчик) и ОАО «УСК Мост» (в настоящее время АО «БТС-Мост») (Генеральный подрядчик) заключён государственный контракт № на выполнение работ по реконструкции мостового перехода через реку Старая и Новая Преголя на строительстве Южного обхода <адрес>.

В соответствии с разделом 1 государственного контракта генеральный подрядчик обязуется на свой страх и риск в срок, установленный контрактом, по заданию заказчика выполнить работы по реконструкции мостового перехода через реку Старая и Новая Преголя на строительстве Южного обхода <адрес> в соответствии с требованиями действующего законодательства Российской Федерации, нормативно-технических документов, проектом, прошедшим государственную экспертизу и разработанной в соответствии с проектом рабочей документацией, прошедшей проверку.

ДД.ММ.ГГГГ между ОАО «УСК Мост» (Генеральный подрядчик) и ООО «Спецмост» (Подрядчик) был заключён договор подряда №, согласно которому ООО «Спецмост» приняло на себя обязательство по выполнению работ по реконструкции мостового перехода через реку Старая и Новая Преголя на строительстве Южного обхода <адрес>. Подрядчик обязался выполнить работы по настоящему Договору в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ (в т.ч. <адрес>), нормативно-технических документов, проектом, включая сметы и результаты инженерных изысканий, прошедшим госэкспертизу и разработанной в соответствии с проектом рабочей документацией, а также иными документами (п. 1.1 Договора).

Согласно п. 6.2.3 Договора, Подрядчик при производстве работ обязан выполнять на месте производства работ необходимые мероприятия, в т.ч. по технике безопасности. Всякий риск, связанный с убытками или повреждением собственности, с травмами или гибелью людей во время исполнения Договора находится на ответственности Подрядчика (п. 6.2.5 Договора).

Начало проведения работ установлено с даты заключения договора – ДД.ММ.ГГГГ

Вместе с тем, ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения работ по демонтажу надруслового пролетного строения и частичным демонтажем конструкций консольной части пролета 6-7 произошло его обрушение между 6й и 7й его опорами и обрушение 7-й опоры, в результате чего сотрудники ООО «Спецмост» Б., Х., В. и В. получили телесные повреждения, повлекшие их смерть на месте происшествия.

На момент обрушения части мостового перехода указанные лица работали в ООО «Спецмост» в качестве монтажников по монтажу стальных и железобетонных конструкций и были заняты на производстве строительных работ под руководством начальника строительства А.

Указанные обстоятельства подтверждаются Актом № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым монтажник по монтажу стальных и железобетонных конструкций Б., являющийся сотрудником ООО «Спецмост», в результате обвала пролетного строения демонтируемого моста получил телесные повреждения, от которых скончался на месте происшествия.

Согласно медицинского свидетельства о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ГБУЗ «БСМЭ КО», причиной смерти Б. явились: <данные изъяты>.

Основной причиной произошедшего несчастного случая указаны: нарушение технологического процесса (код 05) – отступление от проекта производства работ, выразившееся в размещении оборудования и рабочих на горизонтальном пролете 6-7, не имевшем, что следует из самого факта его обрушения, достаточной физической устойчивости и прочности. Сопутствующей причиной является неудовлетворительная организация производства работ (код 08).

Расследованием в составе комиссии выявлены нарушения со стороны ООО «Спецмост» требований п.п. 5.1, 5.3, 5.96 Свода правил СП 35.13330.2011 «Мосты и трубы», п. 5.8 СНиП 12-03-01 «Безопасность труда в строительстве ч. 1 Общие требования» (л.д. 13-16).

Приговором Московского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, вступившим в законную силу, начальник строительства ООО «Спецмост» А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 216 УК РФ.

В соответствии с ч.ч. 2, 4 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом. Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Приговором суда установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работниками ООО «Спецмост» под руководством начальника строительства А. выполнялись строительные работы по демонтажу мостового перехода через реку Старая и Новая Преголя на строительстве Южного обхода <адрес>, в том числе с использованием строительной техники и оборудования. ДД.ММ.ГГГГ около 08 часов 00 минут вследствие размещения строительного оборудования и техники, а также производства работ по демонтажу мостового перехода с нарушением проектных решений и предусмотренного проектом порядка демонтажа пролётных строений, увеличения нагрузки на балочную часть пролёта 6-7 произошло обрушение пролёта моста между шестой и седьмой его опорами и обрушение седьмой опоры, в результате чего работники ООО «Спецмост», находившиеся на указанном пролёте моста, среди которых был и Б., получили телесные повреждения, повлекшие по неосторожности их смерть. Работники ООО «Спецмост» М. и Ш. при изложенных обстоятельствах получили телесные повреждения (т.1 л.д. 21-28).

