№2-76/2025
УИД 24RS0005-01-2025-000068-47
Категория: 2.219
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
с. Новобирилюссы Красноярского края 8 июля 2025 г.
Бирилюсский районный суд Красноярского края в составе
председательствующего судьи Лайшевой Ю.И.,
при секретаре Волковой Т.М.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к КГБУЗ «Бирилюсская районная больница», ФИО3, ФИО4, ФИО5 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 (далее – также истец) обратилась в суд к КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» с исковыми требованиями об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании судебных расходов, мотивируя требования тем, что она является собственником имущества: специальный противопролежный матрас DGC001-2 без функции статик, инвалидное кресло-коляска, кровать для лежачих больных. Инвалидное кресло-коляска была получена семьей истца в Большеулуйском отделении социальной защиты населения для бабушки супруга истца – ФИО6 Противопролежный матрас и кровать для лежачих больных были приобретены ФИО2 на ее собственные денежные средства для отца – ФИО7, который длительное время после перенесенного инсульта находился на лечении в КГБУЗ «Бирилюсская районная больница», затем выписан домой на долечивание. Для дальнейшей реабилитации отца, истец привезла вышеуказанное имущество к своему брату ФИО3, поскольку ФИО7 (отец истца) последнее время жил вместе с братом в д. Старая Еловка Бирилюсского района Красноярского края. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер, после его смерти супруга брата – ФИО3 самовольно, без согласия ФИО2, передала КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» в дар противопролежный матрац DGC001-2, инвалидное кресло-коляску и кровать для лежачих больных, в связи с чем, истец обратилась к главному врачу с письменным требованием о возврате указанного имущества, на что получила отказ. Ссылаясь на положения ст. 301 ГПК РФ, ФИО2 просила истребовать у КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» с передачей истцу: специальный противопролежный матрац DGC001-2 без функции статик, инвалидное кресло-коляска (стоимость 20 000 руб.), кровать для лежачих больных, а также взыскать с КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» судебные расходы за составление искового заявления в размере 5 000 руб. и по уплате государственной пошлины в размере 4 000 руб.
Определением от 8 апреля 2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены – ОСФР по Красноярскому краю, ТО КГКУ «Управление социальной защиты населения» по Бирилюсскому району, ТО КГКУ «Управление социальной защиты населения» по Большеулуйскому району, КГБУ СО КЦСОН «Бирилюсский», КГБУ СО КЦСОН «Большеулуйский», нотариус Большеулуйского нотариального округ Красноярского края ФИО8; определением от 27 мая 2025 г. ФИО3 исключен из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, и привлечен к участию в деле в качестве ответчика, также в качестве ответчиков привлечены – ФИО4, ФИО5; определением от 10 июня 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО9
Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, путем направления почтового извещения, а также путем вручения судебной повестки, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие. Ранее в судебных заседаниях истец поддерживала заявленные исковые требования, поясняя, что с февраля 2024 г. ее отец ФИО3 проживал совместно с ее братом – ФИО3 В апреле 2024 г. истцом было передано инвалидное кресло-коляска для ФИО7, которое ранее социальной защитой Большеулуйского района было выделено бабушке супруга истца ФИО6 При этом, описать (назвать марку, модель) данного инвалидного кресла-коляски истец не смогла, указав, что ей данное кресло не выдавалось, не передавалось. Кроме того, ФИО2 в марте 2023 г. была приобретена для личных целей (после травмы ноги) кровать для лежачих больных, которую в мае 2024 г. она также передала брату для отца (ФИО7). По устной договоренности между ФИО2 и ФИО3, последний должен был впоследствии вернуть кровать истцу. Также в ноябре-декабре 2023 г. истцом для отца ФИО7 был приобретен противопролежневой матрас. Впоследствии истец узнала о том, что по договору дарения данное имущество было безвозмездно передано КГБУЗ «Бирилюсская больница».
