УИД № 26RS0008-01-2023-001266-92

дело № 2-1060/2023

Судья Куцаенко В.П. дело № 33-3-8381/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Ставрополь 14 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе председательствующего Чебанной О.М.,

судей Берко А.В., Дубинина А.И.,

при секретаре судебного заседания Адян М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе представителя истца СПАО «Ингосстрах» – ФИО1 по доверенности на решение Буденновского городского суда Ставропольского края от 23 июня 2023 года по гражданскому делу по исковому заявлению СПАО «Ингосстрах» к ФИО2 о взыскании ущерба в порядке регресса,

заслушав доклад судьи Берко А.В.,

УСТАНОВИЛА:

СПАО «Ингосстрах» обратилось в суд с вышеуказанным иском, мотивируя свои требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки ГАЗ, г/н №, под управлением ответчика ФИО2, и автомобиля марки Hyundai Creta, г/н №, собственником которого является ФИО3, в результате которого транспортным средствам были причинены механические повреждения.

Виновником ДТП был признан ответчик ФИО2, гражданская ответственность которого была застрахована в СПАО «Ингосстрах» (полис №), а гражданская ответственность потерпевшего ФИО3 – в АО «СОГАЗ» (полис серии №).

В рамках прямого урегулирования убытков АО «СОГАЗ», рассмотрев заявление потерпевшего ФИО3, в целях возможности урегулирования заявленного события ДТП, направило ДД.ММ.ГГГГ в СПАО «Ингосстрах» заявку для подтверждения факта страхования ответственности виновника ДТП, которая была одобрена адресатом.

ДД.ММ.ГГГГ АО «СОГАЗ» произвело выплату страхового возмещения в пользу потерпевшего ФИО3 в размере 97200 рублей, размер которого впоследствии был компенсирован СПАО «Ингосстрах» в пользу АО «СОГАЗ».

Однако, впоследствии, истцу СПАО «Ингосстрах» стало известно, что при заключении договора ОСАГО страхователем ФИО2 были предоставлены недостоверные сведения о мощности двигателя автомобиля марки ГАЗ, г/н №, а именно в заявлении о заключении договора указано 113 л.с., вместо 131 л.с., что подтверждается информационным письмом от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Авторапорт» и отчетом по проверке транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ.

Полагает, что предоставление страховщику СПАО «Ингосстрах» вышеуказанных недостоверных сведений привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.

Учитывая изложенное, истец СПАО «Ингосстрах» просил суд взыскать с ответчика ФИО2 денежные средства в размере 97000 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 3116 рублей (л.д. 4-5).

Решением Буденновского городского суда Ставропольского края от 23 июня 2023 года в удовлетворении исковых требований было отказано в полном объеме (л.д. 88-89).

В апелляционной жалобе представитель истца СПАО «Ингосстрах» – ФИО1 по доверенности с состоявшимся решением суда первой инстанции не согласна, считает его незаконным и необоснованным, постановленным с нарушением норм материального и процессуального права, поскольку судом неправильно определены юридически значимые обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, а выводы суда основаны на недостоверных и недопустимых доказательствах. Указывает, что на момент ДТП от ДД.ММ.ГГГГ гражданская ответственность ответчика ФИО2 была застрахована на основании полиса ОСАГО, содержащего недостоверные сведения об автомобиле марки ГАЗ, г/н № (неверная мощность двигателя). поскольку указанное обстоятельство было установлено истцом СПАО «Ингосстрах» уже после перечисления размера страхового возмещения, подлежащего выплате АО «СОГАЗ» в пользу потерпевшего ФИО3, то указанная денежная сумма подлежит взысканию с виновника ДТП в порядке регресса. Отмечает, что факт предоставления ответчиком ФИО2 недостоверных сведений при заключении договора ОСАГО не опровергнут. Кроме того, считает, что вывод суда о том, что страховщик не проверил предоставленные ему сведения, является необоснованным, так как владелец ТС несет ответственность за полноту и достоверность предоставляемых сведений. Просит обжалуемое решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований (л.д. 101-102).

Возражения на апелляционную жалобу не поступали.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалованного судебного решения, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; существенные нарушения норм процессуального права и неправильное применение норм материального права (ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таких нарушений судом первой инстанции допущено не было.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, регламентируя судебный процесс, наряду с правами его участников предполагает наличие у них определенных обязанностей, в том числе обязанности добросовестно пользоваться своими правами (ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, реализация права на судебную защиту одних участников процесса не должна ставиться в зависимость от исполнения либо неисполнения своих прав и обязанностей другими участниками процесса.

На основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В ч. 1 ст. 927 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином и юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Согласно ст. 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

На основании ч. 1 ст. 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение, в частности, об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования.

Из положений ч. 1 ст. 944 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, то при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

На основании ст. 15 Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» обязательное страхование осуществляется владельцами транспортных средств путем заключения со страховщиками договоров обязательного страхования, в которых указываются транспортные средства, гражданская ответственность владельцев которых застрахована (ч. 1).

Договор обязательного страхования заключается в отношении владельца транспортного средства, лиц, указанных им в договоре обязательного страхования, или в отношении неограниченного числа лиц, допущенных владельцем к управлению транспортным средством в соответствии с условиями договора обязательного страхования, а также иных лиц, использующих транспортное средство на законном основании (ч. 2).

Согласно ч. 3 вышеуказанной статьи для заключения договора обязательного страхования владелец транспортного средства представляет страховщику в частности следующие документы:

-заявление о заключении договора обязательного страхования;

- паспорт или иной удостоверяющий личность документ;

- свидетельство о регистрации транспортного средства либо паспорт транспортного средства;

- водительское удостоверение;

- информация о диагностической карте, содержащей сведения о соответствии транспортного средства обязательным требованиям безопасности транспортных средств;

- документ, подтверждающий право собственности либо владения на транспортное средство.

В ч. 7 ст. 15 Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» указано, что заключение договора обязательного страхования подтверждается предоставлением страховщиком страхователю страхового полиса обязательного страхования с присвоенным уникальным номером, оформленного по выбору страхователя на бумажном носителе или в виде электронного документа в соответствии с п. 7.2 данной статьи.

В соответствии с п. 1.6 Положения Банка России от 19.09.2014 года № 431-П «О правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владелец транспортного средства несет ответственность за полноту и достоверность сведений и документов, представляемых страховщику.

В силу п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (действовавшего на момент заключения спорного договора ОСАГО от 06 августа 2021 года и на момент ТП от 16 января 2022 года) страховой полис является доказательством, подтверждающим заключение договора обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства, пока не доказано иное.

В соответствии с ч. 4 ст. 14.1 Закона об ОСАГО страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, осуществляет возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевшего, от имени страховщика, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред (осуществляет прямое возмещение убытков), в соответствии с соглашением о прямом возмещении убытков.

В то же время, страховщик, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред, и возместил в счет страхового возмещения по договору обязательного страхования страховщику, осуществившему прямое возмещение убытков, возмещенный им потерпевшему вред, в предусмотренных нормами ст. 14 Закона об ОСАГО случаях имеет право требования к лицу, причинившему вред, в размере возмещенного потерпевшему вреда.

Так, в силу п. «к» ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере произведенной потерпевшему страховой выплаты, если владелец транспортного средства при заключении договора обязательного страхования предоставил страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки ГАЗ, г/н №, под управлением ответчика ФИО2, и автомобиля марки Hyundai Creta, г/н №, собственником которого является ФИО3, в результате которого транспортные средства получили механические повреждения (л.д. 17-19, 45-53).

Виновником ДТП была признан водитель ФИО2, гражданская ответственность которого на момент ДТП была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по полису № (л.д. 15).

ДД.ММ.ГГГГ потерпевший ФИО3 обратился в свою страховую компанию – АО «СОГАЗ» – с заявлением о наступлении страхового случае и прямом возмещении убытков по договору ОСАГО (полис серии №) (л.д. 16).

По итогам рассмотрения заявления потерпевшего ФИО3 было установлено, что заявленные повреждения автомобиля марки Hyundai Creta, г/н №, соответствуют обстоятельствам ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, а стоимость восстановительного ремонта с учетом износа составляет 97200 рублей (л.д. 20-28).

ДД.ММ.ГГГГ АО «СОГАЗ» был составлен акт о страховом случае, на основании которого ДД.ММ.ГГГГ в пользу потерпевшего ФИО3 было выплачено страховое возмещение в размере 97200 рублей (л.д. 29-30).

Затем, ДД.ММ.ГГГГ СПАО «Ингосстрах» компенсировало АО «СОГАЗ» вышеуказанные расходы по выплате страхового возмещения (л.д. 31).