Обращаясь в суд с заявленными требованиями, истцы указывают, что смерть супруга и отца Б., наступившая от несчастного случая, произошедшего в результате нарушения работодателем Б. ООО «Спецмост» технологического процесса и правил безопасности при производстве работ по реконструкции мостового перехода через реку Преголя на Южном обходе <адрес>, принесла им глубокие моральные страдания, боль от потери родного человека, невосполнимое чувство утраты и разрушения семьи. Размер компенсации морального вреда оценивают в <данные изъяты> рублей в пользу каждого истца.

При рассмотрении указанных требований истцов, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, на момент наступления смерти ДД.ММ.ГГГГ, Б. состоял в браке с ФИО2, являлся отцом несовершеннолетнего Б1., ДД.ММ.ГГГГ г.р., и совершеннолетнего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

По общему правилу ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причинённый его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно ст. 22 ТК РФ на работодателя возлагается обязанность обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 214 ТК РФ работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников. Работодатель обязан обеспечить организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты; недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда, в том числе обучения безопасным методам и приёмам выполнения работ.

Как установлено судом в ходе рассмотрения дела, Подрядчик ООО «Спецмост» допустило в отношении своих работников, в т.ч. Б., нарушение норм трудового законодательства по обеспечению безопасных условий и охраны труда при выполнении ими трудовых обязанностей, что повлекло гибель монтажника Б. при обрушении конструкции горизонтального фрагмента моста (6-7 пролет), в связи с чем именно на ООО «Спецмост» должна быть возложена обязанность компенсировать причинённый потерпевшим вред.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п.п. 1,14,15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесённое в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, в связи с чем потерпевший, наряду с возмещением причинённого ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинён источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам семьи пострадавшего, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Как указано выше, в результате произошедшего ДД.ММ.ГГГГ несчастного случая на производстве погиб работник ООО «Спецстрой» Б., состоящий в браке с ФИО2 и являющийся отцом ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и Б1., ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, фотографий, пояснений ФИО2 и ФИО1, у Б. была крепкая дружная семья, отец участвовал в воспитании сыновей, заботился о супруге. Доказательств обратного стороной ответчиков, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, в материалы дела не представлено, а судом не добыто. При расследовании уголовного дела № ФИО1 был признан потерпевшим, участвовал в рассмотрении уголовного дела в суде, давал пояснения.

Как пояснили в судебном заседании ФИО2 и ФИО1 и что подтверждается проставленными в материалы дела доказательствами, погибший Б., проживая одной семьей, являлся заботливым супругом, занимался воспитанием сыновей, участвовал в их содержании. До настоящего времени ФИО2 и сыновья ФИО1 и несовершеннолетний Б1. испытывают боль утраты родного человека.

Между тем, утрата родственника рассматривается законодателем в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Таким образом, внезапная смерть Б. явилась для его жены и сыновей непредвиденной и невосполнимой утратой близкого и родного человека, привела к нарушению психического благополучия, разрыву семейных связей, изменению привычного для истцов и сложившегося на протяжении длительного периода времени образа жизни, лишила их права на его помощь в быту, материальную и моральную поддержку.

Вместе с тем, ДД.ММ.ГГГГ ООО «Спецмост» перечислило на счет ФИО2 денежную компенсацию в размере <данные изъяты> рублей, на счет ФИО1 денежную компенсацию в размере <данные изъяты> рублей.

Указанные денежные перечисления, вопреки доводам стороны истца, по своей сути являются компенсацией морального вреда потерпевшим от смерти супруга и отца Б., о чем прямо указано в их заявлениях от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенных нотариусом В. (т.1 л.д. 83,85). Указание в платежных поручениях № и № назначения платежа – материальная помощь ФИО2 и ФИО1 по заявлениям от ДД.ММ.ГГГГ правового значения по существу заявленных требований не имеет. Доводы стороны ООО «Спецмост» о выплате Б. именно компенсации морального вреда, причиненного гибелью Б. стороной истцов не опровергнуты. Из представленных документов свидетельствует, что выплаты произведены на основании письменных заявлений ФИО2 и ФИО1 о компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд также учитывает то обстоятельство, что гибель Б. произошла в результате виновных действий ответчика, к данным последствиям привело грубое нарушение работодателем ООО «Спецмост» в лице его сотрудника А. требований безопасности при производстве работ, охраны труда, неосторожную форму вины причинителя вреда, с учетом принятия ответчиком ООО «Спецмост» мер к возмещению причиненного вреда путём выплаты денежной компенсации, перечисления денежных средств в рамках благотворительных акций.