Ответчик – КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представителя в судебное заседание не направил, главный врач ФИО10 ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие представителя. В направленных в адрес суда возражениях на исковое заявление просил в удовлетворении требований отказать, поскольку КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» не является надлежащим ответчиком по данному гражданскому делу, так как медицинское учреждение не вступало в договорные отношения с ФИО2, имущество от истца не принимало. Также ответчик не вступал в какие-либо договорные отношения с ФИО3, как указано в исковом заявлении. 30 января 2025 г. между КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» и ФИО4 заключен договор дарения на имущество: кровать многофункциональную с матрасом противопролежневым – 1 шт., стул гигиенический – 1 шт., кресло-коляска инвалидное – 2 шт., подгузники для взрослых – 5 упаковок, пеленки гигиенические – 1 упаковка, вместе с тем, 11 июня 2025 г. часть имущества, а именно, кровать многофункциональную с матрасом противопролежневым, была возвращена ФИО4
Ответчик – ФИО3, надлежащим образом извещенный о дате и времени рассмотрения дела путем направления судебной корреспонденции, в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении судебного заседания не заявил, возражений относительно заявленных исковых требований в адрес суда не направил. Ранее в судебных заседаниях пояснял, что кровать для лежачих больных и матрас были переданы ему истцом, когда их отец ФИО7 проживал с ответчиком. Однако, как пояснял его отец ФИО7 – кровать принадлежала отцу. Никакой договоренности о возврате кровати между истцом и ответчиком не было, кровать ему передавал супруг истца – ФИО9 После смерти ФИО7 в течение двух месяцев о возврате имущества никто не заявлял. Кресло-коляску, которую истец просит вернуть, до настоящего времени находится у него, остальное имущество (кровать, матрас, а также две инвалидные коляски, которые были выделены ФИО7 социальной службой) супругой ответчика – ФИО4, с его согласия, передано по договору дарения КГБУЗ «Бирилюсская районная больница». Решение о передаче данного имущество было принято ФИО3 и ФИО4, поскольку они полагали, что оно принадлежало ФИО7
Ответчики – ФИО4, ФИО5, надлежащим образом извещенные о дате и времени рассмотрения дела путем направления судебной корреспонденции, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении судебного заседания не заявили, возражений относительно заявленных исковых требований в адрес суда не направили.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора – ОСФР по Красноярскому краю, ТО КГКУ «Управление социальной защиты населения» по Бирилюсскому району, ТО КГКУ «Управление социальной защиты населения» по Большеулуйскому району, КГБУ СО КЦСОН «Бирилюсский», КГБУ СО КЦСОН «Большеулуйский», надлежащим образом извещенные о дате и времени рассмотрения дела, в судебное заседание представителей не направили, ходатайств об отложении судебного заседания не заявили.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора – нотариус Большеулуйского нотариального округ Красноярского края ФИО8, ФИО9, надлежащим образом извещенные о дате и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении судебного заседания не заявили.
В соответствии с ч. 1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.
Статья 165.1 ГК РФ предусматривает, что заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.
Лица, участвующие в деле, несут риск совершения или не совершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 36 ГПК РФ).
Суд принял предусмотренные законом меры по извещению сторон, участвующих в деле, о судебном заседании. Действия сторон в виде неявки в судебное заседание, судом расценены как избранный ими способ реализации процессуальных прав, не могущий являться причиной задержки рассмотрения дела по существу, в связи с чем, в соответствии со ст. 167, 233 ГПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие сторон в порядке заочного судопроизводства.
Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Как установлено ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) только собственнику принадлежат права по владению, пользованию и распоряжению имуществом.
В соответствии со ст. 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную и созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом. Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии со ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.
Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя ст. 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.
Из разъяснений п. 36 названного постановления следует, что в соответствии со ст. 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.
Статьей 302 ГК РФ установлено, что, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли (п. 1).
Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях (п. 2).
Из приведенных норм следует, что при рассмотрении споров об истребовании имущества из чужого незаконного владения необходимо установить следующие обстоятельства: наличие у истца права собственности или иного вещного права на истребуемое имущество, фактическое нахождение спорного имущества у ответчика, а также незаконность владения ответчиком названным имуществом.
В случае недоказанности одного из перечисленных выше обстоятельств иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения не может быть удовлетворен.
Как следует из материалов дела и установлено судом, родителями ФИО2 и ФИО3 являются ФИО7 и ФИО5 (записи актов о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ).
ДД.ММ.ГГГГ заключен брак между ФИО11 и ФИО12, после заключения брака супругу присвоена фамилия Городецких, супруге – Городецких, который ДД.ММ.ГГГГ был расторгнут (запись акта о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ, запись акта о расторжении брака № от ДД.ММ.ГГГГ).
ДД.ММ.ГГГГ заключен брак между ФИО9 и ФИО13, после заключения брака супругу присвоена фамилия ФИО14, супруге – ФИО14 (запись акта о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ).
ДД.ММ.ГГГГ заключен брак между ФИО3 и ФИО15, после заключения брака супругу присвоена фамилия ФИО16, супруге – ФИО16 (запись акта о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ).
Из ответа нотариуса Большеулуйского нотариального округа Красноярского края от 16 апреля 2025 г. следует, что наследственное дело после смерти ФИО6 не заводилось. В производстве нотариуса имеется наследственное дело № после ФИО7, умершего ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому наследниками после смерти наследодателя являются: ФИО5 (супруга), ФИО3 (сын), ФИО2 (дочь). С заявлениями обратились супруга и сын наследодателя.
