дело № 2а-4471/2025
66RS0001-01-2025-003221-32
Мотивированное решение изготовлено 22 июля 2025 года.
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
08 июля 2025 года город Екатеринбург
Верх-Исетский районный суд города Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Гейгер Е.Ф.,
при секретаре Валеевой В.С.,
с участием административного истца <ФИО>5, представителей административного ответчика ФИО1, ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению <ФИО>5 к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России о признании действий (бездействия) незаконными, присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
<ФИО>5 обратился в суд с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, с учетом уточнения требований просит признать незаконным бездействие, выразившееся в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей, присудить компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в размере 100 000 руб., взыскать компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб. в связи с ненадлежащим рассмотрением письменного заявления о возвращении продуктов питания, взыскать судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб., почтовые расходы в размере 194 руб. 14 коп., расходы на проезд 56 руб., также просил вынести частное определение в адрес ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области.
В обоснование административного иска указано, что <ФИО>5 содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области в период с 28 ноября 2024 года по 12 февраля 2025 года в ненадлежащих условиях, а именно: в период с 28 ноября 2024 года по 03 декабря 2024 года содержался в одиночной камере № 8 поста № 15.7 корпуса № 6, в отсутствии оснований и заявлений на одиночное содержание. В период с 03 декабря 2024 года по 12 февраля 2025 года административный истец содержался в камере № 603 корпуса № 6 совместно с курящими лицами, а также лицами, впервые привлекавшимися к уголовной ответственности, в то время как он (<ФИО>5) является лицом, ранее привлекавшимся к уголовной ответственности и содержавшимся в местах лишения свободы, кроме того, в камере содержался осужденный ФИО3, приговор в отношении которого вступил в законную силу. Также <ФИО>5 указывает, что является бывшим сотрудником правоохранительных органов, в связи с чем не должен был содержаться в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, администрация исправительного учреждения приняла его (<ФИО>5) без протокола задержания подозреваемого в совершении преступления, по прибытии в следственный изолятор <ФИО>5 не был осмотрен медицинским работником, не проведены телесный осмотр, термометрия, антропометрия и санитарная обработка, в связи с чем имевшиеся у него телесные повреждения не были выявлены и зафиксированы в медицинских документах, не составлено медицинское заключение о медицинском освидетельствовании на наличие телесных повреждений, травм и отравлений. При размещении в камеру № 8 административному истцу были выданы матрас, одно полотенце и одеяло, постельное белье и подушка не выдавались, также указывает, что перевод из камеры № 8 в камеру № 603 осуществлен без письменного разрешения начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, в камере № 603 отсутствовали средства радиовещания, телевизор с телевизионной приставкой появился только 31 декабря 2024 года, литература (книги) из библиотеки не выдавались, к использованию были доступны только книги и изделия периодической печати, которые имелись на корпусе № 6, отсутствовал таз для гигиенических целей и стирки, с 03 декабря 2024 года по 31 декабря 2024 года отсутствовал бак с питьевой водой, 31 декабря 2024 года бак был поставлен в камеру, но был непригоден для использования, так как внутри проржавел, вода не удерживалась в баке по причине течи пластикового крана. Также <ФИО>5 указывает, что в период содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области ему осуществлялись передачи супругой <ФИО>10, а также тещей ФИО4, после освобождения 12 февраля 2025 года административный истец вернулся в следственный изолятор, чтобы забрать личные вещи, помещенные в камеру хранения, которые были ему выданы, однако продукты питания (мясные, колбасные изделия, вареные овощи в вакуумной упаковке, рыбные изделия) с ограниченным сроком годности, которые находились за окном камеры № 603, выданы не были. 13 февраля 2025 года <ФИО>5 обратился в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области с заявлением о возвращении продуктов питания, однако, ответ на заявление получен не был, продукты питания не возвращены.
В порядке подготовки административного дела к судебному разбирательству, судом к участию в деле в качестве административного ответчика привлечена ФСИН России.
Определением от 09 июня 2025 года судом к участию в деле в качестве административного ответчика привлечено ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России.
Административный истец <ФИО>5 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме.
Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России ФИО1, действующая на основании доверенностей, в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась, просила отказать в удовлетворении административного иска в полном объеме.
Представитель административного ответчика ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала относительно заявленных требований, представила письменные возражения на административный иск.
Суд, изучив материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, приходит к следующим выводам.
Согласно части 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.
Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.
В силу части 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.
При этом в соответствии с частью 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказать соответствует ли содержание совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, возложена на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и совершившие оспариваемые действия (бездействие).
Согласно пунктам 24.1, 24.2, 24.3 Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ №, действующих с ДД.ММ.ГГГГ (далее – Правила внутреннего распорядка) подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются в СИЗО для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями (простыни, наволочка, полотенца) и мягким инвентарем (матрац, подушка, одеяло) в соответствии с нормами вещевого довольствия; столовой посудой (тарелки глубокая и мелкая, кружка) столовыми приборами (ложка столовая) согласно установленным нормам обеспечения.
В соответствии с Правилами внутреннего распорядка подозреваемые и обвиняемые имеют право: получать бесплатные питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в порядке, установленном Законом и настоящими Правилами (пункт 5.9); камера СИЗО оборудуется: бачком с питьевой водой (пункт 28.7), радиодинамиком для вещания общегосударственной программы (пункт 28.9), тазами для гигиенических целей и стирки одежды (пункт 28.11), телевизором и холодильником (при наличии возможности), камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке (пункт 28.13),
В соответствии с пунктом 13 статьи 17 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон № 103-ФЗ) подозреваемые и обвиняемые имеют право пользоваться литературой и изданиями периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенными через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольными играми.
В абзаце 4 статьи 23 названного федерального закона указано, что все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры.
В пунктах 2 и 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц.
Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.
Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статья 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).
Как следует из материалов дела, в период с 28 ноября 2024 года по 12 февраля 2024 года <ФИО>5 содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области: с 28 ноября 2024 года по 03 декабря 2024 года в камере № 15/8 общей площадью 6 м?, оборудованной 1 спальным местом, содержался один; с 03 декабря 2024 года по 12 февраля 2025 года в камере № 603 общей площадью 28,59 м?, оборудованной 7 спальными местами, одновременно в камере содержалось от 1-5 человек.
Указанные сведения подтверждаются исследованными в судебном заседании и приобщенными к материалам дела на электронном носителе журналами количественной проверки, справкой начальника ОРН ФИО5 (л.д. 59, 60-61).
Таким образом, в период с 28 ноября 2024 года по 12 февраля 2024 года <ФИО>5 содержался в одиночной камере.
Согласно абзацу 1 статьи 32 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые содержатся в общих или одиночных камерах в соответствии с требованиями раздельного размещения, предусмотренными статьей 33 настоящего Федерального закона.
В соответствии с абзацем 1 статьи 33 Федерального закона № 103-ФЗ размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих.
Согласно абзацу 2 статьи 32 указанного федерального закона, размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах на срок более одних суток допускается по мотивированному постановлению начальника места содержания под стражей, санкционированному прокурором.
Не требуется санкции прокурора на размещение подозреваемых и обвиняемых в одиночных камерах в случаях отсутствии иной возможности обеспечить соблюдение требований раздельного размещения, предусмотренных статьей 33 настоящего Федерального закона, в также в интересах обеспечения безопасности жизни и здоровья подозреваемого или обвиняемого либо других подозреваемых или обвиняемых.
В соответствии с абзацем 7 пункта 2 статьи 33 Федерального закона № 103-ФЗ отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, органов принудительного исполнения Российской Федерации, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации.
Из заявления <ФИО>5 от 28 ноября 2024 года на имя начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО6, следует, что административный истец является бывшим сотрудником правоохранительных органов, работал следователем в отделе полиции № 5 УМВД России по городу Екатеринбургу, уволился в ноябре 2017 года, имеет специальное звание капитан юстиции (л.д. 77).