Вместе с тем, в отсутствие иных доказательств на обстоятельства, свидетельствующие о наступивших значительных негативных для душевного и физического состояния последствиях, связанных именно с гибелью Б., размер истребуемой истцами компенсации морального вреда, суд полагает завышенным.

Принимая во внимание, что в результате смерти Б. ФИО2, ФИО1 и Б. причинены нравственные страдания, поскольку негативные последствия этого события для психического и психологического благополучия личности несопоставимы с негативными последствиями любых иных нарушений субъективных гражданских прав, учитывая факт и степень эмоционального потрясения членов семьи погибшего, а также то, что компенсация морального вреда по смыслу ст. 151, 1101 ГК РФ не должна носить формальный характер, её целью является реальная компенсация причинённых пострадавшему страданий, суд полагает возможным определить сумму компенсации морального вреда в следующем размере: ФИО2 - <данные изъяты> рублей, ФИО1 <данные изъяты> рублей, Б1. – <данные изъяты> рублей. Вместе с тем учитывая, что ответчиком ООО «Спецмост» в досудебном порядке выплачена компенсация морального вреда ФИО2 в размере <данные изъяты> руб., ФИО1 – <данные изъяты> рублей, в пользу ФИО2 необходимо взыскать <данные изъяты> рублей, ФИО1 и Б1. – по <данные изъяты> рублей каждому.

При этом доводы представителя ООО «Спецмост» о том, что выплаченные истцам денежные средства в счет компенсации морального вреда, причиненного гибелью близкого человека являются окончательными, поскольку сумма определена самими потерпевшими, в связи с чем они не вправе требовать дополнительного возмещения, основаны на неверном толковании норм материального права.

Действующими правовыми нормами закреплено право каждого на компенсацию морального вреда соразмерно перенесённым нравственным и физическим страданиям. Законодателем не установлено единого метода оценки таких страданий, не определён конкретный размер компенсации, не установлено запрета на предъявление требований о компенсации морального вреда, в том числе и в случае возмещения такого вреда ответчиком. Однако при наличии спора, о чём свидетельствует обращение в суд с исковым заявлением, право определения размера компенсации морального вреда предоставлено суду.

При рассмотрении требований истцов о взыскании с <адрес> суммы компенсации сверх возмещения вреда в размере <данные изъяты> рулей каждому на основании положений ст. 60 ГрК РФ, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 60 ГрК РФ (в редакции, действовавшей на дату несчастного случая) в случае причинения вреда личности или имуществу гражданина, имуществу юридического лица вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения либо части здания или сооружения, нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения собственник такого здания, сооружения (за исключением случая, предусмотренного ч. 2 настоящей статьи), если не докажет, что указанные разрушение, повреждение, нарушение возникли вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства (непреодолимой силы), возмещает вред в соответствии с гражданским законодательством и выплачивает компенсацию сверх возмещения вреда: 1) родственникам потерпевшего (родителям, детям, усыновителям, усыновленным), супругу в случае смерти потерпевшего - в сумме три миллиона рублей; 3) потерпевшему в случае причинения средней тяжести вреда его здоровью - в сумме один миллион рублей.

В ч. 3 ст. 60 ГрК РФ предусмотрено, что в случае причинения вреда вследствие разрушения, повреждения объекта незавершенного строительства, нарушения требований безопасности при строительстве такого объекта возмещение вреда и выплата компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной ч. 1 настоящей статьи, осуществляются застройщиком или техническим заказчиком, если соответствующим договором предусмотрена обязанность технического заказчика возместить причинённый вред либо если застройщик или технический заказчик не докажет, что указанные разрушение, повреждение, нарушение возникли вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Подобное правовое регулирование учитывает, прежде всего, характер строительной деятельности, представляющей повышенную опасность для окружающих, распространяется на случаи причинения вреда лицам, осуществляющим строительную деятельность в рамках трудовых отношений.