По информации ОСФР по Красноярскому краю от 23 апреля 2025 г., от 9 июня 2025 г. ФИО7 являлся получателем страховой пенсии по старости, ежемесячной денежной выплаты по категории «инвалиды (1 группа)», выплата пенсии прекращена с 1 января 2025 г. по причине смерти. С 4 октября 2024 г. по 20 декабря 2024 г. ФИО7 значился в реестре получателем социальных услуг. На основании заявления от 2 декабря 2024 г. в соответствии с индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида 11 декабря 2024 г. ФИО7 был обеспечен посредством использования электронных сертификатов: подгузниками для взрослых в количестве 270 шт., креслом-коляской с ручным приводом прогулочной – 1 шт., креслом-коляской с ручным приводом комнатной – 1 шт. Срок пользования креслом-коляской с ручным приводом прогулочной составляет 4 года, срок пользования креслом-коляской с ручным приводом комнатной – 6 лет. Предоставленное инвалиду передается ему бесплатно в безвозмездное пользование и не подлежит отчуждению в пользу третьих лиц, в том числе, продаже или дарению.
Из ответа КГБУ СО «КЦСОН «Бирилюсский» от 11 апреля 2025 г. следует, что сведения о том, относился ли ФИО7 к категории «инвалиды» в учреждении отсутствуют, в КГБУ СО «КЦСОН «Бирилюсский» ФИО7 мерами социальной поддержки не пользовался, медицинское оборудование в качестве мер социальной поддержки от учреждения не предоставлялось.
Согласно ответам ТО КГКУ «УСЗН» по Большеулуйскому району от 18 апреля 2025 г., КГБУ СО «КЦСОН «Большеулуйский» от 16 апреля 2025 г. ФИО6 имела категорию – труженик тыла, звание «Ветеран труда», являлась членом семьи погибших участников ВОВ, в связи с чем, являлась получателем мер социальной поддержки. Меры социальной поддержки в виде каких-либо технических средств реабилитации ФИО6 не предоставлялось, заявлений о нуждаемости в таких мерах в адрес учреждения не поступало.
Истцом ФИО2 предоставлены сведения о приобретении больничной кровати и противопролежневого матраса. Так, согласно чеку от 9 марта 2023 г. больничная кровать с двумя подъемниками – модель Е-1027 была приобретена в АО «Губернские аптеки», стоимость кровати – 54 760 руб.; согласно кассовому чеку от 5 декабря 2023 г. на маркетплейсе Wildberries был приобретен противопролежневый матрас трубчатый DGC001-2, стоимость матраса – 7 512 руб.
Согласно ответу главного врача КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» от 11 апреля 2025 г. по договору дарения движимого имущества, заключенному от 30 января 2025 г. между КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» (одаряемый) и ФИО4 (даритель) (далее – договор дарения), последняя безвозмездно передала в собственность КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» кровать многофункциональную с матрасом противопролежневым – 1 шт., стул гигиенический – 1 шт., кресло-коляску инвалидное – 2 шт., подгузники для взрослых – 5 упаковок, пеленки гигиенические – 1 упаковка (п. 1.1 договора дарения).
Согласно п. 1.2 договора дарения даритель гарантирует, что передаваемое имущество принадлежит ему на праве собственности, не является предметом залога, в споре и под арестом не состоит. Стоимость передаваемого имущества составляет 92 000 руб. (п. 1.3 договора дарения).
1 марта 2025 г. ФИО2 в адрес КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» направлено требование о возврате противопролежневого матраса DGC001-2 без функции статик, инвалидной коляски, а также кровати, которые были переданы КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» по договору дарения ФИО3 и ФИО4
11 июня 2025 г. ФИО4 (даритель) и КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» одаряемый) составили и подписали акт приема-передачи при возврате части движимого имущества, переданного по договору дарения от 30 января 2025 г., а именно, ФИО4 была возвращена кровать многофункциональная с матрасом противопролежневым.
Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ).
Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2 ст. 56 ГПК РФ).
Между тем, доказательственная деятельность в первую очередь связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст.ст. 56, 59, 60 ГПК РФ). В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.
Поскольку судом, с учетом обстоятельств, установленных по настоящему гражданскому делу, установлено, что истец самостоятельно приобрела имущество (специальный противопролежный матрас DGC001-2 без функции статик, кровать для лежачих больных), а затем передала его в пользование отца ФИО7, который в тот момент проживал совместно с сыном (братом истца) ФИО3, принимая во внимание тот факт, что позднее данное имущество было передано по договору дарения КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» ответчиком ФИО4, а после вновь возвращено ФИО4, суд приходит к выводу об отсутствии оснований оставления у ответчиков ФИО3, ФИО4 указанного имущества.