Разрешая заявленные требования, оценивая представленные доводы и доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии нарушения требований Федерального закона № 103-ФЗ, нарушения прав административного истца, поскольку содержание <ФИО>5 отдельно от других лиц в камерах следственного изолятора не являлось мерой взыскания, носило обязательный характер, направленный на соблюдение требований закона в части раздельного размещения с остальными подозреваемыми и обвиняемыми, а также направленными на обеспечение безопасности здоровья и жизни административного истца, ввиду отнесения <ФИО>5 к специальной категории спецконтингента – «бывшие сотрудники».
Как следует из материалов дела 06 декабря 2024 года заместителем начальника отдела специального учета ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО7 направлены запросы начальнику отдела кадров СО по РПТО ОП № 5 СУ УМВД России по городу Екатеринбургу, начальнику управления кадров ГУ МВД России по Свердловской области с просьбой подтвердить или опровергнуть факт несения <ФИО>5 службы (л.д. 75, 76).
На указанные запросы 23 января 2025 года заместителем начальника УРЛС ГУ МВД России по Свердловской области ФИО8 дан ответ о том, что <ФИО>5 действительно проходил службу в органах внутренних дел, уволен 20 ноября 2017 года приказом начальника УМВД России по Екатеринбургу от 16 ноября 2017 года № 799 л/с (л.д. 79).
В связи с поступившей информацией о том, что <ФИО>5 является бывшим сотрудником правоохранительных органов, 11 января 2025 года заместителем начальника ФИО9 направлено требование на имя начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО6 о направлении <ФИО>5 для дальнейшего содержания под стражей в ПФРСИ при ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области: а также на имя начальника ФКУ ИК-13 ГУФСИН России по Свердловской области об обеспечении приема и размещения <ФИО>5 (л.д. 86).
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что с 23 января 2025 года у административного ответчика имелись подтвержденные сведения о том, что <ФИО>5 относится к числу бывших сотрудников правоохранительных органов и в силу абзаца 7 пункта 2 статьи 33 Федеральный закон № 103-ФЗ должен был содержаться в отдельном исправительном учреждении.
Вместе с тем, суд не находит оснований для признания незаконными действий по содержанию <ФИО>5 в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, поскольку в ходе рассмотрения административного дела было установлено, что в камере № 603 административный истец содержался с лицами, которые также относились к категории бывших сотрудников. Административным истцом нарушений прав совместным содержанием с лицами, указанными в абзаце 7 пункта 2 статьи 33 Федерального закона № 103-ФЗ, не представлено. В суде он указал, что конфликтов не было, с жалобами и заявлениями к администрации исправительного учреждения не обращался (л.д. 65). Доказательств об оказании на него давления со стороны других подозреваемых, обвиняемых, о совершении в отношении его противоправных действий, об угрозе его жизни и здоровью, административным истцом не представлено.
В силу пункта 255 Правил внутреннего распорядка в течение всего срока нахождения в СИЗО подозреваемые, обвиняемые и осужденные к лишению свободы содержатся в одной и той же камере, за исключением случаев, предусмотренных в пункте 256 Правил.
Таким образом, совместное содержание административного истца с осужденным ФИО3, в отношении которого приговор вступил в законную силу, не свидетельствует о нарушении административным ответчиком требований статьи 33 Федерального закона № 103-ФЗ, поскольку ФИО3 также относился к числу бывших сотрудников.
Доводы <ФИО>5 о том, что содержавшиеся в камере № 603 лица впервые привлекаются к уголовной ответственности, а он ранее привлекался к уголовной ответственности и содержался в местах лишения свободы, в связи с чем ему пришлось отвечать на вопросы сокамерников об условиях содержания в исправительных учреждениях, что вызвало у него неприятные воспоминания, не свидетельствуют о нарушении прав административного истца.
Вопреки доводам <ФИО>5 совместное содержание с курящими является допустимым при отсутствии возможности раздельного содержания.
Также суд отклоняет доводы <ФИО>5 о нарушении условий содержания, выразившееся в отсутствии телевизора в камере № 603, поскольку в силу на положения пункта 28.13 Правил внутреннего распорядка камеры СИЗО обеспечиваются телевизором по мере возможности.