Как указано выше, сотрудники ООО «Спецмост», в т.ч. и Б., выполняли строительно-монтажные работы на мостовом переходе через реку Старая и Новая Преголя Южного обхода <адрес>. Установлено, что полномочия собственника в отношении автомобильной дороги Южный обход <адрес> осуществляет субъект Российской Федерации - <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ объект передан в оперативное управление ГКУ КО «УДХ <адрес>», вследствие чего последнее выступало заказчиком реконструкции мостового перехода в рамках государственного контракта от ДД.ММ.ГГГГ, заключённого с ОАО «УСК Мост» (АО «БТС-Мост»).

Проанализировав представленные в материалы дела документы, учитывая, что поскольку гибель Б. произошла по причине разрушения части мостового сооружения, <адрес>, как собственник автомобильной дороги Южный обход <адрес>, на части которой, с привлечением сторонних организаций для произведения работ, производилась реконструкция мостового перехода через реку Преголя, несет ответственность за причинение Подрядчиком ООО «Спецмост» вреда жизни и здоровью потерпевшего Б., повлекшее по неосторожности его гибель.

В соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, выраженными, в частности, в определении от ДД.ММ.ГГГГ №, действующее законодательство (в частности, статья 184 Трудового кодекса РФ, статьи 15, 151 и 1064 ГК РФ) предусматривает необходимые социальные гарантии при несчастном случае, включая смерть работника, на производстве, а также обеспечивает возмещение гражданам в полном объеме причиненного им вреда. При этом в случаях, установленных законом, на причинителя вреда или на лицо, которое не является причинителем вреда, может быть возложена дополнительная обязанность выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

Одним из таких случаев является предусмотренная положениями статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации обязанность застройщика выплатить компенсацию в случае смерти гражданина, причиненной вследствие нарушения требований безопасности при строительстве зданий или сооружений (части 1 и 3).

Как указано Конституционным Судом РФ, подобное правовое регулирование учитывает прежде всего характер строительной деятельности, представляющей повышенную опасность для окружающих (в том числе для граждан, осуществляющих такую деятельность в рамках трудовых отношений), что и обусловливает повышенную ответственность застройщика, призванного в силу указанных обстоятельств принять все необходимые меры для соблюдения требований безопасности и правил охраны труда, в том числе проявить необходимую осмотрительность при выборе подрядных организаций. В случае выплаты указанной компенсации застройщик - согласно оспариваемым законоположениям - имеет право обратного требования (регресса) к лицу, выполнившему соответствующие работы по строительству, реконструкции, капитальному ремонту объекта капитального строительства, вследствие недостатков которых был причинен вред (часть 5 статьи 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации). Данные законоположения стимулируют застройщиков принимать необходимые меры для защиты жизни и здоровья граждан и предусматривают дополнительные гарантии для граждан в случае, если такие меры не были приняты или оказались недостаточными для предотвращения несчастного случая.

Из приведенных позиций прямо следует, что положения ст. 60 ГрК РФ распространяются, в том числе на случаи, причинения вреда лицам, осуществляющим строительную деятельность в рамках трудовых отношений, а также что понятие безопасности строительной деятельности охватывает и соблюдение правил охраны труда, при этом застройщик, осуществляя выбор подрядных организаций и будучи обязан контролировать их деятельность, несет ответственность в том числе и за нарушения с их стороны.

Кроме того, как указано выше, положениями частей 1 и 3 ст. 60 ГрК РФ установлена не только ответственность застройщика за вред, причиненный вследствие разрушения, повреждения объекта незавершенного строительства, нарушения требований безопасности при строительстве такого объекта, но и ответственность собственника здания, сооружения за вред, причиненный вследствие нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения (их части).

Положения ч. 3 ст. 60 ГрК РФ предусматривающие ответственность застройщика вследствие разрушения, повреждения объекта незавершенного строительства, нарушения требований безопасности при строительстве такого объекта не подлежат применению при разрешении настоящего дела, поскольку мостовой переход через реку Старая и Новая Преголя на котором проводились работы по реконструкции, не является объектом незавершённого строительства.