Рассматривая требование истца ФИО17 об истребовании инвалидного кресла-коляски, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения, поскольку истребуемое истцом имущество (инвалидное кресло-коляска) не обладает признаками, позволяющими индивидуализировать его и выделить из иного имущества, аналогичного по своим потребительским и техническим свойствам, которое было передано по договору дарения КГБУЗ «Бирилюсская районная больница». Сведения, изложенные в исковом заявлении, а также в договоре дарения и акте к нему, не содержит указаний на марку, модель кресла-коляски, дату ее изготовления и прочие характеристики. Кроме того, истцом не доказано, что имеющееся у ответчиков имущество (инвалидные кресла-коляски) является собственностью ФИО2
В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ, не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Таким образом, руководствуясь положениями ст.ст. 209, 301 ГК РФ, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что истец является собственником имущества: специального противопролежневого матраса DGC001-2 без функции статик, кровати для лежачих больных, приобретение данного имущества документально подтверждено истцом, факт нахождения которого во владении ответчиков КГБУЗ «Бирилюсская районная больница», ФИО3, ФИО4 подтвержден письменными материалами дела, спорное имущество (специальный противопролежный матрас DGC001-2 без функции статик, кровать для лежачих больных) выбыло из владения его собственника ФИО2 помимо ее воли, поскольку она не имела намерения отчуждения данного имущества в пользу КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» и каких-либо действий, связанных с реализацией данного намерения, не совершала, учитывая недоказанность ответчиками законного основания для владения данным имуществом, а также принимая во внимание факт передачи спорного имущества ответчиком КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» ответчику ФИО4, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований и истребовании у ответчиков ФИО3 и ФИО4 имущества: специальный противопролежный матрас DGC001-2 без функции статик, кровать для лежачих больных с передачей его ФИО2
В удовлетворении заявленных исковых требований к КГБУЗ «Бирилюсская районная больница» об истребовании спорного имущества надлежит отказать, поскольку согласно разъяснениям п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.
Кроме того, исковые требования к ФИО5 также не подлежат удовлетворению, поскольку, как установлено судом, спорное имущество в пользовании данного ответчика не находилось, в ее пользование кем-либо не передавалось и не отчуждалось.
Рассматривая требование истца о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (п. 10); разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (п. 11).
При этом в п. 13 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
ФИО2 в материалы гражданского дела представлена квитанция АЧ №213208, согласно которой истцом были понесены расходы за составление искового заявления об истребовании имущества из чужого незаконного владения в размере 5 000 руб.
При таких обстоятельствах, руководствуясь положениями ст. 88, 98 ГПК РФ, учитывая разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает законными и обоснованными требования истца по взысканию судебных расходов.
Определяя размер судебных расходов на оплату юридических услуг (составление искового заявления), суд, учитывая, что ответчиками ФИО7 и ФИО4 каких-либо возражений по поводу заявленных требований о взыскании судебных расходов, доказательств явной чрезмерности взыскиваемых судебных расходов не представлено, не усматривает оснований для изменения размера судебных издержек в сторону уменьшения, считая заявленный размер расходов на оплату юридических услуг соответствующим оказанным заявителю услугам, балансу интересов сторон, принципу разумности и справедливости, в связи с чем, приходит к выводу об удовлетворении требования истца о взыскании судебных расходов за составление искового заявления в размере 5 000 руб., которые подлежат взысканию в солидарном порядке с ответчиков ФИО3, ФИО4 судебных расходов в размере 5 000 руб.
Представленным в материалы гражданского дела чеком по операции от 2 апреля 2024 г. подтверждаются расходы истца по уплате государственной пошлины при обращении в суд в сумме 4 000 руб., которая оплачена истцом в соответствии с нормами ст. 333.19 НК РФ. Данные расходы истца на уплату государственной пошлины также подлежат взысканию с ФИО3, ФИО4 в солидарном порядке.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО2 к КГБУЗ «Бирилюсская районная больница», ФИО3, ФИО4, ФИО5 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании судебных расходов, – удовлетворить частично.
Истребовать из чужого незаконного владения ФИО3, <данные изъяты> ФИО4, <данные изъяты> и передать ФИО2, <данные изъяты> специальный противопролежный матрас DGC001-2 без функции статик, кровать для лежачих больных.
Взыскать в солидарном порядке с ФИО3, <данные изъяты> ФИО4, <данные изъяты> в пользу ФИО2, <данные изъяты> судебные расходы за составление искового заявления в размере 5 000 (пяти тысяч) руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 000 (четырех тысяч) руб.
В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований, - отказать.
В удовлетворении исковых требований к КГБУЗ «Бирилюсская районная больница», ФИО5 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании судебных расходов, – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме с подачей жалобы через Бирилюсский районный суд Красноярского края.
Председательствующий Ю.И. Лайшева
Мотивированное решение изготовлено 17 июля 2025 г.