Доводы <ФИО>5 об отсутствии в камере № 603 бачка для питьевой воды до 31 декабря 2024 года, а после о непригодности к использованию установленного в камеру бачка для питьевой воды не свидетельствуют о нарушении права административного истца на обеспечение питьевой водой, поскольку материалами дела, в том числе справкой начальника ОРН ФИО5 (л.д. 60, 61) подтверждается наличие в камере централизованной системы водоснабжения холодной водой. Кроме того, допрошенный по ходатайству административного истца свидетель ФИО3 пояснил, что не помнит была ли оборудована камера № 603 бачком для питьевой воды, поскольку в камере имелся кран с холодно водой и водонагревательные приборы, позволявшие вскипятить воду при необходимости.
Суд также не усматривает нарушения прав административного истца в связи с непредставлением литературы из библиотеки ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, поскольку <ФИО>5 не оспаривается наличие книг и изделий периодической печати в корпусе № 6, при этом сведений о том, что <ФИО>5 обращался к администрации исправительного учреждения с заявлением о выдаче книг из библиотеки и ему было отказано, материалы дела не содержат.
Вместе с тем, согласно камерной карточке, <ФИО>5 при поступлении в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области были выданы: матрац 1 штука, подушка 1 штука, одеяло 1 штука, простынь 1 штука (л.д. 66, 67), также в административном иске <ФИО>5 указывает на выдачу ему полотенца.
Таким образом, материалами дела подтверждается, что <ФИО>5 при поступлении в следственный изолятор не был обеспечен полным комплектом постельного белья, ему не была выдана наволочка, кроме того, из показаний свидетеля ФИО3 следует, что при поступлении в камеру № 603 у <ФИО>5 не имелось постельных принадлежностей, постельного белья, указанные предметы были принесены административным истцом на следующий день с поста.
Также доводы административного истца об отсутствии в камере № 603 радиоточки, таза для гигиенических целей в нарушение требований статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации никакими допустимыми доказательствами не опровергнуты, при этом допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 подтвердил, что радиоточка в камере отсутствовала, таз для стирки также отсутствовал, стирали и мыли пол из пластикового ведра, принесенного из другой камеры.
В соответствии с частью 4 статьи 50 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемому или обвиняемому, освобожденному из-под стражи, выдаются личные документы, вещи, деньги, хранящиеся на его лицевом счете, а также справка, в которой указываются срок его содержания под стражей и основания освобождения. Подозреваемый или обвиняемый, освобожденный из-под стражи, администрацией места содержания под стражей в случае необходимости обеспечивается бесплатным проездом к месту жительства железнодорожным, автомобильным или водным транспортом, питанием, а также одеждой по сезону. В случае необходимости ему выдается денежное пособие.
На основании изложенного судом отклоняются как несостоятельные доводы <ФИО>5 о нарушении администрацией ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области его прав в связи с невыдачей продуктов питания (мясные, колбасные изделия, вареные овощи в вакуумной упаковке, рыбные изделия) с ограниченным сроком годности, которые находились за окном камеры № 603, поскольку продукты питания не входят в список разрешенных к выдаче вещей при освобождении.
Доводы <ФИО>17 о том, что он не был осмотрен медицинским работником 28 ноября 2024 года, судом отклоняются как несостоятельные по следующим основаниям.
Согласно пункту 26 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденного Приказом Минюста России от 28 декабря 2017 года № 285, все лица, доставленные в СИЗО, кроме следующих транзитом, в срок не более трех рабочих дней со дня их прибытия осматриваются врачом-терапевтом (врачом общей практики) или фельдшером.
Из представленной в материалы дела медицинской карты <ФИО>5 усматривается, что 28 ноября 2024 года он был осмотрен дежурным медицинским работником, состояние оценено как удовлетворительное, жалоб на самочувствие не предъявлял, телесных повреждений не обнаружено. 29 ноября 2024 года проведены флюорография органов грудной клетки: «Без патологических изменений», взята кровь на исследование наличия ВИЧ-инфекции, гепатитов: «отрицательные» (л.д. 184-187).
Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями фельдшера филиала «Медицинская часть № 1» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России ФИО10, которая пояснила, что при поступлении ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области всем лицам проводится осмотр на наличие телесных повреждений, опрос о наличии жалоб на состояние здоровья, наличии заболеваний, если выявляются телесные повреждения, то оформляется сигнальный лист.
Доводы <ФИО>5 о наличии телесных повреждений при поступлении в следственный изолятор, которые не были зафиксированы медицинским работником в связи с тем, что медицинский осмотр не проводился, опровергаются показаниями свидетеля ФИО3, который пояснил, что при прибытии в 603 камеру у <ФИО>5 не было видимых телесных повреждений.
На основании изложенного, суд не усматривает незаконного бездействия ФКУЗ МСЧ-66 ФСН России в период нахождения <ФИО>5 в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области.
Поскольку судом установлено наличие нарушений условий содержания в части необеспечения <ФИО>5 постельными принадлежностями в полном объеме, отсутствия в камере № 603 радиоточки, таза для гигиенических целей и стирки одежды, в период содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, которые причиняли административному истцу моральные и нравственные страдания, суд взыскивает в пользу административного истца компенсацию за нарушение условий содержания под стражей.
Определяя размер компенсации, суд принимает во внимание, что каких-либо доказательств значительности физических и нравственных страданий <ФИО>5 не представил. При этом суд также отмечает, что административный истец не высказывал жалоб в период содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области. Однако, суд учитывает требования разумности и справедливости, отсутствие наступления негативных последствий с учетом того, что нарушение прав <ФИО>5 носило длительный характер (два с половиной месяца), суд полагает возможным определить компенсацию за ненадлежащие условия содержания под стражей в размере 1 000 руб. Суд полагает, что данный размер компенсации будет отвечать требованиям пропорциональности, справедливости и соразмерности, поскольку заявленный административным истцом размер компенсации 100 000 руб. является чрезмерно завышенным.
В спорных правоотношениях от имени казны Российской Федерации в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации выступает главный распорядитель бюджетных средств - ФСИН России.
Таким образом, суд, удовлетворяет заявленные требования частично, взыскивает в пользу <ФИО>5 с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в счет компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей 1 000 руб.
Рассматривая доводы <ФИО>5 о нарушении ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области порядка рассмотрения обращения о возвращении продуктов питания, суд приходит к следующему.
В силу статьи 33 Конституции Российской Федерации граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления.
В соответствии с частью 3 статьи 5 Федерального закона от 02 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан в Российской Федерации» гражданин при рассмотрении его обращения имеет право получать письменный ответ по существу поставленных вопросов либо уведомление о переадресации письменного обращения в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу, в компетенцию которых входит решение поставленных вопросов.
Как следует из материалов дела, <ФИО>5 14 февраля 2025 года обратился в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области с заявлением о возвращении продуктов питания с ограниченным сроком годности, хранившихся за окном камеры № 603.
Факт обращения административного истца с указанным заявлением 14 февраля 2025 года, а не 13 февраля 2025 года как указано в административном иске подтверждается показаниями свидетеля <ФИО>10, допрошенной в судебном заседании, пояснившей, что 14 февраля 2025 года она вместе с <ФИО>5 приезжала в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области 14 февраля 2025 года, где у них приняли заявление о возврате продуктов питания, которые она передавала супругу в передачах.
Кроме того, факт обращения <ФИО>5 с заявлением 14 февраля 2025 года подтверждается выкопировкой журнала учета личного приема граждан, в котором за № 28 14 февраля 2025 года зарегистрировано заявление <ФИО>5 на выдачу продуктов из камеры (л.д. 158-159)
Согласно ответу начальника ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО6 от 19 февраля 2025 года № 29 личные вещи на имя <ФИО>5, находившиеся на ответственном хранении на складе хранения личных вещей подозреваемых, обвиняемых и осужденных (квитанции № 20297 от 27 ноября 2024 года, № 4710-15 от 17 декабря 2024 года, № 4840 от 23 января 2025 года, № 00340 от 11 февраля 2025 года) выданы в полном объеме. Для доставки в Ленинский районный суд города Екатеринбурга 12 февраля 2025 года <ФИО>5 выведен из камеры с личными вещами и продуктами. Также сообщено, что в соответствии с пунктом 11.22 Правил внутреннего распорядка подозреваемым и обвиняемым запрещается отчуждать или передавать в пользование свои личные вещи и продукты питания, а также приобретать вещи и продукты питания у других лиц, одалживать или брать их во временное пользование. За сохранность забытых при убытии личных вещей в камерном помещении подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными администрация учреждения ответственности не несет (л.д. 156).