Таким образом, поскольку гибель Б. явилась следствием разрушения части сооружения (мостового перехода), работы по реконструкции объекта в капитального строительства связанны с эксплуатацией моста (то есть содержанием объекта в работоспособном состоянии, его приспособлению для более эффективного использования по назначению), то <адрес> как собственник этого сооружения обязана выплатить пострадавшим компенсацию сверх возмещения вреда в размерах, предусмотренных ст. 60 ГрК РФ.

Доводы ответчиков о том, что несчастный случай произошел в связи с необеспечением работодателем безопасных условий и охраны труда, в связи с чем установлена вина третьих лиц, наличие которой исключают применение положении ст. 60 ГрК РФ, отклоняются судом как основанные на неправильном толковании норм материального права.

Положения статьи 60 ГрК РФ направлены на возмещение вреда, причиненного вследствие разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения. Таким образом, в случае, если в результате нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения будет причинен вред личности или имуществу гражданина, юридического лица, такой вред возмещается в порядке, предусмотренном статьей 60 Кодекса и положениями гражданского законодательства.

В силу положений ГК РФ правовая природа обязательств, возникающих вследствие причинения вреда, прежде всего, основана на отношениях между лицом, причинившим вред, и потерпевшим. При этом по общему правилу такие факторы, как наличие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или непреодолимой силы, могут являться основанием для освобождения от ответственности (например, пункт 2 статьи 1064 ГК РФ, статья 1079 ГК РФ и др.), поскольку в таком случае отсутствует вина причинителя вреда.

При этом, пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ предусмотрена возможность возложения обязанности по возмещению вреда на лицо, не являющееся причинителем вреда, а также обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Подобные механизмы предусмотрены в различных правоотношениях.

Данное положение направлено на защиту интересов пострадавших, поскольку в противном случае потерпевшему было бы затруднительно найти непосредственного причинителя вреда и предъявить ему предусмотренные законом требования.

В свою очередь, собственник здания, сооружения, концессионер, частный партнер и застройщик наделены правом обратного требования (регресса) к лицам, указанным в пунктах 1 - 5 части 5 статьи 60 Кодекса, при наличии их вины.

К указанным лицам в том числе, относятся лицо, выполнившее соответствующие работы по инженерным изысканиям, подготовке проектной документации, по строительству, реконструкции, капитальному ремонту объекта капитального строительства, вследствие недостатков которых причинен вред, и т.д.

Таким образом, в пунктах 1 - 5 части 5 статьи 60 ГрК РФ сформулирован перечень лиц, действия которых не могут быть отнесены к действиям третьих лиц, за которые собственник здания, сооружения, концессионер, частный партнер и застройщик не несут ответственности, поскольку иное нивелировало бы саму возможность предъявления к этим лицам обратного требования (регресса).

Достоверных доказательств того, что разрушение произошло вследствие умысла потерпевшего действий третьих лиц или непреодолимой силы, то есть обстоятельств, исключающих вину собственника в силу ч. 3 ст. 60 ГрК РФ, в материалы дела не представлено а судом не добыто.

Доводы стороны ответчика о том, что в данном случае осуществлялась реконструкция мостового перехода, а не строительство нового объекта не свидетельствуют об освобождении собственника объекта от выплаты предусмотренной ст. 60 ГрК РФ компенсации.

В рассматриваемой ситуации деятельность по реконструкции моста должна рассматриваться как связанная с эксплуатацией сооружений автомобильной дороги Южный обход <адрес> (то есть по содержанию объекта в работоспособном состоянии, его приспособления для более эффективного использования по назначению) и требовавшая от собственника объекта контроля за такой деятельностью в рамках его обязанностей по обеспечению безопасных условий эксплуатации.

<адрес>, как собственник автомобильной дороги, должна была осуществлять контроль за деятельностью по ее реконструкции в рамках обязанностей субъекта РФ по обеспечению безопасных условий эксплуатации этого опасного объекта.

Таким образом, доводы стороны ответчиков о возложении ответственности по выплате компенсации сверх возмещения вреда на ООО «Спецмост» также являются несостоятельными.

Кроме того, исходя из вышеизложенного, оснований для снижения размера подлежащей взысканию компенсации сверх возмещения вреда, исходя из положений ст. 1083 ГК РФ, суд не усматривает.