Однако, впоследствии, истцу СПАО «Ингосстрах» стало известно, что при заключении договора ОСАГО страхователем ФИО2 были предоставлены недостоверные сведения о мощности двигателя автомобиля марки ГАЗ, г/н №, а именно в заявлении о заключении договора указано 113 л.с. вместо 131 л.с., что подтверждается информационным письмом от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Авторапорт», а также отчетами по проверке транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 12-13, 32-34).

Кроме того, согласно заявлению от ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО2 отказался от передачи на копирование документов, необходимых для заключения договора ОСАГО, в том числе и документов на данное транспортное средство (л.д. 14).

Поскольку ответчик ФИО2 предоставил страховщику СПАО «Ингосстрах» недостоверные сведения относительно принадлежащего ему автомобиля, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, то страховщик обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая вышеприведенные положения действующего законодательства, исходил из того, что страховщик СПАО «Ингосстрах» не проверил представленные ему сведения относительно мощности двигателя транспортного средства ответчика ФИО2 при заключении договора ОСАГО, доказательства намеренного предоставления ответчиком недостоверных сведений отсутствуют, а, следовательно, необоснованное уменьшение размера страховой премии от действий страхователя не зависело, а также последствием сложившейся ситуации является доплата ответчиком необходимой суммы страховой премии, в связи с чем пришел к выводу о незаконности исковых требований и необходимости отказать в их удовлетворении.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, считает их законными и обоснованными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и отвечающими требованиям действующего законодательства.

В соответствии со ст.ст. 8, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Из ч. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу ч. 1 ст. 9 Закона об ОСАГО страховые тарифы по обязательному страхованию и структура страховых тарифов определяются страховщиками с учетом требований, установленных Банком России в соответствии с ч. 1 данной статьи.

Страховые тарифы состоят из базовых ставок и коэффициентов. Страховые премии по договорам обязательного страхования рассчитываются страховщиками как произведение базовых ставок и коэффициентов страховых тарифов в соответствии с порядком применения страховщиками страховых тарифов по обязательному страхованию при определении страховой премии по договору обязательного страхования, установленным Банком России в соответствии со ст. 8 Закона об ОСАГО.

Базовые ставки страховых тарифов устанавливаются в зависимости от технических характеристик, конструктивных особенностей и назначения транспортных средств, существенно влияющих на вероятность причинения вреда при их использовании и на потенциальный размер причиненного вреда.

В п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (действовавшего на момент заключения спорного договора ОСАГО от 06 августа 2021 года и на момент ТП от 16 января 2022 года) разъяснено, что сообщение страхователем при заключении договора обязательного страхования в виде электронного документа недостоверных сведений, которое привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии, не является основанием для признания такого договора незаключенным или для освобождения страховщика от страхового возмещения при наступлении страхового случая.

Из системного толкования положений абз. 6 ч. 7.2. ст. 15 и п. «к» ч. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО следует, что при наступлении страхового случая страховщик имеет право предъявить регрессное требование в размере произведенной страховой выплаты к страхователю, предоставившему недостоверные сведения, а также взыскать с него в установленном порядке денежные средства в размере суммы, неосновательно сбереженной в результате предоставления недостоверных сведений, вне зависимости от наступления страхового случая.

В силу положений ст.ст. 15, 1064, 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации общим принципом гражданско-правовой ответственности по регрессным требованиям является принцип вины, который носит характер опровержимой презумпции, должник по обязательству не лишен права представить доказательства, исключающие его вину в нарушении обязательства.

С учетом вышеприведенных норм материального права значимыми обстоятельствами при разрешении настоящего спора являлось установление совокупности условий для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в порядке регресса, а именно:

- представление страхователем сведений, которые не соответствуют действительности или не содержат необходимой для заключения договора страхования информации, при надлежащем представлении которых договор не был бы заключен или был бы заключен на других условиях,

- вина ответчика в сокрытии обстоятельств или предоставления ложных сведений относительно цели использования транспортного средства, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, как и обстоятельств того, что на момент заключения договора страхования и в период его действия транспортное средство использовалось для осуществления пассажирских перевозок, то есть в иных целях, отличных от указанных в договоре ОСАГО.

Пересматривая обжалуемое решение суда в апелляционном порядке, судебная коллегия отмечает, что при разрешении исковых требований по существу суд первой инстанции в полном объеме установил фактические обстоятельства дела, надлежащим образом исследовал представленные в деле доказательства, которым была дана верная правовая оценка.