Таким образом, ответ на заявление <ФИО>5 дан в установленные сроки, уполномоченным должностным лицом.
Согласно реестру от 19 февраля 2025 года ответ <ФИО>5 направлен простой почтовой корреспонденцией (л.д. 157).
Пунктом 126 приказа ФСИН России от 10 августа 2011 года № «Об утверждении Инструкции по делопроизводству в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы» установлено, что простые почтовые отправления передаются в почтовое отделение по реестру (спискам), фиксирующему количество отправленных пакетов.
Заказными письмами и бандеролями с уведомлением и без него направляются документы, требующие письменного подтверждения почтовым отделением факта их рассылки и/или получения адресатом (пункт 127).
Обработка документов для отправки почтовой связью осуществляется в порядке, установленном приказом Минцифры России от 17 апреля 2023 года № 382 «Об утверждении Правил оказания услуг почтовой связи».
В силу пункта 8 приказа Минцифры России от 17 апреля 2023 года № 382 «Об утверждении Правил оказания услуг почтовой связи» почтовые отправления (в том числе пересылаемые в форме электронного документа) принимаются оператором почтовой связи от отправителя без выдачи ему квитанции и доставляются (вручаются) адресату (его уполномоченному представителю) без подтверждения факта получения (простые почтовые отправления).
На основании изложенного, суд приходит к выводу о соблюдении ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области требований Федерального закона от 02 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан в Российской Федерации», Инструкции по делопроизводству в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Минюста России от 10 августа 2011 года № 463, при рассмотрении заявления <ФИО>5 и отправке ответа на заявление.
Поскольку судом не установлено нарушений, допущенных ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области при рассмотрении заявления <ФИО>5, суд не усматривает оснований для взыскания в пользу <ФИО>5 компенсации морального вреда в размере 10 000 руб., в связи с чем отказывает в удовлетворении заявленных требований в данной части.
Оснований для вынесения частного представления по доводам административного истца в соответствии со статьей 200 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд не усматривает.
При этом утверждения административного ответчика о пропуске административным истцом срока на обращение в суд, судом отклоняются как несостоятельные, поскольку как следует из материалов дела <ФИО>5 освободился из ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области 12 февраля 2025 года, в суд с административным иском обратился 12 мая 2025 года, что подтверждается почтовым конвертом (л.д. 38), то есть в установленный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.
В соответствии с частью 1 статьи 103 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением административного дела.
В соответствии с пунктом 1 статьи 111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
Поскольку судом заявленные требования удовлетворены частично, суд взыскивает с ФСИН России в пользу <ФИО>5 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб. (л.д. 40), почтовые расходы в размере 185 руб. (оборот л.д. 40, оборот л.д. 41), расходов на проезд в размере 56 руб. (л.д. оборот 209).
Дело рассмотрено в пределах заявленных требований. Иных требований не заявлено.
Руководствуясь статьями 227, 228 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
административное исковое заявление <ФИО>5 удовлетворить частично.
Признать незаконными бездействие ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области по обеспечению <ФИО>5 надлежащими условиями содержания под стражей в период с 28 ноября 2024 года по 12 февраля 2025 года.
Взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации, в пользу <ФИО>5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию за нарушение условий содержания под стражей в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области в период с 28 ноября 2024 года по 12 февраля 2025 года в размере 1 000 руб.
Решение суда об удовлетворении требования о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания под стражей подлежит немедленному исполнению.
Взыскать с ФСИН России расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, судебные расходы на оплату почтовых расходов в размере 185 руб., расходов на проезд в размере 56 руб.
В удовлетворении остальных требований отказать.
Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Верх-Исетский районный суд города Екатеринбурга.
Судья: Гейгер Е.Ф.