Оценивая доводы стороны ответчиков, со ссылкой на положения ст. 62 ГрК РФ о том, что в случае причинения вреда жизни или здоровью физических лиц в результате нарушения законодательства о градостроительной деятельности в течение десяти дней со дня причинения такого вреда создаются технические комиссии для установления причин такого нарушения и определения лиц, допустивших такое нарушение, суд приходит к тому, что само по себе отсутствие заключения, указанного в статьи 62 ГрК РФ не может, служить безусловным основанием к отказу во взыскании компенсации сверх возмещения, поскольку не может безусловно свидетельствовать об отсутствии со стороны собственника здания, сооружения нарушения законодательства о градостроительной деятельности, и не может снижать уровень правовых гарантий физических и юридических лиц в связи с нарушением законодательства о градостроительной деятельности.

Обстоятельств, свидетельствующих о не проведении установленной статьей 62 ГрК РФ процедуры вследствие недобросовестности истцов, судом не установлено.

При этом судом в порядке гражданского судопроизводства, в том числе из приговора суда, вступившего в законную силу, получены данные, являющиеся основанием для осуществления предусмотренной статьей 60 ГрК РФ выплаты, недостатки вследствие не проведения специальной административной процедуры могут быть восполнены судом при рассмотрении дела.

Таким образом, доводы стороны ответчиков об обратном, не основаны на фактических обстоятельствах дела, нормах материального права, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, поскольку работы по реконструкции мостового перехода должны рассматриваться как связанные с эксплуатацией сооружений автомобильной дороги Южный обход <адрес> (то есть по содержанию объекта в работоспособном состоянии, его приспособления для более эффективного использования по назначению), в связи с чем собственник объекта должен был осуществлять контроль за такой деятельностью, в том числе, по обеспечению безопасных условий эксплуатации, надлежащим и безопасным проведением работ по реконструкции, за проведением работ в соответствии с проектом, в связи с чем доводы об отсутствии со стороны собственника незаконных действий (бездействий) вследствие которых вред подлежит возмещению за счет средств казны субъекта Российской Федерации являются несостоятельными.

Доводы представителей ответчиков о том, что ими приняты все предусмотренные законом меры к выбору подрядной организации, что вступившим в законную силу приговором суда установлена вина начальника строительства ООО «Спецмост» в нарушении требований законодательства при ведении строительных работ, требований охраны труда и техники безопасности, соответственно оснований для возмещения вреда собственником объекта не имеется, суд находит несостоятельными.

Системное толкование положений ст. 60 ГрК РФ показывает, что к третьим лицам, доказанность действий которых может освободить собственника здания, концессионера, частного партнера, застройщика от выплаты компенсации за последствия разрушения, повреждения строения, нарушений при проведении работ и т.д., не могут быть отнесены лица, выполнившие соответствующие работы по инженерным изысканиям, подготовке проектной документации, по строительству, реконструкции, капитальному ремонту, сносу объекта капитального строительства, вследствие недостатков которых причинён вред; технические заказчики, работники организации, которая провела государственную экспертизу результатов инженерных изысканий и иные лица, перечисленные в ч. 5 ст. 60 ГрК РФ.

К таким лицам, в соответствии с указанной нормой права, лица, выплатившие компенсацию сверх возмещения вреда, имеют право обратного требования (регресса) в размере выплаты компенсации сверх возмещения вреда.

Следовательно, наличие вины генерального подрядчика, подрядчика, субподрядчика в причинении вреда влечёт обязанность лиц, указанных в ст. 60 ГрК РФ, в том числе собственника здания, сооружения, застройщика, возместить причинённый вред и выплатить компенсацию, а затем требовать в порядке регресса соответствующих выплат от виновных лиц.

На основании ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причинённый вред подлежит возмещению за счёт казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что функции по проведению государственной финансовой, бюджетной и налоговой политики на территории <адрес> возложены на Министерство <адрес>, суд полагает, что с <адрес> в лице Министерства финансов <адрес> компенсацию сверх возмещения вреда в связи со смертью Б. следует взыскать в пользу ФИО1, ФИО2, Б1. в размере <данные изъяты> рублей каждому.

При рассмотрении требований Б. как законного представителя несовершеннолетнего Б1. о выплате в его пользу единовременной денежной компенсации, гарантированной Федеральным отраслевым соглашением по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации на ДД.ММ.ГГГГ, в размере годового заработка погибшего Б. за предшествующий его гибели календарный год в сумме <данные изъяты> рублей, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).

Из данных положений Конституции РФ в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причинённого повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Приведённые выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права.

Так, в ст. 2 ТК РФ предусмотрены такие обязанности как обязанность обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда и обязанность возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 9 ТК РФ регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путём заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров. Коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

ДД.ММ.ГГГГ Министерством регионального развития Российской Федерации, Общероссийским межотраслевым объединением работодателей «Российский Союз строителей», Профессиональным союзом работников строительства и промышленности строительных материалов Российской Федерации утверждено Федеральное отраслевое соглашение по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации на <данные изъяты> годы.

В силу п. 1.5 данного Соглашения его положения распространяется на работодателей, являющихся членами ОМОР «Российский Союз строителей»; работодателей, присоединившихся к Соглашению после его заключения (в т.ч. не выразивших отказ присоединиться к Соглашению в порядке, установленном ст. 48 ТК РФ); всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, на которых распространяется действие настоящего Соглашения; всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, в случае наделения полномочиями соответствующие органы профсоюза на их представительство (ст. 30ТК РФ, ст. 11 Закона «О профсоюзах, их правах и гарантиях деятельности»); на работников организаций, находящихся в ведении Минрегионразвития РФ.

Вопреки доводам ответчика, материалы дела не представлено сведений об отказе ООО «Спецмост» от присоединения к названному Соглашению на ДД.ММ.ГГГГ, что также не оспаривалось представителем ответчика в судебном заседании. В отсутствие официального отказа от присоединения к указанному Соглашению, согласие ООО «Спецмост» на участие в указанном Соглашении презюмируется.

Таким образом, поскольку ООО «Спецмост» осуществляет свою деятельность в области строительства мостов и тоннелей, официального отказа от участия в Соглашении не представлено, то на него распространяются положения Федерального отраслевого соглашения по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации на ДД.ММ.ГГГГ.

Поскольку погибший ДД.ММ.ГГГГ.в результате несчастного случая на производстве Б. состоял в трудовых отношениях с ООО «Спецмост», действие Соглашения распространяется на его супругу и сыновей.

В соответствии с п. 7.1 Соглашения в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работодатель предоставляет сверх установленной законодательством материальной помощи: единовременную денежную компенсацию в размере <данные изъяты> рублей семье погибшего (супруге (супругу), детям, родителям в равных долях); единовременную денежную компенсацию в размере годового заработка погибшего за календарный год, предшествующий году гибели работника, на каждого иждивенца работника.

По смыслу действующих правовых норм иждивенство несовершеннолетних детей предполагается и не требует доказательств.

Согласно представленным сведениям, размер среднего годового заработка Б. за ДД.ММ.ГГГГ, предшествующий году его гибели, составил <данные изъяты> рублей (т.1 л.д. 158).

С учётом изложенного с ООО «Спецмост» в пользу истцов подлежит взысканию единовременная денежная компенсация в размере <данные изъяты> рублей, в пользу несовершеннолетнего Б1., в лице его законного представителя ФИО2 единовременная денежная компенсация в размере годового заработка Б. за ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты> рублей.

Остальные требования истцов удовлетворению не подлежат по изложенным выше обстоятельствам.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, Б1. в лице законного представителя ФИО2 - удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «СПЕЦМОСТ» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., в пользу несовершеннолетнего Б1. компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

Взыскать с ООО «СПЕЦМОСТ» в пользу ФИО2, ФИО1, несовершеннолетнего Б1. в равных долях единовременную денежную компенсацию в размере 1 000 000 руб.

Взыскать с ООО «СПЕЦМОСТ» в пользу несовершеннолетнего Б1. в лице законного представителя ФИО2 единовременную денежную компенсацию В размере годового заработка погибшего работника в размере 342 669 руб.

Взыскать с <адрес> в лице Министерства финансов <адрес> за счет казны <адрес> в пользу ФИО2, ФИО1, несовершеннолетнего Б1. компенсацию сверх возмещения вреда в размере по 1 000 000 руб. каждому.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд в течение месяца с момента вынесения решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 24 марта 2023 года.

Судья /подпись/ КОПИЯ ВЕРНА

Решение не вступило в законную силу

24 марта 2023 года

Судья

Табанюхова Т.С.

Судья

Табанюхова Т.С.

Секретарь

Никодон А.В.

Секретарь

Никодон А.В.

Подлинный документ находится в деле № 2-738/2023 в Московском районном суде г. Калининграда

Секретарь Никодон А.В.