Так, судом первой инстанции достоверно установлено, что при составлении заявления о заключении договора страхования гражданской ответственности владельцев транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ ответчиком ФИО2 действительно были указаны ненадлежащие сведения о мощности страхуемого транспортного средства марки ГАЗ, г/н №, а именно было указано «113 лошадиных сил (83 кВт)» вместо достоверных «131 лошадиных сил (96 кВт)» (л.д. 12-13, 33, 34).

Однако, руководствуясь положениями ст.ст. 179, 431, 934, 943, 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции правомерно указано, что доказательства действительного намерения и умысла страхователя ФИО2 в предоставлении недостоверных сведений при заключении договора ОСАГО отсутствуют.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что при получении страхового полиса ОСАГО у ответчика ФИО2 отсутствовала возможность установить факт предоставления им недостоверных сведений, поскольку данные о мощности автомобиля в страховом полисе не отражаются (л.д. 15).

В свою очередь, судебная коллегия указывает, что в исковом заявлении страховщиком не указано и в материалах дела не содержится достоверных сведений о том, каким именно образом неверное указание ответчиком сведений о ТС повлияло на уменьшение размера страховой премии (не указан конкретный размер страховой премии, который подлежал бы уплате при указании страхователем достоверных сведений о мощности двигателя ТС).

Также судебная коллегия отмечает, что указание ответчиком ФИО2 недостоверных сведений о мощности принадлежащего ему транспортного средства возможно и явилось основанием для уменьшения размера страховой премии, но не имело существенного значения для определения степени страхового риска.

Так, предъявляя регрессный иск на основании п. «к» ч. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО, страховщик по существу признавал наличие договора ОСАГО у причинителя вреда – ответчика ФИО2, ссылаясь лишь на предоставление последним недостоверных сведений при его заключении.

Между тем, страховая компания АО «СОГАЗ», выплачивая страховое возмещение потерпевшему, по существу, также подтвердила факт страхования ответственности ФИО2, а в суде факт выдачи страхового полиса на его имя и в отношении принадлежащего его транспортного средства не опровергнут.

Согласно п. 1.15 вышеуказанных Правил ОСАГО следует, что страховщик вправе досрочно прекратить действие договора обязательного страхования, в частности, в случае выявление ложных или неполных сведений, представленных страхователем при заключении договора обязательного страхования, имеющих существенное значение для определения степени страхового риска.

Однако, договор ОСАГО, заключенный ответчиком ФИО2, недействительным не признан.

В силу положений ч. 1, 2 и 3 ст. 9 Закона об ОСАГО последствием сообщения страховщику недостоверных сведений об обстоятельствах влияющих на размер страховой премии, является применение коэффициентов, установленных страховыми тарифами в соответствии с ч. 3 данной статьи.

Из абз. 9 п. 7.2 ст. 15 Закона об ОСАГО, п. 11 Правил обязательного страхования следует, что договор ОСАГО может быть изменен с одновременной уплатой страхователем дополнительной страховой премии (в случае необходимости).

В условиях состязательности судебного процесса и равноправия сторон, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не представлено сведений о том, что истец СПАО «Ингосстрах» направляло в адрес ответчика ФИО2 требование об уплате дополнительной страховой премии, а также что ответчик отказал в удовлетворении данного требования или оставил его без ответа.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что поскольку истец СПАО «Ингосстрах» предпринял надлежащие меры к уведомлению ответчика ФИО2, который получил требование истца но не исполнил его, то у истца СПАО «Ингосстрах» возникло право требовать с ответчика возмещения убытков в порядке регресса на основании п. «з» ч. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО.

Таким образом, законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены судебной коллегией в пределах доводов апелляционной жалобы в силу положений ч. 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Каких-либо нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого решения, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Следовательно, постановленное по настоящему гражданскому делу решение Буденновского городского суда Ставропольского края от 23 июня 2023 года является законным и обоснованным.

Доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене или изменению решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, и к выражению несогласия с действиями суда, связанными с установлением фактических обстоятельств, имеющих значение для дела, и оценкой представленных по делу доказательств.

Пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 19.12.2003 года «О судебном решении», предусматривает, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение постановлено судом при правильном применении норм материального права с соблюдением требований гражданского процессуального законодательства. Оснований для отмены или изменения решения суда, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Буденновского городского суда Ставропольского края от 23 июня 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца СПАО «Ингосстрах» – ФИО1 по доверенности оставить без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 сентября 2023 года.

Председательствующий:

Судьи: